Ангелина - Форум  
Приветствуем Вас Гость | RSS Главная | Ангелина - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Модератор форума: Анаит  
Форум » Проза » Критика, рецензии, помощь - для прозаиков » Ангелина ((история любви тех, кому любить запрещено))
Ангелина
Kristina_Iva-NovaДата: Среда, 10.04.2013, 22:20 | Сообщение # 1
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline

Ангелина – девушка-весна

Я назову героиню своего романа Ангелиной. «Назову», потому что на самом деле ее звали иначе.
Это была хрупкая грациозная девушка. Настолько изящная, что те, кто разбирается в живописи, непременно нашли бы сходство с «девочкой на шаре». Ангелина словно сошла с холста великого итальянского художника XX века – Пабло Пикассо. Такая же милая и жизнерадостная. Где бы она не находилась, будь то степь, унылая и выжженная солнцем, или серый город с его нескончаемой суетой, – Ангелина, как красный цветок в волосах гимнастки, всегда была ярким пятном. А цветущей весной и зеленым летом на фоне буйной растительности Ангелина походила на лесную Нимфу. – Юная и красивая. Ей не требовался и венок из цветов, стоило только распустить длинные волосы, и вот она – девочка-весна.
Ангелина, безусловно, обладала больше чем просто приятной внешностью – была в ней и своя изюминка. Это и детская наивность, целомудренность и непосредственность. Она инстинктивно следовала своим внутренним порывам, любила всей душой, искренне выражая свои чувства и эмоции. Ей было чуждо кокетство, притворство и лицемерное поведение. Она не боялась быть собой, не стыдилась выражать свои мысли, душевные переживания, радости и смятения.
Ангелина любила музыку. С детских лет она играла на старом бабушкином пианино, вкладывая в мелодии личные чувства, отражая свое настроение. Поскольку Ангелина все принимала близко к сердцу, искренне сопереживала всем и каждому, не прячась за маской равнодушия, ей нужно было как-то выплескивать накопившиеся эмоции, и музыка была ей в этом лучшей помощницей. Игра на пианино давала Ангелине возможность самовыражения.
Но большинство не замечало красоты души Ангелины. Ее внутренний мир мало кого интересовал. Парни видели только то, что хотели видеть. – Стройную фигуру, приятные черты лица, шелковистые длинные волосы цвета карамели с золотистым отливом.
Ангелина не занималась бальными танцами, как, скажем, ее подруга Светлана, но ее осанка была такой же безупречной. Ровная спинка, прямые плечи, слегка приподнятый подбородок. Нос Ангелина высоко не задирала и не являлась обладательницей горделиво-пренебрежительного взгляда. Чаще всего она робко опускала ресницы, и на ее щеках розовел румянец. А по поводу носа она часто комплексовала еще со школьных лет – он не был ни прямым, ни вздернутым, а курносым с округлым кончиком. Но мама ее успокаивала, говоря, что только у добродушных людей бывает такой нос. – У злых и высокомерных носы прямые, длинные и острые.
Если кто-то всматривался в глаза Ангелины, его непременно завораживал необыкновенный чайный цвет. Не карие, не зеленые, а изумрудно-чайные. Такая палитра цветов вносила в образ Ангелины неразгаданную загадку. Ее улыбка не была такой таинственной, как у Мона Лизы, но пухлые и словно очерченные губы и ямочки на щеках делали улыбку Ангелины настолько естественной и позитивной, что ей можно было любоваться часами, как и «Джокондой» Леонардо да Винчи в XVI веке.
Но в XXI веке свои эталоны красоты. И если парень сказал «У тебя улыбка красивее, чем у Камерон Диас» – вот он современный комплимент. И подобные любезные сравнения, адресованные лучезарной открытой улыбке, Ангелине часто доводилось слышать от Леонида, которого она любила, не зная за что.

Обрывки воспоминаний

Летняя ночь разбросала по синему небу первые огоньки далеких звезд. По узкой тропинке шли двое. Они держались за руки и никуда не спешили. Только началось их очередное романтическое свидание, которому суждено было стать едва ли не последним, так как очередная подобная встреча произошла лишь более чем через 10 лет. Но в ту спокойную ночь двое влюбленных об этом еще не знали. Разве можно с уверенностью сказать, что никогда и ничего не может произойти вопреки твоим сегодняшним планам и надеждам?
Стройный силуэт девушки в светлом платье постепенно таял на фоне высоких и густых трав, колышущихся под натиском игривого ветра. Ангелина вела своего парня в глубь старой заросшей балки, где под прикрытием молчаливых дубов можно было бы распрощаться с невинностью.
Ангелина сама не знала что творила, ею двигала любовь и желание показать Леониду насколько сильны ее чувства. Она шептала нежные слова, не стесняясь, признавалась в любви, позволяла целовать не только губы, но и открытые плечи. Прижимаясь к сильной груди, не боялась быть ближе, чем раньше.
Молодой и еще совсем неопытный в любовных играх, Лёня вел себя скованно. Он не позволял себе лишнего. Его руки скользили по шифону скромненького платьица, не опускаясь ниже талии.
Леонид был симпатичным мальчиком. Семнадцатилетний боксер, высокий, сильный и, по мнению Ангелины, самый красивый и умный из всех, с кем она была знакома. В его объятиях Ангелина забывала обо всем. Даже на вопрос «семью восемь» ответила бы не сразу, не так, как на уроках – молниеносно, не задумываясь. Им и только им она восхищалась, рассказывая подружкам, какой он неповторимый, безукоризненный, самый-самый лучший.
Любовь к этому человеку разжигала в ней страсть. Но в душе Ангелины и скромность, и пробуждающаяся чувственность занимали равные доли. Эти две составляющие и стали причиной незавершенности эротической сцены под вековыми деревьями. Леонид испугался натиска свой ровесницы. Она показалась ему слишком напористой, вызывающей и настолько страстной, что напомнила главную героиню из откровенного молодежного фильма. Он не видел в Ангелине девушку, которая любит. Он видел девушку, которая хочет. А Лёня ценил (по крайней мене он так считал) не только умение возбуждать, но и умение быть сдержанной.
В ту ночь, когда лунный свет освещал лицо Ангелины, а ветер трепал распущенные волосы цвета карамели, она была необыкновенно красива. Леонид не уставал восхищаться ее внешностью и мысленно, и вслух, шепча комплименты в моменты между поцелуями.
В тишине было слышно, как поют сверчки и ночные птицы. Ноги щекотала трава, которую Ангелине не терпелось примять. Она была уверена, что любит настолько сильно, что незачем откладывать то, что рано или поздно должно произойти.
Поманив его опуститься, Ангелина не отрывалась от влажных губ, надеясь, что Леонид не осудит ее за предпринятую инициативу. Ангелина ничего не знала о сексе и удовольствии такого рода. Об этом ей приходилось только читать в дешевых бульварных романах и представлять, как это наверно хорошо, просматривая многочисленные серии бразильских сериалов.
«Ты приводишь на это место всех?». Эта фраза звенела в ушах. «Как он мог такое подумать?»
Тут скромность и одержала верх над желанием близости. Ангелине самой стало противно от своего же поступка. Она с любовью готова была отдаться Леониду, тем самым доказав и себе и ему, что они уже взрослые. Но его вопрос прозвучал бестактно и причинял боль. «Всех?» «Что значит всех? Ты – единственный» – хотела ответить Ангелина, но на глаза невольно накатывались слезы, и меньше всего хотелось оправдываться.
Она поспешно встала, отряхнула платье и решила на этом закончить, но Леонид заключил её в объятья. Не чувствуя вины в своем вопросе, он снова попытался ее поцеловать.
Разговаривать и что-либо доказывать больше не было надобности. Поцелуи были настолько сладкими и нежными, что Ангелина не могла обижаться на Леонида. Еще какое-то время они просто целовались, потом он провел её домой и… завтра они уже не увиделись.
Ожидания Ангелины оказались напрасными – он не пришел. Но именно этот вечер и эта ночь, проведенная в обнимку с сырой от слез подушкой, должны были бы стать прощальными.
Леонид собирался подработать на летних каникулах в пионерском лагере вожатым. Ангелина знала об этом, но не думала, что их отношения так скоро закончатся. Она надеялась на встречи, ведь и у вожатых есть выходные. К тому же лагерь был расположен не так далеко (хотя, смотря с какой стороны на это посмотреть), и Ангелина могла бы иногда к нему приезжать или даже приходить пешком.

Хоть на край света

Однажды Ангелина вместе с друзьями собралась поехать на ставок. Большой компанией на велосипедах. Она и понятия не имела, где именно находится пионерский лагерь, но решила, что, во что бы то ни стало, все разузнает и сможет, наконец-то, увидеть своего любимого. Она каждый день думала о нем.
Дорога от села, в котором жила Ангелина, и до ставка была длинной и утомительной. Но на какие трудности не пойдешь ради первой любви?! Что там какие-то километры под бугор да по кочкам, по узким тропинкам и старым дорогам, если где-то там (может быть) думает о ней и ждет тот, кому она едва не отдалась, и тот, кто не решился этим воспользоваться.
Ворота, крики детей… Лагерь! Леонид! Сердце Ангелины замирало от счастья в надежде вот-вот снова утонуть в серо-голубых глазах любимого человека. Она смотрела, как он приближается – еще более красивый, чем прежде, загорелый, веселый. Голова пошла кругом, хотелось кинуться ему навстречу, прижаться всем телом и не отпускать долго-долго… Но вокруг было столько детворы, столько любопытных глаз, что Ангелине пришлось взять себя в руки и вести себя по крайней мере сдержанно, не выставляя напоказ свой истинных желаний.
Леонид, как показалось Ангелине, не очень то и обрадовался её появлению. Легким поцелуем коснулся приоткрытых губ, беглым взглядом пробежался по зеленому сарафану в белый горошек и остановился на красивых чайных глазах, будто хотел по ним что-то прочитать…
Они разговаривали меньше получаса, присев на одну из лавочек в тени высоких акаций. Ангелина смотрела на него зачарованным взглядом, понимая, как сильно она его любит, но сожалея, что ей приходится «бегать» за ним, а не наоборот. Но она умело находила оправдания всякий раз, когда темные мысли закрадывались ей в голову. И в тот день, она сама себя успокоила, внушив себе надежду, что Леонид обязательно придет к ней, как только первая смена закончится.
После визита в летний лагерь Ангелина целую неделю не выходила гулять. По вечерам читала книги и прежде чем заснуть думала о нем, прокручивая в памяти их последний вечер и последнюю ночь. Она переживала, что все сложилось не так, как ей хотелось. Но, что ее беспокоило больше: то, что Леонид возможно плохо о ней подумал или то, что она не довела до конца начатое, Ангелина точно не знала. Но все же была больше склонна к выводу, что лучше жалеть о сделанном, чем о том, чего так и не сделала. И она стала жалеть, что так и не осмелилась взять все в свои руки.
Придя к такому выводу, Ангелина с еще большим нетерпением хотела увидеть своего Лёню. И попросила свою лучшую подругу составить ей компанию. И вдвоем, пешком, а не на велосипедах, они пошли через поля и посадки на ставок.
Дул горячий обжигающий ветер, стояла сорокоградусная жара, вокруг не было ни души, и только две отчаянные подружки торопились поскорее добраться зеленых акаций, за которыми скрывалась голубая полоса зеркальной глади водоема и непосредственно – пионерский лагерь, за стенами которого Леонид постепенно забывал свою страстную любовь.
В тот день Ангелина его так и не встретила. Далекий путь был проделан зря…
На самом ли деле Леонида не было в лагере или молоденькая вожатая обманула наивную Ангелину, положив глаз на красавчика-боксера? Об этом Ангелине оставалось только догадываться, потому что она дала себе обещание больше к нему не ходить. Но слабые надежды, что однажды он сам придет, все еще теплились в ее сердце. А он не приходил…
А вскоре один из друзей сказал Ангелине, что видел Леонида возле магазина… и это означало для нее, что любви больше нет. – Он был дома. Был! Но не зашел к Ангелине.

Последнее «Привет»

Летние каникулы пролетели не то чтобы незаметно, но близилось 1 сентября. Опять первый звонок, учеба, горный лицей и, конечно же, Леонид. Они были однокурсниками. Второй курс за плечами. Осталось всего ничего – меньше, чем год. А потом… потом судьба их разведет по разным сторонам.
На пробный день Ангелина шла с уверенностью, что Лёня обязательно будет там. Она полночи не спала, все ворочалась с боку на бок, думая об их встрече. Какой она будет? Неужели он проигнорирует ее, сделает вид, что не замечает, не заговорит, и даже не подойдет просто поздороваться, а еще лучше – объясниться, почему все закончилось, не успев начаться?
Как и всякий раз в хорошую погоду, Ангелина пошла на учебу пешком, вместо того чтобы сэкономить время и силы, но потратив лишние деньги на проезд в маршрутке. Лицей находился не так то и близко от ее дома, но гораздо ближе, чем пионерский лагерь, куда она непременно помчалась бы снова и снова, если бы верила, что любовь Леонида не остыла, и он ее ждет.
Геля (так называли Ангелину подружки и мама) в полном одиночестве прошла через густые заросли посадки, отделяющие родное село от «внешнего» мира, и размеренным шагом направилась по тротуарам вдоль дороги в лицей. Путь обычно занимал у нее около 40-50 минут. Но тогда она преодолела его буквально за полчаса. Слишком велико было желание поскорее во всем разобраться.
На Ангелине была длинная черная юбка с двумя разрезами по бокам, туфли на невысоком каблучке и цветастая кофточка. Волосы больше не отливали карамелью, а блестели на солнце спелой вишней, потому что Ангелина перекрасила их перед новым учебным годом. Она решительно хотела перемен.
Ангелина подходила к центральному входу, ощущая на себе взгляды студентов. Многие оглядывались ей вслед, и она чувствовала это спиной. Но Леонида на улице не было.
Немного огорчившись, Ангелина поспешила пройти через стеклянный коридорчик, в надежде, что возможно за стенами лицея встретит подружек, а может и самого Леонида.
Едва ее стройная ножка ступила на голубую плитку, которой был выстлан пол в фойе – их глаза встретились. Это был он! Все такой же красивый и манящий. Его губы и глаза заставили сердце Ангелины на время остановиться, а потом барабанить с такой силой, что этот стук заглушал голоса, доносящиеся с улицы. Все стало таким неважным, несущественным и потеряло всякий смысл, будто они улетели в космос, оставив всю земную суету позади.
Но это мгновение длилось недолго. Ангелине быстро удалось собраться с духом, сделать по возможности максимально равнодушное лицо и попытать пройти мимо, ожидая реакции Лёни. Кто первый скажет «привет»?
Он был в компании своих друзей. Вероятно, они что-то обсуждали, но с появлением Ангелины замолчали, будто тоже ждали какой-то реакции. Подойти и заговорить Ангелина не решилась, чувство собственного достоинства не позволяли ей сделать подобное. Но, так и не услышав от Лёни желанное «привет», она поздоровалась первой и, не остановившись ни на секундочку, поспешила скорее подняться на второй этаж, чтобы спокойно перевести дух и принять правду такой, какая она есть. Леонид останется в прошлом… лишь прекрасным воспоминанием.
Мысленно Ангелина винила во всем только себя, считая, что не заслужила любовь такого парня, как он. Она сожалела, что так открыто хотела его под синим небом, в густой траве, под пение ночных птиц, что позволила своей безнравственной душе одержать верх над здравым смыслом, что переступила через всякий стыд и совесть, что самовольно едва не отдалась парню, который стойко и мужественно ей сопротивлялся. И чем хуже она думала о себе, тем лучше стала думать о Лёне. В ее глазах он вырос еще больше – порядочный, скромный, правильный, как треугольник с углами по 60°, стороны которого равны. А она будто кривая линия, траектория, которой никогда не стать частью геометрической фигуры.
Так начался третий курс. Находиться с Лёней в одном здании, но практически не видеть его и не разговаривать было мучительно больно. Сколько раз Ангелина ловила себя на мысли, что хочет вновь и вновь целовать его губы, трепетать всем телом в его жарких объятиях, слышать его «люблю», и самой не бояться признаться и себе, и ему, что любовь все еще жива.
Одной маленькой искры хватило бы разжечь их страсть с еще большей силой. Сколько раз Ангелина мечтала, но не решалась осуществить свою мечту: взять Лёню за руку и спрятаться с ним на первом этаже в темной комнатке возле раздевалки. Признаться ему в своих чувствах, не стыдиться слез, не бояться показаться ему наивной дурочкой… но боязнь отказа в грубой или даже не очень грубой форме не позволяла ей опуститься в его глазах еще ниже, чем она уже опустилась.
Ангелина любила его молча, болезненно и мучительно. Но все же она пообещала себе, что, не смотря ни на что, обязательно станет счастливой. С ним или без него… И настанет тот день, когда они встретятся, и неважно сколько пройдет лет, у них появится возможность поговорить по душам, и тогда она ему скажет, насколько сильна была ее любовь. Любовь, хранимая годами.
То «привет» стало последним словом, адресованным и Леониду, и Ангелине, произнесенным вслух за время обучения на третьем курсе, а сколько несказанных слов скрывалось за маской равнодушия, сколько уроков они оба провели с похожими мыслями так и не решаясь заговорить, терзая души друг другу.
Ангелина, как и Леонид, была умной, начитанной, училась отлично, учителя всем ставили ее в пример. Она принимала участие во всех конкурсах, концертах, любых мероприятиях, играла на пианино и всегда была на виду, в отличие от Лёни, который умело растворялся в толпе. Она знала, что среди сотен глаз студентов есть те, что неустанно следят за каждым ее шагом. Выступая на сцене, она искала среди зрителей его, надеясь, что он однажды все-таки решится и подойдет заговорить с ней.
Но надеждам не суждено было воплотиться в реальность. Леонид избегал встреч с Ангелиной. Он ни с кем о ней не говорил, не делился чувствами и переживаниями. – Черствый как сухарь, – думала о нем Геля, постепенно привыкая к мысли, что им не быть вдвоем.
Клин клином вышибают, так гласит народная мудрость. И Ангелина решила проверить на себе правда ли это, позволив однажды новенькому мальчику из группы ТУ провести её домой после «Веселых стартов», проведенных на природе в начале октября.
Все сразу заметили повышенный интерес Артема к Геле и с любопытством следили за развитием их отношений. Точнее сказать за попытками Артема произвести впечатление на девушку, которая не страдала от недостатка внимания мальчиков. Она знала себе цену и ни за что бы не разменивалась по пустякам, но, желая исцелиться от болезненной раны души, сделала вид, что ее сердце свободно и разрешила нелюбимому человеку любить себя так, как только может любить мужчина женщину. По-взрослому. Это был первый и весомый шаг, сделанный Ангелиной назло Леониду, отказавшемуся от ее любви.



Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:16
 
Сообщение
Ангелина – девушка-весна

Я назову героиню своего романа Ангелиной. «Назову», потому что на самом деле ее звали иначе.
Это была хрупкая грациозная девушка. Настолько изящная, что те, кто разбирается в живописи, непременно нашли бы сходство с «девочкой на шаре». Ангелина словно сошла с холста великого итальянского художника XX века – Пабло Пикассо. Такая же милая и жизнерадостная. Где бы она не находилась, будь то степь, унылая и выжженная солнцем, или серый город с его нескончаемой суетой, – Ангелина, как красный цветок в волосах гимнастки, всегда была ярким пятном. А цветущей весной и зеленым летом на фоне буйной растительности Ангелина походила на лесную Нимфу. – Юная и красивая. Ей не требовался и венок из цветов, стоило только распустить длинные волосы, и вот она – девочка-весна.
Ангелина, безусловно, обладала больше чем просто приятной внешностью – была в ней и своя изюминка. Это и детская наивность, целомудренность и непосредственность. Она инстинктивно следовала своим внутренним порывам, любила всей душой, искренне выражая свои чувства и эмоции. Ей было чуждо кокетство, притворство и лицемерное поведение. Она не боялась быть собой, не стыдилась выражать свои мысли, душевные переживания, радости и смятения.
Ангелина любила музыку. С детских лет она играла на старом бабушкином пианино, вкладывая в мелодии личные чувства, отражая свое настроение. Поскольку Ангелина все принимала близко к сердцу, искренне сопереживала всем и каждому, не прячась за маской равнодушия, ей нужно было как-то выплескивать накопившиеся эмоции, и музыка была ей в этом лучшей помощницей. Игра на пианино давала Ангелине возможность самовыражения.
Но большинство не замечало красоты души Ангелины. Ее внутренний мир мало кого интересовал. Парни видели только то, что хотели видеть. – Стройную фигуру, приятные черты лица, шелковистые длинные волосы цвета карамели с золотистым отливом.
Ангелина не занималась бальными танцами, как, скажем, ее подруга Светлана, но ее осанка была такой же безупречной. Ровная спинка, прямые плечи, слегка приподнятый подбородок. Нос Ангелина высоко не задирала и не являлась обладательницей горделиво-пренебрежительного взгляда. Чаще всего она робко опускала ресницы, и на ее щеках розовел румянец. А по поводу носа она часто комплексовала еще со школьных лет – он не был ни прямым, ни вздернутым, а курносым с округлым кончиком. Но мама ее успокаивала, говоря, что только у добродушных людей бывает такой нос. – У злых и высокомерных носы прямые, длинные и острые.
Если кто-то всматривался в глаза Ангелины, его непременно завораживал необыкновенный чайный цвет. Не карие, не зеленые, а изумрудно-чайные. Такая палитра цветов вносила в образ Ангелины неразгаданную загадку. Ее улыбка не была такой таинственной, как у Мона Лизы, но пухлые и словно очерченные губы и ямочки на щеках делали улыбку Ангелины настолько естественной и позитивной, что ей можно было любоваться часами, как и «Джокондой» Леонардо да Винчи в XVI веке.
Но в XXI веке свои эталоны красоты. И если парень сказал «У тебя улыбка красивее, чем у Камерон Диас» – вот он современный комплимент. И подобные любезные сравнения, адресованные лучезарной открытой улыбке, Ангелине часто доводилось слышать от Леонида, которого она любила, не зная за что.

Обрывки воспоминаний

Летняя ночь разбросала по синему небу первые огоньки далеких звезд. По узкой тропинке шли двое. Они держались за руки и никуда не спешили. Только началось их очередное романтическое свидание, которому суждено было стать едва ли не последним, так как очередная подобная встреча произошла лишь более чем через 10 лет. Но в ту спокойную ночь двое влюбленных об этом еще не знали. Разве можно с уверенностью сказать, что никогда и ничего не может произойти вопреки твоим сегодняшним планам и надеждам?
Стройный силуэт девушки в светлом платье постепенно таял на фоне высоких и густых трав, колышущихся под натиском игривого ветра. Ангелина вела своего парня в глубь старой заросшей балки, где под прикрытием молчаливых дубов можно было бы распрощаться с невинностью.
Ангелина сама не знала что творила, ею двигала любовь и желание показать Леониду насколько сильны ее чувства. Она шептала нежные слова, не стесняясь, признавалась в любви, позволяла целовать не только губы, но и открытые плечи. Прижимаясь к сильной груди, не боялась быть ближе, чем раньше.
Молодой и еще совсем неопытный в любовных играх, Лёня вел себя скованно. Он не позволял себе лишнего. Его руки скользили по шифону скромненького платьица, не опускаясь ниже талии.
Леонид был симпатичным мальчиком. Семнадцатилетний боксер, высокий, сильный и, по мнению Ангелины, самый красивый и умный из всех, с кем она была знакома. В его объятиях Ангелина забывала обо всем. Даже на вопрос «семью восемь» ответила бы не сразу, не так, как на уроках – молниеносно, не задумываясь. Им и только им она восхищалась, рассказывая подружкам, какой он неповторимый, безукоризненный, самый-самый лучший.
Любовь к этому человеку разжигала в ней страсть. Но в душе Ангелины и скромность, и пробуждающаяся чувственность занимали равные доли. Эти две составляющие и стали причиной незавершенности эротической сцены под вековыми деревьями. Леонид испугался натиска свой ровесницы. Она показалась ему слишком напористой, вызывающей и настолько страстной, что напомнила главную героиню из откровенного молодежного фильма. Он не видел в Ангелине девушку, которая любит. Он видел девушку, которая хочет. А Лёня ценил (по крайней мене он так считал) не только умение возбуждать, но и умение быть сдержанной.
В ту ночь, когда лунный свет освещал лицо Ангелины, а ветер трепал распущенные волосы цвета карамели, она была необыкновенно красива. Леонид не уставал восхищаться ее внешностью и мысленно, и вслух, шепча комплименты в моменты между поцелуями.
В тишине было слышно, как поют сверчки и ночные птицы. Ноги щекотала трава, которую Ангелине не терпелось примять. Она была уверена, что любит настолько сильно, что незачем откладывать то, что рано или поздно должно произойти.
Поманив его опуститься, Ангелина не отрывалась от влажных губ, надеясь, что Леонид не осудит ее за предпринятую инициативу. Ангелина ничего не знала о сексе и удовольствии такого рода. Об этом ей приходилось только читать в дешевых бульварных романах и представлять, как это наверно хорошо, просматривая многочисленные серии бразильских сериалов.
«Ты приводишь на это место всех?». Эта фраза звенела в ушах. «Как он мог такое подумать?»
Тут скромность и одержала верх над желанием близости. Ангелине самой стало противно от своего же поступка. Она с любовью готова была отдаться Леониду, тем самым доказав и себе и ему, что они уже взрослые. Но его вопрос прозвучал бестактно и причинял боль. «Всех?» «Что значит всех? Ты – единственный» – хотела ответить Ангелина, но на глаза невольно накатывались слезы, и меньше всего хотелось оправдываться.
Она поспешно встала, отряхнула платье и решила на этом закончить, но Леонид заключил её в объятья. Не чувствуя вины в своем вопросе, он снова попытался ее поцеловать.
Разговаривать и что-либо доказывать больше не было надобности. Поцелуи были настолько сладкими и нежными, что Ангелина не могла обижаться на Леонида. Еще какое-то время они просто целовались, потом он провел её домой и… завтра они уже не увиделись.
Ожидания Ангелины оказались напрасными – он не пришел. Но именно этот вечер и эта ночь, проведенная в обнимку с сырой от слез подушкой, должны были бы стать прощальными.
Леонид собирался подработать на летних каникулах в пионерском лагере вожатым. Ангелина знала об этом, но не думала, что их отношения так скоро закончатся. Она надеялась на встречи, ведь и у вожатых есть выходные. К тому же лагерь был расположен не так далеко (хотя, смотря с какой стороны на это посмотреть), и Ангелина могла бы иногда к нему приезжать или даже приходить пешком.

Хоть на край света

Однажды Ангелина вместе с друзьями собралась поехать на ставок. Большой компанией на велосипедах. Она и понятия не имела, где именно находится пионерский лагерь, но решила, что, во что бы то ни стало, все разузнает и сможет, наконец-то, увидеть своего любимого. Она каждый день думала о нем.
Дорога от села, в котором жила Ангелина, и до ставка была длинной и утомительной. Но на какие трудности не пойдешь ради первой любви?! Что там какие-то километры под бугор да по кочкам, по узким тропинкам и старым дорогам, если где-то там (может быть) думает о ней и ждет тот, кому она едва не отдалась, и тот, кто не решился этим воспользоваться.
Ворота, крики детей… Лагерь! Леонид! Сердце Ангелины замирало от счастья в надежде вот-вот снова утонуть в серо-голубых глазах любимого человека. Она смотрела, как он приближается – еще более красивый, чем прежде, загорелый, веселый. Голова пошла кругом, хотелось кинуться ему навстречу, прижаться всем телом и не отпускать долго-долго… Но вокруг было столько детворы, столько любопытных глаз, что Ангелине пришлось взять себя в руки и вести себя по крайней мере сдержанно, не выставляя напоказ свой истинных желаний.
Леонид, как показалось Ангелине, не очень то и обрадовался её появлению. Легким поцелуем коснулся приоткрытых губ, беглым взглядом пробежался по зеленому сарафану в белый горошек и остановился на красивых чайных глазах, будто хотел по ним что-то прочитать…
Они разговаривали меньше получаса, присев на одну из лавочек в тени высоких акаций. Ангелина смотрела на него зачарованным взглядом, понимая, как сильно она его любит, но сожалея, что ей приходится «бегать» за ним, а не наоборот. Но она умело находила оправдания всякий раз, когда темные мысли закрадывались ей в голову. И в тот день, она сама себя успокоила, внушив себе надежду, что Леонид обязательно придет к ней, как только первая смена закончится.
После визита в летний лагерь Ангелина целую неделю не выходила гулять. По вечерам читала книги и прежде чем заснуть думала о нем, прокручивая в памяти их последний вечер и последнюю ночь. Она переживала, что все сложилось не так, как ей хотелось. Но, что ее беспокоило больше: то, что Леонид возможно плохо о ней подумал или то, что она не довела до конца начатое, Ангелина точно не знала. Но все же была больше склонна к выводу, что лучше жалеть о сделанном, чем о том, чего так и не сделала. И она стала жалеть, что так и не осмелилась взять все в свои руки.
Придя к такому выводу, Ангелина с еще большим нетерпением хотела увидеть своего Лёню. И попросила свою лучшую подругу составить ей компанию. И вдвоем, пешком, а не на велосипедах, они пошли через поля и посадки на ставок.
Дул горячий обжигающий ветер, стояла сорокоградусная жара, вокруг не было ни души, и только две отчаянные подружки торопились поскорее добраться зеленых акаций, за которыми скрывалась голубая полоса зеркальной глади водоема и непосредственно – пионерский лагерь, за стенами которого Леонид постепенно забывал свою страстную любовь.
В тот день Ангелина его так и не встретила. Далекий путь был проделан зря…
На самом ли деле Леонида не было в лагере или молоденькая вожатая обманула наивную Ангелину, положив глаз на красавчика-боксера? Об этом Ангелине оставалось только догадываться, потому что она дала себе обещание больше к нему не ходить. Но слабые надежды, что однажды он сам придет, все еще теплились в ее сердце. А он не приходил…
А вскоре один из друзей сказал Ангелине, что видел Леонида возле магазина… и это означало для нее, что любви больше нет. – Он был дома. Был! Но не зашел к Ангелине.

Последнее «Привет»

Летние каникулы пролетели не то чтобы незаметно, но близилось 1 сентября. Опять первый звонок, учеба, горный лицей и, конечно же, Леонид. Они были однокурсниками. Второй курс за плечами. Осталось всего ничего – меньше, чем год. А потом… потом судьба их разведет по разным сторонам.
На пробный день Ангелина шла с уверенностью, что Лёня обязательно будет там. Она полночи не спала, все ворочалась с боку на бок, думая об их встрече. Какой она будет? Неужели он проигнорирует ее, сделает вид, что не замечает, не заговорит, и даже не подойдет просто поздороваться, а еще лучше – объясниться, почему все закончилось, не успев начаться?
Как и всякий раз в хорошую погоду, Ангелина пошла на учебу пешком, вместо того чтобы сэкономить время и силы, но потратив лишние деньги на проезд в маршрутке. Лицей находился не так то и близко от ее дома, но гораздо ближе, чем пионерский лагерь, куда она непременно помчалась бы снова и снова, если бы верила, что любовь Леонида не остыла, и он ее ждет.
Геля (так называли Ангелину подружки и мама) в полном одиночестве прошла через густые заросли посадки, отделяющие родное село от «внешнего» мира, и размеренным шагом направилась по тротуарам вдоль дороги в лицей. Путь обычно занимал у нее около 40-50 минут. Но тогда она преодолела его буквально за полчаса. Слишком велико было желание поскорее во всем разобраться.
На Ангелине была длинная черная юбка с двумя разрезами по бокам, туфли на невысоком каблучке и цветастая кофточка. Волосы больше не отливали карамелью, а блестели на солнце спелой вишней, потому что Ангелина перекрасила их перед новым учебным годом. Она решительно хотела перемен.
Ангелина подходила к центральному входу, ощущая на себе взгляды студентов. Многие оглядывались ей вслед, и она чувствовала это спиной. Но Леонида на улице не было.
Немного огорчившись, Ангелина поспешила пройти через стеклянный коридорчик, в надежде, что возможно за стенами лицея встретит подружек, а может и самого Леонида.
Едва ее стройная ножка ступила на голубую плитку, которой был выстлан пол в фойе – их глаза встретились. Это был он! Все такой же красивый и манящий. Его губы и глаза заставили сердце Ангелины на время остановиться, а потом барабанить с такой силой, что этот стук заглушал голоса, доносящиеся с улицы. Все стало таким неважным, несущественным и потеряло всякий смысл, будто они улетели в космос, оставив всю земную суету позади.
Но это мгновение длилось недолго. Ангелине быстро удалось собраться с духом, сделать по возможности максимально равнодушное лицо и попытать пройти мимо, ожидая реакции Лёни. Кто первый скажет «привет»?
Он был в компании своих друзей. Вероятно, они что-то обсуждали, но с появлением Ангелины замолчали, будто тоже ждали какой-то реакции. Подойти и заговорить Ангелина не решилась, чувство собственного достоинства не позволяли ей сделать подобное. Но, так и не услышав от Лёни желанное «привет», она поздоровалась первой и, не остановившись ни на секундочку, поспешила скорее подняться на второй этаж, чтобы спокойно перевести дух и принять правду такой, какая она есть. Леонид останется в прошлом… лишь прекрасным воспоминанием.
Мысленно Ангелина винила во всем только себя, считая, что не заслужила любовь такого парня, как он. Она сожалела, что так открыто хотела его под синим небом, в густой траве, под пение ночных птиц, что позволила своей безнравственной душе одержать верх над здравым смыслом, что переступила через всякий стыд и совесть, что самовольно едва не отдалась парню, который стойко и мужественно ей сопротивлялся. И чем хуже она думала о себе, тем лучше стала думать о Лёне. В ее глазах он вырос еще больше – порядочный, скромный, правильный, как треугольник с углами по 60°, стороны которого равны. А она будто кривая линия, траектория, которой никогда не стать частью геометрической фигуры.
Так начался третий курс. Находиться с Лёней в одном здании, но практически не видеть его и не разговаривать было мучительно больно. Сколько раз Ангелина ловила себя на мысли, что хочет вновь и вновь целовать его губы, трепетать всем телом в его жарких объятиях, слышать его «люблю», и самой не бояться признаться и себе, и ему, что любовь все еще жива.
Одной маленькой искры хватило бы разжечь их страсть с еще большей силой. Сколько раз Ангелина мечтала, но не решалась осуществить свою мечту: взять Лёню за руку и спрятаться с ним на первом этаже в темной комнатке возле раздевалки. Признаться ему в своих чувствах, не стыдиться слез, не бояться показаться ему наивной дурочкой… но боязнь отказа в грубой или даже не очень грубой форме не позволяла ей опуститься в его глазах еще ниже, чем она уже опустилась.
Ангелина любила его молча, болезненно и мучительно. Но все же она пообещала себе, что, не смотря ни на что, обязательно станет счастливой. С ним или без него… И настанет тот день, когда они встретятся, и неважно сколько пройдет лет, у них появится возможность поговорить по душам, и тогда она ему скажет, насколько сильна была ее любовь. Любовь, хранимая годами.
То «привет» стало последним словом, адресованным и Леониду, и Ангелине, произнесенным вслух за время обучения на третьем курсе, а сколько несказанных слов скрывалось за маской равнодушия, сколько уроков они оба провели с похожими мыслями так и не решаясь заговорить, терзая души друг другу.
Ангелина, как и Леонид, была умной, начитанной, училась отлично, учителя всем ставили ее в пример. Она принимала участие во всех конкурсах, концертах, любых мероприятиях, играла на пианино и всегда была на виду, в отличие от Лёни, который умело растворялся в толпе. Она знала, что среди сотен глаз студентов есть те, что неустанно следят за каждым ее шагом. Выступая на сцене, она искала среди зрителей его, надеясь, что он однажды все-таки решится и подойдет заговорить с ней.
Но надеждам не суждено было воплотиться в реальность. Леонид избегал встреч с Ангелиной. Он ни с кем о ней не говорил, не делился чувствами и переживаниями. – Черствый как сухарь, – думала о нем Геля, постепенно привыкая к мысли, что им не быть вдвоем.
Клин клином вышибают, так гласит народная мудрость. И Ангелина решила проверить на себе правда ли это, позволив однажды новенькому мальчику из группы ТУ провести её домой после «Веселых стартов», проведенных на природе в начале октября.
Все сразу заметили повышенный интерес Артема к Геле и с любопытством следили за развитием их отношений. Точнее сказать за попытками Артема произвести впечатление на девушку, которая не страдала от недостатка внимания мальчиков. Она знала себе цену и ни за что бы не разменивалась по пустякам, но, желая исцелиться от болезненной раны души, сделала вид, что ее сердце свободно и разрешила нелюбимому человеку любить себя так, как только может любить мужчина женщину. По-взрослому. Это был первый и весомый шаг, сделанный Ангелиной назло Леониду, отказавшемуся от ее любви.


Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 10.04.2013 в 22:20
Сообщение
Ангелина – девушка-весна

Я назову героиню своего романа Ангелиной. «Назову», потому что на самом деле ее звали иначе.
Это была хрупкая грациозная девушка. Настолько изящная, что те, кто разбирается в живописи, непременно нашли бы сходство с «девочкой на шаре». Ангелина словно сошла с холста великого итальянского художника XX века – Пабло Пикассо. Такая же милая и жизнерадостная. Где бы она не находилась, будь то степь, унылая и выжженная солнцем, или серый город с его нескончаемой суетой, – Ангелина, как красный цветок в волосах гимнастки, всегда была ярким пятном. А цветущей весной и зеленым летом на фоне буйной растительности Ангелина походила на лесную Нимфу. – Юная и красивая. Ей не требовался и венок из цветов, стоило только распустить длинные волосы, и вот она – девочка-весна.
Ангелина, безусловно, обладала больше чем просто приятной внешностью – была в ней и своя изюминка. Это и детская наивность, целомудренность и непосредственность. Она инстинктивно следовала своим внутренним порывам, любила всей душой, искренне выражая свои чувства и эмоции. Ей было чуждо кокетство, притворство и лицемерное поведение. Она не боялась быть собой, не стыдилась выражать свои мысли, душевные переживания, радости и смятения.
Ангелина любила музыку. С детских лет она играла на старом бабушкином пианино, вкладывая в мелодии личные чувства, отражая свое настроение. Поскольку Ангелина все принимала близко к сердцу, искренне сопереживала всем и каждому, не прячась за маской равнодушия, ей нужно было как-то выплескивать накопившиеся эмоции, и музыка была ей в этом лучшей помощницей. Игра на пианино давала Ангелине возможность самовыражения.
Но большинство не замечало красоты души Ангелины. Ее внутренний мир мало кого интересовал. Парни видели только то, что хотели видеть. – Стройную фигуру, приятные черты лица, шелковистые длинные волосы цвета карамели с золотистым отливом.
Ангелина не занималась бальными танцами, как, скажем, ее подруга Светлана, но ее осанка была такой же безупречной. Ровная спинка, прямые плечи, слегка приподнятый подбородок. Нос Ангелина высоко не задирала и не являлась обладательницей горделиво-пренебрежительного взгляда. Чаще всего она робко опускала ресницы, и на ее щеках розовел румянец. А по поводу носа она часто комплексовала еще со школьных лет – он не был ни прямым, ни вздернутым, а курносым с округлым кончиком. Но мама ее успокаивала, говоря, что только у добродушных людей бывает такой нос. – У злых и высокомерных носы прямые, длинные и острые.
Если кто-то всматривался в глаза Ангелины, его непременно завораживал необыкновенный чайный цвет. Не карие, не зеленые, а изумрудно-чайные. Такая палитра цветов вносила в образ Ангелины неразгаданную загадку. Ее улыбка не была такой таинственной, как у Мона Лизы, но пухлые и словно очерченные губы и ямочки на щеках делали улыбку Ангелины настолько естественной и позитивной, что ей можно было любоваться часами, как и «Джокондой» Леонардо да Винчи в XVI веке.
Но в XXI веке свои эталоны красоты. И если парень сказал «У тебя улыбка красивее, чем у Камерон Диас» – вот он современный комплимент. И подобные любезные сравнения, адресованные лучезарной открытой улыбке, Ангелине часто доводилось слышать от Леонида, которого она любила, не зная за что.

Обрывки воспоминаний

Летняя ночь разбросала по синему небу первые огоньки далеких звезд. По узкой тропинке шли двое. Они держались за руки и никуда не спешили. Только началось их очередное романтическое свидание, которому суждено было стать едва ли не последним, так как очередная подобная встреча произошла лишь более чем через 10 лет. Но в ту спокойную ночь двое влюбленных об этом еще не знали. Разве можно с уверенностью сказать, что никогда и ничего не может произойти вопреки твоим сегодняшним планам и надеждам?
Стройный силуэт девушки в светлом платье постепенно таял на фоне высоких и густых трав, колышущихся под натиском игривого ветра. Ангелина вела своего парня в глубь старой заросшей балки, где под прикрытием молчаливых дубов можно было бы распрощаться с невинностью.
Ангелина сама не знала что творила, ею двигала любовь и желание показать Леониду насколько сильны ее чувства. Она шептала нежные слова, не стесняясь, признавалась в любви, позволяла целовать не только губы, но и открытые плечи. Прижимаясь к сильной груди, не боялась быть ближе, чем раньше.
Молодой и еще совсем неопытный в любовных играх, Лёня вел себя скованно. Он не позволял себе лишнего. Его руки скользили по шифону скромненького платьица, не опускаясь ниже талии.
Леонид был симпатичным мальчиком. Семнадцатилетний боксер, высокий, сильный и, по мнению Ангелины, самый красивый и умный из всех, с кем она была знакома. В его объятиях Ангелина забывала обо всем. Даже на вопрос «семью восемь» ответила бы не сразу, не так, как на уроках – молниеносно, не задумываясь. Им и только им она восхищалась, рассказывая подружкам, какой он неповторимый, безукоризненный, самый-самый лучший.
Любовь к этому человеку разжигала в ней страсть. Но в душе Ангелины и скромность, и пробуждающаяся чувственность занимали равные доли. Эти две составляющие и стали причиной незавершенности эротической сцены под вековыми деревьями. Леонид испугался натиска свой ровесницы. Она показалась ему слишком напористой, вызывающей и настолько страстной, что напомнила главную героиню из откровенного молодежного фильма. Он не видел в Ангелине девушку, которая любит. Он видел девушку, которая хочет. А Лёня ценил (по крайней мене он так считал) не только умение возбуждать, но и умение быть сдержанной.
В ту ночь, когда лунный свет освещал лицо Ангелины, а ветер трепал распущенные волосы цвета карамели, она была необыкновенно красива. Леонид не уставал восхищаться ее внешностью и мысленно, и вслух, шепча комплименты в моменты между поцелуями.
В тишине было слышно, как поют сверчки и ночные птицы. Ноги щекотала трава, которую Ангелине не терпелось примять. Она была уверена, что любит настолько сильно, что незачем откладывать то, что рано или поздно должно произойти.
Поманив его опуститься, Ангелина не отрывалась от влажных губ, надеясь, что Леонид не осудит ее за предпринятую инициативу. Ангелина ничего не знала о сексе и удовольствии такого рода. Об этом ей приходилось только читать в дешевых бульварных романах и представлять, как это наверно хорошо, просматривая многочисленные серии бразильских сериалов.
«Ты приводишь на это место всех?». Эта фраза звенела в ушах. «Как он мог такое подумать?»
Тут скромность и одержала верх над желанием близости. Ангелине самой стало противно от своего же поступка. Она с любовью готова была отдаться Леониду, тем самым доказав и себе и ему, что они уже взрослые. Но его вопрос прозвучал бестактно и причинял боль. «Всех?» «Что значит всех? Ты – единственный» – хотела ответить Ангелина, но на глаза невольно накатывались слезы, и меньше всего хотелось оправдываться.
Она поспешно встала, отряхнула платье и решила на этом закончить, но Леонид заключил её в объятья. Не чувствуя вины в своем вопросе, он снова попытался ее поцеловать.
Разговаривать и что-либо доказывать больше не было надобности. Поцелуи были настолько сладкими и нежными, что Ангелина не могла обижаться на Леонида. Еще какое-то время они просто целовались, потом он провел её домой и… завтра они уже не увиделись.
Ожидания Ангелины оказались напрасными – он не пришел. Но именно этот вечер и эта ночь, проведенная в обнимку с сырой от слез подушкой, должны были бы стать прощальными.
Леонид собирался подработать на летних каникулах в пионерском лагере вожатым. Ангелина знала об этом, но не думала, что их отношения так скоро закончатся. Она надеялась на встречи, ведь и у вожатых есть выходные. К тому же лагерь был расположен не так далеко (хотя, смотря с какой стороны на это посмотреть), и Ангелина могла бы иногда к нему приезжать или даже приходить пешком.

Хоть на край света

Однажды Ангелина вместе с друзьями собралась поехать на ставок. Большой компанией на велосипедах. Она и понятия не имела, где именно находится пионерский лагерь, но решила, что, во что бы то ни стало, все разузнает и сможет, наконец-то, увидеть своего любимого. Она каждый день думала о нем.
Дорога от села, в котором жила Ангелина, и до ставка была длинной и утомительной. Но на какие трудности не пойдешь ради первой любви?! Что там какие-то километры под бугор да по кочкам, по узким тропинкам и старым дорогам, если где-то там (может быть) думает о ней и ждет тот, кому она едва не отдалась, и тот, кто не решился этим воспользоваться.
Ворота, крики детей… Лагерь! Леонид! Сердце Ангелины замирало от счастья в надежде вот-вот снова утонуть в серо-голубых глазах любимого человека. Она смотрела, как он приближается – еще более красивый, чем прежде, загорелый, веселый. Голова пошла кругом, хотелось кинуться ему навстречу, прижаться всем телом и не отпускать долго-долго… Но вокруг было столько детворы, столько любопытных глаз, что Ангелине пришлось взять себя в руки и вести себя по крайней мере сдержанно, не выставляя напоказ свой истинных желаний.
Леонид, как показалось Ангелине, не очень то и обрадовался её появлению. Легким поцелуем коснулся приоткрытых губ, беглым взглядом пробежался по зеленому сарафану в белый горошек и остановился на красивых чайных глазах, будто хотел по ним что-то прочитать…
Они разговаривали меньше получаса, присев на одну из лавочек в тени высоких акаций. Ангелина смотрела на него зачарованным взглядом, понимая, как сильно она его любит, но сожалея, что ей приходится «бегать» за ним, а не наоборот. Но она умело находила оправдания всякий раз, когда темные мысли закрадывались ей в голову. И в тот день, она сама себя успокоила, внушив себе надежду, что Леонид обязательно придет к ней, как только первая смена закончится.
После визита в летний лагерь Ангелина целую неделю не выходила гулять. По вечерам читала книги и прежде чем заснуть думала о нем, прокручивая в памяти их последний вечер и последнюю ночь. Она переживала, что все сложилось не так, как ей хотелось. Но, что ее беспокоило больше: то, что Леонид возможно плохо о ней подумал или то, что она не довела до конца начатое, Ангелина точно не знала. Но все же была больше склонна к выводу, что лучше жалеть о сделанном, чем о том, чего так и не сделала. И она стала жалеть, что так и не осмелилась взять все в свои руки.
Придя к такому выводу, Ангелина с еще большим нетерпением хотела увидеть своего Лёню. И попросила свою лучшую подругу составить ей компанию. И вдвоем, пешком, а не на велосипедах, они пошли через поля и посадки на ставок.
Дул горячий обжигающий ветер, стояла сорокоградусная жара, вокруг не было ни души, и только две отчаянные подружки торопились поскорее добраться зеленых акаций, за которыми скрывалась голубая полоса зеркальной глади водоема и непосредственно – пионерский лагерь, за стенами которого Леонид постепенно забывал свою страстную любовь.
В тот день Ангелина его так и не встретила. Далекий путь был проделан зря…
На самом ли деле Леонида не было в лагере или молоденькая вожатая обманула наивную Ангелину, положив глаз на красавчика-боксера? Об этом Ангелине оставалось только догадываться, потому что она дала себе обещание больше к нему не ходить. Но слабые надежды, что однажды он сам придет, все еще теплились в ее сердце. А он не приходил…
А вскоре один из друзей сказал Ангелине, что видел Леонида возле магазина… и это означало для нее, что любви больше нет. – Он был дома. Был! Но не зашел к Ангелине.

Последнее «Привет»

Летние каникулы пролетели не то чтобы незаметно, но близилось 1 сентября. Опять первый звонок, учеба, горный лицей и, конечно же, Леонид. Они были однокурсниками. Второй курс за плечами. Осталось всего ничего – меньше, чем год. А потом… потом судьба их разведет по разным сторонам.
На пробный день Ангелина шла с уверенностью, что Лёня обязательно будет там. Она полночи не спала, все ворочалась с боку на бок, думая об их встрече. Какой она будет? Неужели он проигнорирует ее, сделает вид, что не замечает, не заговорит, и даже не подойдет просто поздороваться, а еще лучше – объясниться, почему все закончилось, не успев начаться?
Как и всякий раз в хорошую погоду, Ангелина пошла на учебу пешком, вместо того чтобы сэкономить время и силы, но потратив лишние деньги на проезд в маршрутке. Лицей находился не так то и близко от ее дома, но гораздо ближе, чем пионерский лагерь, куда она непременно помчалась бы снова и снова, если бы верила, что любовь Леонида не остыла, и он ее ждет.
Геля (так называли Ангелину подружки и мама) в полном одиночестве прошла через густые заросли посадки, отделяющие родное село от «внешнего» мира, и размеренным шагом направилась по тротуарам вдоль дороги в лицей. Путь обычно занимал у нее около 40-50 минут. Но тогда она преодолела его буквально за полчаса. Слишком велико было желание поскорее во всем разобраться.
На Ангелине была длинная черная юбка с двумя разрезами по бокам, туфли на невысоком каблучке и цветастая кофточка. Волосы больше не отливали карамелью, а блестели на солнце спелой вишней, потому что Ангелина перекрасила их перед новым учебным годом. Она решительно хотела перемен.
Ангелина подходила к центральному входу, ощущая на себе взгляды студентов. Многие оглядывались ей вслед, и она чувствовала это спиной. Но Леонида на улице не было.
Немного огорчившись, Ангелина поспешила пройти через стеклянный коридорчик, в надежде, что возможно за стенами лицея встретит подружек, а может и самого Леонида.
Едва ее стройная ножка ступила на голубую плитку, которой был выстлан пол в фойе – их глаза встретились. Это был он! Все такой же красивый и манящий. Его губы и глаза заставили сердце Ангелины на время остановиться, а потом барабанить с такой силой, что этот стук заглушал голоса, доносящиеся с улицы. Все стало таким неважным, несущественным и потеряло всякий смысл, будто они улетели в космос, оставив всю земную суету позади.
Но это мгновение длилось недолго. Ангелине быстро удалось собраться с духом, сделать по возможности максимально равнодушное лицо и попытать пройти мимо, ожидая реакции Лёни. Кто первый скажет «привет»?
Он был в компании своих друзей. Вероятно, они что-то обсуждали, но с появлением Ангелины замолчали, будто тоже ждали какой-то реакции. Подойти и заговорить Ангелина не решилась, чувство собственного достоинства не позволяли ей сделать подобное. Но, так и не услышав от Лёни желанное «привет», она поздоровалась первой и, не остановившись ни на секундочку, поспешила скорее подняться на второй этаж, чтобы спокойно перевести дух и принять правду такой, какая она есть. Леонид останется в прошлом… лишь прекрасным воспоминанием.
Мысленно Ангелина винила во всем только себя, считая, что не заслужила любовь такого парня, как он. Она сожалела, что так открыто хотела его под синим небом, в густой траве, под пение ночных птиц, что позволила своей безнравственной душе одержать верх над здравым смыслом, что переступила через всякий стыд и совесть, что самовольно едва не отдалась парню, который стойко и мужественно ей сопротивлялся. И чем хуже она думала о себе, тем лучше стала думать о Лёне. В ее глазах он вырос еще больше – порядочный, скромный, правильный, как треугольник с углами по 60°, стороны которого равны. А она будто кривая линия, траектория, которой никогда не стать частью геометрической фигуры.
Так начался третий курс. Находиться с Лёней в одном здании, но практически не видеть его и не разговаривать было мучительно больно. Сколько раз Ангелина ловила себя на мысли, что хочет вновь и вновь целовать его губы, трепетать всем телом в его жарких объятиях, слышать его «люблю», и самой не бояться признаться и себе, и ему, что любовь все еще жива.
Одной маленькой искры хватило бы разжечь их страсть с еще большей силой. Сколько раз Ангелина мечтала, но не решалась осуществить свою мечту: взять Лёню за руку и спрятаться с ним на первом этаже в темной комнатке возле раздевалки. Признаться ему в своих чувствах, не стыдиться слез, не бояться показаться ему наивной дурочкой… но боязнь отказа в грубой или даже не очень грубой форме не позволяла ей опуститься в его глазах еще ниже, чем она уже опустилась.
Ангелина любила его молча, болезненно и мучительно. Но все же она пообещала себе, что, не смотря ни на что, обязательно станет счастливой. С ним или без него… И настанет тот день, когда они встретятся, и неважно сколько пройдет лет, у них появится возможность поговорить по душам, и тогда она ему скажет, насколько сильна была ее любовь. Любовь, хранимая годами.
То «привет» стало последним словом, адресованным и Леониду, и Ангелине, произнесенным вслух за время обучения на третьем курсе, а сколько несказанных слов скрывалось за маской равнодушия, сколько уроков они оба провели с похожими мыслями так и не решаясь заговорить, терзая души друг другу.
Ангелина, как и Леонид, была умной, начитанной, училась отлично, учителя всем ставили ее в пример. Она принимала участие во всех конкурсах, концертах, любых мероприятиях, играла на пианино и всегда была на виду, в отличие от Лёни, который умело растворялся в толпе. Она знала, что среди сотен глаз студентов есть те, что неустанно следят за каждым ее шагом. Выступая на сцене, она искала среди зрителей его, надеясь, что он однажды все-таки решится и подойдет заговорить с ней.
Но надеждам не суждено было воплотиться в реальность. Леонид избегал встреч с Ангелиной. Он ни с кем о ней не говорил, не делился чувствами и переживаниями. – Черствый как сухарь, – думала о нем Геля, постепенно привыкая к мысли, что им не быть вдвоем.
Клин клином вышибают, так гласит народная мудрость. И Ангелина решила проверить на себе правда ли это, позволив однажды новенькому мальчику из группы ТУ провести её домой после «Веселых стартов», проведенных на природе в начале октября.
Все сразу заметили повышенный интерес Артема к Геле и с любопытством следили за развитием их отношений. Точнее сказать за попытками Артема произвести впечатление на девушку, которая не страдала от недостатка внимания мальчиков. Она знала себе цену и ни за что бы не разменивалась по пустякам, но, желая исцелиться от болезненной раны души, сделала вид, что ее сердце свободно и разрешила нелюбимому человеку любить себя так, как только может любить мужчина женщину. По-взрослому. Это был первый и весомый шаг, сделанный Ангелиной назло Леониду, отказавшемуся от ее любви.


Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 10.04.2013 в 22:20
Kristina_Iva-NovaДата: Среда, 24.04.2013, 00:03 | Сообщение # 2
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline


11 лет спустя

Ангелина приехала в центр города, как всегда, на автобусе. В белых босоножках на высоком каблуке она неторопливо шла по грязным енакиевским улочкам. Черная пыль оседала на обувь, на ухоженные пальчики с аккуратным педикюром.
Енакиево – город, не отличающийся своей чистотой и экологией от других промышленных городов Украины, где заводы располагаются по глупой случайности именно в центре, а не за пределами жилых массивов. Вокруг ЕМЗ (Енакиевский металлургический завод) вечная пыль, с которой у многих и ассоциируется этот город. Но местные жители, не смотря на то, что ни в коем случае не вывешивают постиранные вещи сушиться на балконах, не могут себе отказать в удовольствии ходить в белом. Наверно, человечек из рекламы «Tide» (Ви ще не в білому? Тоді ми йдемо до вас!) побывал в каждом доме, и, конечно же, не обделил вниманием Ковалевскую Ангелину Станиславовну. В строгом белом костюме в черную полоску она «плыла» на работу, соблазнительно покачивая бедрами.
«Серые мышки» искоса поглядывали в ее сторону, прицениваясь – сколько же денег она тратит на аксессуары и бижутерию, косметику и парфюмерию, наряды, сумочки и т.д. Равные ей – не могли не отметить хорошего вкуса, умения красиво одеваться, краситься, и смелости быть яркой и привлекательной каждый день. Мужчины, которые еще не забыли, что они мужчины, с удовольствием пожирали Ангелину глазами, некоторые даже осмеливались попытаться познакомиться и попросить «телефончик». Но она ни на кого особо и не обращала внимания, так всего лишь делала кое-какие заметки на их счет (типа: «а этот ничего», «с этим можно было бы и познакомиться поближе»). Но все-таки – нет! Ангелина была замужем, причем дважды, и со вторым мужем жила относительно счастливо более 7 лет. Поэтому и не знакомилась на улице.
Офис «Logistics Company», где Ангелина работала оператором сервисного центра, находился на главной площади города – прямо в центре, напротив музыкального фонтана со световыми эффектами, на который местные власти не пожалели 2,5 млн. грн. Что там пыль на тротуарах и в воздухе? Главное, чтобы фонтан радовал глаз! И Ангелина все-таки любила это место. Она улыбалась, наблюдая, как брызги воды сверкают на солнце, как шумят, ударяясь о зеркальную поверхность, хрустальные капли. Еще один взгляд на фонтан – и она на ступеньках, ведущих в ее второй мир – работу, поглощающую большую часть свободного времени.
– Всем привет! – едва не закричала она от радости, только переступив порог.
На своих местах, уже включив компьютеры, сидели двое сотрудников «Logistics Company»: Шева Инна – молоденькая девушка в фирменной рубашке с логотипом компании, и Сергей, чью фамилию Ангелина никогда не могла свободно произнести, чтобы не исковеркать – Бердалихужвалидзе. И отчество его произносилось не легче фамилии, и поэтому звали Сергея все просто – «Розовые ушки» (они у него на самом деле были постоянно розовые, как у белого кролика)!
– Привет, – в два голоса ответили оживленные коллеги.
– Ты сегодня как-то раненько! Может по кофейку с нами?! – предложила Инна.
– Ну, давай, как раз пока остальные не пришли, поболтаем за одно! Идемте в нашу «VIP-зону» отдыха, хоть 15 минут посидим на красном диване и почувствуем себя клиентами, которым все можно!
Раздался смех. Слово «клиент» по утрам звучало не так неприятно, как в конце рабочего дня.
Вскоре они втроем расселись на кожаном диване. Все в корпоративной форме и с бейджиками. Каждый с чашкой ароматного кофе в руках и с естественной непринужденной улыбкой на лице.
Ангелина заражала всех своим хорошим настроением, ее хохот был слышен и в соседнем магазине, и в аптеке, и в банке, и даже в подвале. Если ей весело – об этом знали все, а если грустно – только единицы.
– Я вчера вечером уже почти собрала чемоданы! Осталось отмучиться всего один день, и я в отпуске! – хвалилась Ангелина в первую очередь Инне, которая за короткий промежуток времени стала ей, как родная сестра, близкой. – Наконец-то я отдохну от этих людишек! Не нужно будет натягивать на себя маску вежливости, когда хочется орать на них матом! Да и кто мне будем задавать идиотские вопросы на море?! Там я никому не должна ни корректно отвечать, ни выслушивать, и в глаза каждому смотреть не нужно!
– Класс! Я тоже хочу на море! Или хотя бы просто в отпуск. Эти клиенты меня бесят, – серьезно сказала Инна, добавив, – я ненавижу людей.
– Да ладно тебе, они такие же люди, как и мы, только немного с приветом! – подразнил ее Серж – «Розовые ушки», закрывая рот левой рукой, чтобы сдержать свой смех, и от этого покраснело все его лицо, а не только уши.
– «Немного»? Да они тупые! – закричала Инна, чуть не подавившись кофе.
– Да ладно вам! Хватит о работе. Хотите, я вам покажу, что купила сегодня на базаре?! – и Ангелина в мгновение ока достала из пакета розовую соломенную шляпку с широкими полями.
– Вау! Какая прелесть! Примерь! Я хочу на тебя посмотреть, – встрепенулась Инна и быстро отложила чашку на столик.
– Идем к зеркалу, – Ангелина на ходу надела шляпку и засветилась от счастья еще больше. – Ну, как?
– Шикарно! Можно и я примерю?!
– Конечно!
В этот момент в клиентскую зону вошли другие сотрудники «Logistics Company»: Татьяна и две Елены, одна рыженькая кучерявая, вторая черненькая, Евгений, Руслан, еще один Сергей и два Игоря (один солидный, а второй – студент). Всех их объединяло одно – они были коллегами по несчастью работать и жить в этой компании.
Так началось рабочее утро перед всеобщим выходным днем в Украине – Днем Конституции. Девочки поочередно вертелись перед зеркалом в розовой шляпке, и каждая представляла себя прогуливающейся по морскому пляжу. А открывать сезон отпусков выпал шанс Ангелине – она за месяц всех поставила перед фактом, что уже куплены билеты и она поедет в Крым в любом случае. И ей пошли на уступки, отредактировав график отпусков. А что? Ведь каждый в нашей стране имеет право на отдых. Тем более, как утверждают ученые, люди, которым постоянно приходится контактировать с людьми, устают не меньше, а больше, чем те, которые зарабатывают на жизнь физическим трудом.

Случайная встреча

Часы показывали 9:00. В клиентской зоне яблоку негде было упасть. Все будто приехали одним автобусом. Нет, скорее двумя. Шум, гам, споры, неразбериха. Глухая старушка с газетами кричала, что пришла раньше всех, чтобы дочке в Донецк отправить «Енакиевский рабочий». Мол, там, в разделе «знакомства» много достойных претендентов на руку и сердце ее пятидесятилетней дочурки. Кто-то пришел с мешком мобильных телефонов на отправку, пятые-десятые с недовольными лицами ждали своей очереди, чтобы получить свой Интернет-заказ. Мужчина лет сорока с бодуна пришел за платьем по просьбе тещи, а «посылочка» то, как выяснилось, с Полтавы да через Ужгород кратчайшим маршрутом поехала в Енакиево, да по нелепой случайности некомпетентных грузчиков застряла в Новомосковске. Когда пришла сама теща, то бедные несчастные клиенты были готовы скинуться ей на дорогу в два конца Енакиево – Новомосковск, Новомосковск – Енакиево, лишь бы она поскорее закрыла свой рот.
И в этот час-пик, когда Ангелина, обслуживала очередного клиента, ее сердце замерло от неожиданности встретить среди столпившихся людей того, чьи фотографии хранила более десяти лет на полочке рядом с семейными альбомами. Это был, несомненно, он. Все те же серо-голубые глаза, нежный и ласковый взгляд, губы… Она вспомнила вкус его поцелуя, слова, что он шептал, и сердце было готово выпрыгнуть из груди.
Леонид изменился по прошествии стольких лет, возмужал, стал настоящим мужчиной, немного поправился, отрастив небольшой животик, но, как и в семнадцать лет, был неотразим. На нем была классическая рубашка и синий галстук с белыми звездочками. Его ног не было видно из-за высокого стола, и Ангелина не могла разглядеть своего давнего знакомого до самых кончиков туфель. Но и того, что открылось ее взору, было больше чем достаточно, чтобы понять – с годами Лёня стал еще более сексуальным.
Кровь забурлила, необузданное волнение сковало по рукам и ногам, дар речи едва не пропал, Ангелина и сама не поняла, каким образом то самое «привет» сорвалось с ее губ.
– Привет. Ангел… Геля! Это ты?! – подошел к ее столику Леонид, как и 99% клиентов «Logistics Company» с мобильным телефоном в руке. – Ты давно здесь работаешь? – он искренне улыбался, и его глаза блестели так же ярко, как и глаза Ангелины.
– Здесь? В енакиевском отделении «Logistics Company» – недавно. Я работала оператором в этой же компании только в другом городе… – Ангелина замолчала, всматриваясь в черты лица, знакомые до боли. – Ты за «посылочкой»?
– Да, – Леонид протянул телефон, показывая сообщение с номером товаротранспортной накладной, – посмотри, пожалуйста, когда я смогу получить свой заказ.
Ангелина собрала все силы в кулак и, стараясь не показывать своего волнения, протянула руку к телефону. Но словно от удара тока одернула ее назад, чуть не выронив телефон, когда случайным касанием дотронулась его пальцев. Леонид не мог этого не заметить, и с любопытством продолжал наблюдать, как она торопливо дрожащей рукой вводила номер ТТН в компьютер.
– Ой! Что-то не так. Я, наверно, не ту циферку нажала, – еле слышно сказала Ангелина, и стала повторно набирать номер.
Этого времени Леониду вполне хватило, чтобы заметить обручальное кольцо на безымянном пальце, массивный золотой браслет с переливающимися камнями, очень похожими на настоящие бриллианты, красивые длинные пальцы и безукоризненный французский маникюр. Столько мыслей сразу пронеслось в его голове: и то, что Ангелина сейчас чья-то жена, и то, какими сладкими были ее поцелуи. Он смотрел на ее черные опущенные ресницы, отмечая, что его Геля все такая же молодая и красивая, как и в семнадцать лет.
– Лёня, а твоя «посылочка» еще не приехала. Может сегодня вечером или завтра утром. Стоп! Завтра же выходной у всех. Тогда, аж послезавтра. – Ангелина меньше всего хотела расстраивать Леонида, но то, что его заказ еще не доставили, немного и обрадовало. Ведь это означало, что он придет снова, и они опять увидятся. Но тут же Ангелина вспомнила, что с завтрашнего дня она в отпуске и уезжает в Крым, и тогда они явно не смогут увидеться, хотя бы вот так – на несколько минут.
– А сегодня в котором часу будем машина из Донецка? – спокойный голос Леонида вернул ее к действительности.
– К 18.00.
– Хорошо, тогда не прощаюсь.
Леонид достал из кармана визитку и положил на стол, подмигнув. Он ушел.
«Журавлев Леонид Вячеславович. Адвокат» прочитала Ангелина и отложила визитку в сторону – в подставку для канцелярии, где всевозможных визиток было больше, чем скрепок в нераспечатанной упаковке. И это с учетом того, что Ангелина собрала их не за такой уж долгий срок. «Значит, адвокат! Хорошо!» – подумала она и продолжила обслуживать, как ей казалось, нескончаемых клиентов.
При первой же выпавшей возможности перевести дух, когда наплыв желающих «получить и отправить» иссяк, Ангелина опять достала визитку и стала вертеть ее в руках, повторно перечитывать и думать «для чего Лёня ее оставил?» «Может, хотел продемонстрировать, чего добился за 10 лет? Стал адвокатом! Или для того чтобы я ему позвонила, а может, написала письмо на электронный адрес?»
– Опять визитка?! – жизнерадостный голос Инны, заставил Ангелину вздрогнуть от неожиданности. – И кто на этот раз? Стоматолог? Гинеколог? Ресторан Рассвет? Кто не рискнул попросить у тебя телефончик, оставив, в надежде на внимание, свой?
– Читай! Журавлев Леонид Вячеславович. Адвокат! – громко заразительно засмеялась Ангелина, как бы подыгрывая намеку Инны на рост коллекции визиток. – Это мой бывший парень. Я его видела последний раз еще в 2002 году… Или нет. Даже – в 2001. Точно! Осенью 2001 года. Мы тогда оба перешли на третий курс…
– Что, правда?
– Правда, – грустно ответила Ангелина. – Я думала он станет известным боксером. Представляешь, таким как братья Кличко! Будет разъезжать по странам, таким шикарным городам, как Лас-Вегас. А он, оказывается, живет здесь – в Енакиево.
– И ты его ни разу не видела за все это время? – Инна придвинула стул поближе, ожидая подробностей.
– Ни разу. Но я часто вспоминала наши встречи, поцелуи, – Ангелина задумчиво закусила нижнюю губу. – Он божественно целуется! По крайней мере – раньше. Как думаешь, стоит ему позвонить? Нам бы нашлось, о чем поговорить! Хотя бы просто вспомнить что было.
– Не знаю! А если твой муж узнает, как он это воспримет?
– Что это? У нас с Лёней никогда ничего не было. Мы можно сказать просто друзья, потому что дальше поцелуйчиков под луной и звездами никогда не заходили. А разве два друга, и не важно, что это мужчина и женщина, не могут встретиться, скажем, где-нибудь в кафе, и мило побеседовать?!
– Ты хочешь с ним поговорить? Да?! Я вижу по твоим глазам! Они светятся от счастья! Твой адвокат – это тот с галстуком?
– Ага! А ты обратила на него внимание?
– Я заметила, что вы подозрительно долго общаетесь. Обычно ты клиентов настолько не задерживаешь!
– И как он тебе?
– Не знаю, – Инна пожала плечами, – я его не рассмотрела. А почему вы расстались?
– Так вышло. Я его слишком сильно хотела! И наверно этим спугнула. К тому же моя гордость не позволяла бегать за ним – мне больше нравилось, когда парни добивались моего внимания. А он такой же стойкий и упертый, как я.
– Ничего себе! Так вы ни разу…
– Нет. Он меня даже голой не видел, не говоря о том, чтобы… Но какая между нами была страсть! Этого не передать словами.
– Тогда, я бы на твоем месте без всяких размышлений позвонила ему! Может, он сам пригласит тебя в кафе после работы, и вы, – Инна специально выдержала паузу, подразумевая, что продолжение может быть разносторонним, – … поговорите!
Ангелина задумалась:
– Нет, я точно не буду звонить. А что если он на работе? Или уже дома? С женой? А если у него трое детей? Я ведь ничего о нем не знаю, кроме того, что он теперь адвокат. А если я позвоню, и ответит женский голос… Точно! Я не позвоню – я напишу ему письмо! Коротенькое, но со смыслом! – и она хитро улыбнулась, прищурив глаза.

Ангелина до конца рабочего дня летала в облаках, часто путала цифры, сосредоточившись больше на своих личных делах, а не на обслуживании клиентов. А ровно в 18.00 она снова увидела его. Леонид уже успел переодеться, и был одет в веселенькую рубашку, больше подходящую для прогулок по пляжу, и шорты. В клиентской зоне было многолюдно, и Ангелина заметила его лишь тогда, когда подошла его очередь, но к другому столу. Лёню обслужил другой оператор. А Ангелине хотелось бы самой выдать ему накладную на получение груза, чтобы еще хоть чуть-чуть почувствовать его притяжение. Она даже думала пойти за ним, но так и не решилась. Их взгляды пересеклись, Леонид быстро попрощался, бросив на ходу «Увидимся!».
Рабочий день подошел к концу. Часы показывали 19.00, и сотрудники «Logistics Company» расходились по домам. Ангелина жила за городом, и, так же как и утром, ей предстояло проделать путь от офиса компании до автобусной остановки пешком, а потом сесть в маршрутку, которая доставит ее прямиком к дому.
Всю дорогу она обдумывала, что бы написать Лёне, как начать с ним разговор, чтобы не спугнуть его и на этот раз. Она решила вести себя сдержанно, так словно их случайная встреча вовсе не вызвала в ее душе бурю эмоций, воспоминаний и все той же девичьей страсти, как и много лет назад. И было только одно «но», которое подталкивало к решению вести себе сдержанно – муж. Если бы не это замужество, что словно оковы останавливало Ангелину от воплощения своих же желаний в реальность, она бы не побоялась быть до конца откровенной с Лёней.
Не смотря на довольно негладкие отношения с мужем, более 7 лет она была только его женщиной и никому и никогда не давала даже повода подумать, что и другие мужчины не только способны, но временами таки и разжигают в ее воображении предательские мысли сексуального характера. Но только в своих фантазиях она могла изменить мужу, не по-настоящему, без тени сожалений и угрызения совести.

В ожидании отпуска

Ангелина довольно быстро добралась домой. В подъезде она встретила огромного черного кота с круглыми перепуганными глазами. Осторожно обойдя его, она проскочила по лестнице и постучала в двери своей квартиры. Ей долго не открывали, будто не хотели впускать, и Ангелине пришлось настойчиво бить сначала костяшками пальцев, а потом и кулаком. Наконец-то из коридора донесся шум, щелкнули замки, и дверь распахнулась.
На прямоугольном коврике стоял босоногий мальчик в одних трусах. Большими голубыми глазами он грустно смотрел из-подо лба, будто провинился и боится, что его поругают. Это был Саша – сын Ангелины от первого брака. Едва Ангелина преступила через порог, как чужой кот заскочил в их дом. Он стал противно мяукать и носиться по коридору, будто что-то искал.
– Ай, – от неожиданности вскрикнул Саша, но не испугался и побежал догонять незваного гостя.
– Лови его! Лови! – закричала Ангелина. – А где наш папа? – сбросив с уставших ног босоножки, она пулей очутилась в зале, где происходило следующее:
На разложенном диване, как ни в чем не бывало, спал ее муж Ковалевский Петр Борисович – «мужчина в самом расцвете сил», прилегший отдохнуть, явно «пригубивший» как минимум пару литров пива. Его глубокий сон был нерушим. Лицо красное. Небритый. На полу валялись разбросанные детские игрушки. Возле стола – пивные бутылки. Работал компьютер. По телевизору показывали вечерние новости. Мурка – любимица Ковалевских, с взъерошенной шерстью (видно от ужаса впервые в жизни увидеть кота) тоже стала носиться по комнате и в итоге по шторе забралась на книжный шкаф, оборвав карниз. Чужой черный кот на полусогнутых метался из угла в угол, не прекращая душераздирающе орать. А Саша все пытался его поймать, но безрезультатно.
– Эй! Вставай! Лови кота! – закричала Ангелина, принявшись тормошить мужа.
– Лови «шо»? – Он открыл один глаз, потом резко откинул покрывало, осмотрелся и, так и не поняв происходящего, опустился на пол. На корточках оббежав диван, как быстрый пони, он видно понял, что надо кого-то поймать.
– Это Макс – кот новых соседей с третьего этажа! – протараторил Саша очень быстро, что папа Петя все равно ничего не понял.
– Какой-то он бешеный! – возмущалась Ангелина, со стороны наблюдая невероятную картину.
«Черный кот. Чужой кот. Ворвался в мой дом. К чему бы это? Наверно, что-то произойдет? Но что? Когда? Перемены? Несчастье? Какое? У меня сегодня поезд. Дорога. А что если… Нет. Я не суеверная. Подумаешь, кот…»
Тем временем ее муж, похоже, окончательно проснулся, протрезвел, и за шкирку вытащил кота из-за дивана. От перепуганного животного избавились, захлопнув за ним дверь. В квартире возобновилась тишина, но ненадолго. Вскоре обнаружилось, что Саша что-то сделал с компьютером, и доступ к Интернету пропал. Поэтому он и был такой грустный, когда Ангелина вернулась с работы. Теперь папа Петя, как называла Ангелина мужа, читал нотации ребенку, обвиняя его в излишней «грамотности». Саша заплакал, как маленький, хотя он закончил уже третий класс и перешел с высокими результатами знаний в четвертый. Спокойно наблюдать это Ангелина не смогла, и в считанные секунды все решила:
– А сегодня что за праздник? Ты чего, собственного говоря, опять пьяный? Отмечаешь мой отъезд? Не рано ли? Я еще не уехала, а ты уже почувствовал свободу? И кто виноват, что с твоим компьютером что-то не так? Смотреть надо было за ребенком, а не спать! – Ангелина была груба, и один только тон, в котором все было сказано, заставил Петра замолчать и с кислой физиономией уткнуться в компьютер.
В этом доме решения принимала Ангелина. Так было с самого начала, как только Петя переехал к ней жить. Она была хозяйкой квартиры и не боялась «качать права». Все и всегда должно было быть, как она захочет. Розовые стены, белый потолок – значит, розовые стены, белый потолок! Так и повелось. Из года в год. Временами ей, конечно, хотелось, чтобы муж проявлял хоть какую-то инициативу, но он настолько обленился, что даже испытывал облегчение, что не у него, а у Ангелины «болит голова» по поводу выбора кафеля, обоев, багетов. Он со всем соглашался, но даже не всегда принимал участие в ремонте. Обычно они начинали вместе, а заканчивала Ангелина. Она смело брала в руки не только кухонную посуду, но и мужские инструменты. Однажды ей довелось самой сверлить в бетоне отверстия при помощи дрели с перфоратором. С ее то маникюрами и нежной кожей! Она сломала два сверла с победитовыми наконечниками, натерла мозоли на ладонях, но, довольная собой, закрепила плинтуса в зале. Она не была специалистом широкого профиля, но сама бралась укладывать плитку. И на кухне, и в коридоре. А муж только подавал. Но, тем не менее, они делали ремонт совместными усилиями.
Был случай: как-то по неосторожности Ангелина порезала палец об острый край кафеля. Оставалось прилепить буквально 3 квадратика. Петя тем временем играл в «World of Tanks». И он, как «настоящий мужчина и любящий муж», достал стерильный бинт, вату, обработал ее пальчик зеленкой, и сказал: «Любимая, как помоешь полы, скажешь. – Я пойду купаться!» И подобное отношение ее ничуть не удивляло. Ей то, может, и хотелось в глубине души, чтобы он тогда предложил закончить за нее работу. Но не было ничего такого, чего Ангелина не могла бы сделать сама. И если она чего-то хотела, то шла на все, лишь бы довести начатое до конца.
Петр Борисович Ковалевский от жизни хотел немногого. – Прийти после работы домой, плотно пообедать, посмотреть телевизор или просто поспать, а его любимым занятием за последние годы стала «война» – онлайн-игра «World of Tanks». На этой «войне» он и пропадал днями, вечерами и ночами. Уже и к молодой и все еще красивой Ангелине не испытывал он ни интереса, ни желания. Смыслом всей его жизни стало стремление победить. Победить армию виртуального соперника. И Петр не задумывался ни на мгновение, что в реальной жизни у него может появиться достойный соперник, одолеть которого так просто, как в игре, не удастся. Но все его мысли были только о танках.
Ангелина не разделяла его взглядов. Она хотела внимания, нежности и ласки, хотела мужа в постели, а не рядом за компьютерным столом и в перерывах между боями. За 7 лет она забыла, что такое страсть, оргазм и как это – четыре раза подряд. Виной тому она считала возраст мужа. Ему было 39 лет, ей только 29. У него столько секса было в жизни (по его же словам), что особо и не хотелось ни напрягаться, ни шевелиться, ни говорить о любви, ни думать. И Ангелина научилась обходиться без этого. Она вообще на многое закрывала глаза, позволив мужу стать частью домашней обстановки. Вроде бы и есть, а не заметно.
Инцидент с черным котом, да еще и после встречи с Лёней из прошлого, натолкнули Ангелину опять на ту же мысль – перемены. Нужно что-то менять. И первое, что сделала Ангелина, переодевшись в бриджи и тунику, включила свой ноутбук, чтобы проверить работает ли Интернет, или Саша сбил настройки на самом модеме.
Она без помех зашла на свою страницу в «Одноклассниках», включила музыку. Играла мелодия эротического саксофона, на столе лежала оставленная Лёней визитка с номером телефона и электронным адресом. И Ангелина, не задумываясь, написала ему коротенькое письмецо:

Здравствуй, Лёня.

Вертела в руках твою визитку, думала позвонить, но не стала. Ведь, ты, скорее всего, женат, и твоей жене явно не понравилось бы, что какая-то особа названивает тебе по вечерам. Поэтому я пишу.
Прошло больше десяти лет. Даже не верится. Помнишь? Как давно это было… семнадцать лет, а уже под тридцать… Ты стал адвокатом! Поздравляю! Умничка! А как же бокс? Неужели забросил? Я думала, ты станешь известным боксером…
Пишу, а мысли то путаются… Столько воды утекло с тех пор… Я дважды выходила замуж... У меня есть сын от первого брака, ему уже 9 лет…
Напиши немного о себе. Мне интересно, как у тебя дела.

Ангелина

Она отправила электронное послание, сделала музыку громче и пошла на кухню. Перед отъездом нужно было и наварить мужу борща, и котлет нажарить. Да так чтобы хватило на целую неделю.
Саша сидел у окна и гладил Мурку.
– Ты кушал? – спросила Ангелина, открывая холодильник.
– Да. Я даже посуду помыл! Вот смотри! И на полочку сложил, – он указал пальцем.
– Хороший мальчик! Хочешь яблоко? – Ангелина достала 2 красных яблока, не дожидаясь ответа, сполоснула их под проточной водой, и подошла к сыну. – Ну, что? Готов ехать на море? – спросила она, обнимая своего разбышаку, уже не в первый раз сбившего все настройки на компьютере.
Саша взял яблоко из рук мамы и обнял ее крепко-крепко. Так умеют обнимать только дети!
Ангелина любила своего сына. Она смогла бы полюбить и чужого ребенка за короткий промежуток времени, потому что быстро привыкала к людям. А если любить чужих детей, то, как же не любить своего. Хотя Саша и не был похож на Ангелину. Он был весь в отца – голубоглазый, светловолосый, его черты лица, губы, нос. Порой, глядя на него, Ангелина невольно вспоминала своего первого мужа. И эти воспоминания ее раздражали – ни одного светлого чувства к тому человеку не осталось. Только антипатия, а по большему счету – безразличие.
А вот о Лёне она никогда не смела думать плохо. В ее глазах он так и остался самым порядочным, честным и слишком хорошим для такой «сумасшедшей», как она.
Когда на кухню заглянул муж, Ангелина с Сашей смеялись, играя в игру «Хорошо – плохо». На мамино «Гулять по пляжу ночью хорошо, потому что на море красиво!» Саша ответил «На море красиво – это плохо, мы можем передумать возвращаться!»
– Вы можете передумать возвращаться – это хорошо, тогда я приплыву за вами на белом теплоходе! – подключился Петя, присаживаясь рядом. – А на самом деле это плохо, если вы передумаете возвращаться, я умру от тоски в полном одиночестве.
Он говорил серьезно, и Ангелине стало как-то не по себе из-за того, что они едут отдыхать не вместе. Впервые не вместе.
– Я надеюсь, вы хорошо проведете время, – он обнял жену и сына, расцеловав их, – а я, как и раньше, буду стреляться в «World of Tanks». Я настроил Интернет на своем компьютере, теперь все опять в полном порядке.


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:17
 
Сообщение

11 лет спустя

Ангелина приехала в центр города, как всегда, на автобусе. В белых босоножках на высоком каблуке она неторопливо шла по грязным енакиевским улочкам. Черная пыль оседала на обувь, на ухоженные пальчики с аккуратным педикюром.
Енакиево – город, не отличающийся своей чистотой и экологией от других промышленных городов Украины, где заводы располагаются по глупой случайности именно в центре, а не за пределами жилых массивов. Вокруг ЕМЗ (Енакиевский металлургический завод) вечная пыль, с которой у многих и ассоциируется этот город. Но местные жители, не смотря на то, что ни в коем случае не вывешивают постиранные вещи сушиться на балконах, не могут себе отказать в удовольствии ходить в белом. Наверно, человечек из рекламы «Tide» (Ви ще не в білому? Тоді ми йдемо до вас!) побывал в каждом доме, и, конечно же, не обделил вниманием Ковалевскую Ангелину Станиславовну. В строгом белом костюме в черную полоску она «плыла» на работу, соблазнительно покачивая бедрами.
«Серые мышки» искоса поглядывали в ее сторону, прицениваясь – сколько же денег она тратит на аксессуары и бижутерию, косметику и парфюмерию, наряды, сумочки и т.д. Равные ей – не могли не отметить хорошего вкуса, умения красиво одеваться, краситься, и смелости быть яркой и привлекательной каждый день. Мужчины, которые еще не забыли, что они мужчины, с удовольствием пожирали Ангелину глазами, некоторые даже осмеливались попытаться познакомиться и попросить «телефончик». Но она ни на кого особо и не обращала внимания, так всего лишь делала кое-какие заметки на их счет (типа: «а этот ничего», «с этим можно было бы и познакомиться поближе»). Но все-таки – нет! Ангелина была замужем, причем дважды, и со вторым мужем жила относительно счастливо более 7 лет. Поэтому и не знакомилась на улице.
Офис «Logistics Company», где Ангелина работала оператором сервисного центра, находился на главной площади города – прямо в центре, напротив музыкального фонтана со световыми эффектами, на который местные власти не пожалели 2,5 млн. грн. Что там пыль на тротуарах и в воздухе? Главное, чтобы фонтан радовал глаз! И Ангелина все-таки любила это место. Она улыбалась, наблюдая, как брызги воды сверкают на солнце, как шумят, ударяясь о зеркальную поверхность, хрустальные капли. Еще один взгляд на фонтан – и она на ступеньках, ведущих в ее второй мир – работу, поглощающую большую часть свободного времени.
– Всем привет! – едва не закричала она от радости, только переступив порог.
На своих местах, уже включив компьютеры, сидели двое сотрудников «Logistics Company»: Шева Инна – молоденькая девушка в фирменной рубашке с логотипом компании, и Сергей, чью фамилию Ангелина никогда не могла свободно произнести, чтобы не исковеркать – Бердалихужвалидзе. И отчество его произносилось не легче фамилии, и поэтому звали Сергея все просто – «Розовые ушки» (они у него на самом деле были постоянно розовые, как у белого кролика)!
– Привет, – в два голоса ответили оживленные коллеги.
– Ты сегодня как-то раненько! Может по кофейку с нами?! – предложила Инна.
– Ну, давай, как раз пока остальные не пришли, поболтаем за одно! Идемте в нашу «VIP-зону» отдыха, хоть 15 минут посидим на красном диване и почувствуем себя клиентами, которым все можно!
Раздался смех. Слово «клиент» по утрам звучало не так неприятно, как в конце рабочего дня.
Вскоре они втроем расселись на кожаном диване. Все в корпоративной форме и с бейджиками. Каждый с чашкой ароматного кофе в руках и с естественной непринужденной улыбкой на лице.
Ангелина заражала всех своим хорошим настроением, ее хохот был слышен и в соседнем магазине, и в аптеке, и в банке, и даже в подвале. Если ей весело – об этом знали все, а если грустно – только единицы.
– Я вчера вечером уже почти собрала чемоданы! Осталось отмучиться всего один день, и я в отпуске! – хвалилась Ангелина в первую очередь Инне, которая за короткий промежуток времени стала ей, как родная сестра, близкой. – Наконец-то я отдохну от этих людишек! Не нужно будет натягивать на себя маску вежливости, когда хочется орать на них матом! Да и кто мне будем задавать идиотские вопросы на море?! Там я никому не должна ни корректно отвечать, ни выслушивать, и в глаза каждому смотреть не нужно!
– Класс! Я тоже хочу на море! Или хотя бы просто в отпуск. Эти клиенты меня бесят, – серьезно сказала Инна, добавив, – я ненавижу людей.
– Да ладно тебе, они такие же люди, как и мы, только немного с приветом! – подразнил ее Серж – «Розовые ушки», закрывая рот левой рукой, чтобы сдержать свой смех, и от этого покраснело все его лицо, а не только уши.
– «Немного»? Да они тупые! – закричала Инна, чуть не подавившись кофе.
– Да ладно вам! Хватит о работе. Хотите, я вам покажу, что купила сегодня на базаре?! – и Ангелина в мгновение ока достала из пакета розовую соломенную шляпку с широкими полями.
– Вау! Какая прелесть! Примерь! Я хочу на тебя посмотреть, – встрепенулась Инна и быстро отложила чашку на столик.
– Идем к зеркалу, – Ангелина на ходу надела шляпку и засветилась от счастья еще больше. – Ну, как?
– Шикарно! Можно и я примерю?!
– Конечно!
В этот момент в клиентскую зону вошли другие сотрудники «Logistics Company»: Татьяна и две Елены, одна рыженькая кучерявая, вторая черненькая, Евгений, Руслан, еще один Сергей и два Игоря (один солидный, а второй – студент). Всех их объединяло одно – они были коллегами по несчастью работать и жить в этой компании.
Так началось рабочее утро перед всеобщим выходным днем в Украине – Днем Конституции. Девочки поочередно вертелись перед зеркалом в розовой шляпке, и каждая представляла себя прогуливающейся по морскому пляжу. А открывать сезон отпусков выпал шанс Ангелине – она за месяц всех поставила перед фактом, что уже куплены билеты и она поедет в Крым в любом случае. И ей пошли на уступки, отредактировав график отпусков. А что? Ведь каждый в нашей стране имеет право на отдых. Тем более, как утверждают ученые, люди, которым постоянно приходится контактировать с людьми, устают не меньше, а больше, чем те, которые зарабатывают на жизнь физическим трудом.

Случайная встреча

Часы показывали 9:00. В клиентской зоне яблоку негде было упасть. Все будто приехали одним автобусом. Нет, скорее двумя. Шум, гам, споры, неразбериха. Глухая старушка с газетами кричала, что пришла раньше всех, чтобы дочке в Донецк отправить «Енакиевский рабочий». Мол, там, в разделе «знакомства» много достойных претендентов на руку и сердце ее пятидесятилетней дочурки. Кто-то пришел с мешком мобильных телефонов на отправку, пятые-десятые с недовольными лицами ждали своей очереди, чтобы получить свой Интернет-заказ. Мужчина лет сорока с бодуна пришел за платьем по просьбе тещи, а «посылочка» то, как выяснилось, с Полтавы да через Ужгород кратчайшим маршрутом поехала в Енакиево, да по нелепой случайности некомпетентных грузчиков застряла в Новомосковске. Когда пришла сама теща, то бедные несчастные клиенты были готовы скинуться ей на дорогу в два конца Енакиево – Новомосковск, Новомосковск – Енакиево, лишь бы она поскорее закрыла свой рот.
И в этот час-пик, когда Ангелина, обслуживала очередного клиента, ее сердце замерло от неожиданности встретить среди столпившихся людей того, чьи фотографии хранила более десяти лет на полочке рядом с семейными альбомами. Это был, несомненно, он. Все те же серо-голубые глаза, нежный и ласковый взгляд, губы… Она вспомнила вкус его поцелуя, слова, что он шептал, и сердце было готово выпрыгнуть из груди.
Леонид изменился по прошествии стольких лет, возмужал, стал настоящим мужчиной, немного поправился, отрастив небольшой животик, но, как и в семнадцать лет, был неотразим. На нем была классическая рубашка и синий галстук с белыми звездочками. Его ног не было видно из-за высокого стола, и Ангелина не могла разглядеть своего давнего знакомого до самых кончиков туфель. Но и того, что открылось ее взору, было больше чем достаточно, чтобы понять – с годами Лёня стал еще более сексуальным.
Кровь забурлила, необузданное волнение сковало по рукам и ногам, дар речи едва не пропал, Ангелина и сама не поняла, каким образом то самое «привет» сорвалось с ее губ.
– Привет. Ангел… Геля! Это ты?! – подошел к ее столику Леонид, как и 99% клиентов «Logistics Company» с мобильным телефоном в руке. – Ты давно здесь работаешь? – он искренне улыбался, и его глаза блестели так же ярко, как и глаза Ангелины.
– Здесь? В енакиевском отделении «Logistics Company» – недавно. Я работала оператором в этой же компании только в другом городе… – Ангелина замолчала, всматриваясь в черты лица, знакомые до боли. – Ты за «посылочкой»?
– Да, – Леонид протянул телефон, показывая сообщение с номером товаротранспортной накладной, – посмотри, пожалуйста, когда я смогу получить свой заказ.
Ангелина собрала все силы в кулак и, стараясь не показывать своего волнения, протянула руку к телефону. Но словно от удара тока одернула ее назад, чуть не выронив телефон, когда случайным касанием дотронулась его пальцев. Леонид не мог этого не заметить, и с любопытством продолжал наблюдать, как она торопливо дрожащей рукой вводила номер ТТН в компьютер.
– Ой! Что-то не так. Я, наверно, не ту циферку нажала, – еле слышно сказала Ангелина, и стала повторно набирать номер.
Этого времени Леониду вполне хватило, чтобы заметить обручальное кольцо на безымянном пальце, массивный золотой браслет с переливающимися камнями, очень похожими на настоящие бриллианты, красивые длинные пальцы и безукоризненный французский маникюр. Столько мыслей сразу пронеслось в его голове: и то, что Ангелина сейчас чья-то жена, и то, какими сладкими были ее поцелуи. Он смотрел на ее черные опущенные ресницы, отмечая, что его Геля все такая же молодая и красивая, как и в семнадцать лет.
– Лёня, а твоя «посылочка» еще не приехала. Может сегодня вечером или завтра утром. Стоп! Завтра же выходной у всех. Тогда, аж послезавтра. – Ангелина меньше всего хотела расстраивать Леонида, но то, что его заказ еще не доставили, немного и обрадовало. Ведь это означало, что он придет снова, и они опять увидятся. Но тут же Ангелина вспомнила, что с завтрашнего дня она в отпуске и уезжает в Крым, и тогда они явно не смогут увидеться, хотя бы вот так – на несколько минут.
– А сегодня в котором часу будем машина из Донецка? – спокойный голос Леонида вернул ее к действительности.
– К 18.00.
– Хорошо, тогда не прощаюсь.
Леонид достал из кармана визитку и положил на стол, подмигнув. Он ушел.
«Журавлев Леонид Вячеславович. Адвокат» прочитала Ангелина и отложила визитку в сторону – в подставку для канцелярии, где всевозможных визиток было больше, чем скрепок в нераспечатанной упаковке. И это с учетом того, что Ангелина собрала их не за такой уж долгий срок. «Значит, адвокат! Хорошо!» – подумала она и продолжила обслуживать, как ей казалось, нескончаемых клиентов.
При первой же выпавшей возможности перевести дух, когда наплыв желающих «получить и отправить» иссяк, Ангелина опять достала визитку и стала вертеть ее в руках, повторно перечитывать и думать «для чего Лёня ее оставил?» «Может, хотел продемонстрировать, чего добился за 10 лет? Стал адвокатом! Или для того чтобы я ему позвонила, а может, написала письмо на электронный адрес?»
– Опять визитка?! – жизнерадостный голос Инны, заставил Ангелину вздрогнуть от неожиданности. – И кто на этот раз? Стоматолог? Гинеколог? Ресторан Рассвет? Кто не рискнул попросить у тебя телефончик, оставив, в надежде на внимание, свой?
– Читай! Журавлев Леонид Вячеславович. Адвокат! – громко заразительно засмеялась Ангелина, как бы подыгрывая намеку Инны на рост коллекции визиток. – Это мой бывший парень. Я его видела последний раз еще в 2002 году… Или нет. Даже – в 2001. Точно! Осенью 2001 года. Мы тогда оба перешли на третий курс…
– Что, правда?
– Правда, – грустно ответила Ангелина. – Я думала он станет известным боксером. Представляешь, таким как братья Кличко! Будет разъезжать по странам, таким шикарным городам, как Лас-Вегас. А он, оказывается, живет здесь – в Енакиево.
– И ты его ни разу не видела за все это время? – Инна придвинула стул поближе, ожидая подробностей.
– Ни разу. Но я часто вспоминала наши встречи, поцелуи, – Ангелина задумчиво закусила нижнюю губу. – Он божественно целуется! По крайней мере – раньше. Как думаешь, стоит ему позвонить? Нам бы нашлось, о чем поговорить! Хотя бы просто вспомнить что было.
– Не знаю! А если твой муж узнает, как он это воспримет?
– Что это? У нас с Лёней никогда ничего не было. Мы можно сказать просто друзья, потому что дальше поцелуйчиков под луной и звездами никогда не заходили. А разве два друга, и не важно, что это мужчина и женщина, не могут встретиться, скажем, где-нибудь в кафе, и мило побеседовать?!
– Ты хочешь с ним поговорить? Да?! Я вижу по твоим глазам! Они светятся от счастья! Твой адвокат – это тот с галстуком?
– Ага! А ты обратила на него внимание?
– Я заметила, что вы подозрительно долго общаетесь. Обычно ты клиентов настолько не задерживаешь!
– И как он тебе?
– Не знаю, – Инна пожала плечами, – я его не рассмотрела. А почему вы расстались?
– Так вышло. Я его слишком сильно хотела! И наверно этим спугнула. К тому же моя гордость не позволяла бегать за ним – мне больше нравилось, когда парни добивались моего внимания. А он такой же стойкий и упертый, как я.
– Ничего себе! Так вы ни разу…
– Нет. Он меня даже голой не видел, не говоря о том, чтобы… Но какая между нами была страсть! Этого не передать словами.
– Тогда, я бы на твоем месте без всяких размышлений позвонила ему! Может, он сам пригласит тебя в кафе после работы, и вы, – Инна специально выдержала паузу, подразумевая, что продолжение может быть разносторонним, – … поговорите!
Ангелина задумалась:
– Нет, я точно не буду звонить. А что если он на работе? Или уже дома? С женой? А если у него трое детей? Я ведь ничего о нем не знаю, кроме того, что он теперь адвокат. А если я позвоню, и ответит женский голос… Точно! Я не позвоню – я напишу ему письмо! Коротенькое, но со смыслом! – и она хитро улыбнулась, прищурив глаза.

Ангелина до конца рабочего дня летала в облаках, часто путала цифры, сосредоточившись больше на своих личных делах, а не на обслуживании клиентов. А ровно в 18.00 она снова увидела его. Леонид уже успел переодеться, и был одет в веселенькую рубашку, больше подходящую для прогулок по пляжу, и шорты. В клиентской зоне было многолюдно, и Ангелина заметила его лишь тогда, когда подошла его очередь, но к другому столу. Лёню обслужил другой оператор. А Ангелине хотелось бы самой выдать ему накладную на получение груза, чтобы еще хоть чуть-чуть почувствовать его притяжение. Она даже думала пойти за ним, но так и не решилась. Их взгляды пересеклись, Леонид быстро попрощался, бросив на ходу «Увидимся!».
Рабочий день подошел к концу. Часы показывали 19.00, и сотрудники «Logistics Company» расходились по домам. Ангелина жила за городом, и, так же как и утром, ей предстояло проделать путь от офиса компании до автобусной остановки пешком, а потом сесть в маршрутку, которая доставит ее прямиком к дому.
Всю дорогу она обдумывала, что бы написать Лёне, как начать с ним разговор, чтобы не спугнуть его и на этот раз. Она решила вести себя сдержанно, так словно их случайная встреча вовсе не вызвала в ее душе бурю эмоций, воспоминаний и все той же девичьей страсти, как и много лет назад. И было только одно «но», которое подталкивало к решению вести себе сдержанно – муж. Если бы не это замужество, что словно оковы останавливало Ангелину от воплощения своих же желаний в реальность, она бы не побоялась быть до конца откровенной с Лёней.
Не смотря на довольно негладкие отношения с мужем, более 7 лет она была только его женщиной и никому и никогда не давала даже повода подумать, что и другие мужчины не только способны, но временами таки и разжигают в ее воображении предательские мысли сексуального характера. Но только в своих фантазиях она могла изменить мужу, не по-настоящему, без тени сожалений и угрызения совести.

В ожидании отпуска

Ангелина довольно быстро добралась домой. В подъезде она встретила огромного черного кота с круглыми перепуганными глазами. Осторожно обойдя его, она проскочила по лестнице и постучала в двери своей квартиры. Ей долго не открывали, будто не хотели впускать, и Ангелине пришлось настойчиво бить сначала костяшками пальцев, а потом и кулаком. Наконец-то из коридора донесся шум, щелкнули замки, и дверь распахнулась.
На прямоугольном коврике стоял босоногий мальчик в одних трусах. Большими голубыми глазами он грустно смотрел из-подо лба, будто провинился и боится, что его поругают. Это был Саша – сын Ангелины от первого брака. Едва Ангелина преступила через порог, как чужой кот заскочил в их дом. Он стал противно мяукать и носиться по коридору, будто что-то искал.
– Ай, – от неожиданности вскрикнул Саша, но не испугался и побежал догонять незваного гостя.
– Лови его! Лови! – закричала Ангелина. – А где наш папа? – сбросив с уставших ног босоножки, она пулей очутилась в зале, где происходило следующее:
На разложенном диване, как ни в чем не бывало, спал ее муж Ковалевский Петр Борисович – «мужчина в самом расцвете сил», прилегший отдохнуть, явно «пригубивший» как минимум пару литров пива. Его глубокий сон был нерушим. Лицо красное. Небритый. На полу валялись разбросанные детские игрушки. Возле стола – пивные бутылки. Работал компьютер. По телевизору показывали вечерние новости. Мурка – любимица Ковалевских, с взъерошенной шерстью (видно от ужаса впервые в жизни увидеть кота) тоже стала носиться по комнате и в итоге по шторе забралась на книжный шкаф, оборвав карниз. Чужой черный кот на полусогнутых метался из угла в угол, не прекращая душераздирающе орать. А Саша все пытался его поймать, но безрезультатно.
– Эй! Вставай! Лови кота! – закричала Ангелина, принявшись тормошить мужа.
– Лови «шо»? – Он открыл один глаз, потом резко откинул покрывало, осмотрелся и, так и не поняв происходящего, опустился на пол. На корточках оббежав диван, как быстрый пони, он видно понял, что надо кого-то поймать.
– Это Макс – кот новых соседей с третьего этажа! – протараторил Саша очень быстро, что папа Петя все равно ничего не понял.
– Какой-то он бешеный! – возмущалась Ангелина, со стороны наблюдая невероятную картину.
«Черный кот. Чужой кот. Ворвался в мой дом. К чему бы это? Наверно, что-то произойдет? Но что? Когда? Перемены? Несчастье? Какое? У меня сегодня поезд. Дорога. А что если… Нет. Я не суеверная. Подумаешь, кот…»
Тем временем ее муж, похоже, окончательно проснулся, протрезвел, и за шкирку вытащил кота из-за дивана. От перепуганного животного избавились, захлопнув за ним дверь. В квартире возобновилась тишина, но ненадолго. Вскоре обнаружилось, что Саша что-то сделал с компьютером, и доступ к Интернету пропал. Поэтому он и был такой грустный, когда Ангелина вернулась с работы. Теперь папа Петя, как называла Ангелина мужа, читал нотации ребенку, обвиняя его в излишней «грамотности». Саша заплакал, как маленький, хотя он закончил уже третий класс и перешел с высокими результатами знаний в четвертый. Спокойно наблюдать это Ангелина не смогла, и в считанные секунды все решила:
– А сегодня что за праздник? Ты чего, собственного говоря, опять пьяный? Отмечаешь мой отъезд? Не рано ли? Я еще не уехала, а ты уже почувствовал свободу? И кто виноват, что с твоим компьютером что-то не так? Смотреть надо было за ребенком, а не спать! – Ангелина была груба, и один только тон, в котором все было сказано, заставил Петра замолчать и с кислой физиономией уткнуться в компьютер.
В этом доме решения принимала Ангелина. Так было с самого начала, как только Петя переехал к ней жить. Она была хозяйкой квартиры и не боялась «качать права». Все и всегда должно было быть, как она захочет. Розовые стены, белый потолок – значит, розовые стены, белый потолок! Так и повелось. Из года в год. Временами ей, конечно, хотелось, чтобы муж проявлял хоть какую-то инициативу, но он настолько обленился, что даже испытывал облегчение, что не у него, а у Ангелины «болит голова» по поводу выбора кафеля, обоев, багетов. Он со всем соглашался, но даже не всегда принимал участие в ремонте. Обычно они начинали вместе, а заканчивала Ангелина. Она смело брала в руки не только кухонную посуду, но и мужские инструменты. Однажды ей довелось самой сверлить в бетоне отверстия при помощи дрели с перфоратором. С ее то маникюрами и нежной кожей! Она сломала два сверла с победитовыми наконечниками, натерла мозоли на ладонях, но, довольная собой, закрепила плинтуса в зале. Она не была специалистом широкого профиля, но сама бралась укладывать плитку. И на кухне, и в коридоре. А муж только подавал. Но, тем не менее, они делали ремонт совместными усилиями.
Был случай: как-то по неосторожности Ангелина порезала палец об острый край кафеля. Оставалось прилепить буквально 3 квадратика. Петя тем временем играл в «World of Tanks». И он, как «настоящий мужчина и любящий муж», достал стерильный бинт, вату, обработал ее пальчик зеленкой, и сказал: «Любимая, как помоешь полы, скажешь. – Я пойду купаться!» И подобное отношение ее ничуть не удивляло. Ей то, может, и хотелось в глубине души, чтобы он тогда предложил закончить за нее работу. Но не было ничего такого, чего Ангелина не могла бы сделать сама. И если она чего-то хотела, то шла на все, лишь бы довести начатое до конца.
Петр Борисович Ковалевский от жизни хотел немногого. – Прийти после работы домой, плотно пообедать, посмотреть телевизор или просто поспать, а его любимым занятием за последние годы стала «война» – онлайн-игра «World of Tanks». На этой «войне» он и пропадал днями, вечерами и ночами. Уже и к молодой и все еще красивой Ангелине не испытывал он ни интереса, ни желания. Смыслом всей его жизни стало стремление победить. Победить армию виртуального соперника. И Петр не задумывался ни на мгновение, что в реальной жизни у него может появиться достойный соперник, одолеть которого так просто, как в игре, не удастся. Но все его мысли были только о танках.
Ангелина не разделяла его взглядов. Она хотела внимания, нежности и ласки, хотела мужа в постели, а не рядом за компьютерным столом и в перерывах между боями. За 7 лет она забыла, что такое страсть, оргазм и как это – четыре раза подряд. Виной тому она считала возраст мужа. Ему было 39 лет, ей только 29. У него столько секса было в жизни (по его же словам), что особо и не хотелось ни напрягаться, ни шевелиться, ни говорить о любви, ни думать. И Ангелина научилась обходиться без этого. Она вообще на многое закрывала глаза, позволив мужу стать частью домашней обстановки. Вроде бы и есть, а не заметно.
Инцидент с черным котом, да еще и после встречи с Лёней из прошлого, натолкнули Ангелину опять на ту же мысль – перемены. Нужно что-то менять. И первое, что сделала Ангелина, переодевшись в бриджи и тунику, включила свой ноутбук, чтобы проверить работает ли Интернет, или Саша сбил настройки на самом модеме.
Она без помех зашла на свою страницу в «Одноклассниках», включила музыку. Играла мелодия эротического саксофона, на столе лежала оставленная Лёней визитка с номером телефона и электронным адресом. И Ангелина, не задумываясь, написала ему коротенькое письмецо:

Здравствуй, Лёня.

Вертела в руках твою визитку, думала позвонить, но не стала. Ведь, ты, скорее всего, женат, и твоей жене явно не понравилось бы, что какая-то особа названивает тебе по вечерам. Поэтому я пишу.
Прошло больше десяти лет. Даже не верится. Помнишь? Как давно это было… семнадцать лет, а уже под тридцать… Ты стал адвокатом! Поздравляю! Умничка! А как же бокс? Неужели забросил? Я думала, ты станешь известным боксером…
Пишу, а мысли то путаются… Столько воды утекло с тех пор… Я дважды выходила замуж... У меня есть сын от первого брака, ему уже 9 лет…
Напиши немного о себе. Мне интересно, как у тебя дела.

Ангелина

Она отправила электронное послание, сделала музыку громче и пошла на кухню. Перед отъездом нужно было и наварить мужу борща, и котлет нажарить. Да так чтобы хватило на целую неделю.
Саша сидел у окна и гладил Мурку.
– Ты кушал? – спросила Ангелина, открывая холодильник.
– Да. Я даже посуду помыл! Вот смотри! И на полочку сложил, – он указал пальцем.
– Хороший мальчик! Хочешь яблоко? – Ангелина достала 2 красных яблока, не дожидаясь ответа, сполоснула их под проточной водой, и подошла к сыну. – Ну, что? Готов ехать на море? – спросила она, обнимая своего разбышаку, уже не в первый раз сбившего все настройки на компьютере.
Саша взял яблоко из рук мамы и обнял ее крепко-крепко. Так умеют обнимать только дети!
Ангелина любила своего сына. Она смогла бы полюбить и чужого ребенка за короткий промежуток времени, потому что быстро привыкала к людям. А если любить чужих детей, то, как же не любить своего. Хотя Саша и не был похож на Ангелину. Он был весь в отца – голубоглазый, светловолосый, его черты лица, губы, нос. Порой, глядя на него, Ангелина невольно вспоминала своего первого мужа. И эти воспоминания ее раздражали – ни одного светлого чувства к тому человеку не осталось. Только антипатия, а по большему счету – безразличие.
А вот о Лёне она никогда не смела думать плохо. В ее глазах он так и остался самым порядочным, честным и слишком хорошим для такой «сумасшедшей», как она.
Когда на кухню заглянул муж, Ангелина с Сашей смеялись, играя в игру «Хорошо – плохо». На мамино «Гулять по пляжу ночью хорошо, потому что на море красиво!» Саша ответил «На море красиво – это плохо, мы можем передумать возвращаться!»
– Вы можете передумать возвращаться – это хорошо, тогда я приплыву за вами на белом теплоходе! – подключился Петя, присаживаясь рядом. – А на самом деле это плохо, если вы передумаете возвращаться, я умру от тоски в полном одиночестве.
Он говорил серьезно, и Ангелине стало как-то не по себе из-за того, что они едут отдыхать не вместе. Впервые не вместе.
– Я надеюсь, вы хорошо проведете время, – он обнял жену и сына, расцеловав их, – а я, как и раньше, буду стреляться в «World of Tanks». Я настроил Интернет на своем компьютере, теперь все опять в полном порядке.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 24.04.2013 в 00:03
Сообщение

11 лет спустя

Ангелина приехала в центр города, как всегда, на автобусе. В белых босоножках на высоком каблуке она неторопливо шла по грязным енакиевским улочкам. Черная пыль оседала на обувь, на ухоженные пальчики с аккуратным педикюром.
Енакиево – город, не отличающийся своей чистотой и экологией от других промышленных городов Украины, где заводы располагаются по глупой случайности именно в центре, а не за пределами жилых массивов. Вокруг ЕМЗ (Енакиевский металлургический завод) вечная пыль, с которой у многих и ассоциируется этот город. Но местные жители, не смотря на то, что ни в коем случае не вывешивают постиранные вещи сушиться на балконах, не могут себе отказать в удовольствии ходить в белом. Наверно, человечек из рекламы «Tide» (Ви ще не в білому? Тоді ми йдемо до вас!) побывал в каждом доме, и, конечно же, не обделил вниманием Ковалевскую Ангелину Станиславовну. В строгом белом костюме в черную полоску она «плыла» на работу, соблазнительно покачивая бедрами.
«Серые мышки» искоса поглядывали в ее сторону, прицениваясь – сколько же денег она тратит на аксессуары и бижутерию, косметику и парфюмерию, наряды, сумочки и т.д. Равные ей – не могли не отметить хорошего вкуса, умения красиво одеваться, краситься, и смелости быть яркой и привлекательной каждый день. Мужчины, которые еще не забыли, что они мужчины, с удовольствием пожирали Ангелину глазами, некоторые даже осмеливались попытаться познакомиться и попросить «телефончик». Но она ни на кого особо и не обращала внимания, так всего лишь делала кое-какие заметки на их счет (типа: «а этот ничего», «с этим можно было бы и познакомиться поближе»). Но все-таки – нет! Ангелина была замужем, причем дважды, и со вторым мужем жила относительно счастливо более 7 лет. Поэтому и не знакомилась на улице.
Офис «Logistics Company», где Ангелина работала оператором сервисного центра, находился на главной площади города – прямо в центре, напротив музыкального фонтана со световыми эффектами, на который местные власти не пожалели 2,5 млн. грн. Что там пыль на тротуарах и в воздухе? Главное, чтобы фонтан радовал глаз! И Ангелина все-таки любила это место. Она улыбалась, наблюдая, как брызги воды сверкают на солнце, как шумят, ударяясь о зеркальную поверхность, хрустальные капли. Еще один взгляд на фонтан – и она на ступеньках, ведущих в ее второй мир – работу, поглощающую большую часть свободного времени.
– Всем привет! – едва не закричала она от радости, только переступив порог.
На своих местах, уже включив компьютеры, сидели двое сотрудников «Logistics Company»: Шева Инна – молоденькая девушка в фирменной рубашке с логотипом компании, и Сергей, чью фамилию Ангелина никогда не могла свободно произнести, чтобы не исковеркать – Бердалихужвалидзе. И отчество его произносилось не легче фамилии, и поэтому звали Сергея все просто – «Розовые ушки» (они у него на самом деле были постоянно розовые, как у белого кролика)!
– Привет, – в два голоса ответили оживленные коллеги.
– Ты сегодня как-то раненько! Может по кофейку с нами?! – предложила Инна.
– Ну, давай, как раз пока остальные не пришли, поболтаем за одно! Идемте в нашу «VIP-зону» отдыха, хоть 15 минут посидим на красном диване и почувствуем себя клиентами, которым все можно!
Раздался смех. Слово «клиент» по утрам звучало не так неприятно, как в конце рабочего дня.
Вскоре они втроем расселись на кожаном диване. Все в корпоративной форме и с бейджиками. Каждый с чашкой ароматного кофе в руках и с естественной непринужденной улыбкой на лице.
Ангелина заражала всех своим хорошим настроением, ее хохот был слышен и в соседнем магазине, и в аптеке, и в банке, и даже в подвале. Если ей весело – об этом знали все, а если грустно – только единицы.
– Я вчера вечером уже почти собрала чемоданы! Осталось отмучиться всего один день, и я в отпуске! – хвалилась Ангелина в первую очередь Инне, которая за короткий промежуток времени стала ей, как родная сестра, близкой. – Наконец-то я отдохну от этих людишек! Не нужно будет натягивать на себя маску вежливости, когда хочется орать на них матом! Да и кто мне будем задавать идиотские вопросы на море?! Там я никому не должна ни корректно отвечать, ни выслушивать, и в глаза каждому смотреть не нужно!
– Класс! Я тоже хочу на море! Или хотя бы просто в отпуск. Эти клиенты меня бесят, – серьезно сказала Инна, добавив, – я ненавижу людей.
– Да ладно тебе, они такие же люди, как и мы, только немного с приветом! – подразнил ее Серж – «Розовые ушки», закрывая рот левой рукой, чтобы сдержать свой смех, и от этого покраснело все его лицо, а не только уши.
– «Немного»? Да они тупые! – закричала Инна, чуть не подавившись кофе.
– Да ладно вам! Хватит о работе. Хотите, я вам покажу, что купила сегодня на базаре?! – и Ангелина в мгновение ока достала из пакета розовую соломенную шляпку с широкими полями.
– Вау! Какая прелесть! Примерь! Я хочу на тебя посмотреть, – встрепенулась Инна и быстро отложила чашку на столик.
– Идем к зеркалу, – Ангелина на ходу надела шляпку и засветилась от счастья еще больше. – Ну, как?
– Шикарно! Можно и я примерю?!
– Конечно!
В этот момент в клиентскую зону вошли другие сотрудники «Logistics Company»: Татьяна и две Елены, одна рыженькая кучерявая, вторая черненькая, Евгений, Руслан, еще один Сергей и два Игоря (один солидный, а второй – студент). Всех их объединяло одно – они были коллегами по несчастью работать и жить в этой компании.
Так началось рабочее утро перед всеобщим выходным днем в Украине – Днем Конституции. Девочки поочередно вертелись перед зеркалом в розовой шляпке, и каждая представляла себя прогуливающейся по морскому пляжу. А открывать сезон отпусков выпал шанс Ангелине – она за месяц всех поставила перед фактом, что уже куплены билеты и она поедет в Крым в любом случае. И ей пошли на уступки, отредактировав график отпусков. А что? Ведь каждый в нашей стране имеет право на отдых. Тем более, как утверждают ученые, люди, которым постоянно приходится контактировать с людьми, устают не меньше, а больше, чем те, которые зарабатывают на жизнь физическим трудом.

Случайная встреча

Часы показывали 9:00. В клиентской зоне яблоку негде было упасть. Все будто приехали одним автобусом. Нет, скорее двумя. Шум, гам, споры, неразбериха. Глухая старушка с газетами кричала, что пришла раньше всех, чтобы дочке в Донецк отправить «Енакиевский рабочий». Мол, там, в разделе «знакомства» много достойных претендентов на руку и сердце ее пятидесятилетней дочурки. Кто-то пришел с мешком мобильных телефонов на отправку, пятые-десятые с недовольными лицами ждали своей очереди, чтобы получить свой Интернет-заказ. Мужчина лет сорока с бодуна пришел за платьем по просьбе тещи, а «посылочка» то, как выяснилось, с Полтавы да через Ужгород кратчайшим маршрутом поехала в Енакиево, да по нелепой случайности некомпетентных грузчиков застряла в Новомосковске. Когда пришла сама теща, то бедные несчастные клиенты были готовы скинуться ей на дорогу в два конца Енакиево – Новомосковск, Новомосковск – Енакиево, лишь бы она поскорее закрыла свой рот.
И в этот час-пик, когда Ангелина, обслуживала очередного клиента, ее сердце замерло от неожиданности встретить среди столпившихся людей того, чьи фотографии хранила более десяти лет на полочке рядом с семейными альбомами. Это был, несомненно, он. Все те же серо-голубые глаза, нежный и ласковый взгляд, губы… Она вспомнила вкус его поцелуя, слова, что он шептал, и сердце было готово выпрыгнуть из груди.
Леонид изменился по прошествии стольких лет, возмужал, стал настоящим мужчиной, немного поправился, отрастив небольшой животик, но, как и в семнадцать лет, был неотразим. На нем была классическая рубашка и синий галстук с белыми звездочками. Его ног не было видно из-за высокого стола, и Ангелина не могла разглядеть своего давнего знакомого до самых кончиков туфель. Но и того, что открылось ее взору, было больше чем достаточно, чтобы понять – с годами Лёня стал еще более сексуальным.
Кровь забурлила, необузданное волнение сковало по рукам и ногам, дар речи едва не пропал, Ангелина и сама не поняла, каким образом то самое «привет» сорвалось с ее губ.
– Привет. Ангел… Геля! Это ты?! – подошел к ее столику Леонид, как и 99% клиентов «Logistics Company» с мобильным телефоном в руке. – Ты давно здесь работаешь? – он искренне улыбался, и его глаза блестели так же ярко, как и глаза Ангелины.
– Здесь? В енакиевском отделении «Logistics Company» – недавно. Я работала оператором в этой же компании только в другом городе… – Ангелина замолчала, всматриваясь в черты лица, знакомые до боли. – Ты за «посылочкой»?
– Да, – Леонид протянул телефон, показывая сообщение с номером товаротранспортной накладной, – посмотри, пожалуйста, когда я смогу получить свой заказ.
Ангелина собрала все силы в кулак и, стараясь не показывать своего волнения, протянула руку к телефону. Но словно от удара тока одернула ее назад, чуть не выронив телефон, когда случайным касанием дотронулась его пальцев. Леонид не мог этого не заметить, и с любопытством продолжал наблюдать, как она торопливо дрожащей рукой вводила номер ТТН в компьютер.
– Ой! Что-то не так. Я, наверно, не ту циферку нажала, – еле слышно сказала Ангелина, и стала повторно набирать номер.
Этого времени Леониду вполне хватило, чтобы заметить обручальное кольцо на безымянном пальце, массивный золотой браслет с переливающимися камнями, очень похожими на настоящие бриллианты, красивые длинные пальцы и безукоризненный французский маникюр. Столько мыслей сразу пронеслось в его голове: и то, что Ангелина сейчас чья-то жена, и то, какими сладкими были ее поцелуи. Он смотрел на ее черные опущенные ресницы, отмечая, что его Геля все такая же молодая и красивая, как и в семнадцать лет.
– Лёня, а твоя «посылочка» еще не приехала. Может сегодня вечером или завтра утром. Стоп! Завтра же выходной у всех. Тогда, аж послезавтра. – Ангелина меньше всего хотела расстраивать Леонида, но то, что его заказ еще не доставили, немного и обрадовало. Ведь это означало, что он придет снова, и они опять увидятся. Но тут же Ангелина вспомнила, что с завтрашнего дня она в отпуске и уезжает в Крым, и тогда они явно не смогут увидеться, хотя бы вот так – на несколько минут.
– А сегодня в котором часу будем машина из Донецка? – спокойный голос Леонида вернул ее к действительности.
– К 18.00.
– Хорошо, тогда не прощаюсь.
Леонид достал из кармана визитку и положил на стол, подмигнув. Он ушел.
«Журавлев Леонид Вячеславович. Адвокат» прочитала Ангелина и отложила визитку в сторону – в подставку для канцелярии, где всевозможных визиток было больше, чем скрепок в нераспечатанной упаковке. И это с учетом того, что Ангелина собрала их не за такой уж долгий срок. «Значит, адвокат! Хорошо!» – подумала она и продолжила обслуживать, как ей казалось, нескончаемых клиентов.
При первой же выпавшей возможности перевести дух, когда наплыв желающих «получить и отправить» иссяк, Ангелина опять достала визитку и стала вертеть ее в руках, повторно перечитывать и думать «для чего Лёня ее оставил?» «Может, хотел продемонстрировать, чего добился за 10 лет? Стал адвокатом! Или для того чтобы я ему позвонила, а может, написала письмо на электронный адрес?»
– Опять визитка?! – жизнерадостный голос Инны, заставил Ангелину вздрогнуть от неожиданности. – И кто на этот раз? Стоматолог? Гинеколог? Ресторан Рассвет? Кто не рискнул попросить у тебя телефончик, оставив, в надежде на внимание, свой?
– Читай! Журавлев Леонид Вячеславович. Адвокат! – громко заразительно засмеялась Ангелина, как бы подыгрывая намеку Инны на рост коллекции визиток. – Это мой бывший парень. Я его видела последний раз еще в 2002 году… Или нет. Даже – в 2001. Точно! Осенью 2001 года. Мы тогда оба перешли на третий курс…
– Что, правда?
– Правда, – грустно ответила Ангелина. – Я думала он станет известным боксером. Представляешь, таким как братья Кличко! Будет разъезжать по странам, таким шикарным городам, как Лас-Вегас. А он, оказывается, живет здесь – в Енакиево.
– И ты его ни разу не видела за все это время? – Инна придвинула стул поближе, ожидая подробностей.
– Ни разу. Но я часто вспоминала наши встречи, поцелуи, – Ангелина задумчиво закусила нижнюю губу. – Он божественно целуется! По крайней мере – раньше. Как думаешь, стоит ему позвонить? Нам бы нашлось, о чем поговорить! Хотя бы просто вспомнить что было.
– Не знаю! А если твой муж узнает, как он это воспримет?
– Что это? У нас с Лёней никогда ничего не было. Мы можно сказать просто друзья, потому что дальше поцелуйчиков под луной и звездами никогда не заходили. А разве два друга, и не важно, что это мужчина и женщина, не могут встретиться, скажем, где-нибудь в кафе, и мило побеседовать?!
– Ты хочешь с ним поговорить? Да?! Я вижу по твоим глазам! Они светятся от счастья! Твой адвокат – это тот с галстуком?
– Ага! А ты обратила на него внимание?
– Я заметила, что вы подозрительно долго общаетесь. Обычно ты клиентов настолько не задерживаешь!
– И как он тебе?
– Не знаю, – Инна пожала плечами, – я его не рассмотрела. А почему вы расстались?
– Так вышло. Я его слишком сильно хотела! И наверно этим спугнула. К тому же моя гордость не позволяла бегать за ним – мне больше нравилось, когда парни добивались моего внимания. А он такой же стойкий и упертый, как я.
– Ничего себе! Так вы ни разу…
– Нет. Он меня даже голой не видел, не говоря о том, чтобы… Но какая между нами была страсть! Этого не передать словами.
– Тогда, я бы на твоем месте без всяких размышлений позвонила ему! Может, он сам пригласит тебя в кафе после работы, и вы, – Инна специально выдержала паузу, подразумевая, что продолжение может быть разносторонним, – … поговорите!
Ангелина задумалась:
– Нет, я точно не буду звонить. А что если он на работе? Или уже дома? С женой? А если у него трое детей? Я ведь ничего о нем не знаю, кроме того, что он теперь адвокат. А если я позвоню, и ответит женский голос… Точно! Я не позвоню – я напишу ему письмо! Коротенькое, но со смыслом! – и она хитро улыбнулась, прищурив глаза.

Ангелина до конца рабочего дня летала в облаках, часто путала цифры, сосредоточившись больше на своих личных делах, а не на обслуживании клиентов. А ровно в 18.00 она снова увидела его. Леонид уже успел переодеться, и был одет в веселенькую рубашку, больше подходящую для прогулок по пляжу, и шорты. В клиентской зоне было многолюдно, и Ангелина заметила его лишь тогда, когда подошла его очередь, но к другому столу. Лёню обслужил другой оператор. А Ангелине хотелось бы самой выдать ему накладную на получение груза, чтобы еще хоть чуть-чуть почувствовать его притяжение. Она даже думала пойти за ним, но так и не решилась. Их взгляды пересеклись, Леонид быстро попрощался, бросив на ходу «Увидимся!».
Рабочий день подошел к концу. Часы показывали 19.00, и сотрудники «Logistics Company» расходились по домам. Ангелина жила за городом, и, так же как и утром, ей предстояло проделать путь от офиса компании до автобусной остановки пешком, а потом сесть в маршрутку, которая доставит ее прямиком к дому.
Всю дорогу она обдумывала, что бы написать Лёне, как начать с ним разговор, чтобы не спугнуть его и на этот раз. Она решила вести себя сдержанно, так словно их случайная встреча вовсе не вызвала в ее душе бурю эмоций, воспоминаний и все той же девичьей страсти, как и много лет назад. И было только одно «но», которое подталкивало к решению вести себе сдержанно – муж. Если бы не это замужество, что словно оковы останавливало Ангелину от воплощения своих же желаний в реальность, она бы не побоялась быть до конца откровенной с Лёней.
Не смотря на довольно негладкие отношения с мужем, более 7 лет она была только его женщиной и никому и никогда не давала даже повода подумать, что и другие мужчины не только способны, но временами таки и разжигают в ее воображении предательские мысли сексуального характера. Но только в своих фантазиях она могла изменить мужу, не по-настоящему, без тени сожалений и угрызения совести.

В ожидании отпуска

Ангелина довольно быстро добралась домой. В подъезде она встретила огромного черного кота с круглыми перепуганными глазами. Осторожно обойдя его, она проскочила по лестнице и постучала в двери своей квартиры. Ей долго не открывали, будто не хотели впускать, и Ангелине пришлось настойчиво бить сначала костяшками пальцев, а потом и кулаком. Наконец-то из коридора донесся шум, щелкнули замки, и дверь распахнулась.
На прямоугольном коврике стоял босоногий мальчик в одних трусах. Большими голубыми глазами он грустно смотрел из-подо лба, будто провинился и боится, что его поругают. Это был Саша – сын Ангелины от первого брака. Едва Ангелина преступила через порог, как чужой кот заскочил в их дом. Он стал противно мяукать и носиться по коридору, будто что-то искал.
– Ай, – от неожиданности вскрикнул Саша, но не испугался и побежал догонять незваного гостя.
– Лови его! Лови! – закричала Ангелина. – А где наш папа? – сбросив с уставших ног босоножки, она пулей очутилась в зале, где происходило следующее:
На разложенном диване, как ни в чем не бывало, спал ее муж Ковалевский Петр Борисович – «мужчина в самом расцвете сил», прилегший отдохнуть, явно «пригубивший» как минимум пару литров пива. Его глубокий сон был нерушим. Лицо красное. Небритый. На полу валялись разбросанные детские игрушки. Возле стола – пивные бутылки. Работал компьютер. По телевизору показывали вечерние новости. Мурка – любимица Ковалевских, с взъерошенной шерстью (видно от ужаса впервые в жизни увидеть кота) тоже стала носиться по комнате и в итоге по шторе забралась на книжный шкаф, оборвав карниз. Чужой черный кот на полусогнутых метался из угла в угол, не прекращая душераздирающе орать. А Саша все пытался его поймать, но безрезультатно.
– Эй! Вставай! Лови кота! – закричала Ангелина, принявшись тормошить мужа.
– Лови «шо»? – Он открыл один глаз, потом резко откинул покрывало, осмотрелся и, так и не поняв происходящего, опустился на пол. На корточках оббежав диван, как быстрый пони, он видно понял, что надо кого-то поймать.
– Это Макс – кот новых соседей с третьего этажа! – протараторил Саша очень быстро, что папа Петя все равно ничего не понял.
– Какой-то он бешеный! – возмущалась Ангелина, со стороны наблюдая невероятную картину.
«Черный кот. Чужой кот. Ворвался в мой дом. К чему бы это? Наверно, что-то произойдет? Но что? Когда? Перемены? Несчастье? Какое? У меня сегодня поезд. Дорога. А что если… Нет. Я не суеверная. Подумаешь, кот…»
Тем временем ее муж, похоже, окончательно проснулся, протрезвел, и за шкирку вытащил кота из-за дивана. От перепуганного животного избавились, захлопнув за ним дверь. В квартире возобновилась тишина, но ненадолго. Вскоре обнаружилось, что Саша что-то сделал с компьютером, и доступ к Интернету пропал. Поэтому он и был такой грустный, когда Ангелина вернулась с работы. Теперь папа Петя, как называла Ангелина мужа, читал нотации ребенку, обвиняя его в излишней «грамотности». Саша заплакал, как маленький, хотя он закончил уже третий класс и перешел с высокими результатами знаний в четвертый. Спокойно наблюдать это Ангелина не смогла, и в считанные секунды все решила:
– А сегодня что за праздник? Ты чего, собственного говоря, опять пьяный? Отмечаешь мой отъезд? Не рано ли? Я еще не уехала, а ты уже почувствовал свободу? И кто виноват, что с твоим компьютером что-то не так? Смотреть надо было за ребенком, а не спать! – Ангелина была груба, и один только тон, в котором все было сказано, заставил Петра замолчать и с кислой физиономией уткнуться в компьютер.
В этом доме решения принимала Ангелина. Так было с самого начала, как только Петя переехал к ней жить. Она была хозяйкой квартиры и не боялась «качать права». Все и всегда должно было быть, как она захочет. Розовые стены, белый потолок – значит, розовые стены, белый потолок! Так и повелось. Из года в год. Временами ей, конечно, хотелось, чтобы муж проявлял хоть какую-то инициативу, но он настолько обленился, что даже испытывал облегчение, что не у него, а у Ангелины «болит голова» по поводу выбора кафеля, обоев, багетов. Он со всем соглашался, но даже не всегда принимал участие в ремонте. Обычно они начинали вместе, а заканчивала Ангелина. Она смело брала в руки не только кухонную посуду, но и мужские инструменты. Однажды ей довелось самой сверлить в бетоне отверстия при помощи дрели с перфоратором. С ее то маникюрами и нежной кожей! Она сломала два сверла с победитовыми наконечниками, натерла мозоли на ладонях, но, довольная собой, закрепила плинтуса в зале. Она не была специалистом широкого профиля, но сама бралась укладывать плитку. И на кухне, и в коридоре. А муж только подавал. Но, тем не менее, они делали ремонт совместными усилиями.
Был случай: как-то по неосторожности Ангелина порезала палец об острый край кафеля. Оставалось прилепить буквально 3 квадратика. Петя тем временем играл в «World of Tanks». И он, как «настоящий мужчина и любящий муж», достал стерильный бинт, вату, обработал ее пальчик зеленкой, и сказал: «Любимая, как помоешь полы, скажешь. – Я пойду купаться!» И подобное отношение ее ничуть не удивляло. Ей то, может, и хотелось в глубине души, чтобы он тогда предложил закончить за нее работу. Но не было ничего такого, чего Ангелина не могла бы сделать сама. И если она чего-то хотела, то шла на все, лишь бы довести начатое до конца.
Петр Борисович Ковалевский от жизни хотел немногого. – Прийти после работы домой, плотно пообедать, посмотреть телевизор или просто поспать, а его любимым занятием за последние годы стала «война» – онлайн-игра «World of Tanks». На этой «войне» он и пропадал днями, вечерами и ночами. Уже и к молодой и все еще красивой Ангелине не испытывал он ни интереса, ни желания. Смыслом всей его жизни стало стремление победить. Победить армию виртуального соперника. И Петр не задумывался ни на мгновение, что в реальной жизни у него может появиться достойный соперник, одолеть которого так просто, как в игре, не удастся. Но все его мысли были только о танках.
Ангелина не разделяла его взглядов. Она хотела внимания, нежности и ласки, хотела мужа в постели, а не рядом за компьютерным столом и в перерывах между боями. За 7 лет она забыла, что такое страсть, оргазм и как это – четыре раза подряд. Виной тому она считала возраст мужа. Ему было 39 лет, ей только 29. У него столько секса было в жизни (по его же словам), что особо и не хотелось ни напрягаться, ни шевелиться, ни говорить о любви, ни думать. И Ангелина научилась обходиться без этого. Она вообще на многое закрывала глаза, позволив мужу стать частью домашней обстановки. Вроде бы и есть, а не заметно.
Инцидент с черным котом, да еще и после встречи с Лёней из прошлого, натолкнули Ангелину опять на ту же мысль – перемены. Нужно что-то менять. И первое, что сделала Ангелина, переодевшись в бриджи и тунику, включила свой ноутбук, чтобы проверить работает ли Интернет, или Саша сбил настройки на самом модеме.
Она без помех зашла на свою страницу в «Одноклассниках», включила музыку. Играла мелодия эротического саксофона, на столе лежала оставленная Лёней визитка с номером телефона и электронным адресом. И Ангелина, не задумываясь, написала ему коротенькое письмецо:

Здравствуй, Лёня.

Вертела в руках твою визитку, думала позвонить, но не стала. Ведь, ты, скорее всего, женат, и твоей жене явно не понравилось бы, что какая-то особа названивает тебе по вечерам. Поэтому я пишу.
Прошло больше десяти лет. Даже не верится. Помнишь? Как давно это было… семнадцать лет, а уже под тридцать… Ты стал адвокатом! Поздравляю! Умничка! А как же бокс? Неужели забросил? Я думала, ты станешь известным боксером…
Пишу, а мысли то путаются… Столько воды утекло с тех пор… Я дважды выходила замуж... У меня есть сын от первого брака, ему уже 9 лет…
Напиши немного о себе. Мне интересно, как у тебя дела.

Ангелина

Она отправила электронное послание, сделала музыку громче и пошла на кухню. Перед отъездом нужно было и наварить мужу борща, и котлет нажарить. Да так чтобы хватило на целую неделю.
Саша сидел у окна и гладил Мурку.
– Ты кушал? – спросила Ангелина, открывая холодильник.
– Да. Я даже посуду помыл! Вот смотри! И на полочку сложил, – он указал пальцем.
– Хороший мальчик! Хочешь яблоко? – Ангелина достала 2 красных яблока, не дожидаясь ответа, сполоснула их под проточной водой, и подошла к сыну. – Ну, что? Готов ехать на море? – спросила она, обнимая своего разбышаку, уже не в первый раз сбившего все настройки на компьютере.
Саша взял яблоко из рук мамы и обнял ее крепко-крепко. Так умеют обнимать только дети!
Ангелина любила своего сына. Она смогла бы полюбить и чужого ребенка за короткий промежуток времени, потому что быстро привыкала к людям. А если любить чужих детей, то, как же не любить своего. Хотя Саша и не был похож на Ангелину. Он был весь в отца – голубоглазый, светловолосый, его черты лица, губы, нос. Порой, глядя на него, Ангелина невольно вспоминала своего первого мужа. И эти воспоминания ее раздражали – ни одного светлого чувства к тому человеку не осталось. Только антипатия, а по большему счету – безразличие.
А вот о Лёне она никогда не смела думать плохо. В ее глазах он так и остался самым порядочным, честным и слишком хорошим для такой «сумасшедшей», как она.
Когда на кухню заглянул муж, Ангелина с Сашей смеялись, играя в игру «Хорошо – плохо». На мамино «Гулять по пляжу ночью хорошо, потому что на море красиво!» Саша ответил «На море красиво – это плохо, мы можем передумать возвращаться!»
– Вы можете передумать возвращаться – это хорошо, тогда я приплыву за вами на белом теплоходе! – подключился Петя, присаживаясь рядом. – А на самом деле это плохо, если вы передумаете возвращаться, я умру от тоски в полном одиночестве.
Он говорил серьезно, и Ангелине стало как-то не по себе из-за того, что они едут отдыхать не вместе. Впервые не вместе.
– Я надеюсь, вы хорошо проведете время, – он обнял жену и сына, расцеловав их, – а я, как и раньше, буду стреляться в «World of Tanks». Я настроил Интернет на своем компьютере, теперь все опять в полном порядке.

Автор -
Дата добавления - в
SAMOLIANДата: Пятница, 26.04.2013, 01:09 | Сообщение # 3
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 1194
Награды: 19
Репутация: 101
Статус: Offline
Кристина, пишу отзыв на "Енакиево, 27 июня 2012 г ".
Именно эта часть Вашего произведения мне понравилась больше всего. smile
В ней чувствуется стиль, умение обращаться с художественным словом и строем письменной речи. И ещё: внутренняя сила автора.
Как мне представляется, это происходит потому, что Вы хорошо знаете предмет, о котором пишете. И ещё потому, что Вам интересна тема и Вы чётко представляете себе ту идею, которую хотите донести до своих читателей.

Правда, есть и шероховатости. И хорошо бы их отшлифовать! smile

Жду продолжения.


nvassiljeva
 
СообщениеКристина, пишу отзыв на "Енакиево, 27 июня 2012 г ".
Именно эта часть Вашего произведения мне понравилась больше всего. smile
В ней чувствуется стиль, умение обращаться с художественным словом и строем письменной речи. И ещё: внутренняя сила автора.
Как мне представляется, это происходит потому, что Вы хорошо знаете предмет, о котором пишете. И ещё потому, что Вам интересна тема и Вы чётко представляете себе ту идею, которую хотите донести до своих читателей.

Правда, есть и шероховатости. И хорошо бы их отшлифовать! smile

Жду продолжения.

Автор - SAMOLIAN
Дата добавления - 26.04.2013 в 01:09
СообщениеКристина, пишу отзыв на "Енакиево, 27 июня 2012 г ".
Именно эта часть Вашего произведения мне понравилась больше всего. smile
В ней чувствуется стиль, умение обращаться с художественным словом и строем письменной речи. И ещё: внутренняя сила автора.
Как мне представляется, это происходит потому, что Вы хорошо знаете предмет, о котором пишете. И ещё потому, что Вам интересна тема и Вы чётко представляете себе ту идею, которую хотите донести до своих читателей.

Правда, есть и шероховатости. И хорошо бы их отшлифовать! smile

Жду продолжения.

Автор - SAMOLIAN
Дата добавления - 26.04.2013 в 01:09
Kristina_Iva-NovaДата: Пятница, 26.04.2013, 23:37 | Сообщение # 4
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline
SAMOLIAN, спасибо! l_daisy
С "Енакиево, 27 июня 2012 г " и начнется сама история. Я не знала как лучше начать: по порядку или уже с момента встречи спустя годы. По совету подруги решила вкратце рассказать, что было раньше. И теперь пишу по вечерам. Хочу высказаться...
Цитата (SAMOLIAN)
есть и шероховатости

Это пока черновик. Я еще и половины не написала. А когда закончу, перечитаю сама 2 раза (обязательно!), что-то подправлю, где-то доработаю... + возможно, островитяне, своим зорким взглядом что-то заметят и скажут об этом, не стесняясь :)

 
СообщениеSAMOLIAN, спасибо! l_daisy
С "Енакиево, 27 июня 2012 г " и начнется сама история. Я не знала как лучше начать: по порядку или уже с момента встречи спустя годы. По совету подруги решила вкратце рассказать, что было раньше. И теперь пишу по вечерам. Хочу высказаться...
Цитата (SAMOLIAN)
есть и шероховатости

Это пока черновик. Я еще и половины не написала. А когда закончу, перечитаю сама 2 раза (обязательно!), что-то подправлю, где-то доработаю... + возможно, островитяне, своим зорким взглядом что-то заметят и скажут об этом, не стесняясь :)


Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 26.04.2013 в 23:37
СообщениеSAMOLIAN, спасибо! l_daisy
С "Енакиево, 27 июня 2012 г " и начнется сама история. Я не знала как лучше начать: по порядку или уже с момента встречи спустя годы. По совету подруги решила вкратце рассказать, что было раньше. И теперь пишу по вечерам. Хочу высказаться...
Цитата (SAMOLIAN)
есть и шероховатости

Это пока черновик. Я еще и половины не написала. А когда закончу, перечитаю сама 2 раза (обязательно!), что-то подправлю, где-то доработаю... + возможно, островитяне, своим зорким взглядом что-то заметят и скажут об этом, не стесняясь :)


Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 26.04.2013 в 23:37
Kristina_Iva-NovaДата: Пятница, 26.04.2013, 23:40 | Сообщение # 5
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline


Ялта, Крым

Дорога Енакиево – Симферополь была утомительной. Более двенадцати часов, проведенных в поезде, в ожидании снова увидеть голубое море и крымские горы, прогуляться по набережной Ялты, посетить дворцы, ботанический сад и подняться на вершину горы Ай-Петри.
На симферопольский вокзал поезд прибыл около полудня, в самый разгар жары. Было душно. Вокруг толпилось столько людей, что Ангелина чувствовала себя маленьким муравьем в огромном муравейнике. Она с трудом волочила массивный чемодан на колесиках, набитый до верху платьями, сарафанами, шортами, футболками, косметикой и всякими женскими штучками, без которых (по ее мнению) нельзя прожить и дня.
Рядом, с таким же чемоданом, да еще и с большой сумкой через плечо, шла подруга Ангелины – Светлана Владимировна Смехова. Ей, как ни кстати, подходила эта фамилия, потому что Света отличалась своей жизнерадостностью, оптимизмом и находчивостью. И так уж повелось с детских лет, если Геля и Света начинали что-то обсуждать, то их разговор протекал живо и эмоционально. Они обе смеялись, привлекая внимание окружающих. Да и как не обратить внимания на двух стройных девушек в коротеньких шортиках, обтягивающих топиках и соломенных шляпках с развивающимися на ветру шифоновыми лентами?
Один из таксистов армянской внешности приметил эту парочку издали. Его глаз был наметан, и он без особого труда мог выделить из толпы тех, кого хотелось бы везти в своей старой, повидавшей немало красивых девушек, девятке. Джан (так завали таксиста) сразу понял – девушки приехали отдыхать без мужчин. А два гиперактивных мальчика, с криками «Мама, смотри» лишь подтвердили его предположение: папы остались дома, а еще лучше – эти две «конфеточки», как сейчас часто встречается, разведены и находятся в поиске страстного любовника. Фантазия Джана быстро разыгралась. Белым платком он протер выступивший на шоколадном лбу пот и за считанные секунды предстал перед Светой, явно удивившейся неожиданному появлению какого-то мужчины.
Ангелина одним взглядом определила, что это таксист, не дожидаясь его предложения отвести их «куда только пожелает душа».
– Добрый день, милые девушки, – он даже поклонился, приветливо улыбаясь, – разрешите доставить вас с ветерком в любой уголок Крыма?! – его губы уже целовали пальчики Светланы влажными настойчивыми поцелуями.
– Остановитесь сейчас же! – нехотя Света одернула свою руку, продолжая смотреть, как блестят черные глаза этого красавчика.
Джан обладал правильными выразительными чертами лица. На таких мужчин всегда обращают внимание женщины, считающие их экзотикой. Черный! Большой! И Джан знал, что с его накаченными мышцами и рельефным прессом, ни одна девушка не останется равнодушной. Все, кому он предлагал свои услуги таксиста, соглашались, и Джан был уверен, что и на это раз ему не откажут.
– Нет, спасибо. – Голос Ангелины прозвучал весьма серьезно. – Мы поедем на автобусе.
– А может, ну его, этот автобус? – Света многозначно приподняла брови, как бы намекая, что с таким таксистом будет интереснее.
– Разрешите ваши чемоданы! – Джан мгновенно выхвалил оба чемоданы из рук девушек, и поволок их к своей девятке. – Прошу за мной, милые дамы!
Ангелина со Светланой переглянулись, и вместе с детьми пошли за таксистом.
– Ты с ума сошла, Светка! Он же сдерет с нас три шкуры! Разве не знаешь, какие они эти таксисты? – еле слышно прошептала Ангелина, чтобы Джан не услышал.
– Да ладно тебе! Зато доберемся до Ялты с комфортом. Все ж не в душном автобусе!
Джан открыл багажник, сложил в него чемоданы и дорожную сумку Светланы.
– Ну, так куда вас вести, девочки?
– Ялта! – ответила Света, располагаясь на переднем сидении, поближе к симпатичному таксисту.
Ангелина с детьми села на заднем сидении. Мальчики баловались, и Ангелине то и дело приходилось их успокаивать. Света любезно беседовала с таксистом. Они познакомились, обменялись номерами телефонов. Джан безумолку рассказывал анекдоты. А Ангелина печально смотрела в приоткрытое окошко, думая все больше о своем. – О Лёне, неожиданно появившемся спустя долгие годы, и о Пете и их совместной жизни, протекающей монотонно и до боли скучно.
Так они добрались до пансионата «Донбасс», расположенного между городом Ялта и Никитским ботаническим садом. Пансионат утопал в зеленой растительности: крымские сосны горделиво возвышались над скальными дубами, фисташками и цветущими кустарниками олеандра. От всей этой красоты Ангелина приходила в восторг и полной грудью жадно вдыхала аромат распустившихся цветков магнолии вперемешку с другими не менее приятными запахами лесопарка.
Джан пожелал девушкам приятного отдыха, и его зеленая девятка скрылась за крутым поворотом.
Светлана вся светилась от счастья:
– Хорошенький! Не правда ли?
– Да, так себе, ничего особенного, – нарочно ответила Ангелина, чтобы подразнить подругу. – Я удивляюсь, как твой Ванька отпускает тебя одну в Крым? Он же прекрасно знает, какая ты падкая на красивых и сильных мужчин!
– Да, что он там знает?! – смеялась Светлана. – Твой же тоже наверно и не догадывается, почему фотографии Лёни не постигла участь быть разорванными в клочья, как например фото, где ты со своим первым мужем.
– Не напоминай мне о нем…
– О ком? Лёне? Или об Артеме?
– О Лёне можешь говорить сколько угодно! А второе имя даже не произноси.
– Хорошо! – Светлана игриво накручивала на палец вьющийся локон, и с хитрой улыбкой посмотрела на подругу. – Идем уже скорее в пансионат! Оставим вещи – и на пляж!
Саша и семилетний сын Светланы Максим, не чувствуя усталости, носились по двору, выложенному тротуарной плиткой, и даже не пытались прислушаться, о чем говорят их матери.
У входа в пансионах двух девушек встретил администратор – высокий уже немолодой мужчина в расстегнутой льняной рубашке и шортах:
– Здравствуйте, меня зовут Дмитрий Алексеевич. Для вас просто Дима, – добавил он, пробежав глазами то по одной, то по второй.
– Здравствуйте, я разговаривала с вами по телефону по поводу трехместного номера и дополнительной кровати…
Дмитрий сразу понял, о чем идет речь:
– Да, конечно! Вы Ангелина? Мы приготовили для вас один из лучших номеров нашего пансионата. Пройдемте, – он вежливым жестом пригласил их в фойе, взяв чемоданы.
В помещении было прохладно. Работал кондиционер. На кожаном диване с газетой в руках сидела пожилая женщина. Она сразу встала, как только заметила новые лица в сопровождении администратора. Ее морщинистое лицо расплылось в улыбке:
– Добрый день! А вы уже видели, как расцвел кактус на клумбе у входа? Вы у нас впервые? Я уверена, вам здесь очень понравится! – она поднесла ладони к подбородку и покачала головой. – А белочек наших видели?
Дмитрий немым намеком вручил женщине чемоданы:
– Антонина, помогите нашим гостям расселиться.
Ангелина и Светлана переглянулись. В пансионате было так тихо, что тяжелое дыхание старушки было слышно отчетливее, чем свое собственное.
– Нет-нет, мы сами справимся с чемоданами. – Возразила Ангелина. – Покажите нам лучше номер!
– Ну что ж, Антонина Сергеевна, идите покормите белочек, а я провожу девушек в 27-ой номер, – Дмитрий снова взял чемоданы и повел гостей на второй этаж, рассказывая о местных достопримечательностях: ночных соловьях, кактусах и магнолии.
Как только за администратором закрылась дверь, Ангелина и Светлана упали на мягкие кровати, раскинув руки. Детвора нетерпеливо скакали, как заведенные, в ожидании, что уже совсем скоро будут плескаться в море цвета бирюзы.
– Наконец-то! – счастливая улыбка засияла на губах Ангелины. – Я так устала. Особенно этот таксист со своими анекдотами…
– Т-с-с! – Света посмотрела на детей. – Давай-ка собираться на пляж. Нечего расслабляться!
– Уговорила!
Ангелина еще раз осмотрела номер, не поднимаясь с кровати. Присмотрелась к рисунку на обоях, картине, висящей на стене с изображением спелого винограда на фоне вазы с цветами. Потом подошла к окну и распахнула его настежь. Высокие сосны стояли как великаны. Пахло летом! Светлана торопливо разбирала чемодан, перелаживая вещи в шкаф, крема и косметику в тумбочку. Ангелина же оставила все как есть, взяла только купальник, покрывало, полотенце и сумочку с кошельком и мобильным телефоном.
– Идем! Черное море нас заждалось!
Дорога от пансионата до пляжа заняла не больше пяти минут. Ангелина, Светлана и дети спустились вниз по канатной дороге. У берега стоял теплоход «Санта Барбара». Желающие совершить морскую прогулку поднимались на борт. А Ангелина желала одного – окунуться в море с головой и смыть с себя навязчивые мысли.
После купания она набрала номер мужа, поинтересовалась, как его успехи на онлайн-войне, и коротко рассказала о впечатлениях от поездки. Голос Пети показался ей трезвым и вполне довольным. Значит, с ним все в порядке, – подумала Ангелина, – иначе он бы вообще не ответил на звонок. Отключив телефон и бросив его в сумочку, Геля задумалась о Лёне, засмотревшись на гору Аю-Даг – громадный каменный медведь, наклонившийся к морю попить водички.
Светлана плескалась с детьми на берегу, а Ангелине становилось совсем грустно. От непрошенных мыслей не было отбоя, они будто взяли в плен трезвый разум, заставляя строить догадки, предположения, рыться в памяти, как в книге, в поисках ответа на один вопрос: «А что если…» А что если, что?
– Геля, хорош думать о своем адвокате? – Света присела рядом, набросив на плечи полотенце, чтобы не обгореть в первый же день.
– Я не могу. Эти мысли сводят меня с ума. Ты бы видела его! Он такой…
За ночь, проведенную на соседних полках, Светлана уже поняла, насколько глубоко зацепила ее подругу встреча с парнем из прошлого. Она даже разговаривала во сне, называя его по имени.
– Он еще не ответил тебе на почту? Бери телефон, – Света дотянулась к сумочке и вручила ее Ангелине, – давай, смелее!
– Нет. Я не хочу…
– Что ты не хочешь? Может, он уже написал тебе ответ! Душещипательное письмецо! И ждет, когда ты ему ответишь… А что если он приглашает тебя на свидание?
– А что если он еще не прочитал его? Если он не проверял электронный ящик? А если прочитал, но не хочет … ничего не хочет?
– Если бы он ничего не хотел, не оставил бы тебе визитку! А если оставил, значит, надеялся, что ты ему позвонишь или напишешь!
Молча, Ангелина включила телефон, зашла на сайт, ввела пароль, в надежде получить ответ, но ответа не было.
– Можно было и не заходить. Писем нет, – с сожалением произнесла Ангелина, опять отключив телефон.
– Я уверена, он ответит. Сама подумай: он адвокат, сегодня День Конституции! Возможно, он отмечает праздник в кругу друзей и ему, естественно, некогда писать тебе ответ. Не расстраивайся!
– Эх, Светка. Как бы я хотела, чтобы он сейчас был здесь. Мы бы гуляли вдвоем по вечернему пляжу, целовались под звездным небом, залезли бы куда-нибудь на скалы и сидели бы в обнимку, любуясь отражением луны на воде. Я столько всего хотела бы ему рассказать. О том, как сильно любила, как ждала и надеялась… Зачем он опять появился в моей жизни? Все будто перевернулось с ног на голову. Я замужем. У меня есть сын. Мне давно не семнадцать лет. А я чувствую себя наивной влюбленной дурочкой. Почему так? У нас с Лёней никогда ничего не было. А могло бы быть. Но он почему-то сопротивлялся моим желаниям. Может это судьба? Представляешь, если бы тогда у нас был секс? А если бы я забеременела? А если бы он, как порядочный, женился бы на мне? И вся романтика бы разрушилась бытом. Случилось бы так, как с моим первым мужем. Я бы его возненавидела, а еще хуже – он бы перестал для меня существовать. Лёня! Мой самый желанный и недоступный… Какой же дурой я была! Если бы можно было начать с самого начала, я была бы другой. Скромной, сдержанной… А может все дело в моей гордости? Что если тогда после летней разлуки я бы первой подошла к нему и просто заговорила? Ни о чем! Главное – подошла! Сделала бы шаг навстречу… Выходит, я сама во всем виновата. В том, что хотела его до безумия, и до сих пор хочу; и в том, что не боролась за свою любовь, отпустив его на все четыре стороны. Какая же я дура.
По щекам текли слезы отчаянья. И если бы в тот момент кто-то из тех, кто знал Ангелину, увидел бы ее, то не поверил бы своим глазам. Потому что люди и не догадываются, что те, кто живут, смеясь, могут так плакать.
– Нет ничего плохого в том, что ты его хотела. Что естественно, то небезобразно. И факт, что он не воспользовался твоей готовностью отдаться, еще не говорит о его порядочности. Вовсе нет! Ты же не знаешь, о чем он думал в тот момент. Может, он никакой не порядочный, а самый обыкновенный, такой, как и большинство? Что если он хотел еще сильнее, чем ты, но сумел сдержаться? Возможно, потом он проклинал себя за нерешительность, и говорил себе «какой же я дурак, что упустил такую возможность». Может, прямо сейчас, в эту минуту он вспоминает твои поцелуи! Представляешь, так же как и ты! И тоже мечтает посидеть с тобой вдвоем у моря на неостывшем камне, любоваться с тобой небом и шептать тебе на ушко о своей любви. Чужая душа потемки. И не нужно во всем винить только себя. Да, ты не монашка, не скромница – ты женщина, которая любит. Любит, не смотря ни на что.
– «Любит?» Ты думаешь, я все еще его люблю? – Ангелина вытерла слезы и попыталась улыбнуться. – Столько лет пролетело! К тому же, я ведь как-то жила все это время без него…
– Представь костер. Огонь догорает. Пепел. Но стоит лишь подбросить дров – разгорается с новой силой. А в жизни одна встреча, одно слово, один взгляд могут послужить «дровами». Как у вас с Лёней! Ты сама то помнишь, как давно забыла о нем, когда перестала думать о нем целыми днями? Напомнить?! – Светлана посмотрела в сторону детей, плескающихся в воде. – Беременность и ребенок! Вот что спасло тебе от грусти. Когда ты родила Сашку – он стал самым главным мужчиной в твоей жизни! Он, а не кто-то другой! И именно тогда, на фоне пеленок и распашонок образ Лёни начал блекнуть. Разве я не права?
Ангелина нашла глазами своего Сашу, бегающего за Максимом, и улыбнулась. На этот раз улыбались не только губы, но и глазами:
– Да мой мальчик – самый главный мужчина в моей жизни! Он любит меня только за то, что я его мама! Любит такой, какая я есть!
– Ну, не только он любит тебе такой! – Света сбросила полотенце и с довольным лицом стала наносить на кожу крем для загара. – Если говорить о мужчинах, то твой Петька, по-моему, все равно тебя любит, не смотря на страсть к выпивке и компьютерным играм. А вот ты только позволяешь себя любить.
– Любит, не любит – какая разница? Наши отношения давно превратились в привычку. У нас и секса нормального давно нет.
– Вот поэтому молодые и энергичные жены, неудовлетворенные своими мужьями в постели, и заводят любовников. А можно и непродолжительный курортный роман! Впечатлений хватит до очередного отпуска. Проверено! Результат 100 %. На женской мудрости такого рода и держатся шаткие семьи, – сказала Света, как бы оправдывая свои интрижки на стороне, о которых ее Ванька и не догадывался.
– Я так не могу. Это, по меньшей мере, некрасиво. Лучше тогда совсем развестись, чтобы сохранить чистую совесть.
– О какой совести ты говоришь? Если ты еще не изменяла мужу – это означает только то, что у тебя еще все впереди. Например, твой Лёня. Ты бы смогла с ним наставить Петьке рога? Уверена, что смогла бы. Он ведь такой сексуальный, красивый, желанный. А главное – запретный! А запретный плод в два раза слаще, если не в десять, – Светка заливалась от смеха, наблюдая за реакцией подруги.
Ангелина стала серьезной, осмысливая услышанное. И если еще вчера она хотела с Лёней встретиться хоть разочек и просто поговорить, то теперь понимала, что хочет его еще сильнее, чем в семнадцать лет. Хотя бы потому, что всякое начатое дело любила доводить до конца. «И не важно, если это будет только раз» – подумала Ангелина, уже представляя себя в объятиях Лёни.

«Привет, мой нежный Ангелочек, моя незабываемая девочка!

Признаюсь честно, не думал, что ты мне напишешь, а ты написала. И к тому же оказывается не забыла, что раньше я занимался боксом…Хотя что в этом удивительно, что не забыла? – Отличники ведь ничего не забывают! Да?! Как давно все это было: учеба, наше совместное участие в концертной программе, посвященной дню матери и организованной Валентиной Николаевной в конце второго курса. Это она нас познакомила: собрала всех самых одаренных, вручила сценарий, и… помнишь, как мы играли в «Балду» на последней парте? А как впервые я провожал тебя домой? А наш первый поцелуй? А «Черную луну» и страстные по-взрослому горячие поцелуи?
Вот пишу тебе ответ, и мысли тоже путаются… Нахлынули воспоминания…
Ты совсем не изменилась. Такая же красивая, яркая и… необыкновенная. И как я мог потерять тебя из виду на столько лет? Я удивляюсь, как я мог вообще куда-то деться от такой красивой и одновременно умной девушки, как ты, мой светлый Ангел… Надеюсь теперь мы сможем возобновить нашу дружбу? На что-то большее я не смел бы и претендовать. Понимаю, что я уже не тот, кого ты хотела соблазнить под открытым небом, прямо на траве… Но если захочешь, мой офис находиться неподалеку от твоего. Я был бы тебе рад… Мы можем сходить вместе в столовую во время обеденного перерыва. Поговорим. Нам ведь есть о чем вспомнить… Я, например, до сих пор помню вкус твоих поцелуев, будто мы целовались только вчера. Сладкие! Как малина! Твои губки – прелесть…я и узнал тебя только по губам… не смотря на то, что прошла уже целая вечность…
Теперь у тебя есть муж, семья… сын. Я рад за тебя. Материнство – это хорошо. У меня еще нет детей, но я женат. Не дважды, как ты, – всего один и единственный раз. Хотя до этого тоже чуть не женился, думал любовь, а вышло, ошибался.
Я сейчас в отпуске. Решил с женой съездить в Алушту. Вернусь через неделю. Привезти тебе магнитик на холодильник?
Знаешь, о чем я сейчас мечтаю? – Прогуляться с тобой по ночному пляжу, целоваться на фоне бушующих волн… Прости за откровенность, но я всегда хотел тебя, а теперь хочу еще больше.
Надеюсь, не напугал своими желаниями? Ты же знаешь, я могу себя контролировать. Если ты не захочешь, я приму твое решение и больше никогда не подниму этот вопрос.
Ты самая очаровательная девочка из всех, кого я знал!
Позволь виртуально коснуться твоих губок – цём, моя сладенькая малинка!

Твой Леонид».


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:18
 
Сообщение

Ялта, Крым

Дорога Енакиево – Симферополь была утомительной. Более двенадцати часов, проведенных в поезде, в ожидании снова увидеть голубое море и крымские горы, прогуляться по набережной Ялты, посетить дворцы, ботанический сад и подняться на вершину горы Ай-Петри.
На симферопольский вокзал поезд прибыл около полудня, в самый разгар жары. Было душно. Вокруг толпилось столько людей, что Ангелина чувствовала себя маленьким муравьем в огромном муравейнике. Она с трудом волочила массивный чемодан на колесиках, набитый до верху платьями, сарафанами, шортами, футболками, косметикой и всякими женскими штучками, без которых (по ее мнению) нельзя прожить и дня.
Рядом, с таким же чемоданом, да еще и с большой сумкой через плечо, шла подруга Ангелины – Светлана Владимировна Смехова. Ей, как ни кстати, подходила эта фамилия, потому что Света отличалась своей жизнерадостностью, оптимизмом и находчивостью. И так уж повелось с детских лет, если Геля и Света начинали что-то обсуждать, то их разговор протекал живо и эмоционально. Они обе смеялись, привлекая внимание окружающих. Да и как не обратить внимания на двух стройных девушек в коротеньких шортиках, обтягивающих топиках и соломенных шляпках с развивающимися на ветру шифоновыми лентами?
Один из таксистов армянской внешности приметил эту парочку издали. Его глаз был наметан, и он без особого труда мог выделить из толпы тех, кого хотелось бы везти в своей старой, повидавшей немало красивых девушек, девятке. Джан (так завали таксиста) сразу понял – девушки приехали отдыхать без мужчин. А два гиперактивных мальчика, с криками «Мама, смотри» лишь подтвердили его предположение: папы остались дома, а еще лучше – эти две «конфеточки», как сейчас часто встречается, разведены и находятся в поиске страстного любовника. Фантазия Джана быстро разыгралась. Белым платком он протер выступивший на шоколадном лбу пот и за считанные секунды предстал перед Светой, явно удивившейся неожиданному появлению какого-то мужчины.
Ангелина одним взглядом определила, что это таксист, не дожидаясь его предложения отвести их «куда только пожелает душа».
– Добрый день, милые девушки, – он даже поклонился, приветливо улыбаясь, – разрешите доставить вас с ветерком в любой уголок Крыма?! – его губы уже целовали пальчики Светланы влажными настойчивыми поцелуями.
– Остановитесь сейчас же! – нехотя Света одернула свою руку, продолжая смотреть, как блестят черные глаза этого красавчика.
Джан обладал правильными выразительными чертами лица. На таких мужчин всегда обращают внимание женщины, считающие их экзотикой. Черный! Большой! И Джан знал, что с его накаченными мышцами и рельефным прессом, ни одна девушка не останется равнодушной. Все, кому он предлагал свои услуги таксиста, соглашались, и Джан был уверен, что и на это раз ему не откажут.
– Нет, спасибо. – Голос Ангелины прозвучал весьма серьезно. – Мы поедем на автобусе.
– А может, ну его, этот автобус? – Света многозначно приподняла брови, как бы намекая, что с таким таксистом будет интереснее.
– Разрешите ваши чемоданы! – Джан мгновенно выхвалил оба чемоданы из рук девушек, и поволок их к своей девятке. – Прошу за мной, милые дамы!
Ангелина со Светланой переглянулись, и вместе с детьми пошли за таксистом.
– Ты с ума сошла, Светка! Он же сдерет с нас три шкуры! Разве не знаешь, какие они эти таксисты? – еле слышно прошептала Ангелина, чтобы Джан не услышал.
– Да ладно тебе! Зато доберемся до Ялты с комфортом. Все ж не в душном автобусе!
Джан открыл багажник, сложил в него чемоданы и дорожную сумку Светланы.
– Ну, так куда вас вести, девочки?
– Ялта! – ответила Света, располагаясь на переднем сидении, поближе к симпатичному таксисту.
Ангелина с детьми села на заднем сидении. Мальчики баловались, и Ангелине то и дело приходилось их успокаивать. Света любезно беседовала с таксистом. Они познакомились, обменялись номерами телефонов. Джан безумолку рассказывал анекдоты. А Ангелина печально смотрела в приоткрытое окошко, думая все больше о своем. – О Лёне, неожиданно появившемся спустя долгие годы, и о Пете и их совместной жизни, протекающей монотонно и до боли скучно.
Так они добрались до пансионата «Донбасс», расположенного между городом Ялта и Никитским ботаническим садом. Пансионат утопал в зеленой растительности: крымские сосны горделиво возвышались над скальными дубами, фисташками и цветущими кустарниками олеандра. От всей этой красоты Ангелина приходила в восторг и полной грудью жадно вдыхала аромат распустившихся цветков магнолии вперемешку с другими не менее приятными запахами лесопарка.
Джан пожелал девушкам приятного отдыха, и его зеленая девятка скрылась за крутым поворотом.
Светлана вся светилась от счастья:
– Хорошенький! Не правда ли?
– Да, так себе, ничего особенного, – нарочно ответила Ангелина, чтобы подразнить подругу. – Я удивляюсь, как твой Ванька отпускает тебя одну в Крым? Он же прекрасно знает, какая ты падкая на красивых и сильных мужчин!
– Да, что он там знает?! – смеялась Светлана. – Твой же тоже наверно и не догадывается, почему фотографии Лёни не постигла участь быть разорванными в клочья, как например фото, где ты со своим первым мужем.
– Не напоминай мне о нем…
– О ком? Лёне? Или об Артеме?
– О Лёне можешь говорить сколько угодно! А второе имя даже не произноси.
– Хорошо! – Светлана игриво накручивала на палец вьющийся локон, и с хитрой улыбкой посмотрела на подругу. – Идем уже скорее в пансионат! Оставим вещи – и на пляж!
Саша и семилетний сын Светланы Максим, не чувствуя усталости, носились по двору, выложенному тротуарной плиткой, и даже не пытались прислушаться, о чем говорят их матери.
У входа в пансионах двух девушек встретил администратор – высокий уже немолодой мужчина в расстегнутой льняной рубашке и шортах:
– Здравствуйте, меня зовут Дмитрий Алексеевич. Для вас просто Дима, – добавил он, пробежав глазами то по одной, то по второй.
– Здравствуйте, я разговаривала с вами по телефону по поводу трехместного номера и дополнительной кровати…
Дмитрий сразу понял, о чем идет речь:
– Да, конечно! Вы Ангелина? Мы приготовили для вас один из лучших номеров нашего пансионата. Пройдемте, – он вежливым жестом пригласил их в фойе, взяв чемоданы.
В помещении было прохладно. Работал кондиционер. На кожаном диване с газетой в руках сидела пожилая женщина. Она сразу встала, как только заметила новые лица в сопровождении администратора. Ее морщинистое лицо расплылось в улыбке:
– Добрый день! А вы уже видели, как расцвел кактус на клумбе у входа? Вы у нас впервые? Я уверена, вам здесь очень понравится! – она поднесла ладони к подбородку и покачала головой. – А белочек наших видели?
Дмитрий немым намеком вручил женщине чемоданы:
– Антонина, помогите нашим гостям расселиться.
Ангелина и Светлана переглянулись. В пансионате было так тихо, что тяжелое дыхание старушки было слышно отчетливее, чем свое собственное.
– Нет-нет, мы сами справимся с чемоданами. – Возразила Ангелина. – Покажите нам лучше номер!
– Ну что ж, Антонина Сергеевна, идите покормите белочек, а я провожу девушек в 27-ой номер, – Дмитрий снова взял чемоданы и повел гостей на второй этаж, рассказывая о местных достопримечательностях: ночных соловьях, кактусах и магнолии.
Как только за администратором закрылась дверь, Ангелина и Светлана упали на мягкие кровати, раскинув руки. Детвора нетерпеливо скакали, как заведенные, в ожидании, что уже совсем скоро будут плескаться в море цвета бирюзы.
– Наконец-то! – счастливая улыбка засияла на губах Ангелины. – Я так устала. Особенно этот таксист со своими анекдотами…
– Т-с-с! – Света посмотрела на детей. – Давай-ка собираться на пляж. Нечего расслабляться!
– Уговорила!
Ангелина еще раз осмотрела номер, не поднимаясь с кровати. Присмотрелась к рисунку на обоях, картине, висящей на стене с изображением спелого винограда на фоне вазы с цветами. Потом подошла к окну и распахнула его настежь. Высокие сосны стояли как великаны. Пахло летом! Светлана торопливо разбирала чемодан, перелаживая вещи в шкаф, крема и косметику в тумбочку. Ангелина же оставила все как есть, взяла только купальник, покрывало, полотенце и сумочку с кошельком и мобильным телефоном.
– Идем! Черное море нас заждалось!
Дорога от пансионата до пляжа заняла не больше пяти минут. Ангелина, Светлана и дети спустились вниз по канатной дороге. У берега стоял теплоход «Санта Барбара». Желающие совершить морскую прогулку поднимались на борт. А Ангелина желала одного – окунуться в море с головой и смыть с себя навязчивые мысли.
После купания она набрала номер мужа, поинтересовалась, как его успехи на онлайн-войне, и коротко рассказала о впечатлениях от поездки. Голос Пети показался ей трезвым и вполне довольным. Значит, с ним все в порядке, – подумала Ангелина, – иначе он бы вообще не ответил на звонок. Отключив телефон и бросив его в сумочку, Геля задумалась о Лёне, засмотревшись на гору Аю-Даг – громадный каменный медведь, наклонившийся к морю попить водички.
Светлана плескалась с детьми на берегу, а Ангелине становилось совсем грустно. От непрошенных мыслей не было отбоя, они будто взяли в плен трезвый разум, заставляя строить догадки, предположения, рыться в памяти, как в книге, в поисках ответа на один вопрос: «А что если…» А что если, что?
– Геля, хорош думать о своем адвокате? – Света присела рядом, набросив на плечи полотенце, чтобы не обгореть в первый же день.
– Я не могу. Эти мысли сводят меня с ума. Ты бы видела его! Он такой…
За ночь, проведенную на соседних полках, Светлана уже поняла, насколько глубоко зацепила ее подругу встреча с парнем из прошлого. Она даже разговаривала во сне, называя его по имени.
– Он еще не ответил тебе на почту? Бери телефон, – Света дотянулась к сумочке и вручила ее Ангелине, – давай, смелее!
– Нет. Я не хочу…
– Что ты не хочешь? Может, он уже написал тебе ответ! Душещипательное письмецо! И ждет, когда ты ему ответишь… А что если он приглашает тебя на свидание?
– А что если он еще не прочитал его? Если он не проверял электронный ящик? А если прочитал, но не хочет … ничего не хочет?
– Если бы он ничего не хотел, не оставил бы тебе визитку! А если оставил, значит, надеялся, что ты ему позвонишь или напишешь!
Молча, Ангелина включила телефон, зашла на сайт, ввела пароль, в надежде получить ответ, но ответа не было.
– Можно было и не заходить. Писем нет, – с сожалением произнесла Ангелина, опять отключив телефон.
– Я уверена, он ответит. Сама подумай: он адвокат, сегодня День Конституции! Возможно, он отмечает праздник в кругу друзей и ему, естественно, некогда писать тебе ответ. Не расстраивайся!
– Эх, Светка. Как бы я хотела, чтобы он сейчас был здесь. Мы бы гуляли вдвоем по вечернему пляжу, целовались под звездным небом, залезли бы куда-нибудь на скалы и сидели бы в обнимку, любуясь отражением луны на воде. Я столько всего хотела бы ему рассказать. О том, как сильно любила, как ждала и надеялась… Зачем он опять появился в моей жизни? Все будто перевернулось с ног на голову. Я замужем. У меня есть сын. Мне давно не семнадцать лет. А я чувствую себя наивной влюбленной дурочкой. Почему так? У нас с Лёней никогда ничего не было. А могло бы быть. Но он почему-то сопротивлялся моим желаниям. Может это судьба? Представляешь, если бы тогда у нас был секс? А если бы я забеременела? А если бы он, как порядочный, женился бы на мне? И вся романтика бы разрушилась бытом. Случилось бы так, как с моим первым мужем. Я бы его возненавидела, а еще хуже – он бы перестал для меня существовать. Лёня! Мой самый желанный и недоступный… Какой же дурой я была! Если бы можно было начать с самого начала, я была бы другой. Скромной, сдержанной… А может все дело в моей гордости? Что если тогда после летней разлуки я бы первой подошла к нему и просто заговорила? Ни о чем! Главное – подошла! Сделала бы шаг навстречу… Выходит, я сама во всем виновата. В том, что хотела его до безумия, и до сих пор хочу; и в том, что не боролась за свою любовь, отпустив его на все четыре стороны. Какая же я дура.
По щекам текли слезы отчаянья. И если бы в тот момент кто-то из тех, кто знал Ангелину, увидел бы ее, то не поверил бы своим глазам. Потому что люди и не догадываются, что те, кто живут, смеясь, могут так плакать.
– Нет ничего плохого в том, что ты его хотела. Что естественно, то небезобразно. И факт, что он не воспользовался твоей готовностью отдаться, еще не говорит о его порядочности. Вовсе нет! Ты же не знаешь, о чем он думал в тот момент. Может, он никакой не порядочный, а самый обыкновенный, такой, как и большинство? Что если он хотел еще сильнее, чем ты, но сумел сдержаться? Возможно, потом он проклинал себя за нерешительность, и говорил себе «какой же я дурак, что упустил такую возможность». Может, прямо сейчас, в эту минуту он вспоминает твои поцелуи! Представляешь, так же как и ты! И тоже мечтает посидеть с тобой вдвоем у моря на неостывшем камне, любоваться с тобой небом и шептать тебе на ушко о своей любви. Чужая душа потемки. И не нужно во всем винить только себя. Да, ты не монашка, не скромница – ты женщина, которая любит. Любит, не смотря ни на что.
– «Любит?» Ты думаешь, я все еще его люблю? – Ангелина вытерла слезы и попыталась улыбнуться. – Столько лет пролетело! К тому же, я ведь как-то жила все это время без него…
– Представь костер. Огонь догорает. Пепел. Но стоит лишь подбросить дров – разгорается с новой силой. А в жизни одна встреча, одно слово, один взгляд могут послужить «дровами». Как у вас с Лёней! Ты сама то помнишь, как давно забыла о нем, когда перестала думать о нем целыми днями? Напомнить?! – Светлана посмотрела в сторону детей, плескающихся в воде. – Беременность и ребенок! Вот что спасло тебе от грусти. Когда ты родила Сашку – он стал самым главным мужчиной в твоей жизни! Он, а не кто-то другой! И именно тогда, на фоне пеленок и распашонок образ Лёни начал блекнуть. Разве я не права?
Ангелина нашла глазами своего Сашу, бегающего за Максимом, и улыбнулась. На этот раз улыбались не только губы, но и глазами:
– Да мой мальчик – самый главный мужчина в моей жизни! Он любит меня только за то, что я его мама! Любит такой, какая я есть!
– Ну, не только он любит тебе такой! – Света сбросила полотенце и с довольным лицом стала наносить на кожу крем для загара. – Если говорить о мужчинах, то твой Петька, по-моему, все равно тебя любит, не смотря на страсть к выпивке и компьютерным играм. А вот ты только позволяешь себя любить.
– Любит, не любит – какая разница? Наши отношения давно превратились в привычку. У нас и секса нормального давно нет.
– Вот поэтому молодые и энергичные жены, неудовлетворенные своими мужьями в постели, и заводят любовников. А можно и непродолжительный курортный роман! Впечатлений хватит до очередного отпуска. Проверено! Результат 100 %. На женской мудрости такого рода и держатся шаткие семьи, – сказала Света, как бы оправдывая свои интрижки на стороне, о которых ее Ванька и не догадывался.
– Я так не могу. Это, по меньшей мере, некрасиво. Лучше тогда совсем развестись, чтобы сохранить чистую совесть.
– О какой совести ты говоришь? Если ты еще не изменяла мужу – это означает только то, что у тебя еще все впереди. Например, твой Лёня. Ты бы смогла с ним наставить Петьке рога? Уверена, что смогла бы. Он ведь такой сексуальный, красивый, желанный. А главное – запретный! А запретный плод в два раза слаще, если не в десять, – Светка заливалась от смеха, наблюдая за реакцией подруги.
Ангелина стала серьезной, осмысливая услышанное. И если еще вчера она хотела с Лёней встретиться хоть разочек и просто поговорить, то теперь понимала, что хочет его еще сильнее, чем в семнадцать лет. Хотя бы потому, что всякое начатое дело любила доводить до конца. «И не важно, если это будет только раз» – подумала Ангелина, уже представляя себя в объятиях Лёни.

«Привет, мой нежный Ангелочек, моя незабываемая девочка!

Признаюсь честно, не думал, что ты мне напишешь, а ты написала. И к тому же оказывается не забыла, что раньше я занимался боксом…Хотя что в этом удивительно, что не забыла? – Отличники ведь ничего не забывают! Да?! Как давно все это было: учеба, наше совместное участие в концертной программе, посвященной дню матери и организованной Валентиной Николаевной в конце второго курса. Это она нас познакомила: собрала всех самых одаренных, вручила сценарий, и… помнишь, как мы играли в «Балду» на последней парте? А как впервые я провожал тебя домой? А наш первый поцелуй? А «Черную луну» и страстные по-взрослому горячие поцелуи?
Вот пишу тебе ответ, и мысли тоже путаются… Нахлынули воспоминания…
Ты совсем не изменилась. Такая же красивая, яркая и… необыкновенная. И как я мог потерять тебя из виду на столько лет? Я удивляюсь, как я мог вообще куда-то деться от такой красивой и одновременно умной девушки, как ты, мой светлый Ангел… Надеюсь теперь мы сможем возобновить нашу дружбу? На что-то большее я не смел бы и претендовать. Понимаю, что я уже не тот, кого ты хотела соблазнить под открытым небом, прямо на траве… Но если захочешь, мой офис находиться неподалеку от твоего. Я был бы тебе рад… Мы можем сходить вместе в столовую во время обеденного перерыва. Поговорим. Нам ведь есть о чем вспомнить… Я, например, до сих пор помню вкус твоих поцелуев, будто мы целовались только вчера. Сладкие! Как малина! Твои губки – прелесть…я и узнал тебя только по губам… не смотря на то, что прошла уже целая вечность…
Теперь у тебя есть муж, семья… сын. Я рад за тебя. Материнство – это хорошо. У меня еще нет детей, но я женат. Не дважды, как ты, – всего один и единственный раз. Хотя до этого тоже чуть не женился, думал любовь, а вышло, ошибался.
Я сейчас в отпуске. Решил с женой съездить в Алушту. Вернусь через неделю. Привезти тебе магнитик на холодильник?
Знаешь, о чем я сейчас мечтаю? – Прогуляться с тобой по ночному пляжу, целоваться на фоне бушующих волн… Прости за откровенность, но я всегда хотел тебя, а теперь хочу еще больше.
Надеюсь, не напугал своими желаниями? Ты же знаешь, я могу себя контролировать. Если ты не захочешь, я приму твое решение и больше никогда не подниму этот вопрос.
Ты самая очаровательная девочка из всех, кого я знал!
Позволь виртуально коснуться твоих губок – цём, моя сладенькая малинка!

Твой Леонид».

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 26.04.2013 в 23:40
Сообщение

Ялта, Крым

Дорога Енакиево – Симферополь была утомительной. Более двенадцати часов, проведенных в поезде, в ожидании снова увидеть голубое море и крымские горы, прогуляться по набережной Ялты, посетить дворцы, ботанический сад и подняться на вершину горы Ай-Петри.
На симферопольский вокзал поезд прибыл около полудня, в самый разгар жары. Было душно. Вокруг толпилось столько людей, что Ангелина чувствовала себя маленьким муравьем в огромном муравейнике. Она с трудом волочила массивный чемодан на колесиках, набитый до верху платьями, сарафанами, шортами, футболками, косметикой и всякими женскими штучками, без которых (по ее мнению) нельзя прожить и дня.
Рядом, с таким же чемоданом, да еще и с большой сумкой через плечо, шла подруга Ангелины – Светлана Владимировна Смехова. Ей, как ни кстати, подходила эта фамилия, потому что Света отличалась своей жизнерадостностью, оптимизмом и находчивостью. И так уж повелось с детских лет, если Геля и Света начинали что-то обсуждать, то их разговор протекал живо и эмоционально. Они обе смеялись, привлекая внимание окружающих. Да и как не обратить внимания на двух стройных девушек в коротеньких шортиках, обтягивающих топиках и соломенных шляпках с развивающимися на ветру шифоновыми лентами?
Один из таксистов армянской внешности приметил эту парочку издали. Его глаз был наметан, и он без особого труда мог выделить из толпы тех, кого хотелось бы везти в своей старой, повидавшей немало красивых девушек, девятке. Джан (так завали таксиста) сразу понял – девушки приехали отдыхать без мужчин. А два гиперактивных мальчика, с криками «Мама, смотри» лишь подтвердили его предположение: папы остались дома, а еще лучше – эти две «конфеточки», как сейчас часто встречается, разведены и находятся в поиске страстного любовника. Фантазия Джана быстро разыгралась. Белым платком он протер выступивший на шоколадном лбу пот и за считанные секунды предстал перед Светой, явно удивившейся неожиданному появлению какого-то мужчины.
Ангелина одним взглядом определила, что это таксист, не дожидаясь его предложения отвести их «куда только пожелает душа».
– Добрый день, милые девушки, – он даже поклонился, приветливо улыбаясь, – разрешите доставить вас с ветерком в любой уголок Крыма?! – его губы уже целовали пальчики Светланы влажными настойчивыми поцелуями.
– Остановитесь сейчас же! – нехотя Света одернула свою руку, продолжая смотреть, как блестят черные глаза этого красавчика.
Джан обладал правильными выразительными чертами лица. На таких мужчин всегда обращают внимание женщины, считающие их экзотикой. Черный! Большой! И Джан знал, что с его накаченными мышцами и рельефным прессом, ни одна девушка не останется равнодушной. Все, кому он предлагал свои услуги таксиста, соглашались, и Джан был уверен, что и на это раз ему не откажут.
– Нет, спасибо. – Голос Ангелины прозвучал весьма серьезно. – Мы поедем на автобусе.
– А может, ну его, этот автобус? – Света многозначно приподняла брови, как бы намекая, что с таким таксистом будет интереснее.
– Разрешите ваши чемоданы! – Джан мгновенно выхвалил оба чемоданы из рук девушек, и поволок их к своей девятке. – Прошу за мной, милые дамы!
Ангелина со Светланой переглянулись, и вместе с детьми пошли за таксистом.
– Ты с ума сошла, Светка! Он же сдерет с нас три шкуры! Разве не знаешь, какие они эти таксисты? – еле слышно прошептала Ангелина, чтобы Джан не услышал.
– Да ладно тебе! Зато доберемся до Ялты с комфортом. Все ж не в душном автобусе!
Джан открыл багажник, сложил в него чемоданы и дорожную сумку Светланы.
– Ну, так куда вас вести, девочки?
– Ялта! – ответила Света, располагаясь на переднем сидении, поближе к симпатичному таксисту.
Ангелина с детьми села на заднем сидении. Мальчики баловались, и Ангелине то и дело приходилось их успокаивать. Света любезно беседовала с таксистом. Они познакомились, обменялись номерами телефонов. Джан безумолку рассказывал анекдоты. А Ангелина печально смотрела в приоткрытое окошко, думая все больше о своем. – О Лёне, неожиданно появившемся спустя долгие годы, и о Пете и их совместной жизни, протекающей монотонно и до боли скучно.
Так они добрались до пансионата «Донбасс», расположенного между городом Ялта и Никитским ботаническим садом. Пансионат утопал в зеленой растительности: крымские сосны горделиво возвышались над скальными дубами, фисташками и цветущими кустарниками олеандра. От всей этой красоты Ангелина приходила в восторг и полной грудью жадно вдыхала аромат распустившихся цветков магнолии вперемешку с другими не менее приятными запахами лесопарка.
Джан пожелал девушкам приятного отдыха, и его зеленая девятка скрылась за крутым поворотом.
Светлана вся светилась от счастья:
– Хорошенький! Не правда ли?
– Да, так себе, ничего особенного, – нарочно ответила Ангелина, чтобы подразнить подругу. – Я удивляюсь, как твой Ванька отпускает тебя одну в Крым? Он же прекрасно знает, какая ты падкая на красивых и сильных мужчин!
– Да, что он там знает?! – смеялась Светлана. – Твой же тоже наверно и не догадывается, почему фотографии Лёни не постигла участь быть разорванными в клочья, как например фото, где ты со своим первым мужем.
– Не напоминай мне о нем…
– О ком? Лёне? Или об Артеме?
– О Лёне можешь говорить сколько угодно! А второе имя даже не произноси.
– Хорошо! – Светлана игриво накручивала на палец вьющийся локон, и с хитрой улыбкой посмотрела на подругу. – Идем уже скорее в пансионат! Оставим вещи – и на пляж!
Саша и семилетний сын Светланы Максим, не чувствуя усталости, носились по двору, выложенному тротуарной плиткой, и даже не пытались прислушаться, о чем говорят их матери.
У входа в пансионах двух девушек встретил администратор – высокий уже немолодой мужчина в расстегнутой льняной рубашке и шортах:
– Здравствуйте, меня зовут Дмитрий Алексеевич. Для вас просто Дима, – добавил он, пробежав глазами то по одной, то по второй.
– Здравствуйте, я разговаривала с вами по телефону по поводу трехместного номера и дополнительной кровати…
Дмитрий сразу понял, о чем идет речь:
– Да, конечно! Вы Ангелина? Мы приготовили для вас один из лучших номеров нашего пансионата. Пройдемте, – он вежливым жестом пригласил их в фойе, взяв чемоданы.
В помещении было прохладно. Работал кондиционер. На кожаном диване с газетой в руках сидела пожилая женщина. Она сразу встала, как только заметила новые лица в сопровождении администратора. Ее морщинистое лицо расплылось в улыбке:
– Добрый день! А вы уже видели, как расцвел кактус на клумбе у входа? Вы у нас впервые? Я уверена, вам здесь очень понравится! – она поднесла ладони к подбородку и покачала головой. – А белочек наших видели?
Дмитрий немым намеком вручил женщине чемоданы:
– Антонина, помогите нашим гостям расселиться.
Ангелина и Светлана переглянулись. В пансионате было так тихо, что тяжелое дыхание старушки было слышно отчетливее, чем свое собственное.
– Нет-нет, мы сами справимся с чемоданами. – Возразила Ангелина. – Покажите нам лучше номер!
– Ну что ж, Антонина Сергеевна, идите покормите белочек, а я провожу девушек в 27-ой номер, – Дмитрий снова взял чемоданы и повел гостей на второй этаж, рассказывая о местных достопримечательностях: ночных соловьях, кактусах и магнолии.
Как только за администратором закрылась дверь, Ангелина и Светлана упали на мягкие кровати, раскинув руки. Детвора нетерпеливо скакали, как заведенные, в ожидании, что уже совсем скоро будут плескаться в море цвета бирюзы.
– Наконец-то! – счастливая улыбка засияла на губах Ангелины. – Я так устала. Особенно этот таксист со своими анекдотами…
– Т-с-с! – Света посмотрела на детей. – Давай-ка собираться на пляж. Нечего расслабляться!
– Уговорила!
Ангелина еще раз осмотрела номер, не поднимаясь с кровати. Присмотрелась к рисунку на обоях, картине, висящей на стене с изображением спелого винограда на фоне вазы с цветами. Потом подошла к окну и распахнула его настежь. Высокие сосны стояли как великаны. Пахло летом! Светлана торопливо разбирала чемодан, перелаживая вещи в шкаф, крема и косметику в тумбочку. Ангелина же оставила все как есть, взяла только купальник, покрывало, полотенце и сумочку с кошельком и мобильным телефоном.
– Идем! Черное море нас заждалось!
Дорога от пансионата до пляжа заняла не больше пяти минут. Ангелина, Светлана и дети спустились вниз по канатной дороге. У берега стоял теплоход «Санта Барбара». Желающие совершить морскую прогулку поднимались на борт. А Ангелина желала одного – окунуться в море с головой и смыть с себя навязчивые мысли.
После купания она набрала номер мужа, поинтересовалась, как его успехи на онлайн-войне, и коротко рассказала о впечатлениях от поездки. Голос Пети показался ей трезвым и вполне довольным. Значит, с ним все в порядке, – подумала Ангелина, – иначе он бы вообще не ответил на звонок. Отключив телефон и бросив его в сумочку, Геля задумалась о Лёне, засмотревшись на гору Аю-Даг – громадный каменный медведь, наклонившийся к морю попить водички.
Светлана плескалась с детьми на берегу, а Ангелине становилось совсем грустно. От непрошенных мыслей не было отбоя, они будто взяли в плен трезвый разум, заставляя строить догадки, предположения, рыться в памяти, как в книге, в поисках ответа на один вопрос: «А что если…» А что если, что?
– Геля, хорош думать о своем адвокате? – Света присела рядом, набросив на плечи полотенце, чтобы не обгореть в первый же день.
– Я не могу. Эти мысли сводят меня с ума. Ты бы видела его! Он такой…
За ночь, проведенную на соседних полках, Светлана уже поняла, насколько глубоко зацепила ее подругу встреча с парнем из прошлого. Она даже разговаривала во сне, называя его по имени.
– Он еще не ответил тебе на почту? Бери телефон, – Света дотянулась к сумочке и вручила ее Ангелине, – давай, смелее!
– Нет. Я не хочу…
– Что ты не хочешь? Может, он уже написал тебе ответ! Душещипательное письмецо! И ждет, когда ты ему ответишь… А что если он приглашает тебя на свидание?
– А что если он еще не прочитал его? Если он не проверял электронный ящик? А если прочитал, но не хочет … ничего не хочет?
– Если бы он ничего не хотел, не оставил бы тебе визитку! А если оставил, значит, надеялся, что ты ему позвонишь или напишешь!
Молча, Ангелина включила телефон, зашла на сайт, ввела пароль, в надежде получить ответ, но ответа не было.
– Можно было и не заходить. Писем нет, – с сожалением произнесла Ангелина, опять отключив телефон.
– Я уверена, он ответит. Сама подумай: он адвокат, сегодня День Конституции! Возможно, он отмечает праздник в кругу друзей и ему, естественно, некогда писать тебе ответ. Не расстраивайся!
– Эх, Светка. Как бы я хотела, чтобы он сейчас был здесь. Мы бы гуляли вдвоем по вечернему пляжу, целовались под звездным небом, залезли бы куда-нибудь на скалы и сидели бы в обнимку, любуясь отражением луны на воде. Я столько всего хотела бы ему рассказать. О том, как сильно любила, как ждала и надеялась… Зачем он опять появился в моей жизни? Все будто перевернулось с ног на голову. Я замужем. У меня есть сын. Мне давно не семнадцать лет. А я чувствую себя наивной влюбленной дурочкой. Почему так? У нас с Лёней никогда ничего не было. А могло бы быть. Но он почему-то сопротивлялся моим желаниям. Может это судьба? Представляешь, если бы тогда у нас был секс? А если бы я забеременела? А если бы он, как порядочный, женился бы на мне? И вся романтика бы разрушилась бытом. Случилось бы так, как с моим первым мужем. Я бы его возненавидела, а еще хуже – он бы перестал для меня существовать. Лёня! Мой самый желанный и недоступный… Какой же дурой я была! Если бы можно было начать с самого начала, я была бы другой. Скромной, сдержанной… А может все дело в моей гордости? Что если тогда после летней разлуки я бы первой подошла к нему и просто заговорила? Ни о чем! Главное – подошла! Сделала бы шаг навстречу… Выходит, я сама во всем виновата. В том, что хотела его до безумия, и до сих пор хочу; и в том, что не боролась за свою любовь, отпустив его на все четыре стороны. Какая же я дура.
По щекам текли слезы отчаянья. И если бы в тот момент кто-то из тех, кто знал Ангелину, увидел бы ее, то не поверил бы своим глазам. Потому что люди и не догадываются, что те, кто живут, смеясь, могут так плакать.
– Нет ничего плохого в том, что ты его хотела. Что естественно, то небезобразно. И факт, что он не воспользовался твоей готовностью отдаться, еще не говорит о его порядочности. Вовсе нет! Ты же не знаешь, о чем он думал в тот момент. Может, он никакой не порядочный, а самый обыкновенный, такой, как и большинство? Что если он хотел еще сильнее, чем ты, но сумел сдержаться? Возможно, потом он проклинал себя за нерешительность, и говорил себе «какой же я дурак, что упустил такую возможность». Может, прямо сейчас, в эту минуту он вспоминает твои поцелуи! Представляешь, так же как и ты! И тоже мечтает посидеть с тобой вдвоем у моря на неостывшем камне, любоваться с тобой небом и шептать тебе на ушко о своей любви. Чужая душа потемки. И не нужно во всем винить только себя. Да, ты не монашка, не скромница – ты женщина, которая любит. Любит, не смотря ни на что.
– «Любит?» Ты думаешь, я все еще его люблю? – Ангелина вытерла слезы и попыталась улыбнуться. – Столько лет пролетело! К тому же, я ведь как-то жила все это время без него…
– Представь костер. Огонь догорает. Пепел. Но стоит лишь подбросить дров – разгорается с новой силой. А в жизни одна встреча, одно слово, один взгляд могут послужить «дровами». Как у вас с Лёней! Ты сама то помнишь, как давно забыла о нем, когда перестала думать о нем целыми днями? Напомнить?! – Светлана посмотрела в сторону детей, плескающихся в воде. – Беременность и ребенок! Вот что спасло тебе от грусти. Когда ты родила Сашку – он стал самым главным мужчиной в твоей жизни! Он, а не кто-то другой! И именно тогда, на фоне пеленок и распашонок образ Лёни начал блекнуть. Разве я не права?
Ангелина нашла глазами своего Сашу, бегающего за Максимом, и улыбнулась. На этот раз улыбались не только губы, но и глазами:
– Да мой мальчик – самый главный мужчина в моей жизни! Он любит меня только за то, что я его мама! Любит такой, какая я есть!
– Ну, не только он любит тебе такой! – Света сбросила полотенце и с довольным лицом стала наносить на кожу крем для загара. – Если говорить о мужчинах, то твой Петька, по-моему, все равно тебя любит, не смотря на страсть к выпивке и компьютерным играм. А вот ты только позволяешь себя любить.
– Любит, не любит – какая разница? Наши отношения давно превратились в привычку. У нас и секса нормального давно нет.
– Вот поэтому молодые и энергичные жены, неудовлетворенные своими мужьями в постели, и заводят любовников. А можно и непродолжительный курортный роман! Впечатлений хватит до очередного отпуска. Проверено! Результат 100 %. На женской мудрости такого рода и держатся шаткие семьи, – сказала Света, как бы оправдывая свои интрижки на стороне, о которых ее Ванька и не догадывался.
– Я так не могу. Это, по меньшей мере, некрасиво. Лучше тогда совсем развестись, чтобы сохранить чистую совесть.
– О какой совести ты говоришь? Если ты еще не изменяла мужу – это означает только то, что у тебя еще все впереди. Например, твой Лёня. Ты бы смогла с ним наставить Петьке рога? Уверена, что смогла бы. Он ведь такой сексуальный, красивый, желанный. А главное – запретный! А запретный плод в два раза слаще, если не в десять, – Светка заливалась от смеха, наблюдая за реакцией подруги.
Ангелина стала серьезной, осмысливая услышанное. И если еще вчера она хотела с Лёней встретиться хоть разочек и просто поговорить, то теперь понимала, что хочет его еще сильнее, чем в семнадцать лет. Хотя бы потому, что всякое начатое дело любила доводить до конца. «И не важно, если это будет только раз» – подумала Ангелина, уже представляя себя в объятиях Лёни.

«Привет, мой нежный Ангелочек, моя незабываемая девочка!

Признаюсь честно, не думал, что ты мне напишешь, а ты написала. И к тому же оказывается не забыла, что раньше я занимался боксом…Хотя что в этом удивительно, что не забыла? – Отличники ведь ничего не забывают! Да?! Как давно все это было: учеба, наше совместное участие в концертной программе, посвященной дню матери и организованной Валентиной Николаевной в конце второго курса. Это она нас познакомила: собрала всех самых одаренных, вручила сценарий, и… помнишь, как мы играли в «Балду» на последней парте? А как впервые я провожал тебя домой? А наш первый поцелуй? А «Черную луну» и страстные по-взрослому горячие поцелуи?
Вот пишу тебе ответ, и мысли тоже путаются… Нахлынули воспоминания…
Ты совсем не изменилась. Такая же красивая, яркая и… необыкновенная. И как я мог потерять тебя из виду на столько лет? Я удивляюсь, как я мог вообще куда-то деться от такой красивой и одновременно умной девушки, как ты, мой светлый Ангел… Надеюсь теперь мы сможем возобновить нашу дружбу? На что-то большее я не смел бы и претендовать. Понимаю, что я уже не тот, кого ты хотела соблазнить под открытым небом, прямо на траве… Но если захочешь, мой офис находиться неподалеку от твоего. Я был бы тебе рад… Мы можем сходить вместе в столовую во время обеденного перерыва. Поговорим. Нам ведь есть о чем вспомнить… Я, например, до сих пор помню вкус твоих поцелуев, будто мы целовались только вчера. Сладкие! Как малина! Твои губки – прелесть…я и узнал тебя только по губам… не смотря на то, что прошла уже целая вечность…
Теперь у тебя есть муж, семья… сын. Я рад за тебя. Материнство – это хорошо. У меня еще нет детей, но я женат. Не дважды, как ты, – всего один и единственный раз. Хотя до этого тоже чуть не женился, думал любовь, а вышло, ошибался.
Я сейчас в отпуске. Решил с женой съездить в Алушту. Вернусь через неделю. Привезти тебе магнитик на холодильник?
Знаешь, о чем я сейчас мечтаю? – Прогуляться с тобой по ночному пляжу, целоваться на фоне бушующих волн… Прости за откровенность, но я всегда хотел тебя, а теперь хочу еще больше.
Надеюсь, не напугал своими желаниями? Ты же знаешь, я могу себя контролировать. Если ты не захочешь, я приму твое решение и больше никогда не подниму этот вопрос.
Ты самая очаровательная девочка из всех, кого я знал!
Позволь виртуально коснуться твоих губок – цём, моя сладенькая малинка!

Твой Леонид».

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 26.04.2013 в 23:40
Kristina_Iva-NovaДата: Четверг, 02.05.2013, 10:13 | Сообщение # 6
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline
Это письмо Ангелина прочла поздней ночью, когда дети крепко спали после первого дня в Ялте.
Легкий ветер то поднимал, то опускал занавеску над приоткрытой дверцей балкона, в окно вливался бледно-голубой свет полной луны, пели соловьи. А Ангелине никак не спалось, не смотря ни на утомительную дорогу, ни на время, перешедшее далеко за полночь. В руках она держала мобильный телефон, с экрана которого в пятый раз перечитывала письмо своего Лёни. На губах играла легкая улыбка, глаза сияли ярче звезд, сердце готово было выскочить из груди, а душа на крыльях любви хотела лететь к нему. Но разум, как строгий надзиратель в черных одеждах палача, запрещал питать иллюзии и рубил на корню сумасшедшую страсть, которая будто зеленый росток сквозь асфальт пробивалась к свету.
Неожиданно раздался стук в дверь. Ангелина резко встала с кровати, набросив на плечи сиреневый халатик, и в считанные секунды оказалась в коридорчике.
– Ге-ля, – за дверью раздался протяжный явно мужской шепот.
Ангелина вздрогнула, теряясь в догадках, «кого принесла нечистая сила в полвторого ночи?».
– Ге-ля, – повторилось снова.
– Кто там? – Ангелина спросила вполголоса, боясь разбудить детей.
За дверью послышалось какое-то ерзанье, приглушенный смех, а потом все тот же голос:
– Кофе в постель заказывали?!
Дальше Ангелина все поняла, и без лишних вопросов прокрутила ключ в замочной скважине.
На пороге стояли, едва держась на ногах, с довольными счастливыми лицами таксист Джан в обнимку со Светланой. Ангелина мельком оглянула полуголого мужчину, не заостряя внимания на кубиках пресса, волосатой груди и широких плечах, отметив для себя лишь то, что Джан был очень пьян. Впрочем, и ее подруга не лучше. Босая, туфли в руках, ноги в песке, юбка мокрая, блузка порвана, лифчик отсутствует, в волосах магнолия, а в глазах счастье. Такой Ангелина видела Светлану впервые.
– Вы что совсем с ума сошли? Что вы пили? Фу, – скривилась Ангелина, вдохнув разящий запах алкоголя.
– Джан отвел меня в такое местечко, – Света, шатаясь, активно жестикулировала и не прекращала глупо смеяться, – в общем, мы дегустировали массандровские вина!
– Т-с-с! Разбудишь детей, – Ангелина взяла подругу за руку и затянула в комнату. – А вам, молодой человек, лучше удалиться, – она убедительно посмотрела ему в глаза и перед его носом тихонько захлопнула дверь.
Джан ушел. Звук от его шагов постепенно стих.
– Геля! Ты не представляешь, как это было! – начала рассказывать Света, бросив на пол туфли и направившись прямиком в ванную. – На пляже, среди камней… у него такой проворный язычок! – она разделась догола и стала под душ, поглаживая себя по груди, животу и бедрам. – Кажется, я опять влюбилась!
– В который раз?! Светка, я поражаюсь твоей легкомысленности, – Ангелина сложила руки накрест и оперлась о косяк. – Вы что занимались этим в первый же день?
– А чего ждать? У нас всего неделя! От жизни нужно брать все! – она обмоталась банным полотенцем и направилась к кровати спящего Максима.
– Я бы так не смогла, – задумчиво ответила Ангелина, остановив взгляд на телефоне, лежащем у нее на подушке. – Нет, я бы точно не смогла с кем попало…
– А ты сначала попробуй не «с кем попало», – Светлана могла себе позволить рассуждать о сексе с малознакомыми мужчинами, будто речь шла о примерке нового платья или шляпки. – Что там нашей жизни, Геля?
Не желая продолжать подобный разговор, Ангелина выключила ночник и легла спать, пожелав подруге спокойной ночи. Сон не заставил себя жать. По розовым облакам навстречу с Лёней она бежала без оглядки на прошлое и настоящее. Он улыбался и гладил Ангелину по волосам, кончиком пальцем касался губ, жаждущих поцелуя. Она же прижималась к его сильной груди, мысленно восхищаясь привлекательной внешностью. Их губы вот-вот должны были соприкоснуться, но образы померкли, растворившись в дневном свете.

Подлый «незнакомец»

Настало утро. Саша и Максим проснулись рано и начали дурачиться, Светлана вставать не хотела, но ей пришлось переступить через желание поваляться в постели и идти умываться.
В 09:00 Ангелина со Светой и детьми уже пили чай со свежими булочками в столовой пансионата.
Светлана выглядела потрясающе. Блондинка с вьющимися волосами, ниспадающими соблазнительными локонами на открытые плечи, неброский макияж, но и без того выразительные глаза и манящие губы, воздушный сарафан из королевского шифона, сумочка и босоножки в тон, и в довершение образа элегантной леди – браслет, серьги и бусы из речного жемчуга.
На Ангелине тоже было красивое платье – лимонное в белый горох, с открытой спиной и гипюровой вставкой на животе; белая сумочка, туфельки на шпильке, обручальное кольцо на пальце, часы с крупным циферблатом на левой руке и тонкая золотая цепочка с подковой на шее. Каштановые волосы были собранны под заколкой в форме жар-птицы с множеством переливающихся на свету камней. Ангелина хоть и была сторонницей макияжа во всех его проявлениях, в то утро не хотела ярко краситься. Только черная подводка, тушь и нейтральная помада. И капля любимых духов в довершение образа.
Любителям сравнивать и оценивать женщин, которые всегда найдутся в любом месте, будь то офис, пляж или столовая, Светлана понравилась бы в первую очередь. И не столько из-за нарядов и украшений, сколько из-за блеска ее глаз. Она сияла изнутри, особенно во время очередного романа. Стараясь быть красивой для одного, она становилась красивой для всех. Ангелина же давно забыла, как это – чувствовать себя счастливой, когда радость тебя переполняет и льется блеском из глаз. И хоть она не была обделена вниманием мужчин, большинство видели в ней красивую и серьезную женщину, до которой еще нужно дорасти. А таких, как правило, боятся. Но если бы они знали, что в душе Ангелина такая же легкомысленная, как Светлана в жизни, наверно не боялись бы. А если бы Ангелина позволила своей душе делать что пожелает, то и ее глаза горели бы внутренним светом не только от воспоминаний о Лёне.
За девушками с детьми наблюдал молодой парень. Но его пристальный взгляд был направлен вовсе не на Светлану, он не спускал глаз с Ангелины. Сидя за дальним столиком в компании двух друзей, он не упускал возможности, чтобы открыто любоваться ее формами, начиная от кончиков туфель и заканчивая макушкой. Но стоило Ангелине бросить в его строну недовольный взгляд, он тут же делал вид, что смотрит в окно. А когда девушки встали из-за стола, он сделал то же самое. И пошел за ними.
У входа в столовую Светлану ждал сюрприз – Джан с букетом белых роз. Она тут же придумала, как побыть с горячим любовником наедине, попросив Ангелину сходить с детьми в магазин за мороженым. И как только все понимающая Ангелина увела детей, Светлана без тени сомнений приняла цветы, многообещающе чмокнув Джана в щечку. Уже через долю секунды они страстно целовались в тени крымских сосен, под развесистыми пальмами, и, наконец, на зеленой лужайке за зданием столовой, подальше от людских глаз. А ровно через пять минут, учащенно дыша, они попрощались, договорившись встреться вечером на скалах.
Светлана застала Ангелину с грустным выражением лица, сидящую в неподвижной позе на скамейке. Саша и Максим качались на лодочках и с довольными улыбками облизывали шоколадное мороженое.
– Слушай, Ангелинка, я должна тебе кое-что рассказать! – присела она рядом. – Пока дети нас не подслушивают, а то при них ведь сильно не разгонишься. Умные уже, глазастые, все замечают, могут и проболтаться ненароком. Вон как ушки навострили, любопытные человечки! – и шепотом стала рассказывать. – Вчера вечером мы с Джаном гуляли по набережной Ялты. Еще до того, как напились в стельку. У берега стоял теплоход. Весь в огнях, гирляндах. Туристов, естественно, было немерено. Все только и делали что фотографировались. Кто-то с девушкой-ангелом, кто-то с неграми в юбках из камыша… В общем, неважно с кем и как – главное атмосфера казалась какой-то сказочной. У фонтана и яблоку негде было упасть. И все такие счастливые, развеселые… Как вдруг одна особа, явно под градусом, устроила целый спектакль. Ванька давно меня в театр не приглашал – может, поэтому я и застыла с открытым ртом, внимая каждое слово и не спуская глаз с той ненормальной истерички. Как она ругалась матом! Ты бы слышала. Вся кипела от злости. Обвиняла, насколько я поняла, мужа в том, что тот испортил ей жизнь. Била его кулаками по груди, плакала, кричала. Жесть! И это все при толпе народу. Бедный муж. Он пытался ее успокоить, даже забрасывал, как мешок картошки, на плечо, а она вырывалась, колотила его по спине и не прекращала причитать «Будь проклят тот день, когда я тебя встретила». В итоге он опустил ее на землю, развернулся и хотел уйти, оставив ее одну среди невольных зрителей этих разборок. Но та дамочка не промах. Она живенько его догнала, схватила за руку, и как начала трясти. Тот бедный, наверно, еле сдержался, чтобы не оттолкнуть ее, но лишь что-то сказал ей на ухо, после чего получил такую пощечину, что его лицо повернулось на 90 градусов. И я почему-то сразу подумала о боксе. Ты обращала внимание на повторы самых эффектных ударов в замедленной съемке? Так вот! В ту секунду я поняла, кто тот несчастный. Это был твой Лёня! А та невменяемая – его жена. Я на 100 % уверена, что не обозналась. Твой адвокат совсем близко.
У Ангелины даже дар речи пропал на некоторое время. Она уже знала, что Лёня где-то здесь – в Крыму, в Алуште, как он писал в письме. Но то, что они гуляли по одной набережной в один и тот же день, останавливались в одних и тех же местах, возле одних и тех же памятников, фонтана, виллы Софии Ротару, ресторана «Золотое руно» в виде древнегреческого корабля, и вообще дышали одним воздухом – стало неожиданной новостью. К тому же упоминание о жене вызвало в душе Ангелины необъяснимую ревность. Хоть она и понимала, что не имеет права ни ревновать, ни думать, ни мечтать о чужом мужчине.
– Земля круглая, – стараясь не выдавать эмоции, Ангелина все-таки нашла в себе силы продолжить разговор о Леониде, – нет ничего удивительного в том, что люди со всех уголков Украины, да и со стран ближнего и дальнего зарубежья приезжают отдохнуть в Ялту. А что касается «моего адвоката», скажу тебя больше – он со своей ненаглядной женушкой остановился в Алуште!
Ангелина повеселела, наблюдая, как глаза Светланы расширились от удивления.
– Как? Ты знала? А почему я об этом только сейчас узнаю?
– Ты же гуляла полночи, а потом явилась, еле держась на ногах! А мне, между прочим, Лёня написал письмо! – глаза Ангелины интригующе блеснули.
– Так-так! Значит, я что-то пропустила?! И о чем же пишет «его светлость»? Я так понимаю, детей у них еще нет? Или есть, и остались с бабушками? – посыпался ряд вопросов.
– Детей нет, но он женат. Отдыхать приехал с ней, – Ангелина отвечала коротко. – Пишет, что всегда хотел меня, а теперь хочет еще сильнее. Но не нравится мне одно «но», большое такое, просто огромное – называется «штамп в паспорте».
– Это всего лишь формальности! Можно вполне хотеть и делать, что хочешь, не смотря на это «но». Главное, осторожно, чтобы ни его жена, ни твой муженек ни о чем не догадались. Так, где и когда вы договорились встретиться? – Света не могла угомониться, – В Ялте?
– Мы ни о чем еще не договаривались, – Ангелина снова стала грустной, – он даже не знает, что я здесь. Я не стала писать ему ответ. Понимаешь, я не такая легкомысленная, как ты. Для меня все это очень, ну очень серьезно. Лёня всегда был для меня самым-самым. Но чем больше я думаю о нем, тем больше понимаю, что совсем не знаю его. Он будто случайный прохожий на улице – чужой, незнакомый… и в то же время есть что-то, что связывает нас. Прошлое… беззаботное счастливое прошлое. Он словно портал в другой мир. В мир, где никуда и незачем спешить, где можно наслаждаться романтикой под ночным небом, целоваться и не думать ни о чем… И мне на самом деле хочется забыться в его объятьях! Именно, в его. Ни мужа, ни кого бы то ни было другого… Только с ним…
– О! Да ты, Ангелинка, по уши, как говориться, влюблена! До меня вот только никак не дошло, а ответ ты, почему до сих пор не написала? Наберись смелости, и вообще набери его номер. Поговори с ним! Скажи, что тоже в Крыму! Договоритесь о встречи!
– Ты совсем с ума сошла? Он с женой! Что он ей скажет?
– Та забей ты на его жену! Подумай о себе и своем счастье! Тем более, если Лёня сам говорит, что хочет тебя…
– Знаешь, чего он хочет на самом деле? Он такой же, как и я, и привык доводить начатое до конца. Наша с ним история не закончена. Мы встречались, но у нас не было секса. Прошли годы… и теперь у нас появляется возможность поставить жирную точку. А я не хочу чтобы у нас это было один единственный раз… Боюсь, что именно так и будет. Он получит то, чего хотел и на этом все закончится. Для чего тогда я буду жертвовать своими устоявшимися взглядами на брак, изменять человеку, который любит меня? Только ради нескольких минут удовольствия?
– Какая же ты сложная! С чего ты взяла, что он не захочет тебя во второй раз, в третий, в 365-ый? Я рассказывала тебе про Ленку с горисполкома? Она уже два года встречается с продавцом из «Клика». Так ему только недавно исполнился 21 год. Она ему в матери годится, а все туда же. А вы с Лёней одного возраста! Ты красивая, эффектная. Да любой мужик не отказался бы провести с тобой ночь, и не одну.
– У тебя все сводится к одному. Ты только и думаешь о сексе. А я бы больше хотела узнать его поближе: привычки, характер, взгляды на жизнь… Познакомиться с ним по-новому… Убедиться, что он самый лучший, или разочароваться и навсегда забыть.
– Я бы на твоем месте пригласила его на свидание. Мужчины любят смелых и незакомплексованных, решительных женщин, которые знают, чего хотят. Хочешь узнать его ближе – узнай!
После короткой паузы Ангелина спросила:
– Она красивая?
– Кто?
– Его жена.
– Высокая, грудастая… Так, ничего особенного… Не думай о ней. Представь, что Лёня все тот же семнадцатилетний паренек, который страстно тебя целовал под луной.
Пока Светлана и Ангелина секретничали, дети доели мороженое и начали приставать с вопросами «А когда мы поедем кататься на теплоходе? А купаться? А в дельфинарий поедем? А во дворец, где снимались «Сваты»? А дыньку купим?» В итоге было решено провести день, посетив Ливадийский дворец (в посёлке Ливадия в 3 км от Ялты) и дельфинарий в городке у подножия горы Аю-Даг – Партените (близ Алушты).


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:19
 
СообщениеЭто письмо Ангелина прочла поздней ночью, когда дети крепко спали после первого дня в Ялте.
Легкий ветер то поднимал, то опускал занавеску над приоткрытой дверцей балкона, в окно вливался бледно-голубой свет полной луны, пели соловьи. А Ангелине никак не спалось, не смотря ни на утомительную дорогу, ни на время, перешедшее далеко за полночь. В руках она держала мобильный телефон, с экрана которого в пятый раз перечитывала письмо своего Лёни. На губах играла легкая улыбка, глаза сияли ярче звезд, сердце готово было выскочить из груди, а душа на крыльях любви хотела лететь к нему. Но разум, как строгий надзиратель в черных одеждах палача, запрещал питать иллюзии и рубил на корню сумасшедшую страсть, которая будто зеленый росток сквозь асфальт пробивалась к свету.
Неожиданно раздался стук в дверь. Ангелина резко встала с кровати, набросив на плечи сиреневый халатик, и в считанные секунды оказалась в коридорчике.
– Ге-ля, – за дверью раздался протяжный явно мужской шепот.
Ангелина вздрогнула, теряясь в догадках, «кого принесла нечистая сила в полвторого ночи?».
– Ге-ля, – повторилось снова.
– Кто там? – Ангелина спросила вполголоса, боясь разбудить детей.
За дверью послышалось какое-то ерзанье, приглушенный смех, а потом все тот же голос:
– Кофе в постель заказывали?!
Дальше Ангелина все поняла, и без лишних вопросов прокрутила ключ в замочной скважине.
На пороге стояли, едва держась на ногах, с довольными счастливыми лицами таксист Джан в обнимку со Светланой. Ангелина мельком оглянула полуголого мужчину, не заостряя внимания на кубиках пресса, волосатой груди и широких плечах, отметив для себя лишь то, что Джан был очень пьян. Впрочем, и ее подруга не лучше. Босая, туфли в руках, ноги в песке, юбка мокрая, блузка порвана, лифчик отсутствует, в волосах магнолия, а в глазах счастье. Такой Ангелина видела Светлану впервые.
– Вы что совсем с ума сошли? Что вы пили? Фу, – скривилась Ангелина, вдохнув разящий запах алкоголя.
– Джан отвел меня в такое местечко, – Света, шатаясь, активно жестикулировала и не прекращала глупо смеяться, – в общем, мы дегустировали массандровские вина!
– Т-с-с! Разбудишь детей, – Ангелина взяла подругу за руку и затянула в комнату. – А вам, молодой человек, лучше удалиться, – она убедительно посмотрела ему в глаза и перед его носом тихонько захлопнула дверь.
Джан ушел. Звук от его шагов постепенно стих.
– Геля! Ты не представляешь, как это было! – начала рассказывать Света, бросив на пол туфли и направившись прямиком в ванную. – На пляже, среди камней… у него такой проворный язычок! – она разделась догола и стала под душ, поглаживая себя по груди, животу и бедрам. – Кажется, я опять влюбилась!
– В который раз?! Светка, я поражаюсь твоей легкомысленности, – Ангелина сложила руки накрест и оперлась о косяк. – Вы что занимались этим в первый же день?
– А чего ждать? У нас всего неделя! От жизни нужно брать все! – она обмоталась банным полотенцем и направилась к кровати спящего Максима.
– Я бы так не смогла, – задумчиво ответила Ангелина, остановив взгляд на телефоне, лежащем у нее на подушке. – Нет, я бы точно не смогла с кем попало…
– А ты сначала попробуй не «с кем попало», – Светлана могла себе позволить рассуждать о сексе с малознакомыми мужчинами, будто речь шла о примерке нового платья или шляпки. – Что там нашей жизни, Геля?
Не желая продолжать подобный разговор, Ангелина выключила ночник и легла спать, пожелав подруге спокойной ночи. Сон не заставил себя жать. По розовым облакам навстречу с Лёней она бежала без оглядки на прошлое и настоящее. Он улыбался и гладил Ангелину по волосам, кончиком пальцем касался губ, жаждущих поцелуя. Она же прижималась к его сильной груди, мысленно восхищаясь привлекательной внешностью. Их губы вот-вот должны были соприкоснуться, но образы померкли, растворившись в дневном свете.

Подлый «незнакомец»

Настало утро. Саша и Максим проснулись рано и начали дурачиться, Светлана вставать не хотела, но ей пришлось переступить через желание поваляться в постели и идти умываться.
В 09:00 Ангелина со Светой и детьми уже пили чай со свежими булочками в столовой пансионата.
Светлана выглядела потрясающе. Блондинка с вьющимися волосами, ниспадающими соблазнительными локонами на открытые плечи, неброский макияж, но и без того выразительные глаза и манящие губы, воздушный сарафан из королевского шифона, сумочка и босоножки в тон, и в довершение образа элегантной леди – браслет, серьги и бусы из речного жемчуга.
На Ангелине тоже было красивое платье – лимонное в белый горох, с открытой спиной и гипюровой вставкой на животе; белая сумочка, туфельки на шпильке, обручальное кольцо на пальце, часы с крупным циферблатом на левой руке и тонкая золотая цепочка с подковой на шее. Каштановые волосы были собранны под заколкой в форме жар-птицы с множеством переливающихся на свету камней. Ангелина хоть и была сторонницей макияжа во всех его проявлениях, в то утро не хотела ярко краситься. Только черная подводка, тушь и нейтральная помада. И капля любимых духов в довершение образа.
Любителям сравнивать и оценивать женщин, которые всегда найдутся в любом месте, будь то офис, пляж или столовая, Светлана понравилась бы в первую очередь. И не столько из-за нарядов и украшений, сколько из-за блеска ее глаз. Она сияла изнутри, особенно во время очередного романа. Стараясь быть красивой для одного, она становилась красивой для всех. Ангелина же давно забыла, как это – чувствовать себя счастливой, когда радость тебя переполняет и льется блеском из глаз. И хоть она не была обделена вниманием мужчин, большинство видели в ней красивую и серьезную женщину, до которой еще нужно дорасти. А таких, как правило, боятся. Но если бы они знали, что в душе Ангелина такая же легкомысленная, как Светлана в жизни, наверно не боялись бы. А если бы Ангелина позволила своей душе делать что пожелает, то и ее глаза горели бы внутренним светом не только от воспоминаний о Лёне.
За девушками с детьми наблюдал молодой парень. Но его пристальный взгляд был направлен вовсе не на Светлану, он не спускал глаз с Ангелины. Сидя за дальним столиком в компании двух друзей, он не упускал возможности, чтобы открыто любоваться ее формами, начиная от кончиков туфель и заканчивая макушкой. Но стоило Ангелине бросить в его строну недовольный взгляд, он тут же делал вид, что смотрит в окно. А когда девушки встали из-за стола, он сделал то же самое. И пошел за ними.
У входа в столовую Светлану ждал сюрприз – Джан с букетом белых роз. Она тут же придумала, как побыть с горячим любовником наедине, попросив Ангелину сходить с детьми в магазин за мороженым. И как только все понимающая Ангелина увела детей, Светлана без тени сомнений приняла цветы, многообещающе чмокнув Джана в щечку. Уже через долю секунды они страстно целовались в тени крымских сосен, под развесистыми пальмами, и, наконец, на зеленой лужайке за зданием столовой, подальше от людских глаз. А ровно через пять минут, учащенно дыша, они попрощались, договорившись встреться вечером на скалах.
Светлана застала Ангелину с грустным выражением лица, сидящую в неподвижной позе на скамейке. Саша и Максим качались на лодочках и с довольными улыбками облизывали шоколадное мороженое.
– Слушай, Ангелинка, я должна тебе кое-что рассказать! – присела она рядом. – Пока дети нас не подслушивают, а то при них ведь сильно не разгонишься. Умные уже, глазастые, все замечают, могут и проболтаться ненароком. Вон как ушки навострили, любопытные человечки! – и шепотом стала рассказывать. – Вчера вечером мы с Джаном гуляли по набережной Ялты. Еще до того, как напились в стельку. У берега стоял теплоход. Весь в огнях, гирляндах. Туристов, естественно, было немерено. Все только и делали что фотографировались. Кто-то с девушкой-ангелом, кто-то с неграми в юбках из камыша… В общем, неважно с кем и как – главное атмосфера казалась какой-то сказочной. У фонтана и яблоку негде было упасть. И все такие счастливые, развеселые… Как вдруг одна особа, явно под градусом, устроила целый спектакль. Ванька давно меня в театр не приглашал – может, поэтому я и застыла с открытым ртом, внимая каждое слово и не спуская глаз с той ненормальной истерички. Как она ругалась матом! Ты бы слышала. Вся кипела от злости. Обвиняла, насколько я поняла, мужа в том, что тот испортил ей жизнь. Била его кулаками по груди, плакала, кричала. Жесть! И это все при толпе народу. Бедный муж. Он пытался ее успокоить, даже забрасывал, как мешок картошки, на плечо, а она вырывалась, колотила его по спине и не прекращала причитать «Будь проклят тот день, когда я тебя встретила». В итоге он опустил ее на землю, развернулся и хотел уйти, оставив ее одну среди невольных зрителей этих разборок. Но та дамочка не промах. Она живенько его догнала, схватила за руку, и как начала трясти. Тот бедный, наверно, еле сдержался, чтобы не оттолкнуть ее, но лишь что-то сказал ей на ухо, после чего получил такую пощечину, что его лицо повернулось на 90 градусов. И я почему-то сразу подумала о боксе. Ты обращала внимание на повторы самых эффектных ударов в замедленной съемке? Так вот! В ту секунду я поняла, кто тот несчастный. Это был твой Лёня! А та невменяемая – его жена. Я на 100 % уверена, что не обозналась. Твой адвокат совсем близко.
У Ангелины даже дар речи пропал на некоторое время. Она уже знала, что Лёня где-то здесь – в Крыму, в Алуште, как он писал в письме. Но то, что они гуляли по одной набережной в один и тот же день, останавливались в одних и тех же местах, возле одних и тех же памятников, фонтана, виллы Софии Ротару, ресторана «Золотое руно» в виде древнегреческого корабля, и вообще дышали одним воздухом – стало неожиданной новостью. К тому же упоминание о жене вызвало в душе Ангелины необъяснимую ревность. Хоть она и понимала, что не имеет права ни ревновать, ни думать, ни мечтать о чужом мужчине.
– Земля круглая, – стараясь не выдавать эмоции, Ангелина все-таки нашла в себе силы продолжить разговор о Леониде, – нет ничего удивительного в том, что люди со всех уголков Украины, да и со стран ближнего и дальнего зарубежья приезжают отдохнуть в Ялту. А что касается «моего адвоката», скажу тебя больше – он со своей ненаглядной женушкой остановился в Алуште!
Ангелина повеселела, наблюдая, как глаза Светланы расширились от удивления.
– Как? Ты знала? А почему я об этом только сейчас узнаю?
– Ты же гуляла полночи, а потом явилась, еле держась на ногах! А мне, между прочим, Лёня написал письмо! – глаза Ангелины интригующе блеснули.
– Так-так! Значит, я что-то пропустила?! И о чем же пишет «его светлость»? Я так понимаю, детей у них еще нет? Или есть, и остались с бабушками? – посыпался ряд вопросов.
– Детей нет, но он женат. Отдыхать приехал с ней, – Ангелина отвечала коротко. – Пишет, что всегда хотел меня, а теперь хочет еще сильнее. Но не нравится мне одно «но», большое такое, просто огромное – называется «штамп в паспорте».
– Это всего лишь формальности! Можно вполне хотеть и делать, что хочешь, не смотря на это «но». Главное, осторожно, чтобы ни его жена, ни твой муженек ни о чем не догадались. Так, где и когда вы договорились встретиться? – Света не могла угомониться, – В Ялте?
– Мы ни о чем еще не договаривались, – Ангелина снова стала грустной, – он даже не знает, что я здесь. Я не стала писать ему ответ. Понимаешь, я не такая легкомысленная, как ты. Для меня все это очень, ну очень серьезно. Лёня всегда был для меня самым-самым. Но чем больше я думаю о нем, тем больше понимаю, что совсем не знаю его. Он будто случайный прохожий на улице – чужой, незнакомый… и в то же время есть что-то, что связывает нас. Прошлое… беззаботное счастливое прошлое. Он словно портал в другой мир. В мир, где никуда и незачем спешить, где можно наслаждаться романтикой под ночным небом, целоваться и не думать ни о чем… И мне на самом деле хочется забыться в его объятьях! Именно, в его. Ни мужа, ни кого бы то ни было другого… Только с ним…
– О! Да ты, Ангелинка, по уши, как говориться, влюблена! До меня вот только никак не дошло, а ответ ты, почему до сих пор не написала? Наберись смелости, и вообще набери его номер. Поговори с ним! Скажи, что тоже в Крыму! Договоритесь о встречи!
– Ты совсем с ума сошла? Он с женой! Что он ей скажет?
– Та забей ты на его жену! Подумай о себе и своем счастье! Тем более, если Лёня сам говорит, что хочет тебя…
– Знаешь, чего он хочет на самом деле? Он такой же, как и я, и привык доводить начатое до конца. Наша с ним история не закончена. Мы встречались, но у нас не было секса. Прошли годы… и теперь у нас появляется возможность поставить жирную точку. А я не хочу чтобы у нас это было один единственный раз… Боюсь, что именно так и будет. Он получит то, чего хотел и на этом все закончится. Для чего тогда я буду жертвовать своими устоявшимися взглядами на брак, изменять человеку, который любит меня? Только ради нескольких минут удовольствия?
– Какая же ты сложная! С чего ты взяла, что он не захочет тебя во второй раз, в третий, в 365-ый? Я рассказывала тебе про Ленку с горисполкома? Она уже два года встречается с продавцом из «Клика». Так ему только недавно исполнился 21 год. Она ему в матери годится, а все туда же. А вы с Лёней одного возраста! Ты красивая, эффектная. Да любой мужик не отказался бы провести с тобой ночь, и не одну.
– У тебя все сводится к одному. Ты только и думаешь о сексе. А я бы больше хотела узнать его поближе: привычки, характер, взгляды на жизнь… Познакомиться с ним по-новому… Убедиться, что он самый лучший, или разочароваться и навсегда забыть.
– Я бы на твоем месте пригласила его на свидание. Мужчины любят смелых и незакомплексованных, решительных женщин, которые знают, чего хотят. Хочешь узнать его ближе – узнай!
После короткой паузы Ангелина спросила:
– Она красивая?
– Кто?
– Его жена.
– Высокая, грудастая… Так, ничего особенного… Не думай о ней. Представь, что Лёня все тот же семнадцатилетний паренек, который страстно тебя целовал под луной.
Пока Светлана и Ангелина секретничали, дети доели мороженое и начали приставать с вопросами «А когда мы поедем кататься на теплоходе? А купаться? А в дельфинарий поедем? А во дворец, где снимались «Сваты»? А дыньку купим?» В итоге было решено провести день, посетив Ливадийский дворец (в посёлке Ливадия в 3 км от Ялты) и дельфинарий в городке у подножия горы Аю-Даг – Партените (близ Алушты).

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 02.05.2013 в 10:13
СообщениеЭто письмо Ангелина прочла поздней ночью, когда дети крепко спали после первого дня в Ялте.
Легкий ветер то поднимал, то опускал занавеску над приоткрытой дверцей балкона, в окно вливался бледно-голубой свет полной луны, пели соловьи. А Ангелине никак не спалось, не смотря ни на утомительную дорогу, ни на время, перешедшее далеко за полночь. В руках она держала мобильный телефон, с экрана которого в пятый раз перечитывала письмо своего Лёни. На губах играла легкая улыбка, глаза сияли ярче звезд, сердце готово было выскочить из груди, а душа на крыльях любви хотела лететь к нему. Но разум, как строгий надзиратель в черных одеждах палача, запрещал питать иллюзии и рубил на корню сумасшедшую страсть, которая будто зеленый росток сквозь асфальт пробивалась к свету.
Неожиданно раздался стук в дверь. Ангелина резко встала с кровати, набросив на плечи сиреневый халатик, и в считанные секунды оказалась в коридорчике.
– Ге-ля, – за дверью раздался протяжный явно мужской шепот.
Ангелина вздрогнула, теряясь в догадках, «кого принесла нечистая сила в полвторого ночи?».
– Ге-ля, – повторилось снова.
– Кто там? – Ангелина спросила вполголоса, боясь разбудить детей.
За дверью послышалось какое-то ерзанье, приглушенный смех, а потом все тот же голос:
– Кофе в постель заказывали?!
Дальше Ангелина все поняла, и без лишних вопросов прокрутила ключ в замочной скважине.
На пороге стояли, едва держась на ногах, с довольными счастливыми лицами таксист Джан в обнимку со Светланой. Ангелина мельком оглянула полуголого мужчину, не заостряя внимания на кубиках пресса, волосатой груди и широких плечах, отметив для себя лишь то, что Джан был очень пьян. Впрочем, и ее подруга не лучше. Босая, туфли в руках, ноги в песке, юбка мокрая, блузка порвана, лифчик отсутствует, в волосах магнолия, а в глазах счастье. Такой Ангелина видела Светлану впервые.
– Вы что совсем с ума сошли? Что вы пили? Фу, – скривилась Ангелина, вдохнув разящий запах алкоголя.
– Джан отвел меня в такое местечко, – Света, шатаясь, активно жестикулировала и не прекращала глупо смеяться, – в общем, мы дегустировали массандровские вина!
– Т-с-с! Разбудишь детей, – Ангелина взяла подругу за руку и затянула в комнату. – А вам, молодой человек, лучше удалиться, – она убедительно посмотрела ему в глаза и перед его носом тихонько захлопнула дверь.
Джан ушел. Звук от его шагов постепенно стих.
– Геля! Ты не представляешь, как это было! – начала рассказывать Света, бросив на пол туфли и направившись прямиком в ванную. – На пляже, среди камней… у него такой проворный язычок! – она разделась догола и стала под душ, поглаживая себя по груди, животу и бедрам. – Кажется, я опять влюбилась!
– В который раз?! Светка, я поражаюсь твоей легкомысленности, – Ангелина сложила руки накрест и оперлась о косяк. – Вы что занимались этим в первый же день?
– А чего ждать? У нас всего неделя! От жизни нужно брать все! – она обмоталась банным полотенцем и направилась к кровати спящего Максима.
– Я бы так не смогла, – задумчиво ответила Ангелина, остановив взгляд на телефоне, лежащем у нее на подушке. – Нет, я бы точно не смогла с кем попало…
– А ты сначала попробуй не «с кем попало», – Светлана могла себе позволить рассуждать о сексе с малознакомыми мужчинами, будто речь шла о примерке нового платья или шляпки. – Что там нашей жизни, Геля?
Не желая продолжать подобный разговор, Ангелина выключила ночник и легла спать, пожелав подруге спокойной ночи. Сон не заставил себя жать. По розовым облакам навстречу с Лёней она бежала без оглядки на прошлое и настоящее. Он улыбался и гладил Ангелину по волосам, кончиком пальцем касался губ, жаждущих поцелуя. Она же прижималась к его сильной груди, мысленно восхищаясь привлекательной внешностью. Их губы вот-вот должны были соприкоснуться, но образы померкли, растворившись в дневном свете.

Подлый «незнакомец»

Настало утро. Саша и Максим проснулись рано и начали дурачиться, Светлана вставать не хотела, но ей пришлось переступить через желание поваляться в постели и идти умываться.
В 09:00 Ангелина со Светой и детьми уже пили чай со свежими булочками в столовой пансионата.
Светлана выглядела потрясающе. Блондинка с вьющимися волосами, ниспадающими соблазнительными локонами на открытые плечи, неброский макияж, но и без того выразительные глаза и манящие губы, воздушный сарафан из королевского шифона, сумочка и босоножки в тон, и в довершение образа элегантной леди – браслет, серьги и бусы из речного жемчуга.
На Ангелине тоже было красивое платье – лимонное в белый горох, с открытой спиной и гипюровой вставкой на животе; белая сумочка, туфельки на шпильке, обручальное кольцо на пальце, часы с крупным циферблатом на левой руке и тонкая золотая цепочка с подковой на шее. Каштановые волосы были собранны под заколкой в форме жар-птицы с множеством переливающихся на свету камней. Ангелина хоть и была сторонницей макияжа во всех его проявлениях, в то утро не хотела ярко краситься. Только черная подводка, тушь и нейтральная помада. И капля любимых духов в довершение образа.
Любителям сравнивать и оценивать женщин, которые всегда найдутся в любом месте, будь то офис, пляж или столовая, Светлана понравилась бы в первую очередь. И не столько из-за нарядов и украшений, сколько из-за блеска ее глаз. Она сияла изнутри, особенно во время очередного романа. Стараясь быть красивой для одного, она становилась красивой для всех. Ангелина же давно забыла, как это – чувствовать себя счастливой, когда радость тебя переполняет и льется блеском из глаз. И хоть она не была обделена вниманием мужчин, большинство видели в ней красивую и серьезную женщину, до которой еще нужно дорасти. А таких, как правило, боятся. Но если бы они знали, что в душе Ангелина такая же легкомысленная, как Светлана в жизни, наверно не боялись бы. А если бы Ангелина позволила своей душе делать что пожелает, то и ее глаза горели бы внутренним светом не только от воспоминаний о Лёне.
За девушками с детьми наблюдал молодой парень. Но его пристальный взгляд был направлен вовсе не на Светлану, он не спускал глаз с Ангелины. Сидя за дальним столиком в компании двух друзей, он не упускал возможности, чтобы открыто любоваться ее формами, начиная от кончиков туфель и заканчивая макушкой. Но стоило Ангелине бросить в его строну недовольный взгляд, он тут же делал вид, что смотрит в окно. А когда девушки встали из-за стола, он сделал то же самое. И пошел за ними.
У входа в столовую Светлану ждал сюрприз – Джан с букетом белых роз. Она тут же придумала, как побыть с горячим любовником наедине, попросив Ангелину сходить с детьми в магазин за мороженым. И как только все понимающая Ангелина увела детей, Светлана без тени сомнений приняла цветы, многообещающе чмокнув Джана в щечку. Уже через долю секунды они страстно целовались в тени крымских сосен, под развесистыми пальмами, и, наконец, на зеленой лужайке за зданием столовой, подальше от людских глаз. А ровно через пять минут, учащенно дыша, они попрощались, договорившись встреться вечером на скалах.
Светлана застала Ангелину с грустным выражением лица, сидящую в неподвижной позе на скамейке. Саша и Максим качались на лодочках и с довольными улыбками облизывали шоколадное мороженое.
– Слушай, Ангелинка, я должна тебе кое-что рассказать! – присела она рядом. – Пока дети нас не подслушивают, а то при них ведь сильно не разгонишься. Умные уже, глазастые, все замечают, могут и проболтаться ненароком. Вон как ушки навострили, любопытные человечки! – и шепотом стала рассказывать. – Вчера вечером мы с Джаном гуляли по набережной Ялты. Еще до того, как напились в стельку. У берега стоял теплоход. Весь в огнях, гирляндах. Туристов, естественно, было немерено. Все только и делали что фотографировались. Кто-то с девушкой-ангелом, кто-то с неграми в юбках из камыша… В общем, неважно с кем и как – главное атмосфера казалась какой-то сказочной. У фонтана и яблоку негде было упасть. И все такие счастливые, развеселые… Как вдруг одна особа, явно под градусом, устроила целый спектакль. Ванька давно меня в театр не приглашал – может, поэтому я и застыла с открытым ртом, внимая каждое слово и не спуская глаз с той ненормальной истерички. Как она ругалась матом! Ты бы слышала. Вся кипела от злости. Обвиняла, насколько я поняла, мужа в том, что тот испортил ей жизнь. Била его кулаками по груди, плакала, кричала. Жесть! И это все при толпе народу. Бедный муж. Он пытался ее успокоить, даже забрасывал, как мешок картошки, на плечо, а она вырывалась, колотила его по спине и не прекращала причитать «Будь проклят тот день, когда я тебя встретила». В итоге он опустил ее на землю, развернулся и хотел уйти, оставив ее одну среди невольных зрителей этих разборок. Но та дамочка не промах. Она живенько его догнала, схватила за руку, и как начала трясти. Тот бедный, наверно, еле сдержался, чтобы не оттолкнуть ее, но лишь что-то сказал ей на ухо, после чего получил такую пощечину, что его лицо повернулось на 90 градусов. И я почему-то сразу подумала о боксе. Ты обращала внимание на повторы самых эффектных ударов в замедленной съемке? Так вот! В ту секунду я поняла, кто тот несчастный. Это был твой Лёня! А та невменяемая – его жена. Я на 100 % уверена, что не обозналась. Твой адвокат совсем близко.
У Ангелины даже дар речи пропал на некоторое время. Она уже знала, что Лёня где-то здесь – в Крыму, в Алуште, как он писал в письме. Но то, что они гуляли по одной набережной в один и тот же день, останавливались в одних и тех же местах, возле одних и тех же памятников, фонтана, виллы Софии Ротару, ресторана «Золотое руно» в виде древнегреческого корабля, и вообще дышали одним воздухом – стало неожиданной новостью. К тому же упоминание о жене вызвало в душе Ангелины необъяснимую ревность. Хоть она и понимала, что не имеет права ни ревновать, ни думать, ни мечтать о чужом мужчине.
– Земля круглая, – стараясь не выдавать эмоции, Ангелина все-таки нашла в себе силы продолжить разговор о Леониде, – нет ничего удивительного в том, что люди со всех уголков Украины, да и со стран ближнего и дальнего зарубежья приезжают отдохнуть в Ялту. А что касается «моего адвоката», скажу тебя больше – он со своей ненаглядной женушкой остановился в Алуште!
Ангелина повеселела, наблюдая, как глаза Светланы расширились от удивления.
– Как? Ты знала? А почему я об этом только сейчас узнаю?
– Ты же гуляла полночи, а потом явилась, еле держась на ногах! А мне, между прочим, Лёня написал письмо! – глаза Ангелины интригующе блеснули.
– Так-так! Значит, я что-то пропустила?! И о чем же пишет «его светлость»? Я так понимаю, детей у них еще нет? Или есть, и остались с бабушками? – посыпался ряд вопросов.
– Детей нет, но он женат. Отдыхать приехал с ней, – Ангелина отвечала коротко. – Пишет, что всегда хотел меня, а теперь хочет еще сильнее. Но не нравится мне одно «но», большое такое, просто огромное – называется «штамп в паспорте».
– Это всего лишь формальности! Можно вполне хотеть и делать, что хочешь, не смотря на это «но». Главное, осторожно, чтобы ни его жена, ни твой муженек ни о чем не догадались. Так, где и когда вы договорились встретиться? – Света не могла угомониться, – В Ялте?
– Мы ни о чем еще не договаривались, – Ангелина снова стала грустной, – он даже не знает, что я здесь. Я не стала писать ему ответ. Понимаешь, я не такая легкомысленная, как ты. Для меня все это очень, ну очень серьезно. Лёня всегда был для меня самым-самым. Но чем больше я думаю о нем, тем больше понимаю, что совсем не знаю его. Он будто случайный прохожий на улице – чужой, незнакомый… и в то же время есть что-то, что связывает нас. Прошлое… беззаботное счастливое прошлое. Он словно портал в другой мир. В мир, где никуда и незачем спешить, где можно наслаждаться романтикой под ночным небом, целоваться и не думать ни о чем… И мне на самом деле хочется забыться в его объятьях! Именно, в его. Ни мужа, ни кого бы то ни было другого… Только с ним…
– О! Да ты, Ангелинка, по уши, как говориться, влюблена! До меня вот только никак не дошло, а ответ ты, почему до сих пор не написала? Наберись смелости, и вообще набери его номер. Поговори с ним! Скажи, что тоже в Крыму! Договоритесь о встречи!
– Ты совсем с ума сошла? Он с женой! Что он ей скажет?
– Та забей ты на его жену! Подумай о себе и своем счастье! Тем более, если Лёня сам говорит, что хочет тебя…
– Знаешь, чего он хочет на самом деле? Он такой же, как и я, и привык доводить начатое до конца. Наша с ним история не закончена. Мы встречались, но у нас не было секса. Прошли годы… и теперь у нас появляется возможность поставить жирную точку. А я не хочу чтобы у нас это было один единственный раз… Боюсь, что именно так и будет. Он получит то, чего хотел и на этом все закончится. Для чего тогда я буду жертвовать своими устоявшимися взглядами на брак, изменять человеку, который любит меня? Только ради нескольких минут удовольствия?
– Какая же ты сложная! С чего ты взяла, что он не захочет тебя во второй раз, в третий, в 365-ый? Я рассказывала тебе про Ленку с горисполкома? Она уже два года встречается с продавцом из «Клика». Так ему только недавно исполнился 21 год. Она ему в матери годится, а все туда же. А вы с Лёней одного возраста! Ты красивая, эффектная. Да любой мужик не отказался бы провести с тобой ночь, и не одну.
– У тебя все сводится к одному. Ты только и думаешь о сексе. А я бы больше хотела узнать его поближе: привычки, характер, взгляды на жизнь… Познакомиться с ним по-новому… Убедиться, что он самый лучший, или разочароваться и навсегда забыть.
– Я бы на твоем месте пригласила его на свидание. Мужчины любят смелых и незакомплексованных, решительных женщин, которые знают, чего хотят. Хочешь узнать его ближе – узнай!
После короткой паузы Ангелина спросила:
– Она красивая?
– Кто?
– Его жена.
– Высокая, грудастая… Так, ничего особенного… Не думай о ней. Представь, что Лёня все тот же семнадцатилетний паренек, который страстно тебя целовал под луной.
Пока Светлана и Ангелина секретничали, дети доели мороженое и начали приставать с вопросами «А когда мы поедем кататься на теплоходе? А купаться? А в дельфинарий поедем? А во дворец, где снимались «Сваты»? А дыньку купим?» В итоге было решено провести день, посетив Ливадийский дворец (в посёлке Ливадия в 3 км от Ялты) и дельфинарий в городке у подножия горы Аю-Даг – Партените (близ Алушты).

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 02.05.2013 в 10:13
ИляДата: Суббота, 04.05.2013, 22:43 | Сообщение # 7
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 64
Награды: 1
Репутация: 6
Статус: Offline
Интересная история flowers

Только вперед!
 
СообщениеИнтересная история flowers

Автор - Иля
Дата добавления - 04.05.2013 в 22:43
СообщениеИнтересная история flowers

Автор - Иля
Дата добавления - 04.05.2013 в 22:43
Kristina_Iva-NovaДата: Воскресенье, 19.05.2013, 14:10 | Сообщение # 8
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline
Век бы тебя не видеть

Морской круиз начался в 10:20. В бирюзовых волнах то и дело появлялись дельфины, выныривающее на поверхность, а потом снова скрывающиеся под толщей воды. С верхней палубы теплохода за ними с любопытством, радостью и восторгом наблюдали дети. Ангелина и Света, кроме стай дельфинов, рассматривали и причудливые ландшафты крымских гор, санатории и дачи известных личностей. Они негромко разговаривали об увиденных красотах и достопримечательностях, обсуждали интересные факты, доносящиеся мелодичным голосом экскурсовода.
На восточном склоне горы Могаби, среди виноградных плантаций и удивительных парков с ярко-насыщенной зеленью, в черноморской жемчужине – поселке городского типа Ливадии царила умопомрачительная умиротворенность. Красота, блаженство, рай! Туристы с фотоаппаратами гуляли среди роскошных пальм и кипарисов. Никто никуда не спешил. До определенного времени – никто. Но вскоре Ангелине захотелось как можно быстрее покинуть это место, убежать, спрятаться самой и спрятать от чужих назойливых глаз своего сына.
Меньше всего она ожидала встретиться лицом к лицу, здесь за сотни километров от родного дома, с человеком из прошлого. Еще в столовой за завтраком этот «кто-то» не спускал с нее глаз, следил за каждым жестом, мимикой, взглядом, шел за ней по следам и в продуктовый магазин, и на детскую площадку, поднялся следом на борт теплохода и ходил по Ливадийскому парку, длительное время оставаясь незамеченным.
Широкоплечий блондин в голубой майке с изображением британского флага, загорелый, в меру подкачанный, в коротеньких шортиках, обтягивающих плоский зад, все ходил вокруг да около, не решаясь подойти на близкое расстояние. Под солнцезащитными очками и козырьком кепки он скрывал хитрый взгляд, направленный не только на Ангелину, но и на мальчика девяти лет рядом с ней. Саша был его сыном.
Когда Артему надоело чувствовать себя Шерлоком Холмсом, он подошел к Ангелине сбоку и, решительно схватив за талию, притянул к себе, за что, неожиданно для себя, получил смачную оплеуху.
– Ну, здравствуй, женушка! – с надменной самодовольной физиономией процедил он сквозь зубы, даже не глядя по сторонам, ни на сына, ни на остальных, до которых ему и дела не было. – Как я погляжу, судьбой ты не обижена. Все такая же вызывающая, самоуверенная и чертовски красивая! – он ослабил железную хватку, позволив Ангелине высвободиться из своего плена.
– Ты с ума сошел? И не называй меня «женушкой», – бросила в ответ Ангелина, как камень, собираясь развернуться и уйти, все еще не веря, что это встреча произошла на самом деле.
– Нет уж постой, дорогая! Позволь мне, что ли, познакомиться с сыном. Я ведь имею на это право, не так ли? – он снял очки и его глаза сузились, превратившись в две створки, излучающие только негатив и агрессию.
– Не слишком ли поздно ты вспомнил о сыне? – в этот момент Ангелине больше всего хотелось сжать кулак и хорошенько заехать ему в нос, но она держалась спокойно, не желая устраивать на людях сцен. Тем более не на глазах у сына. – Оставь нас в покое. И запомни, Саша только мой сын.
Светлана искоса посмотрела на Артема. Он вызывал неприязнь и отвращение. Но вмешиваться она не стала. Только попыталась увести детей подальше, но Саша стоял на месте, как вкопанный. Он поднял голову вверх, всматриваясь в черты человека, называющего себя его отцом.
– Ты не мой папа, – твердым голосом сказал Саша. – Моего папу зовут Петя, а ты чужой дядька!
– Света, уведи детей! – Ангелина не сдержалась и повысила голос.
– Нет, Сашенька, ты еще слишком мал и ничего не понимаешь. Это я твой настоящий отец. Я! – он едва ли не бил себя в грудь, стараясь доказать ребенку, что он не врет.
– Мама, идем, не нужно разговаривать с посторонними! – Саша взял Ангелину за руку, сверля глазами незнакомца.
– Что? Да как ты разговариваешь со старшими? Тебя разве мама не научила уважению? – закричал Артем, напугав ребенка.
Саша спрятался за мамину юбку.
– Закрой рот! И не смей орать на моего сына. – терпению Ангелины пришел конец. – Света, забери детей. Дай мне поговорить с этим «жаждущим познакомиться».
Артем не сдавался. Он опустился на колени и слезно умолял Сашу выслушать его:
– Сашенька, мой мальчик, я всегда тебя любил… Это твоя мама не разрешала мне видеться с тобой… Она бросила меня и забрала тебя…
– Прекрати! – Ангелина обняла сына, угрожающе смотря в глаза бывшему мужу. – Чего ты хочешь добиться? Силой заставить ребенка любить тебя? Ты ему никто. Никто! Понимаешь? Твой поезд ушел. Не лезь в нашу жизнь. Живи своей.
– Нет, ты ошибаешься. Никогда не поздно исправлять ошибки. Я хочу знать своего сына, и хочу, чтобы он знал, кто его настоящий отец.
– Эта мысль тебе пришла в голову только сегодня? А о чем ты думал все эти годы?
– Ты думаешь, я никогда не вспоминал о вас?
– Можешь и дальше вспоминать, сколько тебе заблагорассудится. Только не мешай нам жить спокойно. Будь мужчиной, не устраивай спектаклей. Уйди.
Саша стоял молча, слушая, о чем говорят старшие. Даже если бы он и хотел что-то возразить, то ему не удалось бы вставить и слова.
– Прекратите оба. На вас уже смотрят люди. Ваши крики привлекают слишком много внимания, – Светлана одернула Сашу и вместе с Максимом повела в сторону кафе, оставив Ангелину наедине с бывшим мужем.
– Почему ты такая жестокая? – Артем немного смягчился, умоляюще призывая к состраданию. – У меня больше нет детей. Саша единственный. А ты не разрешаешь нам даже поговорить?
– Ты знаешь наш адрес? Знаешь. Почему не приезжал? Слишком далеко живешь? Нет. Не было времени, денег, не хотелось? А? Что молчишь? Ты помнишь, когда у Саши день рожденья? Почему же ты даже законные алименты не платишь, не говоря уже о подарках? А я тебе отвечу. Потому что у меня есть муж, который заменил моему сыну отца. Так? Зачем же тебе лишний раз беспокоиться, еще и деньги на него тратить? Есть второй папа. Он растил Сашу, воспитывал, водил и забирал из садика, потом из школы. Он научил его играть в футбол и кататься на велосипеде. Он, а не ты, вставал по ночам и поправлял одеяльце на его кроватке, когда Саша был маленький. Он любит его как родного. И Саша тоже любит его. Он его единственный настоящий отец, а не ты.
– Но в нем течет моя кровь. Он мой!
– Артем, быть отцом, это то же самое, что уметь играть на пианино. Не иметь пианино, а быть пианистом! А ты свое пианино вручил другому человеку, который умело играет сонеты, неизвестные для таких как ты.
Разговор зашел в тупик. Артем все еще пытался что-то доказать, но лишь зря потратил время. Переубедить Ангелину в своем искреннем желании общаться с сыном ему так и не удалось. Он ушел и больше не появлялся. Ангелине же потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя.
Стресс она снимала белым десертным вином массандровского винного завода.
Саша задал всего одни вопрос: «Мама, это был твой первый муж?». На что Ангелина положительно кивнула головой, а вслух сказала, что настоящие родители – это те люди, которые тебя вырастили и воспитали.
Остаток дня прошел для Ангелины в мыслях о прошлом. Воспоминания об Артеме она гнала прочь, о Леониде невольно задумывалась, а к Петру испытывала благодарность. И чувство долга к этому мужчине, заменившему отца для ее сына, не позволяло Ангелине идти на поводу у страсти и противоречивых желаний, разгорающихся в ее душе со скоростью пожара в сухом лесу. Соблазн поддаться влечению был велик, но Ангелина твердо решила, что будет сопротивляться изо всех сил, лишь бы ее совесть оставалась чиста. Она не послушалась советов подружки и не написала Лёне новое письмо, не позвонила и не пригласила прогуляться по набережной. Она решила не ломать ни свою, ни чужую жизнь, думая только о своем сыне.

Мальчик без отца

Саша не знал своего биологического отца. Но от него не скрывали, что мама Ангелина и папа Петя познакомились, когда Саша уже был. Взрослый человек, конечно, догадался бы, что к чему. Но Саше тогда едва исполнилось два годика, он еще сосал соску и даже не ходил в детский сад. Совсем маленький. Иногда Ангелина брала его с собой на прогулку, когда к ней приходил Петя. Но Саша не помнил того времени и не знал, когда именно у него появился папа. Впервые он назвал Петю папой, когда уже ходил в ясли.
Однажды, когда Ангелина пришла забирать сына домой, детки сидели в раздевалке на маленьких скамеечках, и один мальчик спросил у Саши «А почему за тобой никогда не приходит папа? У тебя, что нет папы?» Саша вопросительно посмотрел маме в глаза, не зная, что ответить. У Ангелины сердце сжалось от боли из-за настолько серьезных детских вопросов и жалости к своему сыну, лишенному отцовской заботы и внимания.
В то время Петя и Ангелина только встречались, хоть и практически ежедневно. И поскольку Петя был единственным мужчиной, которого можно было бы принять за папу, Саша подумал, что Петя наверно и есть тот, кто почему-то никогда не забирает его из садика. И в тот же вечер, доедая манку, он сказал «Я выросту большой, как папа Петя». Ангелина не стала возражать сыну, позволив так думать, а Петя, у которого ни жены, ни детей не было, с радостью стал Саше папой. Он покупал ему конфеты, игрушки, все то, что Саша не получал от родного отца.
Артем после развода с Ангелиной приезжал всего несколько раз, при встречах любил играть роль жертвы. Последним его подарком сыну были две футболочки и пара носков, не считая пакетика конфет весом в двести грамм. Артем по натуре был жадным и расчетливым, а еще и двуличным лгуном, слушающим во всем свою мать.
Когда Петя переехал к Ангелине, Артем перестал выплачивать алименты, рассчитался с работы, но время от времени звонил, присылал смс-ки, но не всегда тактичные, иногда даже пошлого характера. Как-то он назначил Ангелине встречу, при этом его сообщение было написано нецензурными словами. Первым это прочитал Петя. У него не было привычки проверять телефон Ангелины, но в тот день он пришел после работы выпивший, и любопытство одержало верх. Прочитав хамское обращение к своей любимой девушке, он взбесился, быстро накинул куртку и помчался на площадь. Ангелина и Саша следом. Но остановить Петю не удалось. Он сходу набросился на Артема, и началась драка.
Разнять двух мужчин задача не из легких. Ангелина и не думала вставать между ними, но все же пыталась утихомирить Петю. Артем в отличие от Пети был боксером (как и Лёня), к тому же молодым, и главное трезвым. И так уж случилось, что Петя упал, повредив себе ногу. Скорую помощь вызывать запретил, хотя на ногу и наступить не мог, в поликлинику обратиться не захотел, и пришлось Ангелине вести его домой…
После этого случая прошло более пяти лет. Артем больше не приезжал, а Петя с тех пор жил с постоянной болью в коленке. Временами он даже похрамывал, говоря «крутит ногу на погоду». Такой он Петя – «Жофрей» для Ангелины, ставший единственным папой для Саши.
Когда Саша пошел в первый класс, он знал свое полное имя-отчество – Александр Артемович Майданский, а также, что маминого первого мужа звали Майданский Артем, а его папу зовут Ковалевский Петр Борисович. Саша знал, что родился, до знакомства мамы и папы Пети. Но своим папой он считал только папу Петю, другого папы просто не существовало. Майданский Артем был только бывший муж мамы, и все.
Ангелина никогда не рассказывала сыну подробностей о своем первом замужестве, для нее Саша был все еще маленьким мальчиком, которого нужно было оберегать от болезненной правды, способной ранить чувствительное детское сердце. Но Саша понимал, что возможно при других обстоятельствах, он называл бы папой не Петю. Но вопрос отцовства для него не стоял в принципе, у него был папа Петя, и другого папы ему и не нужно было.

Лебединая верность

День выдался изнуряющим. После экскурсии в Ливадию Ангелина, Светлана и дети отправились в дельфинарий, затем катались на аттракционах, а вечером смотрели «Шрека» в 3Д формате. Ночью дети, как в первую ночь на отдыхе, спали «без задних ног», Светка опять пошла на свиданье с Джаном и снова пришла в полвторого счастливая до безумия. Ангелина допоздна разговаривала по телефону с мужем. Об экскурсиях, море, о кошке, танчиках и доме. Голос Пети по-прежнему оставался родным и, если бы не расстояние Ялта – Енакиево, Ангелина бы с нежностью обняла его и с легкостью заснула, ощущая его тепло и любовь.
Следующий день прошел без эксцессов в Воронцовском дворце и парке на территории Алупки. Они до позднего вечера гуляли по извилистым дорожкам, любуясь достопримечательностями «Верхнего» и «Нижнего» парков. Особое впечатление на Ангелину произвели три озера с прозрачной чистейшей водой: Форельное, Зеркальное и Лебединое. Белый одинокий лебедь невольно наталкивал на мысли о верности. Ангелина вспоминала Лёню и мысленно приказывала себе не думать о нем. Проходило время, и мысли бумерангом возвращались. Ангелина злилась на себя, но потом успокаивалась – думать о Лёне было приятно. Она мечтала, фантазировала, представляла то, что могло бы произойти. Столько слов у нее вертелось на языке, хотелось хоть один раз высказаться, излить душу.
Экскурсия закончилась посещением Львиной террасы, примыкающей к южной стороне Воронцовского дворца. Три пары львов: спящие, пробуждающиеся и бодрствующие были своего рода мраморной изюминкой. Но не о скульптурах думала Ангелина. Она была поражена историей экскурсовода о том, что Пушкин (Александр Сергеевич) и жена графа Воронцова – Елизавета были любовниками. И что тогда говорить о современных нормах морали, если женщины испокон веков изменяли даже таким влиятельным и богатым мужчинам, как граф Михаил Семёнович Воронцов (генерал-фельдмаршал, генерал-адъютант, герой войны 1812 года)?
Светлана, как графиня Воронцова, тоже всегда пользовалась успехом у мужчин, и своим счастливым видом все больше и больше подталкивала Ангелину к размышлениям о своем будущем. Быть или не быть? Стоит ли возобновлять отношения с Лёней или оставаться верной женой своему мужу до конца своих дней?
Вечером, когда за Светланой пришел Джан, и она будто бабочка полетела вместе с ним порхать по набережной, Ангелина в который раз решила перечитать письмо Лёни. К ее приятному удивлению в списке непрочитанных писем среди рассылок спама было еще одно сообщение от ее адвоката. Коротенькое:

Привет, мой ангелочек! Мне не спится, потому что мысли о тебе сводят меня с ума… Может, дашь мне свой номер телефона? Обещаю звонить только в рабочее время.

«Он тоже думает обо мне!» – радовалась Ангелина, чувствуя себя влюбленной семнадцатилетней студенткой. Но на письмо она намеренно не ответила, желая заставить Лёню ждать ее ответа и думать, думать, думать только о ней!
Прошло еще три дня. И Ангелина, и Леня проводили отпуск практически одинаково – посещали дворцы, музеи, парки, катались на теплоходе, на лошадях, поднимались на вершину Ай-Петри. Но их пути так ни разу и не пересеклись. Леонид считал ступеньки в Ласточкином Гнезде – Ангелина в Ливадии ругалась с бывшим мужем, Леонид в Ливадийском дворце гулял по итальянскому дворику – Ангелина в Алупке восхищалась надписью «И нет Бога кроме Аллаха», Леонид в Воронцовском парке любовался видом на горы – Ангелина по канатной дороге спускалась на пляж…

Соблазн

Светлана прожужжала Ангелине все уши разговорами обо всех прелестях курортных романов. И когда отпуск подходил к концу, а именно впереди оставалось всего 24 часа до отъезда, она все-таки уговорила Ангелину дать Лёне шанс и встретиться с ним на море, не дожидаясь дня, когда они все равно рано или поздно встретятся во время рабочих будней.
И Ангелина набрала его номер. Гудки, гудки, ожидание, ускоренный ритм сердца и наконец-то долгожданное «алло»:
– Лёня, привет, это Ангелина.
Пауза продлилась недолго:
– Ангелинка! – раздался радостный крик Лёни, – я думал уже не дождусь. Почему ты не ответила сразу? Ты не представляешь, что со мной творилось последние дни!
Ангелина залилась краской:
– И что же это такое с тобой творилось?! Ждал моего звонка?! – ей нелегко было скрывать волнение и радость слышать его голос.
– Ты еще спрашиваешь?! Конечно, ждал! Ведь у меня нет твоего номера телефона, и я не мог сам тебе позвонить…Точнее не было… Это ведь твой номер? Можно я его сохраню, и буду звонить тебе хоть иногда?
– Да, можно. Это мой номер. Только давай договоримся сразу – после 19:00 никаких звонков. У меня есть муж, у тебя жена – оставим вечера им. А в рабочее время – сколько угодно.
– Сколько угодно?! Договорились!
Ангелина не видела Лёню, но чувствовала, что он улыбается; вспоминала его игривый взгляд и лукавую улыбку.
– Как Черное море? Ты сейчас на пляже? – спросила она.
– Да! Иду по берегу, волны ударяются о камни… Слышишь, как оно шумит?
– Слышу! И вижу! Оно такое красивое, особенно сегодня – пенные волны… – она стояла по щиколотку в воде и увлеченно разговаривала по телефону.
– Как видишь? Ты тоже на море?
Ангелина уловила удивление и нотки радости:
– Да, на ялтинском пляже! Но завтра уже уезжаю.
– Завтра? Так быстро? Почему ты не позвонила раньше? Когда ты приехала? Я тоже был в Ялте.
– Я знаю, Светка… Помнишь ее? Она видела тебя с женой у фонтана. А я не звонила, потому что… потому что боюсь, что если мы встретимся, натворим глупостей.
– Смотря, что ты называешь глупостями. Так ты завтра уже уезжаешь? Жаль. А у меня еще три дня впереди. Ты с мужем приехала отдыхать?
– Нет, я со Светкой и детьми: мой Саша и ее Максим. А муж сейчас дома… А у меня еще осталось 24 часа до поезда.
– Значит, у нас совсем мало времени! Можно я тебя украду?!
– Что значит «украду»? – Ангелина все прекрасно понимала, но хотела слышать объяснения.
– А то и значит! Моя сегодня собирается «на встречу к звездам» – в Крымскую Астрофизическую обсерваторию в поселке Научное. Я с ней не поеду. Скажу, что хочу позагорать и покупаться, а сам приеду к тебе! На белом теплоходе! Будешь меня ждать на берегу?
– Да! Да…
Только ради этой встречи Ангелина и решилась набрать заученный номер.
– Надеюсь снова увидеть тебя в облегающем платье, а еще лучше без него, в откровенном купальнике… Ты очень красивая!
Ангелина залилась румянцем смущения:
– В котором часу тебя ждать?
– Я буду меньше чем через час! Ты разрешишь мне поцеловать тебя так, как раньше?!
– Как раньше уже не будет! Мы ведь никогда не целовались на море!
– Уверен, это будет еще приятнее!
– Посмотрим! В 11:00 я буду на причале. Целую в щечку. До встречи.
– Увидимся, мой ангелок. Цем. Но не в щечки, а прямиком в губки.

Романтическая прогулка

Со счастливой и довольной улыбкой Ангелина рассказала подружке о назначенном свидании. В итоге, Светлане пришлось взять на себя роль няни минимум на полдня, и вместе с детьми отправиться кататься на аттракционах.
Ангелина с трепетом в душе наблюдала за приближающимся теплоходом. Она стояла на причале, облокотившись о металлические перила, в розовом платье в мелкий цветочек и соломенной шляпке, прикрывающей лицо от палящего солнца. Распущенные длинные волосы развевал свежий ветер, на пухлых губах блестела увлажняющая помада, а большие выразительные глаза скрывались за солнцезащитными очками. С нетерпением, рассматривая почти одинаковых туристов, Ангелина искала среди толпы отдыхающих одного, того единственного, интерес к которому не угас даже по прошествии одиннадцати лет.
Когда Ангелина увидела знакомые черты, ноги будто налились свинцом и потяжелели так, что невозможно было сделать и шагу. Она сняла очки и пристально смотрела вперед, не спуская глаз с мужчины, чей рассеянный взгляд блуждал по лицам сотни других девушек и женщин.
Это и был ее Лёня! Высокий, отличающийся ото всех солидной фигурой и твердой уверенной походкой. Даже без строго костюма и галстука он производил впечатление серьезного офисного работника – адвоката. И не смотря на яркую оранжевую футболку, полосатые шорты и кепку, Лёня все равно не был тем семнадцатилетним студентом из прошлого, хоть все так же будоражил мысли Ангелины, как и много лет назад.
Когда Леонид подошел ближе, Ангелина помахала ему рукой. Их взгляды встретились. Оба счастливые они бросились друг другу навстречу. Смеясь, обнимались. Лёня кружил Ангелину в воздухе, вдыхая нежный аромат ее духов, шептал на ушко комплименты, прижимая крепко-крепко к груди. В тот момент Ангелина была на седьмом небе от счастья, все вокруг перестало иметь значение – только он, только они.
За разговорами о прошлом и о настоящем время пролетало незаметно. Вот и городской пляж плавно перетекал в безлюдные скалы, солнце опускалось ниже, а губы жаждали страстных поцелуев. Леонид нежно прикоснулся податливых приоткрытых губ. Его горячее дыхание обжигало кожу, возбуждало и сводило с ума. С каждой секундой поцелуи становились все более смелыми, страстными и настойчивыми. Сильные руки блуждали по стройному телу, так и не решаясь проскользнуть под платье. Точно так же, как и раньше.
В порыве страсти Леонид ненасытно целовал оголенные плечи, шею, оставлял влажные дорожки к мочке уха, покусывал и посасывал, пробуждая в душе Ангелины спящую развратницу, желающую только одного – любить и заниматься любовью. Леонид осторожно уложил ее прямо на камни, поглотившие дневное тепло. Языком и губами он ласкал приоткрытую часть груди, а проворные пальцы скользнули по бедрам.
«Остановись!» – вырвалось сквозь блаженный стон. Не смотря на дикую страсть, Ангелина нашла в себе силы противостоять искушению отдаться Леониду так скоро, так быстро. Она не была готова с легкостью лишиться самоуважения, перешагнув ту черту, название которой – супружеская верность. И как бы не велико было желание заглушить крики совести, Ангелина все же сопротивлялась страсти, как могла.
Но не хотеть Лёню было невозможно. Его поцелуи заводили, в его объятиях Ангелина чувствовала себя желанной женщиной. С мужем подобных ощущений она не испытывала давно. И поскольку истина познается в сравнении, Ангелина поняла, что не так страшна измена мужу, как отсутствие удовлетворенности в жизни. Но торопить события не стала, подумав, что лучше медленно насладиться процессом, чем быстро достичь результатов.
Их романтичное свидание продлилось около двух часов, но и этого времени хватило, чтобы каждый, закрывая глаза, вспоминал страстные поцелуи и надеялся на очередную встречу, отгоняя мысли о предательстве и неверности.

Отпуск подошел к концу – настало время возвращаться в Енакиево.


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:20
 
СообщениеВек бы тебя не видеть

Морской круиз начался в 10:20. В бирюзовых волнах то и дело появлялись дельфины, выныривающее на поверхность, а потом снова скрывающиеся под толщей воды. С верхней палубы теплохода за ними с любопытством, радостью и восторгом наблюдали дети. Ангелина и Света, кроме стай дельфинов, рассматривали и причудливые ландшафты крымских гор, санатории и дачи известных личностей. Они негромко разговаривали об увиденных красотах и достопримечательностях, обсуждали интересные факты, доносящиеся мелодичным голосом экскурсовода.
На восточном склоне горы Могаби, среди виноградных плантаций и удивительных парков с ярко-насыщенной зеленью, в черноморской жемчужине – поселке городского типа Ливадии царила умопомрачительная умиротворенность. Красота, блаженство, рай! Туристы с фотоаппаратами гуляли среди роскошных пальм и кипарисов. Никто никуда не спешил. До определенного времени – никто. Но вскоре Ангелине захотелось как можно быстрее покинуть это место, убежать, спрятаться самой и спрятать от чужих назойливых глаз своего сына.
Меньше всего она ожидала встретиться лицом к лицу, здесь за сотни километров от родного дома, с человеком из прошлого. Еще в столовой за завтраком этот «кто-то» не спускал с нее глаз, следил за каждым жестом, мимикой, взглядом, шел за ней по следам и в продуктовый магазин, и на детскую площадку, поднялся следом на борт теплохода и ходил по Ливадийскому парку, длительное время оставаясь незамеченным.
Широкоплечий блондин в голубой майке с изображением британского флага, загорелый, в меру подкачанный, в коротеньких шортиках, обтягивающих плоский зад, все ходил вокруг да около, не решаясь подойти на близкое расстояние. Под солнцезащитными очками и козырьком кепки он скрывал хитрый взгляд, направленный не только на Ангелину, но и на мальчика девяти лет рядом с ней. Саша был его сыном.
Когда Артему надоело чувствовать себя Шерлоком Холмсом, он подошел к Ангелине сбоку и, решительно схватив за талию, притянул к себе, за что, неожиданно для себя, получил смачную оплеуху.
– Ну, здравствуй, женушка! – с надменной самодовольной физиономией процедил он сквозь зубы, даже не глядя по сторонам, ни на сына, ни на остальных, до которых ему и дела не было. – Как я погляжу, судьбой ты не обижена. Все такая же вызывающая, самоуверенная и чертовски красивая! – он ослабил железную хватку, позволив Ангелине высвободиться из своего плена.
– Ты с ума сошел? И не называй меня «женушкой», – бросила в ответ Ангелина, как камень, собираясь развернуться и уйти, все еще не веря, что это встреча произошла на самом деле.
– Нет уж постой, дорогая! Позволь мне, что ли, познакомиться с сыном. Я ведь имею на это право, не так ли? – он снял очки и его глаза сузились, превратившись в две створки, излучающие только негатив и агрессию.
– Не слишком ли поздно ты вспомнил о сыне? – в этот момент Ангелине больше всего хотелось сжать кулак и хорошенько заехать ему в нос, но она держалась спокойно, не желая устраивать на людях сцен. Тем более не на глазах у сына. – Оставь нас в покое. И запомни, Саша только мой сын.
Светлана искоса посмотрела на Артема. Он вызывал неприязнь и отвращение. Но вмешиваться она не стала. Только попыталась увести детей подальше, но Саша стоял на месте, как вкопанный. Он поднял голову вверх, всматриваясь в черты человека, называющего себя его отцом.
– Ты не мой папа, – твердым голосом сказал Саша. – Моего папу зовут Петя, а ты чужой дядька!
– Света, уведи детей! – Ангелина не сдержалась и повысила голос.
– Нет, Сашенька, ты еще слишком мал и ничего не понимаешь. Это я твой настоящий отец. Я! – он едва ли не бил себя в грудь, стараясь доказать ребенку, что он не врет.
– Мама, идем, не нужно разговаривать с посторонними! – Саша взял Ангелину за руку, сверля глазами незнакомца.
– Что? Да как ты разговариваешь со старшими? Тебя разве мама не научила уважению? – закричал Артем, напугав ребенка.
Саша спрятался за мамину юбку.
– Закрой рот! И не смей орать на моего сына. – терпению Ангелины пришел конец. – Света, забери детей. Дай мне поговорить с этим «жаждущим познакомиться».
Артем не сдавался. Он опустился на колени и слезно умолял Сашу выслушать его:
– Сашенька, мой мальчик, я всегда тебя любил… Это твоя мама не разрешала мне видеться с тобой… Она бросила меня и забрала тебя…
– Прекрати! – Ангелина обняла сына, угрожающе смотря в глаза бывшему мужу. – Чего ты хочешь добиться? Силой заставить ребенка любить тебя? Ты ему никто. Никто! Понимаешь? Твой поезд ушел. Не лезь в нашу жизнь. Живи своей.
– Нет, ты ошибаешься. Никогда не поздно исправлять ошибки. Я хочу знать своего сына, и хочу, чтобы он знал, кто его настоящий отец.
– Эта мысль тебе пришла в голову только сегодня? А о чем ты думал все эти годы?
– Ты думаешь, я никогда не вспоминал о вас?
– Можешь и дальше вспоминать, сколько тебе заблагорассудится. Только не мешай нам жить спокойно. Будь мужчиной, не устраивай спектаклей. Уйди.
Саша стоял молча, слушая, о чем говорят старшие. Даже если бы он и хотел что-то возразить, то ему не удалось бы вставить и слова.
– Прекратите оба. На вас уже смотрят люди. Ваши крики привлекают слишком много внимания, – Светлана одернула Сашу и вместе с Максимом повела в сторону кафе, оставив Ангелину наедине с бывшим мужем.
– Почему ты такая жестокая? – Артем немного смягчился, умоляюще призывая к состраданию. – У меня больше нет детей. Саша единственный. А ты не разрешаешь нам даже поговорить?
– Ты знаешь наш адрес? Знаешь. Почему не приезжал? Слишком далеко живешь? Нет. Не было времени, денег, не хотелось? А? Что молчишь? Ты помнишь, когда у Саши день рожденья? Почему же ты даже законные алименты не платишь, не говоря уже о подарках? А я тебе отвечу. Потому что у меня есть муж, который заменил моему сыну отца. Так? Зачем же тебе лишний раз беспокоиться, еще и деньги на него тратить? Есть второй папа. Он растил Сашу, воспитывал, водил и забирал из садика, потом из школы. Он научил его играть в футбол и кататься на велосипеде. Он, а не ты, вставал по ночам и поправлял одеяльце на его кроватке, когда Саша был маленький. Он любит его как родного. И Саша тоже любит его. Он его единственный настоящий отец, а не ты.
– Но в нем течет моя кровь. Он мой!
– Артем, быть отцом, это то же самое, что уметь играть на пианино. Не иметь пианино, а быть пианистом! А ты свое пианино вручил другому человеку, который умело играет сонеты, неизвестные для таких как ты.
Разговор зашел в тупик. Артем все еще пытался что-то доказать, но лишь зря потратил время. Переубедить Ангелину в своем искреннем желании общаться с сыном ему так и не удалось. Он ушел и больше не появлялся. Ангелине же потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя.
Стресс она снимала белым десертным вином массандровского винного завода.
Саша задал всего одни вопрос: «Мама, это был твой первый муж?». На что Ангелина положительно кивнула головой, а вслух сказала, что настоящие родители – это те люди, которые тебя вырастили и воспитали.
Остаток дня прошел для Ангелины в мыслях о прошлом. Воспоминания об Артеме она гнала прочь, о Леониде невольно задумывалась, а к Петру испытывала благодарность. И чувство долга к этому мужчине, заменившему отца для ее сына, не позволяло Ангелине идти на поводу у страсти и противоречивых желаний, разгорающихся в ее душе со скоростью пожара в сухом лесу. Соблазн поддаться влечению был велик, но Ангелина твердо решила, что будет сопротивляться изо всех сил, лишь бы ее совесть оставалась чиста. Она не послушалась советов подружки и не написала Лёне новое письмо, не позвонила и не пригласила прогуляться по набережной. Она решила не ломать ни свою, ни чужую жизнь, думая только о своем сыне.

Мальчик без отца

Саша не знал своего биологического отца. Но от него не скрывали, что мама Ангелина и папа Петя познакомились, когда Саша уже был. Взрослый человек, конечно, догадался бы, что к чему. Но Саше тогда едва исполнилось два годика, он еще сосал соску и даже не ходил в детский сад. Совсем маленький. Иногда Ангелина брала его с собой на прогулку, когда к ней приходил Петя. Но Саша не помнил того времени и не знал, когда именно у него появился папа. Впервые он назвал Петю папой, когда уже ходил в ясли.
Однажды, когда Ангелина пришла забирать сына домой, детки сидели в раздевалке на маленьких скамеечках, и один мальчик спросил у Саши «А почему за тобой никогда не приходит папа? У тебя, что нет папы?» Саша вопросительно посмотрел маме в глаза, не зная, что ответить. У Ангелины сердце сжалось от боли из-за настолько серьезных детских вопросов и жалости к своему сыну, лишенному отцовской заботы и внимания.
В то время Петя и Ангелина только встречались, хоть и практически ежедневно. И поскольку Петя был единственным мужчиной, которого можно было бы принять за папу, Саша подумал, что Петя наверно и есть тот, кто почему-то никогда не забирает его из садика. И в тот же вечер, доедая манку, он сказал «Я выросту большой, как папа Петя». Ангелина не стала возражать сыну, позволив так думать, а Петя, у которого ни жены, ни детей не было, с радостью стал Саше папой. Он покупал ему конфеты, игрушки, все то, что Саша не получал от родного отца.
Артем после развода с Ангелиной приезжал всего несколько раз, при встречах любил играть роль жертвы. Последним его подарком сыну были две футболочки и пара носков, не считая пакетика конфет весом в двести грамм. Артем по натуре был жадным и расчетливым, а еще и двуличным лгуном, слушающим во всем свою мать.
Когда Петя переехал к Ангелине, Артем перестал выплачивать алименты, рассчитался с работы, но время от времени звонил, присылал смс-ки, но не всегда тактичные, иногда даже пошлого характера. Как-то он назначил Ангелине встречу, при этом его сообщение было написано нецензурными словами. Первым это прочитал Петя. У него не было привычки проверять телефон Ангелины, но в тот день он пришел после работы выпивший, и любопытство одержало верх. Прочитав хамское обращение к своей любимой девушке, он взбесился, быстро накинул куртку и помчался на площадь. Ангелина и Саша следом. Но остановить Петю не удалось. Он сходу набросился на Артема, и началась драка.
Разнять двух мужчин задача не из легких. Ангелина и не думала вставать между ними, но все же пыталась утихомирить Петю. Артем в отличие от Пети был боксером (как и Лёня), к тому же молодым, и главное трезвым. И так уж случилось, что Петя упал, повредив себе ногу. Скорую помощь вызывать запретил, хотя на ногу и наступить не мог, в поликлинику обратиться не захотел, и пришлось Ангелине вести его домой…
После этого случая прошло более пяти лет. Артем больше не приезжал, а Петя с тех пор жил с постоянной болью в коленке. Временами он даже похрамывал, говоря «крутит ногу на погоду». Такой он Петя – «Жофрей» для Ангелины, ставший единственным папой для Саши.
Когда Саша пошел в первый класс, он знал свое полное имя-отчество – Александр Артемович Майданский, а также, что маминого первого мужа звали Майданский Артем, а его папу зовут Ковалевский Петр Борисович. Саша знал, что родился, до знакомства мамы и папы Пети. Но своим папой он считал только папу Петю, другого папы просто не существовало. Майданский Артем был только бывший муж мамы, и все.
Ангелина никогда не рассказывала сыну подробностей о своем первом замужестве, для нее Саша был все еще маленьким мальчиком, которого нужно было оберегать от болезненной правды, способной ранить чувствительное детское сердце. Но Саша понимал, что возможно при других обстоятельствах, он называл бы папой не Петю. Но вопрос отцовства для него не стоял в принципе, у него был папа Петя, и другого папы ему и не нужно было.

Лебединая верность

День выдался изнуряющим. После экскурсии в Ливадию Ангелина, Светлана и дети отправились в дельфинарий, затем катались на аттракционах, а вечером смотрели «Шрека» в 3Д формате. Ночью дети, как в первую ночь на отдыхе, спали «без задних ног», Светка опять пошла на свиданье с Джаном и снова пришла в полвторого счастливая до безумия. Ангелина допоздна разговаривала по телефону с мужем. Об экскурсиях, море, о кошке, танчиках и доме. Голос Пети по-прежнему оставался родным и, если бы не расстояние Ялта – Енакиево, Ангелина бы с нежностью обняла его и с легкостью заснула, ощущая его тепло и любовь.
Следующий день прошел без эксцессов в Воронцовском дворце и парке на территории Алупки. Они до позднего вечера гуляли по извилистым дорожкам, любуясь достопримечательностями «Верхнего» и «Нижнего» парков. Особое впечатление на Ангелину произвели три озера с прозрачной чистейшей водой: Форельное, Зеркальное и Лебединое. Белый одинокий лебедь невольно наталкивал на мысли о верности. Ангелина вспоминала Лёню и мысленно приказывала себе не думать о нем. Проходило время, и мысли бумерангом возвращались. Ангелина злилась на себя, но потом успокаивалась – думать о Лёне было приятно. Она мечтала, фантазировала, представляла то, что могло бы произойти. Столько слов у нее вертелось на языке, хотелось хоть один раз высказаться, излить душу.
Экскурсия закончилась посещением Львиной террасы, примыкающей к южной стороне Воронцовского дворца. Три пары львов: спящие, пробуждающиеся и бодрствующие были своего рода мраморной изюминкой. Но не о скульптурах думала Ангелина. Она была поражена историей экскурсовода о том, что Пушкин (Александр Сергеевич) и жена графа Воронцова – Елизавета были любовниками. И что тогда говорить о современных нормах морали, если женщины испокон веков изменяли даже таким влиятельным и богатым мужчинам, как граф Михаил Семёнович Воронцов (генерал-фельдмаршал, генерал-адъютант, герой войны 1812 года)?
Светлана, как графиня Воронцова, тоже всегда пользовалась успехом у мужчин, и своим счастливым видом все больше и больше подталкивала Ангелину к размышлениям о своем будущем. Быть или не быть? Стоит ли возобновлять отношения с Лёней или оставаться верной женой своему мужу до конца своих дней?
Вечером, когда за Светланой пришел Джан, и она будто бабочка полетела вместе с ним порхать по набережной, Ангелина в который раз решила перечитать письмо Лёни. К ее приятному удивлению в списке непрочитанных писем среди рассылок спама было еще одно сообщение от ее адвоката. Коротенькое:

Привет, мой ангелочек! Мне не спится, потому что мысли о тебе сводят меня с ума… Может, дашь мне свой номер телефона? Обещаю звонить только в рабочее время.

«Он тоже думает обо мне!» – радовалась Ангелина, чувствуя себя влюбленной семнадцатилетней студенткой. Но на письмо она намеренно не ответила, желая заставить Лёню ждать ее ответа и думать, думать, думать только о ней!
Прошло еще три дня. И Ангелина, и Леня проводили отпуск практически одинаково – посещали дворцы, музеи, парки, катались на теплоходе, на лошадях, поднимались на вершину Ай-Петри. Но их пути так ни разу и не пересеклись. Леонид считал ступеньки в Ласточкином Гнезде – Ангелина в Ливадии ругалась с бывшим мужем, Леонид в Ливадийском дворце гулял по итальянскому дворику – Ангелина в Алупке восхищалась надписью «И нет Бога кроме Аллаха», Леонид в Воронцовском парке любовался видом на горы – Ангелина по канатной дороге спускалась на пляж…

Соблазн

Светлана прожужжала Ангелине все уши разговорами обо всех прелестях курортных романов. И когда отпуск подходил к концу, а именно впереди оставалось всего 24 часа до отъезда, она все-таки уговорила Ангелину дать Лёне шанс и встретиться с ним на море, не дожидаясь дня, когда они все равно рано или поздно встретятся во время рабочих будней.
И Ангелина набрала его номер. Гудки, гудки, ожидание, ускоренный ритм сердца и наконец-то долгожданное «алло»:
– Лёня, привет, это Ангелина.
Пауза продлилась недолго:
– Ангелинка! – раздался радостный крик Лёни, – я думал уже не дождусь. Почему ты не ответила сразу? Ты не представляешь, что со мной творилось последние дни!
Ангелина залилась краской:
– И что же это такое с тобой творилось?! Ждал моего звонка?! – ей нелегко было скрывать волнение и радость слышать его голос.
– Ты еще спрашиваешь?! Конечно, ждал! Ведь у меня нет твоего номера телефона, и я не мог сам тебе позвонить…Точнее не было… Это ведь твой номер? Можно я его сохраню, и буду звонить тебе хоть иногда?
– Да, можно. Это мой номер. Только давай договоримся сразу – после 19:00 никаких звонков. У меня есть муж, у тебя жена – оставим вечера им. А в рабочее время – сколько угодно.
– Сколько угодно?! Договорились!
Ангелина не видела Лёню, но чувствовала, что он улыбается; вспоминала его игривый взгляд и лукавую улыбку.
– Как Черное море? Ты сейчас на пляже? – спросила она.
– Да! Иду по берегу, волны ударяются о камни… Слышишь, как оно шумит?
– Слышу! И вижу! Оно такое красивое, особенно сегодня – пенные волны… – она стояла по щиколотку в воде и увлеченно разговаривала по телефону.
– Как видишь? Ты тоже на море?
Ангелина уловила удивление и нотки радости:
– Да, на ялтинском пляже! Но завтра уже уезжаю.
– Завтра? Так быстро? Почему ты не позвонила раньше? Когда ты приехала? Я тоже был в Ялте.
– Я знаю, Светка… Помнишь ее? Она видела тебя с женой у фонтана. А я не звонила, потому что… потому что боюсь, что если мы встретимся, натворим глупостей.
– Смотря, что ты называешь глупостями. Так ты завтра уже уезжаешь? Жаль. А у меня еще три дня впереди. Ты с мужем приехала отдыхать?
– Нет, я со Светкой и детьми: мой Саша и ее Максим. А муж сейчас дома… А у меня еще осталось 24 часа до поезда.
– Значит, у нас совсем мало времени! Можно я тебя украду?!
– Что значит «украду»? – Ангелина все прекрасно понимала, но хотела слышать объяснения.
– А то и значит! Моя сегодня собирается «на встречу к звездам» – в Крымскую Астрофизическую обсерваторию в поселке Научное. Я с ней не поеду. Скажу, что хочу позагорать и покупаться, а сам приеду к тебе! На белом теплоходе! Будешь меня ждать на берегу?
– Да! Да…
Только ради этой встречи Ангелина и решилась набрать заученный номер.
– Надеюсь снова увидеть тебя в облегающем платье, а еще лучше без него, в откровенном купальнике… Ты очень красивая!
Ангелина залилась румянцем смущения:
– В котором часу тебя ждать?
– Я буду меньше чем через час! Ты разрешишь мне поцеловать тебя так, как раньше?!
– Как раньше уже не будет! Мы ведь никогда не целовались на море!
– Уверен, это будет еще приятнее!
– Посмотрим! В 11:00 я буду на причале. Целую в щечку. До встречи.
– Увидимся, мой ангелок. Цем. Но не в щечки, а прямиком в губки.

Романтическая прогулка

Со счастливой и довольной улыбкой Ангелина рассказала подружке о назначенном свидании. В итоге, Светлане пришлось взять на себя роль няни минимум на полдня, и вместе с детьми отправиться кататься на аттракционах.
Ангелина с трепетом в душе наблюдала за приближающимся теплоходом. Она стояла на причале, облокотившись о металлические перила, в розовом платье в мелкий цветочек и соломенной шляпке, прикрывающей лицо от палящего солнца. Распущенные длинные волосы развевал свежий ветер, на пухлых губах блестела увлажняющая помада, а большие выразительные глаза скрывались за солнцезащитными очками. С нетерпением, рассматривая почти одинаковых туристов, Ангелина искала среди толпы отдыхающих одного, того единственного, интерес к которому не угас даже по прошествии одиннадцати лет.
Когда Ангелина увидела знакомые черты, ноги будто налились свинцом и потяжелели так, что невозможно было сделать и шагу. Она сняла очки и пристально смотрела вперед, не спуская глаз с мужчины, чей рассеянный взгляд блуждал по лицам сотни других девушек и женщин.
Это и был ее Лёня! Высокий, отличающийся ото всех солидной фигурой и твердой уверенной походкой. Даже без строго костюма и галстука он производил впечатление серьезного офисного работника – адвоката. И не смотря на яркую оранжевую футболку, полосатые шорты и кепку, Лёня все равно не был тем семнадцатилетним студентом из прошлого, хоть все так же будоражил мысли Ангелины, как и много лет назад.
Когда Леонид подошел ближе, Ангелина помахала ему рукой. Их взгляды встретились. Оба счастливые они бросились друг другу навстречу. Смеясь, обнимались. Лёня кружил Ангелину в воздухе, вдыхая нежный аромат ее духов, шептал на ушко комплименты, прижимая крепко-крепко к груди. В тот момент Ангелина была на седьмом небе от счастья, все вокруг перестало иметь значение – только он, только они.
За разговорами о прошлом и о настоящем время пролетало незаметно. Вот и городской пляж плавно перетекал в безлюдные скалы, солнце опускалось ниже, а губы жаждали страстных поцелуев. Леонид нежно прикоснулся податливых приоткрытых губ. Его горячее дыхание обжигало кожу, возбуждало и сводило с ума. С каждой секундой поцелуи становились все более смелыми, страстными и настойчивыми. Сильные руки блуждали по стройному телу, так и не решаясь проскользнуть под платье. Точно так же, как и раньше.
В порыве страсти Леонид ненасытно целовал оголенные плечи, шею, оставлял влажные дорожки к мочке уха, покусывал и посасывал, пробуждая в душе Ангелины спящую развратницу, желающую только одного – любить и заниматься любовью. Леонид осторожно уложил ее прямо на камни, поглотившие дневное тепло. Языком и губами он ласкал приоткрытую часть груди, а проворные пальцы скользнули по бедрам.
«Остановись!» – вырвалось сквозь блаженный стон. Не смотря на дикую страсть, Ангелина нашла в себе силы противостоять искушению отдаться Леониду так скоро, так быстро. Она не была готова с легкостью лишиться самоуважения, перешагнув ту черту, название которой – супружеская верность. И как бы не велико было желание заглушить крики совести, Ангелина все же сопротивлялась страсти, как могла.
Но не хотеть Лёню было невозможно. Его поцелуи заводили, в его объятиях Ангелина чувствовала себя желанной женщиной. С мужем подобных ощущений она не испытывала давно. И поскольку истина познается в сравнении, Ангелина поняла, что не так страшна измена мужу, как отсутствие удовлетворенности в жизни. Но торопить события не стала, подумав, что лучше медленно насладиться процессом, чем быстро достичь результатов.
Их романтичное свидание продлилось около двух часов, но и этого времени хватило, чтобы каждый, закрывая глаза, вспоминал страстные поцелуи и надеялся на очередную встречу, отгоняя мысли о предательстве и неверности.

Отпуск подошел к концу – настало время возвращаться в Енакиево.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 14:10
СообщениеВек бы тебя не видеть

Морской круиз начался в 10:20. В бирюзовых волнах то и дело появлялись дельфины, выныривающее на поверхность, а потом снова скрывающиеся под толщей воды. С верхней палубы теплохода за ними с любопытством, радостью и восторгом наблюдали дети. Ангелина и Света, кроме стай дельфинов, рассматривали и причудливые ландшафты крымских гор, санатории и дачи известных личностей. Они негромко разговаривали об увиденных красотах и достопримечательностях, обсуждали интересные факты, доносящиеся мелодичным голосом экскурсовода.
На восточном склоне горы Могаби, среди виноградных плантаций и удивительных парков с ярко-насыщенной зеленью, в черноморской жемчужине – поселке городского типа Ливадии царила умопомрачительная умиротворенность. Красота, блаженство, рай! Туристы с фотоаппаратами гуляли среди роскошных пальм и кипарисов. Никто никуда не спешил. До определенного времени – никто. Но вскоре Ангелине захотелось как можно быстрее покинуть это место, убежать, спрятаться самой и спрятать от чужих назойливых глаз своего сына.
Меньше всего она ожидала встретиться лицом к лицу, здесь за сотни километров от родного дома, с человеком из прошлого. Еще в столовой за завтраком этот «кто-то» не спускал с нее глаз, следил за каждым жестом, мимикой, взглядом, шел за ней по следам и в продуктовый магазин, и на детскую площадку, поднялся следом на борт теплохода и ходил по Ливадийскому парку, длительное время оставаясь незамеченным.
Широкоплечий блондин в голубой майке с изображением британского флага, загорелый, в меру подкачанный, в коротеньких шортиках, обтягивающих плоский зад, все ходил вокруг да около, не решаясь подойти на близкое расстояние. Под солнцезащитными очками и козырьком кепки он скрывал хитрый взгляд, направленный не только на Ангелину, но и на мальчика девяти лет рядом с ней. Саша был его сыном.
Когда Артему надоело чувствовать себя Шерлоком Холмсом, он подошел к Ангелине сбоку и, решительно схватив за талию, притянул к себе, за что, неожиданно для себя, получил смачную оплеуху.
– Ну, здравствуй, женушка! – с надменной самодовольной физиономией процедил он сквозь зубы, даже не глядя по сторонам, ни на сына, ни на остальных, до которых ему и дела не было. – Как я погляжу, судьбой ты не обижена. Все такая же вызывающая, самоуверенная и чертовски красивая! – он ослабил железную хватку, позволив Ангелине высвободиться из своего плена.
– Ты с ума сошел? И не называй меня «женушкой», – бросила в ответ Ангелина, как камень, собираясь развернуться и уйти, все еще не веря, что это встреча произошла на самом деле.
– Нет уж постой, дорогая! Позволь мне, что ли, познакомиться с сыном. Я ведь имею на это право, не так ли? – он снял очки и его глаза сузились, превратившись в две створки, излучающие только негатив и агрессию.
– Не слишком ли поздно ты вспомнил о сыне? – в этот момент Ангелине больше всего хотелось сжать кулак и хорошенько заехать ему в нос, но она держалась спокойно, не желая устраивать на людях сцен. Тем более не на глазах у сына. – Оставь нас в покое. И запомни, Саша только мой сын.
Светлана искоса посмотрела на Артема. Он вызывал неприязнь и отвращение. Но вмешиваться она не стала. Только попыталась увести детей подальше, но Саша стоял на месте, как вкопанный. Он поднял голову вверх, всматриваясь в черты человека, называющего себя его отцом.
– Ты не мой папа, – твердым голосом сказал Саша. – Моего папу зовут Петя, а ты чужой дядька!
– Света, уведи детей! – Ангелина не сдержалась и повысила голос.
– Нет, Сашенька, ты еще слишком мал и ничего не понимаешь. Это я твой настоящий отец. Я! – он едва ли не бил себя в грудь, стараясь доказать ребенку, что он не врет.
– Мама, идем, не нужно разговаривать с посторонними! – Саша взял Ангелину за руку, сверля глазами незнакомца.
– Что? Да как ты разговариваешь со старшими? Тебя разве мама не научила уважению? – закричал Артем, напугав ребенка.
Саша спрятался за мамину юбку.
– Закрой рот! И не смей орать на моего сына. – терпению Ангелины пришел конец. – Света, забери детей. Дай мне поговорить с этим «жаждущим познакомиться».
Артем не сдавался. Он опустился на колени и слезно умолял Сашу выслушать его:
– Сашенька, мой мальчик, я всегда тебя любил… Это твоя мама не разрешала мне видеться с тобой… Она бросила меня и забрала тебя…
– Прекрати! – Ангелина обняла сына, угрожающе смотря в глаза бывшему мужу. – Чего ты хочешь добиться? Силой заставить ребенка любить тебя? Ты ему никто. Никто! Понимаешь? Твой поезд ушел. Не лезь в нашу жизнь. Живи своей.
– Нет, ты ошибаешься. Никогда не поздно исправлять ошибки. Я хочу знать своего сына, и хочу, чтобы он знал, кто его настоящий отец.
– Эта мысль тебе пришла в голову только сегодня? А о чем ты думал все эти годы?
– Ты думаешь, я никогда не вспоминал о вас?
– Можешь и дальше вспоминать, сколько тебе заблагорассудится. Только не мешай нам жить спокойно. Будь мужчиной, не устраивай спектаклей. Уйди.
Саша стоял молча, слушая, о чем говорят старшие. Даже если бы он и хотел что-то возразить, то ему не удалось бы вставить и слова.
– Прекратите оба. На вас уже смотрят люди. Ваши крики привлекают слишком много внимания, – Светлана одернула Сашу и вместе с Максимом повела в сторону кафе, оставив Ангелину наедине с бывшим мужем.
– Почему ты такая жестокая? – Артем немного смягчился, умоляюще призывая к состраданию. – У меня больше нет детей. Саша единственный. А ты не разрешаешь нам даже поговорить?
– Ты знаешь наш адрес? Знаешь. Почему не приезжал? Слишком далеко живешь? Нет. Не было времени, денег, не хотелось? А? Что молчишь? Ты помнишь, когда у Саши день рожденья? Почему же ты даже законные алименты не платишь, не говоря уже о подарках? А я тебе отвечу. Потому что у меня есть муж, который заменил моему сыну отца. Так? Зачем же тебе лишний раз беспокоиться, еще и деньги на него тратить? Есть второй папа. Он растил Сашу, воспитывал, водил и забирал из садика, потом из школы. Он научил его играть в футбол и кататься на велосипеде. Он, а не ты, вставал по ночам и поправлял одеяльце на его кроватке, когда Саша был маленький. Он любит его как родного. И Саша тоже любит его. Он его единственный настоящий отец, а не ты.
– Но в нем течет моя кровь. Он мой!
– Артем, быть отцом, это то же самое, что уметь играть на пианино. Не иметь пианино, а быть пианистом! А ты свое пианино вручил другому человеку, который умело играет сонеты, неизвестные для таких как ты.
Разговор зашел в тупик. Артем все еще пытался что-то доказать, но лишь зря потратил время. Переубедить Ангелину в своем искреннем желании общаться с сыном ему так и не удалось. Он ушел и больше не появлялся. Ангелине же потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя.
Стресс она снимала белым десертным вином массандровского винного завода.
Саша задал всего одни вопрос: «Мама, это был твой первый муж?». На что Ангелина положительно кивнула головой, а вслух сказала, что настоящие родители – это те люди, которые тебя вырастили и воспитали.
Остаток дня прошел для Ангелины в мыслях о прошлом. Воспоминания об Артеме она гнала прочь, о Леониде невольно задумывалась, а к Петру испытывала благодарность. И чувство долга к этому мужчине, заменившему отца для ее сына, не позволяло Ангелине идти на поводу у страсти и противоречивых желаний, разгорающихся в ее душе со скоростью пожара в сухом лесу. Соблазн поддаться влечению был велик, но Ангелина твердо решила, что будет сопротивляться изо всех сил, лишь бы ее совесть оставалась чиста. Она не послушалась советов подружки и не написала Лёне новое письмо, не позвонила и не пригласила прогуляться по набережной. Она решила не ломать ни свою, ни чужую жизнь, думая только о своем сыне.

Мальчик без отца

Саша не знал своего биологического отца. Но от него не скрывали, что мама Ангелина и папа Петя познакомились, когда Саша уже был. Взрослый человек, конечно, догадался бы, что к чему. Но Саше тогда едва исполнилось два годика, он еще сосал соску и даже не ходил в детский сад. Совсем маленький. Иногда Ангелина брала его с собой на прогулку, когда к ней приходил Петя. Но Саша не помнил того времени и не знал, когда именно у него появился папа. Впервые он назвал Петю папой, когда уже ходил в ясли.
Однажды, когда Ангелина пришла забирать сына домой, детки сидели в раздевалке на маленьких скамеечках, и один мальчик спросил у Саши «А почему за тобой никогда не приходит папа? У тебя, что нет папы?» Саша вопросительно посмотрел маме в глаза, не зная, что ответить. У Ангелины сердце сжалось от боли из-за настолько серьезных детских вопросов и жалости к своему сыну, лишенному отцовской заботы и внимания.
В то время Петя и Ангелина только встречались, хоть и практически ежедневно. И поскольку Петя был единственным мужчиной, которого можно было бы принять за папу, Саша подумал, что Петя наверно и есть тот, кто почему-то никогда не забирает его из садика. И в тот же вечер, доедая манку, он сказал «Я выросту большой, как папа Петя». Ангелина не стала возражать сыну, позволив так думать, а Петя, у которого ни жены, ни детей не было, с радостью стал Саше папой. Он покупал ему конфеты, игрушки, все то, что Саша не получал от родного отца.
Артем после развода с Ангелиной приезжал всего несколько раз, при встречах любил играть роль жертвы. Последним его подарком сыну были две футболочки и пара носков, не считая пакетика конфет весом в двести грамм. Артем по натуре был жадным и расчетливым, а еще и двуличным лгуном, слушающим во всем свою мать.
Когда Петя переехал к Ангелине, Артем перестал выплачивать алименты, рассчитался с работы, но время от времени звонил, присылал смс-ки, но не всегда тактичные, иногда даже пошлого характера. Как-то он назначил Ангелине встречу, при этом его сообщение было написано нецензурными словами. Первым это прочитал Петя. У него не было привычки проверять телефон Ангелины, но в тот день он пришел после работы выпивший, и любопытство одержало верх. Прочитав хамское обращение к своей любимой девушке, он взбесился, быстро накинул куртку и помчался на площадь. Ангелина и Саша следом. Но остановить Петю не удалось. Он сходу набросился на Артема, и началась драка.
Разнять двух мужчин задача не из легких. Ангелина и не думала вставать между ними, но все же пыталась утихомирить Петю. Артем в отличие от Пети был боксером (как и Лёня), к тому же молодым, и главное трезвым. И так уж случилось, что Петя упал, повредив себе ногу. Скорую помощь вызывать запретил, хотя на ногу и наступить не мог, в поликлинику обратиться не захотел, и пришлось Ангелине вести его домой…
После этого случая прошло более пяти лет. Артем больше не приезжал, а Петя с тех пор жил с постоянной болью в коленке. Временами он даже похрамывал, говоря «крутит ногу на погоду». Такой он Петя – «Жофрей» для Ангелины, ставший единственным папой для Саши.
Когда Саша пошел в первый класс, он знал свое полное имя-отчество – Александр Артемович Майданский, а также, что маминого первого мужа звали Майданский Артем, а его папу зовут Ковалевский Петр Борисович. Саша знал, что родился, до знакомства мамы и папы Пети. Но своим папой он считал только папу Петю, другого папы просто не существовало. Майданский Артем был только бывший муж мамы, и все.
Ангелина никогда не рассказывала сыну подробностей о своем первом замужестве, для нее Саша был все еще маленьким мальчиком, которого нужно было оберегать от болезненной правды, способной ранить чувствительное детское сердце. Но Саша понимал, что возможно при других обстоятельствах, он называл бы папой не Петю. Но вопрос отцовства для него не стоял в принципе, у него был папа Петя, и другого папы ему и не нужно было.

Лебединая верность

День выдался изнуряющим. После экскурсии в Ливадию Ангелина, Светлана и дети отправились в дельфинарий, затем катались на аттракционах, а вечером смотрели «Шрека» в 3Д формате. Ночью дети, как в первую ночь на отдыхе, спали «без задних ног», Светка опять пошла на свиданье с Джаном и снова пришла в полвторого счастливая до безумия. Ангелина допоздна разговаривала по телефону с мужем. Об экскурсиях, море, о кошке, танчиках и доме. Голос Пети по-прежнему оставался родным и, если бы не расстояние Ялта – Енакиево, Ангелина бы с нежностью обняла его и с легкостью заснула, ощущая его тепло и любовь.
Следующий день прошел без эксцессов в Воронцовском дворце и парке на территории Алупки. Они до позднего вечера гуляли по извилистым дорожкам, любуясь достопримечательностями «Верхнего» и «Нижнего» парков. Особое впечатление на Ангелину произвели три озера с прозрачной чистейшей водой: Форельное, Зеркальное и Лебединое. Белый одинокий лебедь невольно наталкивал на мысли о верности. Ангелина вспоминала Лёню и мысленно приказывала себе не думать о нем. Проходило время, и мысли бумерангом возвращались. Ангелина злилась на себя, но потом успокаивалась – думать о Лёне было приятно. Она мечтала, фантазировала, представляла то, что могло бы произойти. Столько слов у нее вертелось на языке, хотелось хоть один раз высказаться, излить душу.
Экскурсия закончилась посещением Львиной террасы, примыкающей к южной стороне Воронцовского дворца. Три пары львов: спящие, пробуждающиеся и бодрствующие были своего рода мраморной изюминкой. Но не о скульптурах думала Ангелина. Она была поражена историей экскурсовода о том, что Пушкин (Александр Сергеевич) и жена графа Воронцова – Елизавета были любовниками. И что тогда говорить о современных нормах морали, если женщины испокон веков изменяли даже таким влиятельным и богатым мужчинам, как граф Михаил Семёнович Воронцов (генерал-фельдмаршал, генерал-адъютант, герой войны 1812 года)?
Светлана, как графиня Воронцова, тоже всегда пользовалась успехом у мужчин, и своим счастливым видом все больше и больше подталкивала Ангелину к размышлениям о своем будущем. Быть или не быть? Стоит ли возобновлять отношения с Лёней или оставаться верной женой своему мужу до конца своих дней?
Вечером, когда за Светланой пришел Джан, и она будто бабочка полетела вместе с ним порхать по набережной, Ангелина в который раз решила перечитать письмо Лёни. К ее приятному удивлению в списке непрочитанных писем среди рассылок спама было еще одно сообщение от ее адвоката. Коротенькое:

Привет, мой ангелочек! Мне не спится, потому что мысли о тебе сводят меня с ума… Может, дашь мне свой номер телефона? Обещаю звонить только в рабочее время.

«Он тоже думает обо мне!» – радовалась Ангелина, чувствуя себя влюбленной семнадцатилетней студенткой. Но на письмо она намеренно не ответила, желая заставить Лёню ждать ее ответа и думать, думать, думать только о ней!
Прошло еще три дня. И Ангелина, и Леня проводили отпуск практически одинаково – посещали дворцы, музеи, парки, катались на теплоходе, на лошадях, поднимались на вершину Ай-Петри. Но их пути так ни разу и не пересеклись. Леонид считал ступеньки в Ласточкином Гнезде – Ангелина в Ливадии ругалась с бывшим мужем, Леонид в Ливадийском дворце гулял по итальянскому дворику – Ангелина в Алупке восхищалась надписью «И нет Бога кроме Аллаха», Леонид в Воронцовском парке любовался видом на горы – Ангелина по канатной дороге спускалась на пляж…

Соблазн

Светлана прожужжала Ангелине все уши разговорами обо всех прелестях курортных романов. И когда отпуск подходил к концу, а именно впереди оставалось всего 24 часа до отъезда, она все-таки уговорила Ангелину дать Лёне шанс и встретиться с ним на море, не дожидаясь дня, когда они все равно рано или поздно встретятся во время рабочих будней.
И Ангелина набрала его номер. Гудки, гудки, ожидание, ускоренный ритм сердца и наконец-то долгожданное «алло»:
– Лёня, привет, это Ангелина.
Пауза продлилась недолго:
– Ангелинка! – раздался радостный крик Лёни, – я думал уже не дождусь. Почему ты не ответила сразу? Ты не представляешь, что со мной творилось последние дни!
Ангелина залилась краской:
– И что же это такое с тобой творилось?! Ждал моего звонка?! – ей нелегко было скрывать волнение и радость слышать его голос.
– Ты еще спрашиваешь?! Конечно, ждал! Ведь у меня нет твоего номера телефона, и я не мог сам тебе позвонить…Точнее не было… Это ведь твой номер? Можно я его сохраню, и буду звонить тебе хоть иногда?
– Да, можно. Это мой номер. Только давай договоримся сразу – после 19:00 никаких звонков. У меня есть муж, у тебя жена – оставим вечера им. А в рабочее время – сколько угодно.
– Сколько угодно?! Договорились!
Ангелина не видела Лёню, но чувствовала, что он улыбается; вспоминала его игривый взгляд и лукавую улыбку.
– Как Черное море? Ты сейчас на пляже? – спросила она.
– Да! Иду по берегу, волны ударяются о камни… Слышишь, как оно шумит?
– Слышу! И вижу! Оно такое красивое, особенно сегодня – пенные волны… – она стояла по щиколотку в воде и увлеченно разговаривала по телефону.
– Как видишь? Ты тоже на море?
Ангелина уловила удивление и нотки радости:
– Да, на ялтинском пляже! Но завтра уже уезжаю.
– Завтра? Так быстро? Почему ты не позвонила раньше? Когда ты приехала? Я тоже был в Ялте.
– Я знаю, Светка… Помнишь ее? Она видела тебя с женой у фонтана. А я не звонила, потому что… потому что боюсь, что если мы встретимся, натворим глупостей.
– Смотря, что ты называешь глупостями. Так ты завтра уже уезжаешь? Жаль. А у меня еще три дня впереди. Ты с мужем приехала отдыхать?
– Нет, я со Светкой и детьми: мой Саша и ее Максим. А муж сейчас дома… А у меня еще осталось 24 часа до поезда.
– Значит, у нас совсем мало времени! Можно я тебя украду?!
– Что значит «украду»? – Ангелина все прекрасно понимала, но хотела слышать объяснения.
– А то и значит! Моя сегодня собирается «на встречу к звездам» – в Крымскую Астрофизическую обсерваторию в поселке Научное. Я с ней не поеду. Скажу, что хочу позагорать и покупаться, а сам приеду к тебе! На белом теплоходе! Будешь меня ждать на берегу?
– Да! Да…
Только ради этой встречи Ангелина и решилась набрать заученный номер.
– Надеюсь снова увидеть тебя в облегающем платье, а еще лучше без него, в откровенном купальнике… Ты очень красивая!
Ангелина залилась румянцем смущения:
– В котором часу тебя ждать?
– Я буду меньше чем через час! Ты разрешишь мне поцеловать тебя так, как раньше?!
– Как раньше уже не будет! Мы ведь никогда не целовались на море!
– Уверен, это будет еще приятнее!
– Посмотрим! В 11:00 я буду на причале. Целую в щечку. До встречи.
– Увидимся, мой ангелок. Цем. Но не в щечки, а прямиком в губки.

Романтическая прогулка

Со счастливой и довольной улыбкой Ангелина рассказала подружке о назначенном свидании. В итоге, Светлане пришлось взять на себя роль няни минимум на полдня, и вместе с детьми отправиться кататься на аттракционах.
Ангелина с трепетом в душе наблюдала за приближающимся теплоходом. Она стояла на причале, облокотившись о металлические перила, в розовом платье в мелкий цветочек и соломенной шляпке, прикрывающей лицо от палящего солнца. Распущенные длинные волосы развевал свежий ветер, на пухлых губах блестела увлажняющая помада, а большие выразительные глаза скрывались за солнцезащитными очками. С нетерпением, рассматривая почти одинаковых туристов, Ангелина искала среди толпы отдыхающих одного, того единственного, интерес к которому не угас даже по прошествии одиннадцати лет.
Когда Ангелина увидела знакомые черты, ноги будто налились свинцом и потяжелели так, что невозможно было сделать и шагу. Она сняла очки и пристально смотрела вперед, не спуская глаз с мужчины, чей рассеянный взгляд блуждал по лицам сотни других девушек и женщин.
Это и был ее Лёня! Высокий, отличающийся ото всех солидной фигурой и твердой уверенной походкой. Даже без строго костюма и галстука он производил впечатление серьезного офисного работника – адвоката. И не смотря на яркую оранжевую футболку, полосатые шорты и кепку, Лёня все равно не был тем семнадцатилетним студентом из прошлого, хоть все так же будоражил мысли Ангелины, как и много лет назад.
Когда Леонид подошел ближе, Ангелина помахала ему рукой. Их взгляды встретились. Оба счастливые они бросились друг другу навстречу. Смеясь, обнимались. Лёня кружил Ангелину в воздухе, вдыхая нежный аромат ее духов, шептал на ушко комплименты, прижимая крепко-крепко к груди. В тот момент Ангелина была на седьмом небе от счастья, все вокруг перестало иметь значение – только он, только они.
За разговорами о прошлом и о настоящем время пролетало незаметно. Вот и городской пляж плавно перетекал в безлюдные скалы, солнце опускалось ниже, а губы жаждали страстных поцелуев. Леонид нежно прикоснулся податливых приоткрытых губ. Его горячее дыхание обжигало кожу, возбуждало и сводило с ума. С каждой секундой поцелуи становились все более смелыми, страстными и настойчивыми. Сильные руки блуждали по стройному телу, так и не решаясь проскользнуть под платье. Точно так же, как и раньше.
В порыве страсти Леонид ненасытно целовал оголенные плечи, шею, оставлял влажные дорожки к мочке уха, покусывал и посасывал, пробуждая в душе Ангелины спящую развратницу, желающую только одного – любить и заниматься любовью. Леонид осторожно уложил ее прямо на камни, поглотившие дневное тепло. Языком и губами он ласкал приоткрытую часть груди, а проворные пальцы скользнули по бедрам.
«Остановись!» – вырвалось сквозь блаженный стон. Не смотря на дикую страсть, Ангелина нашла в себе силы противостоять искушению отдаться Леониду так скоро, так быстро. Она не была готова с легкостью лишиться самоуважения, перешагнув ту черту, название которой – супружеская верность. И как бы не велико было желание заглушить крики совести, Ангелина все же сопротивлялась страсти, как могла.
Но не хотеть Лёню было невозможно. Его поцелуи заводили, в его объятиях Ангелина чувствовала себя желанной женщиной. С мужем подобных ощущений она не испытывала давно. И поскольку истина познается в сравнении, Ангелина поняла, что не так страшна измена мужу, как отсутствие удовлетворенности в жизни. Но торопить события не стала, подумав, что лучше медленно насладиться процессом, чем быстро достичь результатов.
Их романтичное свидание продлилось около двух часов, но и этого времени хватило, чтобы каждый, закрывая глаза, вспоминал страстные поцелуи и надеялся на очередную встречу, отгоняя мысли о предательстве и неверности.

Отпуск подошел к концу – настало время возвращаться в Енакиево.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 14:10
Kristina_Iva-NovaДата: Воскресенье, 19.05.2013, 14:25 | Сообщение # 9
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline
Адвокатская контора

За массивной дверью с табличкой «Адвокат Журавлев Леонид Вячеславович» слышались мужские голоса. Уборщица баба Нюра домывала в коридоре пол, и время от времени к ее ушам доносились обрывки интригующих фраз. Она неоднократно улавливала упоминание одного и того же имени – Ангелина, и решила припасть ухом к двери, заинтересовавшись, о ком это идет разговор.
Пожилая одинокая женщина, какой была баба Нюра, любила подслушивать, и делала это с удовольствием, черпая из услышанного новые темы для размышлений. Ее и хлебом не корми, дай только почесать языком на лавочке у подъезда с такими же старушками – любительницами перемыть косточки всем кому не лень. А тут такое:
В своем небольшом офисе – комнатушке максимум 10 м; с одним единственным окном с видом на стоянку, развалившись в кресле, сидел Леонид. На нем была светло-бежевая рубашка с подвернутыми рукавами. Галстук лежал на столе, небрежно брошенный на кипу бумаг. Леонид не выпускал из рук простой карандаш. Все вертел его, вертел, не прекращая. На безымянном пальце от обручального кольца осталась только незагорелая полоска. Само кольцо еще совсем недавно было брошено в верхний ящик письменного стола и накрыто материалами о нераскрытом убийстве. Леонид внешне казался спокойным, но в его глазах отражалась усталость и тоска. На висках поблескивали седые волосы, а лицо оставалось по-прежнему молодым.
Напротив сидел Олег – друг Леонида, симпатичный светловолосый и голубоглазый парень в модных рваных джинсах и контрастной футболке с надписями большими черными буквами. Он зашел к Леониду без повода, просто находился рядом и решил заглянуть, поинтересоваться «Как оно? Ничего?». Но тема страстей и сексуальных желаний задержала его дольше, чем предполагалось.
– Так она тебе еще не дала! – Олег по-дружески смеялся над Леонидом. – И это тебе то – солидному дядьке с BMW?!
– Всему свое время, – уверенности Леонида не было предела. – На прошлой неделе она сидела на твоем месте. Мы пили чай и разговаривали ни о чем. Я и не настаивал на сексе. Она вела себе сдержанно, как ни странно, чему, признаюсь, удивился. Честно, я надеялся, что она проявит инициативу и сама раздвинет ноги. Нам бы здесь никто не помешал, можно было бы и расслабиться немножко. Ангелинка же строит из себя почему-то недотрогу, хоть и позволяет целовать и в губы, и шею, и ушки…
– Горячая штучка! – Олег сам залился слюной. – А ты еще говоришь «такая, как все»! Была б она такой, как все, ты бы о ней и не вспоминал. Почему-то еще ни одна девушка не завела тебя настолько, чтобы сниться тебе ночами?
Леонид оставался невозмутимым:
– Таких, как Ангелина, толпы ходят туда-сюда. Что в ней особенного? Платье из Интернет-магазина? Туфли на шпильке? Яркий макияж? Прическа? Она будто кукла! Красивая оболочка и только. А кто она на самом деле? Чего добилась? Ничего! Институт не закончила, рано выскочила замуж, родила сына, развелась, опять вышла замуж. Что дальше? Чего она хочет? Разнообразия? Любовника? Цветов, подарков, ужинов в ресторане? Состоятельного, умного и красивого? Такого, как я?.. О чем она думает – тайна, покрытая мраком.
– Зачем тебе знать, о чем она думает? Она хороша! И это факт. Мне бы не стыдно было пригласить ее и в «Кристалл», и в «Александрию», и денег я бы не пожалел заплатить за ужин при свечах! Ты же сам говорил, что она отлично училась, играла на пианино, придумывала сценарии для праздничных концертов. Ну и пусть не пишет она стихи, не умеет, как ты, рисовать карандашами пейзажи, – это еще не значит, что она безмозглая и с ней даже поговорить не найдется о чем.
– Олег, ты ее совсем не знаешь. Ангелина – избалованная, капризная девчонка, зацикленная на своей внешности, моде и косметике. О чем с ней разговаривать? Думаешь, она читала романы Оноре де Бальзака, Александра Дюмы, знает настоящее имя писательницы Жорж Санд, или может рассказать историю создания полотен Рафаэля, например, его Сикстинской Мадонны? Она была в Дрездене? Она вообще хоть раз была в музее? А в театре? А в церкви? В Ангелине нет ничего ангельского. Только имя. Она вызывающе одевается, ярко красится, выставляет себя напоказ. Ни капли скромности. Каждый встречный может любоваться ее прелестями. Разве такой должна быть настоящая женщина?
Олег озадаченно почесал подбородок. Он и сам не «уважал» классиков, был далек от живописи, но не считал это большим минусом. Что касается скромности, он ответил следующее:
– Лучшее украшение девушки – скромность и прозрачное платьице (Евгений Шварц)! Что толку, что твоя жена ходит в длинных юбках, скрывая ноги? Она замкнутая, забитая, закомплексованная. Вот как раз мужья таких скромниц и сохнут по вульгарным девицам!
– Не говори так о моей жене. Она по крайней мене умеет вкусно готовить и содержит дом в чистоте… и на нее не глазеют все, кому не лень.
– Хорошо, прости, но с чего ты взял, что Ангелина не умеет готовить и не содержит дом в чистоте? У нее взрослый сын. Второй муж с ней живет уже… Сколько лет? Кому-то повезло больше, чем тебе! О его жене мечтают другие, а ты спишь со своей, а снится тебе Ангелина!
– Ничего… настанет день, точнее ночь, когда он ляжет с ней спать, после того, как я ее поимею прямо на этом столе. И она сама ко мне придет за этим! – Леонид встал из-за стола, метко бросив карандаш в канцелярский стакан для ручек. – И посмотрим тогда, кому повезло больше: мне с моей «серой мышкой» или мужу Ангелины с ней – распущенной, вызывающей страсть и доступной не только ему.
Леонид подошел к окну, став спиной к Олегу. В его глазах светились искры гнева, лицо приняло злобный угрожающий вид. Леонид искал причины, ввергшие его в подобное состояние, и нашел только один ответ – ревность. Лишь на миг представляя Ангелину обнаженной на шелковых простынях, он терял над собой контроль. А представляя ее с мужем, который имеет возможность каждую ночь спать с ней на одной кровати, Леонид приходил в бешенство. Он старался не думать о ней хорошо. Искал изъяны, чтобы думать плохо. Старался забыть, чтобы не думать совсем. Но желание обладать этой женщиной вытесняло все другие мысли.
– Только не говори, что ты хочешь трахнуть Ангелину лишь бы доказать, что тебе больше повезло с женой, чем ее мужу? – вопрос Олега вывел Леонида из задумчивого состояния. – Это, по меньшей мере, не по-мужски. Одно дело поддаться страсти и крутить роман ради собственного наслаждения, чем ради желания досадить кому бы то ни было.
– Ее муж ничего не узнает, но я то буду знать о его рогах! – хитрая усмешка появилась на лице Леонида. – А Ангелину я просто хочу… Хочу до безумия! На столе, на диване, в машине, в лесу… И мне, если честно, все равно какие книги она читает, какую музыку слушает. Своей женственностью она меня заводит… Но я бы никогда не женился на такой женщине. Ангелина для меня может быть только любовницей – девочкой, снимающей усталость после напряженного дня. Игрушкой, – добавил Леонид, присаживаясь в кресло.
– Как по мне, так она для тебя не просто игрушка. Но ты не уверен ни в себе, ни в ней. Ты боишься, что это она тобой играет, а не наоборот, что она может использовать тебя – такого «умного, красивого, состоятельного». Ты считаешь ее недостойной твоей любви, ведь твое «люблю» нужно заслужить. Так? А за что Ангелине любить тебя, ты не задумывался? Достоин ли ты хоть капли ее любви? Может вам вместо поцелуйчиков взять и поговорить по душам, узнать друг друга поближе. Возможно, тебе откроется другая сторона Ангелины и ты, наконец, поймешь, что Ангелина не та девушка, которую можно только иметь на столе – она та, которую можно любить.
– Ты так говоришь, будто Ангелина и тебя очаровала?
– Да, очаровала! Я считаю ее очень и очень привлекательной! Она куколка! Но у нее не пластмассовое сердце, не деревянное и не каменное – она живая, эмоциональная, и с ней не соскучишься! Если бы я не знал о вашей страсти, то и сам бы подбивал к ней клинья. Так что, дружище, имей в виду – если ты считаешь Ангелину посредственностью, то есть люди, которые готовы назвать ее богиней! Да, да! Богиней!
– Я не сказал, что она посредственность. Ангелина, безусловно, далеко не дура…
– Так что тебе надо? Чтобы она защитила диссертацию по психологии, написала роман о любви, посвятила тебе поэму? Или ты всего-навсего боишься признаться самому себе, что по уши влюблен?
– Ничего я не боюсь. А что касается любви, это слишком серьезно и я не хочу это обсуждать ни с кем.
– А я, кажется, понимаю, к чему ты клонишь, наговаривая на Ангелину. Ты ищешь любые доводы лишь бы очернить ее, смешать с грязью, унизить. Почему не признаться самому себе, что эта девушка (женщина) значит для тебя слишком много? Зачем обвинять ее в распутстве только потому, что она выделяется из толпы? Быть желанной – это тоже умение. И далеко не каждая может умело подчеркнуть свои достоинства.
– Ты думаешь, красивые девушки и верные жены – два понятия, которые можно совместить?
– Ты же сказал, что Ангелина для тебя может быть максимум любовницей. При чем здесь жена? Ты же не собираешься на ней жениться? Ангелина давно замужем, а у тебя есть Люська. Или я чего-то недопонимаю?
– Я думаю, Ангелина изменяет мужу направо и налево. А я не хочу быть одним из числа ее любовников.
– Вот как ты заговорил? Хочешь быть единственным? Но в вашем случае это невозможно. Как минимум тебе придется целовать ее губы, после того, как ее целовал законный муж. Тебе придется делить Ангелину с ним, как и ей тебя – с твоей женой.
– Нет, ты не понимаешь. Ангелина работает в «Logistics Company», она в день обслуживает по 150-200 человек, из них обязательно найдутся те, кто будут рассказывать анекдоты, отвешивать комплименты, даже приглашать вечером прогуляться. Разве не так? Ты и сам не прочь с ней сходить в кафе, разве я не вижу…
– Да, я бы хотел с ней пообщаться. И знаешь, о чем бы мы говорили? О любовных романах! Я больше чем уверен, Ангелина читала и знаменитую «Даму с камелиями», и «Папашу Горио», и «Индиану». Она не пустышка! И ее мужу на самом деле повезло, больше чем тебе!
– Спорим, что это не так?! Он рогоносец. Даже если еще им не стал, то скоро станет! Я об этом позабочусь. Ангелина будет стонать подо мной, позволять ласкать интимные места и шептать в порыве страсти мое имя.
– Я тебя не узнаю, Лёнька. Ты с ума сошел?! Кому и что ты хочешь доказать?
– Ангелина будет моей! Мне надо было трахнуть ее еще в семнадцать лет, а я боялся чего-то. Но теперь мне уже нечего бояться. Единственное, что временами беспокоит – это совесть. Ведь я женился с твердой уверенностью, что не при каких обстоятельствах не позволю себе заинтересоваться другой.
– Но тут на сцену вышла Ангелина – красотка в облегающем платье, на каблуках, с длинными волосами и красной помадой на губах! Ну, что тебе сказать? Мой вердикт – ты влип! Вот только, что-то мне подсказывает, что Ангелина так просто тебе не даст, или вообще начнет игнорировать, а ты будешь бегать за ней, как за трамваем!
– Нет, я слишком умен, чтобы за кем-то бегать! Ни за Ангелиной! Ни за трамваем! Последнее вообще не в тему – у меня есть автомобиль. А что касается Ангелины, то не я, а она будет за мной бегать! Моей выдержки хватит, чтобы не звонить, не заходить к ней в офис. Она будет считать меня очень занятым, и как только я ее позову – примчится, как ветер!
– Хладнокровно.
– Называй, как хочешь. Я давно не маленький мальчик и смотрю на вещи не через розовые очки. Еще может лет пять назад, я бы так не говорил, а теперь все эти штучки про любовь не для меня. Моя жизнь итак полна «до не хочу» серьезностями. Имею я право хоть с кем-то быть легкомысленным?
– Вот смотрю на тебя, Лёнька, и удивляюсь. Как же изменила тебя жизнь? А ты не думал, что для Ангелины, возможно, ваши отношения значат больше, чем… для тебя. Что если для нее это не просто интрижка?
– Меня особо не волнует, что значат для Ангелины наши отношения. Важно ей это или неважно? Любит она своего мужа или не любит? Хочет меня или… Нет! Вот это как раз таки важно! Она хочет, я знаю…
Олег с серьезным выражением лица встал со стула:
– Мне пора.
– Идем, я тебе провожу.
Тем временем уборщица баба Нюра, как ошпаренная, отскочила от двери и продолжила домывать пол.


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:21
 
СообщениеАдвокатская контора

За массивной дверью с табличкой «Адвокат Журавлев Леонид Вячеславович» слышались мужские голоса. Уборщица баба Нюра домывала в коридоре пол, и время от времени к ее ушам доносились обрывки интригующих фраз. Она неоднократно улавливала упоминание одного и того же имени – Ангелина, и решила припасть ухом к двери, заинтересовавшись, о ком это идет разговор.
Пожилая одинокая женщина, какой была баба Нюра, любила подслушивать, и делала это с удовольствием, черпая из услышанного новые темы для размышлений. Ее и хлебом не корми, дай только почесать языком на лавочке у подъезда с такими же старушками – любительницами перемыть косточки всем кому не лень. А тут такое:
В своем небольшом офисе – комнатушке максимум 10 м; с одним единственным окном с видом на стоянку, развалившись в кресле, сидел Леонид. На нем была светло-бежевая рубашка с подвернутыми рукавами. Галстук лежал на столе, небрежно брошенный на кипу бумаг. Леонид не выпускал из рук простой карандаш. Все вертел его, вертел, не прекращая. На безымянном пальце от обручального кольца осталась только незагорелая полоска. Само кольцо еще совсем недавно было брошено в верхний ящик письменного стола и накрыто материалами о нераскрытом убийстве. Леонид внешне казался спокойным, но в его глазах отражалась усталость и тоска. На висках поблескивали седые волосы, а лицо оставалось по-прежнему молодым.
Напротив сидел Олег – друг Леонида, симпатичный светловолосый и голубоглазый парень в модных рваных джинсах и контрастной футболке с надписями большими черными буквами. Он зашел к Леониду без повода, просто находился рядом и решил заглянуть, поинтересоваться «Как оно? Ничего?». Но тема страстей и сексуальных желаний задержала его дольше, чем предполагалось.
– Так она тебе еще не дала! – Олег по-дружески смеялся над Леонидом. – И это тебе то – солидному дядьке с BMW?!
– Всему свое время, – уверенности Леонида не было предела. – На прошлой неделе она сидела на твоем месте. Мы пили чай и разговаривали ни о чем. Я и не настаивал на сексе. Она вела себе сдержанно, как ни странно, чему, признаюсь, удивился. Честно, я надеялся, что она проявит инициативу и сама раздвинет ноги. Нам бы здесь никто не помешал, можно было бы и расслабиться немножко. Ангелинка же строит из себя почему-то недотрогу, хоть и позволяет целовать и в губы, и шею, и ушки…
– Горячая штучка! – Олег сам залился слюной. – А ты еще говоришь «такая, как все»! Была б она такой, как все, ты бы о ней и не вспоминал. Почему-то еще ни одна девушка не завела тебя настолько, чтобы сниться тебе ночами?
Леонид оставался невозмутимым:
– Таких, как Ангелина, толпы ходят туда-сюда. Что в ней особенного? Платье из Интернет-магазина? Туфли на шпильке? Яркий макияж? Прическа? Она будто кукла! Красивая оболочка и только. А кто она на самом деле? Чего добилась? Ничего! Институт не закончила, рано выскочила замуж, родила сына, развелась, опять вышла замуж. Что дальше? Чего она хочет? Разнообразия? Любовника? Цветов, подарков, ужинов в ресторане? Состоятельного, умного и красивого? Такого, как я?.. О чем она думает – тайна, покрытая мраком.
– Зачем тебе знать, о чем она думает? Она хороша! И это факт. Мне бы не стыдно было пригласить ее и в «Кристалл», и в «Александрию», и денег я бы не пожалел заплатить за ужин при свечах! Ты же сам говорил, что она отлично училась, играла на пианино, придумывала сценарии для праздничных концертов. Ну и пусть не пишет она стихи, не умеет, как ты, рисовать карандашами пейзажи, – это еще не значит, что она безмозглая и с ней даже поговорить не найдется о чем.
– Олег, ты ее совсем не знаешь. Ангелина – избалованная, капризная девчонка, зацикленная на своей внешности, моде и косметике. О чем с ней разговаривать? Думаешь, она читала романы Оноре де Бальзака, Александра Дюмы, знает настоящее имя писательницы Жорж Санд, или может рассказать историю создания полотен Рафаэля, например, его Сикстинской Мадонны? Она была в Дрездене? Она вообще хоть раз была в музее? А в театре? А в церкви? В Ангелине нет ничего ангельского. Только имя. Она вызывающе одевается, ярко красится, выставляет себя напоказ. Ни капли скромности. Каждый встречный может любоваться ее прелестями. Разве такой должна быть настоящая женщина?
Олег озадаченно почесал подбородок. Он и сам не «уважал» классиков, был далек от живописи, но не считал это большим минусом. Что касается скромности, он ответил следующее:
– Лучшее украшение девушки – скромность и прозрачное платьице (Евгений Шварц)! Что толку, что твоя жена ходит в длинных юбках, скрывая ноги? Она замкнутая, забитая, закомплексованная. Вот как раз мужья таких скромниц и сохнут по вульгарным девицам!
– Не говори так о моей жене. Она по крайней мене умеет вкусно готовить и содержит дом в чистоте… и на нее не глазеют все, кому не лень.
– Хорошо, прости, но с чего ты взял, что Ангелина не умеет готовить и не содержит дом в чистоте? У нее взрослый сын. Второй муж с ней живет уже… Сколько лет? Кому-то повезло больше, чем тебе! О его жене мечтают другие, а ты спишь со своей, а снится тебе Ангелина!
– Ничего… настанет день, точнее ночь, когда он ляжет с ней спать, после того, как я ее поимею прямо на этом столе. И она сама ко мне придет за этим! – Леонид встал из-за стола, метко бросив карандаш в канцелярский стакан для ручек. – И посмотрим тогда, кому повезло больше: мне с моей «серой мышкой» или мужу Ангелины с ней – распущенной, вызывающей страсть и доступной не только ему.
Леонид подошел к окну, став спиной к Олегу. В его глазах светились искры гнева, лицо приняло злобный угрожающий вид. Леонид искал причины, ввергшие его в подобное состояние, и нашел только один ответ – ревность. Лишь на миг представляя Ангелину обнаженной на шелковых простынях, он терял над собой контроль. А представляя ее с мужем, который имеет возможность каждую ночь спать с ней на одной кровати, Леонид приходил в бешенство. Он старался не думать о ней хорошо. Искал изъяны, чтобы думать плохо. Старался забыть, чтобы не думать совсем. Но желание обладать этой женщиной вытесняло все другие мысли.
– Только не говори, что ты хочешь трахнуть Ангелину лишь бы доказать, что тебе больше повезло с женой, чем ее мужу? – вопрос Олега вывел Леонида из задумчивого состояния. – Это, по меньшей мере, не по-мужски. Одно дело поддаться страсти и крутить роман ради собственного наслаждения, чем ради желания досадить кому бы то ни было.
– Ее муж ничего не узнает, но я то буду знать о его рогах! – хитрая усмешка появилась на лице Леонида. – А Ангелину я просто хочу… Хочу до безумия! На столе, на диване, в машине, в лесу… И мне, если честно, все равно какие книги она читает, какую музыку слушает. Своей женственностью она меня заводит… Но я бы никогда не женился на такой женщине. Ангелина для меня может быть только любовницей – девочкой, снимающей усталость после напряженного дня. Игрушкой, – добавил Леонид, присаживаясь в кресло.
– Как по мне, так она для тебя не просто игрушка. Но ты не уверен ни в себе, ни в ней. Ты боишься, что это она тобой играет, а не наоборот, что она может использовать тебя – такого «умного, красивого, состоятельного». Ты считаешь ее недостойной твоей любви, ведь твое «люблю» нужно заслужить. Так? А за что Ангелине любить тебя, ты не задумывался? Достоин ли ты хоть капли ее любви? Может вам вместо поцелуйчиков взять и поговорить по душам, узнать друг друга поближе. Возможно, тебе откроется другая сторона Ангелины и ты, наконец, поймешь, что Ангелина не та девушка, которую можно только иметь на столе – она та, которую можно любить.
– Ты так говоришь, будто Ангелина и тебя очаровала?
– Да, очаровала! Я считаю ее очень и очень привлекательной! Она куколка! Но у нее не пластмассовое сердце, не деревянное и не каменное – она живая, эмоциональная, и с ней не соскучишься! Если бы я не знал о вашей страсти, то и сам бы подбивал к ней клинья. Так что, дружище, имей в виду – если ты считаешь Ангелину посредственностью, то есть люди, которые готовы назвать ее богиней! Да, да! Богиней!
– Я не сказал, что она посредственность. Ангелина, безусловно, далеко не дура…
– Так что тебе надо? Чтобы она защитила диссертацию по психологии, написала роман о любви, посвятила тебе поэму? Или ты всего-навсего боишься признаться самому себе, что по уши влюблен?
– Ничего я не боюсь. А что касается любви, это слишком серьезно и я не хочу это обсуждать ни с кем.
– А я, кажется, понимаю, к чему ты клонишь, наговаривая на Ангелину. Ты ищешь любые доводы лишь бы очернить ее, смешать с грязью, унизить. Почему не признаться самому себе, что эта девушка (женщина) значит для тебя слишком много? Зачем обвинять ее в распутстве только потому, что она выделяется из толпы? Быть желанной – это тоже умение. И далеко не каждая может умело подчеркнуть свои достоинства.
– Ты думаешь, красивые девушки и верные жены – два понятия, которые можно совместить?
– Ты же сказал, что Ангелина для тебя может быть максимум любовницей. При чем здесь жена? Ты же не собираешься на ней жениться? Ангелина давно замужем, а у тебя есть Люська. Или я чего-то недопонимаю?
– Я думаю, Ангелина изменяет мужу направо и налево. А я не хочу быть одним из числа ее любовников.
– Вот как ты заговорил? Хочешь быть единственным? Но в вашем случае это невозможно. Как минимум тебе придется целовать ее губы, после того, как ее целовал законный муж. Тебе придется делить Ангелину с ним, как и ей тебя – с твоей женой.
– Нет, ты не понимаешь. Ангелина работает в «Logistics Company», она в день обслуживает по 150-200 человек, из них обязательно найдутся те, кто будут рассказывать анекдоты, отвешивать комплименты, даже приглашать вечером прогуляться. Разве не так? Ты и сам не прочь с ней сходить в кафе, разве я не вижу…
– Да, я бы хотел с ней пообщаться. И знаешь, о чем бы мы говорили? О любовных романах! Я больше чем уверен, Ангелина читала и знаменитую «Даму с камелиями», и «Папашу Горио», и «Индиану». Она не пустышка! И ее мужу на самом деле повезло, больше чем тебе!
– Спорим, что это не так?! Он рогоносец. Даже если еще им не стал, то скоро станет! Я об этом позабочусь. Ангелина будет стонать подо мной, позволять ласкать интимные места и шептать в порыве страсти мое имя.
– Я тебя не узнаю, Лёнька. Ты с ума сошел?! Кому и что ты хочешь доказать?
– Ангелина будет моей! Мне надо было трахнуть ее еще в семнадцать лет, а я боялся чего-то. Но теперь мне уже нечего бояться. Единственное, что временами беспокоит – это совесть. Ведь я женился с твердой уверенностью, что не при каких обстоятельствах не позволю себе заинтересоваться другой.
– Но тут на сцену вышла Ангелина – красотка в облегающем платье, на каблуках, с длинными волосами и красной помадой на губах! Ну, что тебе сказать? Мой вердикт – ты влип! Вот только, что-то мне подсказывает, что Ангелина так просто тебе не даст, или вообще начнет игнорировать, а ты будешь бегать за ней, как за трамваем!
– Нет, я слишком умен, чтобы за кем-то бегать! Ни за Ангелиной! Ни за трамваем! Последнее вообще не в тему – у меня есть автомобиль. А что касается Ангелины, то не я, а она будет за мной бегать! Моей выдержки хватит, чтобы не звонить, не заходить к ней в офис. Она будет считать меня очень занятым, и как только я ее позову – примчится, как ветер!
– Хладнокровно.
– Называй, как хочешь. Я давно не маленький мальчик и смотрю на вещи не через розовые очки. Еще может лет пять назад, я бы так не говорил, а теперь все эти штучки про любовь не для меня. Моя жизнь итак полна «до не хочу» серьезностями. Имею я право хоть с кем-то быть легкомысленным?
– Вот смотрю на тебя, Лёнька, и удивляюсь. Как же изменила тебя жизнь? А ты не думал, что для Ангелины, возможно, ваши отношения значат больше, чем… для тебя. Что если для нее это не просто интрижка?
– Меня особо не волнует, что значат для Ангелины наши отношения. Важно ей это или неважно? Любит она своего мужа или не любит? Хочет меня или… Нет! Вот это как раз таки важно! Она хочет, я знаю…
Олег с серьезным выражением лица встал со стула:
– Мне пора.
– Идем, я тебе провожу.
Тем временем уборщица баба Нюра, как ошпаренная, отскочила от двери и продолжила домывать пол.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 14:25
СообщениеАдвокатская контора

За массивной дверью с табличкой «Адвокат Журавлев Леонид Вячеславович» слышались мужские голоса. Уборщица баба Нюра домывала в коридоре пол, и время от времени к ее ушам доносились обрывки интригующих фраз. Она неоднократно улавливала упоминание одного и того же имени – Ангелина, и решила припасть ухом к двери, заинтересовавшись, о ком это идет разговор.
Пожилая одинокая женщина, какой была баба Нюра, любила подслушивать, и делала это с удовольствием, черпая из услышанного новые темы для размышлений. Ее и хлебом не корми, дай только почесать языком на лавочке у подъезда с такими же старушками – любительницами перемыть косточки всем кому не лень. А тут такое:
В своем небольшом офисе – комнатушке максимум 10 м; с одним единственным окном с видом на стоянку, развалившись в кресле, сидел Леонид. На нем была светло-бежевая рубашка с подвернутыми рукавами. Галстук лежал на столе, небрежно брошенный на кипу бумаг. Леонид не выпускал из рук простой карандаш. Все вертел его, вертел, не прекращая. На безымянном пальце от обручального кольца осталась только незагорелая полоска. Само кольцо еще совсем недавно было брошено в верхний ящик письменного стола и накрыто материалами о нераскрытом убийстве. Леонид внешне казался спокойным, но в его глазах отражалась усталость и тоска. На висках поблескивали седые волосы, а лицо оставалось по-прежнему молодым.
Напротив сидел Олег – друг Леонида, симпатичный светловолосый и голубоглазый парень в модных рваных джинсах и контрастной футболке с надписями большими черными буквами. Он зашел к Леониду без повода, просто находился рядом и решил заглянуть, поинтересоваться «Как оно? Ничего?». Но тема страстей и сексуальных желаний задержала его дольше, чем предполагалось.
– Так она тебе еще не дала! – Олег по-дружески смеялся над Леонидом. – И это тебе то – солидному дядьке с BMW?!
– Всему свое время, – уверенности Леонида не было предела. – На прошлой неделе она сидела на твоем месте. Мы пили чай и разговаривали ни о чем. Я и не настаивал на сексе. Она вела себе сдержанно, как ни странно, чему, признаюсь, удивился. Честно, я надеялся, что она проявит инициативу и сама раздвинет ноги. Нам бы здесь никто не помешал, можно было бы и расслабиться немножко. Ангелинка же строит из себя почему-то недотрогу, хоть и позволяет целовать и в губы, и шею, и ушки…
– Горячая штучка! – Олег сам залился слюной. – А ты еще говоришь «такая, как все»! Была б она такой, как все, ты бы о ней и не вспоминал. Почему-то еще ни одна девушка не завела тебя настолько, чтобы сниться тебе ночами?
Леонид оставался невозмутимым:
– Таких, как Ангелина, толпы ходят туда-сюда. Что в ней особенного? Платье из Интернет-магазина? Туфли на шпильке? Яркий макияж? Прическа? Она будто кукла! Красивая оболочка и только. А кто она на самом деле? Чего добилась? Ничего! Институт не закончила, рано выскочила замуж, родила сына, развелась, опять вышла замуж. Что дальше? Чего она хочет? Разнообразия? Любовника? Цветов, подарков, ужинов в ресторане? Состоятельного, умного и красивого? Такого, как я?.. О чем она думает – тайна, покрытая мраком.
– Зачем тебе знать, о чем она думает? Она хороша! И это факт. Мне бы не стыдно было пригласить ее и в «Кристалл», и в «Александрию», и денег я бы не пожалел заплатить за ужин при свечах! Ты же сам говорил, что она отлично училась, играла на пианино, придумывала сценарии для праздничных концертов. Ну и пусть не пишет она стихи, не умеет, как ты, рисовать карандашами пейзажи, – это еще не значит, что она безмозглая и с ней даже поговорить не найдется о чем.
– Олег, ты ее совсем не знаешь. Ангелина – избалованная, капризная девчонка, зацикленная на своей внешности, моде и косметике. О чем с ней разговаривать? Думаешь, она читала романы Оноре де Бальзака, Александра Дюмы, знает настоящее имя писательницы Жорж Санд, или может рассказать историю создания полотен Рафаэля, например, его Сикстинской Мадонны? Она была в Дрездене? Она вообще хоть раз была в музее? А в театре? А в церкви? В Ангелине нет ничего ангельского. Только имя. Она вызывающе одевается, ярко красится, выставляет себя напоказ. Ни капли скромности. Каждый встречный может любоваться ее прелестями. Разве такой должна быть настоящая женщина?
Олег озадаченно почесал подбородок. Он и сам не «уважал» классиков, был далек от живописи, но не считал это большим минусом. Что касается скромности, он ответил следующее:
– Лучшее украшение девушки – скромность и прозрачное платьице (Евгений Шварц)! Что толку, что твоя жена ходит в длинных юбках, скрывая ноги? Она замкнутая, забитая, закомплексованная. Вот как раз мужья таких скромниц и сохнут по вульгарным девицам!
– Не говори так о моей жене. Она по крайней мене умеет вкусно готовить и содержит дом в чистоте… и на нее не глазеют все, кому не лень.
– Хорошо, прости, но с чего ты взял, что Ангелина не умеет готовить и не содержит дом в чистоте? У нее взрослый сын. Второй муж с ней живет уже… Сколько лет? Кому-то повезло больше, чем тебе! О его жене мечтают другие, а ты спишь со своей, а снится тебе Ангелина!
– Ничего… настанет день, точнее ночь, когда он ляжет с ней спать, после того, как я ее поимею прямо на этом столе. И она сама ко мне придет за этим! – Леонид встал из-за стола, метко бросив карандаш в канцелярский стакан для ручек. – И посмотрим тогда, кому повезло больше: мне с моей «серой мышкой» или мужу Ангелины с ней – распущенной, вызывающей страсть и доступной не только ему.
Леонид подошел к окну, став спиной к Олегу. В его глазах светились искры гнева, лицо приняло злобный угрожающий вид. Леонид искал причины, ввергшие его в подобное состояние, и нашел только один ответ – ревность. Лишь на миг представляя Ангелину обнаженной на шелковых простынях, он терял над собой контроль. А представляя ее с мужем, который имеет возможность каждую ночь спать с ней на одной кровати, Леонид приходил в бешенство. Он старался не думать о ней хорошо. Искал изъяны, чтобы думать плохо. Старался забыть, чтобы не думать совсем. Но желание обладать этой женщиной вытесняло все другие мысли.
– Только не говори, что ты хочешь трахнуть Ангелину лишь бы доказать, что тебе больше повезло с женой, чем ее мужу? – вопрос Олега вывел Леонида из задумчивого состояния. – Это, по меньшей мере, не по-мужски. Одно дело поддаться страсти и крутить роман ради собственного наслаждения, чем ради желания досадить кому бы то ни было.
– Ее муж ничего не узнает, но я то буду знать о его рогах! – хитрая усмешка появилась на лице Леонида. – А Ангелину я просто хочу… Хочу до безумия! На столе, на диване, в машине, в лесу… И мне, если честно, все равно какие книги она читает, какую музыку слушает. Своей женственностью она меня заводит… Но я бы никогда не женился на такой женщине. Ангелина для меня может быть только любовницей – девочкой, снимающей усталость после напряженного дня. Игрушкой, – добавил Леонид, присаживаясь в кресло.
– Как по мне, так она для тебя не просто игрушка. Но ты не уверен ни в себе, ни в ней. Ты боишься, что это она тобой играет, а не наоборот, что она может использовать тебя – такого «умного, красивого, состоятельного». Ты считаешь ее недостойной твоей любви, ведь твое «люблю» нужно заслужить. Так? А за что Ангелине любить тебя, ты не задумывался? Достоин ли ты хоть капли ее любви? Может вам вместо поцелуйчиков взять и поговорить по душам, узнать друг друга поближе. Возможно, тебе откроется другая сторона Ангелины и ты, наконец, поймешь, что Ангелина не та девушка, которую можно только иметь на столе – она та, которую можно любить.
– Ты так говоришь, будто Ангелина и тебя очаровала?
– Да, очаровала! Я считаю ее очень и очень привлекательной! Она куколка! Но у нее не пластмассовое сердце, не деревянное и не каменное – она живая, эмоциональная, и с ней не соскучишься! Если бы я не знал о вашей страсти, то и сам бы подбивал к ней клинья. Так что, дружище, имей в виду – если ты считаешь Ангелину посредственностью, то есть люди, которые готовы назвать ее богиней! Да, да! Богиней!
– Я не сказал, что она посредственность. Ангелина, безусловно, далеко не дура…
– Так что тебе надо? Чтобы она защитила диссертацию по психологии, написала роман о любви, посвятила тебе поэму? Или ты всего-навсего боишься признаться самому себе, что по уши влюблен?
– Ничего я не боюсь. А что касается любви, это слишком серьезно и я не хочу это обсуждать ни с кем.
– А я, кажется, понимаю, к чему ты клонишь, наговаривая на Ангелину. Ты ищешь любые доводы лишь бы очернить ее, смешать с грязью, унизить. Почему не признаться самому себе, что эта девушка (женщина) значит для тебя слишком много? Зачем обвинять ее в распутстве только потому, что она выделяется из толпы? Быть желанной – это тоже умение. И далеко не каждая может умело подчеркнуть свои достоинства.
– Ты думаешь, красивые девушки и верные жены – два понятия, которые можно совместить?
– Ты же сказал, что Ангелина для тебя может быть максимум любовницей. При чем здесь жена? Ты же не собираешься на ней жениться? Ангелина давно замужем, а у тебя есть Люська. Или я чего-то недопонимаю?
– Я думаю, Ангелина изменяет мужу направо и налево. А я не хочу быть одним из числа ее любовников.
– Вот как ты заговорил? Хочешь быть единственным? Но в вашем случае это невозможно. Как минимум тебе придется целовать ее губы, после того, как ее целовал законный муж. Тебе придется делить Ангелину с ним, как и ей тебя – с твоей женой.
– Нет, ты не понимаешь. Ангелина работает в «Logistics Company», она в день обслуживает по 150-200 человек, из них обязательно найдутся те, кто будут рассказывать анекдоты, отвешивать комплименты, даже приглашать вечером прогуляться. Разве не так? Ты и сам не прочь с ней сходить в кафе, разве я не вижу…
– Да, я бы хотел с ней пообщаться. И знаешь, о чем бы мы говорили? О любовных романах! Я больше чем уверен, Ангелина читала и знаменитую «Даму с камелиями», и «Папашу Горио», и «Индиану». Она не пустышка! И ее мужу на самом деле повезло, больше чем тебе!
– Спорим, что это не так?! Он рогоносец. Даже если еще им не стал, то скоро станет! Я об этом позабочусь. Ангелина будет стонать подо мной, позволять ласкать интимные места и шептать в порыве страсти мое имя.
– Я тебя не узнаю, Лёнька. Ты с ума сошел?! Кому и что ты хочешь доказать?
– Ангелина будет моей! Мне надо было трахнуть ее еще в семнадцать лет, а я боялся чего-то. Но теперь мне уже нечего бояться. Единственное, что временами беспокоит – это совесть. Ведь я женился с твердой уверенностью, что не при каких обстоятельствах не позволю себе заинтересоваться другой.
– Но тут на сцену вышла Ангелина – красотка в облегающем платье, на каблуках, с длинными волосами и красной помадой на губах! Ну, что тебе сказать? Мой вердикт – ты влип! Вот только, что-то мне подсказывает, что Ангелина так просто тебе не даст, или вообще начнет игнорировать, а ты будешь бегать за ней, как за трамваем!
– Нет, я слишком умен, чтобы за кем-то бегать! Ни за Ангелиной! Ни за трамваем! Последнее вообще не в тему – у меня есть автомобиль. А что касается Ангелины, то не я, а она будет за мной бегать! Моей выдержки хватит, чтобы не звонить, не заходить к ней в офис. Она будет считать меня очень занятым, и как только я ее позову – примчится, как ветер!
– Хладнокровно.
– Называй, как хочешь. Я давно не маленький мальчик и смотрю на вещи не через розовые очки. Еще может лет пять назад, я бы так не говорил, а теперь все эти штучки про любовь не для меня. Моя жизнь итак полна «до не хочу» серьезностями. Имею я право хоть с кем-то быть легкомысленным?
– Вот смотрю на тебя, Лёнька, и удивляюсь. Как же изменила тебя жизнь? А ты не думал, что для Ангелины, возможно, ваши отношения значат больше, чем… для тебя. Что если для нее это не просто интрижка?
– Меня особо не волнует, что значат для Ангелины наши отношения. Важно ей это или неважно? Любит она своего мужа или не любит? Хочет меня или… Нет! Вот это как раз таки важно! Она хочет, я знаю…
Олег с серьезным выражением лица встал со стула:
– Мне пора.
– Идем, я тебе провожу.
Тем временем уборщица баба Нюра, как ошпаренная, отскочила от двери и продолжила домывать пол.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 14:25
Kristina_Iva-NovaДата: Воскресенье, 19.05.2013, 14:52 | Сообщение # 10
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline
Заниматься спортом – модно

Леонид и Олег спустились по лестнице, и вышли во двор.
За зданием Юстиции была бесплатная стоянка, как и за офисом «Logistics Company» (эти два здания разделяли только два ларька – хлебобулочный и газетный). За стоянкой начинался школьный двор, огражденный белыми плитами европейского забора. Как и в любой школе, была за забором и спортивная площадка с турниками, брусьями, рукоходами, лабиринтами и футбольным полем.
После того, как Жигули Олега скрылась за поворотом, Леонид собирался вернуться в офис, но его внимание привлек женский смех, доносившийся со стороны школы. Леонид обернулся, а, заметив две стройные фигурки в красных рубашках, и вовсе развернулся лицом к спортивной площадке.
Девушки подтягивались на турнике. Для Леонида эта картина показалась заманчивой, и он продолжал наблюдать, что же будет дальше. А дальше были отжимания на брусьях, на ура преодоленный рукоход и два круга вокруг футбольного поля. Леонид задумался на мгновение: «Хорошенькие!» И тут его осенило – там была его Ангелина! В корпоративной форме, коротенькой юбке и балетках вместо босоножек на высоком каблуке. Если бы он не видел своими глазами, то никому бы ни за что не поверил, что Ангелина занимается спортом.
Леонид, забыв о своем твердом намерении «не бегать» за Ангелиной, чуть ли не вприпрыжку побежал к ней. Неосознанно, инстинктивно, не давая себе отчета.
В ту же минуту на горизонте, откуда не возьмись, появились еще двое в красных рубашках – сам руководитель «Logistics Company» Серж Рябинович и молодой неопытный, но не по годам развитый – Влад Погреб. Эти два спортсмена с улыбками до ушей вплотную подошли к Ангелине и ко второй девушке – Инне.
– Девчонки! Йоу! – смеясь, Серж Рябинович обнял девушек. – «Невменяемые операторы», как насчет гробика на турнике?! – и тут же запрыгнул на перекладину, и давай вытворять все, что умет.
Леонид в оцепенении застыл на месте. Желание подойти к Ангелине улетучилось так же быстро, как и появилось. Он резко развернулся, и так и ушел незамеченным. Но ему вполне хватило времени, чтобы рассмотреть двух коллег Ангелины и составить о них личное мнение – самцы, готовые перед самками из кожи вон лезть, лишь бы произвести впечатление. С сумбурными мыслями Леонид вернулся в свой кабинет. А на школьной площадке все еще смеялись и дурачились на турниках.

Коллеги

Серж Рябинович, принявший по эстафете должность руководителя енакиевским отделением «Logistics Company», был на пару лет старше Ангелины. Высокий, в меру упитанный с пивным животиком, по праздникам надевал строгий серый костюм и галстук, а обычно носил одни и те же брюки и пару рубашек посменно. Любил выпить. Особенно ночью после зарплаты и аванса. Как-то даже проспал, и в результате – 27 звонков на горячую линию с вопросами «А почему в Енакиево не работает офис «Logistics Company»? Серж никогда не был женат, детей нет, но зато везде есть «девочки, которые приголубят и обогреют»: и в соседней парикмахерской, и в аптеке, и во дворце культуры, и в мебельном магазине, и даже на заводе – машинистка подъемного крана! Не было у него связей только в юстиции, горисполкоме и на своем рабочем месте, а так почти по всему городу успел отметиться.
В коллективе царил дух единства – братья и сестры, коллеги по несчастью или просто одна большая дружная семья. Но не без эротических фантазий, конечно. Серж Рябинович умел «перевоспитывать» людей – любого скромного и порядочного приемщика мог за считанные дни сделать пошлым и бестактным.
Влад Погреб – исключительно «произведение искусства» Сержа Рябиновича. Устроился на работу совсем недавно. Пришел тихим, молчаливым мальчиком. Да, да! Именно мальчиком! Совершеннолетие он отмечал на складе «Logistics Company». Но и месяца не прошло, как Влад перенял у руководителя все шуточки сексуального характера, манеру общаться и приставать к операторам с любыми нетактичными вопросами. Например, он мог спокойно подойти к Инне, взять листок бумаги и во время обслуживания клиентов написать что-то типа «Какие на тебе трусики?» или «Сделаешь мне эротический массаж?», а когда в клиентской зоне не было посторонних, он кидался с объятиями на всех операторов, кроме Стаса и Оли. И Ангелина входила в чисто тех, о ком он мог позволить себе сказать «Классные полушария!», имея в виду округлые ягодицы, но помимо этого он мог сказать и другое. Типа, «старушка Ангелина, вы меня юнца с ума свели своею красотою!» Между ними была пропасть в 11 лет.
Влад имел спортивную фигуру, профессионально занимался боксом, ходил по вечерам в качалку, бегал, в общем, вел здоровый образ жизни. Не пил, не курил. Жил с родителями, встречался с девушкой.
Ангелина видела в нем отражение своего прошлого – он напоминал ей Лёню. Молодой боксер, у которого все еще впереди.
После разминки компания вернулась к рабочему процессу: создание, закрытие товаротранспортных накладных, переадресации, довозы, ведомости сканирования, выгрузка, загрузка, передача смены… А в половине пятого, как по заказу, пошел дождь – ливень с грозой и молнией. Лучшей причины закрыть отделение на технический перерыв и не найдешь! Не пришлось выключать свет, и отмечать первый юбилей компании на складе при включенном фонаре.

«Logistics Company» 18 июля исполнился 1 год. Еще утром были развешены воздушные шары, холодильник забит бутылками с коньяком, вином, колой и закусками. Сотрудники с нетерпением ждали вечера, когда основная масса народа пройдет и появится возможность отдохнуть всем коллективом под гитару и коньячок. И летний дождь был как нельзя кстати.
Ангелина до работы в «Logistics Company» коньяк не пила, но работа с людьми внесла свои коррективы. Временами нужно было снимать стресс, когда ни турник, ни пианино не помогали. Да и компания имела большое значение: совсем не пить – быть белой вороной.
Коктейли быстро сделали свое дело. Ангелина веселилась от души, танцевала, подпевала под гитару, смеялась, будто могла переключать мысли, как волны на радио. И никто и не догадывался и понятия не имел, что за веселостью Ангелины скрывается печаль, с которой она не расстается и носит в себе, как напоминание об ошибках.
К концу рабочего дня, когда веселье было еще в самом разгаре, гитара ходила по рукам и песни цепляли за душу «дворовыми» мотивами, Ангелина собиралась уходить. Припудрила носик, расчесала волосы, сменила офисную рубашку на розовый пиджачок с рюшками и попрощалась с коллективом. Инна не хотела отпускать Ангелину, как и всякий раз, когда она спешила поскорее покинуть серые стены и убежать на остановку, чтобы вовремя вернуться домой, в то время как не все еще было выпито.

Инну все сотрудники называли «главный наливай-ка». Она любила снять стресс вермутом или весело поболтать за бокалом пива. Такой Инну сделала работа в «Logistics Company». Но для клиентов Инночка всегда была милашкой: вежливая, культурная, доброжелательная, скажет и «Здравствуйте!», и «До свиданья», и «Носите на здоровье!» Не каждому дано уметь играть, но не сцене, а за офисным столом. Часто, угождая, иной раз психам, пришедшим лишь с одной целью поругаться, тяжело сдержать эмоции. А если и обласкаешь клиента нецензурной бранью, но только мысленно, кивая головой и соглашаясь с его точкой зрения, а вслух и интонацией не выдашь своего мнения, то выход негативу все равно необходимо дать. И Инна с легкостью прощалась с накопленным раздражением к людям в кругу коллег, которые так же, как и она, порой ненавидели подобных себе – людей по ту сторону стола. – Занудных, заторможенных, агрессивных. А больше всего операторы не любили хамов, мужчин, давно потерявших свое лицо и забывших, что значит быть мужчиной, а не называться им только потому, что время от времени приходиться брить усы и бороду.
Ангелина все-таки выскользнула из крепких объятий Инны, ненамеренной никого отпускать до полного опустошения бутылок со спиртным:
– Нет, и еще раз нет! Меня ждут дома! – Ангелина взяла сумочку, поцеловала на прощанье девочек… и дверь за ней закрылась.

Неугомонные

Вечернее солнце отражалось в зеркальных лужах. Дождь прекратился, и полнеба украсила радуга, широко раскинувшись над площадью. В воздухе пахло свежестью, и Ангелина, как девочка, радовалась прошедшему дождю, мокрым тротуарам, высокому небу над головой и холодным капелькам, падающим с зеленых листьев городских берез.
Неожиданно сбоку раздался сигнал машины. На дороге между газетным и хлебным ларьком стояла темно-зеленая BMW (Bayerisch Motoren Werke). Ангелина насторожилась, так как не любила, когда ей сигналят, и тем более предлагают подвезти. Обычно она и не смотрела в сторону водителя, давая тем самым ему понять, что предпочитает ходить пешком. Но тогда она оглянулась.
За рулем сидел Лёня. Его соблазнительный взгляд сковал Ангелину по рукам и ногам. Она замерла в оцепенении на несколько секунд, не решаясь сдвинуться с места.
– Привет, Ангелок! – его бархатный голос взволновал Ангелину еще больше. – Ну, что, красавица, поехали кататься?!
Леонид вышел из машины. Они оба молчали. Говорили только глаза. Ангелина читала в его глазах то, что хотела прочесть, верила тому, во что хотела верить, придумывала то, на что и намека не было. Но сам факт, что Лёня ждал ее, имел для Ангелины большое значение. Это означало, что он думает о ней, возможно так же, как и она о нем.
– Привет, – Ангелина не скрывала счастливую улыбку. Взгляд сразу загорелся. Сердце трепетно забарабанило. – Ты кого-то ждешь?
– Тебя! Тебя, мой ангел, ждал годами, и ждать готов тебя всегда!
Как же женщины любят ушами. Слепо. Доверчиво. Наивно. И Ангелина одна из тех наивных и романтичных особ, для которых чувства играли главную роль в жизни. Любовь – оправдание всему. Но разве можно верить мужской лести? И вообще стоит ли верить мужчинам, которые не говорят всерьез о любви, а только подражают шекспировскому Ромео, не задумываясь, что своими играми могут сделать очень больно?
Ангелина смутилась:
– А как же женушка твоя? Не ждет?
– Пусть ждет. Поехали, не волнуйся – Леонид взял Ангелину за руку, приблизив вплотную к себе, и учуял тонкие нотки коньяка. – Ты пила? А что сегодня какой-то праздник?
– Год как офис «Logistics Company» открылся в Енакиево!
Их губы были близко-близко. И в тот момент оба думали о поцелуях, но ни возраст, ни семейное положение не позволяло вести себя как раскрепощенные студенты, которым все равно, что о них подумают окружающие. Нужно было соблюдать осторожность.
Ангелина решила, что не стоит отказываться и ничего плохого не случится, если она позволит себе хоть ненадолго плыть по течению, не сопротивляться, не накручивать себя мыслями о предательстве и пойти на поводу у страсти. Рядом с Леонидом она будто оживала, и это возвышенное состояние ей нравилось. Она не могла с уверенностью сказать любит ли она Леонида по-настоящему или только придумала себе эту любовь, но Ангелина точно знала, что любит то состояние, в котором она пребывает благодаря Леониду.
И она согласилась сесть в его машину. Но исключительно на заднее сидение, чтобы на всякий случай оградить себя от чужих взглядов.

В опустевшем дворике

По закоулочкам Лёня привез Ангелину в пустынный двор, где не было ни души. Лишь несколько автомобилей и пустой стол под перекошенным навесом. Вечерело. Леонид заглушил мотор и присоединился к Ангелине на заднее сидение. Он смотрел на нее хитрым проницательным взглядом, как хищник смотрит на добычу. Она игриво улыбалась, робко сложив кисти рук на краю короткой юбки. Леонид взял ее маленькую ручку в свои большие сильные ладони и стал целовать каждый пальчик, посасывая и облизывая, не произнося ни единого слова. Его дыхание становилось прерывистым. Поцелуи поднимались вверх по руке, оставляя влажные розовеющие следы на нежной коже. Его правая рука вмиг легла на талию, а пальцы левой руки осторожно коснулись гладенькой коленки, губы ласкали шею и жадно искали ответной страсти.
Ангелина возбуждала Леонида как ни одна женщина. Ему хотелось сорвать с нее одежду и, опустив прелюдии, приступить к самому главному – слиянию двух тел в порыве одной страсти. Но он намеренно медлил, сдерживался, продлевая удовольствие, и испытывая невероятное наслаждение от предвкушения близости. Губы сливались в волнительных поцелуях. Ангелина была нежна и отвечала с трепетом на каждую ласку. Ее пальчики гуляли по спине Леонида, иногда она страстно его пощипывала, сжимала, потом поглаживала и запускала руки в волосы. Взъерошивала, массировала. Прижималась всем телом, обжигая своим дыханьем. Учащенно дышала от настойчивых ласк и, выгибалась дугой, позволяя вновь и вновь целовать шею и мочки ушей. Серьги соскочили вниз. Вскоре был сброшен модный пиджачок. Лёня плавно опустил бретельки кружевного бюстгальтера, осыпая поцелуями шелковистую кожу груди. Его рука уже нащупала трусики, как вдруг Ангелина резко отстранилась и попросила отвести ее домой.
Но Лёня уже не мог прекратить это сумасшествие. Он был так близок, что не хотел останавливаться на полпути. Ангелина сводила его с ума. Леонид называл ее искусительницей и не выпускал из крепких объятий, все еще рассчитывая на свою победу.
– Остановись! – умоляя, произнесла Ангелина, не поднимая ресниц.
– Но ты ведь хочешь меня не меньше моего…
– Лёня, я так не могу… Не в машине… Не здесь. Не сейчас…А если кто-то увидит…
– Поехали в отель? Хочешь? – Леонид обеими ладонями поглаживал Ангелину по щекам, касаясь губ. – Я хочу тебя.
– Одного твоего «хочу» мало, – Ангелина поправила бретельки и набросила пиджачок, прикрывая свои прелести. – Ты больше ничего не хочешь мне сказать?
– А разве я сказал мало? Что ты хочешь от меня услышать? – Леонид изменился в лице, став опять серьезным и чужим.
– Ничего…
Ангелина могла признаться лишь себе, что хочет слышать от него «люблю» вместо «хочу». Всего одно «люблю», без которого она считала секс невозможным. Для Ангелины секс был частью любви. А тех, которые занимаются сексом налево и направо, только потому, что «хотят» она считала животными и не хотела стать одной из них.
– Ты хочешь услышать «я тебя люблю», глупышка? Да? Я не хочу тебя обманывать, Ангелинка. Ты замечательная. Правда! Но любовь – это такое чувство, о котором я не хочу говорить с женщинами. Ни с кем. Даже с женой. А тем более с тобой. Кто ты такая, чтобы я тебя любил? – Леонид даже не подумал, какую боль могут причинить его слова.
– Кто я такая? – Ангелина растерялась. – Я, пожалуй, пойду.
Она быстро застегнула три пуговички, схватила сумочку и хлопнула дверью.
Леонид выскочил за ней, осознав ошибку и проклиная себя за длинный язык. Он пожалел, что не сказал «люблю» – ведь это только слово, всего-то слово из пяти букв, которое могло бы сыграть решающую роль не только на заднем сидении, но и в дальнейшем. Что ему стоило «навешать лапши на уши», как делают другие мужчины со своими любовницами? Но Леонид боялся сам поверить в сказанное им «люблю». Легче было не любить, не думать, не привязываться, потому что в противном случае пришлось бы вносить коррективы в налаженную жизнь, а Леонид был противником перемен.
– Постой, я не хотел тебя обидеть, – кричал он вдогонку.
Его сильные руки опять обвили Ангелину за талию. Она сопротивлялась и била его ладошками по груди, стараясь высвободиться из его плена.
– Оставь меня в покое. Слышишь? Если я не достойна твоей любви, не смей больше приближаться ко мне, не обнимай, не целуй, не играй со мной. Я не кукла, не игрушка. У меня не железное сердце и не деревянное. А ты делаешь мне больно…
– Прости…
Его губы с еще большей страстью впились в нежную шею. Он жадно вдыхал аромат волос, растрепанных пронизывающим ветром, обнимал стройное тело, не расслабляя стальной хватки, боясь, что Ангелина снова ускользнет от него. Леонид забыл, что они стоят на улице, в опустевшем дворике с сотнями чужих окон, и только когда на одном из балконов появилась старушка в халате и бигуди, он очнулся от наваждения и опустил руки.
– Давай я отвезу тебе домой. Можно? – ласковый шепот смягчил тревожное состояние Ангелины. Она пребывала в недоумении, в замешательстве, чувствовала себя наивной семнадцатилетней девочкой, потерявшей над собой контроль из-за необузданной страсти и желания. Но ей хотелось любви – искренней, чистой и светлой, а главное взаимной. Ангелина свое влечение к Леониду воспринимала как любовь, тем самым мысленно оправдывая свои аморальные поступки перед мужем. Но от одной только мысли, что дикая страсть и любовь не одно и то же, приходила в ужас.
– Домой? Нет. Довези меня к автобусной остановке. Нас не должны видеть вместе, – Ангелина посмотрела в глаза Леониду, пытаясь понять, о чем он думает. Порой ей хотелось уметь читать чужие мысли, и тогда был именно такой момент. Но чужая душа потемки, и о чувствах Леонида она знала только одно – он хочет ее тела, взрыва эмоций, фейерверка вместо скучных будней, монотонных вечеров и холодных ночей со своей законной женой.
Леонид одобрительно кивнул головой, и вскоре они, не проронив ни слова, ехали по главной улице города. Ангелина молча уставилась в лобовое стекло. Дождь смыл с деревьев черную пыль, и Енакиево зазеленело в лучах багряного солнца. Вдали виднелись купола церкви, приближался перекресток, светофоры, прохожие, спешащие по зебре: кто-то с работы или на работу, а кто-то более счастливый на гульки или свидания.


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:22
 
СообщениеЗаниматься спортом – модно

Леонид и Олег спустились по лестнице, и вышли во двор.
За зданием Юстиции была бесплатная стоянка, как и за офисом «Logistics Company» (эти два здания разделяли только два ларька – хлебобулочный и газетный). За стоянкой начинался школьный двор, огражденный белыми плитами европейского забора. Как и в любой школе, была за забором и спортивная площадка с турниками, брусьями, рукоходами, лабиринтами и футбольным полем.
После того, как Жигули Олега скрылась за поворотом, Леонид собирался вернуться в офис, но его внимание привлек женский смех, доносившийся со стороны школы. Леонид обернулся, а, заметив две стройные фигурки в красных рубашках, и вовсе развернулся лицом к спортивной площадке.
Девушки подтягивались на турнике. Для Леонида эта картина показалась заманчивой, и он продолжал наблюдать, что же будет дальше. А дальше были отжимания на брусьях, на ура преодоленный рукоход и два круга вокруг футбольного поля. Леонид задумался на мгновение: «Хорошенькие!» И тут его осенило – там была его Ангелина! В корпоративной форме, коротенькой юбке и балетках вместо босоножек на высоком каблуке. Если бы он не видел своими глазами, то никому бы ни за что не поверил, что Ангелина занимается спортом.
Леонид, забыв о своем твердом намерении «не бегать» за Ангелиной, чуть ли не вприпрыжку побежал к ней. Неосознанно, инстинктивно, не давая себе отчета.
В ту же минуту на горизонте, откуда не возьмись, появились еще двое в красных рубашках – сам руководитель «Logistics Company» Серж Рябинович и молодой неопытный, но не по годам развитый – Влад Погреб. Эти два спортсмена с улыбками до ушей вплотную подошли к Ангелине и ко второй девушке – Инне.
– Девчонки! Йоу! – смеясь, Серж Рябинович обнял девушек. – «Невменяемые операторы», как насчет гробика на турнике?! – и тут же запрыгнул на перекладину, и давай вытворять все, что умет.
Леонид в оцепенении застыл на месте. Желание подойти к Ангелине улетучилось так же быстро, как и появилось. Он резко развернулся, и так и ушел незамеченным. Но ему вполне хватило времени, чтобы рассмотреть двух коллег Ангелины и составить о них личное мнение – самцы, готовые перед самками из кожи вон лезть, лишь бы произвести впечатление. С сумбурными мыслями Леонид вернулся в свой кабинет. А на школьной площадке все еще смеялись и дурачились на турниках.

Коллеги

Серж Рябинович, принявший по эстафете должность руководителя енакиевским отделением «Logistics Company», был на пару лет старше Ангелины. Высокий, в меру упитанный с пивным животиком, по праздникам надевал строгий серый костюм и галстук, а обычно носил одни и те же брюки и пару рубашек посменно. Любил выпить. Особенно ночью после зарплаты и аванса. Как-то даже проспал, и в результате – 27 звонков на горячую линию с вопросами «А почему в Енакиево не работает офис «Logistics Company»? Серж никогда не был женат, детей нет, но зато везде есть «девочки, которые приголубят и обогреют»: и в соседней парикмахерской, и в аптеке, и во дворце культуры, и в мебельном магазине, и даже на заводе – машинистка подъемного крана! Не было у него связей только в юстиции, горисполкоме и на своем рабочем месте, а так почти по всему городу успел отметиться.
В коллективе царил дух единства – братья и сестры, коллеги по несчастью или просто одна большая дружная семья. Но не без эротических фантазий, конечно. Серж Рябинович умел «перевоспитывать» людей – любого скромного и порядочного приемщика мог за считанные дни сделать пошлым и бестактным.
Влад Погреб – исключительно «произведение искусства» Сержа Рябиновича. Устроился на работу совсем недавно. Пришел тихим, молчаливым мальчиком. Да, да! Именно мальчиком! Совершеннолетие он отмечал на складе «Logistics Company». Но и месяца не прошло, как Влад перенял у руководителя все шуточки сексуального характера, манеру общаться и приставать к операторам с любыми нетактичными вопросами. Например, он мог спокойно подойти к Инне, взять листок бумаги и во время обслуживания клиентов написать что-то типа «Какие на тебе трусики?» или «Сделаешь мне эротический массаж?», а когда в клиентской зоне не было посторонних, он кидался с объятиями на всех операторов, кроме Стаса и Оли. И Ангелина входила в чисто тех, о ком он мог позволить себе сказать «Классные полушария!», имея в виду округлые ягодицы, но помимо этого он мог сказать и другое. Типа, «старушка Ангелина, вы меня юнца с ума свели своею красотою!» Между ними была пропасть в 11 лет.
Влад имел спортивную фигуру, профессионально занимался боксом, ходил по вечерам в качалку, бегал, в общем, вел здоровый образ жизни. Не пил, не курил. Жил с родителями, встречался с девушкой.
Ангелина видела в нем отражение своего прошлого – он напоминал ей Лёню. Молодой боксер, у которого все еще впереди.
После разминки компания вернулась к рабочему процессу: создание, закрытие товаротранспортных накладных, переадресации, довозы, ведомости сканирования, выгрузка, загрузка, передача смены… А в половине пятого, как по заказу, пошел дождь – ливень с грозой и молнией. Лучшей причины закрыть отделение на технический перерыв и не найдешь! Не пришлось выключать свет, и отмечать первый юбилей компании на складе при включенном фонаре.

«Logistics Company» 18 июля исполнился 1 год. Еще утром были развешены воздушные шары, холодильник забит бутылками с коньяком, вином, колой и закусками. Сотрудники с нетерпением ждали вечера, когда основная масса народа пройдет и появится возможность отдохнуть всем коллективом под гитару и коньячок. И летний дождь был как нельзя кстати.
Ангелина до работы в «Logistics Company» коньяк не пила, но работа с людьми внесла свои коррективы. Временами нужно было снимать стресс, когда ни турник, ни пианино не помогали. Да и компания имела большое значение: совсем не пить – быть белой вороной.
Коктейли быстро сделали свое дело. Ангелина веселилась от души, танцевала, подпевала под гитару, смеялась, будто могла переключать мысли, как волны на радио. И никто и не догадывался и понятия не имел, что за веселостью Ангелины скрывается печаль, с которой она не расстается и носит в себе, как напоминание об ошибках.
К концу рабочего дня, когда веселье было еще в самом разгаре, гитара ходила по рукам и песни цепляли за душу «дворовыми» мотивами, Ангелина собиралась уходить. Припудрила носик, расчесала волосы, сменила офисную рубашку на розовый пиджачок с рюшками и попрощалась с коллективом. Инна не хотела отпускать Ангелину, как и всякий раз, когда она спешила поскорее покинуть серые стены и убежать на остановку, чтобы вовремя вернуться домой, в то время как не все еще было выпито.

Инну все сотрудники называли «главный наливай-ка». Она любила снять стресс вермутом или весело поболтать за бокалом пива. Такой Инну сделала работа в «Logistics Company». Но для клиентов Инночка всегда была милашкой: вежливая, культурная, доброжелательная, скажет и «Здравствуйте!», и «До свиданья», и «Носите на здоровье!» Не каждому дано уметь играть, но не сцене, а за офисным столом. Часто, угождая, иной раз психам, пришедшим лишь с одной целью поругаться, тяжело сдержать эмоции. А если и обласкаешь клиента нецензурной бранью, но только мысленно, кивая головой и соглашаясь с его точкой зрения, а вслух и интонацией не выдашь своего мнения, то выход негативу все равно необходимо дать. И Инна с легкостью прощалась с накопленным раздражением к людям в кругу коллег, которые так же, как и она, порой ненавидели подобных себе – людей по ту сторону стола. – Занудных, заторможенных, агрессивных. А больше всего операторы не любили хамов, мужчин, давно потерявших свое лицо и забывших, что значит быть мужчиной, а не называться им только потому, что время от времени приходиться брить усы и бороду.
Ангелина все-таки выскользнула из крепких объятий Инны, ненамеренной никого отпускать до полного опустошения бутылок со спиртным:
– Нет, и еще раз нет! Меня ждут дома! – Ангелина взяла сумочку, поцеловала на прощанье девочек… и дверь за ней закрылась.

Неугомонные

Вечернее солнце отражалось в зеркальных лужах. Дождь прекратился, и полнеба украсила радуга, широко раскинувшись над площадью. В воздухе пахло свежестью, и Ангелина, как девочка, радовалась прошедшему дождю, мокрым тротуарам, высокому небу над головой и холодным капелькам, падающим с зеленых листьев городских берез.
Неожиданно сбоку раздался сигнал машины. На дороге между газетным и хлебным ларьком стояла темно-зеленая BMW (Bayerisch Motoren Werke). Ангелина насторожилась, так как не любила, когда ей сигналят, и тем более предлагают подвезти. Обычно она и не смотрела в сторону водителя, давая тем самым ему понять, что предпочитает ходить пешком. Но тогда она оглянулась.
За рулем сидел Лёня. Его соблазнительный взгляд сковал Ангелину по рукам и ногам. Она замерла в оцепенении на несколько секунд, не решаясь сдвинуться с места.
– Привет, Ангелок! – его бархатный голос взволновал Ангелину еще больше. – Ну, что, красавица, поехали кататься?!
Леонид вышел из машины. Они оба молчали. Говорили только глаза. Ангелина читала в его глазах то, что хотела прочесть, верила тому, во что хотела верить, придумывала то, на что и намека не было. Но сам факт, что Лёня ждал ее, имел для Ангелины большое значение. Это означало, что он думает о ней, возможно так же, как и она о нем.
– Привет, – Ангелина не скрывала счастливую улыбку. Взгляд сразу загорелся. Сердце трепетно забарабанило. – Ты кого-то ждешь?
– Тебя! Тебя, мой ангел, ждал годами, и ждать готов тебя всегда!
Как же женщины любят ушами. Слепо. Доверчиво. Наивно. И Ангелина одна из тех наивных и романтичных особ, для которых чувства играли главную роль в жизни. Любовь – оправдание всему. Но разве можно верить мужской лести? И вообще стоит ли верить мужчинам, которые не говорят всерьез о любви, а только подражают шекспировскому Ромео, не задумываясь, что своими играми могут сделать очень больно?
Ангелина смутилась:
– А как же женушка твоя? Не ждет?
– Пусть ждет. Поехали, не волнуйся – Леонид взял Ангелину за руку, приблизив вплотную к себе, и учуял тонкие нотки коньяка. – Ты пила? А что сегодня какой-то праздник?
– Год как офис «Logistics Company» открылся в Енакиево!
Их губы были близко-близко. И в тот момент оба думали о поцелуях, но ни возраст, ни семейное положение не позволяло вести себя как раскрепощенные студенты, которым все равно, что о них подумают окружающие. Нужно было соблюдать осторожность.
Ангелина решила, что не стоит отказываться и ничего плохого не случится, если она позволит себе хоть ненадолго плыть по течению, не сопротивляться, не накручивать себя мыслями о предательстве и пойти на поводу у страсти. Рядом с Леонидом она будто оживала, и это возвышенное состояние ей нравилось. Она не могла с уверенностью сказать любит ли она Леонида по-настоящему или только придумала себе эту любовь, но Ангелина точно знала, что любит то состояние, в котором она пребывает благодаря Леониду.
И она согласилась сесть в его машину. Но исключительно на заднее сидение, чтобы на всякий случай оградить себя от чужих взглядов.

В опустевшем дворике

По закоулочкам Лёня привез Ангелину в пустынный двор, где не было ни души. Лишь несколько автомобилей и пустой стол под перекошенным навесом. Вечерело. Леонид заглушил мотор и присоединился к Ангелине на заднее сидение. Он смотрел на нее хитрым проницательным взглядом, как хищник смотрит на добычу. Она игриво улыбалась, робко сложив кисти рук на краю короткой юбки. Леонид взял ее маленькую ручку в свои большие сильные ладони и стал целовать каждый пальчик, посасывая и облизывая, не произнося ни единого слова. Его дыхание становилось прерывистым. Поцелуи поднимались вверх по руке, оставляя влажные розовеющие следы на нежной коже. Его правая рука вмиг легла на талию, а пальцы левой руки осторожно коснулись гладенькой коленки, губы ласкали шею и жадно искали ответной страсти.
Ангелина возбуждала Леонида как ни одна женщина. Ему хотелось сорвать с нее одежду и, опустив прелюдии, приступить к самому главному – слиянию двух тел в порыве одной страсти. Но он намеренно медлил, сдерживался, продлевая удовольствие, и испытывая невероятное наслаждение от предвкушения близости. Губы сливались в волнительных поцелуях. Ангелина была нежна и отвечала с трепетом на каждую ласку. Ее пальчики гуляли по спине Леонида, иногда она страстно его пощипывала, сжимала, потом поглаживала и запускала руки в волосы. Взъерошивала, массировала. Прижималась всем телом, обжигая своим дыханьем. Учащенно дышала от настойчивых ласк и, выгибалась дугой, позволяя вновь и вновь целовать шею и мочки ушей. Серьги соскочили вниз. Вскоре был сброшен модный пиджачок. Лёня плавно опустил бретельки кружевного бюстгальтера, осыпая поцелуями шелковистую кожу груди. Его рука уже нащупала трусики, как вдруг Ангелина резко отстранилась и попросила отвести ее домой.
Но Лёня уже не мог прекратить это сумасшествие. Он был так близок, что не хотел останавливаться на полпути. Ангелина сводила его с ума. Леонид называл ее искусительницей и не выпускал из крепких объятий, все еще рассчитывая на свою победу.
– Остановись! – умоляя, произнесла Ангелина, не поднимая ресниц.
– Но ты ведь хочешь меня не меньше моего…
– Лёня, я так не могу… Не в машине… Не здесь. Не сейчас…А если кто-то увидит…
– Поехали в отель? Хочешь? – Леонид обеими ладонями поглаживал Ангелину по щекам, касаясь губ. – Я хочу тебя.
– Одного твоего «хочу» мало, – Ангелина поправила бретельки и набросила пиджачок, прикрывая свои прелести. – Ты больше ничего не хочешь мне сказать?
– А разве я сказал мало? Что ты хочешь от меня услышать? – Леонид изменился в лице, став опять серьезным и чужим.
– Ничего…
Ангелина могла признаться лишь себе, что хочет слышать от него «люблю» вместо «хочу». Всего одно «люблю», без которого она считала секс невозможным. Для Ангелины секс был частью любви. А тех, которые занимаются сексом налево и направо, только потому, что «хотят» она считала животными и не хотела стать одной из них.
– Ты хочешь услышать «я тебя люблю», глупышка? Да? Я не хочу тебя обманывать, Ангелинка. Ты замечательная. Правда! Но любовь – это такое чувство, о котором я не хочу говорить с женщинами. Ни с кем. Даже с женой. А тем более с тобой. Кто ты такая, чтобы я тебя любил? – Леонид даже не подумал, какую боль могут причинить его слова.
– Кто я такая? – Ангелина растерялась. – Я, пожалуй, пойду.
Она быстро застегнула три пуговички, схватила сумочку и хлопнула дверью.
Леонид выскочил за ней, осознав ошибку и проклиная себя за длинный язык. Он пожалел, что не сказал «люблю» – ведь это только слово, всего-то слово из пяти букв, которое могло бы сыграть решающую роль не только на заднем сидении, но и в дальнейшем. Что ему стоило «навешать лапши на уши», как делают другие мужчины со своими любовницами? Но Леонид боялся сам поверить в сказанное им «люблю». Легче было не любить, не думать, не привязываться, потому что в противном случае пришлось бы вносить коррективы в налаженную жизнь, а Леонид был противником перемен.
– Постой, я не хотел тебя обидеть, – кричал он вдогонку.
Его сильные руки опять обвили Ангелину за талию. Она сопротивлялась и била его ладошками по груди, стараясь высвободиться из его плена.
– Оставь меня в покое. Слышишь? Если я не достойна твоей любви, не смей больше приближаться ко мне, не обнимай, не целуй, не играй со мной. Я не кукла, не игрушка. У меня не железное сердце и не деревянное. А ты делаешь мне больно…
– Прости…
Его губы с еще большей страстью впились в нежную шею. Он жадно вдыхал аромат волос, растрепанных пронизывающим ветром, обнимал стройное тело, не расслабляя стальной хватки, боясь, что Ангелина снова ускользнет от него. Леонид забыл, что они стоят на улице, в опустевшем дворике с сотнями чужих окон, и только когда на одном из балконов появилась старушка в халате и бигуди, он очнулся от наваждения и опустил руки.
– Давай я отвезу тебе домой. Можно? – ласковый шепот смягчил тревожное состояние Ангелины. Она пребывала в недоумении, в замешательстве, чувствовала себя наивной семнадцатилетней девочкой, потерявшей над собой контроль из-за необузданной страсти и желания. Но ей хотелось любви – искренней, чистой и светлой, а главное взаимной. Ангелина свое влечение к Леониду воспринимала как любовь, тем самым мысленно оправдывая свои аморальные поступки перед мужем. Но от одной только мысли, что дикая страсть и любовь не одно и то же, приходила в ужас.
– Домой? Нет. Довези меня к автобусной остановке. Нас не должны видеть вместе, – Ангелина посмотрела в глаза Леониду, пытаясь понять, о чем он думает. Порой ей хотелось уметь читать чужие мысли, и тогда был именно такой момент. Но чужая душа потемки, и о чувствах Леонида она знала только одно – он хочет ее тела, взрыва эмоций, фейерверка вместо скучных будней, монотонных вечеров и холодных ночей со своей законной женой.
Леонид одобрительно кивнул головой, и вскоре они, не проронив ни слова, ехали по главной улице города. Ангелина молча уставилась в лобовое стекло. Дождь смыл с деревьев черную пыль, и Енакиево зазеленело в лучах багряного солнца. Вдали виднелись купола церкви, приближался перекресток, светофоры, прохожие, спешащие по зебре: кто-то с работы или на работу, а кто-то более счастливый на гульки или свидания.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 14:52
СообщениеЗаниматься спортом – модно

Леонид и Олег спустились по лестнице, и вышли во двор.
За зданием Юстиции была бесплатная стоянка, как и за офисом «Logistics Company» (эти два здания разделяли только два ларька – хлебобулочный и газетный). За стоянкой начинался школьный двор, огражденный белыми плитами европейского забора. Как и в любой школе, была за забором и спортивная площадка с турниками, брусьями, рукоходами, лабиринтами и футбольным полем.
После того, как Жигули Олега скрылась за поворотом, Леонид собирался вернуться в офис, но его внимание привлек женский смех, доносившийся со стороны школы. Леонид обернулся, а, заметив две стройные фигурки в красных рубашках, и вовсе развернулся лицом к спортивной площадке.
Девушки подтягивались на турнике. Для Леонида эта картина показалась заманчивой, и он продолжал наблюдать, что же будет дальше. А дальше были отжимания на брусьях, на ура преодоленный рукоход и два круга вокруг футбольного поля. Леонид задумался на мгновение: «Хорошенькие!» И тут его осенило – там была его Ангелина! В корпоративной форме, коротенькой юбке и балетках вместо босоножек на высоком каблуке. Если бы он не видел своими глазами, то никому бы ни за что не поверил, что Ангелина занимается спортом.
Леонид, забыв о своем твердом намерении «не бегать» за Ангелиной, чуть ли не вприпрыжку побежал к ней. Неосознанно, инстинктивно, не давая себе отчета.
В ту же минуту на горизонте, откуда не возьмись, появились еще двое в красных рубашках – сам руководитель «Logistics Company» Серж Рябинович и молодой неопытный, но не по годам развитый – Влад Погреб. Эти два спортсмена с улыбками до ушей вплотную подошли к Ангелине и ко второй девушке – Инне.
– Девчонки! Йоу! – смеясь, Серж Рябинович обнял девушек. – «Невменяемые операторы», как насчет гробика на турнике?! – и тут же запрыгнул на перекладину, и давай вытворять все, что умет.
Леонид в оцепенении застыл на месте. Желание подойти к Ангелине улетучилось так же быстро, как и появилось. Он резко развернулся, и так и ушел незамеченным. Но ему вполне хватило времени, чтобы рассмотреть двух коллег Ангелины и составить о них личное мнение – самцы, готовые перед самками из кожи вон лезть, лишь бы произвести впечатление. С сумбурными мыслями Леонид вернулся в свой кабинет. А на школьной площадке все еще смеялись и дурачились на турниках.

Коллеги

Серж Рябинович, принявший по эстафете должность руководителя енакиевским отделением «Logistics Company», был на пару лет старше Ангелины. Высокий, в меру упитанный с пивным животиком, по праздникам надевал строгий серый костюм и галстук, а обычно носил одни и те же брюки и пару рубашек посменно. Любил выпить. Особенно ночью после зарплаты и аванса. Как-то даже проспал, и в результате – 27 звонков на горячую линию с вопросами «А почему в Енакиево не работает офис «Logistics Company»? Серж никогда не был женат, детей нет, но зато везде есть «девочки, которые приголубят и обогреют»: и в соседней парикмахерской, и в аптеке, и во дворце культуры, и в мебельном магазине, и даже на заводе – машинистка подъемного крана! Не было у него связей только в юстиции, горисполкоме и на своем рабочем месте, а так почти по всему городу успел отметиться.
В коллективе царил дух единства – братья и сестры, коллеги по несчастью или просто одна большая дружная семья. Но не без эротических фантазий, конечно. Серж Рябинович умел «перевоспитывать» людей – любого скромного и порядочного приемщика мог за считанные дни сделать пошлым и бестактным.
Влад Погреб – исключительно «произведение искусства» Сержа Рябиновича. Устроился на работу совсем недавно. Пришел тихим, молчаливым мальчиком. Да, да! Именно мальчиком! Совершеннолетие он отмечал на складе «Logistics Company». Но и месяца не прошло, как Влад перенял у руководителя все шуточки сексуального характера, манеру общаться и приставать к операторам с любыми нетактичными вопросами. Например, он мог спокойно подойти к Инне, взять листок бумаги и во время обслуживания клиентов написать что-то типа «Какие на тебе трусики?» или «Сделаешь мне эротический массаж?», а когда в клиентской зоне не было посторонних, он кидался с объятиями на всех операторов, кроме Стаса и Оли. И Ангелина входила в чисто тех, о ком он мог позволить себе сказать «Классные полушария!», имея в виду округлые ягодицы, но помимо этого он мог сказать и другое. Типа, «старушка Ангелина, вы меня юнца с ума свели своею красотою!» Между ними была пропасть в 11 лет.
Влад имел спортивную фигуру, профессионально занимался боксом, ходил по вечерам в качалку, бегал, в общем, вел здоровый образ жизни. Не пил, не курил. Жил с родителями, встречался с девушкой.
Ангелина видела в нем отражение своего прошлого – он напоминал ей Лёню. Молодой боксер, у которого все еще впереди.
После разминки компания вернулась к рабочему процессу: создание, закрытие товаротранспортных накладных, переадресации, довозы, ведомости сканирования, выгрузка, загрузка, передача смены… А в половине пятого, как по заказу, пошел дождь – ливень с грозой и молнией. Лучшей причины закрыть отделение на технический перерыв и не найдешь! Не пришлось выключать свет, и отмечать первый юбилей компании на складе при включенном фонаре.

«Logistics Company» 18 июля исполнился 1 год. Еще утром были развешены воздушные шары, холодильник забит бутылками с коньяком, вином, колой и закусками. Сотрудники с нетерпением ждали вечера, когда основная масса народа пройдет и появится возможность отдохнуть всем коллективом под гитару и коньячок. И летний дождь был как нельзя кстати.
Ангелина до работы в «Logistics Company» коньяк не пила, но работа с людьми внесла свои коррективы. Временами нужно было снимать стресс, когда ни турник, ни пианино не помогали. Да и компания имела большое значение: совсем не пить – быть белой вороной.
Коктейли быстро сделали свое дело. Ангелина веселилась от души, танцевала, подпевала под гитару, смеялась, будто могла переключать мысли, как волны на радио. И никто и не догадывался и понятия не имел, что за веселостью Ангелины скрывается печаль, с которой она не расстается и носит в себе, как напоминание об ошибках.
К концу рабочего дня, когда веселье было еще в самом разгаре, гитара ходила по рукам и песни цепляли за душу «дворовыми» мотивами, Ангелина собиралась уходить. Припудрила носик, расчесала волосы, сменила офисную рубашку на розовый пиджачок с рюшками и попрощалась с коллективом. Инна не хотела отпускать Ангелину, как и всякий раз, когда она спешила поскорее покинуть серые стены и убежать на остановку, чтобы вовремя вернуться домой, в то время как не все еще было выпито.

Инну все сотрудники называли «главный наливай-ка». Она любила снять стресс вермутом или весело поболтать за бокалом пива. Такой Инну сделала работа в «Logistics Company». Но для клиентов Инночка всегда была милашкой: вежливая, культурная, доброжелательная, скажет и «Здравствуйте!», и «До свиданья», и «Носите на здоровье!» Не каждому дано уметь играть, но не сцене, а за офисным столом. Часто, угождая, иной раз психам, пришедшим лишь с одной целью поругаться, тяжело сдержать эмоции. А если и обласкаешь клиента нецензурной бранью, но только мысленно, кивая головой и соглашаясь с его точкой зрения, а вслух и интонацией не выдашь своего мнения, то выход негативу все равно необходимо дать. И Инна с легкостью прощалась с накопленным раздражением к людям в кругу коллег, которые так же, как и она, порой ненавидели подобных себе – людей по ту сторону стола. – Занудных, заторможенных, агрессивных. А больше всего операторы не любили хамов, мужчин, давно потерявших свое лицо и забывших, что значит быть мужчиной, а не называться им только потому, что время от времени приходиться брить усы и бороду.
Ангелина все-таки выскользнула из крепких объятий Инны, ненамеренной никого отпускать до полного опустошения бутылок со спиртным:
– Нет, и еще раз нет! Меня ждут дома! – Ангелина взяла сумочку, поцеловала на прощанье девочек… и дверь за ней закрылась.

Неугомонные

Вечернее солнце отражалось в зеркальных лужах. Дождь прекратился, и полнеба украсила радуга, широко раскинувшись над площадью. В воздухе пахло свежестью, и Ангелина, как девочка, радовалась прошедшему дождю, мокрым тротуарам, высокому небу над головой и холодным капелькам, падающим с зеленых листьев городских берез.
Неожиданно сбоку раздался сигнал машины. На дороге между газетным и хлебным ларьком стояла темно-зеленая BMW (Bayerisch Motoren Werke). Ангелина насторожилась, так как не любила, когда ей сигналят, и тем более предлагают подвезти. Обычно она и не смотрела в сторону водителя, давая тем самым ему понять, что предпочитает ходить пешком. Но тогда она оглянулась.
За рулем сидел Лёня. Его соблазнительный взгляд сковал Ангелину по рукам и ногам. Она замерла в оцепенении на несколько секунд, не решаясь сдвинуться с места.
– Привет, Ангелок! – его бархатный голос взволновал Ангелину еще больше. – Ну, что, красавица, поехали кататься?!
Леонид вышел из машины. Они оба молчали. Говорили только глаза. Ангелина читала в его глазах то, что хотела прочесть, верила тому, во что хотела верить, придумывала то, на что и намека не было. Но сам факт, что Лёня ждал ее, имел для Ангелины большое значение. Это означало, что он думает о ней, возможно так же, как и она о нем.
– Привет, – Ангелина не скрывала счастливую улыбку. Взгляд сразу загорелся. Сердце трепетно забарабанило. – Ты кого-то ждешь?
– Тебя! Тебя, мой ангел, ждал годами, и ждать готов тебя всегда!
Как же женщины любят ушами. Слепо. Доверчиво. Наивно. И Ангелина одна из тех наивных и романтичных особ, для которых чувства играли главную роль в жизни. Любовь – оправдание всему. Но разве можно верить мужской лести? И вообще стоит ли верить мужчинам, которые не говорят всерьез о любви, а только подражают шекспировскому Ромео, не задумываясь, что своими играми могут сделать очень больно?
Ангелина смутилась:
– А как же женушка твоя? Не ждет?
– Пусть ждет. Поехали, не волнуйся – Леонид взял Ангелину за руку, приблизив вплотную к себе, и учуял тонкие нотки коньяка. – Ты пила? А что сегодня какой-то праздник?
– Год как офис «Logistics Company» открылся в Енакиево!
Их губы были близко-близко. И в тот момент оба думали о поцелуях, но ни возраст, ни семейное положение не позволяло вести себя как раскрепощенные студенты, которым все равно, что о них подумают окружающие. Нужно было соблюдать осторожность.
Ангелина решила, что не стоит отказываться и ничего плохого не случится, если она позволит себе хоть ненадолго плыть по течению, не сопротивляться, не накручивать себя мыслями о предательстве и пойти на поводу у страсти. Рядом с Леонидом она будто оживала, и это возвышенное состояние ей нравилось. Она не могла с уверенностью сказать любит ли она Леонида по-настоящему или только придумала себе эту любовь, но Ангелина точно знала, что любит то состояние, в котором она пребывает благодаря Леониду.
И она согласилась сесть в его машину. Но исключительно на заднее сидение, чтобы на всякий случай оградить себя от чужих взглядов.

В опустевшем дворике

По закоулочкам Лёня привез Ангелину в пустынный двор, где не было ни души. Лишь несколько автомобилей и пустой стол под перекошенным навесом. Вечерело. Леонид заглушил мотор и присоединился к Ангелине на заднее сидение. Он смотрел на нее хитрым проницательным взглядом, как хищник смотрит на добычу. Она игриво улыбалась, робко сложив кисти рук на краю короткой юбки. Леонид взял ее маленькую ручку в свои большие сильные ладони и стал целовать каждый пальчик, посасывая и облизывая, не произнося ни единого слова. Его дыхание становилось прерывистым. Поцелуи поднимались вверх по руке, оставляя влажные розовеющие следы на нежной коже. Его правая рука вмиг легла на талию, а пальцы левой руки осторожно коснулись гладенькой коленки, губы ласкали шею и жадно искали ответной страсти.
Ангелина возбуждала Леонида как ни одна женщина. Ему хотелось сорвать с нее одежду и, опустив прелюдии, приступить к самому главному – слиянию двух тел в порыве одной страсти. Но он намеренно медлил, сдерживался, продлевая удовольствие, и испытывая невероятное наслаждение от предвкушения близости. Губы сливались в волнительных поцелуях. Ангелина была нежна и отвечала с трепетом на каждую ласку. Ее пальчики гуляли по спине Леонида, иногда она страстно его пощипывала, сжимала, потом поглаживала и запускала руки в волосы. Взъерошивала, массировала. Прижималась всем телом, обжигая своим дыханьем. Учащенно дышала от настойчивых ласк и, выгибалась дугой, позволяя вновь и вновь целовать шею и мочки ушей. Серьги соскочили вниз. Вскоре был сброшен модный пиджачок. Лёня плавно опустил бретельки кружевного бюстгальтера, осыпая поцелуями шелковистую кожу груди. Его рука уже нащупала трусики, как вдруг Ангелина резко отстранилась и попросила отвести ее домой.
Но Лёня уже не мог прекратить это сумасшествие. Он был так близок, что не хотел останавливаться на полпути. Ангелина сводила его с ума. Леонид называл ее искусительницей и не выпускал из крепких объятий, все еще рассчитывая на свою победу.
– Остановись! – умоляя, произнесла Ангелина, не поднимая ресниц.
– Но ты ведь хочешь меня не меньше моего…
– Лёня, я так не могу… Не в машине… Не здесь. Не сейчас…А если кто-то увидит…
– Поехали в отель? Хочешь? – Леонид обеими ладонями поглаживал Ангелину по щекам, касаясь губ. – Я хочу тебя.
– Одного твоего «хочу» мало, – Ангелина поправила бретельки и набросила пиджачок, прикрывая свои прелести. – Ты больше ничего не хочешь мне сказать?
– А разве я сказал мало? Что ты хочешь от меня услышать? – Леонид изменился в лице, став опять серьезным и чужим.
– Ничего…
Ангелина могла признаться лишь себе, что хочет слышать от него «люблю» вместо «хочу». Всего одно «люблю», без которого она считала секс невозможным. Для Ангелины секс был частью любви. А тех, которые занимаются сексом налево и направо, только потому, что «хотят» она считала животными и не хотела стать одной из них.
– Ты хочешь услышать «я тебя люблю», глупышка? Да? Я не хочу тебя обманывать, Ангелинка. Ты замечательная. Правда! Но любовь – это такое чувство, о котором я не хочу говорить с женщинами. Ни с кем. Даже с женой. А тем более с тобой. Кто ты такая, чтобы я тебя любил? – Леонид даже не подумал, какую боль могут причинить его слова.
– Кто я такая? – Ангелина растерялась. – Я, пожалуй, пойду.
Она быстро застегнула три пуговички, схватила сумочку и хлопнула дверью.
Леонид выскочил за ней, осознав ошибку и проклиная себя за длинный язык. Он пожалел, что не сказал «люблю» – ведь это только слово, всего-то слово из пяти букв, которое могло бы сыграть решающую роль не только на заднем сидении, но и в дальнейшем. Что ему стоило «навешать лапши на уши», как делают другие мужчины со своими любовницами? Но Леонид боялся сам поверить в сказанное им «люблю». Легче было не любить, не думать, не привязываться, потому что в противном случае пришлось бы вносить коррективы в налаженную жизнь, а Леонид был противником перемен.
– Постой, я не хотел тебя обидеть, – кричал он вдогонку.
Его сильные руки опять обвили Ангелину за талию. Она сопротивлялась и била его ладошками по груди, стараясь высвободиться из его плена.
– Оставь меня в покое. Слышишь? Если я не достойна твоей любви, не смей больше приближаться ко мне, не обнимай, не целуй, не играй со мной. Я не кукла, не игрушка. У меня не железное сердце и не деревянное. А ты делаешь мне больно…
– Прости…
Его губы с еще большей страстью впились в нежную шею. Он жадно вдыхал аромат волос, растрепанных пронизывающим ветром, обнимал стройное тело, не расслабляя стальной хватки, боясь, что Ангелина снова ускользнет от него. Леонид забыл, что они стоят на улице, в опустевшем дворике с сотнями чужих окон, и только когда на одном из балконов появилась старушка в халате и бигуди, он очнулся от наваждения и опустил руки.
– Давай я отвезу тебе домой. Можно? – ласковый шепот смягчил тревожное состояние Ангелины. Она пребывала в недоумении, в замешательстве, чувствовала себя наивной семнадцатилетней девочкой, потерявшей над собой контроль из-за необузданной страсти и желания. Но ей хотелось любви – искренней, чистой и светлой, а главное взаимной. Ангелина свое влечение к Леониду воспринимала как любовь, тем самым мысленно оправдывая свои аморальные поступки перед мужем. Но от одной только мысли, что дикая страсть и любовь не одно и то же, приходила в ужас.
– Домой? Нет. Довези меня к автобусной остановке. Нас не должны видеть вместе, – Ангелина посмотрела в глаза Леониду, пытаясь понять, о чем он думает. Порой ей хотелось уметь читать чужие мысли, и тогда был именно такой момент. Но чужая душа потемки, и о чувствах Леонида она знала только одно – он хочет ее тела, взрыва эмоций, фейерверка вместо скучных будней, монотонных вечеров и холодных ночей со своей законной женой.
Леонид одобрительно кивнул головой, и вскоре они, не проронив ни слова, ехали по главной улице города. Ангелина молча уставилась в лобовое стекло. Дождь смыл с деревьев черную пыль, и Енакиево зазеленело в лучах багряного солнца. Вдали виднелись купола церкви, приближался перекресток, светофоры, прохожие, спешащие по зебре: кто-то с работы или на работу, а кто-то более счастливый на гульки или свидания.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 14:52
Kristina_Iva-NovaДата: Воскресенье, 19.05.2013, 15:10 | Сообщение # 11
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline
Любовники?

Домой Ангелина попала позже, чем обычно. Дверь ей открыл, как и в большинстве случаев, сын Саша. Муж крепко спал в зале на диване под включенный телевизор. У компьютерного стола стояла пустая пивная бутылка. Ангелина раздвинула шторы и открыла окно. Свежий прохладный воздух проник в комнату. Подняв с пола бутылку, Ангелина остановилась над спящим мужем. Его красное помятое лицо, покрытое недельной щетиной, вызывало отвращение. Не став его будить, она аккуратно вытащила пульт из расслабленной руки и выключила телевизор.
Вдвоем с Сашей Ангелина поужинала. Он безумолку рассказывал, как прошел его день: футбол, мяч, голы, велосипеды, одноклассники. Ангелина слушала его, а сама не могла не думать о Лёне и той фразе, что не выходила из головы: «Кто ты такая, чтобы я тебя любил?» Ангелина сама себе задавала этот вопрос, и приходила к выводу, что ничего серьезного между ней и Леонидом быть не может. Максимум – любовники. Интрижка без обязательств и обещаний. Но на большее Ангелина и не рассчитывала. Она не претендовала на роль его жены хотя бы потому, что сама была замужем и каким бы отрицательным не считала мужа, разводиться с ним не хотела. Чувство долго не могло ей позволить бросить на произвол судьбы Петра Борисовича, который в тридцать лет впервые встретил девушку, с которой захотел засыпать и просыпаться в одной постели. Этой девушкой стала Ангелина. И вот, когда Петру Борисовичу под сорок и его лучшие молодые годы уже позади, а впереди ждет старость и пенсия, разве может она променять его на молодого, энергичного, страстного и ненасытного мужчину. Нет, не может. Ее «Жофрей» далек от идеала, но ведь она знала, за кого выходила замуж. «Бачили очі, що купували, їжте, хоч повилазьте» – старая украинская пословица как нельзя точно отображала мысли Ангелины.
Прибрав на кухне, Ангелина до половины двенадцатого еще крутилась у плиты. Сварила рассольник с солеными огурчиками, привезенными мамой из села, приготовила свои фирменные тефтельки из свино-говяжьего фарша с добавлением хлебных крошек, яиц, чеснока, специй, лимонного сока и соли. Негромкая музыка доносилась из ноутбука. Пела Светлана Лобода про облака и девочку в платьице розовом. На экране застыла страничка «www.odnoklassniki.ru». Саша давно лег спать, а Петя так и не вставал. Ангелина, перемыв посуду, присела перед ноутбуком.
Приближалась полночь. Спать ложиться не хотелось, и Ангелина решила поискать в Интернете психологические статьи про любовников. А в Интернете, как известно, можно найти все. Прочитав пару таких статей, Ангелина призадумалась еще больше. Оказывается, для женатого мужчины идеальной любовницей может стать только замужняя женщина. И не только из-за того, что никогда не потребует жениться на ней, но и потому что все негативные эмоции будет выплескивать на мужа, а любовнику достанется позитив и клубника в сахаре! Так же обстоит дело и с любовником – с женой тихие скучные вечера в комнатных тапочках, а с любовницей – жаркие свидания в опрятном костюме. А если ко всему этому добавить экстремальный секс в лифте, на крыше, в кустах, риск быть застуканными с поличным, то острота ощущений только увеличивается.
Но почему всего этого не может быть между мужем и женой? Зачем заводить любовников и любовниц? Чего ждет от любовницы мужчина? И что может дать ей сам? – ответы на эти вопросы Ангелина и без Интернета могла найти. – Обоим нужно то, чего они недополучают в браке: внимание, ласка и уверенность в своей значимости.

Семейная жизнь

Ангелина и Петр Борисович давно охладели друг к другу. Даже если в их отношениях и присутствовала когда-то страсть, то она угасла, как огарок свечи, и только расплавленный воск мог напомнить о ярком пламени, которого больше нет. Воском можно назвать воспоминания: смутные, далекие, но приятные.
Разрушать свою семью, сделав больно мужу, Ангелина не собиралась, так же как и создавать проблемы Леониду. Но меньше всего она думала о его жене. Как это быть женщиной, которой платят за любовь изменой? Ангелина больше была увлечена собой, своими переживаниями и трудностями сделать правильный выбор. Идти или не идти на поводу у страсти? Быть легкомысленной или серьезной? Отдаться, наконец, Леониду, зная, что он не любит ее, а только хочет заняться с ней сексом? Или оставаться верной мужу? Мужу, который и целоваться то не любит, не ждет ее с работы, не встречает, не говорит нежных слов, а только играет в танчики, смотрит футбол, пьет пиво, водку, и спит. «Не пришла ли пора перемен?» – думала Ангелина.
С этими мыслями она легла спать. Петр обнял ее, как делал каждую ночь. Ангелина ворочалась. Ей приснился сон:
Офис «Logistics Company», толпы народу, всем надо получить заказ, программа 1С зависла, операторы работают в ручном режиме. Ангелина с трудом проталкивается из клиентской зоны на склад. Между высоким стеллажом и капсулой приемщика стоит грузчик в корпоративной форме и не дает пройти. Хитро улыбается и нарочно не отходит. Ангелина настойчиво ломиться на склад, пытаясь силой отодвинуть его в сторону. Грузчик дразнит ее, смеется и говорит «Не пущу!»
– Игорь! – закричала Ангелина сквозь сон и от своего же крика проснулась.
– Что? – недовольно спросил разбуженный муж. – Какой еще Игорь?
– Какой Игорь? Тебе наверно послышалось, – невнятно пробормотала Ангелина, удивляясь, как это ей приснился не Лёня. И представила, что бы она могла сказать ему во сне. «О! Лёня! Не останавливайся! Целуй меня, целуй!» Или: «Да! Возьми меня скорее! Я вся твоя!»
На утро о ночном инциденте с упоминанием чужого мужского имени не говорили: Ангелина вспоминала и в глубине души смеялась, представляя, что мог бы подумать ее муж, но разговор на эту тему не начинала, и Петр молчал, будто бы забыл. Впрочем, Ангелина с мужем вообще редко разговаривали. Они и виделись нечасто. По утрам Ангелина спешила на работу, и так шесть раз в неделю, и проводила там можно сказать всю свою сознательную жизнь, так как возвращалась всегда после 20:00. Потом допоздна сидела на кухне, готовила под музыку, проверяла уроки Саши (когда он учился), или читала очередной любовный роман, в то время как Петя становился ветераном невидимого фронта в онлайн-игре. По субботам опять же после работы Ангелина устраивала в квартире генеральную уборку, а еще играла на пианино, пока стиральная машинка не даст сигнал, что пора уже развешивать стирку. И только по воскресеньям они могли целый день проводить вместе, и поговорить, и даже сходить на спортивную площадку вдвоем. Но Петр исключительно составлял компанию – бегала вокруг футбольного поля и подтягивалась на турнике только Ангелина.

Любовь или страсть?

Очередное утро ничем не отличалось от предыдущих, последовавших после Дня Конституции. Этот праздник стал для Ангелины такой же запоминающейся датой, как Новый Год и День Рожденья. Потому что судьба подарила ей возможность снова увлечься мужчиной. Как в омут, с головой она уходила в мысли о своем адвокате. И хоть он не был ее по праву, а принадлежал другой женщине, Ангелина все равно считала его своим. Он словно частичка ее сердца всегда был с ней.
С того дня она еще дольше прихорашивалась перед зеркалом. Обновила косметику, купила новые стойкие духи, каждый день делала укладку, и могла в любой день сразить наповал каждого своей цветущей внешностью. Но Ангелина старалась быть красивой и желанной не для всех мужчин, и даже не для мужа, – она ожидала встречи с Лёней. И поскольку точно не знала, когда им удастся встретиться – была готова к романтическому свиданию всегда.
Засыпать и просыпаться с мыслями о Леониде у Ангелины уже вошло в привычку, ехать в автобусе, смотреть в окно и снова думать о нем – то же самое. Но она не всегда думала о нем одинаково. После первого поцелуя на скалистом берегу у Ангелины словно выросли крылья за спиной. Она чувствовала себя по-настоящему счастливой, беззаботной, и ничто не омрачало ее жизни. Но радость и восторг сменяла, как это бывает, грусть и тоска. И это происходило каждый раз после их свиданий. Сначала приятное волнение, сумасшествие, маленький праздник, но следом приходили огорчение, уныние и печаль. Леонид будто специально делал ей больно, говорил то, что не может не обидеть. Фраза «Кто ты такая, чтобы я тебя любил?» долго не давала Ангелине покоя. Но и в этом случае она смогла найти оправдание Леониду. Она убедила себя, что настоящая любовь это больше, чем страсть. И если Леонид может отличить любовь от страсти, может это и к лучшему. Зачем обманывать кого-то и себя вдобавок, если можно называть вещи своими именами? Только Ангелина сама не видела четкой грани между страстью и любовью. Ей приятнее было считать, что ее чувства не дикая животная страсть, ведь «я хочу» не оправдание в измене, а «я люблю», по мнению Ангелины, могло бы вполне послужить достойным оправданием. Но не перед мужем, а перед собой.

Осторожно – измена

Ангелина шла по тротуару к остановке. Легкий ветер шелестел листьями каштанов. Пели птицы. По проезжей части мчались спешащие автомобили. И в одном из них ехала на работу Светлана Владимировна Смехова – неунывающая подружка Ангелины. Она резко нажала на тормоз, и черные следы на асфальте были прямым подтверждением ее лихачества.
– Геля! – закричала она, приоткрыв дверцу и помахав рукой. – Поехали! Довезу с ветерком!
Ангелина быстренько заскочила на переднее сидение.
Светлана была одета в деловой костюм темно-вишневого цвета. Откровенное декольте прикрывал классический пиджак с массивными пуговицами. Шею украшал шифоновый платок. Юбка была узкая, до колен. На ноги и обувь Ангелина и не посмотрела – все ее внимание было привлечено к глазам, мимике и жестам. Светлана точно так же, как и в первую ночь в Ялте, светилась от счастья. Влюбленность ее украшала.
– Привет, Светка! Ты просто светишься!
– Привет, дорогая, – Светлана обняла подругу, поцеловав ее легонько в губы, чтобы не размазать помаду. – Как твой принц в черной мантии?! – она несдержанно рассмеялась. – Рассказывай. Я все знаю. Вы вчера встречались. Так что у вас было? У него большой? Ты ему дала? Вы занимались этим в машине?
Ангелина удивленно округлила глаза, не зная, что и сказать:
– Откуда ты знаешь? – только и смогла она произнести, все еще переваривая услышанное.
Машина резко сдвинулась с места.
– А! Так все-таки было?! Значит, на заднем сидении?! Тебе понравилось? – Светлана следила за дорогой, поглядывая боковым зрением на подругу.
– Да не было ничего, – ответила Ангелина, еле сдерживая беспокойство. – Откуда ты знаешь, что мы вчера виделись?
– Геля, Геля, на твоем месте я была бы осторожнее, если не хочешь, чтобы о твоем романе узнал весь город. Впрочем, что там город?! Главное, чтобы Петька твой ничего не узнал. Мужики они такие сволочи! Знаешь сколько убийств происходит на почве ревности? Нет? Тебе лучше не знать. Помнишь, Тоньку с параллельного класса? Она раскроила череп своему мужу ударом тесака для разделки мяса, когда узнала, что он ей три года изменял с соседкой. А знаешь, что она сделала с ней? Этого никто не знает. Потому что труп до сих пор не нашли. И это Тонька – худышка с симпатичным личиком. А представляешь, что может натворить пьяный рогатый муж? Этого лучше не знать.
У Ангелины мурашки пробежались по коже:
– На сегодня я могу с уверенностью сказать мужу, что все еще верна! А с «принцем в черной мантии» мы дальше поцелуев не заходили. Пока еще не заходили, – задумчиво добавила Ангелина, нахмурив бровки. – Я, конечно, понимаю, поцелуи – это тоже своего рода предательство, но это ведь только поцелуи.
– Только поцелуи! Нет, ты сама веришь в то, что ты говоришь? Да Петька ни за что не поверит, что вы полчаса просто целовались. И кому пришла в голову идея остановить машину в жилом дворе? Почему ни в парке, ни за городом? У твоего адвоката, что совсем главный мозг перестал функционировать? Если вас, открыто целующимися, видела я, это значит, что и другие могли за вами наблюдать, как минимум из окон. Ты забыла, где ты работаешь? Сколько людей проходит через тебя? Ты же всегда на виду! А дурным языкам только дай повод посплетничать, такого насочиняют, что мама не горюй. Так что повторяю – поосторожнее с Лёнькой. Рискуют всем только тогда, когда терять нечего. А это не про тебя.
– Кто бы говорил? Светка? А сама разве не рискуешь? Все твои курортные романы? А флирт с коллегами? А корпоративы?
– Геля, не сравнивай. Это не одно и то же! О моих романах мой бедный Ванечка никогда не узнает! – Светлана опять смеялась, уверенная и невозмутимая. – И твой Петя тоже не узнает о твоих похождениях, если ты не будешь их так открыто афишировать. Ну, а теперь, может, расскажешь, как все прошло?
– Рассказывать особо и нечего. Лёня манит меня, как магнит. Я теряю рассудок, схожу с ума. А самое страшное в том, что я его совсем не знаю. Этот «принц в черной мантии» не тот Лёня, каким я его знала. Он незнакомец с холодной душой и черствым сердцем. Он не любит меня. Не любит. Я для него только красивая игрушка. Не такая, как его жена. Ему, наверно, просто хочется разнообразия. Или он хочет завершить незаконченное. То, что мы вполне могли бы сделать еще в семнадцать лет, но так и не сделали. Он хочет секса. Кроме моего тела ему ничего не надо. А я хочу любви. Нежности, внимания. Понимания. Хочу разговаривать с ним. Узнать его. Я бы с радостью провела с ним целый вечер, плавно переходящий в ночь. Ночь до рассвета. Мы бы сидели, обнявшись, под светящими звездами и любовались небом. Но это невозможно. Он женат. Я замужем. И мы не можем встречаться по ночам. Короткие спонтанные встречи – это все на что мы можем рассчитывать. А все остальное – мечты.
Ангелина безразлично смотрела на проезжающие автомобили, и глаза, еще недавно излучающие свет, наполнились серой грустью. Светлана понимающе взяла ее за руку:
– Мечтательница! Ты все принимаешь слишком близко к сердцу. Послушай, ни один мужчина, каким бы необыкновенным не казался, не достоин твоих слез, а тот, кто достоин, никогда не заставит тебя плакать. Они играют нами. А мы платим им той же монетой. Главное, все делать по-умному. И тогда все останутся довольны.
– Если по-умному, то мне и делать ничего не нужно! А я помешалась на Лёньке! Я заболела им. Мне не терпится снова увидеть его, ощутить вкус его поцелуя, забыться хоть на часик, или даже полчаса.
– О! Чувствую, это серьезно! – Светлана приподняла брови, делая вид, что удивилась. – Вы не договорились, когда снова встретитесь?
– Нет. Мы это не обсуждали. По-моему Лёне нравится устраивать сюрпризы. Наши встречи происходят не по расписанию.
– В спонтанных свиданиях есть свои плюсы! Неожиданность. Всплеск эмоций. В конце концов, это же не визит к врачу!
Ангелина смущено опустила ресницы:
– Ты лучше расскажи, чем сама занималась вчера вечером, когда видела нас с Лёней?
– Я ходила на массаж! – ответила Светлана, не прекращая улыбаться. – А ты, небось, подумала, что у меня опять роман?
– Да кто тебя знает?! Меня бы это не удивило.
– Нет, Геля, после моего армянина я на других мужчин и смотреть перестала!
– Джан все еще пишет тебе любовные послания на электронку?
– Пишет! И звонит! И в гости зовет! И еще не было ни одного дня, чтобы он не напомнил о себе. Он такой душка! Я влюблена по уши!
– А Ваня ничего не замечает? Или он думает, твоя счастливая улыбка – его заслуга?
– Открою тебе секрет: когда я переступаю порог своего дома, становлюсь настоящей ведьмой. Кричу по поводу и без, чем-то возмущаюсь, ищу к чему можно придраться. Ваня и понятия не имеет, что я счастлива! Я же его жена, а жены должны быть всегда чем-то недовольны. Иначе у мужа могут возникнуть подозрения.
– Подозрения! – теперь Ангелина не смогла унять смех. – Знаешь, что было сегодня ночью? Мне приснился грузчик со склада! И я во сне кричала «Игорь!». Только это было сказано на самом деле вслух! И Петя слышал! Он проснулся, и переспросил удивленно «Что?» Представляешь, что он подумал?!
– А ты ему что ответила?!
– Сказала «Ничего. Тебе послышалось».
– Так-так! И кто же этот Игорь? Красавчик?
– Студент! Маленький, щупленький мальчик! Ничего особенного!
– Ну, конечно, до «принца в черной мантии» ему еще расти и расти!
Обе подруги смеялись, не заметив, как оказались на стоянке. Настало время прощаться и идти в разные стороны – зарабатывать на косметику и новые наряды.


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:22
 
СообщениеЛюбовники?

Домой Ангелина попала позже, чем обычно. Дверь ей открыл, как и в большинстве случаев, сын Саша. Муж крепко спал в зале на диване под включенный телевизор. У компьютерного стола стояла пустая пивная бутылка. Ангелина раздвинула шторы и открыла окно. Свежий прохладный воздух проник в комнату. Подняв с пола бутылку, Ангелина остановилась над спящим мужем. Его красное помятое лицо, покрытое недельной щетиной, вызывало отвращение. Не став его будить, она аккуратно вытащила пульт из расслабленной руки и выключила телевизор.
Вдвоем с Сашей Ангелина поужинала. Он безумолку рассказывал, как прошел его день: футбол, мяч, голы, велосипеды, одноклассники. Ангелина слушала его, а сама не могла не думать о Лёне и той фразе, что не выходила из головы: «Кто ты такая, чтобы я тебя любил?» Ангелина сама себе задавала этот вопрос, и приходила к выводу, что ничего серьезного между ней и Леонидом быть не может. Максимум – любовники. Интрижка без обязательств и обещаний. Но на большее Ангелина и не рассчитывала. Она не претендовала на роль его жены хотя бы потому, что сама была замужем и каким бы отрицательным не считала мужа, разводиться с ним не хотела. Чувство долго не могло ей позволить бросить на произвол судьбы Петра Борисовича, который в тридцать лет впервые встретил девушку, с которой захотел засыпать и просыпаться в одной постели. Этой девушкой стала Ангелина. И вот, когда Петру Борисовичу под сорок и его лучшие молодые годы уже позади, а впереди ждет старость и пенсия, разве может она променять его на молодого, энергичного, страстного и ненасытного мужчину. Нет, не может. Ее «Жофрей» далек от идеала, но ведь она знала, за кого выходила замуж. «Бачили очі, що купували, їжте, хоч повилазьте» – старая украинская пословица как нельзя точно отображала мысли Ангелины.
Прибрав на кухне, Ангелина до половины двенадцатого еще крутилась у плиты. Сварила рассольник с солеными огурчиками, привезенными мамой из села, приготовила свои фирменные тефтельки из свино-говяжьего фарша с добавлением хлебных крошек, яиц, чеснока, специй, лимонного сока и соли. Негромкая музыка доносилась из ноутбука. Пела Светлана Лобода про облака и девочку в платьице розовом. На экране застыла страничка «www.odnoklassniki.ru». Саша давно лег спать, а Петя так и не вставал. Ангелина, перемыв посуду, присела перед ноутбуком.
Приближалась полночь. Спать ложиться не хотелось, и Ангелина решила поискать в Интернете психологические статьи про любовников. А в Интернете, как известно, можно найти все. Прочитав пару таких статей, Ангелина призадумалась еще больше. Оказывается, для женатого мужчины идеальной любовницей может стать только замужняя женщина. И не только из-за того, что никогда не потребует жениться на ней, но и потому что все негативные эмоции будет выплескивать на мужа, а любовнику достанется позитив и клубника в сахаре! Так же обстоит дело и с любовником – с женой тихие скучные вечера в комнатных тапочках, а с любовницей – жаркие свидания в опрятном костюме. А если ко всему этому добавить экстремальный секс в лифте, на крыше, в кустах, риск быть застуканными с поличным, то острота ощущений только увеличивается.
Но почему всего этого не может быть между мужем и женой? Зачем заводить любовников и любовниц? Чего ждет от любовницы мужчина? И что может дать ей сам? – ответы на эти вопросы Ангелина и без Интернета могла найти. – Обоим нужно то, чего они недополучают в браке: внимание, ласка и уверенность в своей значимости.

Семейная жизнь

Ангелина и Петр Борисович давно охладели друг к другу. Даже если в их отношениях и присутствовала когда-то страсть, то она угасла, как огарок свечи, и только расплавленный воск мог напомнить о ярком пламени, которого больше нет. Воском можно назвать воспоминания: смутные, далекие, но приятные.
Разрушать свою семью, сделав больно мужу, Ангелина не собиралась, так же как и создавать проблемы Леониду. Но меньше всего она думала о его жене. Как это быть женщиной, которой платят за любовь изменой? Ангелина больше была увлечена собой, своими переживаниями и трудностями сделать правильный выбор. Идти или не идти на поводу у страсти? Быть легкомысленной или серьезной? Отдаться, наконец, Леониду, зная, что он не любит ее, а только хочет заняться с ней сексом? Или оставаться верной мужу? Мужу, который и целоваться то не любит, не ждет ее с работы, не встречает, не говорит нежных слов, а только играет в танчики, смотрит футбол, пьет пиво, водку, и спит. «Не пришла ли пора перемен?» – думала Ангелина.
С этими мыслями она легла спать. Петр обнял ее, как делал каждую ночь. Ангелина ворочалась. Ей приснился сон:
Офис «Logistics Company», толпы народу, всем надо получить заказ, программа 1С зависла, операторы работают в ручном режиме. Ангелина с трудом проталкивается из клиентской зоны на склад. Между высоким стеллажом и капсулой приемщика стоит грузчик в корпоративной форме и не дает пройти. Хитро улыбается и нарочно не отходит. Ангелина настойчиво ломиться на склад, пытаясь силой отодвинуть его в сторону. Грузчик дразнит ее, смеется и говорит «Не пущу!»
– Игорь! – закричала Ангелина сквозь сон и от своего же крика проснулась.
– Что? – недовольно спросил разбуженный муж. – Какой еще Игорь?
– Какой Игорь? Тебе наверно послышалось, – невнятно пробормотала Ангелина, удивляясь, как это ей приснился не Лёня. И представила, что бы она могла сказать ему во сне. «О! Лёня! Не останавливайся! Целуй меня, целуй!» Или: «Да! Возьми меня скорее! Я вся твоя!»
На утро о ночном инциденте с упоминанием чужого мужского имени не говорили: Ангелина вспоминала и в глубине души смеялась, представляя, что мог бы подумать ее муж, но разговор на эту тему не начинала, и Петр молчал, будто бы забыл. Впрочем, Ангелина с мужем вообще редко разговаривали. Они и виделись нечасто. По утрам Ангелина спешила на работу, и так шесть раз в неделю, и проводила там можно сказать всю свою сознательную жизнь, так как возвращалась всегда после 20:00. Потом допоздна сидела на кухне, готовила под музыку, проверяла уроки Саши (когда он учился), или читала очередной любовный роман, в то время как Петя становился ветераном невидимого фронта в онлайн-игре. По субботам опять же после работы Ангелина устраивала в квартире генеральную уборку, а еще играла на пианино, пока стиральная машинка не даст сигнал, что пора уже развешивать стирку. И только по воскресеньям они могли целый день проводить вместе, и поговорить, и даже сходить на спортивную площадку вдвоем. Но Петр исключительно составлял компанию – бегала вокруг футбольного поля и подтягивалась на турнике только Ангелина.

Любовь или страсть?

Очередное утро ничем не отличалось от предыдущих, последовавших после Дня Конституции. Этот праздник стал для Ангелины такой же запоминающейся датой, как Новый Год и День Рожденья. Потому что судьба подарила ей возможность снова увлечься мужчиной. Как в омут, с головой она уходила в мысли о своем адвокате. И хоть он не был ее по праву, а принадлежал другой женщине, Ангелина все равно считала его своим. Он словно частичка ее сердца всегда был с ней.
С того дня она еще дольше прихорашивалась перед зеркалом. Обновила косметику, купила новые стойкие духи, каждый день делала укладку, и могла в любой день сразить наповал каждого своей цветущей внешностью. Но Ангелина старалась быть красивой и желанной не для всех мужчин, и даже не для мужа, – она ожидала встречи с Лёней. И поскольку точно не знала, когда им удастся встретиться – была готова к романтическому свиданию всегда.
Засыпать и просыпаться с мыслями о Леониде у Ангелины уже вошло в привычку, ехать в автобусе, смотреть в окно и снова думать о нем – то же самое. Но она не всегда думала о нем одинаково. После первого поцелуя на скалистом берегу у Ангелины словно выросли крылья за спиной. Она чувствовала себя по-настоящему счастливой, беззаботной, и ничто не омрачало ее жизни. Но радость и восторг сменяла, как это бывает, грусть и тоска. И это происходило каждый раз после их свиданий. Сначала приятное волнение, сумасшествие, маленький праздник, но следом приходили огорчение, уныние и печаль. Леонид будто специально делал ей больно, говорил то, что не может не обидеть. Фраза «Кто ты такая, чтобы я тебя любил?» долго не давала Ангелине покоя. Но и в этом случае она смогла найти оправдание Леониду. Она убедила себя, что настоящая любовь это больше, чем страсть. И если Леонид может отличить любовь от страсти, может это и к лучшему. Зачем обманывать кого-то и себя вдобавок, если можно называть вещи своими именами? Только Ангелина сама не видела четкой грани между страстью и любовью. Ей приятнее было считать, что ее чувства не дикая животная страсть, ведь «я хочу» не оправдание в измене, а «я люблю», по мнению Ангелины, могло бы вполне послужить достойным оправданием. Но не перед мужем, а перед собой.

Осторожно – измена

Ангелина шла по тротуару к остановке. Легкий ветер шелестел листьями каштанов. Пели птицы. По проезжей части мчались спешащие автомобили. И в одном из них ехала на работу Светлана Владимировна Смехова – неунывающая подружка Ангелины. Она резко нажала на тормоз, и черные следы на асфальте были прямым подтверждением ее лихачества.
– Геля! – закричала она, приоткрыв дверцу и помахав рукой. – Поехали! Довезу с ветерком!
Ангелина быстренько заскочила на переднее сидение.
Светлана была одета в деловой костюм темно-вишневого цвета. Откровенное декольте прикрывал классический пиджак с массивными пуговицами. Шею украшал шифоновый платок. Юбка была узкая, до колен. На ноги и обувь Ангелина и не посмотрела – все ее внимание было привлечено к глазам, мимике и жестам. Светлана точно так же, как и в первую ночь в Ялте, светилась от счастья. Влюбленность ее украшала.
– Привет, Светка! Ты просто светишься!
– Привет, дорогая, – Светлана обняла подругу, поцеловав ее легонько в губы, чтобы не размазать помаду. – Как твой принц в черной мантии?! – она несдержанно рассмеялась. – Рассказывай. Я все знаю. Вы вчера встречались. Так что у вас было? У него большой? Ты ему дала? Вы занимались этим в машине?
Ангелина удивленно округлила глаза, не зная, что и сказать:
– Откуда ты знаешь? – только и смогла она произнести, все еще переваривая услышанное.
Машина резко сдвинулась с места.
– А! Так все-таки было?! Значит, на заднем сидении?! Тебе понравилось? – Светлана следила за дорогой, поглядывая боковым зрением на подругу.
– Да не было ничего, – ответила Ангелина, еле сдерживая беспокойство. – Откуда ты знаешь, что мы вчера виделись?
– Геля, Геля, на твоем месте я была бы осторожнее, если не хочешь, чтобы о твоем романе узнал весь город. Впрочем, что там город?! Главное, чтобы Петька твой ничего не узнал. Мужики они такие сволочи! Знаешь сколько убийств происходит на почве ревности? Нет? Тебе лучше не знать. Помнишь, Тоньку с параллельного класса? Она раскроила череп своему мужу ударом тесака для разделки мяса, когда узнала, что он ей три года изменял с соседкой. А знаешь, что она сделала с ней? Этого никто не знает. Потому что труп до сих пор не нашли. И это Тонька – худышка с симпатичным личиком. А представляешь, что может натворить пьяный рогатый муж? Этого лучше не знать.
У Ангелины мурашки пробежались по коже:
– На сегодня я могу с уверенностью сказать мужу, что все еще верна! А с «принцем в черной мантии» мы дальше поцелуев не заходили. Пока еще не заходили, – задумчиво добавила Ангелина, нахмурив бровки. – Я, конечно, понимаю, поцелуи – это тоже своего рода предательство, но это ведь только поцелуи.
– Только поцелуи! Нет, ты сама веришь в то, что ты говоришь? Да Петька ни за что не поверит, что вы полчаса просто целовались. И кому пришла в голову идея остановить машину в жилом дворе? Почему ни в парке, ни за городом? У твоего адвоката, что совсем главный мозг перестал функционировать? Если вас, открыто целующимися, видела я, это значит, что и другие могли за вами наблюдать, как минимум из окон. Ты забыла, где ты работаешь? Сколько людей проходит через тебя? Ты же всегда на виду! А дурным языкам только дай повод посплетничать, такого насочиняют, что мама не горюй. Так что повторяю – поосторожнее с Лёнькой. Рискуют всем только тогда, когда терять нечего. А это не про тебя.
– Кто бы говорил? Светка? А сама разве не рискуешь? Все твои курортные романы? А флирт с коллегами? А корпоративы?
– Геля, не сравнивай. Это не одно и то же! О моих романах мой бедный Ванечка никогда не узнает! – Светлана опять смеялась, уверенная и невозмутимая. – И твой Петя тоже не узнает о твоих похождениях, если ты не будешь их так открыто афишировать. Ну, а теперь, может, расскажешь, как все прошло?
– Рассказывать особо и нечего. Лёня манит меня, как магнит. Я теряю рассудок, схожу с ума. А самое страшное в том, что я его совсем не знаю. Этот «принц в черной мантии» не тот Лёня, каким я его знала. Он незнакомец с холодной душой и черствым сердцем. Он не любит меня. Не любит. Я для него только красивая игрушка. Не такая, как его жена. Ему, наверно, просто хочется разнообразия. Или он хочет завершить незаконченное. То, что мы вполне могли бы сделать еще в семнадцать лет, но так и не сделали. Он хочет секса. Кроме моего тела ему ничего не надо. А я хочу любви. Нежности, внимания. Понимания. Хочу разговаривать с ним. Узнать его. Я бы с радостью провела с ним целый вечер, плавно переходящий в ночь. Ночь до рассвета. Мы бы сидели, обнявшись, под светящими звездами и любовались небом. Но это невозможно. Он женат. Я замужем. И мы не можем встречаться по ночам. Короткие спонтанные встречи – это все на что мы можем рассчитывать. А все остальное – мечты.
Ангелина безразлично смотрела на проезжающие автомобили, и глаза, еще недавно излучающие свет, наполнились серой грустью. Светлана понимающе взяла ее за руку:
– Мечтательница! Ты все принимаешь слишком близко к сердцу. Послушай, ни один мужчина, каким бы необыкновенным не казался, не достоин твоих слез, а тот, кто достоин, никогда не заставит тебя плакать. Они играют нами. А мы платим им той же монетой. Главное, все делать по-умному. И тогда все останутся довольны.
– Если по-умному, то мне и делать ничего не нужно! А я помешалась на Лёньке! Я заболела им. Мне не терпится снова увидеть его, ощутить вкус его поцелуя, забыться хоть на часик, или даже полчаса.
– О! Чувствую, это серьезно! – Светлана приподняла брови, делая вид, что удивилась. – Вы не договорились, когда снова встретитесь?
– Нет. Мы это не обсуждали. По-моему Лёне нравится устраивать сюрпризы. Наши встречи происходят не по расписанию.
– В спонтанных свиданиях есть свои плюсы! Неожиданность. Всплеск эмоций. В конце концов, это же не визит к врачу!
Ангелина смущено опустила ресницы:
– Ты лучше расскажи, чем сама занималась вчера вечером, когда видела нас с Лёней?
– Я ходила на массаж! – ответила Светлана, не прекращая улыбаться. – А ты, небось, подумала, что у меня опять роман?
– Да кто тебя знает?! Меня бы это не удивило.
– Нет, Геля, после моего армянина я на других мужчин и смотреть перестала!
– Джан все еще пишет тебе любовные послания на электронку?
– Пишет! И звонит! И в гости зовет! И еще не было ни одного дня, чтобы он не напомнил о себе. Он такой душка! Я влюблена по уши!
– А Ваня ничего не замечает? Или он думает, твоя счастливая улыбка – его заслуга?
– Открою тебе секрет: когда я переступаю порог своего дома, становлюсь настоящей ведьмой. Кричу по поводу и без, чем-то возмущаюсь, ищу к чему можно придраться. Ваня и понятия не имеет, что я счастлива! Я же его жена, а жены должны быть всегда чем-то недовольны. Иначе у мужа могут возникнуть подозрения.
– Подозрения! – теперь Ангелина не смогла унять смех. – Знаешь, что было сегодня ночью? Мне приснился грузчик со склада! И я во сне кричала «Игорь!». Только это было сказано на самом деле вслух! И Петя слышал! Он проснулся, и переспросил удивленно «Что?» Представляешь, что он подумал?!
– А ты ему что ответила?!
– Сказала «Ничего. Тебе послышалось».
– Так-так! И кто же этот Игорь? Красавчик?
– Студент! Маленький, щупленький мальчик! Ничего особенного!
– Ну, конечно, до «принца в черной мантии» ему еще расти и расти!
Обе подруги смеялись, не заметив, как оказались на стоянке. Настало время прощаться и идти в разные стороны – зарабатывать на косметику и новые наряды.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 15:10
СообщениеЛюбовники?

Домой Ангелина попала позже, чем обычно. Дверь ей открыл, как и в большинстве случаев, сын Саша. Муж крепко спал в зале на диване под включенный телевизор. У компьютерного стола стояла пустая пивная бутылка. Ангелина раздвинула шторы и открыла окно. Свежий прохладный воздух проник в комнату. Подняв с пола бутылку, Ангелина остановилась над спящим мужем. Его красное помятое лицо, покрытое недельной щетиной, вызывало отвращение. Не став его будить, она аккуратно вытащила пульт из расслабленной руки и выключила телевизор.
Вдвоем с Сашей Ангелина поужинала. Он безумолку рассказывал, как прошел его день: футбол, мяч, голы, велосипеды, одноклассники. Ангелина слушала его, а сама не могла не думать о Лёне и той фразе, что не выходила из головы: «Кто ты такая, чтобы я тебя любил?» Ангелина сама себе задавала этот вопрос, и приходила к выводу, что ничего серьезного между ней и Леонидом быть не может. Максимум – любовники. Интрижка без обязательств и обещаний. Но на большее Ангелина и не рассчитывала. Она не претендовала на роль его жены хотя бы потому, что сама была замужем и каким бы отрицательным не считала мужа, разводиться с ним не хотела. Чувство долго не могло ей позволить бросить на произвол судьбы Петра Борисовича, который в тридцать лет впервые встретил девушку, с которой захотел засыпать и просыпаться в одной постели. Этой девушкой стала Ангелина. И вот, когда Петру Борисовичу под сорок и его лучшие молодые годы уже позади, а впереди ждет старость и пенсия, разве может она променять его на молодого, энергичного, страстного и ненасытного мужчину. Нет, не может. Ее «Жофрей» далек от идеала, но ведь она знала, за кого выходила замуж. «Бачили очі, що купували, їжте, хоч повилазьте» – старая украинская пословица как нельзя точно отображала мысли Ангелины.
Прибрав на кухне, Ангелина до половины двенадцатого еще крутилась у плиты. Сварила рассольник с солеными огурчиками, привезенными мамой из села, приготовила свои фирменные тефтельки из свино-говяжьего фарша с добавлением хлебных крошек, яиц, чеснока, специй, лимонного сока и соли. Негромкая музыка доносилась из ноутбука. Пела Светлана Лобода про облака и девочку в платьице розовом. На экране застыла страничка «www.odnoklassniki.ru». Саша давно лег спать, а Петя так и не вставал. Ангелина, перемыв посуду, присела перед ноутбуком.
Приближалась полночь. Спать ложиться не хотелось, и Ангелина решила поискать в Интернете психологические статьи про любовников. А в Интернете, как известно, можно найти все. Прочитав пару таких статей, Ангелина призадумалась еще больше. Оказывается, для женатого мужчины идеальной любовницей может стать только замужняя женщина. И не только из-за того, что никогда не потребует жениться на ней, но и потому что все негативные эмоции будет выплескивать на мужа, а любовнику достанется позитив и клубника в сахаре! Так же обстоит дело и с любовником – с женой тихие скучные вечера в комнатных тапочках, а с любовницей – жаркие свидания в опрятном костюме. А если ко всему этому добавить экстремальный секс в лифте, на крыше, в кустах, риск быть застуканными с поличным, то острота ощущений только увеличивается.
Но почему всего этого не может быть между мужем и женой? Зачем заводить любовников и любовниц? Чего ждет от любовницы мужчина? И что может дать ей сам? – ответы на эти вопросы Ангелина и без Интернета могла найти. – Обоим нужно то, чего они недополучают в браке: внимание, ласка и уверенность в своей значимости.

Семейная жизнь

Ангелина и Петр Борисович давно охладели друг к другу. Даже если в их отношениях и присутствовала когда-то страсть, то она угасла, как огарок свечи, и только расплавленный воск мог напомнить о ярком пламени, которого больше нет. Воском можно назвать воспоминания: смутные, далекие, но приятные.
Разрушать свою семью, сделав больно мужу, Ангелина не собиралась, так же как и создавать проблемы Леониду. Но меньше всего она думала о его жене. Как это быть женщиной, которой платят за любовь изменой? Ангелина больше была увлечена собой, своими переживаниями и трудностями сделать правильный выбор. Идти или не идти на поводу у страсти? Быть легкомысленной или серьезной? Отдаться, наконец, Леониду, зная, что он не любит ее, а только хочет заняться с ней сексом? Или оставаться верной мужу? Мужу, который и целоваться то не любит, не ждет ее с работы, не встречает, не говорит нежных слов, а только играет в танчики, смотрит футбол, пьет пиво, водку, и спит. «Не пришла ли пора перемен?» – думала Ангелина.
С этими мыслями она легла спать. Петр обнял ее, как делал каждую ночь. Ангелина ворочалась. Ей приснился сон:
Офис «Logistics Company», толпы народу, всем надо получить заказ, программа 1С зависла, операторы работают в ручном режиме. Ангелина с трудом проталкивается из клиентской зоны на склад. Между высоким стеллажом и капсулой приемщика стоит грузчик в корпоративной форме и не дает пройти. Хитро улыбается и нарочно не отходит. Ангелина настойчиво ломиться на склад, пытаясь силой отодвинуть его в сторону. Грузчик дразнит ее, смеется и говорит «Не пущу!»
– Игорь! – закричала Ангелина сквозь сон и от своего же крика проснулась.
– Что? – недовольно спросил разбуженный муж. – Какой еще Игорь?
– Какой Игорь? Тебе наверно послышалось, – невнятно пробормотала Ангелина, удивляясь, как это ей приснился не Лёня. И представила, что бы она могла сказать ему во сне. «О! Лёня! Не останавливайся! Целуй меня, целуй!» Или: «Да! Возьми меня скорее! Я вся твоя!»
На утро о ночном инциденте с упоминанием чужого мужского имени не говорили: Ангелина вспоминала и в глубине души смеялась, представляя, что мог бы подумать ее муж, но разговор на эту тему не начинала, и Петр молчал, будто бы забыл. Впрочем, Ангелина с мужем вообще редко разговаривали. Они и виделись нечасто. По утрам Ангелина спешила на работу, и так шесть раз в неделю, и проводила там можно сказать всю свою сознательную жизнь, так как возвращалась всегда после 20:00. Потом допоздна сидела на кухне, готовила под музыку, проверяла уроки Саши (когда он учился), или читала очередной любовный роман, в то время как Петя становился ветераном невидимого фронта в онлайн-игре. По субботам опять же после работы Ангелина устраивала в квартире генеральную уборку, а еще играла на пианино, пока стиральная машинка не даст сигнал, что пора уже развешивать стирку. И только по воскресеньям они могли целый день проводить вместе, и поговорить, и даже сходить на спортивную площадку вдвоем. Но Петр исключительно составлял компанию – бегала вокруг футбольного поля и подтягивалась на турнике только Ангелина.

Любовь или страсть?

Очередное утро ничем не отличалось от предыдущих, последовавших после Дня Конституции. Этот праздник стал для Ангелины такой же запоминающейся датой, как Новый Год и День Рожденья. Потому что судьба подарила ей возможность снова увлечься мужчиной. Как в омут, с головой она уходила в мысли о своем адвокате. И хоть он не был ее по праву, а принадлежал другой женщине, Ангелина все равно считала его своим. Он словно частичка ее сердца всегда был с ней.
С того дня она еще дольше прихорашивалась перед зеркалом. Обновила косметику, купила новые стойкие духи, каждый день делала укладку, и могла в любой день сразить наповал каждого своей цветущей внешностью. Но Ангелина старалась быть красивой и желанной не для всех мужчин, и даже не для мужа, – она ожидала встречи с Лёней. И поскольку точно не знала, когда им удастся встретиться – была готова к романтическому свиданию всегда.
Засыпать и просыпаться с мыслями о Леониде у Ангелины уже вошло в привычку, ехать в автобусе, смотреть в окно и снова думать о нем – то же самое. Но она не всегда думала о нем одинаково. После первого поцелуя на скалистом берегу у Ангелины словно выросли крылья за спиной. Она чувствовала себя по-настоящему счастливой, беззаботной, и ничто не омрачало ее жизни. Но радость и восторг сменяла, как это бывает, грусть и тоска. И это происходило каждый раз после их свиданий. Сначала приятное волнение, сумасшествие, маленький праздник, но следом приходили огорчение, уныние и печаль. Леонид будто специально делал ей больно, говорил то, что не может не обидеть. Фраза «Кто ты такая, чтобы я тебя любил?» долго не давала Ангелине покоя. Но и в этом случае она смогла найти оправдание Леониду. Она убедила себя, что настоящая любовь это больше, чем страсть. И если Леонид может отличить любовь от страсти, может это и к лучшему. Зачем обманывать кого-то и себя вдобавок, если можно называть вещи своими именами? Только Ангелина сама не видела четкой грани между страстью и любовью. Ей приятнее было считать, что ее чувства не дикая животная страсть, ведь «я хочу» не оправдание в измене, а «я люблю», по мнению Ангелины, могло бы вполне послужить достойным оправданием. Но не перед мужем, а перед собой.

Осторожно – измена

Ангелина шла по тротуару к остановке. Легкий ветер шелестел листьями каштанов. Пели птицы. По проезжей части мчались спешащие автомобили. И в одном из них ехала на работу Светлана Владимировна Смехова – неунывающая подружка Ангелины. Она резко нажала на тормоз, и черные следы на асфальте были прямым подтверждением ее лихачества.
– Геля! – закричала она, приоткрыв дверцу и помахав рукой. – Поехали! Довезу с ветерком!
Ангелина быстренько заскочила на переднее сидение.
Светлана была одета в деловой костюм темно-вишневого цвета. Откровенное декольте прикрывал классический пиджак с массивными пуговицами. Шею украшал шифоновый платок. Юбка была узкая, до колен. На ноги и обувь Ангелина и не посмотрела – все ее внимание было привлечено к глазам, мимике и жестам. Светлана точно так же, как и в первую ночь в Ялте, светилась от счастья. Влюбленность ее украшала.
– Привет, Светка! Ты просто светишься!
– Привет, дорогая, – Светлана обняла подругу, поцеловав ее легонько в губы, чтобы не размазать помаду. – Как твой принц в черной мантии?! – она несдержанно рассмеялась. – Рассказывай. Я все знаю. Вы вчера встречались. Так что у вас было? У него большой? Ты ему дала? Вы занимались этим в машине?
Ангелина удивленно округлила глаза, не зная, что и сказать:
– Откуда ты знаешь? – только и смогла она произнести, все еще переваривая услышанное.
Машина резко сдвинулась с места.
– А! Так все-таки было?! Значит, на заднем сидении?! Тебе понравилось? – Светлана следила за дорогой, поглядывая боковым зрением на подругу.
– Да не было ничего, – ответила Ангелина, еле сдерживая беспокойство. – Откуда ты знаешь, что мы вчера виделись?
– Геля, Геля, на твоем месте я была бы осторожнее, если не хочешь, чтобы о твоем романе узнал весь город. Впрочем, что там город?! Главное, чтобы Петька твой ничего не узнал. Мужики они такие сволочи! Знаешь сколько убийств происходит на почве ревности? Нет? Тебе лучше не знать. Помнишь, Тоньку с параллельного класса? Она раскроила череп своему мужу ударом тесака для разделки мяса, когда узнала, что он ей три года изменял с соседкой. А знаешь, что она сделала с ней? Этого никто не знает. Потому что труп до сих пор не нашли. И это Тонька – худышка с симпатичным личиком. А представляешь, что может натворить пьяный рогатый муж? Этого лучше не знать.
У Ангелины мурашки пробежались по коже:
– На сегодня я могу с уверенностью сказать мужу, что все еще верна! А с «принцем в черной мантии» мы дальше поцелуев не заходили. Пока еще не заходили, – задумчиво добавила Ангелина, нахмурив бровки. – Я, конечно, понимаю, поцелуи – это тоже своего рода предательство, но это ведь только поцелуи.
– Только поцелуи! Нет, ты сама веришь в то, что ты говоришь? Да Петька ни за что не поверит, что вы полчаса просто целовались. И кому пришла в голову идея остановить машину в жилом дворе? Почему ни в парке, ни за городом? У твоего адвоката, что совсем главный мозг перестал функционировать? Если вас, открыто целующимися, видела я, это значит, что и другие могли за вами наблюдать, как минимум из окон. Ты забыла, где ты работаешь? Сколько людей проходит через тебя? Ты же всегда на виду! А дурным языкам только дай повод посплетничать, такого насочиняют, что мама не горюй. Так что повторяю – поосторожнее с Лёнькой. Рискуют всем только тогда, когда терять нечего. А это не про тебя.
– Кто бы говорил? Светка? А сама разве не рискуешь? Все твои курортные романы? А флирт с коллегами? А корпоративы?
– Геля, не сравнивай. Это не одно и то же! О моих романах мой бедный Ванечка никогда не узнает! – Светлана опять смеялась, уверенная и невозмутимая. – И твой Петя тоже не узнает о твоих похождениях, если ты не будешь их так открыто афишировать. Ну, а теперь, может, расскажешь, как все прошло?
– Рассказывать особо и нечего. Лёня манит меня, как магнит. Я теряю рассудок, схожу с ума. А самое страшное в том, что я его совсем не знаю. Этот «принц в черной мантии» не тот Лёня, каким я его знала. Он незнакомец с холодной душой и черствым сердцем. Он не любит меня. Не любит. Я для него только красивая игрушка. Не такая, как его жена. Ему, наверно, просто хочется разнообразия. Или он хочет завершить незаконченное. То, что мы вполне могли бы сделать еще в семнадцать лет, но так и не сделали. Он хочет секса. Кроме моего тела ему ничего не надо. А я хочу любви. Нежности, внимания. Понимания. Хочу разговаривать с ним. Узнать его. Я бы с радостью провела с ним целый вечер, плавно переходящий в ночь. Ночь до рассвета. Мы бы сидели, обнявшись, под светящими звездами и любовались небом. Но это невозможно. Он женат. Я замужем. И мы не можем встречаться по ночам. Короткие спонтанные встречи – это все на что мы можем рассчитывать. А все остальное – мечты.
Ангелина безразлично смотрела на проезжающие автомобили, и глаза, еще недавно излучающие свет, наполнились серой грустью. Светлана понимающе взяла ее за руку:
– Мечтательница! Ты все принимаешь слишком близко к сердцу. Послушай, ни один мужчина, каким бы необыкновенным не казался, не достоин твоих слез, а тот, кто достоин, никогда не заставит тебя плакать. Они играют нами. А мы платим им той же монетой. Главное, все делать по-умному. И тогда все останутся довольны.
– Если по-умному, то мне и делать ничего не нужно! А я помешалась на Лёньке! Я заболела им. Мне не терпится снова увидеть его, ощутить вкус его поцелуя, забыться хоть на часик, или даже полчаса.
– О! Чувствую, это серьезно! – Светлана приподняла брови, делая вид, что удивилась. – Вы не договорились, когда снова встретитесь?
– Нет. Мы это не обсуждали. По-моему Лёне нравится устраивать сюрпризы. Наши встречи происходят не по расписанию.
– В спонтанных свиданиях есть свои плюсы! Неожиданность. Всплеск эмоций. В конце концов, это же не визит к врачу!
Ангелина смущено опустила ресницы:
– Ты лучше расскажи, чем сама занималась вчера вечером, когда видела нас с Лёней?
– Я ходила на массаж! – ответила Светлана, не прекращая улыбаться. – А ты, небось, подумала, что у меня опять роман?
– Да кто тебя знает?! Меня бы это не удивило.
– Нет, Геля, после моего армянина я на других мужчин и смотреть перестала!
– Джан все еще пишет тебе любовные послания на электронку?
– Пишет! И звонит! И в гости зовет! И еще не было ни одного дня, чтобы он не напомнил о себе. Он такой душка! Я влюблена по уши!
– А Ваня ничего не замечает? Или он думает, твоя счастливая улыбка – его заслуга?
– Открою тебе секрет: когда я переступаю порог своего дома, становлюсь настоящей ведьмой. Кричу по поводу и без, чем-то возмущаюсь, ищу к чему можно придраться. Ваня и понятия не имеет, что я счастлива! Я же его жена, а жены должны быть всегда чем-то недовольны. Иначе у мужа могут возникнуть подозрения.
– Подозрения! – теперь Ангелина не смогла унять смех. – Знаешь, что было сегодня ночью? Мне приснился грузчик со склада! И я во сне кричала «Игорь!». Только это было сказано на самом деле вслух! И Петя слышал! Он проснулся, и переспросил удивленно «Что?» Представляешь, что он подумал?!
– А ты ему что ответила?!
– Сказала «Ничего. Тебе послышалось».
– Так-так! И кто же этот Игорь? Красавчик?
– Студент! Маленький, щупленький мальчик! Ничего особенного!
– Ну, конечно, до «принца в черной мантии» ему еще расти и расти!
Обе подруги смеялись, не заметив, как оказались на стоянке. Настало время прощаться и идти в разные стороны – зарабатывать на косметику и новые наряды.

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 15:10
Kristina_Iva-NovaДата: Воскресенье, 19.05.2013, 15:28 | Сообщение # 12
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline
«Дон Хуан Енакиевский»

Входная дверь офиса «Logistics Company» была открыта. Ангелина пришла на работу немного раньше, чем обычно. Из сотрудников на складе были только руководитель Серж Рябинович и приемщики: второй Серж «Розовые ушки» и озабоченный Влад Погреб. Они оживленно что-то обсуждали. Ангелина явно пропустила часть разговора, но без особого труда поняла, что весельчак Серж старший опять хвалился очередным знакомством. Поздоровавшись с коллегами, Ангелина прошла в раздевалку, надела корпоративную рубашку, и до открытия отделения решила выпить чашку кофе.
Серж, не обращая внимания на Ангелину, рассказывал:
– У нее такие аппетитные булки! – он расставил пальцы, будто бы на самом деле что-то ими удерживал. – Работы не початый край!
Влад и «Розовые ушки» заливались смехом. Ангелина молча на них посмотрела, давно привыкнув к подобным явлениям. В «Logistics Company» каждый был немного с приветом. Ангелина, например, могла молча разговаривать с клиентами, особенно по утрам, когда они приходили с крупными купюрами, а в кассе не было мелких денег. Тогда она им мысленно желала «всего наилучшего», и порой подобные пожелания состояли исключительно из нецензурной лексики.
– Так вы «пане керівник» опять кого-то поймали в свои сети?! И кто эта несчастная?! Можно я угадаю? – Ангелина залила кипятком Nescafe, и присела на красный диванчик. – Красотка с горисполкома?
– Не угадала! – Серж спрятал руки в карманы и начал расшатываться на месте, посмеиваясь.
– С Юстиции?
– Нет!
– Откуда же? У тебя, по-моему, уже во всем городе связи есть! Кроме горисполкома и юстиции!
Серж присел рядом, сделав серьезное лицо на одно мгновение:
– Думала ли ты о пенсии, деточка?
Ангелина удивленно свела брови.
Влад упал под стол, «Розовые ушки» закрыл красное лицо руками, согнувшись.
– Пышная такая пенсия! – Рябинович опять залился смехом. – Телочка с пенсионного фонда! Люська зовут!
– Так тебя еще и в другой конец города занесло? – Ангелина не сдержала смеха. – В пенсионный фонд? Ну, вы не «пане керівник» даете! Дон Хуан Енакиевский!
– То-то же! Так что, если кому на пенсию пора, обращайтесь! Я все организую! – Серж подмигнул Ангелине. – Тебе до пенсии сколько осталось? Пару лет?
– Очень смешно! – Ангелина двинула его в бок.
– Ну, я же шучу! Давай цем! – и вытянул свои губы, как утка.
– Целуйся со своей Люськой! Или чья там очередь сегодня?! – Ангелина встала с дивана и отошла подальше от любвеобильного начальника.
– Серж, Серж, – подскакивал Влад неугомонно, – а ты приводи ее к нам! Хоть покажешь, что за штучку подцепил!
– Ты от зависти слюной не захлебнешься, мальчик!? – Серж, как всегда, подшучивал. – Но у тебя будет возможность оценить ее пышные формы! Обещаю.
– Ты, что, правда, приведешь ее к нам в офис? – «Розовые ушки» погладил себя тыльной стороной ладони по щеке. – Только не сегодня! Мне лень было утром побриться.
Серж отпил глоток кофе:
– Сегодня! Моя Людмила примчится проведать своего покорного слугу Руслана, то бишь меня – руководителя «Logistics Company», готового оказать ей любую услугу!
– «Но, страстью пылкой утомлённый, не ест, не пьёт Руслан влюблённый...» а Рябинович не Руслан, устал менять влюбленных дам! – Влад, недавно окончивший учебу, блеснул памятью, процитировав несколько строчек из поэмы Пушкина А.С. «Руслан и Людмила» и добавив от себя экспромтом продолжение.
Тема сексуальных похождений весельчака-начальника еще не раз всплывала на протяжении всего дня. Серж Рябинович любил быть в центре внимания, особенно ему нравилось поднимать настроение операторам, которым время от времени приходилось для этих целей пить валерьянку или успокоительный чай. Но ничто так не снимало стресс коллегам, как пошлые шуточки Сержа и громкий заразительный смех Ангелины. Владушка, как ласково называли Влада Погреба девочки-операторы, каждый раз, когда Ангелина смеялась, повторял: «От одного только твоего га-га хочется смеяться!»

Новая пассия шефа

В полдень в офисе было не до смеха. Программа 1С висела, приходилось выписывать накладные вручную. Число желающих получить «посылочку» не уменьшалось. Вместо одного обслуженного клиента, спешащего на склад, в клиентскую зону входили еще четверо. Часто в «Logistics Company» приходили целыми семьями. Они по большему счету только создавали толпу. В результате кто-то обязательно начинал возмущаться. Все спешили, нервничали. И когда какая-нибудь старушка поднимала хай, перечисляя, описывая внешность и одежду, кто за кем занимал очередь, всех операторов бросало в пот. И даже кондиционер не спасал.
Ближе к 13:00 общими усилиями операторов, закаленных очередями неблагодарных клиентов, в зале стало спокойно. 1С заработала. Обслуживалось несколько человек. На столике Ангелины стояла красная табличка с надписью «Зверніться, будь-ласка, до іншого віконця». Ангелина занималась сканированием и паллетированием ценных бумаг по девяти направлениям. Когда входная дверь открылась и в клиентскую зону вошла девушка в длинной юбке и блузке, скрывающей руки по локоть, Ангелина и не посмотрела в ее сторону. Но стоило Сержу нарисоваться на горизонте, едва ли не кланяющемуся в реверансе, Ангелина смекнула, что эта особа и есть та самая Людмила с пенсионного фонда.
Оценивающим взглядом она «просканировала» достоинства и недостатки фигуры, отметив слишком высокий рост, широкие плечи, большую грудь, что не могло не зацепить Сержа Рябиновича – любителя «спелых дынек». Девушка приветливо улыбалась, с нежностью смотрела в глаза Сержу. Этого было больше чем достаточно, чтобы сделать вывод – Людмила к нему неравнодушна. Они о чем-то мило ворковали. Серж покраснел от волнения.
Людмила выглядела как школьница на первом свидании. Застенчивая. Одета едва ли не в монашескую рясу. Вцепилась обеими руками в старомодную сумку, и только и делала, что кокетливо опускала глаза. У нее были густые длинные волосы. Она собрала их в хвостик, закалов пластмассовым крабиком с бусинками. В ушах блестели едва заметные гвоздики. Больше никаких украшений на Людмиле не наблюдалось.
Ангелина переглянулась с Инной:
– Колхоз!
– Я бы никогда не надела такую юбку! – сказала Инна очень тихо, чтобы кроме Ангелины никто не услышал.
– Т-с-с, они идут к нам.
Серж подвел свою новую пассию к столику Инны Шевы.
– Инночка, обслужи, пожалуйста, эту очаровательную, восхитительную, неотразимую, прелестную богиню, посетившую наш серый скучный офис и озарившую его волшебным сиянием чарующих глаз! – Серж придумывал на ходу, как бы больше комплиментов отвесить Людмиле.
– Здравствуйте, – немного залившись румянцем, Людмила поздоровалась с оператором. Голос у нее оказался приятным.
– Добрый день, – ответила Инна, – вы хотите получить или отправить?
– Да. Получить! Возьмите мой телефон, там смс-ка от вас пришла, – это были стандартные фразы получателей груза в «Logistics Company».
Инна вбила многозначный номер товаротранспортной накладной (ТТН) и попросила предъявить паспорт или водительское удостоверение. Людмила достала из сумки паспорт и положила его на стол. Программа хоть и работала, но тормозила после каждого действия. Пока Инна вносила данные, Серж неустанно восхищался глазами Людмилы «ясными, как чистое небо». Распечатав накладную, Инна отметила галочками, где клиент должен поставить роспись и подала в руки. Людмила расписалась и, очарованная, вместе с Сержем пошла на склад за посылкой, оставив паспорт лежать на столе.
Инна сразу его подхватила, но не торопилась возвращать.
– Смотри, – она наклонилась ближе к Ангелине, сидящей за соседним столом и молча наблюдающей за происходящим, не забывая при этом выполнять свою работу. – Смотри, она 1984 года рождения. Это сколько ей лет?
– 28, – сразу ответила Ангелина. – Она немного младше меня.
Инна рассматривала фото.
– В жизни она приятнее! Глянь на ее фотографию! – Инна протянула паспорт в руки Ангелины.
Не задерживая взгляд на неудачном снимке, Ангелина дважды прочитала фамилию – Журавлева. Журавлева Людмила Сергеевна родилась 12 марта 1984 в г. Енакиево. Паспорт выдан Енакиевским ГО УМВД Украины… А дальше Ангелина машинально перелистнула страницы и внимательно изучала штамп в графе «семейное положение»: зарегистрирован брак с гр. Журавлев Леонид Вячеславович.
– Это его жена.
– Чья? Сержа?
– Нет, конечно, не Сержа! – Ангелина вернула паспорт Инне. – Жена моего адвоката!
– Что, правда?
– Посмотри штамп! Журавлев Леонид Вячеславович – это он!
Инна была удивлена не меньше Ангелины.
– Как тесен мир! Ты зажигаешь с ее мужем, а она с нашим Сержем! Как думаешь, она знает о вас?
– Думаю, нет. Ты видела ее лицо, влюбленные глаза? Она без ума от Сержа! Скорее всего, она сосредоточена только на себе и ей и дела нет до мужа.
– Я в шоке! Как можно так жить?! Свободная любовь? А смысл тогда вообще жить вместе?
– Инна, люди, прожившие длительное время вместе и нажившие совместно квартиру, машину, обстановку, часто не расстаются только по одной причине. И это не привычка! Они не хотят перемен, раздела имущества, ссор и натянутых отношений с родственниками. Им проще поддерживать иллюзию счастливой семейной жизни, при этом каждый счастлив по-своему.
В зале снова появилась Людмила, и Ангелина сразу же замолчала.
Людмила вспомнила о паспорте, и Инна вернула его, пристально посмотрев в ее глаза. Серж подмигнул девчонкам-операторам и сказал с улыбкой до ушей: «Мне нужно в «Кварц» забрать картриджи. Если что, звоните!» Все понимающе кивнули, зная, что никакие картриджи забирать не нужно – их давно доставили в офис.
Остаток дня Ангелина провела в раздумьях. Она точно не могла определить радует ее или тревожит то, что Людмила за спиной мужа крутит Шуры-Муры. Она не понимала, чем может не устраивать ее Лёня, и строила догадки. «Может, он не удовлетворяет ее в постели? Что если у него с этим проблемы? И детей у них нет почему-то. А может, Лёня скучный и неинтересный? Да, ну! Он необыкновенный! С таким мужчиной может быть скучно только в одном случае, если собеседница перестала его интересовать! Или он интересуется другой. Мной! А что если она читала наши письма и знает кто я? Нет. Лёня не мог не удалить их. Его жена ничего о нас не знает».
К концу смены вернулся со свидания Серж Рябинович. Немногословно, но он дал понять коллегам, что Людмила удовлетворила все его потребности. Приемщики и грузчики засыпали его вопросами, но он только довольно улыбался, как хитрый кот, которому вместо привычного сухого корма дали креветок, а вместо воды – сметаны. Он отмалчивался, что было совсем на него не похоже. Обычно Серж подробно описывал и позы, и как и сколько раз, и где, и на чем, а на этот раз не стал этого делать. Влад даже предположил, что Серж наконец-то встретил свою настоящую любовь, о сексе с которой не будет говорить с коллегами, как истинные джентльмены, которые давно перевелись.

Сюрприз.

К 20:00 Ангелина вернулась с работы домой. Дверь открыл муж. Побритый, свеженький, трезвый. В коридоре пахло жареной картошкой, и Ангелина из чувства благодарности нежно обняла Петю и поцеловала в щечку.
– Пупсик, как приятно видеть тебя побритым!
– Можно подумать я не брился полгода!
– Ну, неделю точно! А вот раньше, когда мы еще только встречались, ты брился через день!
– Не было такого никогда!
Петя посмотрел на Ангелину, будто давно не видел. Коснулся подбородка, волос, взял за плечи и прижал к груди.
– Я соскучился! Веришь?
– Верю!
Он поцеловал ее в губы сухим отрывистым поцелуем.
– Мы с Сашкой приготовили ужин! Иди скорее переодевайся, а я накрою на стол!
– Хорошо! А где наш Сашка?
– Где он может быть, если компьютер свободный? В одноклассниках! Строит свое королевство!
Ангелина тихонько вошла в зал и незаметно подкралась к сыну. Сняла с него наушники и зажала в объятьях.
– О! Мама вернулась! А мы с папой готовили ужин! Я столько картошки начистил! А еще я помыл полы во всей квартире!
– Умничка моя!
– А ты мне купишь карточки «Черепашки Ниндзя – 3. Братья по оружию»? Я же заслужил?!
– Куплю! А ты прочитаешь и перескажешь мне «Приключения Тома Сойера». Договорились?!
– Без проблем! Я эту книжку за два дня осилю! С тебя карточки!
– Включай музыку и пошли кушать!
Саша ловкими пальчиками вышел из приложения, нажал на оранжевой панели значок «Музыка», отключил наушники, подключил колонки, и зазвучала песня Григория Лепса «Я тебя не люблю»: Я интересуюсь тобой, но не глубоко, иногда проводим вдвоём с тобой денек-другой…
Ангелина переоделась в коротенький домашний халатик и, напевая «Я тебя не люблю, это главный мой плюс», появилась на кухне.
Стол уже был накрыт. Праздничная скатерть, вино, коньяк, торт, фрукты, хрустальные бокалы, салфетки и белая посуда, которую Ангелина доставала только для гостей. Но самым главным было не это. – Петя нажарил картошки, сделал отбивные и салат!
– Ничего себя! А по какому поводу у нас сегодня праздничный ужин? – Ангелина не скрывала, что приятно удивлена.
– Решил сделать тебе сюрприз! Потому что люблю тебя!
– Надо же! Спасибо! – Ангелина не ответила «я тебя тоже». – Минуточку, я только руки помою. Налей мне вина.
Петя молча взял в руки приготовленный штопор и за считанные секунды откупорил бутылку. Наполнил два бокала красным вином, а Сашин стакан виноградным соком.
– Ангелина, ты слышала такой тост: «У мудреца спросили, когда бывают хорошие отношения между супругами. – Когда муж не слышит, что говорит жена, а жена не видит, что делает муж, – был ответ мудреца. Давай выпьем за взаимопонимание и согласие в семье!»
– Я не буду пить за глухого мужа и слепую жену, – категорично заявила Ангелина, – это не залог взаимопонимания и согласия в семье. И вообще к чему этот тост? Разве ты что-то делаешь, о чем я не знаю? Начал играть в новую игру?
– При чем здесь игры? Ты со своей работой перестала быть мне женой. Мы практически не разговариваем, не видимся. Оба стали и глухими, и слепыми. Чужими, – добавил Петя, всматриваясь в дно бокала.
– Тебя это беспокоит?
– А тебя, нет?
– Мудрец бы, наверно, ответил, что у таких глухих и слепых самые крепкие семьи! Давай выпьем за то, чтобы и ты, и я были счастливы! – Ангелина протянула руку с бокалом вина и после звонкого «дзынь» выпила все до последней капли.
Петя поухаживал за женой, положив на ее тарелку сочный кусок мяса и две ложки картошки. Ангелина ела с аппетитом.
– Как вкусно!
– Конечно, я же готовил с любовью.
– А я помогал! – добавил Саша.
– Вы меня сегодня удивили! Молодцы!
Петя был серьезным. Ангелина смотрела на него, пытаясь понять, что за муха его укусила, к чему эти разговоры о взаимопонимании и согласии в семье, что побудило приготовить ужин, сходить в магазин, и вообще постелить праздничную скатерть.
После ужина Ангелина принялась убирать со стола. Саша в спальне читал «Приключения Тома Сойера», а Петя так и вертелся на кухне. Протирал посуду, расставлял по местам бокалы и тарелки.
– Любимая, – он обнял Ангелину сзади, покрывая нежными поцелуями шею, – не хочешь сходить прогуляться перед сном?
– Прогуляться? – Ангелина повернулась к нему лицом. – Куда?
– В парк!
– Только вдвоем? Будем целоваться под звездным небом?!
– И не только! Я возьму старую рубашку. Мы расстелем ее на траве, и будем любоваться Большой Медведицей!
Ангелина рассмеялась, обнимая и целуя своего мужа:
– Смотреть на звезды будем по очереди!


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:24
 
Сообщение«Дон Хуан Енакиевский»

Входная дверь офиса «Logistics Company» была открыта. Ангелина пришла на работу немного раньше, чем обычно. Из сотрудников на складе были только руководитель Серж Рябинович и приемщики: второй Серж «Розовые ушки» и озабоченный Влад Погреб. Они оживленно что-то обсуждали. Ангелина явно пропустила часть разговора, но без особого труда поняла, что весельчак Серж старший опять хвалился очередным знакомством. Поздоровавшись с коллегами, Ангелина прошла в раздевалку, надела корпоративную рубашку, и до открытия отделения решила выпить чашку кофе.
Серж, не обращая внимания на Ангелину, рассказывал:
– У нее такие аппетитные булки! – он расставил пальцы, будто бы на самом деле что-то ими удерживал. – Работы не початый край!
Влад и «Розовые ушки» заливались смехом. Ангелина молча на них посмотрела, давно привыкнув к подобным явлениям. В «Logistics Company» каждый был немного с приветом. Ангелина, например, могла молча разговаривать с клиентами, особенно по утрам, когда они приходили с крупными купюрами, а в кассе не было мелких денег. Тогда она им мысленно желала «всего наилучшего», и порой подобные пожелания состояли исключительно из нецензурной лексики.
– Так вы «пане керівник» опять кого-то поймали в свои сети?! И кто эта несчастная?! Можно я угадаю? – Ангелина залила кипятком Nescafe, и присела на красный диванчик. – Красотка с горисполкома?
– Не угадала! – Серж спрятал руки в карманы и начал расшатываться на месте, посмеиваясь.
– С Юстиции?
– Нет!
– Откуда же? У тебя, по-моему, уже во всем городе связи есть! Кроме горисполкома и юстиции!
Серж присел рядом, сделав серьезное лицо на одно мгновение:
– Думала ли ты о пенсии, деточка?
Ангелина удивленно свела брови.
Влад упал под стол, «Розовые ушки» закрыл красное лицо руками, согнувшись.
– Пышная такая пенсия! – Рябинович опять залился смехом. – Телочка с пенсионного фонда! Люська зовут!
– Так тебя еще и в другой конец города занесло? – Ангелина не сдержала смеха. – В пенсионный фонд? Ну, вы не «пане керівник» даете! Дон Хуан Енакиевский!
– То-то же! Так что, если кому на пенсию пора, обращайтесь! Я все организую! – Серж подмигнул Ангелине. – Тебе до пенсии сколько осталось? Пару лет?
– Очень смешно! – Ангелина двинула его в бок.
– Ну, я же шучу! Давай цем! – и вытянул свои губы, как утка.
– Целуйся со своей Люськой! Или чья там очередь сегодня?! – Ангелина встала с дивана и отошла подальше от любвеобильного начальника.
– Серж, Серж, – подскакивал Влад неугомонно, – а ты приводи ее к нам! Хоть покажешь, что за штучку подцепил!
– Ты от зависти слюной не захлебнешься, мальчик!? – Серж, как всегда, подшучивал. – Но у тебя будет возможность оценить ее пышные формы! Обещаю.
– Ты, что, правда, приведешь ее к нам в офис? – «Розовые ушки» погладил себя тыльной стороной ладони по щеке. – Только не сегодня! Мне лень было утром побриться.
Серж отпил глоток кофе:
– Сегодня! Моя Людмила примчится проведать своего покорного слугу Руслана, то бишь меня – руководителя «Logistics Company», готового оказать ей любую услугу!
– «Но, страстью пылкой утомлённый, не ест, не пьёт Руслан влюблённый...» а Рябинович не Руслан, устал менять влюбленных дам! – Влад, недавно окончивший учебу, блеснул памятью, процитировав несколько строчек из поэмы Пушкина А.С. «Руслан и Людмила» и добавив от себя экспромтом продолжение.
Тема сексуальных похождений весельчака-начальника еще не раз всплывала на протяжении всего дня. Серж Рябинович любил быть в центре внимания, особенно ему нравилось поднимать настроение операторам, которым время от времени приходилось для этих целей пить валерьянку или успокоительный чай. Но ничто так не снимало стресс коллегам, как пошлые шуточки Сержа и громкий заразительный смех Ангелины. Владушка, как ласково называли Влада Погреба девочки-операторы, каждый раз, когда Ангелина смеялась, повторял: «От одного только твоего га-га хочется смеяться!»

Новая пассия шефа

В полдень в офисе было не до смеха. Программа 1С висела, приходилось выписывать накладные вручную. Число желающих получить «посылочку» не уменьшалось. Вместо одного обслуженного клиента, спешащего на склад, в клиентскую зону входили еще четверо. Часто в «Logistics Company» приходили целыми семьями. Они по большему счету только создавали толпу. В результате кто-то обязательно начинал возмущаться. Все спешили, нервничали. И когда какая-нибудь старушка поднимала хай, перечисляя, описывая внешность и одежду, кто за кем занимал очередь, всех операторов бросало в пот. И даже кондиционер не спасал.
Ближе к 13:00 общими усилиями операторов, закаленных очередями неблагодарных клиентов, в зале стало спокойно. 1С заработала. Обслуживалось несколько человек. На столике Ангелины стояла красная табличка с надписью «Зверніться, будь-ласка, до іншого віконця». Ангелина занималась сканированием и паллетированием ценных бумаг по девяти направлениям. Когда входная дверь открылась и в клиентскую зону вошла девушка в длинной юбке и блузке, скрывающей руки по локоть, Ангелина и не посмотрела в ее сторону. Но стоило Сержу нарисоваться на горизонте, едва ли не кланяющемуся в реверансе, Ангелина смекнула, что эта особа и есть та самая Людмила с пенсионного фонда.
Оценивающим взглядом она «просканировала» достоинства и недостатки фигуры, отметив слишком высокий рост, широкие плечи, большую грудь, что не могло не зацепить Сержа Рябиновича – любителя «спелых дынек». Девушка приветливо улыбалась, с нежностью смотрела в глаза Сержу. Этого было больше чем достаточно, чтобы сделать вывод – Людмила к нему неравнодушна. Они о чем-то мило ворковали. Серж покраснел от волнения.
Людмила выглядела как школьница на первом свидании. Застенчивая. Одета едва ли не в монашескую рясу. Вцепилась обеими руками в старомодную сумку, и только и делала, что кокетливо опускала глаза. У нее были густые длинные волосы. Она собрала их в хвостик, закалов пластмассовым крабиком с бусинками. В ушах блестели едва заметные гвоздики. Больше никаких украшений на Людмиле не наблюдалось.
Ангелина переглянулась с Инной:
– Колхоз!
– Я бы никогда не надела такую юбку! – сказала Инна очень тихо, чтобы кроме Ангелины никто не услышал.
– Т-с-с, они идут к нам.
Серж подвел свою новую пассию к столику Инны Шевы.
– Инночка, обслужи, пожалуйста, эту очаровательную, восхитительную, неотразимую, прелестную богиню, посетившую наш серый скучный офис и озарившую его волшебным сиянием чарующих глаз! – Серж придумывал на ходу, как бы больше комплиментов отвесить Людмиле.
– Здравствуйте, – немного залившись румянцем, Людмила поздоровалась с оператором. Голос у нее оказался приятным.
– Добрый день, – ответила Инна, – вы хотите получить или отправить?
– Да. Получить! Возьмите мой телефон, там смс-ка от вас пришла, – это были стандартные фразы получателей груза в «Logistics Company».
Инна вбила многозначный номер товаротранспортной накладной (ТТН) и попросила предъявить паспорт или водительское удостоверение. Людмила достала из сумки паспорт и положила его на стол. Программа хоть и работала, но тормозила после каждого действия. Пока Инна вносила данные, Серж неустанно восхищался глазами Людмилы «ясными, как чистое небо». Распечатав накладную, Инна отметила галочками, где клиент должен поставить роспись и подала в руки. Людмила расписалась и, очарованная, вместе с Сержем пошла на склад за посылкой, оставив паспорт лежать на столе.
Инна сразу его подхватила, но не торопилась возвращать.
– Смотри, – она наклонилась ближе к Ангелине, сидящей за соседним столом и молча наблюдающей за происходящим, не забывая при этом выполнять свою работу. – Смотри, она 1984 года рождения. Это сколько ей лет?
– 28, – сразу ответила Ангелина. – Она немного младше меня.
Инна рассматривала фото.
– В жизни она приятнее! Глянь на ее фотографию! – Инна протянула паспорт в руки Ангелины.
Не задерживая взгляд на неудачном снимке, Ангелина дважды прочитала фамилию – Журавлева. Журавлева Людмила Сергеевна родилась 12 марта 1984 в г. Енакиево. Паспорт выдан Енакиевским ГО УМВД Украины… А дальше Ангелина машинально перелистнула страницы и внимательно изучала штамп в графе «семейное положение»: зарегистрирован брак с гр. Журавлев Леонид Вячеславович.
– Это его жена.
– Чья? Сержа?
– Нет, конечно, не Сержа! – Ангелина вернула паспорт Инне. – Жена моего адвоката!
– Что, правда?
– Посмотри штамп! Журавлев Леонид Вячеславович – это он!
Инна была удивлена не меньше Ангелины.
– Как тесен мир! Ты зажигаешь с ее мужем, а она с нашим Сержем! Как думаешь, она знает о вас?
– Думаю, нет. Ты видела ее лицо, влюбленные глаза? Она без ума от Сержа! Скорее всего, она сосредоточена только на себе и ей и дела нет до мужа.
– Я в шоке! Как можно так жить?! Свободная любовь? А смысл тогда вообще жить вместе?
– Инна, люди, прожившие длительное время вместе и нажившие совместно квартиру, машину, обстановку, часто не расстаются только по одной причине. И это не привычка! Они не хотят перемен, раздела имущества, ссор и натянутых отношений с родственниками. Им проще поддерживать иллюзию счастливой семейной жизни, при этом каждый счастлив по-своему.
В зале снова появилась Людмила, и Ангелина сразу же замолчала.
Людмила вспомнила о паспорте, и Инна вернула его, пристально посмотрев в ее глаза. Серж подмигнул девчонкам-операторам и сказал с улыбкой до ушей: «Мне нужно в «Кварц» забрать картриджи. Если что, звоните!» Все понимающе кивнули, зная, что никакие картриджи забирать не нужно – их давно доставили в офис.
Остаток дня Ангелина провела в раздумьях. Она точно не могла определить радует ее или тревожит то, что Людмила за спиной мужа крутит Шуры-Муры. Она не понимала, чем может не устраивать ее Лёня, и строила догадки. «Может, он не удовлетворяет ее в постели? Что если у него с этим проблемы? И детей у них нет почему-то. А может, Лёня скучный и неинтересный? Да, ну! Он необыкновенный! С таким мужчиной может быть скучно только в одном случае, если собеседница перестала его интересовать! Или он интересуется другой. Мной! А что если она читала наши письма и знает кто я? Нет. Лёня не мог не удалить их. Его жена ничего о нас не знает».
К концу смены вернулся со свидания Серж Рябинович. Немногословно, но он дал понять коллегам, что Людмила удовлетворила все его потребности. Приемщики и грузчики засыпали его вопросами, но он только довольно улыбался, как хитрый кот, которому вместо привычного сухого корма дали креветок, а вместо воды – сметаны. Он отмалчивался, что было совсем на него не похоже. Обычно Серж подробно описывал и позы, и как и сколько раз, и где, и на чем, а на этот раз не стал этого делать. Влад даже предположил, что Серж наконец-то встретил свою настоящую любовь, о сексе с которой не будет говорить с коллегами, как истинные джентльмены, которые давно перевелись.

Сюрприз.

К 20:00 Ангелина вернулась с работы домой. Дверь открыл муж. Побритый, свеженький, трезвый. В коридоре пахло жареной картошкой, и Ангелина из чувства благодарности нежно обняла Петю и поцеловала в щечку.
– Пупсик, как приятно видеть тебя побритым!
– Можно подумать я не брился полгода!
– Ну, неделю точно! А вот раньше, когда мы еще только встречались, ты брился через день!
– Не было такого никогда!
Петя посмотрел на Ангелину, будто давно не видел. Коснулся подбородка, волос, взял за плечи и прижал к груди.
– Я соскучился! Веришь?
– Верю!
Он поцеловал ее в губы сухим отрывистым поцелуем.
– Мы с Сашкой приготовили ужин! Иди скорее переодевайся, а я накрою на стол!
– Хорошо! А где наш Сашка?
– Где он может быть, если компьютер свободный? В одноклассниках! Строит свое королевство!
Ангелина тихонько вошла в зал и незаметно подкралась к сыну. Сняла с него наушники и зажала в объятьях.
– О! Мама вернулась! А мы с папой готовили ужин! Я столько картошки начистил! А еще я помыл полы во всей квартире!
– Умничка моя!
– А ты мне купишь карточки «Черепашки Ниндзя – 3. Братья по оружию»? Я же заслужил?!
– Куплю! А ты прочитаешь и перескажешь мне «Приключения Тома Сойера». Договорились?!
– Без проблем! Я эту книжку за два дня осилю! С тебя карточки!
– Включай музыку и пошли кушать!
Саша ловкими пальчиками вышел из приложения, нажал на оранжевой панели значок «Музыка», отключил наушники, подключил колонки, и зазвучала песня Григория Лепса «Я тебя не люблю»: Я интересуюсь тобой, но не глубоко, иногда проводим вдвоём с тобой денек-другой…
Ангелина переоделась в коротенький домашний халатик и, напевая «Я тебя не люблю, это главный мой плюс», появилась на кухне.
Стол уже был накрыт. Праздничная скатерть, вино, коньяк, торт, фрукты, хрустальные бокалы, салфетки и белая посуда, которую Ангелина доставала только для гостей. Но самым главным было не это. – Петя нажарил картошки, сделал отбивные и салат!
– Ничего себя! А по какому поводу у нас сегодня праздничный ужин? – Ангелина не скрывала, что приятно удивлена.
– Решил сделать тебе сюрприз! Потому что люблю тебя!
– Надо же! Спасибо! – Ангелина не ответила «я тебя тоже». – Минуточку, я только руки помою. Налей мне вина.
Петя молча взял в руки приготовленный штопор и за считанные секунды откупорил бутылку. Наполнил два бокала красным вином, а Сашин стакан виноградным соком.
– Ангелина, ты слышала такой тост: «У мудреца спросили, когда бывают хорошие отношения между супругами. – Когда муж не слышит, что говорит жена, а жена не видит, что делает муж, – был ответ мудреца. Давай выпьем за взаимопонимание и согласие в семье!»
– Я не буду пить за глухого мужа и слепую жену, – категорично заявила Ангелина, – это не залог взаимопонимания и согласия в семье. И вообще к чему этот тост? Разве ты что-то делаешь, о чем я не знаю? Начал играть в новую игру?
– При чем здесь игры? Ты со своей работой перестала быть мне женой. Мы практически не разговариваем, не видимся. Оба стали и глухими, и слепыми. Чужими, – добавил Петя, всматриваясь в дно бокала.
– Тебя это беспокоит?
– А тебя, нет?
– Мудрец бы, наверно, ответил, что у таких глухих и слепых самые крепкие семьи! Давай выпьем за то, чтобы и ты, и я были счастливы! – Ангелина протянула руку с бокалом вина и после звонкого «дзынь» выпила все до последней капли.
Петя поухаживал за женой, положив на ее тарелку сочный кусок мяса и две ложки картошки. Ангелина ела с аппетитом.
– Как вкусно!
– Конечно, я же готовил с любовью.
– А я помогал! – добавил Саша.
– Вы меня сегодня удивили! Молодцы!
Петя был серьезным. Ангелина смотрела на него, пытаясь понять, что за муха его укусила, к чему эти разговоры о взаимопонимании и согласии в семье, что побудило приготовить ужин, сходить в магазин, и вообще постелить праздничную скатерть.
После ужина Ангелина принялась убирать со стола. Саша в спальне читал «Приключения Тома Сойера», а Петя так и вертелся на кухне. Протирал посуду, расставлял по местам бокалы и тарелки.
– Любимая, – он обнял Ангелину сзади, покрывая нежными поцелуями шею, – не хочешь сходить прогуляться перед сном?
– Прогуляться? – Ангелина повернулась к нему лицом. – Куда?
– В парк!
– Только вдвоем? Будем целоваться под звездным небом?!
– И не только! Я возьму старую рубашку. Мы расстелем ее на траве, и будем любоваться Большой Медведицей!
Ангелина рассмеялась, обнимая и целуя своего мужа:
– Смотреть на звезды будем по очереди!

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 15:28
Сообщение«Дон Хуан Енакиевский»

Входная дверь офиса «Logistics Company» была открыта. Ангелина пришла на работу немного раньше, чем обычно. Из сотрудников на складе были только руководитель Серж Рябинович и приемщики: второй Серж «Розовые ушки» и озабоченный Влад Погреб. Они оживленно что-то обсуждали. Ангелина явно пропустила часть разговора, но без особого труда поняла, что весельчак Серж старший опять хвалился очередным знакомством. Поздоровавшись с коллегами, Ангелина прошла в раздевалку, надела корпоративную рубашку, и до открытия отделения решила выпить чашку кофе.
Серж, не обращая внимания на Ангелину, рассказывал:
– У нее такие аппетитные булки! – он расставил пальцы, будто бы на самом деле что-то ими удерживал. – Работы не початый край!
Влад и «Розовые ушки» заливались смехом. Ангелина молча на них посмотрела, давно привыкнув к подобным явлениям. В «Logistics Company» каждый был немного с приветом. Ангелина, например, могла молча разговаривать с клиентами, особенно по утрам, когда они приходили с крупными купюрами, а в кассе не было мелких денег. Тогда она им мысленно желала «всего наилучшего», и порой подобные пожелания состояли исключительно из нецензурной лексики.
– Так вы «пане керівник» опять кого-то поймали в свои сети?! И кто эта несчастная?! Можно я угадаю? – Ангелина залила кипятком Nescafe, и присела на красный диванчик. – Красотка с горисполкома?
– Не угадала! – Серж спрятал руки в карманы и начал расшатываться на месте, посмеиваясь.
– С Юстиции?
– Нет!
– Откуда же? У тебя, по-моему, уже во всем городе связи есть! Кроме горисполкома и юстиции!
Серж присел рядом, сделав серьезное лицо на одно мгновение:
– Думала ли ты о пенсии, деточка?
Ангелина удивленно свела брови.
Влад упал под стол, «Розовые ушки» закрыл красное лицо руками, согнувшись.
– Пышная такая пенсия! – Рябинович опять залился смехом. – Телочка с пенсионного фонда! Люська зовут!
– Так тебя еще и в другой конец города занесло? – Ангелина не сдержала смеха. – В пенсионный фонд? Ну, вы не «пане керівник» даете! Дон Хуан Енакиевский!
– То-то же! Так что, если кому на пенсию пора, обращайтесь! Я все организую! – Серж подмигнул Ангелине. – Тебе до пенсии сколько осталось? Пару лет?
– Очень смешно! – Ангелина двинула его в бок.
– Ну, я же шучу! Давай цем! – и вытянул свои губы, как утка.
– Целуйся со своей Люськой! Или чья там очередь сегодня?! – Ангелина встала с дивана и отошла подальше от любвеобильного начальника.
– Серж, Серж, – подскакивал Влад неугомонно, – а ты приводи ее к нам! Хоть покажешь, что за штучку подцепил!
– Ты от зависти слюной не захлебнешься, мальчик!? – Серж, как всегда, подшучивал. – Но у тебя будет возможность оценить ее пышные формы! Обещаю.
– Ты, что, правда, приведешь ее к нам в офис? – «Розовые ушки» погладил себя тыльной стороной ладони по щеке. – Только не сегодня! Мне лень было утром побриться.
Серж отпил глоток кофе:
– Сегодня! Моя Людмила примчится проведать своего покорного слугу Руслана, то бишь меня – руководителя «Logistics Company», готового оказать ей любую услугу!
– «Но, страстью пылкой утомлённый, не ест, не пьёт Руслан влюблённый...» а Рябинович не Руслан, устал менять влюбленных дам! – Влад, недавно окончивший учебу, блеснул памятью, процитировав несколько строчек из поэмы Пушкина А.С. «Руслан и Людмила» и добавив от себя экспромтом продолжение.
Тема сексуальных похождений весельчака-начальника еще не раз всплывала на протяжении всего дня. Серж Рябинович любил быть в центре внимания, особенно ему нравилось поднимать настроение операторам, которым время от времени приходилось для этих целей пить валерьянку или успокоительный чай. Но ничто так не снимало стресс коллегам, как пошлые шуточки Сержа и громкий заразительный смех Ангелины. Владушка, как ласково называли Влада Погреба девочки-операторы, каждый раз, когда Ангелина смеялась, повторял: «От одного только твоего га-га хочется смеяться!»

Новая пассия шефа

В полдень в офисе было не до смеха. Программа 1С висела, приходилось выписывать накладные вручную. Число желающих получить «посылочку» не уменьшалось. Вместо одного обслуженного клиента, спешащего на склад, в клиентскую зону входили еще четверо. Часто в «Logistics Company» приходили целыми семьями. Они по большему счету только создавали толпу. В результате кто-то обязательно начинал возмущаться. Все спешили, нервничали. И когда какая-нибудь старушка поднимала хай, перечисляя, описывая внешность и одежду, кто за кем занимал очередь, всех операторов бросало в пот. И даже кондиционер не спасал.
Ближе к 13:00 общими усилиями операторов, закаленных очередями неблагодарных клиентов, в зале стало спокойно. 1С заработала. Обслуживалось несколько человек. На столике Ангелины стояла красная табличка с надписью «Зверніться, будь-ласка, до іншого віконця». Ангелина занималась сканированием и паллетированием ценных бумаг по девяти направлениям. Когда входная дверь открылась и в клиентскую зону вошла девушка в длинной юбке и блузке, скрывающей руки по локоть, Ангелина и не посмотрела в ее сторону. Но стоило Сержу нарисоваться на горизонте, едва ли не кланяющемуся в реверансе, Ангелина смекнула, что эта особа и есть та самая Людмила с пенсионного фонда.
Оценивающим взглядом она «просканировала» достоинства и недостатки фигуры, отметив слишком высокий рост, широкие плечи, большую грудь, что не могло не зацепить Сержа Рябиновича – любителя «спелых дынек». Девушка приветливо улыбалась, с нежностью смотрела в глаза Сержу. Этого было больше чем достаточно, чтобы сделать вывод – Людмила к нему неравнодушна. Они о чем-то мило ворковали. Серж покраснел от волнения.
Людмила выглядела как школьница на первом свидании. Застенчивая. Одета едва ли не в монашескую рясу. Вцепилась обеими руками в старомодную сумку, и только и делала, что кокетливо опускала глаза. У нее были густые длинные волосы. Она собрала их в хвостик, закалов пластмассовым крабиком с бусинками. В ушах блестели едва заметные гвоздики. Больше никаких украшений на Людмиле не наблюдалось.
Ангелина переглянулась с Инной:
– Колхоз!
– Я бы никогда не надела такую юбку! – сказала Инна очень тихо, чтобы кроме Ангелины никто не услышал.
– Т-с-с, они идут к нам.
Серж подвел свою новую пассию к столику Инны Шевы.
– Инночка, обслужи, пожалуйста, эту очаровательную, восхитительную, неотразимую, прелестную богиню, посетившую наш серый скучный офис и озарившую его волшебным сиянием чарующих глаз! – Серж придумывал на ходу, как бы больше комплиментов отвесить Людмиле.
– Здравствуйте, – немного залившись румянцем, Людмила поздоровалась с оператором. Голос у нее оказался приятным.
– Добрый день, – ответила Инна, – вы хотите получить или отправить?
– Да. Получить! Возьмите мой телефон, там смс-ка от вас пришла, – это были стандартные фразы получателей груза в «Logistics Company».
Инна вбила многозначный номер товаротранспортной накладной (ТТН) и попросила предъявить паспорт или водительское удостоверение. Людмила достала из сумки паспорт и положила его на стол. Программа хоть и работала, но тормозила после каждого действия. Пока Инна вносила данные, Серж неустанно восхищался глазами Людмилы «ясными, как чистое небо». Распечатав накладную, Инна отметила галочками, где клиент должен поставить роспись и подала в руки. Людмила расписалась и, очарованная, вместе с Сержем пошла на склад за посылкой, оставив паспорт лежать на столе.
Инна сразу его подхватила, но не торопилась возвращать.
– Смотри, – она наклонилась ближе к Ангелине, сидящей за соседним столом и молча наблюдающей за происходящим, не забывая при этом выполнять свою работу. – Смотри, она 1984 года рождения. Это сколько ей лет?
– 28, – сразу ответила Ангелина. – Она немного младше меня.
Инна рассматривала фото.
– В жизни она приятнее! Глянь на ее фотографию! – Инна протянула паспорт в руки Ангелины.
Не задерживая взгляд на неудачном снимке, Ангелина дважды прочитала фамилию – Журавлева. Журавлева Людмила Сергеевна родилась 12 марта 1984 в г. Енакиево. Паспорт выдан Енакиевским ГО УМВД Украины… А дальше Ангелина машинально перелистнула страницы и внимательно изучала штамп в графе «семейное положение»: зарегистрирован брак с гр. Журавлев Леонид Вячеславович.
– Это его жена.
– Чья? Сержа?
– Нет, конечно, не Сержа! – Ангелина вернула паспорт Инне. – Жена моего адвоката!
– Что, правда?
– Посмотри штамп! Журавлев Леонид Вячеславович – это он!
Инна была удивлена не меньше Ангелины.
– Как тесен мир! Ты зажигаешь с ее мужем, а она с нашим Сержем! Как думаешь, она знает о вас?
– Думаю, нет. Ты видела ее лицо, влюбленные глаза? Она без ума от Сержа! Скорее всего, она сосредоточена только на себе и ей и дела нет до мужа.
– Я в шоке! Как можно так жить?! Свободная любовь? А смысл тогда вообще жить вместе?
– Инна, люди, прожившие длительное время вместе и нажившие совместно квартиру, машину, обстановку, часто не расстаются только по одной причине. И это не привычка! Они не хотят перемен, раздела имущества, ссор и натянутых отношений с родственниками. Им проще поддерживать иллюзию счастливой семейной жизни, при этом каждый счастлив по-своему.
В зале снова появилась Людмила, и Ангелина сразу же замолчала.
Людмила вспомнила о паспорте, и Инна вернула его, пристально посмотрев в ее глаза. Серж подмигнул девчонкам-операторам и сказал с улыбкой до ушей: «Мне нужно в «Кварц» забрать картриджи. Если что, звоните!» Все понимающе кивнули, зная, что никакие картриджи забирать не нужно – их давно доставили в офис.
Остаток дня Ангелина провела в раздумьях. Она точно не могла определить радует ее или тревожит то, что Людмила за спиной мужа крутит Шуры-Муры. Она не понимала, чем может не устраивать ее Лёня, и строила догадки. «Может, он не удовлетворяет ее в постели? Что если у него с этим проблемы? И детей у них нет почему-то. А может, Лёня скучный и неинтересный? Да, ну! Он необыкновенный! С таким мужчиной может быть скучно только в одном случае, если собеседница перестала его интересовать! Или он интересуется другой. Мной! А что если она читала наши письма и знает кто я? Нет. Лёня не мог не удалить их. Его жена ничего о нас не знает».
К концу смены вернулся со свидания Серж Рябинович. Немногословно, но он дал понять коллегам, что Людмила удовлетворила все его потребности. Приемщики и грузчики засыпали его вопросами, но он только довольно улыбался, как хитрый кот, которому вместо привычного сухого корма дали креветок, а вместо воды – сметаны. Он отмалчивался, что было совсем на него не похоже. Обычно Серж подробно описывал и позы, и как и сколько раз, и где, и на чем, а на этот раз не стал этого делать. Влад даже предположил, что Серж наконец-то встретил свою настоящую любовь, о сексе с которой не будет говорить с коллегами, как истинные джентльмены, которые давно перевелись.

Сюрприз.

К 20:00 Ангелина вернулась с работы домой. Дверь открыл муж. Побритый, свеженький, трезвый. В коридоре пахло жареной картошкой, и Ангелина из чувства благодарности нежно обняла Петю и поцеловала в щечку.
– Пупсик, как приятно видеть тебя побритым!
– Можно подумать я не брился полгода!
– Ну, неделю точно! А вот раньше, когда мы еще только встречались, ты брился через день!
– Не было такого никогда!
Петя посмотрел на Ангелину, будто давно не видел. Коснулся подбородка, волос, взял за плечи и прижал к груди.
– Я соскучился! Веришь?
– Верю!
Он поцеловал ее в губы сухим отрывистым поцелуем.
– Мы с Сашкой приготовили ужин! Иди скорее переодевайся, а я накрою на стол!
– Хорошо! А где наш Сашка?
– Где он может быть, если компьютер свободный? В одноклассниках! Строит свое королевство!
Ангелина тихонько вошла в зал и незаметно подкралась к сыну. Сняла с него наушники и зажала в объятьях.
– О! Мама вернулась! А мы с папой готовили ужин! Я столько картошки начистил! А еще я помыл полы во всей квартире!
– Умничка моя!
– А ты мне купишь карточки «Черепашки Ниндзя – 3. Братья по оружию»? Я же заслужил?!
– Куплю! А ты прочитаешь и перескажешь мне «Приключения Тома Сойера». Договорились?!
– Без проблем! Я эту книжку за два дня осилю! С тебя карточки!
– Включай музыку и пошли кушать!
Саша ловкими пальчиками вышел из приложения, нажал на оранжевой панели значок «Музыка», отключил наушники, подключил колонки, и зазвучала песня Григория Лепса «Я тебя не люблю»: Я интересуюсь тобой, но не глубоко, иногда проводим вдвоём с тобой денек-другой…
Ангелина переоделась в коротенький домашний халатик и, напевая «Я тебя не люблю, это главный мой плюс», появилась на кухне.
Стол уже был накрыт. Праздничная скатерть, вино, коньяк, торт, фрукты, хрустальные бокалы, салфетки и белая посуда, которую Ангелина доставала только для гостей. Но самым главным было не это. – Петя нажарил картошки, сделал отбивные и салат!
– Ничего себя! А по какому поводу у нас сегодня праздничный ужин? – Ангелина не скрывала, что приятно удивлена.
– Решил сделать тебе сюрприз! Потому что люблю тебя!
– Надо же! Спасибо! – Ангелина не ответила «я тебя тоже». – Минуточку, я только руки помою. Налей мне вина.
Петя молча взял в руки приготовленный штопор и за считанные секунды откупорил бутылку. Наполнил два бокала красным вином, а Сашин стакан виноградным соком.
– Ангелина, ты слышала такой тост: «У мудреца спросили, когда бывают хорошие отношения между супругами. – Когда муж не слышит, что говорит жена, а жена не видит, что делает муж, – был ответ мудреца. Давай выпьем за взаимопонимание и согласие в семье!»
– Я не буду пить за глухого мужа и слепую жену, – категорично заявила Ангелина, – это не залог взаимопонимания и согласия в семье. И вообще к чему этот тост? Разве ты что-то делаешь, о чем я не знаю? Начал играть в новую игру?
– При чем здесь игры? Ты со своей работой перестала быть мне женой. Мы практически не разговариваем, не видимся. Оба стали и глухими, и слепыми. Чужими, – добавил Петя, всматриваясь в дно бокала.
– Тебя это беспокоит?
– А тебя, нет?
– Мудрец бы, наверно, ответил, что у таких глухих и слепых самые крепкие семьи! Давай выпьем за то, чтобы и ты, и я были счастливы! – Ангелина протянула руку с бокалом вина и после звонкого «дзынь» выпила все до последней капли.
Петя поухаживал за женой, положив на ее тарелку сочный кусок мяса и две ложки картошки. Ангелина ела с аппетитом.
– Как вкусно!
– Конечно, я же готовил с любовью.
– А я помогал! – добавил Саша.
– Вы меня сегодня удивили! Молодцы!
Петя был серьезным. Ангелина смотрела на него, пытаясь понять, что за муха его укусила, к чему эти разговоры о взаимопонимании и согласии в семье, что побудило приготовить ужин, сходить в магазин, и вообще постелить праздничную скатерть.
После ужина Ангелина принялась убирать со стола. Саша в спальне читал «Приключения Тома Сойера», а Петя так и вертелся на кухне. Протирал посуду, расставлял по местам бокалы и тарелки.
– Любимая, – он обнял Ангелину сзади, покрывая нежными поцелуями шею, – не хочешь сходить прогуляться перед сном?
– Прогуляться? – Ангелина повернулась к нему лицом. – Куда?
– В парк!
– Только вдвоем? Будем целоваться под звездным небом?!
– И не только! Я возьму старую рубашку. Мы расстелем ее на траве, и будем любоваться Большой Медведицей!
Ангелина рассмеялась, обнимая и целуя своего мужа:
– Смотреть на звезды будем по очереди!

Автор - Kristina_Iva-Nova
Дата добавления - 19.05.2013 в 15:28
Kristina_Iva-NovaДата: Воскресенье, 19.05.2013, 16:01 | Сообщение # 13
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 2867
Награды: 26
Репутация: 154
Статус: Offline
Развалины

От июльского солнца не осталось и красной полоски над дымящим заводом. Город укрыла синева небес. Вдоль главной дороги горели фонари. Молодежь собралась на площади. Смеялись, пили пиво, курили, ругались матом.
Ангелина и Петр Борисович не спеша прогуливались по аллее, ведущей в старый парк. Кроме ржавых труб, торчащих из земли, и развалин фундамента в парке не осталось ни единого намека на аттракционы. Только высокие ели, березы, тополя, акации и клены. За забором, ранее представляющим собой резную решетку, а теперь скорее живую изгородь, поросшую диким виноградом, стоял, как и прежде, дворец. Уникальное здание с колонами, лепниной и величавой башней. Шедевр своего рода. Заброшенный, полуразрушенный, но все еще красивый. Немногие, наверно, видели фильм, снятый в 1950 году киностудией им. Горького, «Донецкие шахтеры». В этом фильме можно увидеть дворец таким, каким он был в послевоенные годы. Ухоженным и роскошным! И все это во времена, когда люди жили бедно. А теперь все настолько богатые, что дворец выглядит хуже, чем после войны.
По узкой тропинке Петя привел Ангелину к еще одной развалине.
– Это старое горное училище. Я когда-то здесь учился, – сказал он.
Пели сверчки. Высоко в небе светила луна. Ветер шелестел черной и сухой листвой, такой, как безжизненная трава между обломками серых плит. Место не было романтичным. И только звезды над головами и отдаленное пение соловья украшали его.
– Я представляла нашу прогулку иначе, – Ангелина коснулась губами мочки уха Пети, и прошептала, – давай не будем медлить.
– Что прямо здесь на развалинах?
– Да, прямо на этом камне, – и Ангелина выхватила из его рук старую рубашку. Постелила ее на бетонный блок, по форме напоминающей обычный кухонный стол.
Петр почувствовал прилив сил и энергии. Его руки скользнули под летний сарафан Ангелины. Губы с каждым поцелуем все смелее и жарче касались шеи, груди, опускались все ниже и ниже. Он покрывал поцелуями внутреннюю часть бедер, постепенно приближаясь к заветному треугольнику под гипюровым кружевом стрингов.
Ангелина закрыла глаза, представляя на месте мужа Леонида. Она сравнивала их поцелуи и представляла, каким бы страстным был с ней Лёня. Она хотела бы испытать на себе силу его желаний, дарить ему свои горячие ласки и делить на двоих одно общее наслаждение – близость. Но, открывая глаза, Ангелина видела перед собой мраморное лицо Пети, слегка светящееся в темноте и отражающее лунный свет. И Ангелина снова и снова закрывала глаза, но знакомое и привычное дыхание мужа не позволяло обманывать себя разыгравшейся фантазии. Бороться с навязчивыми мыслями о сексе с Леонидом Ангелина и не думала. Душой она была с ним, и только тело принадлежало мужу.
Все закончилось слишком быстро. Минутное наваждение, всплеск эмоций: все прошло. Остались только вопросы, на которые нелегко было найти правильные ответы.

Прежде чем уснуть, Ангелина размышляла о своем будущем, и то, каким она его видела, тесно переплеталось с настоящим. Петр обнимал и дышал в затылок. Он крепко спал после маленького эротического происшествия на развалинах. А к Ангелине сон не шел. Она задавалась вечным вопросом: «Быть или не быть?» Можно ли позволить себе легкомысленные поступки? Стоит ли это делать или нет? Как дальше вести себя с Леонидом? Продолжать встречи, которые рано или поздно закончатся сексом? Или прекратить безумие раз и навсегда, делая вид, что Лёня ей совершенно безразличен? Но Ангелина знала, что легче обмануть кого-то другого: мужа, подруг, коллег, но врать себе трудно и нет смысла причинять себе душевную боль, стараясь сопротивляться желанию быть счастливой. И в чем оно заключается это счастье, Ангелина так и разобралась. В тайных свиданиях после работы или во время рабочего дня? В поцелуях, украденных у чужой женщины – его жены, которая и сама раздаривает свою любовь налево и направо? История Сержа и Людмилы вообще не давала Ангелине принять правильное обдуманное решение. – Что ей нужно делать, а что лучше не делать?
Страсть она считала слабым оправданием безумным поступкам. По ее убеждениям, нельзя изменять мужу, мотивируясь только этим. «И что в Лёне есть такого, чего нет у Пети? Петя свой, домашний, покладистый, спокойный. Лёня чужой, неизвестный, манящий желанием разгадать, кто скрывается под маской серьезного мужчины в деловом костюме. На самом ли деле он такой замечательный, особенный и неповторимый, совершенный и правильный во всех отношениях, как я привыкла думать с семнадцати лет? Зачем мне разгадывать эти загадки? Чтобы окончательно убедиться, что я все придумала? Что Лёня такой же, как все, и ничем не лучше моего Пети? »
Ангелина все ворочалась с боку на бок, а рядом под общим одеялом спал Петя. Комнату заливал лунный свет. Часы показывали 01:30. Ощущая приближения сна, Ангелина сказала себе «Все. Я приняла решение. Буду верна своему мужу, какими бы навязчивыми не были мысли о Лёне. Я не сломаюсь, не поддамся, не позволю ему играть со мной. Тем более он сказал, что не любит меня. Ну и не надо! Пусть любит свою Людмилу, целует ее губы, после того, как они неизвестно где блуждали. А я полюблю своего Петю по-новому! Он ведь тоже мужчина. И не проблема, что любит танчики, футбол, выпить и поспать, зато, когда он пьяненький, я купаюсь в комплиментах, ласковых словах и признаниях в любви. Он уже восьмой год называет меня любимой, а главное воспринимает такой, какая я есть. Для него не нужно ярко краситься, надевать чулки и сексуальное белье, он любит меня и не накрашенной, в халате и комнатных тапочках. С ним я могу быть уверенной во всем. Петя – моя вторая половинка! Он полюбил моего сына, как своего, и хотя бы поэтому, я должна быть ему благодарна. Так что отныне я буду сопротивляться изо всех сил страсти и зову плоти. Я же не кошка, а взрослая женщина, у которой хватит сил, чтобы не опуститься до уровня изменщицы».

Прекрасный сон

Наутро Ангелина проснулась счастливой. Не открывая глаз, она укуталась в одеяло, ощущая тепло. Губы сами растягивались в улыбке от сладких воспоминаний романтического сна. Во сне все было будто наяву: Лёня – красивый, веселый, Ангелина вертелась вокруг него, поправляя на нем рубашку, поглаживала по груди, и даже во сне восхищалась им. Восхищение не исчезло с рассветом, как ночь и далекие звезды – оно теплилось в сердце тлеющим угольком. И Ангелина позволила себе на несколько минут мысленно утопать в объятиях Лёни. Она опять вспоминала его поцелуи, не смотря на недавнее обещание сопротивляться страстной любви.
Посмотрев сначала на часы, потом на спящего рядом мужа, Ангелина встала с постели. Накинула на обнаженное тело шелковый халатик, просунула ноги в розовые тапочки с бантиками и, еще раз бросив взгляд на Петю, призналась себе, что хотела бы хотя бы один раз проснуться с Лёней. Но только не в рабочий день, а в выходной, чтобы можно было не спешить вставать и подольше понежиться под одеялом с мужчиной-мечтой.
С такими мыслями Ангелина включила свой ноутбук в спальне, прибавила громкости на колонках, и в 06:30 сильный голос Григория Лепса, как будильник, поднял с кроватей и Петю, и Сашу.
Спорить с Ангелиной, а тем более что-то ей запрещать было бесполезно. Она все равно все делала по-своему. Например, могла с самого утра исполнить свою мелодию любви на пианино, совершенно не беспокоясь, что возможно не все соседи просыпаются так рано. Хотя за 7 лет никто из них так ни разу и не пожаловался. Зато на соседа с четвертого этажа жаловались все – он по ночам кричал, стонал, бил мебелью о пол. По сравнению с ним и Лепс по утрам, и Штраус не могли вызвать бурю негодования.
Позавтракав с семьей, Ангелина ушла на работу. Вспорхнула бабочкой! Как всегда эффектная: на каблуках, в модном платье, длинные серьги, ожерелье, браслет, часы, кольца, яркий макияж. Независимо от чужих мнений, что отличительная черта офисного сотрудника – сдержанность, Ангелина оставалась такой, какой нравилась себе в зеркале – вызывающей.

Разочарования

В «Logistics Company» рабочий день начался с неприятных новостей. Ожидался приезд регионального директора по случаю открытия в Енакиево второго офиса компании. А это означало, что дружный коллектив разделят на две части, и со многими, успевшими за короткий срок стать родными и близкими, придется проститься.
На собрании стало известно, что руководство уже заключило все договора и дело осталось за малым – установить баннеры, вывеску, указатели и график работы «в левом углу от входной двери».
Ангелина не любила перемены. И первая причина, по которой она волновалась, это нежелание менять место работы. Потому что от центра города до нового офиса расстояние измерялось километрами. Ей бы пришлось добираться на работу двумя автобусами: сначала приехать в центр, а потом из центра в другой район. А самое главное – офис Леонида был в центре, рядом с ее офисом, и если она попадет в список тех, кому придется работать в другом районе, это будет означать, что в рабочее время встретиться с ним уже не удастся. А терять Леонида из виду после долгих лет разлуки Ангелина не хотела. Она поняла это на собрании, когда велись разговоры о клиентском сервисе, о качестве обслуживания, очередях, штрафных санкциях, чек-листах и аудитах. Ангелина половину информации пропустила мимо ушей, летая в облаках. В итоге собрание закончилось предложением устроить небольшой корпоративчик и обещанием повысить ставки.
Домой Ангелина вернулась на такси. После двух стаканов колы с коньяком ехать в автобусе не хотелось.
Петя сидел в наушниках перед компьютером никого и ничего вокруг не замечая, кроме монитора со стреляющими танками. Саша читал Марка Твена, и как только Ангелина вошла в его комнату, сразу же закрыл книгу, эмоционально рассказывая, как Том ходил ночью на кладбище, выступил в суде, хотя боялся индейца, как он не любил умываться и быть опрятно одетым. Ангелина похвалила сына, и они вдвоем пошли пить чай с бутербродами.
На следующий вечер Ангелина опять приехала на такси, но не потому, что в голову ударил коньяк с пузырьками колы. Она не пила. После работы Ангелина зашла в супермаркет, набрала полную корзину продуктов и купила для Саши новый комикс «Черепашки Ниндзя – 3. Братья по оружию» с карточками. Ребенок был доволен. Недовольным, даже злым был Петр. Он проигрывал соперникам сражение за сражением, что воспринималось очень болезненно. Ангелина смотрела на него с разочарованием. Ей не хотелось даже находиться с ним в одной комнате, настолько от Петра веяло негативом и отрицательной энергией.
После работы Ангелина все чаще закрывалась в спальне, брала в руки Ги де Мопассана и читала его романы и новеллы, стараясь как можно меньше думать о Леониде и не вспоминать о Петре.

Наедине с осенью

В «Logistics Company» произошли масштабные изменения. В новый офис перевели большую часть штата, оставив на прежних местах трех операторов (и Ангелину в том числе), двух приемщиков и руководителя. Но число клиентов не убавилось с открытием еще одного отделения, поэтому оставшимся приходилось несладко. Ангелина садилась за рабочий стол в 09:00 и до 15:30 не вставала даже на минуту, чтобы сделать чай. Люди шли и шли за посылками. И только к вечеру клиентов было не так много, как днем. Можно было вздохнуть с облегчением и наконец-то выделить время, чтобы пообедать.
Так пролетел август. Леонид не звонил, не писал, не приходил. А Ангелина всякий раз, когда проходила мимо Юстиции, и утром, и вечером, думала о нем. Она даже жалела, что ее офис находиться дальше, а не наоборот. А если бы Лёня проезжал и проходил мимо окон ее офиса, она бы каждое утро приходила на работу раньше, чтобы хоть издали увидеть его – своего желанного, но запретного. Может, поэтому каждое утро Ангелина не знала, куда деть руки и в какую сторону смотреть, когда приближалась к площади. Ей казалось, что за ней кто-то наблюдает. Не прохожие, а один единственный человек, чье зрение, будто лазер, пронзает насквозь.
Неоднократно Ангелина ловила себя на мысли, что желание увидеться с Леонидом настолько велико, что руки сами готовы взять телефон и отправить ему хотя бы смайлик. Но Ангелина сдерживалась. Она не хотела показаться Леониду навязчивой, и в то же время ждала от него действий. Любых. Просто внимания, разговоров ни о чем и обо всем, прикосновений, поцелуев, развития отношений вопреки всем запретам.
Она наблюдала за закручивающимся романом Сержа Рябиновича и Людмилы Журавлевой не только с интересом, когда же он и чем закончится. Ангелине было неприятно знать, что Лёню обманывает жена. Ей все хотелось понять, почему так происходит. Почему люди не ценят тех, с кем связали жизнь узами брака? Почему она сама, думает о другом мужчине, от которого гуляет жена? Она считала жертвой Лёню, а вместе с ним и Петю – мужчин, не давших своим женам столько заботы и внимания, сколько хватило бы им, чтобы не думать о других мужчинах.
Близилась осень. 1 сентября. Саша пошел в 4 класс. С первой недели в дневнике пестрели красные надписи: «Поведение неудовлетворительное, устроил драку, не умеет себя вести на уроках, нет тетради, не выполнил домашнее задание».
На работе – постоянные стрессовые ситуации. Конфликтные клиенты, будто специально, приходили портить настроение. Дома ребенок, которому нужно материнское внимание, и муж, которому тяжело проверить дневник и помочь Саше с уроками. Ангелина три раза в день пила успокоительный чай, но желаемого эффекта не ощущала. Ей хотелось покоя, тишины, пройтись по осеннему парку, слушая пение птиц и шуршание листьев под ногами. Она мечтала спрятаться ото всех хотя бы на час, чтобы побыть одной.

В осеннем парке

Ангелина задумчиво брела по пустынной аллее городского парка. Солнце медленно опускалось за крыши домов. Розовая полоска неба постепенно темнела, и зажигались первые звезды. Ангелина обожала такие вечера. Воздух свежий и чуть прохладный, и в то же время совсем не осенний. Свернув на тропинку, поросшую густой желтеющей травой, Ангелина вслушивалась в каждый шорох, наполняющий тишину нотами безмятежности. Тихо. Ни голосов, ни шагов, только пение птиц и сверчков. Живая и красноречивая природа под бездонным небом, не имеющим конца. Ангелина остановилась под вековым дубом, развесившим зеленые ветви, и, облокотившись о могучий ствол, закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Чирикали невидимые птички, шелестела листва, пахло дождем. Возвращаться домой не хотелось.
Сумочка упала в траву, плавно опущенная с плеча по руке. Ангелина сбросила надоевшие туфли на высоком каблуке и присела, обняв колени. Легкий ветер обдувал лицо, поднимал и опускал пряди волос, щекотал колючей травой босые ноги. Было слишком хорошо, чтобы плакать, но соленые слезы на губах еще не признак неудачной жизни. Ангелина плакала от переизбытка чувства восхищения вечерним небом. Глядя ввысь, она понимала, что небо – это то единственное, что никогда не заканчивается. А на Земле у всего, что имеет начало, есть и конец.
Сосредоточившись на себе, Ангелина не услышала приближение чьих-то неуверенных шагов. Она скорее почувствовала чужое дыхание над головой, и резко поднялась, оглянувшись назад. Перед ней стоял тот, кого она меньше всего ожидала встретить в парке – Лёня. Его растерянный вид тоже говорил об удивлении. Они застыли на своих местах, и только глаза кричали о том, о чем губы молчали.
– Это ты?! – Леонид сделал твердый шаг навстречу, и взял Ангелину за плечи. Она была ниже на целую голову. Туфли лежали у ног.
– Как видишь, это я. А ты что здесь делаешь? – Ангелина встала на носочки, обеими руками коснулась его груди, нащупывая учащенное биение сердца.
– Наверно, то же самое, что и ты, – ответил Леонид, прижимая Ангелину к себе. – Захотелось сбежать от городской суеты, дома, работы, отвлечься хотя бы ненадолго.
– Надеюсь, у тебя все в порядке? – спросила Ангелина, подняв голову и смотря прямо в его глаза: серо-зеленые, печальные и глубокие.
– Да, – ответил он, не задумываясь. – А ты, похоже, грустила? Если не сильно торопишься, мы могли бы вдвоем полюбоваться звездами. Помнишь, как раньше?
– Помню!
Леонид обнял Ангелину крепче, с трепетом вдыхая аромат ее волос.
– Я никогда не забуду твоих губ. Представляешь, после той случайной встречи в «Logistics Company», не было ни одного дня, чтобы я не думал о твоих поцелуях. Ты словно околдовала меня!
– Тогда почему мы встретились только сегодня, да и то случайно?
– Ты же знаешь, какая серьезная у меня работа. Следствия, допросы, бумаги. – Его пальцы слегка коснулись нежной кожи щеки, провели по подбородку, затем обвели контур приоткрытых губ. – Можно?
Вместо ответа Ангелина сама поцеловала его со всей нежностью, с которой только могла. Она ждала этой возможности слишком долго, вопреки совести, что не приветствовала ее безрассудства. Поцелуи становились все более настойчивыми и жаркими. От страсти закипала кровь. Ангелина ощущала горячее дыхание Леонида на своих щеках, чувствуя, как бешено стучат сердца обоих.
Без лишних разговоров они опустились на пышный ковер из засохшей травы: колючей, но пахнущей летом. Его губы касались обнаженной изящной шеи, ласкали мочку уха и шептали «хочу тебя». Ангелина позволяла себя целовать и сама целовала долгими сладострастными поцелуями, думая о близости, но так и не решалась опустить руку к его ремню. Она боялась, что Лёня воспримет это как сигнал к действию, и тогда уже точно все произойдет.
Его нетерпеливая рука легла на округлое бедро, и пальцы лихорадочно впивались в кожу. Ангелина задыхалась от настойчивых ласк, перебирая короткие волосы на его голове, массируя плотную напряженную шею. Оторвавшись от ненасытных губ, она посмотрела ему в глаза. Сияющие, счастливые. В них она прочла об ответном желании и дикой страсти. Их губы снова слились в долгом опьяняющем поцелуе. Но телефонный звонок охладил пыл.
– Солнышко мое, мне пора домой, – Ангелина с неохотой оторвалась от его губ и присела, поправляя подол платья. Потянулась за сумочкой. Громкость мелодии вызова нарастала. Пока Ангелина нашла телефон, он умолк. – Ого! Уже восемь часов! В это время я обычно возвращаюсь домой.
– Я на машине. Если не боишься, могу подвести, – предложил Леонид, отряхивая траву с брюк.
– А у меня есть основания бояться тебя?
– Нет. Меня не бойся. Я никогда тебя не обижу. И готов как можно скорее доставить тебя к мужу, лишь он ничего не заподозрил, и мы могли встретиться снова.
Леонид изменился в лице. Блеск глаз сменился равнодушием. Он снова стал чужим и незнакомым. Для Ангелины он по-прежнему оставался загадкой.
– Идем, – Ангелина обула туфли и легкой походкой вышла на тропу, ведущую к главной аллее.
Леонид шел рядом.
– Я когда-нибудь тебя украду! Прямо посреди рабочего дня увезу в безлюдное место, и буду целовать всю: от кончиков пальцев до кончиков ушей.
Ангелина и сама была не против такого похищения, но не признавалась в этом вслух.
– Меня нельзя украсть, Лёня! У нас в офисе итак не хватает оператора. После того, как открылось второе отделение, мы еле справляемся со своими обязанностями, не считая того, что приходиться помогать начальнику с возвратами, довозами, переадресациями, вести кассовую книгу, отправлять вовремя реестры архивации в центральный офис, акты, маршрутные листы, претензии. А если учесть, сколько приходиться выслушивать нелестных слов в адрес компании, то ты бы, наверное, понял, насколько я занята на работе. Раньше ведь в Енакиево был один склад, и отправитель никак не мог ошибиться, отправляя посылку. А теперь у нас два склада, и очень часто груз отправляют не туда, куда указывает получатель. В итоге у клиентов появляется уникальная возможность снять стресс, излив весь негатив на уши операторам. А представляешь, если ты меня «украдешь» и мои девочки будут сами расхлебывать эту кашу?! Соберется очередь, и обязательно найдется какой-нибудь гений, который позвонит на горячую линию с жалобой. Еще не хватало, чтобы нас оштрафовали.
Они подошли к машине Леонида.
– Как у вас все серьезно! Но ты же не забывай, что я адвокат! – Лёня хитро улыбнулся, открыв заднюю дверцу. – Что если тебя вызовут, как свидетеля, для дачи показаний? И мы проведем «следственный эксперимент» у меня в офисе, прямо на столе?!
Ангелина удобно расположилась на заднем сидении:
– На столе?! И много «следственных экспериментов» ты на нем провел?
– Пока ни одного. Но все когда-то бывает в первый раз.
Леонид быстро обошел машину, сел за руль, и они помчались по вечернему городу. Леонид держал руль левой рукой, правая поглаживала коленку Ангелины. Их взгляды часто пересекались в зеркале заднего вида. Ангелина чувствовала себя семнадцатилетней.
– Так, где тебя высадить?
– Может остановиться возле магазина? – Ангелина спросила скорее у себя. – Нет! А что если мои мужчинки вышли меня встречать? Или муж стоит у окна? Он тогда увидит, что я приехала не на автобусе. Поехали, не спеша, прямо к дому. Вон тот, – она указала пальцем.
– Точно?!
– Поехали! Надеюсь, они оба дома!
– Ну, смотри.
– В зале горит свет. Можно не переживать. Они дома.
– Окна выходят не во двор?
– Нет. На дорогу.
– А если увидят соседи?
– Пусть видят. Это же еще не значит, что они будут говорить об этом с моим мужем.
Возле подъезда никого не было.
– Вот и все. Мы приехали, – Ангелина открыла дверцу и на ходу попрощалась.
– Пока, – тихо произнес Леонид.
Ангелина послала воздушный поцелуй и легонько хлопнула дверью, уходя.

Я хочу ребенка

«Возвращаться домой счастливой опасно» – подумала Ангелина. Она приложила усилий, чтобы сделать лицо серьезным и по возможности уставшим. Как и в большинстве случаев, дверь открыл Саша.
– А где наш папа? – спросила она с порога.
– Спит, – ответил ребенок.
– Ну и пусть себе спит!
Ангелина подошла к большому зеркалу, осматривая себя с головы до ног. Теперь можно было не притворяться. Глаза светились, губы багровели от поцелуев, а кожа вокруг них начала немного шелушиться. Лёня был небритый, но это ее не останавливало.
– А чего это ты такая веселая! – заметил Саша, обхватив маму за талию обоими руками.
– Ничего! Просто так!
– Не верю! Ты что-то от меня скрываешь.
– Ты уроки сделал? А то я сейчас быстро превращусь из веселой в злую. Заставлю переписывать домашние задания и рассказывать правила. Неси дневник!
– Не надо. Я сделал все уроки! Можешь даже не проверять.
– Тогда иди поиграй в танчики, пока папа спит.
Ангелина спровадила сына, а сама снова огляделась в зеркало. «Неужели бывают такие мужья, которые не замечают, что жена увлечена другим мужчиной?! Этого же нельзя не заметить. Интересно, а если бы Петя не спал, он бы догадался? Я бы на его месте все поняла по одним только губам».
Скрипнул диван. Петя в одних трусах, пошатываясь ото сна, в считанные секунды оказался рядом с Ангелиной. От него неприятно пахло, но он все равно полез целоваться.
– Почему так поздно? – спросил он.
Ангелина сначала отошла в сторону, а потом вообще ушла переодеваться в спальню:
– Ты, как будто не знаешь, как ездит 29-ка. Водитель вечно по полчаса обилечивает! А людей сколько с завода едет после работы домой?!
Петр подошел к Ангелине сзади, и его губы коснулись шеи в том месте, где еще недавно блуждали страстные губы Леонида.
– Женька стал дедушкой! Настя ночью родила девочку. Представляешь?! Мой одноклассник уже дедушка.
– Так поэтому ты сегодня еле на ногах держишься?
Ангелина надела халатик и пошла на кухню. Заглянула в холодильник: борщ, плов, сало, колбаса, яйца, молоко и пирожные.
– Саша бегал в магазин?
– Нет. Это я купил вам сладенького. Вы же любите!
Ангелина старалась по вечерам не есть мучное, но устоять перед аппетитными пирожными не смогла. Она включила электрический чайник, достала две чашки, насыпала в них по ложке кофе и две ложки сахара. Села за стол напротив мужа, сложив руки перед лицом.
– Как назовут девочку?
– Виолетта!
– Красивое имя. Если бы у меня родилась дочка, я бы тоже назвала ее Виолеттой! А ты знаешь, что это имя распространилось благодаря «Травиате» – опере в трех действиях Джузеппе Верди на либретто Франческо Марии Пьяве? Действия были основаны на пьесе Александра Дюма-сына «Дама с камелиями». Это тебе о чем-нибудь говорит? Виолетта была куртизанкой. Но это не главное. Имя все равно красивое.
– Ангелина, не грузи меня своими познаниями в литературе. Роди мне лучше сына, и назовем его, как захочешь. Хоть Джузеппе, хоть Альфредом. Главное – роди. Я давно не мальчик, мне скоро сорок лет. У моих одноклассников уже внуки есть, а у меня даже детей нет. Своих детей. Я, конечно, люблю нашего Сашу, но я хочу и своего ребенка.
Петр ожидал положительного ответа. Но Ангелина молча встала и наполнила чашки кипятком. Запах кофе окутал все пространство.
– Я еще не готова стать матерью во второй раз, – как можно мягче сказала Ангелина, понимая, что ее ответ придется не по душе мужу.
– Почему нет? Что тебе еще надо для полного счастья? У нас есть квартира, мебель, холодильник, телевизор… У нас есть все! Или ты не хочешь рожать ребенка от меня? – Петр повысил голос. – Может, я тебя не устраиваю? Я ничего не делаю? Не помогаю тебе? Вечно играю в танчики? Или смотрю футбол? Я много пью? Что тебе не нравится?
– Во-первых, не кричи! Ты перечислил достаточно из того, что мне не нравится. Я не хочу, чтобы мой ребенок вырос бездельником с алкогольной зависимостью, – спокойно ответила Ангелина, глядя в бегающие глаза мужа.
– Что? Я бездельник? Я алкаш? Я работаю в шахте, ношу тебе деньги, варю тебе супы, жарю котлеты. А тебе целыми днями не бывает дома. Ты вечно на своей работе. Ты нормальная жена? А мать? Ты много времени уделяешь своему сыну? Или, по-твоему, воскресной тренировки на спортивной площадке достаточно? А мне ты уделяешь внимание? Я уже забыл, где родинки на твоем теле.
Петр почти плакал.
– Успокойся, – Ангелина подошла к нему и положила руки на плечи, массируя напряженные мышцы.
– Не надо меня успокаивать, – он встал из-за стола. – Мне надоело, что тебя вечно нет. Я устал быть Саше и папой, и мамой. Ты понимаешь, что ты нужна нам здесь – дома?
– А ты понимаешь, что я зарабатываю деньги? Что ты не сможешь меня обеспечить, если я буду сидеть дома? Ты же знаешь, сколько я трачу на одни только платья, бижутерию и косметику! Ты хочешь сделать из меня домохозяйку? Чтобы я целыми днями сидела дома? В халате, не накрашенная, без укладки? Чтобы я забыла о маникюре? Или одичала от недостатка общения? Я люблю свою работу. Я хочу работать! Быть среди людей! Быть красивой, ухоженной, чтобы на меня обращали внимание.
– Ах, внимание? Кто обращает на тебя внимание? Мужики? Для кого ты стараешься быть красивой? Зачем это тебе? Ты и без косметики и всяких побрякушек красивая. Даже без платья! Без него ты еще лучше. Что для тебя важнее: семья или быть в центре внимания? Я так больше не могу. Не хочу. Мне нужна жена! А не тело, которое поздно ложится и спит без задних ног. В конце концов, я хочу нормального секса.
– Только не надо во всем обвинять меня! Если бы ты меньше времени торчал перед компьютером, то уж что-что, но секс у нас был бы регулярно. А то, что я поздно ложусь спать, так я все-таки готовлю покушать после работы. Ты же помогаешь мне не всегда. А кроме еды, мне нужно и полы помыть, и со стиркой разобраться, погладить, в шкаф сложить. Я делаю все, что в моих силах.
– Вот я и говорю: тебе нужно рассчитаться. Чтобы больше сил было для семьи.
– И что я буду делать целыми днями? Смотреть, как ты играешь в танчики?
– Заниматься детьми! Станешь образцовой матерью!
Ангелина тяжело вздохнула. Этот разговор был ей неприятен.
– Да. Я плохая мать. Плохая жена. Я современная женщина, которая совмещает семью и работу. И лично меня все устраивает! Саша уже большой. Ему скоро десять лет. Он вполне самостоятельный умный мальчик. После школы он учит уроки, два раза в неделю ходит на футбол. Ему не скучно и без меня. Он общается со сверстниками. У него даже невеста есть – Эля! Я знаю, чем он дышит, чем живет, чем интересуется. Да, я больше года не ходила на родительские собрания. У меня не было такой возможности. Но, так уж и быть, в следующий раз я отпрошусь или напишу заявление на бесплатный отпуск и схожу на собрание. Кстати, на собрание приглашают родителей, а не именно мам. Так что и ты вполне мог бы сходить в школу и послушать Любовь Анатольевну.
– Я на собрания ходить не собираюсь, – грубо ответил Петр.
– А я тебя и не заставляю. Давай пить кофе, пока не остыл.
Ангелина села на место и взяла в руки чашку. Петр тоже присел. Он выпил остывший кофе одним глотком.
– Я люблю тебя и хочу, чтобы у нас были дети, – с этими словами Петр вышел из комнаты.
Ангелина смахнула выступившие слезы и сделала еще кофе. Она еще полчаса просидела за кухонным столом, размышляя о своей жизни.

Нельзя быть таким слепым

Петя лег спать. Саше надоело сидеть в «Одноклассниках», и он достал с полки новую книгу «Машина времени» (Герберт Уэллс). Чтение было одним из любимых занятий Саши. Он всегда читал перед сном. Любовь к книгам ему привила мама.
В квартире стояла напряженная тишина. Ангелина вошла в ванную, и шум воды постепенно развеял навязчивые мысли. Бодрая после двух чашек крепкого кофе и контрастного душа, Ангелина уселась перед ноутбуком. Зашла в «Одноклассники» и просмотрела список «Ваши друзья на сайте». Среди десятка фотографий оранжевый квадратик светился и на фотографии Лёни Журавлева. Он тоже был в сети.
Пришло сообщение: «А я поджидал тебя здесь. Как дела? Ты не спалилась?»
Ангелина ответила: «Все в порядке. Он ни о чем не догадывается».
Лёня: «Это хорошо. Но впредь нужно быть осторожнее. Я больше не буду подвозить тебя до самого дома. Боюсь, как бы твой муж не узнал о нас. Не хочу, чтобы у тебя из-за меня были неприятности».
Ангелина: «Не переживай. Все под контролем».
Лёня: «Нельзя быть такой самоуверенной. Это может плохо закончиться».
Ангелина: «Мне открыл дверь сын. Муж спал. Он не видел, какой счастливой я пришла. Тем более я старалась не выставлять напоказ своих эмоций. Вас мужчин легко обвести вокруг пальца. Вы даже не можете определить по глазам и губам, чем занималась ваша жена. Даже если она приходит явно зацелованная, вы этого не замечаете».
Лёня: «Не обобщай. Все мужчины и женщины разные. Например, если бы моя жена пришла домой позже обычного, и без губной помады, с покрасневшими губами, я бы сразу что-то заподозрил. Возможно, ни о чем бы не спрашивал, но докопался бы до истины».
Ангелина: «Ты ей веришь?»
Лёня: «Она не давала мне повода сомневаться».
Ангелина: «Мой муж думает также».
Лёня: «Что ты хочешь этим сказать? Не все жены такие сумасшедшие, как ты. Впрочем, и не все мужья такие сумасшедшие, как я. Если нас с тобой тянет друг к другу, это еще не значит, что мы можем судить по себе обо всех».
Ангелина: «Нельзя быть таким слепым».
Лёня: «Ты хочешь заставить мужа ревновать?»
Ангелина: «Нет. Просто не понимаю, как можно не заметить перемен в жене? Все же так очевидно».
Лёня: «Лучше подумай, как сделать так, чтобы у него не было и малейшего повода сомневаться в тебе и, чтобы он и дальше ни о чем не догадывался. Я не хочу, чтобы он обидел тебя своей ревностью и злостью».
Ангелина: «Не волнуйся. Он меня не обидит».
Лёня: «Хорошо, если так. Цем тебя, Ангелочек! Я приду к тебе во сне!»
Ангелина: «Цем! Буду ждать!»

Развод

Наутро Ангелина проснулась от поцелуев мужа. Он стащил с нее одеяло и покрывал поцелуями спину, бедра и ягодицы.
– Что на тебя нашло? Который час? – Ангелина приподнялась, чтобы посмотреть на будильник. – Ого! Без десяти семь! Я проспала!
Она хотела встать, но Петр уложил ее обратно в постель:
– Пять минут не сыграют большой роли, – прошептал он, накрывая Ангелину своим телом. – Я соскучился!
– Петя, мне еще нужно помыть и высушить волосы, накраситься, и вообще я голодная. Если я не поем, то буду злая, как собака! А страшнее злого и голодного оператора никого не бывает! Мне надо вставать.
Петр ослабил объятия:
– Иди, – сказал он недовольно, дав Ангелине возможность подняться.
– Не обижайся. Потерпи до вечера!
Она поцеловала его в щеку и, надев халат, ушла, оставив мужа в одиночестве.
В 08:00 позвонила Светлана. И Ангелина вместе с подругой поехала в центр. На этот раз Светлана была в подавленном состоянии, не смеялась, не шутила, не поучала Ангелину, как себя вести с мужчинами. Глаза больше не светились. Минимум косметики, минимум украшений. Строгое серое платье. Волосы собраны в высокий хвост.
– Я подаю на развод. Сегодня же. Нет больше никаких сил терпеть этого осла. Ангелина, как же я устала от постоянной лжи, от его мамочки, везде сующей свой длинный нос. С меня хватит! На выходных мы с Максимом переезжаем назад к моим родителям. Потом подыщу себе жилье поближе к центру. А Ванька пусть живет, как ему нравится: шляется по кабакам, тратит деньги налево и направо и пропадает целыми днями со своими друзьями. А мне это все уже надоело. Зачем жить вместе, если нам и поговорить не о чем? Мы настолько далекие, что удивительно, как мы вообще жили все это время под одной крышей. Непохожие и неравные. Перед кем мне играть роль любящей жены? Для кого стараться? Для сына? Так даже ему будет лучше, если мы разведемся – меньше будет слышать ругани и не придется наблюдать за затяжными ссорами.
Ангелина знала, что такое развод. Самой пришлось однажды пройти через это испытание. Разница только в том, что Ангелина ушла от мужа, когда Саше было полгодика. А сыну Светланы и Ивана семь лет. Для него Иван навсегда останется папой, и Светлане все равно придется с ним видеться.
– И что же послужило последней каплей? – спросила Ангелина, наблюдая за подругой.
Светлана явно нервничала:
– Его агрессия. Он будто с цепи сорвался. Орал на меня, на Максима. Угрожал, что разобьет окна, брал в руки нож, хотел разделить все пополам. Ненормальный! Мне пришлось позвонить его мамочке, чтобы она его утихомирила. Так она еще больший концерт устроила. Обвиняла меня в распутстве. Сказала, что Ванечка слишком хорош для меня непутевой. Ведьма старая!
– Они узнали о Джане?
– Нет! Что ты? Если бы Ваня узнал, я бы точно вчера попала под горячую руку. Дело не в Джане. Мы с Ваней не подходим друг другу. У нас нет общих интересов, общих друзей, наши вечера давно стали скучными, пресными и неинтересными. У нас нет обоюдного влечения друг к другу. Наши чувства давно остыли. Осталась лишь привычка и сын, из-за которого мы все это время терпели общество друг друга. Но мое терпение лопнуло. С меня хватит. Я не хочу прожить всю жизнь с человеком, который меня раздражает. Я так больше не могу. После работы у меня нет желания домой возвращаться, зная, что там меня ждет его кислая физиономия и упреки по любому поводу и без. Пора с этим заканчивать.
Светлана припарковала свою машину на стоянке за зданием «Logistics Company».
– Я сейчас пойду к адвокату! Твой «принц в черной мантии» в каком кабинете?
– Ты хочешь пойти к Лёне?
– А почему нет?! Кто-то же должен отстоять мои права.
– Третий этаж, третья дверь слева, – сказала Ангелина. – Расскажешь, как все прошло.
Она поцеловала подругу и, пожелав ей не унывать, поспешила на работу.


Сообщение отредактировал korolevansp - Пятница, 28.06.2013, 19:25
 
СообщениеРазвалины

От июльского солнца не осталось и красной полоски над дымящим заводом. Город укрыла синева небес. Вдоль главной дороги горели фонари. Молодежь собралась на площади. Смеялись, пили пиво, курили, ругались матом.
Ангелина и Петр Борисович не спеша прогуливались по аллее, ведущей в старый парк. Кроме ржавых труб, торчащих из земли, и развалин фундамента в парке не осталось ни единого намека на аттракционы. Только высокие ели, березы, тополя, акации и клены. За забором, ранее представляющим собой резную решетку, а теперь скорее живую изгородь, поросшую диким виноградом, стоял, как и прежде, дворец. Уникальное здание с колонами, лепниной и величавой башней. Шедевр своего рода. Заброшенный, полуразрушенный, но все еще красивый. Немногие, наверно, видели фильм, снятый в 1950 году киностудией им. Горького, «Донецкие шахтеры». В этом фильме можно увидеть дворец таким, каким он был в послевоенные годы. Ухоженным и роскошным! И все это во времена, когда люди жили бедно. А теперь все настолько богатые, что дворец выглядит хуже, чем после войны.
По узкой тропинке Петя привел Ангелину к еще одной развалине.
– Это старое горное училище. Я когда-то здесь учился, – сказал он.
Пели сверчки. Высоко в небе светила луна. Ветер шелестел черной и сухой листвой, такой, как безжизненная трава между обломками серых плит. Место не было романтичным. И только звезды над головами и отдаленное пение соловья украшали его.
– Я представляла нашу прогулку иначе, – Ангелина коснулась губами мочки уха Пети, и прошептала, – давай не будем медлить.
– Что прямо здесь на развалинах?
– Да, прямо на этом камне, – и Ангелина выхватила из его рук старую рубашку. Постелила ее на бетонный блок, по форме напоминающей обычный кухонный стол.
Петр почувствовал прилив сил и энергии. Его руки скользнули под летний сарафан Ангелины. Губы с каждым поцелуем все смелее и жарче касались шеи, груди, опускались все ниже и ниже. Он покрывал поцелуями внутреннюю часть бедер, постепенно приближаясь к заветному треугольнику под гипюровым кружевом стрингов.
Ангелина закрыла глаза, представляя на месте мужа Леонида. Она сравнивала их поцелуи и представляла, каким бы страстным был с ней Лёня. Она хотела бы испытать на себе силу его желаний, дарить ему свои горячие ласки и делить на двоих одно общее наслаждение – близость. Но, открывая глаза, Ангелина видела перед собой мраморное лицо Пети, слегка светящееся в темноте и отражающее лунный свет. И Ангелина снова и снова закрывала глаза, но знакомое и привычное дыхание мужа не позволяло обманывать себя разыгравшейся фантазии. Бороться с навязчивыми мыслями о сексе с Леонидом Ангелина и не думала. Душой она была с ним, и только тело принадлежало мужу.
Все закончилось слишком быстро. Минутное наваждение, всплеск эмоций: все прошло. Остались только вопросы, на которые нелегко было найти правильные ответы.

Прежде чем уснуть, Ангелина размышляла о своем будущем, и то, каким она его видела, тесно переплеталось с настоящим. Петр обнимал и дышал в затылок. Он крепко спал после маленького эротического происшествия на развалинах. А к Ангелине сон не шел. Она задавалась вечным вопросом: «Быть или не быть?» Можно ли позволить себе легкомысленные поступки? Стоит ли это делать или нет? Как дальше вести себя с Леонидом? Продолжать встречи, которые рано или поздно закончатся сексом? Или прекратить безумие раз и навсегда, делая вид, что Лёня ей совершенно безразличен? Но Ангелина знала, что легче обмануть кого-то другого: мужа, подруг, коллег, но врать себе трудно и нет смысла причинять себе душевную боль, стараясь сопротивляться желанию быть счастливой. И в чем оно заключается это счастье, Ангелина так и разобралась. В тайных свиданиях после работы или во время рабочего дня? В поцелуях, украденных у чужой женщины – его жены, которая и сама раздаривает свою любовь налево и направо? История Сержа и Людмилы вообще не давала Ангелине принять правильное обдуманное решение. – Что ей нужно делать, а что лучше не делать?
Страсть она считала слабым оправданием безумным поступкам. По ее убеждениям, нельзя изменять мужу, мотивируясь только этим. «И что в Лёне есть такого, чего нет у Пети? Петя свой, домашний, покладистый, спокойный. Лёня чужой, неизвестный, манящий желанием разгадать, кто скрывается под маской серьезного мужчины в деловом костюме. На самом ли деле он такой замечательный, особенный и неповторимый, совершенный и правильный во всех отношениях, как я привыкла думать с семнадцати лет? Зачем мне разгадывать эти загадки? Чтобы окончательно убедиться, что я все придумала? Что Лёня такой же, как все, и ничем не лучше моего Пети? »
Ангелина все ворочалась с боку на бок, а рядом под общим одеялом спал Петя. Комнату заливал лунный свет. Часы показывали 01:30. Ощущая приближения сна, Ангелина сказала себе «Все. Я приняла решение. Буду верна своему мужу, какими бы навязчивыми не были мысли о Лёне. Я не сломаюсь, не поддамся, не позволю ему играть со мной. Тем более он сказал, что не любит меня. Ну и не надо! Пусть любит свою Людмилу, целует ее губы, после того, как они неизвестно где блуждали. А я полюблю своего Петю по-новому! Он ведь тоже мужчина. И не проблема, что любит танчики, футбол, выпить и поспать, зато, когда он пьяненький, я купаюсь в комплиментах, ласковых словах и признаниях в любви. Он уже восьмой год называет меня любимой, а главное воспринимает такой, какая я есть. Для него не нужно ярко краситься, надевать чулки и сексуальное белье, он любит меня и не накрашенной, в халате и комнатных тапочках. С ним я могу быть уверенной во всем. Петя – моя вторая половинка! Он полюбил моего сына, как своего, и хотя бы поэтому, я должна быть ему благодарна. Так что отныне я буду сопротивляться изо всех сил страсти и зову плоти. Я же не кошка, а взрослая женщина, у которой хватит сил, чтобы не опуститься до уровня изменщицы».

Прекрасный сон

Наутро Ангелина проснулась счастливой. Не открывая глаз, она укуталась в одеяло, ощущая тепло. Губы сами растягивались в улыбке от сладких воспоминаний романтического сна. Во сне все было будто наяву: Лёня – красивый, веселый, Ангелина вертелась вокруг него, поправляя на нем рубашку, поглаживала по груди, и даже во сне восхищалась им. Восхищение не исчезло с рассветом, как ночь и далекие звезды – оно теплилось в сердце тлеющим угольком. И Ангелина позволила себе на несколько минут мысленно утопать в объятиях Лёни. Она опять вспоминала его поцелуи, не смотря на недавнее обещание сопротивляться страстной любви.
Посмотрев сначала на часы, потом на спящего рядом мужа, Ангелина встала с постели. Накинула на обнаженное тело шелковый халатик, просунула ноги в розовые тапочки с бантиками и, еще раз бросив взгляд на Петю, призналась себе, что хотела бы хотя бы один раз проснуться с Лёней. Но только не в рабочий день, а в выходной, чтобы можно было не спешить вставать и подольше понежиться под одеялом с мужчиной-мечтой.
С такими мыслями Ангелина включила свой ноутбук в спальне, прибавила громкости на колонках, и в 06:30 сильный голос Григория Лепса, как будильник, поднял с кроватей и Петю, и Сашу.
Спорить с Ангелиной, а тем более что-то ей запрещать было бесполезно. Она все равно все делала по-своему. Например, могла с самого утра исполнить свою мелодию любви на пианино, совершенно не беспокоясь, что возможно не все соседи просыпаются так рано. Хотя за 7 лет никто из них так ни разу и не пожаловался. Зато на соседа с четвертого этажа жаловались все – он по ночам кричал, стонал, бил мебелью о пол. По сравнению с ним и Лепс по утрам, и Штраус не могли вызвать бурю негодования.
Позавтракав с семьей, Ангелина ушла на работу. Вспорхнула бабочкой! Как всегда эффектная: на каблуках, в модном платье, длинные серьги, ожерелье, браслет, часы, кольца, яркий макияж. Независимо от чужих мнений, что отличительная черта офисного сотрудника – сдержанность, Ангелина оставалась такой, какой нравилась себе в зеркале – вызывающей.

Разочарования

В «Logistics Company» рабочий день начался с неприятных новостей. Ожидался приезд регионального директора по случаю открытия в Енакиево второго офиса компании. А это означало, что дружный коллектив разделят на две части, и со многими, успевшими за короткий срок стать родными и близкими, придется проститься.
На собрании стало известно, что руководство уже заключило все договора и дело осталось за малым – установить баннеры, вывеску, указатели и график работы «в левом углу от входной двери».
Ангелина не любила перемены. И первая причина, по которой она волновалась, это нежелание менять место работы. Потому что от центра города до нового офиса расстояние измерялось километрами. Ей бы пришлось добираться на работу двумя автобусами: сначала приехать в центр, а потом из центра в другой район. А самое главное – офис Леонида был в центре, рядом с ее офисом, и если она попадет в список тех, кому придется работать в другом районе, это будет означать, что в рабочее время встретиться с ним уже не удастся. А терять Леонида из виду после долгих лет разлуки Ангелина не хотела. Она поняла это на собрании, когда велись разговоры о клиентском сервисе, о качестве обслуживания, очередях, штрафных санкциях, чек-листах и аудитах. Ангелина половину информации пропустила мимо ушей, летая в облаках. В итоге собрание закончилось предложением устроить небольшой корпоративчик и обещанием повысить ставки.
Домой Ангелина вернулась на такси. После двух стаканов колы с коньяком ехать в автобусе не хотелось.
Петя сидел в наушниках перед компьютером никого и ничего вокруг не замечая, кроме монитора со стреляющими танками. Саша читал Марка Твена, и как только Ангелина вошла в его комнату, сразу же закрыл книгу, эмоционально рассказывая, как Том ходил ночью на кладбище, выступил в суде, хотя боялся индейца, как он не любил умываться и быть опрятно одетым. Ангелина похвалила сына, и они вдвоем пошли пить чай с бутербродами.
На следующий вечер Ангелина опять приехала на такси, но не потому, что в голову ударил коньяк с пузырьками колы. Она не пила. После работы Ангелина зашла в супермаркет, набрала полную корзину продуктов и купила для Саши новый комикс «Черепашки Ниндзя – 3. Братья по оружию» с карточками. Ребенок был доволен. Недовольным, даже злым был Петр. Он проигрывал соперникам сражение за сражением, что воспринималось очень болезненно. Ангелина смотрела на него с разочарованием. Ей не хотелось даже находиться с ним в одной комнате, настолько от Петра веяло негативом и отрицательной энергией.
После работы Ангелина все чаще закрывалась в спальне, брала в руки Ги де Мопассана и читала его романы и новеллы, стараясь как можно меньше думать о Леониде и не вспоминать о Петре.

Наедине с осенью

В «Logistics Company» произошли масштабные изменения. В новый офис перевели большую часть штата, оставив на прежних местах трех операторов (и Ангелину в том числе), двух приемщиков и руководителя. Но число клиентов не убавилось с открытием еще одного отделения, поэтому оставшимся приходилось несладко. Ангелина садилась за рабочий стол в 09:00 и до 15:30 не вставала даже на минуту, чтобы сделать чай. Люди шли и шли за посылками. И только к вечеру клиентов было не так много, как днем. Можно было вздохнуть с облегчением и наконец-то выделить время, чтобы пообедать.
Так пролетел август. Леонид не звонил, не писал, не приходил. А Ангелина всякий раз, когда проходила мимо Юстиции, и утром, и вечером, думала о нем. Она даже жалела, что ее офис находиться дальше, а не наоборот. А если бы Лёня проезжал и проходил мимо окон ее офиса, она бы каждое утро приходила на работу раньше, чтобы хоть издали увидеть его – своего желанного, но запретного. Может, поэтому каждое утро Ангелина не знала, куда деть руки и в какую сторону смотреть, когда приближалась к площади. Ей казалось, что за ней кто-то наблюдает. Не прохожие, а один единственный человек, чье зрение, будто лазер, пронзает насквозь.
Неоднократно Ангелина ловила себя на мысли, что желание увидеться с Леонидом настолько велико, что руки сами готовы взять телефон и отправить ему хотя бы смайлик. Но Ангелина сдерживалась. Она не хотела показаться Леониду навязчивой, и в то же время ждала от него действий. Любых. Просто внимания, разговоров ни о чем и обо всем, прикосновений, поцелуев, развития отношений вопреки всем запретам.
Она наблюдала за закручивающимся романом Сержа Рябиновича и Людмилы Журавлевой не только с интересом, когда же он и чем закончится. Ангелине было неприятно знать, что Лёню обманывает жена. Ей все хотелось понять, почему так происходит. Почему люди не ценят тех, с кем связали жизнь узами брака? Почему она сама, думает о другом мужчине, от которого гуляет жена? Она считала жертвой Лёню, а вместе с ним и Петю – мужчин, не давших своим женам столько заботы и внимания, сколько хватило бы им, чтобы не думать о других мужчинах.
Близилась осень. 1 сентября. Саша пошел в 4 класс. С первой недели в дневнике пестрели красные надписи: «Поведение неудовлетворительное, устроил драку, не умеет себя вести на уроках, нет тетради, не выполнил домашнее задание».
На работе – постоянные стрессовые ситуации. Конфликтные клиенты, будто специально, приходили портить настроение. Дома ребенок, которому нужно материнское внимание, и муж, которому тяжело проверить дневник и помочь Саше с уроками. Ангелина три раза в день пила успокоительный чай, но желаемого эффекта не ощущала. Ей хотелось покоя, тишины, пройтись по осеннему парку, слушая пение птиц и шуршание листьев под ногами. Она мечтала спрятаться ото всех хотя бы на час, чтобы побыть одной.

В осеннем парке

Ангелина задумчиво брела по пустынной аллее городского парка. Солнце медленно опускалось за крыши домов. Розовая полоска неба постепенно темнела, и зажигались первые звезды. Ангелина обожала такие вечера. Воздух свежий и чуть прохладный, и в то же время совсем не осенний. Свернув на тропинку, поросшую густой желтеющей травой, Ангелина вслушивалась в каждый шорох, наполняющий тишину нотами безмятежности. Тихо. Ни голосов, ни шагов, только пение птиц и сверчков. Живая и красноречивая природа под бездонным небом, не имеющим конца. Ангелина остановилась под вековым дубом, развесившим зеленые ветви, и, облокотившись о могучий ствол, закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Чирикали невидимые птички, шелестела листва, пахло дождем. Возвращаться домой не хотелось.
Сумочка упала в траву, плавно опущенная с плеча по руке. Ангелина сбросила надоевшие туфли на высоком каблуке и присела, обняв колени. Легкий ветер обдувал лицо, поднимал и опускал пряди волос, щекотал колючей травой босые ноги. Было слишком хорошо, чтобы плакать, но соленые слезы на губах еще не признак неудачной жизни. Ангелина плакала от переизбытка чувства восхищения вечерним небом. Глядя ввысь, она понимала, что небо – это то единственное, что никогда не заканчивается. А на Земле у всего, что имеет начало, есть и конец.
Сосредоточившись на себе, Ангелина не услышала приближение чьих-то неуверенных шагов. Она скорее почувствовала чужое дыхание над головой, и резко поднялась, оглянувшись назад. Перед ней стоял тот, кого она меньше всего ожидала встретить в парке – Лёня. Его растерянный вид тоже говорил об удивлении. Они застыли на своих местах, и только глаза кричали о том, о чем губы молчали.
– Это ты?! – Леонид сделал твердый шаг навстречу, и взял Ангелину за плечи. Она была ниже на целую голову. Туфли лежали у ног.
– Как видишь, это я. А ты что здесь делаешь? – Ангелина встала на носочки, обеими руками коснулась его груди, нащупывая учащенное биение сердца.
– Наверно, то же самое, что и ты, – ответил Леонид, прижимая Ангелину к себе. – Захотелось сбежать от городской суеты, дома, работы, отвлечься хотя бы ненадолго.
– Надеюсь, у тебя все в порядке? – спросила Ангелина, подняв голову и смотря прямо в его глаза: серо-зеленые, печальные и глубокие.
– Да, – ответил он, не задумываясь. – А ты, похоже, грустила? Если не сильно торопишься, мы могли бы вдвоем полюбоваться звездами. Помнишь, как раньше?
– Помню!
Леонид обнял Ангелину крепче, с трепетом вдыхая аромат ее волос.
– Я никогда не забуду твоих губ. Представляешь, после той случайной встречи в «Logistics Company», не было ни одного дня, чтобы я не думал о твоих поцелуях. Ты словно околдовала меня!
– Тогда почему мы встретились только сегодня, да и то случайно?
– Ты же знаешь, какая серьезная у меня работа. Следствия, допросы, бумаги. – Его пальцы слегка коснулись нежной кожи щеки, провели по подбородку, затем обвели контур приоткрытых губ. – Можно?
Вместо ответа Ангелина сама поцеловала его со всей нежностью, с которой только могла. Она ждала этой возможности слишком долго, вопреки совести, что не приветствовала ее безрассудства. Поцелуи становились все более настойчивыми и жаркими. От страсти закипала кровь. Ангелина ощущала горячее дыхание Леонида на своих щеках, чувствуя, как бешено стучат сердца обоих.
Без лишних разговоров они опустились на пышный ковер из засохшей травы: колючей, но пахнущей летом. Его губы касались обнаженной изящной шеи, ласкали мочку уха и шептали «хочу тебя». Ангелина позволяла себя целовать и сама целовала долгими сладострастными поцелуями, думая о близости, но так и не решалась опустить руку к его ремню. Она боялась, что Лёня воспримет это как сигнал к действию, и тогда уже точно все произойдет.
Его нетерпеливая рука легла на округлое бедро, и пальцы лихорадочно впивались в кожу. Ангелина задыхалась от настойчивых ласк, перебирая короткие волосы на его голове, массируя плотную напряженную шею. Оторвавшись от ненасытных губ, она посмотрела ему в глаза. Сияющие, счастливые. В них она прочла об ответном желании и дикой страсти. Их губы снова слились в долгом опьяняющем поцелуе. Но телефонный звонок охладил пыл.
– Солнышко мое, мне пора домой, – Ангелина с неохотой оторвалась от его губ и присела, поправляя подол платья. Потянулась за сумочкой. Громкость мелодии вызова нарастала. Пока Ангелина нашла телефон, он умолк. – Ого! Уже восемь часов! В это время я обычно возвращаюсь домой.
– Я на машине. Если не боишься, могу подвести, – предложил Леонид, отряхивая траву с брюк.
– А у меня есть основания бояться тебя?
– Нет. Меня не бойся. Я никогда тебя не обижу. И готов как можно скорее доставить тебя к мужу, лишь он ничего не заподозрил, и мы могли встретиться снова.
Леонид изменился в лице. Блеск глаз сменился равнодушием. Он снова стал чужим и незнакомым. Для Ангелины он по-прежнему оставался загадкой.
– Идем, – Ангелина обула туфли и легкой походкой вышла на тропу, ведущую к главной аллее.
Леонид шел рядом.
– Я когда-нибудь тебя украду! Прямо посреди рабочего дня увезу в безлюдное место, и буду целовать всю: от кончиков пальцев до кончиков ушей.
Ангелина и сама была не против такого похищения, но не признавалась в этом вслух.
– Меня нельзя украсть, Лёня! У нас в офисе итак не хватает оператора. После того, как открылось второе отделение, мы еле справляемся со своими обязанностями, не считая того, что приходиться помогать начальнику с возвратами, довозами, переадресациями, вести кассовую книгу, отправлять вовремя реестры архивации в центральный офис, акты, маршрутные листы, претензии. А если учесть, сколько приходиться выслушивать нелестных слов в адрес компании, то ты бы, наверное, понял, насколько я занята на работе. Раньше ведь в Енакиево был один склад, и отправитель никак не мог ошибиться, отправляя посылку. А теперь у нас два склада, и очень часто груз отправляют не туда, куда указывает получатель. В итоге у клиентов появляется уникальная возможность снять стресс, излив весь негатив на уши операторам. А представляешь, если ты меня «украдешь» и мои девочки будут сами расхлебывать эту кашу?! Соберется очередь, и обязательно найдется какой-нибудь гений, который позвонит на горячую линию с жалобой. Еще не хватало, чтобы нас оштрафовали.
Они подошли к машине Леонида.
– Как у вас все серьезно! Но ты же не забывай, что я адвокат! – Лёня хитро улыбнулся, открыв заднюю дверцу. – Что если тебя вызовут, как свидетеля, для дачи показаний? И мы проведем «следственный эксперимент» у меня в офисе, прямо на столе?!
Ангелина удобно расположилась на заднем сидении:
– На столе?! И много «следственных экспериментов» ты на нем провел?
– Пока ни одного. Но все когда-то бывает в первый раз.
Леонид быстро обошел машину, сел за руль, и они помчались по вечернему городу. Леонид держал руль левой рукой, правая поглаживала коленку Ангелины. Их взгляды часто пересекались в зеркале заднего вида. Ангелина чувствовала себя семнадцатилетней.
– Так, где тебя высадить?
– Может остановиться возле магазина? – Ангелина спросила скорее у себя. – Нет! А что если мои мужчинки вышли меня встречать? Или муж стоит у окна? Он тогда увидит, что я приехала не на автобусе. Поехали, не спеша, прямо к дому. Вон тот, – она указала пальцем.
– Точно?!
– Поехали! Надеюсь, они оба дома!
– Ну, смотри.
– В зале горит свет. Можно не переживать. Они дома.
– Окна выходят не во двор?
– Нет. На дорогу.
– А если увидят соседи?
– Пусть видят. Это же еще не значит, что они будут говорить об этом с моим мужем.
Возле подъезда никого не было.
– Вот и все. Мы приехали, – Ангелина открыла дверцу и на ходу попрощалась.
– Пока, – тихо произнес Леонид.
Ангелина послала воздушный поцелуй и легонько хлопнула дверью, уходя.

Я хочу ребенка