Потерянный во снах - Страница 11 - Форум  
Приветствуем Вас Гость | RSS Главная | Потерянный во снах - Страница 11 - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ]
Модератор форума: Анаит  
Форум » Проза » Критика, рецензии, помощь - для прозаиков » Потерянный во снах (рабочее название)
Потерянный во снах
dididadaДата: Пятница, 10.08.2012, 09:07 | Сообщение # 151
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
Анаит, да)) К счастью, в отличие от предыдущих глав, тут начинается интрига))
 
СообщениеАнаит, да)) К счастью, в отличие от предыдущих глав, тут начинается интрига))

Автор - dididada
Дата добавления - 10.08.2012 в 09:07
СообщениеАнаит, да)) К счастью, в отличие от предыдущих глав, тут начинается интрига))

Автор - dididada
Дата добавления - 10.08.2012 в 09:07
dididadaДата: Воскресенье, 12.08.2012, 18:26 | Сообщение # 152
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
Послышался громкий кашель и раздраженное бормотание Греда. Мальчик прижался к стене и затаил дыхание. Тяжелые шаги медленно стихали. Ар осторожно выглянул из-за угла. Широкоплечая жилистая фигура с засаленными патлами светлых волос заставляла внутренности сжиматься от страха. Ар взволнованно нащупал спрятанную под рубашкой книгу. Саор ушел совсем недавно, а Гред вот-вот сменится с ночными караульщиками, появилось несколько минут, чтобы незаметно проскользнуть в коридор. Аринд закусил губу, он нервничал. Что если Саор вернется и обнаружит пропажу на той полке? По спине пробежал неприятный холодок. Мальчик затравленно обернулся, но любопытство заглушало испуг. Большую часть литературы из небогатой библиотеки старика Ар выучил наизусть, но было несколько томов, которые химик хранил под замком. Мысли об этом давно не давали мальчику покоя, а сегодня, уходя в архив, Саор случайно оставил связку ключей на столе. Ар судорожно сглотнул. Было не трудно отсоединить нужные, но теперь появилась еще одна проблема. Читать в спаленке было нельзя. По настоянию Саора, неустанно брюзжавшего о вреде факельного огня, уголок Арида уже лет пять освещал светочный камень. Охрана могла заметить яркое сияние из щелей. Второй ключ во взмокшей ладони предназначался для комнаты нижнего этажа, в которой можно изучать рукописи без опаски. Ар шмыгнул в очередной проем, быстро миновал узкий коридор и, держась за перила, принялся спускаться по крутой лестнице с узкими ступенями. Пахнуло сыростью и острым запахом плесени, внизу было тяжелее дышать. Обшарпанный проход выходил в просторный зал с высоким сводчатым потолком. Виднелось несколько дверей и три круглые арки. Пятна рассеянного золотистого света нарушали иссиня – черную холодную палитру подземного пространства. В простенках между проемами было особенно темно. Мрачные пятна поглощали часть каменного пола. Серые стены из ровных плит резко отличались от рассыпающихся кирпичей верхнего этажа. Вместо факелов к ним крепились масляные лампы. Кое-где с деревянных балок свисала витиеватая паутина. Ар частенько бывал здесь вместе со стариком, так что не боялся заблудиться. Он прошел мимо знакомого архива. Крашеная темно-синяя дверь была заперта, а полный ехидный Орхин с неприятными почти бесцветными глазами не появлялся вот уже несколько дней. В его обязанности входило сортировать пометки о ядах, и раскладывать стопки рукописей согласно заведенному порядку. Глубинную часть подземелья почти не использовали. Большинство камер пустовало, остальные же выполняли роль складских помещений. Ар направлялся в нижнюю лабораторию, где помимо Саора хозяйничал тюремный лекарь. Нет, Кортег никого не лечил. Он выращивал растения, которые использовались для варева. Саор говорил, что некоторые виды растут исключительно в темноте и прохладе, так что здесь им было самое место. Кортег приходил часа на два каждый день, и, выполнив необходимую работу, уходил, оставляя ключ химику. Ар судорожно дышал, по телу колотила мелкая дрожь. Что если кто-то спустится? Крепко сжимая книгу, он отпер нужную дверь и тихонько вошел. Тусклый факела едва освещал продолговатый стол, у которого и примостился Аринд. Обложка тома была старой, надписи почти стерлись, но Ар смог прочесть название: «Мысленная магия». Едва дыша, он принялся переворачивать шероховатые страницы с загнутыми уголками.
- Раздел первый, – одними губами прошептал Ар, – воздействие на животных. Раздел второй - управление сознанием. Раздел третий…
Записи рассказывали вовсе не о той магии, про которую Ар знал из сказок и коей мечтал бы обладать. Большая часть текста была непонятной, и приходилось перечитывать все по два раза. Мальчик потерял счет времени. Книга не обещала научить ярким вспышкам, огню из ниоткуда, или наделить удивительной силой. Насколько понял Ар – эта разновидность чар позволяла управлять животными, людьми и даже внутренними процессами тела, например, заживлять раны или останавливать сердце. За ночь Аринду не удалось разобрать даже самых простых принципов, и решено было не возвращать пособие на место.
 
СообщениеПослышался громкий кашель и раздраженное бормотание Греда. Мальчик прижался к стене и затаил дыхание. Тяжелые шаги медленно стихали. Ар осторожно выглянул из-за угла. Широкоплечая жилистая фигура с засаленными патлами светлых волос заставляла внутренности сжиматься от страха. Ар взволнованно нащупал спрятанную под рубашкой книгу. Саор ушел совсем недавно, а Гред вот-вот сменится с ночными караульщиками, появилось несколько минут, чтобы незаметно проскользнуть в коридор. Аринд закусил губу, он нервничал. Что если Саор вернется и обнаружит пропажу на той полке? По спине пробежал неприятный холодок. Мальчик затравленно обернулся, но любопытство заглушало испуг. Большую часть литературы из небогатой библиотеки старика Ар выучил наизусть, но было несколько томов, которые химик хранил под замком. Мысли об этом давно не давали мальчику покоя, а сегодня, уходя в архив, Саор случайно оставил связку ключей на столе. Ар судорожно сглотнул. Было не трудно отсоединить нужные, но теперь появилась еще одна проблема. Читать в спаленке было нельзя. По настоянию Саора, неустанно брюзжавшего о вреде факельного огня, уголок Арида уже лет пять освещал светочный камень. Охрана могла заметить яркое сияние из щелей. Второй ключ во взмокшей ладони предназначался для комнаты нижнего этажа, в которой можно изучать рукописи без опаски. Ар шмыгнул в очередной проем, быстро миновал узкий коридор и, держась за перила, принялся спускаться по крутой лестнице с узкими ступенями. Пахнуло сыростью и острым запахом плесени, внизу было тяжелее дышать. Обшарпанный проход выходил в просторный зал с высоким сводчатым потолком. Виднелось несколько дверей и три круглые арки. Пятна рассеянного золотистого света нарушали иссиня – черную холодную палитру подземного пространства. В простенках между проемами было особенно темно. Мрачные пятна поглощали часть каменного пола. Серые стены из ровных плит резко отличались от рассыпающихся кирпичей верхнего этажа. Вместо факелов к ним крепились масляные лампы. Кое-где с деревянных балок свисала витиеватая паутина. Ар частенько бывал здесь вместе со стариком, так что не боялся заблудиться. Он прошел мимо знакомого архива. Крашеная темно-синяя дверь была заперта, а полный ехидный Орхин с неприятными почти бесцветными глазами не появлялся вот уже несколько дней. В его обязанности входило сортировать пометки о ядах, и раскладывать стопки рукописей согласно заведенному порядку. Глубинную часть подземелья почти не использовали. Большинство камер пустовало, остальные же выполняли роль складских помещений. Ар направлялся в нижнюю лабораторию, где помимо Саора хозяйничал тюремный лекарь. Нет, Кортег никого не лечил. Он выращивал растения, которые использовались для варева. Саор говорил, что некоторые виды растут исключительно в темноте и прохладе, так что здесь им было самое место. Кортег приходил часа на два каждый день, и, выполнив необходимую работу, уходил, оставляя ключ химику. Ар судорожно дышал, по телу колотила мелкая дрожь. Что если кто-то спустится? Крепко сжимая книгу, он отпер нужную дверь и тихонько вошел. Тусклый факела едва освещал продолговатый стол, у которого и примостился Аринд. Обложка тома была старой, надписи почти стерлись, но Ар смог прочесть название: «Мысленная магия». Едва дыша, он принялся переворачивать шероховатые страницы с загнутыми уголками.
- Раздел первый, – одними губами прошептал Ар, – воздействие на животных. Раздел второй - управление сознанием. Раздел третий…
Записи рассказывали вовсе не о той магии, про которую Ар знал из сказок и коей мечтал бы обладать. Большая часть текста была непонятной, и приходилось перечитывать все по два раза. Мальчик потерял счет времени. Книга не обещала научить ярким вспышкам, огню из ниоткуда, или наделить удивительной силой. Насколько понял Ар – эта разновидность чар позволяла управлять животными, людьми и даже внутренними процессами тела, например, заживлять раны или останавливать сердце. За ночь Аринду не удалось разобрать даже самых простых принципов, и решено было не возвращать пособие на место.

Автор - dididada
Дата добавления - 12.08.2012 в 18:26
СообщениеПослышался громкий кашель и раздраженное бормотание Греда. Мальчик прижался к стене и затаил дыхание. Тяжелые шаги медленно стихали. Ар осторожно выглянул из-за угла. Широкоплечая жилистая фигура с засаленными патлами светлых волос заставляла внутренности сжиматься от страха. Ар взволнованно нащупал спрятанную под рубашкой книгу. Саор ушел совсем недавно, а Гред вот-вот сменится с ночными караульщиками, появилось несколько минут, чтобы незаметно проскользнуть в коридор. Аринд закусил губу, он нервничал. Что если Саор вернется и обнаружит пропажу на той полке? По спине пробежал неприятный холодок. Мальчик затравленно обернулся, но любопытство заглушало испуг. Большую часть литературы из небогатой библиотеки старика Ар выучил наизусть, но было несколько томов, которые химик хранил под замком. Мысли об этом давно не давали мальчику покоя, а сегодня, уходя в архив, Саор случайно оставил связку ключей на столе. Ар судорожно сглотнул. Было не трудно отсоединить нужные, но теперь появилась еще одна проблема. Читать в спаленке было нельзя. По настоянию Саора, неустанно брюзжавшего о вреде факельного огня, уголок Арида уже лет пять освещал светочный камень. Охрана могла заметить яркое сияние из щелей. Второй ключ во взмокшей ладони предназначался для комнаты нижнего этажа, в которой можно изучать рукописи без опаски. Ар шмыгнул в очередной проем, быстро миновал узкий коридор и, держась за перила, принялся спускаться по крутой лестнице с узкими ступенями. Пахнуло сыростью и острым запахом плесени, внизу было тяжелее дышать. Обшарпанный проход выходил в просторный зал с высоким сводчатым потолком. Виднелось несколько дверей и три круглые арки. Пятна рассеянного золотистого света нарушали иссиня – черную холодную палитру подземного пространства. В простенках между проемами было особенно темно. Мрачные пятна поглощали часть каменного пола. Серые стены из ровных плит резко отличались от рассыпающихся кирпичей верхнего этажа. Вместо факелов к ним крепились масляные лампы. Кое-где с деревянных балок свисала витиеватая паутина. Ар частенько бывал здесь вместе со стариком, так что не боялся заблудиться. Он прошел мимо знакомого архива. Крашеная темно-синяя дверь была заперта, а полный ехидный Орхин с неприятными почти бесцветными глазами не появлялся вот уже несколько дней. В его обязанности входило сортировать пометки о ядах, и раскладывать стопки рукописей согласно заведенному порядку. Глубинную часть подземелья почти не использовали. Большинство камер пустовало, остальные же выполняли роль складских помещений. Ар направлялся в нижнюю лабораторию, где помимо Саора хозяйничал тюремный лекарь. Нет, Кортег никого не лечил. Он выращивал растения, которые использовались для варева. Саор говорил, что некоторые виды растут исключительно в темноте и прохладе, так что здесь им было самое место. Кортег приходил часа на два каждый день, и, выполнив необходимую работу, уходил, оставляя ключ химику. Ар судорожно дышал, по телу колотила мелкая дрожь. Что если кто-то спустится? Крепко сжимая книгу, он отпер нужную дверь и тихонько вошел. Тусклый факела едва освещал продолговатый стол, у которого и примостился Аринд. Обложка тома была старой, надписи почти стерлись, но Ар смог прочесть название: «Мысленная магия». Едва дыша, он принялся переворачивать шероховатые страницы с загнутыми уголками.
- Раздел первый, – одними губами прошептал Ар, – воздействие на животных. Раздел второй - управление сознанием. Раздел третий…
Записи рассказывали вовсе не о той магии, про которую Ар знал из сказок и коей мечтал бы обладать. Большая часть текста была непонятной, и приходилось перечитывать все по два раза. Мальчик потерял счет времени. Книга не обещала научить ярким вспышкам, огню из ниоткуда, или наделить удивительной силой. Насколько понял Ар – эта разновидность чар позволяла управлять животными, людьми и даже внутренними процессами тела, например, заживлять раны или останавливать сердце. За ночь Аринду не удалось разобрать даже самых простых принципов, и решено было не возвращать пособие на место.

Автор - dididada
Дата добавления - 12.08.2012 в 18:26
ОтшельникДата: Четверг, 16.08.2012, 07:46 | Сообщение # 153
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 1529
Награды: 13
Репутация: 46
Статус: Offline
Quote (dididada)
Тусклый факела едва освещал продолговатый стол,
очевидно пропущено слово - свет


Я не от мира сего, но мне тут как-то уютненько.
 
Сообщение
Quote (dididada)
Тусклый факела едва освещал продолговатый стол,
очевидно пропущено слово - свет

Автор - Отшельник
Дата добавления - 16.08.2012 в 07:46
Сообщение
Quote (dididada)
Тусклый факела едва освещал продолговатый стол,
очевидно пропущено слово - свет

Автор - Отшельник
Дата добавления - 16.08.2012 в 07:46
ОтшельникДата: Четверг, 16.08.2012, 07:57 | Сообщение # 154
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 1529
Награды: 13
Репутация: 46
Статус: Offline
Quote (dididada)
К зиме в подземельях становилось невыносимо холодно
Чего это? В открытых пещерах температура круглый год одинакова, а здесь подземелья. Может с изменением времени года сырость увеличивается?
Quote (dididada)
Благо, такого добра на острове целый рудник, и сыпучее топливо можно купить на любом рынке за гроши.
Какого ж тогда, то там то тут и масляные и берестовые факела?


Я не от мира сего, но мне тут как-то уютненько.
 
Сообщение
Quote (dididada)
К зиме в подземельях становилось невыносимо холодно
Чего это? В открытых пещерах температура круглый год одинакова, а здесь подземелья. Может с изменением времени года сырость увеличивается?
Quote (dididada)
Благо, такого добра на острове целый рудник, и сыпучее топливо можно купить на любом рынке за гроши.
Какого ж тогда, то там то тут и масляные и берестовые факела?

Автор - Отшельник
Дата добавления - 16.08.2012 в 07:57
Сообщение
Quote (dididada)
К зиме в подземельях становилось невыносимо холодно
Чего это? В открытых пещерах температура круглый год одинакова, а здесь подземелья. Может с изменением времени года сырость увеличивается?
Quote (dididada)
Благо, такого добра на острове целый рудник, и сыпучее топливо можно купить на любом рынке за гроши.
Какого ж тогда, то там то тут и масляные и берестовые факела?

Автор - Отшельник
Дата добавления - 16.08.2012 в 07:57
dididadaДата: Пятница, 17.08.2012, 18:00 | Сообщение # 155
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
Большое спасибо)) Я-таки выбралась из творческого кризиса и вот что получилось) Выложу весь текст, имеющийся на данный момент, поскольку в предыдущих кусках запуталась))
 
СообщениеБольшое спасибо)) Я-таки выбралась из творческого кризиса и вот что получилось) Выложу весь текст, имеющийся на данный момент, поскольку в предыдущих кусках запуталась))

Автор - dididada
Дата добавления - 17.08.2012 в 18:00
СообщениеБольшое спасибо)) Я-таки выбралась из творческого кризиса и вот что получилось) Выложу весь текст, имеющийся на данный момент, поскольку в предыдущих кусках запуталась))

Автор - dididada
Дата добавления - 17.08.2012 в 18:00
dididadaДата: Пятница, 17.08.2012, 18:05 | Сообщение # 156
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
ПРОЛОГ

Оранжевая луна тонула в кровавом месиве облаков. Ледяной ветер рвал и волочил по земле сухие листья, сметал дорожную пыль, скрипел ветками деревьев. Вместе с осенним холодом вернулись дожди. После двух месяцев засухи пришла пора небу выплакать грязные слезы. Потрескавшаяся почва проглотила первые скудные капли. Дорн крепче сжал рукоять ножа. Два молниеносных удара. Охранники не успели даже среагировать. Тела грузно повалились на пожухлую траву. Хорошо. Обошлось без лишнего шума. Наемник отворил входную дверь. В доме судьи оказалось темнее, чем снаружи, оно и к лучшему. Дорн, тихо ступая, прошел мимо безмолвных комнат. Для начала нужно было подняться наверх. Лестница нашлась в конце просторного коридора. Добротная, с резными перилами в изящных завитках. Широкие деревянные ступени вели на второй этаж, где в одной из спален доживал последние минуты смертельно больной старик. Дорн давно похоронил в глубине души страх и сомнение. Он, не боялся грешить, ведь даже если у этого гнилого мира есть Бог, он давно уже наплевал на собственное творение, позволяя одним жить в богатстве и роскоши, а другим умирать от голода… И все же хладнокровного убийцу порой задевала человеческая алчность и глупость. Куда катится мир… Сын желает смерти собственному отцу, ради того чтобы занять его место в городском суде. Дорн поправил повязку на лице. Старику не позавидуешь. Болезнь заразна, и родные его почти не навещают, так и отойдет к Создателю в одиночестве. В последнее время наемнику все больше хотелось найти другой способ заработка. Что скажет жена, если узнает, что ее благоверный убивает людей? Но ему нужны деньги, тех грошей, что платят на обычной работе, не хватит даже на лекарства ребенку. Дорн тяжело вздохнул. Сколько можно маяться в нищете, не зная, будет ли завтра, чем накормить семью. Заказов все меньше, а скудная земля почти не приносит урожай. Наемник бесшумно скользнул в спальню и подошел к широкой кровати, на которой хрипло дыша, лежал судья. Морщинистое лицо казалось желтоватым в лунном свете. Дорн не стал медлить. Клинок с хрустом вошел в сердце, старик чуть дернулся и замер.

ЧАСТЬ 1 «ТЮРЬМА»

Грязная капля дождевой воды, сорвавшись с потолка, плюхнулась на потухший факел. Тот зашипел. Недавно горевшая просмоленная пакля отдавала последний жар. Теплый воздух подрагивал, искажая пространство рядом с собой. Низкие своды тюремного коридора давно потемнели от просочившейся с поверхности влаги. Послышался скрип досок под тяжелыми сапогами и хриплый голос Дорна:
- Аринд! Ар! Где ты застрял, оболтус? Живо сюда!
Пятилетний мальчонка, потирая заспанные глаза, плелся к огромному мужчине в мешковатых штанах и широкой рубахе из грубой ткани. Пламя выхватывало из мрака угрюмое лицо охранника, изрытое морщинами, под стать многолетней тюрьме. В бороде и усах белели хлебные крошки – свидетельство недавнего завтрака. Дорн, хмуро сдвинув брови, ждал, когда мальчик доберется до мрачной части длинного прохода.
- Что ты как сонная муха? Пошевеливайся!
Аринд послушно побежал, внимательно глядя под ноги, чтобы снова не упасть. Покоробившийся деревянный пол пестрил ошметками грязи и кирпичной крошкой. С каждым годом земля оседала все больше, и неровную кладку стен резали черные пустоты трещин. Ребенок часто заглядывал в темноту разломов, пытаясь понять, куда деваются жучки, когда забираются внутрь.
- Что мы будем делать? – звонкий голосок эхом растворялся в лабиринтах пустых проходов.
Ар едва доставал Дорну до пояса. Маленькое тельце казалось еще более хрупким на фоне громадной фигуры охранника.
- Держи крепко, не урони, – наставительно сказал Дорн.
В руки запыхавшемуся мальчику опустилась связка факелов. Тот охнул, согнувшись от тяжести.
- Я не унесу столько!
- Ничего, не развалишься. Я буду забирать по одному.
- А зачем?
- Пламенники сменить нужно. Половина отсырела. Проклятые дожди…
- Давай опять зажжем, если потухли.
- Без толку, только коптить будут. Благо, этого добра у нас навалом. Старые потом сложишь вон там в кучу. Понял?
- Понял…
Аринд заворожено смотрел, как на креплениях один за другим загораются новые огоньки.
Блики бегали в широко распахнутых детских глазах. Неровно обстриженные черные волосы топорщились на затылке. Уши смешно торчали и казались красноватыми в отблесках пламени.
Для Дорна смена факелов не была особо радостным занятием, но и он довольно хмыкал каждый раз, когда загоревшийся пламенник обдавал лицо приятным теплом.
Не случись ему охранять тюрьму в день, когда в одной из замызганных камер родился Аринд, ребенка попросту сбросили бы в общую могильную яму. Охранник был единственным, кто по-доброму относился к мальчугану, хоть и пытался это всячески скрывать.
Ар неуклюже топал вслед за Дорном, морща нос от усилившейся вони. По обеим сторонам затхлого коридора располагались тюремные камеры. Часть из них была наглухо закрыта массивными дверями, без единой щели. Другие отгораживались деревянными решетками, скрепленными веревочными узлами вперемешку с ржавой проволокой.
Мальчик редко бывал в этой части подземелья и каждый раз с опаской и удивлением рассматривал грязных людей, лежавших на полу в камерах. Они не были похожи на охранника и тех, кого Аринд видел до сих пор. Эти «заключенные», как их называл Дорн, совсем не двигались и, если долго лежали, начинали дурно пахнуть.
- Почему они все время лежат? Они спят? – негромко спросил ребенок.
- Кто? – охранник обернулся.
Мальчик указал на людей за решетками.
- А-а, эти что ли? – Дорн вынимал очередной факел из простенка между камерами. – Подохли, ясное дело.
- Это как?
- Умерли. Не пошевелятся больше.
- Почему они умерли? – глаза Аринда вспыхнули огоньками любопытства.
- От яда, – равнодушно пояснил охранник.
- А яд это что? – мальчик и не собирался замолкать.
Дорн сердито глянул на него. Он терпеть не мог всяческих вопросов.
- Закрой рот, надоеда, и иди молча.
Ар вжал голову в плечи и насупился. Некоторые преступники лежали согнувшись, другие странно распластавшись, так что занимали почти весь пол. Слабые пятна коридорного света почти не проникали внутрь тюремных клеток, скрывая в темноте лица.
Дело было закончено. Мальчик поплелся вслед за Дорном, попутно собирая разбросанные факелы.
- Слушай. А я тоже буду так лежать? – неуверенно спросил он.
- Ты-то? – Дорн хмыкнул. – Ты давно уже должен был подохнуть вместе с мамашей. Эта продажная женщина пырнула ножом очередного хахаля. Пыталась свистнуть у него кошелек. Тот гад чуть не убил ее вместе со своими дружками, а потом доложил властям. Так и померла вон в той дальней камере, – он, не оборачиваясь, указал вглубь коридора.
В памяти невольно всплывали воспоминания. Дорн никогда не рассказывал мальчику, как в тайне кормил его мать, пока у той не закончилось молоко. Если бы наверху узнали об этом, охраннику самому светила бы тюремная камера.
- Зря ты это затеял, – каждый раз твердил Гред - еще один охранник, с которым Дорн дежурил посменно.
Фраза за фразой вспоминался неприятный разговор:
- Я тебе точно говорю, к добру это не приведет! – Гред стряхнул большой ладонью последние крошки с засаленного стола и убрал на полку помятую железную кружку.
- Да что ты заладил? – Дорн раздраженно грохнул сумку с едой на хлипкую скамейку из потемневшей древесины и вытер рукавом потное лицо.
- Опять на три часа раньше смены пришел, – вздохнул Гред. – И не лень тебе таскаться?
- Плевать, – Дорн зачерпнул ковшиком воды из бочки и сделал пару жадных глотков. - Ребенок как?
- Когда уже ты избавишься от него?! Опять визжал всю ночь. Эта глупая женщина не знает даже, как его успокоить.
Дорн, помрачнев, торопливо стягивал верхнюю одежду.
- Я тебе говорю, он твоего сына не заменит! Жалко мальца, ему ж всего год был, а тут как раз через две недели такое счастье привалило, – Гред вздохнул. - Только вот не выйдет из него ничего путного. Ты и сам понимать должен - снаружи ему жизни не будет. Преступники - это всегда помои, и дети их такая же дрянь. Будь моя воля, давно бы прирезал вместе с мамашей.
- Не за то я каждый месяц отдаю тебе треть полученных денег, – сухо заметил Дорн.
- И все же, прекращай это, – Гред направился к выходу. – Жена жива осталась, чего еще надо? Нарожаете кучу детишек, а это отродье тебе и спасибо не скажет, когда вырастет. Если ребенка найдут…
- Да знаю! Я все на себя возьму. Не могу его домой забрать, ты же знаешь, но и убивать не стану. Я за свою жизнь много нагрешил, вот и сына потерял, это наказание мне…
Гред не ответил, только раздраженно отмахнулся и вышел.
«А ведь уже пять годков мальцу. Это ж надо, как время идет…».
- До-орн, ну Дорн! – назойливый детский голосок отвлек от раздумий.
- Чего тебе?
- А мамаша это кто? - мальчик с интересом разглядывал дальние камеры.
- Ну… – охранник почесал затылок. – А-а, черт с тобой, - он негромко выругался, – вырастешь - сам поймешь, я тебе нянька что ли?
Кто такая нянька, мальчик тоже не знал, зато прекрасно чувствовал, что терпение Дорна вот-вот лопнет, и продолжать расспросы не стоит. Чего хорошего - зарядит очередную оплеуху. Раскрасневшаяся щека все еще горела. С утра Ар уже упал и разодрал штаны, которые охранник долго перешивал для него из своих старых вещей.
- Все подохнем рано или поздно, – бормотал Дорн, бросая тяжелые взгляды на заключенных. - Когда подохнешь - все закончится. Не сможешь ни видеть, ни чувствовать ничего. Будешь валяться и гнить, так же, как они.
- Не хочу гнить, – подумав, признался Ар.
Некоторое время он шел молча, затем неуверенно спросил:
- Дорн, а можно я все время буду живой? Я, правда, не хочу гнить.
- Не хочешь гнить – не подыхай раньше времени, – последовал ответ. - Жизнь – никчемная штука. Сегодня мы есть, а завтра помрем.
- Мы все? – мальчик еле успевал за широкими шагами Дорна.
- Ясное дело, – вздохнул тот.
- И ты тоже…? – Ар спросил совсем тихо, словно боясь услышать ответ.
- Да, – отрезал мужчина.
Прошло еще пару минут. Мальчик давно забыл о поручении и взволнованно обдумывал последние слова.
- Дорн? – в следующем за тишиной вопросе голос подрагивал.
Аринд подошел и уткнулся в потную рубашку охранника.
- Ну, чего еще? - мужчина раздраженно обернулся и удивленно посмотрел на ребенка.
- А ты не умирай, ладно? – Ар всхлипывал, на щеках поблескивали мокрые дорожки от слез. - Давай будем живые? Все время?
Соленые капельки уже добрались до подбородка мальчика и теперь сливались воедино, готовясь упасть.
- Это еще что! – Дорн отстранил ребенка от себя и легонько шлепнул.
- Не хочу, чтобы ты тоже был, как они, – фраза прерывалась громкими всхлипами.
- Чего сопли развел? - в голосе Дорна звучала растерянность, плохо прикрытая наигранным раздражением. - Жить, не жить… не мы это решаем. Нашел из-за чего рыдать! Мал ты еще, размышлять о таком. Не реви у меня! Вода вся вытечет, и умрешь! – припугнул он мальчика.
- Правда? – вздрогнул Ар.
- Правда – правда. Вытирай, давай лицо.
- Не могу, – мальчик приглушенно всхлипнул, беспомощно глядя на охапку факелов, которую держал обеими руками.
- У-у, соплеглот, – выругался Дорн, наклоняясь к ребенку и утирая лицо широким рукавом.
 
СообщениеПРОЛОГ

Оранжевая луна тонула в кровавом месиве облаков. Ледяной ветер рвал и волочил по земле сухие листья, сметал дорожную пыль, скрипел ветками деревьев. Вместе с осенним холодом вернулись дожди. После двух месяцев засухи пришла пора небу выплакать грязные слезы. Потрескавшаяся почва проглотила первые скудные капли. Дорн крепче сжал рукоять ножа. Два молниеносных удара. Охранники не успели даже среагировать. Тела грузно повалились на пожухлую траву. Хорошо. Обошлось без лишнего шума. Наемник отворил входную дверь. В доме судьи оказалось темнее, чем снаружи, оно и к лучшему. Дорн, тихо ступая, прошел мимо безмолвных комнат. Для начала нужно было подняться наверх. Лестница нашлась в конце просторного коридора. Добротная, с резными перилами в изящных завитках. Широкие деревянные ступени вели на второй этаж, где в одной из спален доживал последние минуты смертельно больной старик. Дорн давно похоронил в глубине души страх и сомнение. Он, не боялся грешить, ведь даже если у этого гнилого мира есть Бог, он давно уже наплевал на собственное творение, позволяя одним жить в богатстве и роскоши, а другим умирать от голода… И все же хладнокровного убийцу порой задевала человеческая алчность и глупость. Куда катится мир… Сын желает смерти собственному отцу, ради того чтобы занять его место в городском суде. Дорн поправил повязку на лице. Старику не позавидуешь. Болезнь заразна, и родные его почти не навещают, так и отойдет к Создателю в одиночестве. В последнее время наемнику все больше хотелось найти другой способ заработка. Что скажет жена, если узнает, что ее благоверный убивает людей? Но ему нужны деньги, тех грошей, что платят на обычной работе, не хватит даже на лекарства ребенку. Дорн тяжело вздохнул. Сколько можно маяться в нищете, не зная, будет ли завтра, чем накормить семью. Заказов все меньше, а скудная земля почти не приносит урожай. Наемник бесшумно скользнул в спальню и подошел к широкой кровати, на которой хрипло дыша, лежал судья. Морщинистое лицо казалось желтоватым в лунном свете. Дорн не стал медлить. Клинок с хрустом вошел в сердце, старик чуть дернулся и замер.

ЧАСТЬ 1 «ТЮРЬМА»

Грязная капля дождевой воды, сорвавшись с потолка, плюхнулась на потухший факел. Тот зашипел. Недавно горевшая просмоленная пакля отдавала последний жар. Теплый воздух подрагивал, искажая пространство рядом с собой. Низкие своды тюремного коридора давно потемнели от просочившейся с поверхности влаги. Послышался скрип досок под тяжелыми сапогами и хриплый голос Дорна:
- Аринд! Ар! Где ты застрял, оболтус? Живо сюда!
Пятилетний мальчонка, потирая заспанные глаза, плелся к огромному мужчине в мешковатых штанах и широкой рубахе из грубой ткани. Пламя выхватывало из мрака угрюмое лицо охранника, изрытое морщинами, под стать многолетней тюрьме. В бороде и усах белели хлебные крошки – свидетельство недавнего завтрака. Дорн, хмуро сдвинув брови, ждал, когда мальчик доберется до мрачной части длинного прохода.
- Что ты как сонная муха? Пошевеливайся!
Аринд послушно побежал, внимательно глядя под ноги, чтобы снова не упасть. Покоробившийся деревянный пол пестрил ошметками грязи и кирпичной крошкой. С каждым годом земля оседала все больше, и неровную кладку стен резали черные пустоты трещин. Ребенок часто заглядывал в темноту разломов, пытаясь понять, куда деваются жучки, когда забираются внутрь.
- Что мы будем делать? – звонкий голосок эхом растворялся в лабиринтах пустых проходов.
Ар едва доставал Дорну до пояса. Маленькое тельце казалось еще более хрупким на фоне громадной фигуры охранника.
- Держи крепко, не урони, – наставительно сказал Дорн.
В руки запыхавшемуся мальчику опустилась связка факелов. Тот охнул, согнувшись от тяжести.
- Я не унесу столько!
- Ничего, не развалишься. Я буду забирать по одному.
- А зачем?
- Пламенники сменить нужно. Половина отсырела. Проклятые дожди…
- Давай опять зажжем, если потухли.
- Без толку, только коптить будут. Благо, этого добра у нас навалом. Старые потом сложишь вон там в кучу. Понял?
- Понял…
Аринд заворожено смотрел, как на креплениях один за другим загораются новые огоньки.
Блики бегали в широко распахнутых детских глазах. Неровно обстриженные черные волосы топорщились на затылке. Уши смешно торчали и казались красноватыми в отблесках пламени.
Для Дорна смена факелов не была особо радостным занятием, но и он довольно хмыкал каждый раз, когда загоревшийся пламенник обдавал лицо приятным теплом.
Не случись ему охранять тюрьму в день, когда в одной из замызганных камер родился Аринд, ребенка попросту сбросили бы в общую могильную яму. Охранник был единственным, кто по-доброму относился к мальчугану, хоть и пытался это всячески скрывать.
Ар неуклюже топал вслед за Дорном, морща нос от усилившейся вони. По обеим сторонам затхлого коридора располагались тюремные камеры. Часть из них была наглухо закрыта массивными дверями, без единой щели. Другие отгораживались деревянными решетками, скрепленными веревочными узлами вперемешку с ржавой проволокой.
Мальчик редко бывал в этой части подземелья и каждый раз с опаской и удивлением рассматривал грязных людей, лежавших на полу в камерах. Они не были похожи на охранника и тех, кого Аринд видел до сих пор. Эти «заключенные», как их называл Дорн, совсем не двигались и, если долго лежали, начинали дурно пахнуть.
- Почему они все время лежат? Они спят? – негромко спросил ребенок.
- Кто? – охранник обернулся.
Мальчик указал на людей за решетками.
- А-а, эти что ли? – Дорн вынимал очередной факел из простенка между камерами. – Подохли, ясное дело.
- Это как?
- Умерли. Не пошевелятся больше.
- Почему они умерли? – глаза Аринда вспыхнули огоньками любопытства.
- От яда, – равнодушно пояснил охранник.
- А яд это что? – мальчик и не собирался замолкать.
Дорн сердито глянул на него. Он терпеть не мог всяческих вопросов.
- Закрой рот, надоеда, и иди молча.
Ар вжал голову в плечи и насупился. Некоторые преступники лежали согнувшись, другие странно распластавшись, так что занимали почти весь пол. Слабые пятна коридорного света почти не проникали внутрь тюремных клеток, скрывая в темноте лица.
Дело было закончено. Мальчик поплелся вслед за Дорном, попутно собирая разбросанные факелы.
- Слушай. А я тоже буду так лежать? – неуверенно спросил он.
- Ты-то? – Дорн хмыкнул. – Ты давно уже должен был подохнуть вместе с мамашей. Эта продажная женщина пырнула ножом очередного хахаля. Пыталась свистнуть у него кошелек. Тот гад чуть не убил ее вместе со своими дружками, а потом доложил властям. Так и померла вон в той дальней камере, – он, не оборачиваясь, указал вглубь коридора.
В памяти невольно всплывали воспоминания. Дорн никогда не рассказывал мальчику, как в тайне кормил его мать, пока у той не закончилось молоко. Если бы наверху узнали об этом, охраннику самому светила бы тюремная камера.
- Зря ты это затеял, – каждый раз твердил Гред - еще один охранник, с которым Дорн дежурил посменно.
Фраза за фразой вспоминался неприятный разговор:
- Я тебе точно говорю, к добру это не приведет! – Гред стряхнул большой ладонью последние крошки с засаленного стола и убрал на полку помятую железную кружку.
- Да что ты заладил? – Дорн раздраженно грохнул сумку с едой на хлипкую скамейку из потемневшей древесины и вытер рукавом потное лицо.
- Опять на три часа раньше смены пришел, – вздохнул Гред. – И не лень тебе таскаться?
- Плевать, – Дорн зачерпнул ковшиком воды из бочки и сделал пару жадных глотков. - Ребенок как?
- Когда уже ты избавишься от него?! Опять визжал всю ночь. Эта глупая женщина не знает даже, как его успокоить.
Дорн, помрачнев, торопливо стягивал верхнюю одежду.
- Я тебе говорю, он твоего сына не заменит! Жалко мальца, ему ж всего год был, а тут как раз через две недели такое счастье привалило, – Гред вздохнул. - Только вот не выйдет из него ничего путного. Ты и сам понимать должен - снаружи ему жизни не будет. Преступники - это всегда помои, и дети их такая же дрянь. Будь моя воля, давно бы прирезал вместе с мамашей.
- Не за то я каждый месяц отдаю тебе треть полученных денег, – сухо заметил Дорн.
- И все же, прекращай это, – Гред направился к выходу. – Жена жива осталась, чего еще надо? Нарожаете кучу детишек, а это отродье тебе и спасибо не скажет, когда вырастет. Если ребенка найдут…
- Да знаю! Я все на себя возьму. Не могу его домой забрать, ты же знаешь, но и убивать не стану. Я за свою жизнь много нагрешил, вот и сына потерял, это наказание мне…
Гред не ответил, только раздраженно отмахнулся и вышел.
«А ведь уже пять годков мальцу. Это ж надо, как время идет…».
- До-орн, ну Дорн! – назойливый детский голосок отвлек от раздумий.
- Чего тебе?
- А мамаша это кто? - мальчик с интересом разглядывал дальние камеры.
- Ну… – охранник почесал затылок. – А-а, черт с тобой, - он негромко выругался, – вырастешь - сам поймешь, я тебе нянька что ли?
Кто такая нянька, мальчик тоже не знал, зато прекрасно чувствовал, что терпение Дорна вот-вот лопнет, и продолжать расспросы не стоит. Чего хорошего - зарядит очередную оплеуху. Раскрасневшаяся щека все еще горела. С утра Ар уже упал и разодрал штаны, которые охранник долго перешивал для него из своих старых вещей.
- Все подохнем рано или поздно, – бормотал Дорн, бросая тяжелые взгляды на заключенных. - Когда подохнешь - все закончится. Не сможешь ни видеть, ни чувствовать ничего. Будешь валяться и гнить, так же, как они.
- Не хочу гнить, – подумав, признался Ар.
Некоторое время он шел молча, затем неуверенно спросил:
- Дорн, а можно я все время буду живой? Я, правда, не хочу гнить.
- Не хочешь гнить – не подыхай раньше времени, – последовал ответ. - Жизнь – никчемная штука. Сегодня мы есть, а завтра помрем.
- Мы все? – мальчик еле успевал за широкими шагами Дорна.
- Ясное дело, – вздохнул тот.
- И ты тоже…? – Ар спросил совсем тихо, словно боясь услышать ответ.
- Да, – отрезал мужчина.
Прошло еще пару минут. Мальчик давно забыл о поручении и взволнованно обдумывал последние слова.
- Дорн? – в следующем за тишиной вопросе голос подрагивал.
Аринд подошел и уткнулся в потную рубашку охранника.
- Ну, чего еще? - мужчина раздраженно обернулся и удивленно посмотрел на ребенка.
- А ты не умирай, ладно? – Ар всхлипывал, на щеках поблескивали мокрые дорожки от слез. - Давай будем живые? Все время?
Соленые капельки уже добрались до подбородка мальчика и теперь сливались воедино, готовясь упасть.
- Это еще что! – Дорн отстранил ребенка от себя и легонько шлепнул.
- Не хочу, чтобы ты тоже был, как они, – фраза прерывалась громкими всхлипами.
- Чего сопли развел? - в голосе Дорна звучала растерянность, плохо прикрытая наигранным раздражением. - Жить, не жить… не мы это решаем. Нашел из-за чего рыдать! Мал ты еще, размышлять о таком. Не реви у меня! Вода вся вытечет, и умрешь! – припугнул он мальчика.
- Правда? – вздрогнул Ар.
- Правда – правда. Вытирай, давай лицо.
- Не могу, – мальчик приглушенно всхлипнул, беспомощно глядя на охапку факелов, которую держал обеими руками.
- У-у, соплеглот, – выругался Дорн, наклоняясь к ребенку и утирая лицо широким рукавом.

Автор - dididada
Дата добавления - 17.08.2012 в 18:05
СообщениеПРОЛОГ

Оранжевая луна тонула в кровавом месиве облаков. Ледяной ветер рвал и волочил по земле сухие листья, сметал дорожную пыль, скрипел ветками деревьев. Вместе с осенним холодом вернулись дожди. После двух месяцев засухи пришла пора небу выплакать грязные слезы. Потрескавшаяся почва проглотила первые скудные капли. Дорн крепче сжал рукоять ножа. Два молниеносных удара. Охранники не успели даже среагировать. Тела грузно повалились на пожухлую траву. Хорошо. Обошлось без лишнего шума. Наемник отворил входную дверь. В доме судьи оказалось темнее, чем снаружи, оно и к лучшему. Дорн, тихо ступая, прошел мимо безмолвных комнат. Для начала нужно было подняться наверх. Лестница нашлась в конце просторного коридора. Добротная, с резными перилами в изящных завитках. Широкие деревянные ступени вели на второй этаж, где в одной из спален доживал последние минуты смертельно больной старик. Дорн давно похоронил в глубине души страх и сомнение. Он, не боялся грешить, ведь даже если у этого гнилого мира есть Бог, он давно уже наплевал на собственное творение, позволяя одним жить в богатстве и роскоши, а другим умирать от голода… И все же хладнокровного убийцу порой задевала человеческая алчность и глупость. Куда катится мир… Сын желает смерти собственному отцу, ради того чтобы занять его место в городском суде. Дорн поправил повязку на лице. Старику не позавидуешь. Болезнь заразна, и родные его почти не навещают, так и отойдет к Создателю в одиночестве. В последнее время наемнику все больше хотелось найти другой способ заработка. Что скажет жена, если узнает, что ее благоверный убивает людей? Но ему нужны деньги, тех грошей, что платят на обычной работе, не хватит даже на лекарства ребенку. Дорн тяжело вздохнул. Сколько можно маяться в нищете, не зная, будет ли завтра, чем накормить семью. Заказов все меньше, а скудная земля почти не приносит урожай. Наемник бесшумно скользнул в спальню и подошел к широкой кровати, на которой хрипло дыша, лежал судья. Морщинистое лицо казалось желтоватым в лунном свете. Дорн не стал медлить. Клинок с хрустом вошел в сердце, старик чуть дернулся и замер.

ЧАСТЬ 1 «ТЮРЬМА»

Грязная капля дождевой воды, сорвавшись с потолка, плюхнулась на потухший факел. Тот зашипел. Недавно горевшая просмоленная пакля отдавала последний жар. Теплый воздух подрагивал, искажая пространство рядом с собой. Низкие своды тюремного коридора давно потемнели от просочившейся с поверхности влаги. Послышался скрип досок под тяжелыми сапогами и хриплый голос Дорна:
- Аринд! Ар! Где ты застрял, оболтус? Живо сюда!
Пятилетний мальчонка, потирая заспанные глаза, плелся к огромному мужчине в мешковатых штанах и широкой рубахе из грубой ткани. Пламя выхватывало из мрака угрюмое лицо охранника, изрытое морщинами, под стать многолетней тюрьме. В бороде и усах белели хлебные крошки – свидетельство недавнего завтрака. Дорн, хмуро сдвинув брови, ждал, когда мальчик доберется до мрачной части длинного прохода.
- Что ты как сонная муха? Пошевеливайся!
Аринд послушно побежал, внимательно глядя под ноги, чтобы снова не упасть. Покоробившийся деревянный пол пестрил ошметками грязи и кирпичной крошкой. С каждым годом земля оседала все больше, и неровную кладку стен резали черные пустоты трещин. Ребенок часто заглядывал в темноту разломов, пытаясь понять, куда деваются жучки, когда забираются внутрь.
- Что мы будем делать? – звонкий голосок эхом растворялся в лабиринтах пустых проходов.
Ар едва доставал Дорну до пояса. Маленькое тельце казалось еще более хрупким на фоне громадной фигуры охранника.
- Держи крепко, не урони, – наставительно сказал Дорн.
В руки запыхавшемуся мальчику опустилась связка факелов. Тот охнул, согнувшись от тяжести.
- Я не унесу столько!
- Ничего, не развалишься. Я буду забирать по одному.
- А зачем?
- Пламенники сменить нужно. Половина отсырела. Проклятые дожди…
- Давай опять зажжем, если потухли.
- Без толку, только коптить будут. Благо, этого добра у нас навалом. Старые потом сложишь вон там в кучу. Понял?
- Понял…
Аринд заворожено смотрел, как на креплениях один за другим загораются новые огоньки.
Блики бегали в широко распахнутых детских глазах. Неровно обстриженные черные волосы топорщились на затылке. Уши смешно торчали и казались красноватыми в отблесках пламени.
Для Дорна смена факелов не была особо радостным занятием, но и он довольно хмыкал каждый раз, когда загоревшийся пламенник обдавал лицо приятным теплом.
Не случись ему охранять тюрьму в день, когда в одной из замызганных камер родился Аринд, ребенка попросту сбросили бы в общую могильную яму. Охранник был единственным, кто по-доброму относился к мальчугану, хоть и пытался это всячески скрывать.
Ар неуклюже топал вслед за Дорном, морща нос от усилившейся вони. По обеим сторонам затхлого коридора располагались тюремные камеры. Часть из них была наглухо закрыта массивными дверями, без единой щели. Другие отгораживались деревянными решетками, скрепленными веревочными узлами вперемешку с ржавой проволокой.
Мальчик редко бывал в этой части подземелья и каждый раз с опаской и удивлением рассматривал грязных людей, лежавших на полу в камерах. Они не были похожи на охранника и тех, кого Аринд видел до сих пор. Эти «заключенные», как их называл Дорн, совсем не двигались и, если долго лежали, начинали дурно пахнуть.
- Почему они все время лежат? Они спят? – негромко спросил ребенок.
- Кто? – охранник обернулся.
Мальчик указал на людей за решетками.
- А-а, эти что ли? – Дорн вынимал очередной факел из простенка между камерами. – Подохли, ясное дело.
- Это как?
- Умерли. Не пошевелятся больше.
- Почему они умерли? – глаза Аринда вспыхнули огоньками любопытства.
- От яда, – равнодушно пояснил охранник.
- А яд это что? – мальчик и не собирался замолкать.
Дорн сердито глянул на него. Он терпеть не мог всяческих вопросов.
- Закрой рот, надоеда, и иди молча.
Ар вжал голову в плечи и насупился. Некоторые преступники лежали согнувшись, другие странно распластавшись, так что занимали почти весь пол. Слабые пятна коридорного света почти не проникали внутрь тюремных клеток, скрывая в темноте лица.
Дело было закончено. Мальчик поплелся вслед за Дорном, попутно собирая разбросанные факелы.
- Слушай. А я тоже буду так лежать? – неуверенно спросил он.
- Ты-то? – Дорн хмыкнул. – Ты давно уже должен был подохнуть вместе с мамашей. Эта продажная женщина пырнула ножом очередного хахаля. Пыталась свистнуть у него кошелек. Тот гад чуть не убил ее вместе со своими дружками, а потом доложил властям. Так и померла вон в той дальней камере, – он, не оборачиваясь, указал вглубь коридора.
В памяти невольно всплывали воспоминания. Дорн никогда не рассказывал мальчику, как в тайне кормил его мать, пока у той не закончилось молоко. Если бы наверху узнали об этом, охраннику самому светила бы тюремная камера.
- Зря ты это затеял, – каждый раз твердил Гред - еще один охранник, с которым Дорн дежурил посменно.
Фраза за фразой вспоминался неприятный разговор:
- Я тебе точно говорю, к добру это не приведет! – Гред стряхнул большой ладонью последние крошки с засаленного стола и убрал на полку помятую железную кружку.
- Да что ты заладил? – Дорн раздраженно грохнул сумку с едой на хлипкую скамейку из потемневшей древесины и вытер рукавом потное лицо.
- Опять на три часа раньше смены пришел, – вздохнул Гред. – И не лень тебе таскаться?
- Плевать, – Дорн зачерпнул ковшиком воды из бочки и сделал пару жадных глотков. - Ребенок как?
- Когда уже ты избавишься от него?! Опять визжал всю ночь. Эта глупая женщина не знает даже, как его успокоить.
Дорн, помрачнев, торопливо стягивал верхнюю одежду.
- Я тебе говорю, он твоего сына не заменит! Жалко мальца, ему ж всего год был, а тут как раз через две недели такое счастье привалило, – Гред вздохнул. - Только вот не выйдет из него ничего путного. Ты и сам понимать должен - снаружи ему жизни не будет. Преступники - это всегда помои, и дети их такая же дрянь. Будь моя воля, давно бы прирезал вместе с мамашей.
- Не за то я каждый месяц отдаю тебе треть полученных денег, – сухо заметил Дорн.
- И все же, прекращай это, – Гред направился к выходу. – Жена жива осталась, чего еще надо? Нарожаете кучу детишек, а это отродье тебе и спасибо не скажет, когда вырастет. Если ребенка найдут…
- Да знаю! Я все на себя возьму. Не могу его домой забрать, ты же знаешь, но и убивать не стану. Я за свою жизнь много нагрешил, вот и сына потерял, это наказание мне…
Гред не ответил, только раздраженно отмахнулся и вышел.
«А ведь уже пять годков мальцу. Это ж надо, как время идет…».
- До-орн, ну Дорн! – назойливый детский голосок отвлек от раздумий.
- Чего тебе?
- А мамаша это кто? - мальчик с интересом разглядывал дальние камеры.
- Ну… – охранник почесал затылок. – А-а, черт с тобой, - он негромко выругался, – вырастешь - сам поймешь, я тебе нянька что ли?
Кто такая нянька, мальчик тоже не знал, зато прекрасно чувствовал, что терпение Дорна вот-вот лопнет, и продолжать расспросы не стоит. Чего хорошего - зарядит очередную оплеуху. Раскрасневшаяся щека все еще горела. С утра Ар уже упал и разодрал штаны, которые охранник долго перешивал для него из своих старых вещей.
- Все подохнем рано или поздно, – бормотал Дорн, бросая тяжелые взгляды на заключенных. - Когда подохнешь - все закончится. Не сможешь ни видеть, ни чувствовать ничего. Будешь валяться и гнить, так же, как они.
- Не хочу гнить, – подумав, признался Ар.
Некоторое время он шел молча, затем неуверенно спросил:
- Дорн, а можно я все время буду живой? Я, правда, не хочу гнить.
- Не хочешь гнить – не подыхай раньше времени, – последовал ответ. - Жизнь – никчемная штука. Сегодня мы есть, а завтра помрем.
- Мы все? – мальчик еле успевал за широкими шагами Дорна.
- Ясное дело, – вздохнул тот.
- И ты тоже…? – Ар спросил совсем тихо, словно боясь услышать ответ.
- Да, – отрезал мужчина.
Прошло еще пару минут. Мальчик давно забыл о поручении и взволнованно обдумывал последние слова.
- Дорн? – в следующем за тишиной вопросе голос подрагивал.
Аринд подошел и уткнулся в потную рубашку охранника.
- Ну, чего еще? - мужчина раздраженно обернулся и удивленно посмотрел на ребенка.
- А ты не умирай, ладно? – Ар всхлипывал, на щеках поблескивали мокрые дорожки от слез. - Давай будем живые? Все время?
Соленые капельки уже добрались до подбородка мальчика и теперь сливались воедино, готовясь упасть.
- Это еще что! – Дорн отстранил ребенка от себя и легонько шлепнул.
- Не хочу, чтобы ты тоже был, как они, – фраза прерывалась громкими всхлипами.
- Чего сопли развел? - в голосе Дорна звучала растерянность, плохо прикрытая наигранным раздражением. - Жить, не жить… не мы это решаем. Нашел из-за чего рыдать! Мал ты еще, размышлять о таком. Не реви у меня! Вода вся вытечет, и умрешь! – припугнул он мальчика.
- Правда? – вздрогнул Ар.
- Правда – правда. Вытирай, давай лицо.
- Не могу, – мальчик приглушенно всхлипнул, беспомощно глядя на охапку факелов, которую держал обеими руками.
- У-у, соплеглот, – выругался Дорн, наклоняясь к ребенку и утирая лицо широким рукавом.

Автор - dididada
Дата добавления - 17.08.2012 в 18:05
dididadaДата: Пятница, 17.08.2012, 18:06 | Сообщение # 157
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
День проходил за днем, но их смены Ар почти не замечал. Утро начиналось с прихода Дорна, который, помимо еды, приносил с поверхности какой-то особенный запах. Мальчику всегда хотелось побывать в месте, откуда родом сдобная выпечка и сладкая пастила.
Вечером Дорн уходил «домой», и Ар думал, что дом – это такая же тюрьма, только наверху, но ему туда почему-то было нельзя.
Раз в двое суток, по утрам, Аринду запрещалось выходить из комнаты. В такие дни вместе с Дорном приходили люди с поверхности. Они выносили мертвые тела наружу, где скидывали в трупную яму. Бывало, что умерших хоронили родственники, но такое случалось крайне редко.
Еще в тюрьму наведывался Саор – раздражительный и мелочный старик, которого Дорн называл химиком и травителем. Саор неприятно визжал каждый раз, когда мальчик пытался подсмотреть, что он делает в небольшой комнатке с множеством интересных приборов, бутылочек, наполненных разноцветной жидкостью, и толстых книг.
Химик бывал в подземелье реже остальных и подолгу никогда не задерживался. Он заглядывал в тюрьму раза три в неделю и, сделав новую порцию яда, тут же уходил восвояси. Если Саор долго не появлялся, и странной темной жидкости не хватало, преступников приходилось убивать «вручную», как говорил Дорн. Но об этом мальчик знал только со слов охранника.
Люди, которые попадали сюда, не задерживались больше недели. Сначала их закрывали в глухих камерах, а через пару дней перетаскивали в те, что отгорожены деревянными решетками.
- На первое время в темные, чтоб не сбежали, - объяснял Дорн, - а когда яд по телу разойдется, никуда уже не денутся, вот и переводят в открытые. Через решетки видно, когда подохнут, а то смердят так, что кусок в горло не лезет. Тут еще старик со своим месивом зачастил, вечно из его пещеры дрянью какой-то несет!
В последнее время Саор и правда стал появляться в тюрьме гораздо чаще. Приоткрыв дверь крошечной спаленки, Аринд хмуро наблюдал за химиком. Тот, кряхтя, выносил из лаборатории ящики, заполненные потемневшими, кое-где надтреснутыми колбочками и пробирками. Старик недавно уронил пару-тройку стеклянных сосудов, и теперь часть пола была усеяна россыпью тонких осколков.
Ар шумно вздохнул и принялся неторопливо натягивать рубашку. Одежда висела рядом, на спинке громоздкой кровати, которая занимала в комнатке почти все место. В углу примостился тусклый факел, а на табурете лежали книжки, которые еще год назад принес сюда Дорн. Читать охранник не умел и сказок не знал, но Аринду нравилось подолгу пересматривать потертые картинки со странными животными и людьми, нарисованными черной краской.
Мужчины в тяжелых одеждах застыли, пойманные кистью художника. Казалось, воины готовы были в любой момент сорваться с места, и Аринд думал, что они перебегают с одной страницы на другую, как только он закрывает книгу. Среди картинок встречались и другие люди. Хрупкие и тонкие, с добрыми улыбающимися глазами, красивыми лицами и длинными волосами. Они казались мальчику легкими и прозрачными. Дорн говорил, что это женщины, и что такой была когда-то его мать.
Одевшись, Ар вспомнил, что сегодня дежурит Гред, а потому лишний раз из комнаты лучше не высовываться.
Шаги в коридоре стали громче. Кто-то снаружи приоткрыл дверь. Сквозь щелку послышался неприятный голос Саора:
- Вставай, лентяй, работа для тебя есть.
Мальчик тут же оставил попытки привести в порядок постель и, выскользнув из комнаты, последовал за химиком. У входа немного помешкал, сомневаясь, можно ли.
- Ну, чего застрял? – забрюзжал Саор. - Долго я тебя ждать буду?
Аринд послушно вошел и тут же вскрикнул от режущего белого света. Глаза моментально заслезились, и мальчик едва не потерял равновесие.
- Что такое?! – всполошился Саор. – Ох, совсем забыл! Ты ж к дневному свету не приучен! - он вытолкал мальчика в коридор. – Стой тут.
- Я ничего не вижу! Больно! – размазывая слезы, всхлипнул Аринд.
Саор вернулся с небольшой трубочкой, зауженной на конце. Ар толком не мог разглядеть ее.
- Дай закапаю, стой спокойно.
Ар шмыгал и часто моргал.
- Да чтоб тебя! Не шевелись, кому говорю! – рассердился старик.
Шершавые холодные пальцы насильно раскрыли дергающиеся веки. В слезящийся глаз с красными венками белка упало несколько капель прозрачной жидкости.
- Это что? – боясь пошевелиться, спросил Ар.
- Лекарство.
- А зачем?
- Чтоб слезы не текли, ясное дело. Ну-ка поморгай теперь. Лучше?
Ар вытер остатки слез, жжение постепенно прошло.
- Не болит больше.
- Ну, вот и ладно, заходи.
- Не пойду туда… - мальчик съежился.
- Не бойся, я лекарство закапал, оно защищает.
- Правда?
Старик кивнул.
- А что там такое? Раньше так ярко не было!
- Конечно, не было! – воскликнул Саор. - Я чуть не ослеп из-за этих проклятых факелов, совсем огня не дают. Давно пора было принести сюда светочные камни. Вчера из дома забрал. Там масляными лампами обойдусь, не страшно. А в этой темени того гляди спутаю ингредиенты, и получится похлебка вместо яда.
- Похлебка? – удивился мальчик.
- Иди давай, – легонько подтолкнул его в спину химик. – Только возня с тобой лишняя.
В «лаборатории», как требовал называть занятную комнатку старик, витал целый букет запахов. Пахло то чем-то горелым, то сладким и до тошноты приторным, но на порядок приятнее того, что исходило из камер преступников.
Аринд тут же забыл про резь в глазах и восхищенно рассматривал комнату. В черные металлические кольца вставлены были ослепительно-белые камни. Это от них исходил яркий свет. Ар, затаив дыхание, попытался дотянуться до светоча, но тут же получил шлепок по рукам.
- Чего творишь?! Олух! Обожжешься же!
- Почему? – удивился мальчик. – Они горячие?
- Ясное дело, горячие! На них воду кипятят! Иди-ка сюда. Вот эти книги стопочкой сложи во-он в ту коробку.
Ар шел медленно, восхищенно разглядывая длинные полки, уставленные банками, колбочками и странными приборами. На относительно чистом полу, который старик, кряхтя, отмывал каждый раз, когда проливал месиво, валялась куча исписанных листков. Мальчик аккуратно обошел их, боясь наступить. Стол из светлого дерева был покрашен желтоватой краской. По бокам она облупилась, показывая предыдущие блеклые слои.
Ара переполняли радость и восторг. Он, раскрыв рот от удивления, перебирался от одной интересной вещицы к другой. Все в лаборатории дышало неизведанностью. Мальчику всегда хотелось попасть в светлую тюрьму наверху. Посмотреть, как кипятят воду на камнях и узнать, откуда берется похлебка и булки… А теперь он словно прикоснулся к частичке мечты.
- Чего ты возишься?
Аринд вздрогнул и поспешил выполнить поручение. Судя по всему, химик уже закончил с ядовитыми смесями и всерьез решил навести чистоту.
- Конечно, – кряхтел он, вытирая пыль с верхних полок. – Кому теперь интересны химические смеси? Всем магию подавай, или еще какого барахла. Тьфу ты!
Старик посмотрел вниз на мальчика - единственного, кто слушал его причитания.
- Ну, чего смотришь?
Аринд в это время восхищенно разглядывал пустую пробирку, которую ему позволили подержать. Прозрачное стекло блестело, отражая светочные камни.
- Красивая!
- Красивая, – неприятным голосом передразнил Саор. – Смотри, не трогай тут ничего.
- Не буду, – кивнул мальчик, не отрываясь от незнакомого предмета, – а то подохну.
- О, как! – удивился старик. – Кто тебя такому научил? Этот мужлан безграмотный? Не подохну, а умру, надо говорить. Запомнил?
- Почему? – не понял Ар.
- Потому! – раздраженно проскрежетал старик. – Говорить нужно правильно.
Он шумно вздохнул и снова запричитал.
- Мой Создатель, кто из тебя вырастет?! Очередной отброс общества! Ни читать, ни писать, куда уж тебе до грамотной речи?
Мальчик насупился. Он не понимал, за что его ругают.
- Ладно, – кивнул старик. - Может хоть одно доброе дело мне зачтется. Если это запустить, из тебя вырастет такой же тупоголовый охранник, как Дорн.
- Дорн хороший, – нахмурился мальчик.
- Я тебя не спрашивал.
Старик раздраженно выхватил у него пробирку и поставил на протертую полку.
- Скажи спасибо. Буду учить тебя потихоньку. Может, хоть читать научишься. Про письмо я и не заикаюсь. Эти богатенькие бездари ничего и знать не хотят, кроме как лежать в постельке до обеда, и лопать вкусности. Тьфу ты, тепличные растения! Как таких учить науке? Скажи мне, вот как?
Ар удивленно хлопал ресницами, глядя на Саора.
- Ну, вот и я говорю, никак! – сам себе ответил старик.
Мальчик не понимал, о чем идет речь, а потому не сразу решил, радоваться ему или огорчаться.
Дорну увлечение мальчика химией не нравилось. Как только пятилетний ребенок начал использовать в речи вычурные слова, охранник заподозрил неладное.
- И чему он тебя учит в своей пещере? - спросил он за обедом.
- Много чему, – ответил Аринд, отрывая от буханки хлеба кусочки и неспешно заталкивая в рот.
- Много чему, – со вздохом повторил Дорн. – Был бы еще толк! В реальном-то мире его эти химические штуки мало чем помогут. Ты ешь, давай, чего щиплешь? И так дохлый, как щепка, тебя ж одной рукой раздавить можно!
- Зачем меня давить? – удивленно спросил Ар.
- А кто его знает, – пожал плечами мужчина. – Люди все разные. Вот попадутся тебе головорезы какие-нибудь, так за счастье будет живым отделаться.
- Дорн? – мальчик перестал жевать. – А на поверхности все захотят меня убить? Я тогда можно не буду туда выходить? Мне и тут хорошо.
- Вечно в подземелье не просидишь, – пробормотал охранник, черпая густой суп большой ложкой. - Да и не жизнь это. Вот подрастешь немного, сделаю тебя своим помощником, тогда и наружу выходить будешь.
- А если там все го-ловорезы? – запинаясь, спросил Ар.
- Не все, но встречаются, – Дорн сделал большой глоток и поморщился: вода была кисловатой на вкус. – Надо бы мне тебя к жизни подготовить. На этих ядах далеко не уйдешь.
- А как это подготовить?
- Ну-у, - мужчина почесал затылок. - Учить тебя буду.
- Как Саор? – тут же оживился мальчик.
- Не сравнивай меня с этим чокнутым химиком. Он тебе мозги пудрит своими смесями, а мы будем тело твое укреплять, чтоб, когда на поверхность выйдешь, никого не боялся. Будешь здоровый, как я. Может, есть хоть начнешь по-человечески, а то клюешь вон, только пищу переводишь.
- Ого!
Аринд соскочил со стула и подбежал к Дорну.
- Ну, чего тебе? - тот исподлобья глянул на мальчугана.
Ар обхватил мощную руку охранника и с восторгом воскликнул:
- У меня такая же будет? Правда-правда?
Огоньки факелов бегали в детских глазах. Дорн улыбнулся.
- Еще как будет.
Он положил тяжелую ладонь на макушку мальчика и легонько взъерошил непослушные черные волосы.
- Я тебе все передам, все, что знаю. И кулачному бою научу и навыкам всем, будешь умный и сильный - не пропадешь.

***
Саор повязал не стиранный уже несколько недель передник. На заляпанной ткани не нашлось ни единого чистого кусочка, так что протирать очки пришлось изнаночной стороной. Узкие морщинистые ладони пригладили длинные седые волосы с остатками рыжины. Ботинки из мягкой кожи стояли возле старого шкафа с книгами, на крючке примостилась теплая бордовая накидка и добротный меховой жилет. Химик закатал рукава льняной рубашки, отер желтоватым платком пот с взмокшего лица и принялся просматривать очередной рецепт. В прошлый раз он что-то напутал, и вместо яда получилось густое месиво. Часть его вытекла из казана, и в лаборатории второй день пахло горелым. Саор щурился и так и эдак, дышал на стекла очков из горного хрусталя, но разобрать надписи внизу листка так и не смог. Брюзжа и вздыхая, он подошел к Аринду. Мальчик примостился у края стола и отыскивал в книге место, на котором закончил учить правила в прошлый раз.
- Прочитай вслух вот это.
Ар неохотно оторвался от учебника.
- Саор, сними эти свои гляделки и все увидишь! Я вот когда их надевал, перед глазами мутно было!
- Не умничай! – рассердился старик. – Тебе десять всего, у детей зрение острое, а мне уж под семьдесят, поживешь с мое еще и не такое нацепишь! Что написано?
- Полученное вещество темно-синего цвета. На вторые сутки можно наблюдать заражение крови… - Ар морщился, пока читал.
Он не раз видел последствия ядов. В памяти всплывали мертвые лица. Сочащийся из глаз и ушей гной, белки закатанных глаз смотрящие в пустоту, почерневшие конечности, и змеевидные вены под кожей. От месива раскрытые рты с ввалившимися языками безобразно разбухали, из некоторых пузырилась пена. Тела гнили и разлагались в лужах рвоты и испражнений.
Обдумав услышанное, Саор направился было к казану, но внезапно остановился.
- Создатель со мной! Чуть не забыл лекарство тебе ввести, и ты мне не напомнил! – он с укором глянул на ученика.
Ар расстроено вздохнул.
-Лучше бы ты забыл…
-Поговори мне еще!
Старик торопливо достал с полки блестящий металлический шприц, тщательно вычищаемый каждый раз после использования. От одного вида инструмента бросало в дрожь.
-Давай ту, что болит меньше, – потребовал Саор, протерев длинную иглу.
Обреченно вздохнув, Ар протянул худенькую руку, от синяков на ней не было живого места. Кожа в красных, синих и желто-зеленых пятнах представляла жуткое зрелище, но старика это не остановило. Стиснув зубы от боли, Ар смотрел в потолок, пока Саор не закончил процедуру.
- Ничего, сейчас больно, зато потом спасибо скажешь. После моих стараний на тебя ни один яд не подействует, я уж знаю, что делаю. В этом отношении будешь почти бессмертный. В следующий раз вколю тебе тот, что по новому рецепту, сегодня противоядием займусь.
Привычно сдерживая слезы, мальчик вернулся к учебе. Худшая часть дня была позади, а после обеда Дорн обещал снова вывести его на поверхность.
У охранника был свое представление о воспитании. Он не видел прока в науках и считал, что, прежде всего, нужно тренировать тело, а потом уж ум. Дорн хвалил ученика гораздо реже, чем Саор и каждый раз оставался недоволен результатами. Настоящие тренировки начались только спустя четыре года после начала занятий. Ар каждый раз с нетерпением ждал момента, когда можно будет выйти наружу.
- Пришли.
Дорн распахнул тяжелую дверь, и мальчик в который раз опешил от яркого света. Охранник тоже сощурился: после темноты подземелий даже пасмурное осеннее небо казалось ослепительным.
Ар восхищенно разглядывал все вокруг. Впереди возвышалась каменная стена, медленно перетекало небо в серой каше облаков. Напитанный влагой воздух пронизывал легкие, даря свежесть и очищая от спертого гнилого запаха тюрьмы. Первое время от избытка кислорода мальчик едва мог дышать. Это был далеко не первый выход на поверхность, но восторг ничуть не уменьшился.
- Как здесь хорошо!
Наставник залюбовался серыми глазами и восторженной улыбкой ученика. В последнее время Ара мало чем можно было удивить, он все глубже уходил в себя и проводил большую часть времени в лаборатории Саора.
- Не стой столбом, – спохватился Дорн. – Тюремная стража не очень-то любит, когда смотрители без дела разгуливают. - Шевелись, потом охать будешь!
- А где сегодня будем тренироваться? – опомнился Ар.
- В комнате для убийств.
Мальчик застыл на месте, по спине прошелся неприятный холодок.
- Да не бойся, я там все прибрал, – обернулся к нему Дорн. - С тех пор, как Саор торчит тут целыми днями, ее почти не используют. А место хорошее, зря пропадает.
Помещение оказалось просторным и светлым за отсутствием потолка. Пол выложен был камнями, в щелях между которыми темнела высохшая кровь.
- В ближнем бою важно быть готовым в любое время, – начал Дорн.
- Почему? – Аринд недовольно сдвинул брови, ему не хотелось теории.
- Драка может начаться в любой момент и в любом месте. Никто не будет ждать, пока ты разомнешься.
- Тогда зачем вообще разминка?
- Для разогрева мышц, - пояснил Дорн.
- Покажи уже пару приемов, – канючил Ар. - Я хочу на деле посмотреть!
- Хочешь стать сильным, молчи и слушай, – рассердился охранник. - В бою поспешить можно только один раз. До первого смертельного удара.
- Тогда научи меня драться! Саор говорит – практика важнее всего.
- Не прыгай выше головы, – нахмурился наставник. - Без знаний об основных навыках далеко не уйдешь. Сначала нужно научиться полностью контролировать свое тело.
- Я итак контролирую
- Не спорь! Сколько можно огрызаться? – Дорн отвесил ученику смачную оплеуху. – Ни черта не умеешь, только кривляешься. Это тебе не яды смешивать!
Охранник соорудил подобие турника и прикрепил к балке мешок, туго набитый песком.
- Давай, пробуй.
Ар со всей силы ударил в самодельную грушу, но мешок едва покачнулся.
- Он слишком тяжелый!
- Не в тяжести дело, а в том, что ты растяпа, - гаркнул Дорн. - Самый хилый старик при правильной технике сумеет отклонить его гораздо больше.
Ар попробовал еще раз со всей силы, но только рука заболела. Он прикусил губу и потупился.
- Что? Не нужно тебе объяснять? – поинтересовался наставник.
- Нужно, – еле слышно признался горе-ученик.
- То-то же. Сначала правильно встань. Руки-то я тебя держать научил, а стойка хромает. Посмотри на ноги. На одну ты опираешься, другой отталкиваешься. Получается, что в ударе задействован весь корпус, тут нужно поработать бедром. Теперь еще момент. Важно правильно дышать. Выдох должен проводиться почти одновременно с ударом. Посмотри.
Дорн встал в боевую стойку и с размаху треснул самодельную грушу так, что та чуть не сорвалась с крюка.
- Ого! - выдохнул Ар.
- Теперь попробуй ты, – мужчина вернул на место чуть не сбивший его на обратном пути мешок. – Ноги! Ноги правильно ставь. Посмотри еще раз.
Охранник продемонстрировал технику на невидимой груше. Ар сконцентрировался и повторил удар. На этот раз мешок отклонился намного больше.
- Дорн, ты видел? – Ар вспыхнул от радости.
- А я что говорил? – довольно улыбнулся наставник. – Главное - техника. Это твое упражнение на сегодня. Отрабатывай, потом вернусь за тобой.
Дорн торопливо закрыл дверь снаружи и поспешил на обход.
Аринд посмотрел на небо. Солнечные лучи пробивались сквозь завесу туч. Блики играли на камнях и разгоряченном теле мальчика. Он восхищался миром, где единственным законным местом для него была трупная яма.
 
СообщениеДень проходил за днем, но их смены Ар почти не замечал. Утро начиналось с прихода Дорна, который, помимо еды, приносил с поверхности какой-то особенный запах. Мальчику всегда хотелось побывать в месте, откуда родом сдобная выпечка и сладкая пастила.
Вечером Дорн уходил «домой», и Ар думал, что дом – это такая же тюрьма, только наверху, но ему туда почему-то было нельзя.
Раз в двое суток, по утрам, Аринду запрещалось выходить из комнаты. В такие дни вместе с Дорном приходили люди с поверхности. Они выносили мертвые тела наружу, где скидывали в трупную яму. Бывало, что умерших хоронили родственники, но такое случалось крайне редко.
Еще в тюрьму наведывался Саор – раздражительный и мелочный старик, которого Дорн называл химиком и травителем. Саор неприятно визжал каждый раз, когда мальчик пытался подсмотреть, что он делает в небольшой комнатке с множеством интересных приборов, бутылочек, наполненных разноцветной жидкостью, и толстых книг.
Химик бывал в подземелье реже остальных и подолгу никогда не задерживался. Он заглядывал в тюрьму раза три в неделю и, сделав новую порцию яда, тут же уходил восвояси. Если Саор долго не появлялся, и странной темной жидкости не хватало, преступников приходилось убивать «вручную», как говорил Дорн. Но об этом мальчик знал только со слов охранника.
Люди, которые попадали сюда, не задерживались больше недели. Сначала их закрывали в глухих камерах, а через пару дней перетаскивали в те, что отгорожены деревянными решетками.
- На первое время в темные, чтоб не сбежали, - объяснял Дорн, - а когда яд по телу разойдется, никуда уже не денутся, вот и переводят в открытые. Через решетки видно, когда подохнут, а то смердят так, что кусок в горло не лезет. Тут еще старик со своим месивом зачастил, вечно из его пещеры дрянью какой-то несет!
В последнее время Саор и правда стал появляться в тюрьме гораздо чаще. Приоткрыв дверь крошечной спаленки, Аринд хмуро наблюдал за химиком. Тот, кряхтя, выносил из лаборатории ящики, заполненные потемневшими, кое-где надтреснутыми колбочками и пробирками. Старик недавно уронил пару-тройку стеклянных сосудов, и теперь часть пола была усеяна россыпью тонких осколков.
Ар шумно вздохнул и принялся неторопливо натягивать рубашку. Одежда висела рядом, на спинке громоздкой кровати, которая занимала в комнатке почти все место. В углу примостился тусклый факел, а на табурете лежали книжки, которые еще год назад принес сюда Дорн. Читать охранник не умел и сказок не знал, но Аринду нравилось подолгу пересматривать потертые картинки со странными животными и людьми, нарисованными черной краской.
Мужчины в тяжелых одеждах застыли, пойманные кистью художника. Казалось, воины готовы были в любой момент сорваться с места, и Аринд думал, что они перебегают с одной страницы на другую, как только он закрывает книгу. Среди картинок встречались и другие люди. Хрупкие и тонкие, с добрыми улыбающимися глазами, красивыми лицами и длинными волосами. Они казались мальчику легкими и прозрачными. Дорн говорил, что это женщины, и что такой была когда-то его мать.
Одевшись, Ар вспомнил, что сегодня дежурит Гред, а потому лишний раз из комнаты лучше не высовываться.
Шаги в коридоре стали громче. Кто-то снаружи приоткрыл дверь. Сквозь щелку послышался неприятный голос Саора:
- Вставай, лентяй, работа для тебя есть.
Мальчик тут же оставил попытки привести в порядок постель и, выскользнув из комнаты, последовал за химиком. У входа немного помешкал, сомневаясь, можно ли.
- Ну, чего застрял? – забрюзжал Саор. - Долго я тебя ждать буду?
Аринд послушно вошел и тут же вскрикнул от режущего белого света. Глаза моментально заслезились, и мальчик едва не потерял равновесие.
- Что такое?! – всполошился Саор. – Ох, совсем забыл! Ты ж к дневному свету не приучен! - он вытолкал мальчика в коридор. – Стой тут.
- Я ничего не вижу! Больно! – размазывая слезы, всхлипнул Аринд.
Саор вернулся с небольшой трубочкой, зауженной на конце. Ар толком не мог разглядеть ее.
- Дай закапаю, стой спокойно.
Ар шмыгал и часто моргал.
- Да чтоб тебя! Не шевелись, кому говорю! – рассердился старик.
Шершавые холодные пальцы насильно раскрыли дергающиеся веки. В слезящийся глаз с красными венками белка упало несколько капель прозрачной жидкости.
- Это что? – боясь пошевелиться, спросил Ар.
- Лекарство.
- А зачем?
- Чтоб слезы не текли, ясное дело. Ну-ка поморгай теперь. Лучше?
Ар вытер остатки слез, жжение постепенно прошло.
- Не болит больше.
- Ну, вот и ладно, заходи.
- Не пойду туда… - мальчик съежился.
- Не бойся, я лекарство закапал, оно защищает.
- Правда?
Старик кивнул.
- А что там такое? Раньше так ярко не было!
- Конечно, не было! – воскликнул Саор. - Я чуть не ослеп из-за этих проклятых факелов, совсем огня не дают. Давно пора было принести сюда светочные камни. Вчера из дома забрал. Там масляными лампами обойдусь, не страшно. А в этой темени того гляди спутаю ингредиенты, и получится похлебка вместо яда.
- Похлебка? – удивился мальчик.
- Иди давай, – легонько подтолкнул его в спину химик. – Только возня с тобой лишняя.
В «лаборатории», как требовал называть занятную комнатку старик, витал целый букет запахов. Пахло то чем-то горелым, то сладким и до тошноты приторным, но на порядок приятнее того, что исходило из камер преступников.
Аринд тут же забыл про резь в глазах и восхищенно рассматривал комнату. В черные металлические кольца вставлены были ослепительно-белые камни. Это от них исходил яркий свет. Ар, затаив дыхание, попытался дотянуться до светоча, но тут же получил шлепок по рукам.
- Чего творишь?! Олух! Обожжешься же!
- Почему? – удивился мальчик. – Они горячие?
- Ясное дело, горячие! На них воду кипятят! Иди-ка сюда. Вот эти книги стопочкой сложи во-он в ту коробку.
Ар шел медленно, восхищенно разглядывая длинные полки, уставленные банками, колбочками и странными приборами. На относительно чистом полу, который старик, кряхтя, отмывал каждый раз, когда проливал месиво, валялась куча исписанных листков. Мальчик аккуратно обошел их, боясь наступить. Стол из светлого дерева был покрашен желтоватой краской. По бокам она облупилась, показывая предыдущие блеклые слои.
Ара переполняли радость и восторг. Он, раскрыв рот от удивления, перебирался от одной интересной вещицы к другой. Все в лаборатории дышало неизведанностью. Мальчику всегда хотелось попасть в светлую тюрьму наверху. Посмотреть, как кипятят воду на камнях и узнать, откуда берется похлебка и булки… А теперь он словно прикоснулся к частичке мечты.
- Чего ты возишься?
Аринд вздрогнул и поспешил выполнить поручение. Судя по всему, химик уже закончил с ядовитыми смесями и всерьез решил навести чистоту.
- Конечно, – кряхтел он, вытирая пыль с верхних полок. – Кому теперь интересны химические смеси? Всем магию подавай, или еще какого барахла. Тьфу ты!
Старик посмотрел вниз на мальчика - единственного, кто слушал его причитания.
- Ну, чего смотришь?
Аринд в это время восхищенно разглядывал пустую пробирку, которую ему позволили подержать. Прозрачное стекло блестело, отражая светочные камни.
- Красивая!
- Красивая, – неприятным голосом передразнил Саор. – Смотри, не трогай тут ничего.
- Не буду, – кивнул мальчик, не отрываясь от незнакомого предмета, – а то подохну.
- О, как! – удивился старик. – Кто тебя такому научил? Этот мужлан безграмотный? Не подохну, а умру, надо говорить. Запомнил?
- Почему? – не понял Ар.
- Потому! – раздраженно проскрежетал старик. – Говорить нужно правильно.
Он шумно вздохнул и снова запричитал.
- Мой Создатель, кто из тебя вырастет?! Очередной отброс общества! Ни читать, ни писать, куда уж тебе до грамотной речи?
Мальчик насупился. Он не понимал, за что его ругают.
- Ладно, – кивнул старик. - Может хоть одно доброе дело мне зачтется. Если это запустить, из тебя вырастет такой же тупоголовый охранник, как Дорн.
- Дорн хороший, – нахмурился мальчик.
- Я тебя не спрашивал.
Старик раздраженно выхватил у него пробирку и поставил на протертую полку.
- Скажи спасибо. Буду учить тебя потихоньку. Может, хоть читать научишься. Про письмо я и не заикаюсь. Эти богатенькие бездари ничего и знать не хотят, кроме как лежать в постельке до обеда, и лопать вкусности. Тьфу ты, тепличные растения! Как таких учить науке? Скажи мне, вот как?
Ар удивленно хлопал ресницами, глядя на Саора.
- Ну, вот и я говорю, никак! – сам себе ответил старик.
Мальчик не понимал, о чем идет речь, а потому не сразу решил, радоваться ему или огорчаться.
Дорну увлечение мальчика химией не нравилось. Как только пятилетний ребенок начал использовать в речи вычурные слова, охранник заподозрил неладное.
- И чему он тебя учит в своей пещере? - спросил он за обедом.
- Много чему, – ответил Аринд, отрывая от буханки хлеба кусочки и неспешно заталкивая в рот.
- Много чему, – со вздохом повторил Дорн. – Был бы еще толк! В реальном-то мире его эти химические штуки мало чем помогут. Ты ешь, давай, чего щиплешь? И так дохлый, как щепка, тебя ж одной рукой раздавить можно!
- Зачем меня давить? – удивленно спросил Ар.
- А кто его знает, – пожал плечами мужчина. – Люди все разные. Вот попадутся тебе головорезы какие-нибудь, так за счастье будет живым отделаться.
- Дорн? – мальчик перестал жевать. – А на поверхности все захотят меня убить? Я тогда можно не буду туда выходить? Мне и тут хорошо.
- Вечно в подземелье не просидишь, – пробормотал охранник, черпая густой суп большой ложкой. - Да и не жизнь это. Вот подрастешь немного, сделаю тебя своим помощником, тогда и наружу выходить будешь.
- А если там все го-ловорезы? – запинаясь, спросил Ар.
- Не все, но встречаются, – Дорн сделал большой глоток и поморщился: вода была кисловатой на вкус. – Надо бы мне тебя к жизни подготовить. На этих ядах далеко не уйдешь.
- А как это подготовить?
- Ну-у, - мужчина почесал затылок. - Учить тебя буду.
- Как Саор? – тут же оживился мальчик.
- Не сравнивай меня с этим чокнутым химиком. Он тебе мозги пудрит своими смесями, а мы будем тело твое укреплять, чтоб, когда на поверхность выйдешь, никого не боялся. Будешь здоровый, как я. Может, есть хоть начнешь по-человечески, а то клюешь вон, только пищу переводишь.
- Ого!
Аринд соскочил со стула и подбежал к Дорну.
- Ну, чего тебе? - тот исподлобья глянул на мальчугана.
Ар обхватил мощную руку охранника и с восторгом воскликнул:
- У меня такая же будет? Правда-правда?
Огоньки факелов бегали в детских глазах. Дорн улыбнулся.
- Еще как будет.
Он положил тяжелую ладонь на макушку мальчика и легонько взъерошил непослушные черные волосы.
- Я тебе все передам, все, что знаю. И кулачному бою научу и навыкам всем, будешь умный и сильный - не пропадешь.

***
Саор повязал не стиранный уже несколько недель передник. На заляпанной ткани не нашлось ни единого чистого кусочка, так что протирать очки пришлось изнаночной стороной. Узкие морщинистые ладони пригладили длинные седые волосы с остатками рыжины. Ботинки из мягкой кожи стояли возле старого шкафа с книгами, на крючке примостилась теплая бордовая накидка и добротный меховой жилет. Химик закатал рукава льняной рубашки, отер желтоватым платком пот с взмокшего лица и принялся просматривать очередной рецепт. В прошлый раз он что-то напутал, и вместо яда получилось густое месиво. Часть его вытекла из казана, и в лаборатории второй день пахло горелым. Саор щурился и так и эдак, дышал на стекла очков из горного хрусталя, но разобрать надписи внизу листка так и не смог. Брюзжа и вздыхая, он подошел к Аринду. Мальчик примостился у края стола и отыскивал в книге место, на котором закончил учить правила в прошлый раз.
- Прочитай вслух вот это.
Ар неохотно оторвался от учебника.
- Саор, сними эти свои гляделки и все увидишь! Я вот когда их надевал, перед глазами мутно было!
- Не умничай! – рассердился старик. – Тебе десять всего, у детей зрение острое, а мне уж под семьдесят, поживешь с мое еще и не такое нацепишь! Что написано?
- Полученное вещество темно-синего цвета. На вторые сутки можно наблюдать заражение крови… - Ар морщился, пока читал.
Он не раз видел последствия ядов. В памяти всплывали мертвые лица. Сочащийся из глаз и ушей гной, белки закатанных глаз смотрящие в пустоту, почерневшие конечности, и змеевидные вены под кожей. От месива раскрытые рты с ввалившимися языками безобразно разбухали, из некоторых пузырилась пена. Тела гнили и разлагались в лужах рвоты и испражнений.
Обдумав услышанное, Саор направился было к казану, но внезапно остановился.
- Создатель со мной! Чуть не забыл лекарство тебе ввести, и ты мне не напомнил! – он с укором глянул на ученика.
Ар расстроено вздохнул.
-Лучше бы ты забыл…
-Поговори мне еще!
Старик торопливо достал с полки блестящий металлический шприц, тщательно вычищаемый каждый раз после использования. От одного вида инструмента бросало в дрожь.
-Давай ту, что болит меньше, – потребовал Саор, протерев длинную иглу.
Обреченно вздохнув, Ар протянул худенькую руку, от синяков на ней не было живого места. Кожа в красных, синих и желто-зеленых пятнах представляла жуткое зрелище, но старика это не остановило. Стиснув зубы от боли, Ар смотрел в потолок, пока Саор не закончил процедуру.
- Ничего, сейчас больно, зато потом спасибо скажешь. После моих стараний на тебя ни один яд не подействует, я уж знаю, что делаю. В этом отношении будешь почти бессмертный. В следующий раз вколю тебе тот, что по новому рецепту, сегодня противоядием займусь.
Привычно сдерживая слезы, мальчик вернулся к учебе. Худшая часть дня была позади, а после обеда Дорн обещал снова вывести его на поверхность.
У охранника был свое представление о воспитании. Он не видел прока в науках и считал, что, прежде всего, нужно тренировать тело, а потом уж ум. Дорн хвалил ученика гораздо реже, чем Саор и каждый раз оставался недоволен результатами. Настоящие тренировки начались только спустя четыре года после начала занятий. Ар каждый раз с нетерпением ждал момента, когда можно будет выйти наружу.
- Пришли.
Дорн распахнул тяжелую дверь, и мальчик в который раз опешил от яркого света. Охранник тоже сощурился: после темноты подземелий даже пасмурное осеннее небо казалось ослепительным.
Ар восхищенно разглядывал все вокруг. Впереди возвышалась каменная стена, медленно перетекало небо в серой каше облаков. Напитанный влагой воздух пронизывал легкие, даря свежесть и очищая от спертого гнилого запаха тюрьмы. Первое время от избытка кислорода мальчик едва мог дышать. Это был далеко не первый выход на поверхность, но восторг ничуть не уменьшился.
- Как здесь хорошо!
Наставник залюбовался серыми глазами и восторженной улыбкой ученика. В последнее время Ара мало чем можно было удивить, он все глубже уходил в себя и проводил большую часть времени в лаборатории Саора.
- Не стой столбом, – спохватился Дорн. – Тюремная стража не очень-то любит, когда смотрители без дела разгуливают. - Шевелись, потом охать будешь!
- А где сегодня будем тренироваться? – опомнился Ар.
- В комнате для убийств.
Мальчик застыл на месте, по спине прошелся неприятный холодок.
- Да не бойся, я там все прибрал, – обернулся к нему Дорн. - С тех пор, как Саор торчит тут целыми днями, ее почти не используют. А место хорошее, зря пропадает.
Помещение оказалось просторным и светлым за отсутствием потолка. Пол выложен был камнями, в щелях между которыми темнела высохшая кровь.
- В ближнем бою важно быть готовым в любое время, – начал Дорн.
- Почему? – Аринд недовольно сдвинул брови, ему не хотелось теории.
- Драка может начаться в любой момент и в любом месте. Никто не будет ждать, пока ты разомнешься.
- Тогда зачем вообще разминка?
- Для разогрева мышц, - пояснил Дорн.
- Покажи уже пару приемов, – канючил Ар. - Я хочу на деле посмотреть!
- Хочешь стать сильным, молчи и слушай, – рассердился охранник. - В бою поспешить можно только один раз. До первого смертельного удара.
- Тогда научи меня драться! Саор говорит – практика важнее всего.
- Не прыгай выше головы, – нахмурился наставник. - Без знаний об основных навыках далеко не уйдешь. Сначала нужно научиться полностью контролировать свое тело.
- Я итак контролирую
- Не спорь! Сколько можно огрызаться? – Дорн отвесил ученику смачную оплеуху. – Ни черта не умеешь, только кривляешься. Это тебе не яды смешивать!
Охранник соорудил подобие турника и прикрепил к балке мешок, туго набитый песком.
- Давай, пробуй.
Ар со всей силы ударил в самодельную грушу, но мешок едва покачнулся.
- Он слишком тяжелый!
- Не в тяжести дело, а в том, что ты растяпа, - гаркнул Дорн. - Самый хилый старик при правильной технике сумеет отклонить его гораздо больше.
Ар попробовал еще раз со всей силы, но только рука заболела. Он прикусил губу и потупился.
- Что? Не нужно тебе объяснять? – поинтересовался наставник.
- Нужно, – еле слышно признался горе-ученик.
- То-то же. Сначала правильно встань. Руки-то я тебя держать научил, а стойка хромает. Посмотри на ноги. На одну ты опираешься, другой отталкиваешься. Получается, что в ударе задействован весь корпус, тут нужно поработать бедром. Теперь еще момент. Важно правильно дышать. Выдох должен проводиться почти одновременно с ударом. Посмотри.
Дорн встал в боевую стойку и с размаху треснул самодельную грушу так, что та чуть не сорвалась с крюка.
- Ого! - выдохнул Ар.
- Теперь попробуй ты, – мужчина вернул на место чуть не сбивший его на обратном пути мешок. – Ноги! Ноги правильно ставь. Посмотри еще раз.
Охранник продемонстрировал технику на невидимой груше. Ар сконцентрировался и повторил удар. На этот раз мешок отклонился намного больше.
- Дорн, ты видел? – Ар вспыхнул от радости.
- А я что говорил? – довольно улыбнулся наставник. – Главное - техника. Это твое упражнение на сегодня. Отрабатывай, потом вернусь за тобой.
Дорн торопливо закрыл дверь снаружи и поспешил на обход.
Аринд посмотрел на небо. Солнечные лучи пробивались сквозь завесу туч. Блики играли на камнях и разгоряченном теле мальчика. Он восхищался миром, где единственным законным местом для него была трупная яма.

Автор - dididada
Дата добавления - 17.08.2012 в 18:06
СообщениеДень проходил за днем, но их смены Ар почти не замечал. Утро начиналось с прихода Дорна, который, помимо еды, приносил с поверхности какой-то особенный запах. Мальчику всегда хотелось побывать в месте, откуда родом сдобная выпечка и сладкая пастила.
Вечером Дорн уходил «домой», и Ар думал, что дом – это такая же тюрьма, только наверху, но ему туда почему-то было нельзя.
Раз в двое суток, по утрам, Аринду запрещалось выходить из комнаты. В такие дни вместе с Дорном приходили люди с поверхности. Они выносили мертвые тела наружу, где скидывали в трупную яму. Бывало, что умерших хоронили родственники, но такое случалось крайне редко.
Еще в тюрьму наведывался Саор – раздражительный и мелочный старик, которого Дорн называл химиком и травителем. Саор неприятно визжал каждый раз, когда мальчик пытался подсмотреть, что он делает в небольшой комнатке с множеством интересных приборов, бутылочек, наполненных разноцветной жидкостью, и толстых книг.
Химик бывал в подземелье реже остальных и подолгу никогда не задерживался. Он заглядывал в тюрьму раза три в неделю и, сделав новую порцию яда, тут же уходил восвояси. Если Саор долго не появлялся, и странной темной жидкости не хватало, преступников приходилось убивать «вручную», как говорил Дорн. Но об этом мальчик знал только со слов охранника.
Люди, которые попадали сюда, не задерживались больше недели. Сначала их закрывали в глухих камерах, а через пару дней перетаскивали в те, что отгорожены деревянными решетками.
- На первое время в темные, чтоб не сбежали, - объяснял Дорн, - а когда яд по телу разойдется, никуда уже не денутся, вот и переводят в открытые. Через решетки видно, когда подохнут, а то смердят так, что кусок в горло не лезет. Тут еще старик со своим месивом зачастил, вечно из его пещеры дрянью какой-то несет!
В последнее время Саор и правда стал появляться в тюрьме гораздо чаще. Приоткрыв дверь крошечной спаленки, Аринд хмуро наблюдал за химиком. Тот, кряхтя, выносил из лаборатории ящики, заполненные потемневшими, кое-где надтреснутыми колбочками и пробирками. Старик недавно уронил пару-тройку стеклянных сосудов, и теперь часть пола была усеяна россыпью тонких осколков.
Ар шумно вздохнул и принялся неторопливо натягивать рубашку. Одежда висела рядом, на спинке громоздкой кровати, которая занимала в комнатке почти все место. В углу примостился тусклый факел, а на табурете лежали книжки, которые еще год назад принес сюда Дорн. Читать охранник не умел и сказок не знал, но Аринду нравилось подолгу пересматривать потертые картинки со странными животными и людьми, нарисованными черной краской.
Мужчины в тяжелых одеждах застыли, пойманные кистью художника. Казалось, воины готовы были в любой момент сорваться с места, и Аринд думал, что они перебегают с одной страницы на другую, как только он закрывает книгу. Среди картинок встречались и другие люди. Хрупкие и тонкие, с добрыми улыбающимися глазами, красивыми лицами и длинными волосами. Они казались мальчику легкими и прозрачными. Дорн говорил, что это женщины, и что такой была когда-то его мать.
Одевшись, Ар вспомнил, что сегодня дежурит Гред, а потому лишний раз из комнаты лучше не высовываться.
Шаги в коридоре стали громче. Кто-то снаружи приоткрыл дверь. Сквозь щелку послышался неприятный голос Саора:
- Вставай, лентяй, работа для тебя есть.
Мальчик тут же оставил попытки привести в порядок постель и, выскользнув из комнаты, последовал за химиком. У входа немного помешкал, сомневаясь, можно ли.
- Ну, чего застрял? – забрюзжал Саор. - Долго я тебя ждать буду?
Аринд послушно вошел и тут же вскрикнул от режущего белого света. Глаза моментально заслезились, и мальчик едва не потерял равновесие.
- Что такое?! – всполошился Саор. – Ох, совсем забыл! Ты ж к дневному свету не приучен! - он вытолкал мальчика в коридор. – Стой тут.
- Я ничего не вижу! Больно! – размазывая слезы, всхлипнул Аринд.
Саор вернулся с небольшой трубочкой, зауженной на конце. Ар толком не мог разглядеть ее.
- Дай закапаю, стой спокойно.
Ар шмыгал и часто моргал.
- Да чтоб тебя! Не шевелись, кому говорю! – рассердился старик.
Шершавые холодные пальцы насильно раскрыли дергающиеся веки. В слезящийся глаз с красными венками белка упало несколько капель прозрачной жидкости.
- Это что? – боясь пошевелиться, спросил Ар.
- Лекарство.
- А зачем?
- Чтоб слезы не текли, ясное дело. Ну-ка поморгай теперь. Лучше?
Ар вытер остатки слез, жжение постепенно прошло.
- Не болит больше.
- Ну, вот и ладно, заходи.
- Не пойду туда… - мальчик съежился.
- Не бойся, я лекарство закапал, оно защищает.
- Правда?
Старик кивнул.
- А что там такое? Раньше так ярко не было!
- Конечно, не было! – воскликнул Саор. - Я чуть не ослеп из-за этих проклятых факелов, совсем огня не дают. Давно пора было принести сюда светочные камни. Вчера из дома забрал. Там масляными лампами обойдусь, не страшно. А в этой темени того гляди спутаю ингредиенты, и получится похлебка вместо яда.
- Похлебка? – удивился мальчик.
- Иди давай, – легонько подтолкнул его в спину химик. – Только возня с тобой лишняя.
В «лаборатории», как требовал называть занятную комнатку старик, витал целый букет запахов. Пахло то чем-то горелым, то сладким и до тошноты приторным, но на порядок приятнее того, что исходило из камер преступников.
Аринд тут же забыл про резь в глазах и восхищенно рассматривал комнату. В черные металлические кольца вставлены были ослепительно-белые камни. Это от них исходил яркий свет. Ар, затаив дыхание, попытался дотянуться до светоча, но тут же получил шлепок по рукам.
- Чего творишь?! Олух! Обожжешься же!
- Почему? – удивился мальчик. – Они горячие?
- Ясное дело, горячие! На них воду кипятят! Иди-ка сюда. Вот эти книги стопочкой сложи во-он в ту коробку.
Ар шел медленно, восхищенно разглядывая длинные полки, уставленные банками, колбочками и странными приборами. На относительно чистом полу, который старик, кряхтя, отмывал каждый раз, когда проливал месиво, валялась куча исписанных листков. Мальчик аккуратно обошел их, боясь наступить. Стол из светлого дерева был покрашен желтоватой краской. По бокам она облупилась, показывая предыдущие блеклые слои.
Ара переполняли радость и восторг. Он, раскрыв рот от удивления, перебирался от одной интересной вещицы к другой. Все в лаборатории дышало неизведанностью. Мальчику всегда хотелось попасть в светлую тюрьму наверху. Посмотреть, как кипятят воду на камнях и узнать, откуда берется похлебка и булки… А теперь он словно прикоснулся к частичке мечты.
- Чего ты возишься?
Аринд вздрогнул и поспешил выполнить поручение. Судя по всему, химик уже закончил с ядовитыми смесями и всерьез решил навести чистоту.
- Конечно, – кряхтел он, вытирая пыль с верхних полок. – Кому теперь интересны химические смеси? Всем магию подавай, или еще какого барахла. Тьфу ты!
Старик посмотрел вниз на мальчика - единственного, кто слушал его причитания.
- Ну, чего смотришь?
Аринд в это время восхищенно разглядывал пустую пробирку, которую ему позволили подержать. Прозрачное стекло блестело, отражая светочные камни.
- Красивая!
- Красивая, – неприятным голосом передразнил Саор. – Смотри, не трогай тут ничего.
- Не буду, – кивнул мальчик, не отрываясь от незнакомого предмета, – а то подохну.
- О, как! – удивился старик. – Кто тебя такому научил? Этот мужлан безграмотный? Не подохну, а умру, надо говорить. Запомнил?
- Почему? – не понял Ар.
- Потому! – раздраженно проскрежетал старик. – Говорить нужно правильно.
Он шумно вздохнул и снова запричитал.
- Мой Создатель, кто из тебя вырастет?! Очередной отброс общества! Ни читать, ни писать, куда уж тебе до грамотной речи?
Мальчик насупился. Он не понимал, за что его ругают.
- Ладно, – кивнул старик. - Может хоть одно доброе дело мне зачтется. Если это запустить, из тебя вырастет такой же тупоголовый охранник, как Дорн.
- Дорн хороший, – нахмурился мальчик.
- Я тебя не спрашивал.
Старик раздраженно выхватил у него пробирку и поставил на протертую полку.
- Скажи спасибо. Буду учить тебя потихоньку. Может, хоть читать научишься. Про письмо я и не заикаюсь. Эти богатенькие бездари ничего и знать не хотят, кроме как лежать в постельке до обеда, и лопать вкусности. Тьфу ты, тепличные растения! Как таких учить науке? Скажи мне, вот как?
Ар удивленно хлопал ресницами, глядя на Саора.
- Ну, вот и я говорю, никак! – сам себе ответил старик.
Мальчик не понимал, о чем идет речь, а потому не сразу решил, радоваться ему или огорчаться.
Дорну увлечение мальчика химией не нравилось. Как только пятилетний ребенок начал использовать в речи вычурные слова, охранник заподозрил неладное.
- И чему он тебя учит в своей пещере? - спросил он за обедом.
- Много чему, – ответил Аринд, отрывая от буханки хлеба кусочки и неспешно заталкивая в рот.
- Много чему, – со вздохом повторил Дорн. – Был бы еще толк! В реальном-то мире его эти химические штуки мало чем помогут. Ты ешь, давай, чего щиплешь? И так дохлый, как щепка, тебя ж одной рукой раздавить можно!
- Зачем меня давить? – удивленно спросил Ар.
- А кто его знает, – пожал плечами мужчина. – Люди все разные. Вот попадутся тебе головорезы какие-нибудь, так за счастье будет живым отделаться.
- Дорн? – мальчик перестал жевать. – А на поверхности все захотят меня убить? Я тогда можно не буду туда выходить? Мне и тут хорошо.
- Вечно в подземелье не просидишь, – пробормотал охранник, черпая густой суп большой ложкой. - Да и не жизнь это. Вот подрастешь немного, сделаю тебя своим помощником, тогда и наружу выходить будешь.
- А если там все го-ловорезы? – запинаясь, спросил Ар.
- Не все, но встречаются, – Дорн сделал большой глоток и поморщился: вода была кисловатой на вкус. – Надо бы мне тебя к жизни подготовить. На этих ядах далеко не уйдешь.
- А как это подготовить?
- Ну-у, - мужчина почесал затылок. - Учить тебя буду.
- Как Саор? – тут же оживился мальчик.
- Не сравнивай меня с этим чокнутым химиком. Он тебе мозги пудрит своими смесями, а мы будем тело твое укреплять, чтоб, когда на поверхность выйдешь, никого не боялся. Будешь здоровый, как я. Может, есть хоть начнешь по-человечески, а то клюешь вон, только пищу переводишь.
- Ого!
Аринд соскочил со стула и подбежал к Дорну.
- Ну, чего тебе? - тот исподлобья глянул на мальчугана.
Ар обхватил мощную руку охранника и с восторгом воскликнул:
- У меня такая же будет? Правда-правда?
Огоньки факелов бегали в детских глазах. Дорн улыбнулся.
- Еще как будет.
Он положил тяжелую ладонь на макушку мальчика и легонько взъерошил непослушные черные волосы.
- Я тебе все передам, все, что знаю. И кулачному бою научу и навыкам всем, будешь умный и сильный - не пропадешь.

***
Саор повязал не стиранный уже несколько недель передник. На заляпанной ткани не нашлось ни единого чистого кусочка, так что протирать очки пришлось изнаночной стороной. Узкие морщинистые ладони пригладили длинные седые волосы с остатками рыжины. Ботинки из мягкой кожи стояли возле старого шкафа с книгами, на крючке примостилась теплая бордовая накидка и добротный меховой жилет. Химик закатал рукава льняной рубашки, отер желтоватым платком пот с взмокшего лица и принялся просматривать очередной рецепт. В прошлый раз он что-то напутал, и вместо яда получилось густое месиво. Часть его вытекла из казана, и в лаборатории второй день пахло горелым. Саор щурился и так и эдак, дышал на стекла очков из горного хрусталя, но разобрать надписи внизу листка так и не смог. Брюзжа и вздыхая, он подошел к Аринду. Мальчик примостился у края стола и отыскивал в книге место, на котором закончил учить правила в прошлый раз.
- Прочитай вслух вот это.
Ар неохотно оторвался от учебника.
- Саор, сними эти свои гляделки и все увидишь! Я вот когда их надевал, перед глазами мутно было!
- Не умничай! – рассердился старик. – Тебе десять всего, у детей зрение острое, а мне уж под семьдесят, поживешь с мое еще и не такое нацепишь! Что написано?
- Полученное вещество темно-синего цвета. На вторые сутки можно наблюдать заражение крови… - Ар морщился, пока читал.
Он не раз видел последствия ядов. В памяти всплывали мертвые лица. Сочащийся из глаз и ушей гной, белки закатанных глаз смотрящие в пустоту, почерневшие конечности, и змеевидные вены под кожей. От месива раскрытые рты с ввалившимися языками безобразно разбухали, из некоторых пузырилась пена. Тела гнили и разлагались в лужах рвоты и испражнений.
Обдумав услышанное, Саор направился было к казану, но внезапно остановился.
- Создатель со мной! Чуть не забыл лекарство тебе ввести, и ты мне не напомнил! – он с укором глянул на ученика.
Ар расстроено вздохнул.
-Лучше бы ты забыл…
-Поговори мне еще!
Старик торопливо достал с полки блестящий металлический шприц, тщательно вычищаемый каждый раз после использования. От одного вида инструмента бросало в дрожь.
-Давай ту, что болит меньше, – потребовал Саор, протерев длинную иглу.
Обреченно вздохнув, Ар протянул худенькую руку, от синяков на ней не было живого места. Кожа в красных, синих и желто-зеленых пятнах представляла жуткое зрелище, но старика это не остановило. Стиснув зубы от боли, Ар смотрел в потолок, пока Саор не закончил процедуру.
- Ничего, сейчас больно, зато потом спасибо скажешь. После моих стараний на тебя ни один яд не подействует, я уж знаю, что делаю. В этом отношении будешь почти бессмертный. В следующий раз вколю тебе тот, что по новому рецепту, сегодня противоядием займусь.
Привычно сдерживая слезы, мальчик вернулся к учебе. Худшая часть дня была позади, а после обеда Дорн обещал снова вывести его на поверхность.
У охранника был свое представление о воспитании. Он не видел прока в науках и считал, что, прежде всего, нужно тренировать тело, а потом уж ум. Дорн хвалил ученика гораздо реже, чем Саор и каждый раз оставался недоволен результатами. Настоящие тренировки начались только спустя четыре года после начала занятий. Ар каждый раз с нетерпением ждал момента, когда можно будет выйти наружу.
- Пришли.
Дорн распахнул тяжелую дверь, и мальчик в который раз опешил от яркого света. Охранник тоже сощурился: после темноты подземелий даже пасмурное осеннее небо казалось ослепительным.
Ар восхищенно разглядывал все вокруг. Впереди возвышалась каменная стена, медленно перетекало небо в серой каше облаков. Напитанный влагой воздух пронизывал легкие, даря свежесть и очищая от спертого гнилого запаха тюрьмы. Первое время от избытка кислорода мальчик едва мог дышать. Это был далеко не первый выход на поверхность, но восторг ничуть не уменьшился.
- Как здесь хорошо!
Наставник залюбовался серыми глазами и восторженной улыбкой ученика. В последнее время Ара мало чем можно было удивить, он все глубже уходил в себя и проводил большую часть времени в лаборатории Саора.
- Не стой столбом, – спохватился Дорн. – Тюремная стража не очень-то любит, когда смотрители без дела разгуливают. - Шевелись, потом охать будешь!
- А где сегодня будем тренироваться? – опомнился Ар.
- В комнате для убийств.
Мальчик застыл на месте, по спине прошелся неприятный холодок.
- Да не бойся, я там все прибрал, – обернулся к нему Дорн. - С тех пор, как Саор торчит тут целыми днями, ее почти не используют. А место хорошее, зря пропадает.
Помещение оказалось просторным и светлым за отсутствием потолка. Пол выложен был камнями, в щелях между которыми темнела высохшая кровь.
- В ближнем бою важно быть готовым в любое время, – начал Дорн.
- Почему? – Аринд недовольно сдвинул брови, ему не хотелось теории.
- Драка может начаться в любой момент и в любом месте. Никто не будет ждать, пока ты разомнешься.
- Тогда зачем вообще разминка?
- Для разогрева мышц, - пояснил Дорн.
- Покажи уже пару приемов, – канючил Ар. - Я хочу на деле посмотреть!
- Хочешь стать сильным, молчи и слушай, – рассердился охранник. - В бою поспешить можно только один раз. До первого смертельного удара.
- Тогда научи меня драться! Саор говорит – практика важнее всего.
- Не прыгай выше головы, – нахмурился наставник. - Без знаний об основных навыках далеко не уйдешь. Сначала нужно научиться полностью контролировать свое тело.
- Я итак контролирую
- Не спорь! Сколько можно огрызаться? – Дорн отвесил ученику смачную оплеуху. – Ни черта не умеешь, только кривляешься. Это тебе не яды смешивать!
Охранник соорудил подобие турника и прикрепил к балке мешок, туго набитый песком.
- Давай, пробуй.
Ар со всей силы ударил в самодельную грушу, но мешок едва покачнулся.
- Он слишком тяжелый!
- Не в тяжести дело, а в том, что ты растяпа, - гаркнул Дорн. - Самый хилый старик при правильной технике сумеет отклонить его гораздо больше.
Ар попробовал еще раз со всей силы, но только рука заболела. Он прикусил губу и потупился.
- Что? Не нужно тебе объяснять? – поинтересовался наставник.
- Нужно, – еле слышно признался горе-ученик.
- То-то же. Сначала правильно встань. Руки-то я тебя держать научил, а стойка хромает. Посмотри на ноги. На одну ты опираешься, другой отталкиваешься. Получается, что в ударе задействован весь корпус, тут нужно поработать бедром. Теперь еще момент. Важно правильно дышать. Выдох должен проводиться почти одновременно с ударом. Посмотри.
Дорн встал в боевую стойку и с размаху треснул самодельную грушу так, что та чуть не сорвалась с крюка.
- Ого! - выдохнул Ар.
- Теперь попробуй ты, – мужчина вернул на место чуть не сбивший его на обратном пути мешок. – Ноги! Ноги правильно ставь. Посмотри еще раз.
Охранник продемонстрировал технику на невидимой груше. Ар сконцентрировался и повторил удар. На этот раз мешок отклонился намного больше.
- Дорн, ты видел? – Ар вспыхнул от радости.
- А я что говорил? – довольно улыбнулся наставник. – Главное - техника. Это твое упражнение на сегодня. Отрабатывай, потом вернусь за тобой.
Дорн торопливо закрыл дверь снаружи и поспешил на обход.
Аринд посмотрел на небо. Солнечные лучи пробивались сквозь завесу туч. Блики играли на камнях и разгоряченном теле мальчика. Он восхищался миром, где единственным законным местом для него была трупная яма.

Автор - dididada
Дата добавления - 17.08.2012 в 18:06
dididadaДата: Пятница, 17.08.2012, 18:06 | Сообщение # 158
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
Дорн вытряхнул остатки сероватой пыли над топкой камина и, громко чихнув, бросил в угол пустой мешок. Едва тлеющие угли моментально вспыхнули, обдавая жаром. Охранник подкинул полусырых дров и довольно хмыкнул - теперь уж точно загорятся.
К зиме в подземельях становилось невыносимо холодно. В такое время спасал резвый огонь и горячий чай. Дорн щурился, глядя, как бегают по щепкам белоснежные слепящие язычки. Воздух начал прогреваться. Каминная облицовка из грязно-бордового камня в ярких отблесках казалась розовой. Если дерево дает мало тепла - нет ничего лучше светочной крошки. Благо, такого добра на острове целый рудник, и сыпучее топливо можно купить на любом рынке за гроши.
Дорн потер озябшие руки и положил несколько горячих белых камней в наполненный водой чайник. Порывшись на верхнем ящике громоздкого шкафа с расхлябанными дверцами, достал букет сухоцветов, заготовленных еще в начале весны. Напиток из них получался терпким и горьковатым, но особенный аромат неприглядных мелких цветков был великолепен. Дорн растер желтые соцветия прямо над чайником, но половина заварки, проскользнув между грубыми ладонями, осталась на столе. Дверь в комнату отворил Саор. Охранник как раз сгребал с засаленных досок пыльцу вперемешку с лепестками.

- Что-то выглядишь ты неважно, - сказал он, мельком глянув на вошедшего.
- Налей чаю, – махнул старик, усаживаясь ближе к камину и надрывно кашляя в кулак. - Второй день ветер не утихает. До костей промерз, пока сюда добирался.
Голос химика стал до смешного скрипучим. Дорн, молча, достал с полки вторую кружку и посмотрел на чайник, в котором уже закипала вода. Пряный отвар колебался в жестяной посуде, примыкая то к одной, то к другой стенке, на поверхности играли блики.
- Опять этот бездельник за книжками сидит?
- Почему бездельник? Он работой занят, – старик усердно дул, сгоняя поднимающийся над кружкой пар. – Записи сортирует.
- Да что ему толку от твоих записей? - охранник подвинул табурет и сел рядом с химиком. – Только время зря тратит.
- Без знаний не проживешь, – сухо отозвался Саор. – Неграмотный человек все равно что слепой.
- Да уж конечно! – усмехнулся Дорн. – Куда нам до тебя! Лучше б ты, гений отравы, вместо ядов придумал, как краску для печати сделать.
- Мой Создатель! – Саор откинулся на спинку мягкого продавленного кресла, закатив глаза. – Сколько раз тебе повторять, что это особое вещество с живыми частицами? При всем желании я могу раздобыть разве что рецепт черного азурина.
- Это еще что?
- Главное составляющее тюремного клейма. Имеет сложнейший химический состав. Благодаря его крупицам любая жидкость приходит в постоянное движение. - Саор сделал глоток и прикрыл глаза от удовольствия - горячий чай приятно согревал раздраженную глотку.

- А хорошо придумали, чтоб клеймо перемещалось под кожей, – хмыкнул Дорн. – Такое при всем желании не вырежешь и не выжжешь. Попросту перекочует с одного места на другое.
- От закона не уйдешь. Да и у Ара судьба не лучше. Как только откроется, что он ребенок преступницы, тут же казнят.
Дорн помрачнел, невольно глянув на левое запястье. На грубой коже просматривался алый круг со змеей внутри.
- Не судьбе решать, кому сколько жить и уж тем более не этим проклятым законам, – твердо сказал он.
- Кто бы говорил! – с язвительной усмешкой заметил старик. – А ты выходит из тех, кто вправе решать подобное? Скольких ты убил за те года, что был наемником?
- Я уже поплатился за прошлое: и жену и сына потерял… Хочу, чтоб Ар жил как человек. Пусть хоть мир увидит, а не эту проклятую тюрьму…
- В последнее время мне кажется, что здесь и то чище чем снаружи. Опять на Энсердар перевезли весь сброд с материка. Там у них все хорошо и беззаботно, а здесь люди гниют…
- Живое кладбище… – процедил охранник. - Лордам выгодно бросать за решетку кого ни попадя. Иначе бы тюрьмы пустовали, и яды не на ком было бы использовать.
- Твоя правда. Здесь даже тем, кто под защитой правительства выживать непросто, что уж говорить об остальных.
- Я тут размышлял на досуге... - Дорн помолчал, сомневаясь, стоит ли рассказывать. – Что если попробовать достать печать?
- Сам себе могилу копаешь, – отрезал Саор. – Дом Совета хорошо защищен, туда даже имея связи не пробраться.
- Знаю, это на крайний случай.
Саор тяжело вздохнул, будущее мальчика беспокоило его ничуть не меньше. Теперь Дорн понимал, почему химик столько времени проводит в тюрьме. Дело было даже не в старости и не в дороговизне поездок. Виной всему - одиночество... но истинный смысл этого слова Дорн осознал всего год назад, когда после долгой болезни умерла жена. Теперь в пустом доме никто не ждал. Каждый вечер охранник с неохотой уходил в расположенную рядом деревеньку, где засыпал в холодной постели, не раздеваясь и не ужиная.
***
Послышался громкий кашель и раздраженное бормотание Греда. Мальчик прижался к стене и затаил дыхание. Тяжелые шаги медленно стихали. Ар осторожно выглянул из-за угла, сжимая спрятанный в рукаве шприц. Широкоплечая жилистая фигура с засаленными патлами светлых волос медленно удалялась. Саор ушел совсем недавно, а Гред вот-вот сменится с ночными караульщиками, появилось несколько минут, чтобы незаметно проскользнуть в коридор. Аринд закусил губу, он нервничал. Вдруг Саор догадается? По спине пробежал неприятный холодок. Мальчик затравленно обернулся, но боль в руках заглушала испуг. После вчерашней процедуры на несколько часов отнялись ноги. Что если в следующий раз он совсем не сможет ходить? Металлические штуковины старик хранил в шкафу под замком, а сегодня, уходя в архив, случайно оставил связку ключей на столе. Аринд не смог устоять перед соблазном стащить ненавистный инструмент. Теперь нужно было хорошо его спрятать. Второй ключ во взмокшей ладони предназначался для комнаты нижнего этажа. Ар шмыгнул в очередной проем и, быстро миновав затхлый коридор, оказался у крутой лестницы с узкими ступенями. Внизу пахло сыростью и плесенью, было тяжело дышать. Обшарпанный проход выходил в просторный зал с высоким сводчатым потолком. Виднелось несколько дверей и три круглых арки. Пятна рассеянного золотистого света нарушали иссиня – черную холодную палитру подземного пространства. В мрачных пятнах терялась часть каменного пола. Серые стены из ровных плит резко отличались от рассыпающихся кирпичей верхнего этажа. Вместо факелов к ним крепились масляные лампы. Кое-где с деревянных балок свисала витиеватая паутина. Ар частенько бывал здесь вместе со стариком, так что не боялся заблудиться. Он прошел мимо архива. Крашеная темно-синяя дверь была заперта, а полный ехидный Орхин с неприятными почти бесцветными глазами не появлялся вот уже несколько дней. В его обязанности входило сортировать пометки о ядах, и раскладывать стопки рукописей согласно заведенному порядку. Глубинную часть подземелья почти не использовали. Большинство камер пустовало, остальные же выполняли роль складских помещений. Ар направлялся в нижнюю лабораторию, где помимо Саора хозяйничал тюремный травник. Кортег выращивал растения, которые использовались для варева. Саор говорил, что некоторые виды растут исключительно в темноте и прохладе, так что тут им было самое место. Травник появлялся часа на два каждый день, и, выполнив необходимую работу, уходил, оставляя ключ химику. В отличие от пещеры Саора здесь царил хаос. Кортег ухаживал исключительно за будущим сырьем, само же помещение утопало в грудах мусора, разнообразном хламе, пыли и даже протухших остатках пищи. Такое положение вещей делало комнатку лучшим местом для сокрытия краденого. Ар разгреб дурно пахнущую кучу старых тряпок вперемешку с битым стеклом и положил инструмент на дно преющего мешка. Дело сошло ему с рук. Стражников на обратном пути не встретилось, а старик сослал пропажу на плохую память. Но старания мальчика не оправдались. Саор долго брюзжал, разыскивая шприц, а на следующий день принес новый. Свежие синяки не заставили себя ждать.
***
Ар торопливо стянул мокрую рубашку. Жилистое натренированное тело поблескивало от пота. На бледной коже виднелись рубцы и свежие ссадины. Аринд раздраженно отер кровь с губ, сегодня он снова пропустил пару ударов Дорна.
-Что, опять без продвижений?
-Кто знает, – пожал плечами наставник. – Ну, сегодня хоть плечо зацепил, - он потер ушибленное место.
Ар со злости пнул стену. Дорн чуть улыбнулся. На самом деле, ученик давно начал опережать учителя. Длись тренировка чуть дольше, выносливость бывшего наемника уступила бы энергии шестнадцатилетнего юнца.
-В следующий раз я тебя достану, – пообещал Ар, тяжело вздохнув.
-Силенок не хватит, - хмыкнул Дорн. – Теперь сходи, отмойся хорошенько, завтра в тюрьме ожидаются гости.
-Новые заключенные что ли? – не понял Аринд.
-Нет. На этот раз правительственная проверка. Последний раз они были тут года четыре назад. Теперь уж можно тебя не прятать, все знают, что ты мой помощник.
В качестве купальни выступала крошечная комнатка, в которой стояла деревянная бадья, просмоленная с обеих сторон и окованная металлическими пластинами. Воду приходилось греть в закопченном казане, а после использования вычерпывать и выливать на поверхность.
Ар с удовольствием забрался в горячую ванну. Ранки щипало. Кровь красными венками стекала по рукам, желтоватое мыло крошилось и почти не пенилось, а жесткая мочалка растирала тело до розового цвета.
-Да чтоб тебя, зубастая зараза, все штаны мне порвешь! – мимо купальни, бранясь, прошел Дорн. – Ар, как отмоешься, привяжи элигроса, опять эта гадость из клетки выбралась.
Полотенце было грубым и плохо впитывало влагу. Аринд привычно смахнул с глаз мокрые отросшие до плеч волосы. Капли неприятно стекали за шиворот рубашки.
-Иш, иди сюда, – негромко позвал он, выйдя в коридор.
Приглушенная ругань охранника затихла, а вместо нее из глубины прохода послышался топот мощных лап. Когда элигрос передвигался на своих четырех, проблем было куда меньше, но, спрятав конечности в складках кожи, Иш принималась ползать с невероятной скоростью и в большинстве случаев попросту сбивала с ног. Ар любовно похлопал элигроса по спине. Пальцы ощутили холод бугристой кожи, под которой проглядывали серебристые венки. Иш раскрыла продолговатую пасть и потрясла головой, издавая протяжный стон. Мелькнули желтоватые ряды острых зубов. Среди длинных игловидных прятались еще не до конца сформировавшиеся мелкие зубки. Брюхо было гладким и выделяло мутную жижу, необходимую для хорошего скольжения. Стараясь не испачкаться слизью, Ар повел Иш в отведенную ей клетку. Странно, что в тюрьме держали самку, их не использовали в качестве охраны. Кровь самцов добавляли в раствор для тюремного клейма. Почуяв запах соперника, двухметровый элигрос разрывал внутренности преступнику, на чьем теле была отметина. Так называемые «мертвые камеры» находились у входа в любой населенный пункт, где после проверки обязательной печати прибывших обследовали элигросы. Подобная политика не только усложняла побег, но и отрезала преступникам путь в города.
К следующему утру тюрьма наполнилась напряженным ожиданием. Люди сновали туда-сюда. Помощники отмывали грязный пол, счищали черную плесень со стен. Ару поручено было подготовить нужные записи, вместо уехавшего на три дня Саора. Дорн приоделся в лучший костюм, в котором никогда бы не стал работать. Аринду досталась новая рубашка с высоким воротом, заботливо приобретенная наставником по случаю проверки и поношенные, но крепкие на вид ботинки. Это было как раз кстати, старая обувь давно жала.
 
СообщениеДорн вытряхнул остатки сероватой пыли над топкой камина и, громко чихнув, бросил в угол пустой мешок. Едва тлеющие угли моментально вспыхнули, обдавая жаром. Охранник подкинул полусырых дров и довольно хмыкнул - теперь уж точно загорятся.
К зиме в подземельях становилось невыносимо холодно. В такое время спасал резвый огонь и горячий чай. Дорн щурился, глядя, как бегают по щепкам белоснежные слепящие язычки. Воздух начал прогреваться. Каминная облицовка из грязно-бордового камня в ярких отблесках казалась розовой. Если дерево дает мало тепла - нет ничего лучше светочной крошки. Благо, такого добра на острове целый рудник, и сыпучее топливо можно купить на любом рынке за гроши.
Дорн потер озябшие руки и положил несколько горячих белых камней в наполненный водой чайник. Порывшись на верхнем ящике громоздкого шкафа с расхлябанными дверцами, достал букет сухоцветов, заготовленных еще в начале весны. Напиток из них получался терпким и горьковатым, но особенный аромат неприглядных мелких цветков был великолепен. Дорн растер желтые соцветия прямо над чайником, но половина заварки, проскользнув между грубыми ладонями, осталась на столе. Дверь в комнату отворил Саор. Охранник как раз сгребал с засаленных досок пыльцу вперемешку с лепестками.

- Что-то выглядишь ты неважно, - сказал он, мельком глянув на вошедшего.
- Налей чаю, – махнул старик, усаживаясь ближе к камину и надрывно кашляя в кулак. - Второй день ветер не утихает. До костей промерз, пока сюда добирался.
Голос химика стал до смешного скрипучим. Дорн, молча, достал с полки вторую кружку и посмотрел на чайник, в котором уже закипала вода. Пряный отвар колебался в жестяной посуде, примыкая то к одной, то к другой стенке, на поверхности играли блики.
- Опять этот бездельник за книжками сидит?
- Почему бездельник? Он работой занят, – старик усердно дул, сгоняя поднимающийся над кружкой пар. – Записи сортирует.
- Да что ему толку от твоих записей? - охранник подвинул табурет и сел рядом с химиком. – Только время зря тратит.
- Без знаний не проживешь, – сухо отозвался Саор. – Неграмотный человек все равно что слепой.
- Да уж конечно! – усмехнулся Дорн. – Куда нам до тебя! Лучше б ты, гений отравы, вместо ядов придумал, как краску для печати сделать.
- Мой Создатель! – Саор откинулся на спинку мягкого продавленного кресла, закатив глаза. – Сколько раз тебе повторять, что это особое вещество с живыми частицами? При всем желании я могу раздобыть разве что рецепт черного азурина.
- Это еще что?
- Главное составляющее тюремного клейма. Имеет сложнейший химический состав. Благодаря его крупицам любая жидкость приходит в постоянное движение. - Саор сделал глоток и прикрыл глаза от удовольствия - горячий чай приятно согревал раздраженную глотку.

- А хорошо придумали, чтоб клеймо перемещалось под кожей, – хмыкнул Дорн. – Такое при всем желании не вырежешь и не выжжешь. Попросту перекочует с одного места на другое.
- От закона не уйдешь. Да и у Ара судьба не лучше. Как только откроется, что он ребенок преступницы, тут же казнят.
Дорн помрачнел, невольно глянув на левое запястье. На грубой коже просматривался алый круг со змеей внутри.
- Не судьбе решать, кому сколько жить и уж тем более не этим проклятым законам, – твердо сказал он.
- Кто бы говорил! – с язвительной усмешкой заметил старик. – А ты выходит из тех, кто вправе решать подобное? Скольких ты убил за те года, что был наемником?
- Я уже поплатился за прошлое: и жену и сына потерял… Хочу, чтоб Ар жил как человек. Пусть хоть мир увидит, а не эту проклятую тюрьму…
- В последнее время мне кажется, что здесь и то чище чем снаружи. Опять на Энсердар перевезли весь сброд с материка. Там у них все хорошо и беззаботно, а здесь люди гниют…
- Живое кладбище… – процедил охранник. - Лордам выгодно бросать за решетку кого ни попадя. Иначе бы тюрьмы пустовали, и яды не на ком было бы использовать.
- Твоя правда. Здесь даже тем, кто под защитой правительства выживать непросто, что уж говорить об остальных.
- Я тут размышлял на досуге... - Дорн помолчал, сомневаясь, стоит ли рассказывать. – Что если попробовать достать печать?
- Сам себе могилу копаешь, – отрезал Саор. – Дом Совета хорошо защищен, туда даже имея связи не пробраться.
- Знаю, это на крайний случай.
Саор тяжело вздохнул, будущее мальчика беспокоило его ничуть не меньше. Теперь Дорн понимал, почему химик столько времени проводит в тюрьме. Дело было даже не в старости и не в дороговизне поездок. Виной всему - одиночество... но истинный смысл этого слова Дорн осознал всего год назад, когда после долгой болезни умерла жена. Теперь в пустом доме никто не ждал. Каждый вечер охранник с неохотой уходил в расположенную рядом деревеньку, где засыпал в холодной постели, не раздеваясь и не ужиная.
***
Послышался громкий кашель и раздраженное бормотание Греда. Мальчик прижался к стене и затаил дыхание. Тяжелые шаги медленно стихали. Ар осторожно выглянул из-за угла, сжимая спрятанный в рукаве шприц. Широкоплечая жилистая фигура с засаленными патлами светлых волос медленно удалялась. Саор ушел совсем недавно, а Гред вот-вот сменится с ночными караульщиками, появилось несколько минут, чтобы незаметно проскользнуть в коридор. Аринд закусил губу, он нервничал. Вдруг Саор догадается? По спине пробежал неприятный холодок. Мальчик затравленно обернулся, но боль в руках заглушала испуг. После вчерашней процедуры на несколько часов отнялись ноги. Что если в следующий раз он совсем не сможет ходить? Металлические штуковины старик хранил в шкафу под замком, а сегодня, уходя в архив, случайно оставил связку ключей на столе. Аринд не смог устоять перед соблазном стащить ненавистный инструмент. Теперь нужно было хорошо его спрятать. Второй ключ во взмокшей ладони предназначался для комнаты нижнего этажа. Ар шмыгнул в очередной проем и, быстро миновав затхлый коридор, оказался у крутой лестницы с узкими ступенями. Внизу пахло сыростью и плесенью, было тяжело дышать. Обшарпанный проход выходил в просторный зал с высоким сводчатым потолком. Виднелось несколько дверей и три круглых арки. Пятна рассеянного золотистого света нарушали иссиня – черную холодную палитру подземного пространства. В мрачных пятнах терялась часть каменного пола. Серые стены из ровных плит резко отличались от рассыпающихся кирпичей верхнего этажа. Вместо факелов к ним крепились масляные лампы. Кое-где с деревянных балок свисала витиеватая паутина. Ар частенько бывал здесь вместе со стариком, так что не боялся заблудиться. Он прошел мимо архива. Крашеная темно-синяя дверь была заперта, а полный ехидный Орхин с неприятными почти бесцветными глазами не появлялся вот уже несколько дней. В его обязанности входило сортировать пометки о ядах, и раскладывать стопки рукописей согласно заведенному порядку. Глубинную часть подземелья почти не использовали. Большинство камер пустовало, остальные же выполняли роль складских помещений. Ар направлялся в нижнюю лабораторию, где помимо Саора хозяйничал тюремный травник. Кортег выращивал растения, которые использовались для варева. Саор говорил, что некоторые виды растут исключительно в темноте и прохладе, так что тут им было самое место. Травник появлялся часа на два каждый день, и, выполнив необходимую работу, уходил, оставляя ключ химику. В отличие от пещеры Саора здесь царил хаос. Кортег ухаживал исключительно за будущим сырьем, само же помещение утопало в грудах мусора, разнообразном хламе, пыли и даже протухших остатках пищи. Такое положение вещей делало комнатку лучшим местом для сокрытия краденого. Ар разгреб дурно пахнущую кучу старых тряпок вперемешку с битым стеклом и положил инструмент на дно преющего мешка. Дело сошло ему с рук. Стражников на обратном пути не встретилось, а старик сослал пропажу на плохую память. Но старания мальчика не оправдались. Саор долго брюзжал, разыскивая шприц, а на следующий день принес новый. Свежие синяки не заставили себя ждать.
***
Ар торопливо стянул мокрую рубашку. Жилистое натренированное тело поблескивало от пота. На бледной коже виднелись рубцы и свежие ссадины. Аринд раздраженно отер кровь с губ, сегодня он снова пропустил пару ударов Дорна.
-Что, опять без продвижений?
-Кто знает, – пожал плечами наставник. – Ну, сегодня хоть плечо зацепил, - он потер ушибленное место.
Ар со злости пнул стену. Дорн чуть улыбнулся. На самом деле, ученик давно начал опережать учителя. Длись тренировка чуть дольше, выносливость бывшего наемника уступила бы энергии шестнадцатилетнего юнца.
-В следующий раз я тебя достану, – пообещал Ар, тяжело вздохнув.
-Силенок не хватит, - хмыкнул Дорн. – Теперь сходи, отмойся хорошенько, завтра в тюрьме ожидаются гости.
-Новые заключенные что ли? – не понял Аринд.
-Нет. На этот раз правительственная проверка. Последний раз они были тут года четыре назад. Теперь уж можно тебя не прятать, все знают, что ты мой помощник.
В качестве купальни выступала крошечная комнатка, в которой стояла деревянная бадья, просмоленная с обеих сторон и окованная металлическими пластинами. Воду приходилось греть в закопченном казане, а после использования вычерпывать и выливать на поверхность.
Ар с удовольствием забрался в горячую ванну. Ранки щипало. Кровь красными венками стекала по рукам, желтоватое мыло крошилось и почти не пенилось, а жесткая мочалка растирала тело до розового цвета.
-Да чтоб тебя, зубастая зараза, все штаны мне порвешь! – мимо купальни, бранясь, прошел Дорн. – Ар, как отмоешься, привяжи элигроса, опять эта гадость из клетки выбралась.
Полотенце было грубым и плохо впитывало влагу. Аринд привычно смахнул с глаз мокрые отросшие до плеч волосы. Капли неприятно стекали за шиворот рубашки.
-Иш, иди сюда, – негромко позвал он, выйдя в коридор.
Приглушенная ругань охранника затихла, а вместо нее из глубины прохода послышался топот мощных лап. Когда элигрос передвигался на своих четырех, проблем было куда меньше, но, спрятав конечности в складках кожи, Иш принималась ползать с невероятной скоростью и в большинстве случаев попросту сбивала с ног. Ар любовно похлопал элигроса по спине. Пальцы ощутили холод бугристой кожи, под которой проглядывали серебристые венки. Иш раскрыла продолговатую пасть и потрясла головой, издавая протяжный стон. Мелькнули желтоватые ряды острых зубов. Среди длинных игловидных прятались еще не до конца сформировавшиеся мелкие зубки. Брюхо было гладким и выделяло мутную жижу, необходимую для хорошего скольжения. Стараясь не испачкаться слизью, Ар повел Иш в отведенную ей клетку. Странно, что в тюрьме держали самку, их не использовали в качестве охраны. Кровь самцов добавляли в раствор для тюремного клейма. Почуяв запах соперника, двухметровый элигрос разрывал внутренности преступнику, на чьем теле была отметина. Так называемые «мертвые камеры» находились у входа в любой населенный пункт, где после проверки обязательной печати прибывших обследовали элигросы. Подобная политика не только усложняла побег, но и отрезала преступникам путь в города.
К следующему утру тюрьма наполнилась напряженным ожиданием. Люди сновали туда-сюда. Помощники отмывали грязный пол, счищали черную плесень со стен. Ару поручено было подготовить нужные записи, вместо уехавшего на три дня Саора. Дорн приоделся в лучший костюм, в котором никогда бы не стал работать. Аринду досталась новая рубашка с высоким воротом, заботливо приобретенная наставником по случаю проверки и поношенные, но крепкие на вид ботинки. Это было как раз кстати, старая обувь давно жала.

Автор - dididada
Дата добавления - 17.08.2012 в 18:06
СообщениеДорн вытряхнул остатки сероватой пыли над топкой камина и, громко чихнув, бросил в угол пустой мешок. Едва тлеющие угли моментально вспыхнули, обдавая жаром. Охранник подкинул полусырых дров и довольно хмыкнул - теперь уж точно загорятся.
К зиме в подземельях становилось невыносимо холодно. В такое время спасал резвый огонь и горячий чай. Дорн щурился, глядя, как бегают по щепкам белоснежные слепящие язычки. Воздух начал прогреваться. Каминная облицовка из грязно-бордового камня в ярких отблесках казалась розовой. Если дерево дает мало тепла - нет ничего лучше светочной крошки. Благо, такого добра на острове целый рудник, и сыпучее топливо можно купить на любом рынке за гроши.
Дорн потер озябшие руки и положил несколько горячих белых камней в наполненный водой чайник. Порывшись на верхнем ящике громоздкого шкафа с расхлябанными дверцами, достал букет сухоцветов, заготовленных еще в начале весны. Напиток из них получался терпким и горьковатым, но особенный аромат неприглядных мелких цветков был великолепен. Дорн растер желтые соцветия прямо над чайником, но половина заварки, проскользнув между грубыми ладонями, осталась на столе. Дверь в комнату отворил Саор. Охранник как раз сгребал с засаленных досок пыльцу вперемешку с лепестками.

- Что-то выглядишь ты неважно, - сказал он, мельком глянув на вошедшего.
- Налей чаю, – махнул старик, усаживаясь ближе к камину и надрывно кашляя в кулак. - Второй день ветер не утихает. До костей промерз, пока сюда добирался.
Голос химика стал до смешного скрипучим. Дорн, молча, достал с полки вторую кружку и посмотрел на чайник, в котором уже закипала вода. Пряный отвар колебался в жестяной посуде, примыкая то к одной, то к другой стенке, на поверхности играли блики.
- Опять этот бездельник за книжками сидит?
- Почему бездельник? Он работой занят, – старик усердно дул, сгоняя поднимающийся над кружкой пар. – Записи сортирует.
- Да что ему толку от твоих записей? - охранник подвинул табурет и сел рядом с химиком. – Только время зря тратит.
- Без знаний не проживешь, – сухо отозвался Саор. – Неграмотный человек все равно что слепой.
- Да уж конечно! – усмехнулся Дорн. – Куда нам до тебя! Лучше б ты, гений отравы, вместо ядов придумал, как краску для печати сделать.
- Мой Создатель! – Саор откинулся на спинку мягкого продавленного кресла, закатив глаза. – Сколько раз тебе повторять, что это особое вещество с живыми частицами? При всем желании я могу раздобыть разве что рецепт черного азурина.
- Это еще что?
- Главное составляющее тюремного клейма. Имеет сложнейший химический состав. Благодаря его крупицам любая жидкость приходит в постоянное движение. - Саор сделал глоток и прикрыл глаза от удовольствия - горячий чай приятно согревал раздраженную глотку.

- А хорошо придумали, чтоб клеймо перемещалось под кожей, – хмыкнул Дорн. – Такое при всем желании не вырежешь и не выжжешь. Попросту перекочует с одного места на другое.
- От закона не уйдешь. Да и у Ара судьба не лучше. Как только откроется, что он ребенок преступницы, тут же казнят.
Дорн помрачнел, невольно глянув на левое запястье. На грубой коже просматривался алый круг со змеей внутри.
- Не судьбе решать, кому сколько жить и уж тем более не этим проклятым законам, – твердо сказал он.
- Кто бы говорил! – с язвительной усмешкой заметил старик. – А ты выходит из тех, кто вправе решать подобное? Скольких ты убил за те года, что был наемником?
- Я уже поплатился за прошлое: и жену и сына потерял… Хочу, чтоб Ар жил как человек. Пусть хоть мир увидит, а не эту проклятую тюрьму…
- В последнее время мне кажется, что здесь и то чище чем снаружи. Опять на Энсердар перевезли весь сброд с материка. Там у них все хорошо и беззаботно, а здесь люди гниют…
- Живое кладбище… – процедил охранник. - Лордам выгодно бросать за решетку кого ни попадя. Иначе бы тюрьмы пустовали, и яды не на ком было бы использовать.
- Твоя правда. Здесь даже тем, кто под защитой правительства выживать непросто, что уж говорить об остальных.
- Я тут размышлял на досуге... - Дорн помолчал, сомневаясь, стоит ли рассказывать. – Что если попробовать достать печать?
- Сам себе могилу копаешь, – отрезал Саор. – Дом Совета хорошо защищен, туда даже имея связи не пробраться.
- Знаю, это на крайний случай.
Саор тяжело вздохнул, будущее мальчика беспокоило его ничуть не меньше. Теперь Дорн понимал, почему химик столько времени проводит в тюрьме. Дело было даже не в старости и не в дороговизне поездок. Виной всему - одиночество... но истинный смысл этого слова Дорн осознал всего год назад, когда после долгой болезни умерла жена. Теперь в пустом доме никто не ждал. Каждый вечер охранник с неохотой уходил в расположенную рядом деревеньку, где засыпал в холодной постели, не раздеваясь и не ужиная.
***
Послышался громкий кашель и раздраженное бормотание Греда. Мальчик прижался к стене и затаил дыхание. Тяжелые шаги медленно стихали. Ар осторожно выглянул из-за угла, сжимая спрятанный в рукаве шприц. Широкоплечая жилистая фигура с засаленными патлами светлых волос медленно удалялась. Саор ушел совсем недавно, а Гред вот-вот сменится с ночными караульщиками, появилось несколько минут, чтобы незаметно проскользнуть в коридор. Аринд закусил губу, он нервничал. Вдруг Саор догадается? По спине пробежал неприятный холодок. Мальчик затравленно обернулся, но боль в руках заглушала испуг. После вчерашней процедуры на несколько часов отнялись ноги. Что если в следующий раз он совсем не сможет ходить? Металлические штуковины старик хранил в шкафу под замком, а сегодня, уходя в архив, случайно оставил связку ключей на столе. Аринд не смог устоять перед соблазном стащить ненавистный инструмент. Теперь нужно было хорошо его спрятать. Второй ключ во взмокшей ладони предназначался для комнаты нижнего этажа. Ар шмыгнул в очередной проем и, быстро миновав затхлый коридор, оказался у крутой лестницы с узкими ступенями. Внизу пахло сыростью и плесенью, было тяжело дышать. Обшарпанный проход выходил в просторный зал с высоким сводчатым потолком. Виднелось несколько дверей и три круглых арки. Пятна рассеянного золотистого света нарушали иссиня – черную холодную палитру подземного пространства. В мрачных пятнах терялась часть каменного пола. Серые стены из ровных плит резко отличались от рассыпающихся кирпичей верхнего этажа. Вместо факелов к ним крепились масляные лампы. Кое-где с деревянных балок свисала витиеватая паутина. Ар частенько бывал здесь вместе со стариком, так что не боялся заблудиться. Он прошел мимо архива. Крашеная темно-синяя дверь была заперта, а полный ехидный Орхин с неприятными почти бесцветными глазами не появлялся вот уже несколько дней. В его обязанности входило сортировать пометки о ядах, и раскладывать стопки рукописей согласно заведенному порядку. Глубинную часть подземелья почти не использовали. Большинство камер пустовало, остальные же выполняли роль складских помещений. Ар направлялся в нижнюю лабораторию, где помимо Саора хозяйничал тюремный травник. Кортег выращивал растения, которые использовались для варева. Саор говорил, что некоторые виды растут исключительно в темноте и прохладе, так что тут им было самое место. Травник появлялся часа на два каждый день, и, выполнив необходимую работу, уходил, оставляя ключ химику. В отличие от пещеры Саора здесь царил хаос. Кортег ухаживал исключительно за будущим сырьем, само же помещение утопало в грудах мусора, разнообразном хламе, пыли и даже протухших остатках пищи. Такое положение вещей делало комнатку лучшим местом для сокрытия краденого. Ар разгреб дурно пахнущую кучу старых тряпок вперемешку с битым стеклом и положил инструмент на дно преющего мешка. Дело сошло ему с рук. Стражников на обратном пути не встретилось, а старик сослал пропажу на плохую память. Но старания мальчика не оправдались. Саор долго брюзжал, разыскивая шприц, а на следующий день принес новый. Свежие синяки не заставили себя ждать.
***
Ар торопливо стянул мокрую рубашку. Жилистое натренированное тело поблескивало от пота. На бледной коже виднелись рубцы и свежие ссадины. Аринд раздраженно отер кровь с губ, сегодня он снова пропустил пару ударов Дорна.
-Что, опять без продвижений?
-Кто знает, – пожал плечами наставник. – Ну, сегодня хоть плечо зацепил, - он потер ушибленное место.
Ар со злости пнул стену. Дорн чуть улыбнулся. На самом деле, ученик давно начал опережать учителя. Длись тренировка чуть дольше, выносливость бывшего наемника уступила бы энергии шестнадцатилетнего юнца.
-В следующий раз я тебя достану, – пообещал Ар, тяжело вздохнув.
-Силенок не хватит, - хмыкнул Дорн. – Теперь сходи, отмойся хорошенько, завтра в тюрьме ожидаются гости.
-Новые заключенные что ли? – не понял Аринд.
-Нет. На этот раз правительственная проверка. Последний раз они были тут года четыре назад. Теперь уж можно тебя не прятать, все знают, что ты мой помощник.
В качестве купальни выступала крошечная комнатка, в которой стояла деревянная бадья, просмоленная с обеих сторон и окованная металлическими пластинами. Воду приходилось греть в закопченном казане, а после использования вычерпывать и выливать на поверхность.
Ар с удовольствием забрался в горячую ванну. Ранки щипало. Кровь красными венками стекала по рукам, желтоватое мыло крошилось и почти не пенилось, а жесткая мочалка растирала тело до розового цвета.
-Да чтоб тебя, зубастая зараза, все штаны мне порвешь! – мимо купальни, бранясь, прошел Дорн. – Ар, как отмоешься, привяжи элигроса, опять эта гадость из клетки выбралась.
Полотенце было грубым и плохо впитывало влагу. Аринд привычно смахнул с глаз мокрые отросшие до плеч волосы. Капли неприятно стекали за шиворот рубашки.
-Иш, иди сюда, – негромко позвал он, выйдя в коридор.
Приглушенная ругань охранника затихла, а вместо нее из глубины прохода послышался топот мощных лап. Когда элигрос передвигался на своих четырех, проблем было куда меньше, но, спрятав конечности в складках кожи, Иш принималась ползать с невероятной скоростью и в большинстве случаев попросту сбивала с ног. Ар любовно похлопал элигроса по спине. Пальцы ощутили холод бугристой кожи, под которой проглядывали серебристые венки. Иш раскрыла продолговатую пасть и потрясла головой, издавая протяжный стон. Мелькнули желтоватые ряды острых зубов. Среди длинных игловидных прятались еще не до конца сформировавшиеся мелкие зубки. Брюхо было гладким и выделяло мутную жижу, необходимую для хорошего скольжения. Стараясь не испачкаться слизью, Ар повел Иш в отведенную ей клетку. Странно, что в тюрьме держали самку, их не использовали в качестве охраны. Кровь самцов добавляли в раствор для тюремного клейма. Почуяв запах соперника, двухметровый элигрос разрывал внутренности преступнику, на чьем теле была отметина. Так называемые «мертвые камеры» находились у входа в любой населенный пункт, где после проверки обязательной печати прибывших обследовали элигросы. Подобная политика не только усложняла побег, но и отрезала преступникам путь в города.
К следующему утру тюрьма наполнилась напряженным ожиданием. Люди сновали туда-сюда. Помощники отмывали грязный пол, счищали черную плесень со стен. Ару поручено было подготовить нужные записи, вместо уехавшего на три дня Саора. Дорн приоделся в лучший костюм, в котором никогда бы не стал работать. Аринду досталась новая рубашка с высоким воротом, заботливо приобретенная наставником по случаю проверки и поношенные, но крепкие на вид ботинки. Это было как раз кстати, старая обувь давно жала.

Автор - dididada
Дата добавления - 17.08.2012 в 18:06
ОтшельникДата: Воскресенье, 19.08.2012, 10:58 | Сообщение # 159
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 1529
Награды: 13
Репутация: 46
Статус: Offline
Quote (dididada)
Кровь красными венками стекала по рукам,
падала в воду, окрашивая её в красный цвет, что очень возбуждало самку элигроса... Это я шалю, но Вы поняли почему biggrin
Это уже совсем другой рассказ, чем тот который был представлен вначале. Всё стало стройнее, ярче........, но это совсем другая история sad


Я не от мира сего, но мне тут как-то уютненько.
 
Сообщение
Quote (dididada)
Кровь красными венками стекала по рукам,
падала в воду, окрашивая её в красный цвет, что очень возбуждало самку элигроса... Это я шалю, но Вы поняли почему biggrin
Это уже совсем другой рассказ, чем тот который был представлен вначале. Всё стало стройнее, ярче........, но это совсем другая история sad

Автор - Отшельник
Дата добавления - 19.08.2012 в 10:58
Сообщение
Quote (dididada)
Кровь красными венками стекала по рукам,
падала в воду, окрашивая её в красный цвет, что очень возбуждало самку элигроса... Это я шалю, но Вы поняли почему biggrin
Это уже совсем другой рассказ, чем тот который был представлен вначале. Всё стало стройнее, ярче........, но это совсем другая история sad

Автор - Отшельник
Дата добавления - 19.08.2012 в 10:58
dididadaДата: Пятница, 24.08.2012, 11:12 | Сообщение # 160
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
Отшельник, спасибо))
 
СообщениеОтшельник, спасибо))

Автор - dididada
Дата добавления - 24.08.2012 в 11:12
СообщениеОтшельник, спасибо))

Автор - dididada
Дата добавления - 24.08.2012 в 11:12
dididadaДата: Пятница, 24.08.2012, 11:13 | Сообщение # 161
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
Нервозность окружающих передалась Ару. Он никогда не видел, чтобы в тюрьме находилось одновременно столько народа. В общем-то, здесь всегда было солидное число работников, но каждый на своем месте они не привлекали внимания. Некоторые дежурили посменно, как Дорн и Гред, а иные приходили раз в неделю или в месяц. Похоже, не только в восточном крыле стояла такая суматоха. Не сказать, что подземелье сияло чистотой, да и запах мыла не мог перебить местной вони, но, по крайней мере, Ар впервые разглядел первоначальный цвет пола, место факелов заняли светочные камни, а тюремные пауки за отсутствием паутины переживали не лучшие времена.
Перед самым приездом «гостей» стало тише, но витавшее в затхлом воздухе напряжение только усилилось.
-Смотри не ляпни лишнего! Ты мой племянник, – в сотый раз напомнил Дорн.
-Да что все так всполошились, я не пойму? – Аринд переминался с ноги на ногу. – Ни разу не видел, чтоб ты так переживал...
А ты как хотел? – гаркнул охранник. – Если не пройдем проверку, тюрьму закроют. Не вздумай грубить гостям! И рукава застегни, как следует, не хватало еще, чтоб узнали о печати.
Спустя минут пять Дорн вместе с остальными отправился приветствовать прибывших, Ару велено было ждать внизу у лестницы. Скрестив руки на груди, он хмуро оглядывал коридор. Белые светочи делали его просторным, но неуютным. Все окрасилось в пепельные оттенки, и от этого казалось, будто стало холоднее. Ар не любил серый цвет. Это цвет осеннего неба, камней, светочной крошки и… его глаз. Саор говорил, что они мрачные из-за черной окантовки, а Дорн утверждал, будто при ярком свете походят на живую сталь.
Мимо, перебрасываясь короткими фразами, пробежали два помощника – из тех, что вливали в преступников яд. Крепкие пареньки лет по двадцать раскрасневшиеся и загорелые. Весной небо разъяснялось, и солнце палило, что было мочи, пытаясь наверстать упущенное за долгие восемь месяцев дождей. Ару, с его болезненной кожей, в такие дни приходилось нелегко. Перед выходом на поверхность Саор поначалу заставлял натираться какой-то вонючей жижей, иначе тело покрывалось волдырями. Теперь мазь не требовалась, но Дорн все равно не позволял подолгу бывать снаружи.
Ар теребил край рубашки, пытаясь хоть как-то успокоиться. Он боялся сделать что-нибудь не так. Химик как нарочно уехал за новыми рецептами, уж он бы подсказал, что говорить и как себя вести.
Ступени отозвались неблагозвучным скрипом. Ар вздрогнул и невольно отскочил подальше от лестничного проема.
-Что-то ты постарел, – послышался сверху звонкий голос.
Показалось, что спускаются всего двое.
-А ты все кремами своими красоту наводишь! ¬– укоризненно заметил Дорн. - Сколько у вас женщин денег на это уходит? Ничуть не изменилась с последней встречи!
Ар опешил, он и не думал, что среди проверяющих есть женщины. Воображение уже рисовало старух в грязных платках, грузных торговок с усталым взглядом и молоденьких пухлощеких девиц. Всех, кого доводилось видеть в городе. У Дорна там были свои связи, потому стражники пропускали без проверки, и об отсутствии печати никто не знал.
-Сохранение молодости дорого стоит, не многим доступна косметика с магическими вкраплениями, – тон говорящей казался высоким и тонким, с живыми искорками, каких Ару не приходилось слышать.
-Ты и жизнь отдашь за эту ерунду, Сана! – возмущенно воскликнул Дорн.
-Да что ты в этом понимаешь? Хотя, я смотрю, и сам нарядился!
-Кто ж знал, что опять тебя пришлют! Только зря переживал…
- Думаешь, мне нравится по тюрьмам разъезжать? А отказаться нельзя, спорить с Лордом себе дороже.
Вслед за охранником из проема выпорхнула худенькая светловолосая девушка в темно-синем плаще. Его полы чуть развевались от легких шагов, показывая белую рубашку и зауженные штаны. Сана прикрывала нос узорчатым платочком и не переставала возмущаться.
-Ужасный запах, как этим дышать?!
-А ты думала - цветочные сады? – усмехнулся Дорн. Это еще ничего, вот когда трупы выносят…
-Дорн, это и есть твой племянника? – с удивлением поинтересовалась гостья, разглядывая подошедшего Ара. – Какой хорошенький! Явно не в тебя.
От нее веяло сладким приятным запахом. Ар покраснел, не зная, что сказать.
-Не юли! – нахмурился Дорн. – Сорок лет уже, а все как дите малое…
-Не надо мне про возраст напоминать! – вспыхнула Сана. - Больше двадцати мне все равно не дашь!
-Ну, хоть так, – кивнул охранник. – Соответствуешь поведению.
-Да ну тебя! – Сана шутливо хлопнула его по плечу.
Она кое-как свыклась с вонью и, недовольно морщась, спрятала платочек во внутренний карман.
-Проводить тебя к камерам? – поинтересовался Дорн. – Пойдем, посмотришь на трупы, вдохнешь местные ароматы полной грудью.
-Нет уж спасибо, этим пусть остальные займутся, – брезгливо отмахнулась проверяющая. – Я здесь в архив заглянуть. Нужно сверить записи за последние два года. Все-таки не часто в этих местах бываем.
-Оно и хорошо… - Дорн почесал затылок. – Ну, тогда я пойду в западное крыло, Ар тебе покажет, куда идти. Орхин, должно быть, с самого утра ждет не дождется.
-Фу, – Сана съежилась. – Этот неприятный мужлан все еще работает здесь? У меня с прошлого визита мурашки по коже от одного его имени.
 
СообщениеНервозность окружающих передалась Ару. Он никогда не видел, чтобы в тюрьме находилось одновременно столько народа. В общем-то, здесь всегда было солидное число работников, но каждый на своем месте они не привлекали внимания. Некоторые дежурили посменно, как Дорн и Гред, а иные приходили раз в неделю или в месяц. Похоже, не только в восточном крыле стояла такая суматоха. Не сказать, что подземелье сияло чистотой, да и запах мыла не мог перебить местной вони, но, по крайней мере, Ар впервые разглядел первоначальный цвет пола, место факелов заняли светочные камни, а тюремные пауки за отсутствием паутины переживали не лучшие времена.
Перед самым приездом «гостей» стало тише, но витавшее в затхлом воздухе напряжение только усилилось.
-Смотри не ляпни лишнего! Ты мой племянник, – в сотый раз напомнил Дорн.
-Да что все так всполошились, я не пойму? – Аринд переминался с ноги на ногу. – Ни разу не видел, чтоб ты так переживал...
А ты как хотел? – гаркнул охранник. – Если не пройдем проверку, тюрьму закроют. Не вздумай грубить гостям! И рукава застегни, как следует, не хватало еще, чтоб узнали о печати.
Спустя минут пять Дорн вместе с остальными отправился приветствовать прибывших, Ару велено было ждать внизу у лестницы. Скрестив руки на груди, он хмуро оглядывал коридор. Белые светочи делали его просторным, но неуютным. Все окрасилось в пепельные оттенки, и от этого казалось, будто стало холоднее. Ар не любил серый цвет. Это цвет осеннего неба, камней, светочной крошки и… его глаз. Саор говорил, что они мрачные из-за черной окантовки, а Дорн утверждал, будто при ярком свете походят на живую сталь.
Мимо, перебрасываясь короткими фразами, пробежали два помощника – из тех, что вливали в преступников яд. Крепкие пареньки лет по двадцать раскрасневшиеся и загорелые. Весной небо разъяснялось, и солнце палило, что было мочи, пытаясь наверстать упущенное за долгие восемь месяцев дождей. Ару, с его болезненной кожей, в такие дни приходилось нелегко. Перед выходом на поверхность Саор поначалу заставлял натираться какой-то вонючей жижей, иначе тело покрывалось волдырями. Теперь мазь не требовалась, но Дорн все равно не позволял подолгу бывать снаружи.
Ар теребил край рубашки, пытаясь хоть как-то успокоиться. Он боялся сделать что-нибудь не так. Химик как нарочно уехал за новыми рецептами, уж он бы подсказал, что говорить и как себя вести.
Ступени отозвались неблагозвучным скрипом. Ар вздрогнул и невольно отскочил подальше от лестничного проема.
-Что-то ты постарел, – послышался сверху звонкий голос.
Показалось, что спускаются всего двое.
-А ты все кремами своими красоту наводишь! ¬– укоризненно заметил Дорн. - Сколько у вас женщин денег на это уходит? Ничуть не изменилась с последней встречи!
Ар опешил, он и не думал, что среди проверяющих есть женщины. Воображение уже рисовало старух в грязных платках, грузных торговок с усталым взглядом и молоденьких пухлощеких девиц. Всех, кого доводилось видеть в городе. У Дорна там были свои связи, потому стражники пропускали без проверки, и об отсутствии печати никто не знал.
-Сохранение молодости дорого стоит, не многим доступна косметика с магическими вкраплениями, – тон говорящей казался высоким и тонким, с живыми искорками, каких Ару не приходилось слышать.
-Ты и жизнь отдашь за эту ерунду, Сана! – возмущенно воскликнул Дорн.
-Да что ты в этом понимаешь? Хотя, я смотрю, и сам нарядился!
-Кто ж знал, что опять тебя пришлют! Только зря переживал…
- Думаешь, мне нравится по тюрьмам разъезжать? А отказаться нельзя, спорить с Лордом себе дороже.
Вслед за охранником из проема выпорхнула худенькая светловолосая девушка в темно-синем плаще. Его полы чуть развевались от легких шагов, показывая белую рубашку и зауженные штаны. Сана прикрывала нос узорчатым платочком и не переставала возмущаться.
-Ужасный запах, как этим дышать?!
-А ты думала - цветочные сады? – усмехнулся Дорн. Это еще ничего, вот когда трупы выносят…
-Дорн, это и есть твой племянника? – с удивлением поинтересовалась гостья, разглядывая подошедшего Ара. – Какой хорошенький! Явно не в тебя.
От нее веяло сладким приятным запахом. Ар покраснел, не зная, что сказать.
-Не юли! – нахмурился Дорн. – Сорок лет уже, а все как дите малое…
-Не надо мне про возраст напоминать! – вспыхнула Сана. - Больше двадцати мне все равно не дашь!
-Ну, хоть так, – кивнул охранник. – Соответствуешь поведению.
-Да ну тебя! – Сана шутливо хлопнула его по плечу.
Она кое-как свыклась с вонью и, недовольно морщась, спрятала платочек во внутренний карман.
-Проводить тебя к камерам? – поинтересовался Дорн. – Пойдем, посмотришь на трупы, вдохнешь местные ароматы полной грудью.
-Нет уж спасибо, этим пусть остальные займутся, – брезгливо отмахнулась проверяющая. – Я здесь в архив заглянуть. Нужно сверить записи за последние два года. Все-таки не часто в этих местах бываем.
-Оно и хорошо… - Дорн почесал затылок. – Ну, тогда я пойду в западное крыло, Ар тебе покажет, куда идти. Орхин, должно быть, с самого утра ждет не дождется.
-Фу, – Сана съежилась. – Этот неприятный мужлан все еще работает здесь? У меня с прошлого визита мурашки по коже от одного его имени.

Автор - dididada
Дата добавления - 24.08.2012 в 11:13
СообщениеНервозность окружающих передалась Ару. Он никогда не видел, чтобы в тюрьме находилось одновременно столько народа. В общем-то, здесь всегда было солидное число работников, но каждый на своем месте они не привлекали внимания. Некоторые дежурили посменно, как Дорн и Гред, а иные приходили раз в неделю или в месяц. Похоже, не только в восточном крыле стояла такая суматоха. Не сказать, что подземелье сияло чистотой, да и запах мыла не мог перебить местной вони, но, по крайней мере, Ар впервые разглядел первоначальный цвет пола, место факелов заняли светочные камни, а тюремные пауки за отсутствием паутины переживали не лучшие времена.
Перед самым приездом «гостей» стало тише, но витавшее в затхлом воздухе напряжение только усилилось.
-Смотри не ляпни лишнего! Ты мой племянник, – в сотый раз напомнил Дорн.
-Да что все так всполошились, я не пойму? – Аринд переминался с ноги на ногу. – Ни разу не видел, чтоб ты так переживал...
А ты как хотел? – гаркнул охранник. – Если не пройдем проверку, тюрьму закроют. Не вздумай грубить гостям! И рукава застегни, как следует, не хватало еще, чтоб узнали о печати.
Спустя минут пять Дорн вместе с остальными отправился приветствовать прибывших, Ару велено было ждать внизу у лестницы. Скрестив руки на груди, он хмуро оглядывал коридор. Белые светочи делали его просторным, но неуютным. Все окрасилось в пепельные оттенки, и от этого казалось, будто стало холоднее. Ар не любил серый цвет. Это цвет осеннего неба, камней, светочной крошки и… его глаз. Саор говорил, что они мрачные из-за черной окантовки, а Дорн утверждал, будто при ярком свете походят на живую сталь.
Мимо, перебрасываясь короткими фразами, пробежали два помощника – из тех, что вливали в преступников яд. Крепкие пареньки лет по двадцать раскрасневшиеся и загорелые. Весной небо разъяснялось, и солнце палило, что было мочи, пытаясь наверстать упущенное за долгие восемь месяцев дождей. Ару, с его болезненной кожей, в такие дни приходилось нелегко. Перед выходом на поверхность Саор поначалу заставлял натираться какой-то вонючей жижей, иначе тело покрывалось волдырями. Теперь мазь не требовалась, но Дорн все равно не позволял подолгу бывать снаружи.
Ар теребил край рубашки, пытаясь хоть как-то успокоиться. Он боялся сделать что-нибудь не так. Химик как нарочно уехал за новыми рецептами, уж он бы подсказал, что говорить и как себя вести.
Ступени отозвались неблагозвучным скрипом. Ар вздрогнул и невольно отскочил подальше от лестничного проема.
-Что-то ты постарел, – послышался сверху звонкий голос.
Показалось, что спускаются всего двое.
-А ты все кремами своими красоту наводишь! ¬– укоризненно заметил Дорн. - Сколько у вас женщин денег на это уходит? Ничуть не изменилась с последней встречи!
Ар опешил, он и не думал, что среди проверяющих есть женщины. Воображение уже рисовало старух в грязных платках, грузных торговок с усталым взглядом и молоденьких пухлощеких девиц. Всех, кого доводилось видеть в городе. У Дорна там были свои связи, потому стражники пропускали без проверки, и об отсутствии печати никто не знал.
-Сохранение молодости дорого стоит, не многим доступна косметика с магическими вкраплениями, – тон говорящей казался высоким и тонким, с живыми искорками, каких Ару не приходилось слышать.
-Ты и жизнь отдашь за эту ерунду, Сана! – возмущенно воскликнул Дорн.
-Да что ты в этом понимаешь? Хотя, я смотрю, и сам нарядился!
-Кто ж знал, что опять тебя пришлют! Только зря переживал…
- Думаешь, мне нравится по тюрьмам разъезжать? А отказаться нельзя, спорить с Лордом себе дороже.
Вслед за охранником из проема выпорхнула худенькая светловолосая девушка в темно-синем плаще. Его полы чуть развевались от легких шагов, показывая белую рубашку и зауженные штаны. Сана прикрывала нос узорчатым платочком и не переставала возмущаться.
-Ужасный запах, как этим дышать?!
-А ты думала - цветочные сады? – усмехнулся Дорн. Это еще ничего, вот когда трупы выносят…
-Дорн, это и есть твой племянника? – с удивлением поинтересовалась гостья, разглядывая подошедшего Ара. – Какой хорошенький! Явно не в тебя.
От нее веяло сладким приятным запахом. Ар покраснел, не зная, что сказать.
-Не юли! – нахмурился Дорн. – Сорок лет уже, а все как дите малое…
-Не надо мне про возраст напоминать! – вспыхнула Сана. - Больше двадцати мне все равно не дашь!
-Ну, хоть так, – кивнул охранник. – Соответствуешь поведению.
-Да ну тебя! – Сана шутливо хлопнула его по плечу.
Она кое-как свыклась с вонью и, недовольно морщась, спрятала платочек во внутренний карман.
-Проводить тебя к камерам? – поинтересовался Дорн. – Пойдем, посмотришь на трупы, вдохнешь местные ароматы полной грудью.
-Нет уж спасибо, этим пусть остальные займутся, – брезгливо отмахнулась проверяющая. – Я здесь в архив заглянуть. Нужно сверить записи за последние два года. Все-таки не часто в этих местах бываем.
-Оно и хорошо… - Дорн почесал затылок. – Ну, тогда я пойду в западное крыло, Ар тебе покажет, куда идти. Орхин, должно быть, с самого утра ждет не дождется.
-Фу, – Сана съежилась. – Этот неприятный мужлан все еще работает здесь? У меня с прошлого визита мурашки по коже от одного его имени.

Автор - dididada
Дата добавления - 24.08.2012 в 11:13
ОтшельникДата: Воскресенье, 26.08.2012, 11:18 | Сообщение # 162
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 1529
Награды: 13
Репутация: 46
Статус: Offline
Quote (dididada)
Показалось, что спускаются всего двое.
Если показалось, то по идее должно прийти не двое , а больше или меньше. Скорее Оказалось
Quote (dididada)
Крепкие пареньки лет по двадцать раскрасневшиеся и загорелые. Весной небо разъяснялось, и солнце палило, что было мочи, пытаясь наверстать упущенное за долгие восемь месяцев дождей.
Здесь, я бы разделил, переходом на другой абзац. (в смысле речь о молодых тюремщиках и сразу описание весеннего солнца, притягивает это описание к тюремщикам, когда речь уже идет об Аре
Quote (dididada)
Дорн, это и есть твой племянника?
Если это особенность речи героини тогда вроде всё нормально. Скорее всего очепяточка. biggrin


Я не от мира сего, но мне тут как-то уютненько.
 
Сообщение
Quote (dididada)
Показалось, что спускаются всего двое.
Если показалось, то по идее должно прийти не двое , а больше или меньше. Скорее Оказалось
Quote (dididada)
Крепкие пареньки лет по двадцать раскрасневшиеся и загорелые. Весной небо разъяснялось, и солнце палило, что было мочи, пытаясь наверстать упущенное за долгие восемь месяцев дождей.
Здесь, я бы разделил, переходом на другой абзац. (в смысле речь о молодых тюремщиках и сразу описание весеннего солнца, притягивает это описание к тюремщикам, когда речь уже идет об Аре
Quote (dididada)
Дорн, это и есть твой племянника?
Если это особенность речи героини тогда вроде всё нормально. Скорее всего очепяточка. biggrin

Автор - Отшельник
Дата добавления - 26.08.2012 в 11:18
Сообщение
Quote (dididada)
Показалось, что спускаются всего двое.
Если показалось, то по идее должно прийти не двое , а больше или меньше. Скорее Оказалось
Quote (dididada)
Крепкие пареньки лет по двадцать раскрасневшиеся и загорелые. Весной небо разъяснялось, и солнце палило, что было мочи, пытаясь наверстать упущенное за долгие восемь месяцев дождей.
Здесь, я бы разделил, переходом на другой абзац. (в смысле речь о молодых тюремщиках и сразу описание весеннего солнца, притягивает это описание к тюремщикам, когда речь уже идет об Аре
Quote (dididada)
Дорн, это и есть твой племянника?
Если это особенность речи героини тогда вроде всё нормально. Скорее всего очепяточка. biggrin

Автор - Отшельник
Дата добавления - 26.08.2012 в 11:18
dididadaДата: Суббота, 15.09.2012, 18:03 | Сообщение # 163
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
Отшельник, спасибо большое)) Ох, сто лет я не появлялась))
 
СообщениеОтшельник, спасибо большое)) Ох, сто лет я не появлялась))

Автор - dididada
Дата добавления - 15.09.2012 в 18:03
СообщениеОтшельник, спасибо большое)) Ох, сто лет я не появлялась))

Автор - dididada
Дата добавления - 15.09.2012 в 18:03
dididadaДата: Суббота, 15.09.2012, 18:04 | Сообщение # 164
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
- А куда он должен был деться? Ну, иди-иди, и не смотри на Аринда так хищно, что уже глаз положила?
-А тебе какое дело?
Дорн разговаривал с проверяющей как с давней знакомой, но Ару не становилось спокойней. Напротив, каждая минута усиливала напряжение. Оставшись с гостьей наедине, он покраснел до кончиков ушей и окончательно растерялся.
-Выходит, ты мой сопровождающий, - ласково улыбнулась Сана.
Миндалевидные глаза с длинными темными ресницами отливали золотом, блики светочей наполняли их особым сиянием.
-Выходит…да, – пробормотал Аринд, отводя взгляд. - Нам туда, - он быстрым шагом направился к лестнице.
-Не спеши так! – потребовала Сана. – Я могу споткнуться. Когда настил перекрывали в последний раз?
Ар пожал плечами, боясь сболтнуть лишнего. Чтобы избежать расспросов он решил спросить сам. Голос нервно подрагивал, мысли путались.
-В последнее время… - он запнулся. - Рецепты ядов значительно упростились. На материке не хватает сырья?
Сана шла сзади, и Ар чувствовал на себе ее взгляд. Сердце вырывалось из груди, рубашка в этом месте предательски подрагивала.
-А-а откуда такие познания? – тон голоса проверяющей стал на порядок выше.
-Я… видел рецепты последних ядов.
-Так ты умеешь читать? Кто тебя учил?
-Мой дед, – Ар почти не соврал, считая таковым Саора.
-Вот как… - гостья помолчала. – Верная догадка, хотя странно слышать ее от тебя. Где ты видел рецепты?
-Я химику помогаю…иногда, – нервно сглотнул Ар.
«Пытается покрасоваться, цитируя его фразы» - решила про себя Сана, но не подала вида.
-Запасы сырья заметно истощились. Что есть, то есть. Но появилась и другая проблема. Раньше сортов яда было не так много и противоядия приходилось подбирать для каждого, а теперь из-за почти одинакового набора ингредиентов научились делать универсальные нейтрализаторы. Страна терпит большие убытки…
-Вот как.
Появилась знакомая лестница с высокими узкими ступенями. До недавнего времени Саор самолично приносил в архив записи, а в последние два года совсем расхворался и поручал это Аринду.
-Осторожнее здесь, – предупредил он.
-Да тут и ноги переломать можно! – возмущенно воскликнула Сана. – Всегда боялась крутых спусков, да еще и грязь ужасная. Эти перила вообще мыли когда-нибудь?
-Наверное, – попытался оправдаться Аринд.
- А ты крепкий.
Она как бы невзначай провела рукой по жилистой спине, Ар невольно вздрогнул и выпрямился, чувствуя мурашки по коже. В глазах потемнело, стало трудно дышать. Теплая крошечная ладонь схватила его под руку. Каждая клеточка тела почувствовала приятное напряжение. Проверяющая улыбалась, хитро поглядывая на Ара.
-Сколько тебе лет? – спросила она.
-Шестнадцать, – нехотя выдавил Ар.
-Совсем юный, – хохотнула Сана. – А я ведь всего на пару годков моложе твоего дяди!
Орхину сегодня не везло. Не смотря на то, что он гладко выбрился и надел дорогой костюм, долгожданная гостья увидела его не в лучшем состоянии. Иш в который раз ускользнула из клетки.
Теперь животинка развлекалась, а Орхин с визгливыми воплями носился от нее по всему коридору. Сана прыснула от смеха, глядя на отплясывающего архивника.
-Что это, Орхин, ты приобрел элигроса в качестве домашней зверушки?
Вспотевший Орх, грохнувшись на пол, таращился на прибывших.
–Госпожа Сана!
Иш сбивала с ног, едва он пытался встать.
-Ар уведи эту гадость отсюда! – потребовал Орхин. – Будь эти стражники неладны, даже в день проверки запереть как следует не могут! Госпожа, осторожней, здесь грязно.
Он неловко поднялся и, глупо улыбаясь, принялся отряхиваться. Повсюду темнела черная жижа, оставленная Иш. Сана криво усмехнулась и медленно проследовала в архив.
-Аринд, – она обернулась. – Как закончишь, возвращайся, я не хочу заблудиться в этом мерзком месте.
-Я бы проводил вас… – начал Орхин, мусоля каждое слово, но ледяной взгляд Саны заставил его замолкнуть.
Что ни говори, элигросы удивительные существа. А главное - смышленые. Зрелые самцы не доставляли особых проблем в отличии от молоденькой полутораметровой Иш, которая никак не хотела ограничиваться отведенной ей клеткой. Дерево и веревки она с легкостью разгрызала. Даже металлические прутья и запоры для нее были слабой преградой, учитывая слюну, способную разъедать металл. Элигроссы по природе своей питались кристаллами саркоцета. Этот необычайно твердый минерал лет десять назад нашли на материке в местечке Элигр, оттуда и название «элигрос». Запасы сырья быстро истощились, и пришлось приучать животных к обычной еде. Один Создатель знает, сколько элигросов заморили голодом, прежде чем догадались добавлять в пищу саркоцетную крошку. Взрослые особи мало чем отличались от младших червеобразных собратьев. Все то же черное блестящее тело и продолговатая голова с двумя парами узких желтых глаз.
Торопливо заперев Иш, Ар вихрем слетел по ступенькам к архиву. Сана все еще копалась в записях, а Орхин суетливо бегал вокруг что-то без умолку тараторя. Проверяющая терпеливо кивала в ответ и озадаченно смотрела на кипу листков.
-Подай-ка рецепты за прошлую весну.
Она то и дело убирала за ушко волнистые пряди и сосредоточенным взглядом скользила по строчкам, сверяя написанное и делая пометки записной книжке. Ар шумно вздохнул, любуясь Саной. Она была такая тоненькая, легкая и неизбежно красивая, как те женщины со сказочных иллюстраций.
На обратном пути Сана игриво схватила сопровождающего под руку. Уголки губ Ара непроизвольно поползли вверх, он не смог сдержать улыбку.
Сана жаловалась, как ей надоели все эти мерзкие архивники, дурной запах и грязь. Она осторожно ступала между лужицами жижи и расстроено охала, глядя на новые мягкие сапожки.
Проверка прошла быстро. Наслаждение от приятных воспоминаний затухало, ему на смену пришло неприятное ощущение пустоты…
«Сколько времени мне осталось? Я могу умереть хоть завтра, стоит только кому-то узнать о моем происхождении. Но мне хотелось бы… увидеть ее еще раз… может, судьба подарит мне несколько лет, прежде чем окажусь в трупной яме вместе с преступниками? Дорн говорит, что готовит меня к реальности, но есть ли в этом прок? Не понимаю, зачем мне жить, если жить я не должен, стоит ли это его стараний?... даже если удастся сбежать, куда идти? Мне нет пути с острова, без печати я никто, меня нет… Но я хочу снова ощутить касание ее руки, почувствовать ее запах. Если бы она знала, кто я, стала бы так улыбаться?... Думаю, моя смерть будет мучительно долгой. Саору придется выбрать особый яд, такой что перекроет силу противоядий в моем теле, или я перестану дышать в комнате для убийств?...»
Дверь громко хлопнула. Румяный разгоряченный выпивкой Дорн ввалился в обитель Ара и плюхнулся рядом с ним на кровать. Аринд быстро убрал исписанные листки под подушку.
-Ну, молодец! – наставник добродушно хлопнул его по плечу. – Проверку прошли на отлично! Еще года четыре можно жить спокойно.
-Дорн, а…
-Все расспросы потом, ложись спать.
Ночь была бессонной и полной мечтаний.
***
Ар бесцеремонно покопался в сумке и, достав пару сухарей, плюхнулся на скамейку.
-Кто эта Сана? Она твоя знакомая? Расскажи о ней!
-Вот еще не хватало! – охранник вытаскивал кульки с едой. – Что тебе наговорила эта женщина?
-Ничего, – пожал плечами Ар. – Так кто она? Твой друг?
Век бы не знал эту змею. Глазками-то красиво стреляет, а внутри погнилее Саора будет. На все пошла, чтоб своего добиться. Знаешь скольких людей закопала, чтоб пробраться в окружение к Лорду?
Ар помрачнел и впился зубами в подгорелую корку.
-Ты выдумываешь Дорн…
-Я ее знаю как облупленную, и выдумывать тут нечего. Лучше всего у Саны выходить пудрить людям мозги да прикидываться невинной овечкой. Ей такого как ты обольстить только развлечение!
-Да ты просто завидуешь! – вспыхнул Ар.
Он соскочил со скамьи и вышел, громко хлопнув дверью. Слова наставника полосовали по живому, искажая образ Саны, который так лелеяло юношеское воображение.
 
Сообщение- А куда он должен был деться? Ну, иди-иди, и не смотри на Аринда так хищно, что уже глаз положила?
-А тебе какое дело?
Дорн разговаривал с проверяющей как с давней знакомой, но Ару не становилось спокойней. Напротив, каждая минута усиливала напряжение. Оставшись с гостьей наедине, он покраснел до кончиков ушей и окончательно растерялся.
-Выходит, ты мой сопровождающий, - ласково улыбнулась Сана.
Миндалевидные глаза с длинными темными ресницами отливали золотом, блики светочей наполняли их особым сиянием.
-Выходит…да, – пробормотал Аринд, отводя взгляд. - Нам туда, - он быстрым шагом направился к лестнице.
-Не спеши так! – потребовала Сана. – Я могу споткнуться. Когда настил перекрывали в последний раз?
Ар пожал плечами, боясь сболтнуть лишнего. Чтобы избежать расспросов он решил спросить сам. Голос нервно подрагивал, мысли путались.
-В последнее время… - он запнулся. - Рецепты ядов значительно упростились. На материке не хватает сырья?
Сана шла сзади, и Ар чувствовал на себе ее взгляд. Сердце вырывалось из груди, рубашка в этом месте предательски подрагивала.
-А-а откуда такие познания? – тон голоса проверяющей стал на порядок выше.
-Я… видел рецепты последних ядов.
-Так ты умеешь читать? Кто тебя учил?
-Мой дед, – Ар почти не соврал, считая таковым Саора.
-Вот как… - гостья помолчала. – Верная догадка, хотя странно слышать ее от тебя. Где ты видел рецепты?
-Я химику помогаю…иногда, – нервно сглотнул Ар.
«Пытается покрасоваться, цитируя его фразы» - решила про себя Сана, но не подала вида.
-Запасы сырья заметно истощились. Что есть, то есть. Но появилась и другая проблема. Раньше сортов яда было не так много и противоядия приходилось подбирать для каждого, а теперь из-за почти одинакового набора ингредиентов научились делать универсальные нейтрализаторы. Страна терпит большие убытки…
-Вот как.
Появилась знакомая лестница с высокими узкими ступенями. До недавнего времени Саор самолично приносил в архив записи, а в последние два года совсем расхворался и поручал это Аринду.
-Осторожнее здесь, – предупредил он.
-Да тут и ноги переломать можно! – возмущенно воскликнула Сана. – Всегда боялась крутых спусков, да еще и грязь ужасная. Эти перила вообще мыли когда-нибудь?
-Наверное, – попытался оправдаться Аринд.
- А ты крепкий.
Она как бы невзначай провела рукой по жилистой спине, Ар невольно вздрогнул и выпрямился, чувствуя мурашки по коже. В глазах потемнело, стало трудно дышать. Теплая крошечная ладонь схватила его под руку. Каждая клеточка тела почувствовала приятное напряжение. Проверяющая улыбалась, хитро поглядывая на Ара.
-Сколько тебе лет? – спросила она.
-Шестнадцать, – нехотя выдавил Ар.
-Совсем юный, – хохотнула Сана. – А я ведь всего на пару годков моложе твоего дяди!
Орхину сегодня не везло. Не смотря на то, что он гладко выбрился и надел дорогой костюм, долгожданная гостья увидела его не в лучшем состоянии. Иш в который раз ускользнула из клетки.
Теперь животинка развлекалась, а Орхин с визгливыми воплями носился от нее по всему коридору. Сана прыснула от смеха, глядя на отплясывающего архивника.
-Что это, Орхин, ты приобрел элигроса в качестве домашней зверушки?
Вспотевший Орх, грохнувшись на пол, таращился на прибывших.
–Госпожа Сана!
Иш сбивала с ног, едва он пытался встать.
-Ар уведи эту гадость отсюда! – потребовал Орхин. – Будь эти стражники неладны, даже в день проверки запереть как следует не могут! Госпожа, осторожней, здесь грязно.
Он неловко поднялся и, глупо улыбаясь, принялся отряхиваться. Повсюду темнела черная жижа, оставленная Иш. Сана криво усмехнулась и медленно проследовала в архив.
-Аринд, – она обернулась. – Как закончишь, возвращайся, я не хочу заблудиться в этом мерзком месте.
-Я бы проводил вас… – начал Орхин, мусоля каждое слово, но ледяной взгляд Саны заставил его замолкнуть.
Что ни говори, элигросы удивительные существа. А главное - смышленые. Зрелые самцы не доставляли особых проблем в отличии от молоденькой полутораметровой Иш, которая никак не хотела ограничиваться отведенной ей клеткой. Дерево и веревки она с легкостью разгрызала. Даже металлические прутья и запоры для нее были слабой преградой, учитывая слюну, способную разъедать металл. Элигроссы по природе своей питались кристаллами саркоцета. Этот необычайно твердый минерал лет десять назад нашли на материке в местечке Элигр, оттуда и название «элигрос». Запасы сырья быстро истощились, и пришлось приучать животных к обычной еде. Один Создатель знает, сколько элигросов заморили голодом, прежде чем догадались добавлять в пищу саркоцетную крошку. Взрослые особи мало чем отличались от младших червеобразных собратьев. Все то же черное блестящее тело и продолговатая голова с двумя парами узких желтых глаз.
Торопливо заперев Иш, Ар вихрем слетел по ступенькам к архиву. Сана все еще копалась в записях, а Орхин суетливо бегал вокруг что-то без умолку тараторя. Проверяющая терпеливо кивала в ответ и озадаченно смотрела на кипу листков.
-Подай-ка рецепты за прошлую весну.
Она то и дело убирала за ушко волнистые пряди и сосредоточенным взглядом скользила по строчкам, сверяя написанное и делая пометки записной книжке. Ар шумно вздохнул, любуясь Саной. Она была такая тоненькая, легкая и неизбежно красивая, как те женщины со сказочных иллюстраций.
На обратном пути Сана игриво схватила сопровождающего под руку. Уголки губ Ара непроизвольно поползли вверх, он не смог сдержать улыбку.
Сана жаловалась, как ей надоели все эти мерзкие архивники, дурной запах и грязь. Она осторожно ступала между лужицами жижи и расстроено охала, глядя на новые мягкие сапожки.
Проверка прошла быстро. Наслаждение от приятных воспоминаний затухало, ему на смену пришло неприятное ощущение пустоты…
«Сколько времени мне осталось? Я могу умереть хоть завтра, стоит только кому-то узнать о моем происхождении. Но мне хотелось бы… увидеть ее еще раз… может, судьба подарит мне несколько лет, прежде чем окажусь в трупной яме вместе с преступниками? Дорн говорит, что готовит меня к реальности, но есть ли в этом прок? Не понимаю, зачем мне жить, если жить я не должен, стоит ли это его стараний?... даже если удастся сбежать, куда идти? Мне нет пути с острова, без печати я никто, меня нет… Но я хочу снова ощутить касание ее руки, почувствовать ее запах. Если бы она знала, кто я, стала бы так улыбаться?... Думаю, моя смерть будет мучительно долгой. Саору придется выбрать особый яд, такой что перекроет силу противоядий в моем теле, или я перестану дышать в комнате для убийств?...»
Дверь громко хлопнула. Румяный разгоряченный выпивкой Дорн ввалился в обитель Ара и плюхнулся рядом с ним на кровать. Аринд быстро убрал исписанные листки под подушку.
-Ну, молодец! – наставник добродушно хлопнул его по плечу. – Проверку прошли на отлично! Еще года четыре можно жить спокойно.
-Дорн, а…
-Все расспросы потом, ложись спать.
Ночь была бессонной и полной мечтаний.
***
Ар бесцеремонно покопался в сумке и, достав пару сухарей, плюхнулся на скамейку.
-Кто эта Сана? Она твоя знакомая? Расскажи о ней!
-Вот еще не хватало! – охранник вытаскивал кульки с едой. – Что тебе наговорила эта женщина?
-Ничего, – пожал плечами Ар. – Так кто она? Твой друг?
Век бы не знал эту змею. Глазками-то красиво стреляет, а внутри погнилее Саора будет. На все пошла, чтоб своего добиться. Знаешь скольких людей закопала, чтоб пробраться в окружение к Лорду?
Ар помрачнел и впился зубами в подгорелую корку.
-Ты выдумываешь Дорн…
-Я ее знаю как облупленную, и выдумывать тут нечего. Лучше всего у Саны выходить пудрить людям мозги да прикидываться невинной овечкой. Ей такого как ты обольстить только развлечение!
-Да ты просто завидуешь! – вспыхнул Ар.
Он соскочил со скамьи и вышел, громко хлопнув дверью. Слова наставника полосовали по живому, искажая образ Саны, который так лелеяло юношеское воображение.

Автор - dididada
Дата добавления - 15.09.2012 в 18:04
Сообщение- А куда он должен был деться? Ну, иди-иди, и не смотри на Аринда так хищно, что уже глаз положила?
-А тебе какое дело?
Дорн разговаривал с проверяющей как с давней знакомой, но Ару не становилось спокойней. Напротив, каждая минута усиливала напряжение. Оставшись с гостьей наедине, он покраснел до кончиков ушей и окончательно растерялся.
-Выходит, ты мой сопровождающий, - ласково улыбнулась Сана.
Миндалевидные глаза с длинными темными ресницами отливали золотом, блики светочей наполняли их особым сиянием.
-Выходит…да, – пробормотал Аринд, отводя взгляд. - Нам туда, - он быстрым шагом направился к лестнице.
-Не спеши так! – потребовала Сана. – Я могу споткнуться. Когда настил перекрывали в последний раз?
Ар пожал плечами, боясь сболтнуть лишнего. Чтобы избежать расспросов он решил спросить сам. Голос нервно подрагивал, мысли путались.
-В последнее время… - он запнулся. - Рецепты ядов значительно упростились. На материке не хватает сырья?
Сана шла сзади, и Ар чувствовал на себе ее взгляд. Сердце вырывалось из груди, рубашка в этом месте предательски подрагивала.
-А-а откуда такие познания? – тон голоса проверяющей стал на порядок выше.
-Я… видел рецепты последних ядов.
-Так ты умеешь читать? Кто тебя учил?
-Мой дед, – Ар почти не соврал, считая таковым Саора.
-Вот как… - гостья помолчала. – Верная догадка, хотя странно слышать ее от тебя. Где ты видел рецепты?
-Я химику помогаю…иногда, – нервно сглотнул Ар.
«Пытается покрасоваться, цитируя его фразы» - решила про себя Сана, но не подала вида.
-Запасы сырья заметно истощились. Что есть, то есть. Но появилась и другая проблема. Раньше сортов яда было не так много и противоядия приходилось подбирать для каждого, а теперь из-за почти одинакового набора ингредиентов научились делать универсальные нейтрализаторы. Страна терпит большие убытки…
-Вот как.
Появилась знакомая лестница с высокими узкими ступенями. До недавнего времени Саор самолично приносил в архив записи, а в последние два года совсем расхворался и поручал это Аринду.
-Осторожнее здесь, – предупредил он.
-Да тут и ноги переломать можно! – возмущенно воскликнула Сана. – Всегда боялась крутых спусков, да еще и грязь ужасная. Эти перила вообще мыли когда-нибудь?
-Наверное, – попытался оправдаться Аринд.
- А ты крепкий.
Она как бы невзначай провела рукой по жилистой спине, Ар невольно вздрогнул и выпрямился, чувствуя мурашки по коже. В глазах потемнело, стало трудно дышать. Теплая крошечная ладонь схватила его под руку. Каждая клеточка тела почувствовала приятное напряжение. Проверяющая улыбалась, хитро поглядывая на Ара.
-Сколько тебе лет? – спросила она.
-Шестнадцать, – нехотя выдавил Ар.
-Совсем юный, – хохотнула Сана. – А я ведь всего на пару годков моложе твоего дяди!
Орхину сегодня не везло. Не смотря на то, что он гладко выбрился и надел дорогой костюм, долгожданная гостья увидела его не в лучшем состоянии. Иш в который раз ускользнула из клетки.
Теперь животинка развлекалась, а Орхин с визгливыми воплями носился от нее по всему коридору. Сана прыснула от смеха, глядя на отплясывающего архивника.
-Что это, Орхин, ты приобрел элигроса в качестве домашней зверушки?
Вспотевший Орх, грохнувшись на пол, таращился на прибывших.
–Госпожа Сана!
Иш сбивала с ног, едва он пытался встать.
-Ар уведи эту гадость отсюда! – потребовал Орхин. – Будь эти стражники неладны, даже в день проверки запереть как следует не могут! Госпожа, осторожней, здесь грязно.
Он неловко поднялся и, глупо улыбаясь, принялся отряхиваться. Повсюду темнела черная жижа, оставленная Иш. Сана криво усмехнулась и медленно проследовала в архив.
-Аринд, – она обернулась. – Как закончишь, возвращайся, я не хочу заблудиться в этом мерзком месте.
-Я бы проводил вас… – начал Орхин, мусоля каждое слово, но ледяной взгляд Саны заставил его замолкнуть.
Что ни говори, элигросы удивительные существа. А главное - смышленые. Зрелые самцы не доставляли особых проблем в отличии от молоденькой полутораметровой Иш, которая никак не хотела ограничиваться отведенной ей клеткой. Дерево и веревки она с легкостью разгрызала. Даже металлические прутья и запоры для нее были слабой преградой, учитывая слюну, способную разъедать металл. Элигроссы по природе своей питались кристаллами саркоцета. Этот необычайно твердый минерал лет десять назад нашли на материке в местечке Элигр, оттуда и название «элигрос». Запасы сырья быстро истощились, и пришлось приучать животных к обычной еде. Один Создатель знает, сколько элигросов заморили голодом, прежде чем догадались добавлять в пищу саркоцетную крошку. Взрослые особи мало чем отличались от младших червеобразных собратьев. Все то же черное блестящее тело и продолговатая голова с двумя парами узких желтых глаз.
Торопливо заперев Иш, Ар вихрем слетел по ступенькам к архиву. Сана все еще копалась в записях, а Орхин суетливо бегал вокруг что-то без умолку тараторя. Проверяющая терпеливо кивала в ответ и озадаченно смотрела на кипу листков.
-Подай-ка рецепты за прошлую весну.
Она то и дело убирала за ушко волнистые пряди и сосредоточенным взглядом скользила по строчкам, сверяя написанное и делая пометки записной книжке. Ар шумно вздохнул, любуясь Саной. Она была такая тоненькая, легкая и неизбежно красивая, как те женщины со сказочных иллюстраций.
На обратном пути Сана игриво схватила сопровождающего под руку. Уголки губ Ара непроизвольно поползли вверх, он не смог сдержать улыбку.
Сана жаловалась, как ей надоели все эти мерзкие архивники, дурной запах и грязь. Она осторожно ступала между лужицами жижи и расстроено охала, глядя на новые мягкие сапожки.
Проверка прошла быстро. Наслаждение от приятных воспоминаний затухало, ему на смену пришло неприятное ощущение пустоты…
«Сколько времени мне осталось? Я могу умереть хоть завтра, стоит только кому-то узнать о моем происхождении. Но мне хотелось бы… увидеть ее еще раз… может, судьба подарит мне несколько лет, прежде чем окажусь в трупной яме вместе с преступниками? Дорн говорит, что готовит меня к реальности, но есть ли в этом прок? Не понимаю, зачем мне жить, если жить я не должен, стоит ли это его стараний?... даже если удастся сбежать, куда идти? Мне нет пути с острова, без печати я никто, меня нет… Но я хочу снова ощутить касание ее руки, почувствовать ее запах. Если бы она знала, кто я, стала бы так улыбаться?... Думаю, моя смерть будет мучительно долгой. Саору придется выбрать особый яд, такой что перекроет силу противоядий в моем теле, или я перестану дышать в комнате для убийств?...»
Дверь громко хлопнула. Румяный разгоряченный выпивкой Дорн ввалился в обитель Ара и плюхнулся рядом с ним на кровать. Аринд быстро убрал исписанные листки под подушку.
-Ну, молодец! – наставник добродушно хлопнул его по плечу. – Проверку прошли на отлично! Еще года четыре можно жить спокойно.
-Дорн, а…
-Все расспросы потом, ложись спать.
Ночь была бессонной и полной мечтаний.
***
Ар бесцеремонно покопался в сумке и, достав пару сухарей, плюхнулся на скамейку.
-Кто эта Сана? Она твоя знакомая? Расскажи о ней!
-Вот еще не хватало! – охранник вытаскивал кульки с едой. – Что тебе наговорила эта женщина?
-Ничего, – пожал плечами Ар. – Так кто она? Твой друг?
Век бы не знал эту змею. Глазками-то красиво стреляет, а внутри погнилее Саора будет. На все пошла, чтоб своего добиться. Знаешь скольких людей закопала, чтоб пробраться в окружение к Лорду?
Ар помрачнел и впился зубами в подгорелую корку.
-Ты выдумываешь Дорн…
-Я ее знаю как облупленную, и выдумывать тут нечего. Лучше всего у Саны выходить пудрить людям мозги да прикидываться невинной овечкой. Ей такого как ты обольстить только развлечение!
-Да ты просто завидуешь! – вспыхнул Ар.
Он соскочил со скамьи и вышел, громко хлопнув дверью. Слова наставника полосовали по живому, искажая образ Саны, который так лелеяло юношеское воображение.

Автор - dididada
Дата добавления - 15.09.2012 в 18:04
dididadaДата: Суббота, 15.09.2012, 18:04 | Сообщение # 165
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 114
Награды: 0
Репутация: 12
Статус: Offline
ЧАСТЬ 2 «МЕРТВЫЙ МИР»
Дорн распахнул дверь в лабораторию и в нерешительности остановился у порога. Нечасто он надевал дорожный плащ, а потому Саор сразу смекнул, в чем дело.
-Все-таки пойдешь? – равнодушно спросил он.
Охранник тяжело вздохнул.
-Сейчас самое время… нельзя откладывать, Гред теряет терпение. Боюсь, скоро проболтается кому-нибудь.
-Может, намекает увеличить сумму, которую ты ему отваливаешь каждый месяц?
-А кто ж его знает, – пожал плечами Дорн. – От денег мало кто откажется. Это ты один у нас такой принципиальный.
-Ар хороший помощник, да и опыты на нем можно проводить, к чему мне твои гроши?
-Вот, – охранник бросил на стол тяжелый мешочек. – Я накопил сколько смог, если не вернусь - отдашь Ару.
-Создатель с тобой, - махнул Саор. – Прощай, раз уж решился.
Дорн молча кивнул и вышел. Он так и не придумал, что сказать Аринду. Это ведь не последняя их встреча, к чему лишние разговоры?
-Не спишь еще?
-Собираюсь, – зевнул Аринд, складывая в ящик стопку бумаг. – А ты что так долго?
Дорн присел рядом с ним на кровать и положил теплую руку на плечо.
– А ведь ты мне как сын.
Ар удивленно посмотрел на наставника, никогда еще Дорн не говорил такого.
-Ты чего это вдруг?
– Да так, – улыбаясь отмахнулся Дорн. - Меня пару деньков не будет в тюрьме.
-Ты куда-то собрался? - Аринд принялся стягивать рубашку.
-Хотел навестить сестру, – соврал охранник. – Она давно просила, а я все никак не соберусь.
-Тогда езжай. Не волнуйся, я со всем справлюсь.
-И правда…
Ар внимательно посмотрел на наставника.
-Что это с тобой?
-Саор многому тебя учит, а я одно сказать хочу – не повторяй моих ошибок Ар. Запомни, если можно избежать убийства - не убивай, жизнь дорогого стоит...
-Подумаешь, отравят, – повел плечами Аринд.
Наставник удивленно глянул на него.
-Да шучу, что ты так напрягся? – бледное лицо ученика озарила улыбка. - Я глупить не собираюсь. И вообще, что это вдруг тебя на такие беседы потянуло?
-Да вот, хотел тебе подарить кое-что.
Дорн достал из-за пояса поблескивающий новый клинок и вручил его Ару. Оружие было легким, изящным с острым лезвием, зауженным к концу. Резная рукоятка удобно легла в ладони.
-Пользуйся с умом и без надобности кровью не пачкай.
Наставник шумно поднялся и погладил Ара по голове. Чувство радости заглушила неприятная пустота. Что-то было не так.
-Спасибо… отец.
Сейчас очень захотелось назвать Дорна именно так. В другое время охранник бы рассердился, но на этот раз промолчал. Тихо хлопнула дверь. Дорн шагал по коридору, торопливо утирая проступившие слезы.
***
Все четыре дня, пока Дорна не было, Саор не находил себе места: путал ингредиенты, забывал, что собирался сделать минуту назад, а на все расспросы Аринда вместо объяснений начинал брюзжать о вреде глупых разговоров. Ар и сам стал рассеянным, он все больше думал о Сане и вечерами, лежа в темноте, вздыхал, вспоминая аромат ее духов и тепло ладоней.
-Создатель со мной! Посмотри ка, что я опять не углядел? – Саор озадаченно рассматривал содержимое казана.
Аринд поставил на полку вычищенный прибор и, закинув полотенце на плечо, мельком глянул на месиво.
-Яд должен был получиться темно-синим и не таким густым. Наверное, ты опять спутал пропорции. Да и черный сок не добавил.
-Возьми вон там в шкафу.
Саор, скрестив руки на груди, щурился, довольно глядя на помощника. Кто бы знал, что из сына преступницы выйдет такой способный ученик. Ар вылил в казан треть содержимого флакона и аккуратно помешал кипящую массу. Тонкая пленка лопающихся пузырей окрасилась в голубой.

-Я схожу за травами, дай рецепт.
Химик порылся в карманах и протянул Аринду ключ с заляпанным листком.
Снаружи слышался шум. Местные трудяги успели растащить по домам светочные камни, и коридор был привычно тусклым.
-Стой, отродье!
Ар вздрогнул от неожиданности, услышав за спиной хриплый голос Греда. Охранник направлялся к нему. Раскрасневшееся лицо, взъерошенные волосы и дикий взгляд заставили Аринда отшатнуться.
-Говорил же, что до добра не доведет. Доигрался в отца, – проскрежетал Гред.
Ар стоял как вкопанный, не понимая, в чем дело. Он даже не успел среагировать, Гред с размаху засадил кулак ему в живот. В глазах помутнело. Аринд рухнул на пол, корчась от боли. Скрипнула дверь лаборатории, должно быть Саор услышал вскрик.
-Ты что творишь тупоголовый?
-Закрой рот, старый хрыч, – зло выругался Гред. – Я говорил, что надо придушить это отродье, а теперь здесь чистильщики из основного отряда! Нужно отдать его, пока всех здесь не сгноили.
Он попытался схватить Ара, но Саор заслонил его собой и, не долго думая, плеснул охраннику в лицо кислотой. Тот заревел, хватаясь за обожженную щеку. Ара захлестнул ужас и оцепенение. Блеснуло лезвие клинка. Темная кровь хлынула из шеи химика, сухонькое тело повалилось на грязные доски и, дернувшись, замерло. Удар в висок заставил сознание провалиться в небытие.
 
СообщениеЧАСТЬ 2 «МЕРТВЫЙ МИР»
Дорн распахнул дверь в лабораторию и в нерешительности остановился у порога. Нечасто он надевал дорожный плащ, а потому Саор сразу смекнул, в чем дело.
-Все-таки пойдешь? – равнодушно спросил он.
Охранник тяжело вздохнул.
-Сейчас самое время… нельзя откладывать, Гред теряет терпение. Боюсь, скоро проболтается кому-нибудь.
-Может, намекает увеличить сумму, которую ты ему отваливаешь каждый месяц?
-А кто ж его знает, – пожал плечами Дорн. – От денег мало кто откажется. Это ты один у нас такой принципиальный.
-Ар хороший помощник, да и опыты на нем можно проводить, к чему мне твои гроши?
-Вот, – охранник бросил на стол тяжелый мешочек. – Я накопил сколько смог, если не вернусь - отдашь Ару.
-Создатель с тобой, - махнул Саор. – Прощай, раз уж решился.
Дорн молча кивнул и вышел. Он так и не придумал, что сказать Аринду. Это ведь не последняя их встреча, к чему лишние разговоры?
-Не спишь еще?
-Собираюсь, – зевнул Аринд, складывая в ящик стопку бумаг. – А ты что так долго?
Дорн присел рядом с ним на кровать и положил теплую руку на плечо.
– А ведь ты мне как сын.
Ар удивленно посмотрел на наставника, никогда еще Дорн не говорил такого.
-Ты чего это вдруг?
– Да так, – улыбаясь отмахнулся Дорн. - Меня пару деньков не будет в тюрьме.
-Ты куда-то собрался? - Аринд принялся стягивать рубашку.
-Хотел навестить сестру, – соврал охранник. – Она давно просила, а я все никак не соберусь.
-Тогда езжай. Не волнуйся, я со всем справлюсь.
-И правда…
Ар внимательно посмотрел на наставника.
-Что это с тобой?
-Саор многому тебя учит, а я одно сказать хочу – не повторяй моих ошибок Ар. Запомни, если можно избежать убийства - не убивай, жизнь дорогого стоит...
-Подумаешь, отравят, – повел плечами Аринд.
Наставник удивленно глянул на него.
-Да шучу, что ты так напрягся? – бледное лицо ученика озарила улыбка. - Я глупить не собираюсь. И вообще, что это вдруг тебя на такие беседы потянуло?
-Да вот, хотел тебе подарить кое-что.
Дорн достал из-за пояса поблескивающий новый клинок и вручил его Ару. Оружие было легким, изящным с острым лезвием, зауженным к концу. Резная рукоятка удобно легла в ладони.
-Пользуйся с умом и без надобности кровью не пачкай.
Наставник шумно поднялся и погладил Ара по голове. Чувство радости заглушила неприятная пустота. Что-то было не так.
-Спасибо… отец.
Сейчас очень захотелось назвать Дорна именно так. В другое время охранник бы рассердился, но на этот раз промолчал. Тихо хлопнула дверь. Дорн шагал по коридору, торопливо утирая проступившие слезы.
***
Все четыре дня, пока Дорна не было, Саор не находил себе места: путал ингредиенты, забывал, что собирался сделать минуту назад, а на все расспросы Аринда вместо объяснений начинал брюзжать о вреде глупых разговоров. Ар и сам стал рассеянным, он все больше думал о Сане и вечерами, лежа в темноте, вздыхал, вспоминая аромат ее духов и тепло ладоней.
-Создатель со мной! Посмотри ка, что я опять не углядел? – Саор озадаченно рассматривал содержимое казана.
Аринд поставил на полку вычищенный прибор и, закинув полотенце на плечо, мельком глянул на месиво.
-Яд должен был получиться темно-синим и не таким густым. Наверное, ты опять спутал пропорции. Да и черный сок не добавил.
-Возьми вон там в шкафу.
Саор, скрестив руки на груди, щурился, довольно глядя на помощника. Кто бы знал, что из сына преступницы выйдет такой способный ученик. Ар вылил в казан треть содержимого флакона и аккуратно помешал кипящую массу. Тонкая пленка лопающихся пузырей окрасилась в голубой.

-Я схожу за травами, дай рецепт.
Химик порылся в карманах и протянул Аринду ключ с заляпанным листком.
Снаружи слышался шум. Местные трудяги успели растащить по домам светочные камни, и коридор был привычно тусклым.
-Стой, отродье!
Ар вздрогнул от неожиданности, услышав за спиной хриплый голос Греда. Охранник направлялся к нему. Раскрасневшееся лицо, взъерошенные волосы и дикий взгляд заставили Аринда отшатнуться.
-Говорил же, что до добра не доведет. Доигрался в отца, – проскрежетал Гред.
Ар стоял как вкопанный, не понимая, в чем дело. Он даже не успел среагировать, Гред с размаху засадил кулак ему в живот. В глазах помутнело. Аринд рухнул на пол, корчась от боли. Скрипнула дверь лаборатории, должно быть Саор услышал вскрик.
-Ты что творишь тупоголовый?
-Закрой рот, старый хрыч, – зло выругался Гред. – Я говорил, что надо придушить это отродье, а теперь здесь чистильщики из основного отряда! Нужно отдать его, пока всех здесь не сгноили.
Он попытался схватить Ара, но Саор заслонил его собой и, не долго думая, плеснул охраннику в лицо кислотой. Тот заревел, хватаясь за обожженную щеку. Ара захлестнул ужас и оцепенение. Блеснуло лезвие клинка. Темная кровь хлынула из шеи химика, сухонькое тело повалилось на грязные доски и, дернувшись, замерло. Удар в висок заставил сознание провалиться в небытие.

Автор - dididada
Дата добавления - 15.09.2012 в 18:04
СообщениеЧАСТЬ 2 «МЕРТВЫЙ МИР»
Дорн распахнул дверь в лабораторию и в нерешительности остановился у порога. Нечасто он надевал дорожный плащ, а потому Саор сразу смекнул, в чем дело.
-Все-таки пойдешь? – равнодушно спросил он.
Охранник тяжело вздохнул.
-Сейчас самое время… нельзя откладывать, Гред теряет терпение. Боюсь, скоро проболтается кому-нибудь.
-Может, намекает увеличить сумму, которую ты ему отваливаешь каждый месяц?
-А кто ж его знает, – пожал плечами Дорн. – От денег мало кто откажется. Это ты один у нас такой принципиальный.
-Ар хороший помощник, да и опыты на нем можно проводить, к чему мне твои гроши?
-Вот, – охранник бросил на стол тяжелый мешочек. – Я накопил сколько смог, если не вернусь - отдашь Ару.
-Создатель с тобой, - махнул Саор. – Прощай, раз уж решился.
Дорн молча кивнул и вышел. Он так и не придумал, что сказать Аринду. Это ведь не последняя их встреча, к чему лишние разговоры?
-Не спишь еще?
-Собираюсь, – зевнул Аринд, складывая в ящик стопку бумаг. – А ты что так долго?
Дорн присел рядом с ним на кровать и положил теплую руку на плечо.
– А ведь ты мне как сын.
Ар удивленно посмотрел на наставника, никогда еще Дорн не говорил такого.
-Ты чего это вдруг?
– Да так, – улыбаясь отмахнулся Дорн. - Меня пару деньков не будет в тюрьме.
-Ты куда-то собрался? - Аринд принялся стягивать рубашку.
-Хотел навестить сестру, – соврал охранник. – Она давно просила, а я все никак не соберусь.
-Тогда езжай. Не волнуйся, я со всем справлюсь.
-И правда…
Ар внимательно посмотрел на наставника.
-Что это с тобой?
-Саор многому тебя учит, а я одно сказать хочу – не повторяй моих ошибок Ар. Запомни, если можно избежать убийства - не убивай, жизнь дорогого стоит...
-Подумаешь, отравят, – повел плечами Аринд.
Наставник удивленно глянул на него.
-Да шучу, что ты так напрягся? – бледное лицо ученика озарила улыбка. - Я глупить не собираюсь. И вообще, что это вдруг тебя на такие беседы потянуло?
-Да вот, хотел тебе подарить кое-что.
Дорн достал из-за пояса поблескивающий новый клинок и вручил его Ару. Оружие было легким, изящным с острым лезвием, зауженным к концу. Резная рукоятка удобно легла в ладони.
-Пользуйся с умом и без надобности кровью не пачкай.
Наставник шумно поднялся и погладил Ара по голове. Чувство радости заглушила неприятная пустота. Что-то было не так.
-Спасибо… отец.
Сейчас очень захотелось назвать Дорна именно так. В другое время охранник бы рассердился, но на этот раз промолчал. Тихо хлопнула дверь. Дорн шагал по коридору, торопливо утирая проступившие слезы.
***
Все четыре дня, пока Дорна не было, Саор не находил себе места: путал ингредиенты, забывал, что собирался сделать минуту назад, а на все расспросы Аринда вместо объяснений начинал брюзжать о вреде глупых разговоров. Ар и сам стал рассеянным, он все больше думал о Сане и вечерами, лежа в темноте, вздыхал, вспоминая аромат ее духов и тепло ладоней.
-Создатель со мной! Посмотри ка, что я опять не углядел? – Саор озадаченно рассматривал содержимое казана.
Аринд поставил на полку вычищенный прибор и, закинув полотенце на плечо, мельком глянул на месиво.
-Яд должен был получиться темно-синим и не таким густым. Наверное, ты опять спутал пропорции. Да и черный сок не добавил.
-Возьми вон там в шкафу.
Саор, скрестив руки на груди, щурился, довольно глядя на помощника. Кто бы знал, что из сына преступницы выйдет такой способный ученик. Ар вылил в казан треть содержимого флакона и аккуратно помешал кипящую массу. Тонкая пленка лопающихся пузырей окрасилась в голубой.

-Я схожу за травами, дай рецепт.
Химик порылся в карманах и протянул Аринду ключ с заляпанным листком.
Снаружи слышался шум. Местные трудяги успели растащить по домам светочные камни, и коридор был привычно тусклым.
-Стой, отродье!
Ар вздрогнул от неожиданности, услышав за спиной хриплый голос Греда. Охранник направлялся к нему. Раскрасневшееся лицо, взъерошенные волосы и дикий взгляд заставили Аринда отшатнуться.
-Говорил же, что до добра не доведет. Доигрался в отца, – проскрежетал Гред.
Ар стоял как вкопанный, не понимая, в чем дело. Он даже не успел среагировать, Гред с размаху засадил кулак ему в живот. В глазах помутнело. Аринд рухнул на пол, корчась от боли. Скрипнула дверь лаборатории, должно быть Саор услышал вскрик.
-Ты что творишь тупоголовый?
-Закрой рот, старый хрыч, – зло выругался Гред. – Я говорил, что надо придушить это отродье, а теперь здесь чистильщики из основного отряда! Нужно отдать его, пока всех здесь не сгноили.
Он попытался схватить Ара, но Саор заслонил его собой и, не долго думая, плеснул охраннику в лицо кислотой. Тот заревел, хватаясь за обожженную щеку. Ара захлестнул ужас и оцепенение. Блеснуло лезвие клинка. Темная кровь хлынула из шеи химика, сухонькое тело повалилось на грязные доски и, дернувшись, замерло. Удар в висок заставил сознание провалиться в небытие.

Автор - dididada
Дата добавления - 15.09.2012 в 18:04
Форум » Проза » Критика, рецензии, помощь - для прозаиков » Потерянный во снах (рабочее название)
Поиск:
Загрузка...

Посетители дня
Посетители:
Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS
Приветствую Вас Гость | RSS Главная | Потерянный во снах - Страница 11 - Форум | Регистрация | Вход
Конструктор сайтов - uCoz
Для добавления необходима авторизация
Остров © 2020 Конструктор сайтов - uCoz