Страница Валерия Рыбалкина - Форум  
Приветствуем Вас Гость | RSS Главная | Страница Валерия Рыбалкина - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Модератор форума: Влюблённая_в_лето  
Форум » Хижины Острова » Чистовики - творческие страницы авторов » Страница Валерия Рыбалкина (на острове valeri_rb)
Страница Валерия Рыбалкина
Влюблённая_в_летоДата: Пятница, 24.02.2012, 08:35 | Сообщение # 1
Старейшина
Группа: Вождь
Сообщений: 4426
Награды: 51
Репутация: 297
Статус: Offline
Страница Валерия Рыбалкина


Карточка каталоге
 
Сообщение
Страница Валерия Рыбалкина


Карточка каталоге

Автор - Влюблённая_в_лето
Дата добавления - 24.02.2012 в 08:35
Сообщение
Страница Валерия Рыбалкина


Карточка каталоге

Автор - Влюблённая_в_лето
Дата добавления - 24.02.2012 в 08:35
valeri_rbДата: Вторник, 28.02.2012, 10:24 | Сообщение # 2
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Весна приходит...



Весна приходит очень странно.
Ещё метели и снега,
И ветер дует непрестанно,
И за окном поёт пурга...

Ещё в душе зима засела,
Но ночь уже не так длинна.
Пусть спит пока душа... и тело,
Но родилась уже... весна!

Она во всём... Она под снегом,
Она - в живительных лучах
Тех глаз, что смотрят с томной негой.
И в шали... на твоих плечах.

Она в язвительных подсказках,
Что надо жизнь перелистать.
Она в стихах и в новых сказках,
Что снова хочется писать...

Весна тебе откроет вежды,
Одарит лаской... неземной,
Подарит счастье... и надежды,
И ты... останешься со мной!

И солнце запредельной негой
Окрасит пламенный восток.
И из сугроба, из-под снега...
В лесу... появится росток!

Всё будет, а пока что - вьюга
Тоскует, вьётся за окном...
А мы с тобой, моя подруга,
Молчим... о счастье неземном.

Весна приходит очень странно.
Мне трудно обо всём судить,
Но что так странно... и спонтанно
Опять зовёт нас дальше жить?
И ждать... и верить... и любить!


Валерий Рыбалкин
 
СообщениеВесна приходит...



Весна приходит очень странно.
Ещё метели и снега,
И ветер дует непрестанно,
И за окном поёт пурга...

Ещё в душе зима засела,
Но ночь уже не так длинна.
Пусть спит пока душа... и тело,
Но родилась уже... весна!

Она во всём... Она под снегом,
Она - в живительных лучах
Тех глаз, что смотрят с томной негой.
И в шали... на твоих плечах.

Она в язвительных подсказках,
Что надо жизнь перелистать.
Она в стихах и в новых сказках,
Что снова хочется писать...

Весна тебе откроет вежды,
Одарит лаской... неземной,
Подарит счастье... и надежды,
И ты... останешься со мной!

И солнце запредельной негой
Окрасит пламенный восток.
И из сугроба, из-под снега...
В лесу... появится росток!

Всё будет, а пока что - вьюга
Тоскует, вьётся за окном...
А мы с тобой, моя подруга,
Молчим... о счастье неземном.

Весна приходит очень странно.
Мне трудно обо всём судить,
Но что так странно... и спонтанно
Опять зовёт нас дальше жить?
И ждать... и верить... и любить!

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 28.02.2012 в 10:24
СообщениеВесна приходит...



Весна приходит очень странно.
Ещё метели и снега,
И ветер дует непрестанно,
И за окном поёт пурга...

Ещё в душе зима засела,
Но ночь уже не так длинна.
Пусть спит пока душа... и тело,
Но родилась уже... весна!

Она во всём... Она под снегом,
Она - в живительных лучах
Тех глаз, что смотрят с томной негой.
И в шали... на твоих плечах.

Она в язвительных подсказках,
Что надо жизнь перелистать.
Она в стихах и в новых сказках,
Что снова хочется писать...

Весна тебе откроет вежды,
Одарит лаской... неземной,
Подарит счастье... и надежды,
И ты... останешься со мной!

И солнце запредельной негой
Окрасит пламенный восток.
И из сугроба, из-под снега...
В лесу... появится росток!

Всё будет, а пока что - вьюга
Тоскует, вьётся за окном...
А мы с тобой, моя подруга,
Молчим... о счастье неземном.

Весна приходит очень странно.
Мне трудно обо всём судить,
Но что так странно... и спонтанно
Опять зовёт нас дальше жить?
И ждать... и верить... и любить!

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 28.02.2012 в 10:24
valeri_rbДата: Вторник, 28.02.2012, 10:34 | Сообщение # 3
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Контакт.



Мотор заглох неожиданно и, выйдя из машины, Хелена увидела в ночном небе летающую тарелку. Светящийся голубоватый диск неспешно перемещался вдоль пустынной дороги на высоте нескольких десятков метров. Когда НЛО поравнялся с единственной на трассе машиной Хелы, направленный световой луч вырвал женщину из окружающего полумрака, мягко охватил её тело, приподнял над землёй и, будто по невидимой лесенке, плавно переместил вверх в объёмное брюхо космического корабля. Страха не было. Было удивление и какое-то необычное ощущение, будто чья-то сильная и надёжная рука несёт тебя, покачивая из стороны в сторону.

Приятного вида молодой человек представился Кибом, предложил Хелене, опущенной лучом в мягкое удобное кресло, чашку ароматного кофе и сообщил растерянной гостье, что хозяин звездолёта астронавт Максимилиан желает с ней побеседовать. Хела, хоть и считала себя решительной, самостоятельной и энергичной женщиной, занималась дайвингом и парашютным спортом, была окончательно сбита с толку в таких необычных обстоятельствах. На всякий случай она незаметно ущипнула себя за руку, допила кофе, призвала на помощь всю свою волю, интуицию и, подыгрывая смиренно стоявшему рядом Кибу, милым бархатным голосом сообщила, что она согласна на аудиенцию.

Максимилиан или Макс, как он представился, был типичным инопланетным жителем, точно таким, как их представляют себе земные фантасты. Крупная лысая голова на тщедушном теле, маленькие ручки и огромные зеленоватые глаза, придававшие его лицу умное и доброе выражение, чуть детское, несмотря на приплюснутый необычного вида немного крючковатый нос.

- Рад приветствовать Вас на борту моего корабля, прекрасная леди, - без малейшего акцента начал беседу пришелец из Космоса, - Приношу мои глубочайшие извинения за доставленные неудобства, но в других обстоятельствах Вы не смогли бы мне поверить до конца.

Реакция Хелы была несколько неожиданной для инопланетного гостя. Она посмотрела в глубокие чуть прищуренные с грустинкой глаза незнакомца, поняла, что её не будут резать на образцы, выворачивать наизнанку мозги и просвечивать тело рентгеном, встала с кресла, подошла к Максимилиану и зарыдала, уткнувшись носом в его тощую грудь и освобождаясь таким естественным для неё образом от накопившегося внутри напряжения. От неожиданности пришелец одной рукой обнял гостью за плечи, а другой попытался вытереть, удалить с её щёк крупные обильные слёзы.

Надо сказать, что он в первый раз видел не только такое искреннее проявление чувств, женские слёзы, но и вообще женщину как таковую. Много тысяч лет назад здесь же, на этой планете со странным названием Земля, его мудрые предки, предвидя вселенскую катастрофу, неминуемую гибель людей и всего живого, под руководством легендарного Ноя построили огромный космический корабль и переместились на одну из чудеснейших планет в соседней галактике.

Но произошло непредвиденное. В результате какой-то непонятной мутации у переселенцев перестали рождаться особи женского пола. Учёными умами был найден выход: дети из пробирки продолжили людской род, но, похоронив последнюю земную женщину, цивилизация стала чисто мужской. Изменить положение дел не смог никто. Слаб человеческий разум по сравнению с разумом Создателя!

И всё было бы не так плохо, но, по прошествии времени, лучшие представители мужского сообщества поняли, что цивилизации грозит гибель. Нет, рациональный мужской ум по-прежнему создавал чудеса техники, но потухшие глаза создателей, отсутствие желания творить что-то новое, а также участившиеся случаи суицида говорили о многом. Новые поколения людей, выращенные из единственной клетки мужского организма, всё больше напоминали киборгов, роботов, которые действовали строго по заложенной в них программе. Кстати, принявший Хелу Киб был киборгом.

Все эти и многие другие мысли, промелькнув в умной голове Макса, непостижимым образом передавались Хелене. Телепатический контакт был установлен, и женщина, немного успокоившись, вернулась к своему кофе, а Макс расположился рядом. Он не мог успокоиться от нахлынувших на него чувств. Нежные прикосновения его пальцев к лишённым малейших признаков растительности щекам Хелены, её слёзы, до сих пор ещё не высохшие на его руках, заставили беспристрастного мыслителя, лучшего представителя своей цивилизации совсем другими глазами посмотреть на порученную ему миссию. Древние, незнакомые, но всегда дремавшие в его груди чувства вдруг выплеснулись наружу и сломали все заранее приготовленные и отточенные, как острие ножа, мысли и планы.

Усилием воли подавив непредвиденную помеху, Максимилиан продолжил прерванный было безмолвный обмен мыслями со своей гостьей. Он рассказал, как, преодолевая апатию, горстка наиболее жизнеспособных и не поддавшихся деградации представителей их мужского рода по сохранившимся чертежам и описаниям воссоздали ковчег Ноя, чтобы вернуться туда, откуда прибыли их легендарные предки, на древнюю старушку Землю.

Вспоминая все подробности своего возвращения, Макс смотрел немигающим взглядом в восхитительные и неповторимые голубые глаза Хелы, видел, всей душой чувствовал, как она сопереживает, сочувствует несчастным одиноким космическим скитальцам, затерявшимся в необозримых просторах Вселенной.

Поддавшись чувству, она взяла в свои пухлые, мягкие, с наманикюренными ногтями руки кисть его худенькой, не способной на большие физические усилия, бледной, почти прозрачной руки. И именно в этот момент, осознав всё величие интеллекта и немощь плоти этого неземного существа, Хелена поняла, что никогда не сможет оставить его в беде. Искра, о которой так много и подробно писали многие поколения поэтов, промелькнула, пробежала между ними и воспламенила эти два столь непохожие, появившиеся на свет и выросшие невообразимо далеко друг от друга, но ставшие близкими и родными, сердца.

Уладив все свои домашние дела, Хелена отправилась с Максом на базу инопланетян, которая приземлилась во льдах Антарктиды, неподалёку от Южного полюса Земли. Просторные и комфортабельные помещения копии Ноева Ковчега приятно удивили земную гостью, а восхищению и преклонению перед её красотой и элегантностью инопланетных мужчин не было предела. И это понятно. Ведь Хела была первой женщиной в их жизни, которую они увидели и приняли в свою сугубо мужскую компанию.

Случилось всё это в канун Восьмого Марта, и обитатели корабля, впервые узнавшие о существовании этого замечательного праздника, осыпали избранницу Максимилиана подарками и поздравлениями. По настоянию Хелены, была сыграна первая за всю историю инопланетной цивилизации свадьба, а двадцать второго декабря 2012-го года по земному календарю Хела родила девочку - первую женщину древнего народа космических скитальцев. И эта дата стала точкой отсчёта Новой Эры наиновейшей истории нашей планеты.

Инопланетяне оказались умным, добрым и сплочённым народом, лишённым каких бы то ни было расовых предрассудков. За тысячелетия, проведённые вдали от матушки Земли, их цивилизация ушла далеко вперёд потому, что они не знали войн и внутренних конфликтов. И каждый, подобно Максимилиану, нашёл себе земную женщину, а дети, родившиеся от этих браков, составили ядро новой земной цивилизации; цивилизации людей: мудрых, добрых и справедливых.

Неправы оказались старейшины племени Майя, завершившие свой календарь в день рождения первой женщины в роду несчастных космических скитальцев. Конец Света не наступил, и история продлилась. Просто она пошла на новый виток спирали...


Валерий Рыбалкин
 
СообщениеКонтакт.



Мотор заглох неожиданно и, выйдя из машины, Хелена увидела в ночном небе летающую тарелку. Светящийся голубоватый диск неспешно перемещался вдоль пустынной дороги на высоте нескольких десятков метров. Когда НЛО поравнялся с единственной на трассе машиной Хелы, направленный световой луч вырвал женщину из окружающего полумрака, мягко охватил её тело, приподнял над землёй и, будто по невидимой лесенке, плавно переместил вверх в объёмное брюхо космического корабля. Страха не было. Было удивление и какое-то необычное ощущение, будто чья-то сильная и надёжная рука несёт тебя, покачивая из стороны в сторону.

Приятного вида молодой человек представился Кибом, предложил Хелене, опущенной лучом в мягкое удобное кресло, чашку ароматного кофе и сообщил растерянной гостье, что хозяин звездолёта астронавт Максимилиан желает с ней побеседовать. Хела, хоть и считала себя решительной, самостоятельной и энергичной женщиной, занималась дайвингом и парашютным спортом, была окончательно сбита с толку в таких необычных обстоятельствах. На всякий случай она незаметно ущипнула себя за руку, допила кофе, призвала на помощь всю свою волю, интуицию и, подыгрывая смиренно стоявшему рядом Кибу, милым бархатным голосом сообщила, что она согласна на аудиенцию.

Максимилиан или Макс, как он представился, был типичным инопланетным жителем, точно таким, как их представляют себе земные фантасты. Крупная лысая голова на тщедушном теле, маленькие ручки и огромные зеленоватые глаза, придававшие его лицу умное и доброе выражение, чуть детское, несмотря на приплюснутый необычного вида немного крючковатый нос.

- Рад приветствовать Вас на борту моего корабля, прекрасная леди, - без малейшего акцента начал беседу пришелец из Космоса, - Приношу мои глубочайшие извинения за доставленные неудобства, но в других обстоятельствах Вы не смогли бы мне поверить до конца.

Реакция Хелы была несколько неожиданной для инопланетного гостя. Она посмотрела в глубокие чуть прищуренные с грустинкой глаза незнакомца, поняла, что её не будут резать на образцы, выворачивать наизнанку мозги и просвечивать тело рентгеном, встала с кресла, подошла к Максимилиану и зарыдала, уткнувшись носом в его тощую грудь и освобождаясь таким естественным для неё образом от накопившегося внутри напряжения. От неожиданности пришелец одной рукой обнял гостью за плечи, а другой попытался вытереть, удалить с её щёк крупные обильные слёзы.

Надо сказать, что он в первый раз видел не только такое искреннее проявление чувств, женские слёзы, но и вообще женщину как таковую. Много тысяч лет назад здесь же, на этой планете со странным названием Земля, его мудрые предки, предвидя вселенскую катастрофу, неминуемую гибель людей и всего живого, под руководством легендарного Ноя построили огромный космический корабль и переместились на одну из чудеснейших планет в соседней галактике.

Но произошло непредвиденное. В результате какой-то непонятной мутации у переселенцев перестали рождаться особи женского пола. Учёными умами был найден выход: дети из пробирки продолжили людской род, но, похоронив последнюю земную женщину, цивилизация стала чисто мужской. Изменить положение дел не смог никто. Слаб человеческий разум по сравнению с разумом Создателя!

И всё было бы не так плохо, но, по прошествии времени, лучшие представители мужского сообщества поняли, что цивилизации грозит гибель. Нет, рациональный мужской ум по-прежнему создавал чудеса техники, но потухшие глаза создателей, отсутствие желания творить что-то новое, а также участившиеся случаи суицида говорили о многом. Новые поколения людей, выращенные из единственной клетки мужского организма, всё больше напоминали киборгов, роботов, которые действовали строго по заложенной в них программе. Кстати, принявший Хелу Киб был киборгом.

Все эти и многие другие мысли, промелькнув в умной голове Макса, непостижимым образом передавались Хелене. Телепатический контакт был установлен, и женщина, немного успокоившись, вернулась к своему кофе, а Макс расположился рядом. Он не мог успокоиться от нахлынувших на него чувств. Нежные прикосновения его пальцев к лишённым малейших признаков растительности щекам Хелены, её слёзы, до сих пор ещё не высохшие на его руках, заставили беспристрастного мыслителя, лучшего представителя своей цивилизации совсем другими глазами посмотреть на порученную ему миссию. Древние, незнакомые, но всегда дремавшие в его груди чувства вдруг выплеснулись наружу и сломали все заранее приготовленные и отточенные, как острие ножа, мысли и планы.

Усилием воли подавив непредвиденную помеху, Максимилиан продолжил прерванный было безмолвный обмен мыслями со своей гостьей. Он рассказал, как, преодолевая апатию, горстка наиболее жизнеспособных и не поддавшихся деградации представителей их мужского рода по сохранившимся чертежам и описаниям воссоздали ковчег Ноя, чтобы вернуться туда, откуда прибыли их легендарные предки, на древнюю старушку Землю.

Вспоминая все подробности своего возвращения, Макс смотрел немигающим взглядом в восхитительные и неповторимые голубые глаза Хелы, видел, всей душой чувствовал, как она сопереживает, сочувствует несчастным одиноким космическим скитальцам, затерявшимся в необозримых просторах Вселенной.

Поддавшись чувству, она взяла в свои пухлые, мягкие, с наманикюренными ногтями руки кисть его худенькой, не способной на большие физические усилия, бледной, почти прозрачной руки. И именно в этот момент, осознав всё величие интеллекта и немощь плоти этого неземного существа, Хелена поняла, что никогда не сможет оставить его в беде. Искра, о которой так много и подробно писали многие поколения поэтов, промелькнула, пробежала между ними и воспламенила эти два столь непохожие, появившиеся на свет и выросшие невообразимо далеко друг от друга, но ставшие близкими и родными, сердца.

Уладив все свои домашние дела, Хелена отправилась с Максом на базу инопланетян, которая приземлилась во льдах Антарктиды, неподалёку от Южного полюса Земли. Просторные и комфортабельные помещения копии Ноева Ковчега приятно удивили земную гостью, а восхищению и преклонению перед её красотой и элегантностью инопланетных мужчин не было предела. И это понятно. Ведь Хела была первой женщиной в их жизни, которую они увидели и приняли в свою сугубо мужскую компанию.

Случилось всё это в канун Восьмого Марта, и обитатели корабля, впервые узнавшие о существовании этого замечательного праздника, осыпали избранницу Максимилиана подарками и поздравлениями. По настоянию Хелены, была сыграна первая за всю историю инопланетной цивилизации свадьба, а двадцать второго декабря 2012-го года по земному календарю Хела родила девочку - первую женщину древнего народа космических скитальцев. И эта дата стала точкой отсчёта Новой Эры наиновейшей истории нашей планеты.

Инопланетяне оказались умным, добрым и сплочённым народом, лишённым каких бы то ни было расовых предрассудков. За тысячелетия, проведённые вдали от матушки Земли, их цивилизация ушла далеко вперёд потому, что они не знали войн и внутренних конфликтов. И каждый, подобно Максимилиану, нашёл себе земную женщину, а дети, родившиеся от этих браков, составили ядро новой земной цивилизации; цивилизации людей: мудрых, добрых и справедливых.

Неправы оказались старейшины племени Майя, завершившие свой календарь в день рождения первой женщины в роду несчастных космических скитальцев. Конец Света не наступил, и история продлилась. Просто она пошла на новый виток спирали...

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 28.02.2012 в 10:34
СообщениеКонтакт.



Мотор заглох неожиданно и, выйдя из машины, Хелена увидела в ночном небе летающую тарелку. Светящийся голубоватый диск неспешно перемещался вдоль пустынной дороги на высоте нескольких десятков метров. Когда НЛО поравнялся с единственной на трассе машиной Хелы, направленный световой луч вырвал женщину из окружающего полумрака, мягко охватил её тело, приподнял над землёй и, будто по невидимой лесенке, плавно переместил вверх в объёмное брюхо космического корабля. Страха не было. Было удивление и какое-то необычное ощущение, будто чья-то сильная и надёжная рука несёт тебя, покачивая из стороны в сторону.

Приятного вида молодой человек представился Кибом, предложил Хелене, опущенной лучом в мягкое удобное кресло, чашку ароматного кофе и сообщил растерянной гостье, что хозяин звездолёта астронавт Максимилиан желает с ней побеседовать. Хела, хоть и считала себя решительной, самостоятельной и энергичной женщиной, занималась дайвингом и парашютным спортом, была окончательно сбита с толку в таких необычных обстоятельствах. На всякий случай она незаметно ущипнула себя за руку, допила кофе, призвала на помощь всю свою волю, интуицию и, подыгрывая смиренно стоявшему рядом Кибу, милым бархатным голосом сообщила, что она согласна на аудиенцию.

Максимилиан или Макс, как он представился, был типичным инопланетным жителем, точно таким, как их представляют себе земные фантасты. Крупная лысая голова на тщедушном теле, маленькие ручки и огромные зеленоватые глаза, придававшие его лицу умное и доброе выражение, чуть детское, несмотря на приплюснутый необычного вида немного крючковатый нос.

- Рад приветствовать Вас на борту моего корабля, прекрасная леди, - без малейшего акцента начал беседу пришелец из Космоса, - Приношу мои глубочайшие извинения за доставленные неудобства, но в других обстоятельствах Вы не смогли бы мне поверить до конца.

Реакция Хелы была несколько неожиданной для инопланетного гостя. Она посмотрела в глубокие чуть прищуренные с грустинкой глаза незнакомца, поняла, что её не будут резать на образцы, выворачивать наизнанку мозги и просвечивать тело рентгеном, встала с кресла, подошла к Максимилиану и зарыдала, уткнувшись носом в его тощую грудь и освобождаясь таким естественным для неё образом от накопившегося внутри напряжения. От неожиданности пришелец одной рукой обнял гостью за плечи, а другой попытался вытереть, удалить с её щёк крупные обильные слёзы.

Надо сказать, что он в первый раз видел не только такое искреннее проявление чувств, женские слёзы, но и вообще женщину как таковую. Много тысяч лет назад здесь же, на этой планете со странным названием Земля, его мудрые предки, предвидя вселенскую катастрофу, неминуемую гибель людей и всего живого, под руководством легендарного Ноя построили огромный космический корабль и переместились на одну из чудеснейших планет в соседней галактике.

Но произошло непредвиденное. В результате какой-то непонятной мутации у переселенцев перестали рождаться особи женского пола. Учёными умами был найден выход: дети из пробирки продолжили людской род, но, похоронив последнюю земную женщину, цивилизация стала чисто мужской. Изменить положение дел не смог никто. Слаб человеческий разум по сравнению с разумом Создателя!

И всё было бы не так плохо, но, по прошествии времени, лучшие представители мужского сообщества поняли, что цивилизации грозит гибель. Нет, рациональный мужской ум по-прежнему создавал чудеса техники, но потухшие глаза создателей, отсутствие желания творить что-то новое, а также участившиеся случаи суицида говорили о многом. Новые поколения людей, выращенные из единственной клетки мужского организма, всё больше напоминали киборгов, роботов, которые действовали строго по заложенной в них программе. Кстати, принявший Хелу Киб был киборгом.

Все эти и многие другие мысли, промелькнув в умной голове Макса, непостижимым образом передавались Хелене. Телепатический контакт был установлен, и женщина, немного успокоившись, вернулась к своему кофе, а Макс расположился рядом. Он не мог успокоиться от нахлынувших на него чувств. Нежные прикосновения его пальцев к лишённым малейших признаков растительности щекам Хелены, её слёзы, до сих пор ещё не высохшие на его руках, заставили беспристрастного мыслителя, лучшего представителя своей цивилизации совсем другими глазами посмотреть на порученную ему миссию. Древние, незнакомые, но всегда дремавшие в его груди чувства вдруг выплеснулись наружу и сломали все заранее приготовленные и отточенные, как острие ножа, мысли и планы.

Усилием воли подавив непредвиденную помеху, Максимилиан продолжил прерванный было безмолвный обмен мыслями со своей гостьей. Он рассказал, как, преодолевая апатию, горстка наиболее жизнеспособных и не поддавшихся деградации представителей их мужского рода по сохранившимся чертежам и описаниям воссоздали ковчег Ноя, чтобы вернуться туда, откуда прибыли их легендарные предки, на древнюю старушку Землю.

Вспоминая все подробности своего возвращения, Макс смотрел немигающим взглядом в восхитительные и неповторимые голубые глаза Хелы, видел, всей душой чувствовал, как она сопереживает, сочувствует несчастным одиноким космическим скитальцам, затерявшимся в необозримых просторах Вселенной.

Поддавшись чувству, она взяла в свои пухлые, мягкие, с наманикюренными ногтями руки кисть его худенькой, не способной на большие физические усилия, бледной, почти прозрачной руки. И именно в этот момент, осознав всё величие интеллекта и немощь плоти этого неземного существа, Хелена поняла, что никогда не сможет оставить его в беде. Искра, о которой так много и подробно писали многие поколения поэтов, промелькнула, пробежала между ними и воспламенила эти два столь непохожие, появившиеся на свет и выросшие невообразимо далеко друг от друга, но ставшие близкими и родными, сердца.

Уладив все свои домашние дела, Хелена отправилась с Максом на базу инопланетян, которая приземлилась во льдах Антарктиды, неподалёку от Южного полюса Земли. Просторные и комфортабельные помещения копии Ноева Ковчега приятно удивили земную гостью, а восхищению и преклонению перед её красотой и элегантностью инопланетных мужчин не было предела. И это понятно. Ведь Хела была первой женщиной в их жизни, которую они увидели и приняли в свою сугубо мужскую компанию.

Случилось всё это в канун Восьмого Марта, и обитатели корабля, впервые узнавшие о существовании этого замечательного праздника, осыпали избранницу Максимилиана подарками и поздравлениями. По настоянию Хелены, была сыграна первая за всю историю инопланетной цивилизации свадьба, а двадцать второго декабря 2012-го года по земному календарю Хела родила девочку - первую женщину древнего народа космических скитальцев. И эта дата стала точкой отсчёта Новой Эры наиновейшей истории нашей планеты.

Инопланетяне оказались умным, добрым и сплочённым народом, лишённым каких бы то ни было расовых предрассудков. За тысячелетия, проведённые вдали от матушки Земли, их цивилизация ушла далеко вперёд потому, что они не знали войн и внутренних конфликтов. И каждый, подобно Максимилиану, нашёл себе земную женщину, а дети, родившиеся от этих браков, составили ядро новой земной цивилизации; цивилизации людей: мудрых, добрых и справедливых.

Неправы оказались старейшины племени Майя, завершившие свой календарь в день рождения первой женщины в роду несчастных космических скитальцев. Конец Света не наступил, и история продлилась. Просто она пошла на новый виток спирали...

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 28.02.2012 в 10:34
Влюблённая_в_летоДата: Среда, 29.02.2012, 00:22 | Сообщение # 4
Старейшина
Группа: Вождь
Сообщений: 4426
Награды: 51
Репутация: 297
Статус: Offline
С новосельем, Валерий) flowers

Галина Каюмова
Моя творческая страничка на Острове
--------------------------
 
СообщениеС новосельем, Валерий) flowers

Автор - Влюблённая_в_лето
Дата добавления - 29.02.2012 в 00:22
СообщениеС новосельем, Валерий) flowers

Автор - Влюблённая_в_лето
Дата добавления - 29.02.2012 в 00:22
ФеликсДата: Среда, 29.02.2012, 09:01 | Сообщение # 5
Старейшина
Группа: Шаман
Сообщений: 5136
Награды: 53
Репутация: 314
Статус: Offline
valeri_rb, "Контакт" good Очень светлый рассказ). Пусть в Вашем новом доме будет побольше таких). С новосельем).
 
Сообщениеvaleri_rb, "Контакт" good Очень светлый рассказ). Пусть в Вашем новом доме будет побольше таких). С новосельем).

Автор - Феликс
Дата добавления - 29.02.2012 в 09:01
Сообщениеvaleri_rb, "Контакт" good Очень светлый рассказ). Пусть в Вашем новом доме будет побольше таких). С новосельем).

Автор - Феликс
Дата добавления - 29.02.2012 в 09:01
SAMOLIANДата: Среда, 29.02.2012, 11:19 | Сообщение # 6
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 1194
Награды: 19
Репутация: 101
Статус: Offline
Quote (valeri_rb)
И солнце запредельной негой
Окрасит пламенный восток.
И из сугроба, из-под снега...
В лесу... появится росток!
hlop

С прибытием на остров! Уверена, что здесь Вы придётесь ко двору!


nvassiljeva
 
Сообщение
Quote (valeri_rb)
И солнце запредельной негой
Окрасит пламенный восток.
И из сугроба, из-под снега...
В лесу... появится росток!
hlop

С прибытием на остров! Уверена, что здесь Вы придётесь ко двору!

Автор - SAMOLIAN
Дата добавления - 29.02.2012 в 11:19
Сообщение
Quote (valeri_rb)
И солнце запредельной негой
Окрасит пламенный восток.
И из сугроба, из-под снега...
В лесу... появится росток!
hlop

С прибытием на остров! Уверена, что здесь Вы придётесь ко двору!

Автор - SAMOLIAN
Дата добавления - 29.02.2012 в 11:19
valeri_rbДата: Понедельник, 05.03.2012, 14:59 | Сообщение # 7
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Спасибо за поздравления и одобрение. Рад новоселью, буду стараться.

Валерий Рыбалкин
 
СообщениеСпасибо за поздравления и одобрение. Рад новоселью, буду стараться.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 05.03.2012 в 14:59
СообщениеСпасибо за поздравления и одобрение. Рад новоселью, буду стараться.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 05.03.2012 в 14:59
valeri_rbДата: Понедельник, 05.03.2012, 15:24 | Сообщение # 8
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline


Полярная звезда.

Ну, вот и пройдена последняя черта -
Наш Рубикон... холодною весною.
Ещё жива народная мечта
О счастье... под Полярною звездою!

Как высоко сияет та звезда...
В бездонном чёрном небе над Землёю.
А жизнь не изменилась, как всегда,
Как Волга... скованная ледяной бронёю.

Броня крепка, как лагерный замок.
Не сбить её и не прогрызть зубами!
И жив ещё классический "совок",
Что никогда... не шевелит мозгами!

Ему тепло под этою бронёй.
Течёт он медленно... куда прикажут.
Он не желает видеть бурю над собой
И верит в сказки, что ему расскажут!

Но холодна... Полярная звезда,
И не растопит лёд она лучами.
Неужто этот панцирь навсегда...
Поработил нас, чтобы мы молчали?

Но верю... верю, что придёт весна.
И потекут ручьи, и загрохочут льдины!
И разольётся Волга, и помчит она,
Не знающая глупой середины!

И солнечною яркою весной,
Которая придёт (не знаю, правда, даты)
Мы посмеёмся над Полярною звездой,
Которой... слепо... верили... когда-то!


Валерий Рыбалкин
 
Сообщение

Полярная звезда.

Ну, вот и пройдена последняя черта -
Наш Рубикон... холодною весною.
Ещё жива народная мечта
О счастье... под Полярною звездою!

Как высоко сияет та звезда...
В бездонном чёрном небе над Землёю.
А жизнь не изменилась, как всегда,
Как Волга... скованная ледяной бронёю.

Броня крепка, как лагерный замок.
Не сбить её и не прогрызть зубами!
И жив ещё классический "совок",
Что никогда... не шевелит мозгами!

Ему тепло под этою бронёй.
Течёт он медленно... куда прикажут.
Он не желает видеть бурю над собой
И верит в сказки, что ему расскажут!

Но холодна... Полярная звезда,
И не растопит лёд она лучами.
Неужто этот панцирь навсегда...
Поработил нас, чтобы мы молчали?

Но верю... верю, что придёт весна.
И потекут ручьи, и загрохочут льдины!
И разольётся Волга, и помчит она,
Не знающая глупой середины!

И солнечною яркою весной,
Которая придёт (не знаю, правда, даты)
Мы посмеёмся над Полярною звездой,
Которой... слепо... верили... когда-то!

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 05.03.2012 в 15:24
Сообщение

Полярная звезда.

Ну, вот и пройдена последняя черта -
Наш Рубикон... холодною весною.
Ещё жива народная мечта
О счастье... под Полярною звездою!

Как высоко сияет та звезда...
В бездонном чёрном небе над Землёю.
А жизнь не изменилась, как всегда,
Как Волга... скованная ледяной бронёю.

Броня крепка, как лагерный замок.
Не сбить её и не прогрызть зубами!
И жив ещё классический "совок",
Что никогда... не шевелит мозгами!

Ему тепло под этою бронёй.
Течёт он медленно... куда прикажут.
Он не желает видеть бурю над собой
И верит в сказки, что ему расскажут!

Но холодна... Полярная звезда,
И не растопит лёд она лучами.
Неужто этот панцирь навсегда...
Поработил нас, чтобы мы молчали?

Но верю... верю, что придёт весна.
И потекут ручьи, и загрохочут льдины!
И разольётся Волга, и помчит она,
Не знающая глупой середины!

И солнечною яркою весной,
Которая придёт (не знаю, правда, даты)
Мы посмеёмся над Полярною звездой,
Которой... слепо... верили... когда-то!

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 05.03.2012 в 15:24
valeri_rbДата: Понедельник, 05.03.2012, 16:37 | Сообщение # 9
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline


Хамелеоны.

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ...
Эти строки написал М. Ю. Лермонтов, отправляясь на Кавказ. Голубые мундиры - это царские чиновники времён Николая Первого, быт и нравы которых описал Н. В. Гоголь в своей комедии "Ревизор".

ХАМЕЛЕОНЫ (Почти по Чехову)
Вокзальная платформа гудела как потревоженный пчелиный рой. Вот-вот должна была подойти электричка и унести сотни людей за город к их родным шести соткам с картошкой, капустой, смородиной и всем-всем, что даёт не очень щедрая наша земля. Канули в Лету грозовые девяностые с бандитскими разборками и штурмом электричек. На дворе стоял 200Х год, и платформа была заполнена, в основном, пожилыми людьми, одетыми по-походному, кто во что горазд, не богато.
Володя быстрым шагом пересекал железнодорожный мост. Одет он был в старую, видавшую виды болоньевую куртку, в потертые, но чистенькие брюки, а голову венчала когда-то молодёжная, а теперь всенародная шапка-чепчик. Бородка с проседью выдавала не очень молодой Володин возраст. Следом за ним негромко громыхала старенькая тележка - "народный автомобиль", как её окрестили за то, что она стала массовой намного раньше обещанного народу автомобиля "Ока". Володя спешил. Ещё надо было зайти в здание вокзала,
чтобы посмотреть, есть ли сегодня "окна" - отменённые электрички. Чтобы не терять времени, обходя вокзал по мосту, он спустился сразу на вторую платформу, привычно пересёк первый путь и поспешил в здание вокзала к кассам. Судорожно просматривая вывешенные в кассовом окошке объявления, Володя вдруг почувствовал, что на его плечо легла чья-то тяжёлая рука. Оглянувшись, он увидел молодого, но крепкого сержанта милиции...

У прапорщика Служилкина с утра раскалывалась голова. Вчера они с ребятами отмечали день рождения. Было хорошо, весело, вот только конец праздника Служилкин помнил не совсем чётко. Он кого-то провожал, его провожали. Потом зашли в круглосуточный "чепок"... Дальше провал в памяти. А сегодня с утра, как назло, должен приехать майор из управления милиции для проведения одного из тех скучнейших совещаний, на которых невозможно не заснуть. В кармане перекатывалась какая-то мелочь, на которую невозможно поправить больную голову. У подчинённых тоже,он знал, ни копья. Ведь пили-то вчера вместе... И прапорщик решил, была - не была, действовать по отработанному, но строго - настрого запрещённому начальством сценарию.
Подозвав к себе сержанта, Служилкин твёрдо, по военному, сказал : "Сержант, иди ищи хулигана." И, увидев в глазах подчинённого возражение, добавил : "Ничего, не бойся. Давай, только быстро." Сержант по опыту знал, что возражать старшему по званию, тем более Служилкину, бесполезно. И, подумав о своей тоже мутноватой после вчерашнего голове, вышел из милицейской комнаты. Ждать пришлось недолго. Бородатый мужик, как ни в чём ни бывало, пересекал первый путь, прыгая по платформам. Потом пошёл к кассам. Сержант, не спеша, подошёл к нему сзади и положил на плечо "хулигана" руку. "Сержант Иванов! - сказал он негромко, но веско. - Вы перешли железную дорогу в неположенном месте. Пройдёмте со мной." И, не давая опомниться, повёл Володю в милицейскую комнату.

В комнате за столом сидел Служилкин. Глядя на Володю, как на нашкодившего школьника, он сказал веско, значимо, отливая каждое слово как бы из свинца : "Значит, нарушаем! А ну - ка всё из карманов - на стол." Глаза Служилкина как -то потемнели, и взгляд его стал похож на взгляд удава, гипнотизирующего кролика. Володя не готов был к таким спецэффектам, и руки его сами потянулись к карманам. На столе перед прапорщиком появились: заводской пропуск, не первой свежести носовой платок, ключи и, наконец, самое главное - потёртый кошелёк, в котором лежала Володина заначка - 50 рублей. По инерции Володя хотел ещё достать мелочь из заднего кармана, но то ли опомнился, то ли ослабел гипнотический взгляд Служилкина, и рука его повисла в воздухе. Прапорщик первым делом открыл кошелёк, увидел полтинную купюру и, снова глядя на задержанного своим фирменным взглядом, изрёк : "За переход железной дороги в неположенном месте Вы оштрафованы на пятьдесят рублей."

По своему горькому опыту, приобретённому во время предыдущих столкновений с властями, и, конкретно, с милицией, Володя знал, что сопротивление в подобной ситуации не только бесполезно, но ещё и чревато, как говорят, далеко идущими последствиями. Грозовые девяностые годы превратили доблестную милицию в, образно говоря, раковую опухоль на теле нашей многострадальной Родины. Один тот факт, что, не имея достаточно средств к существованию, подобно бандитам, милиционеры крышевали торговцев на рынке, собирали с них дань, говорит о многом. Конечно, времена меняются, но если человек однажды почувствовал безнаказанность, почувствовал, как перед ним дрожит от страха другой человек, почувствовал себя властелином, ему трудно остаться нравственным человеком. Особенно если он таковым никогда и не был.
Покорно следуя командам прапорщика, Володя открыл лежащий на столе кошелёк, достал из него
полтинник, отдал его Служилкину и положил пустой кошелёк в карман. Довольная ухмылка на мгновение исказила до этой минуты непроницаемое лицо прапора. Но дело ещё не было сделано. Служилкин переписал из пропуска Володины данные и вернул оставшиеся вещи со словами : "Если нужен корешок квитанции - подождите в коридоре." "До свидания", - как - то автоматически сказал Володя. Повернулся и пошёл к двери. "До свидания ... хулиган! ", - уже в коридоре услышал он издевательское слово. Это была последняя капля.
Володя был разбит, раздавлен, уничтожен. Его человеческое достоинство было втоптано в грязь. Всю жизнь его более или мене явно унижали. Он научился пропускать через себя хамство так, что в душе почти не оставалось осадка. Будучи уже совершеннолетним, он овладел матерными оборотами, чтобы хоть как - то противостоять Его Величеству ХАМСТВУ, но ни победить его, ни привыкнуть к этому поистине вселенскому злу он не мог никогда... Не разбирая дороги, Володя шёл куда глаза глядят. Лишь бы подальше от этой душной комнаты, от этих выродков.
А в это время прапорщик Служилкин с важным видом поучал сержанта : "Видишь, как всё просто! Главное - не дать ему опомниться. Задавить так, чтобы не смог слова сказать, чтобы не пикнул. И, конечно, последняя фраза. Ты видел как он вылетел? Как пробка из бутылки. А бутылка нам осталась. И заметь - совсем не пустая! " Прапорщик ещё долго поучал бы сержанта как "разводить хулиганов", но на горизонте стали появляться сослуживцы, которые собирались на другую учёбу. Из управления должен был приехать представитель и провести очередной семинар на тему "О борьбе с преступностью".

Ласковый майский ветерок и яркие солнечные лучи сделали, наконец, своё дело. Володя остановился и осмотрелся. Оказывается, поезд он пропустил, а ноги сами понесли его в сторону дома. На душе было мерзопакостно. Как он, зрелый мужчина, мог допустить, чтобы с ним обращались таким образом? Где было его чувство собственного достоинства? Почему он не сказал ни слова?... Рабы! Страна тысячелетнего рабства!
Как трудно порой подавить этот страх перед "всемогущим" хозяином! Как трудно выдавить из себя раба! А что можно было сделать? "Ни-че-го",- почти вслух сказал Володя. Действительно, если тебя задерживает представитель власти, лучше не трепыхаться, а делать то, что тебе говорят. Иначе можно схлопотать по почкам, по печени... Да мало ли у них этих подлых приёмчиков.

Володя вдруг вспомнил, как однажды его "наказал" пожарный инспектор. Дело было утром. Володю разбудил звонок в дверь. Пожарный представился и попросил разрешения войти. Получив разрешение, он без разговоров полез выкручивать электрические пробки. Найдя внутри одной из пробок так называемый "жучок", бесцеремонно сел за стол составлять акт. Володя пытался убедить его, что для пожарной безопасности достаточно одной пробки, что "жучок" был из калиброванной проволоки. Всё было бесполезно. Пожарный выписал штрафную квитанцию и удалился. Володя, как добропорядочный гражданин, заплатил по этой квитанции 8% своего месячного заработка, а через месяц к нему на работу пришла ещё одна квитанция из пожарной охраны на ту же сумму. И если бы опытная женщина - бухгалтер не вызвала Володю, а деньги перевели бы на счёт пожарной охраны, то вернуть их оттуда было бы практически невозможно. Одного Володиного знакомого поймал лесник, когда тот собирал грибы в соседнем лесу - заповеднике. И с него тоже взяли штраф дважды. Деньги так и не вернулись из "лесной" конторы, а знакомый остался, как говорят, при своём интересе.

"Стоп! ", - вдруг подумал Володя и действительно остановился, да так резко, что тележка больно наехала на пятку. Он вспомнил, что не взял в милиции штрафную квитанцию. Придётся возвращаться, а то могут оштрафовать ещё раз. Так не хотелось опять смотреть на эти казённые рожи, которые только что издевались над ним, но Володя взял себя в руки и двинулся в сторону милиции. Подходя к участку, он заметил, что обстановка существенно изменилась. Появилось несколько новых персонажей в милицейской форме, и самым старшим по званию среди них был капитан. Володя подошёл к нему и, зная по опыту, что самый короткий путь - через начальство, сообщил, что двадцать минут назад его оштрафовали, и он хотел бы получить квитанцию. Капитан подозвал к себе "Володиного" прапорщика и с минуту о чём - то с ним разговаривал. Потом обернулся к Володе и попросил его подождать в коридоре. Через несколько минут он вышел к Володе и, слегка смущаясь, сказал, что не может отдать ему квитанцию, так как Володя ушёл, и квитанцию пришлось порвать.

"Как порвали? - удивился Володя. - Мне она нужна. Я заплатил деньги, так что дайте мне, пожалуйста, квитанцию. А где обрывки? Их можно склеить." Капитан на несколько минут вернулся в дежурку, и вышел оттуда с мусорной корзиной, в которой среди другого мусора лежали обрывки квитанции настолько мелкие, что на разборку и склеивание их могло уйти несколько часов. "Да, потрудились на славу! " - подумал Володя. А капитан, как бы по - товарищески обращаясь к Володе, сказал : "Видите, нет её. Да зачем она Вам нужна? Заплатили - и заплатили. Идите домой. " Пришлось объяснять, что без квитанции хитромудрая милицейская бухгалтерия может взять деньги по этому штрафу ещё раз, что ничего тут не поделаешь, если нет на руках квитанции. Капитан нахмурился и сказал : "Хорошо, подождите. Мне сейчас некогда." И Володя сел на скамейку в прихожей ждать.

Ожидание - это вообще свойственное для советского, а теперь и российского человека состояние. Зимой ждали лета, летом - зиму. Ждали когда подойдёт очередь на квартиру, детский сад, путёвку в дом отдыха. Ждали в очереди на ковёр. Ходили по определённым дням недели "переписываться" к магазину. Вычёркивали из списка тех, кто по какой - то причине не пришёл отметиться в "ковровой" очереди. Ждали опоздавшую на несколько часов электричку. Ждали в "живых" очередях за продуктами, за промтоварами, за билетами на поезд, простаивая по часу, по два и более. А какие были очереди!
Володя вспомнил, как однажды в конце декабря во времена горбачёвской перестройки в самый разгар "сухого закона" он решил купить бутылку водки к Новому Году. Водку продавали в небольшом киоске - ларьке с крохотным окошком. Над окошком был небольшой навес. Металлические решётки в окне - обычное дело для винно - водочного магазина того времени. К одиннадцати часам, к открытию магазина толпа трезвых и не очень трезвых мужчин стояла плотными рядами. Каждый старался протиснуться к заветному окошку. Наконец ровно в одиннадцать часов, согласно законодательству, окошко открылось, и первый счастливчик, протолпившийся и поэтому красный, будто после бани, с широкой улыбкой и прижатыми к телу бутылками выбрался из толпы. Но на этом счастье избранных одиночек кончилось. С десяток "мужиков", построившись, как во времена Александра Невского, "свиньёй", атаковали бедный ларёк.

Остальным претендентам на вожделенный приз здесь больше нечего было делать. Они только пытались протиснуться как можно ближе к "свинье", что тоже было непросто. Тем временем "легионер", находившийся во главе угла "свиньи", повис вверх ногами на козырьке над окошком, достал из кармана деньги и сунул их в окошко продавщице. Трёхэтажный мат десятков жаждущих глоток взлетел в холодное декабрьское небо. Но против силы, как всегда, ничего нельзя было сделать. Тем временем продавщица пересчитала замызганные деньги "легионеров", и последние, как школьники, хором начали отсчёт: "Одна, две, три, четыре..." Бутылки по цепочке передавались прочь из толпы и складывались в объёмную сумку. На сорок каком - то счёте "свинья" резко, как один человек, отхлынула от прилавка. "Легионер", висевший на козырьке, упал на землю вверх ногами и был зафиксирован в таком акробатическом состоянии. Чертыхась, немного помятый, но довольный, он ползком выполз из - под ног звереющей толпы и сразу же направился получать свою долю "огненной воды". Володя понял, что делать здесь больше нечего, и двинулся по направлению к дому.
Вдруг медленное течение Володиных мыслей прервало какое - то оживление и движение. В комнате милиции уже собралось с десяток милицейских чинов, и все они во главе с капитаном разом вышли и направились куда - то по коридору. Остался один только дежурный - молоденький сержант. Володя ещё минут десять подождал, встал и подошёл к сержанту. "Скажите, пожалуйста, - спросил он, - а куда это все ушли? Мне надо поговорить с капитаном". Сержант ответил, что из центра приехал майор, женщина, которая проводит учёбу, а пошли они все в большой кабинет за углом налево. "Так, - подумал Володя, - а не совместить ли мне приятное с полезным? А не устроить ли здесь небольшой цирк?" И он приступил к реализации задуманного.

Придав своему лицу соответствующее выражение, захватив с собой тележку, Володя постучал в учебную комнату и тут же вошёл. Не дав никому опомниться, он сразу обратился к капитану: "Извините, я заплатил штраф, а квитанцию мне так и не дали. Я уже давно..." Капитан, как и надеялся Володя, среагировал с запозданием: "Извините, я сейчас занят. Выйдите из комнаты." Но приезжий майор - женщина парировала: "Подождите, что Вы сказали?" Володя объяснил, что его оштрафовали, что прапорщик - тут он многозначительно посмотрел на Служилкина - просил его подождать, пока выпишет квитанцию, и что квитанцию он до сих пор не может получить, хотя ждёт давно. Теперь уже женщина попросила Володю подождать в коридоре. Он вышел. Что же, ждать - не привыкать. Когда минут через пять его позвали снова, то первое, что ему бросилось в глаза, - красный, как рак варёный, сержант, который брал "хулигана". Прапорщик был спокоен, но глаза его как - то по звериному едва заметно бегали.
"Почему Вы ушли, а потом вернулись?" - с порога спросил капитан. "Я вернулся быстро, минут через пятнадцать. И я не говорил,что мне не нужна квитанция", - ответил Володя. "А зачем Вам вообще нужна эта квитанция?" - вмешалась женщина. Володя снова терпеливо объяснил, что без квитанции его могут оштрафовать два раза. Наступила короткая пауза. Ярко - розовое лицо сержанта заметно опустилось к полу. Прапорщик какими - то неживыми глазами смотрел на Володю и из его сжатых губ доносился даже не шёпот, а какое - то шипение: "Откуда ты взялся на мою больную голову? И что тебе тут надо? Шёл бы ты отсюда!" Голова его по - прежнему раскалывалась, а теперь ещё и закружилась от бессильной злобы. И в этой больной голове никак не укладывалось, что какой - то "хулиган", эта жертва, которая совсем недавно послушно выполняла все его приказания, это ничтожество стоит тут и пытается его, прапорщика Служилкина, его, прошедшего огни и воды, наказать за то, что он проделывал многократно и уже привык считать своей привилегией. Он с удовольствием разорвал бы сейчас Володю на мелкие кусочки, но приходилось терпеть, и Служилкин, подавляя ярость, невидящими глазами уставился в угол.

Капитан, тоже не на шутку взволнованный, сказал, что квитанция уничтожена, а чтобы выписать новую, надо заплатить ещё пятьдесят рублей. На такие жертвы, конечно, никто из присутствующих пойти не мог. И Володя предложил: "Тогда дайте мне, пожалуйста, справку, что я был оштрафован на такую - то сумму." "Хорошо, - сказал капитан, - мы это обсудим. А Вы пока подождите в коридоре". Но даже выйдя из кабинета, Володя слышал, как за дверью продолжали бушевать страсти. Громче всех звучал высокий, но властный голос женщины - майора. Возмущённый голос капитана отчитывал подчинённых, одновременно пытаясь возражать женщине. Сержант молчал, но прапорщик что - то говорил в своё оправдание, поминутно прерываемый капитаном. Наконец всё стихло. Капитан вышел в коридор и, протянув Володе бумагу, сказал: "Вот, если нужна печать - зайдите в управление. И вообще, зря Вы всё это затеяли. Никто Вас во второй раз штрафовать не будет. Надо верить людям".

"Доверяй, но проверяй", - подумал Володя, уже отойдя на небольшое расстояние от милиции. Достав бумагу, он внимательно её прочитал. Всё было написано верно, внизу стояла подпись капитана, но даты не было. "Хамелеоны! Волки в овечьей шкуре! Без даты бумага не действительна! Вот тебе и доверяй! И потом, неужели этот капитан не знает и не догадывается, что вытвотворяют подчинённые за его спиной?", - думал Володя. Его терзали смутные сомнения, он был почти уверен, что капитан не просто невинная жертва, а, вполне вероятно, что - нибудь имеет с этого возмутительного и мерзкого поведения своих людей, которые должны следить за порядком, а не оскорблять и не обирать мирных граждан. "Как мы можем терпеть всё это? До чего народ у нас терпеливый! Как с этим бороться? Что делать? Ведь этих моральных уродов содержат на деньги, которые государство собирает с нас, на наши деньги! И мы теперь быдло, рабы, прозомбированная масса, с которой можно делать всё что угодно: заставить работать за копейки, обирать с помощью налогов, содержать на заработанные нами деньги армию взяточников, такую вот милицию, всю эту элиту, которая жирует, разлагается, смердит и с презрением вытирает о нас ноги..., - с возмущением думал Володя, - Нет, не дождётесь! Я тоже ещё кое - что могу".
И он опять развернул свою тележку и двинулся в сторону милиции. Без стука войдя в знакомую дверь и, глядя своими возмущёнными до бешенства глазами прямо в глаза обидчика - прапорщика, Володя протянул бумагу капитану. "Без даты!", - вымолвил он, вложив в эти слова всю свою ненависть не к конкретному человеку, а ко всему сословию господ, измывающемуся над его народом и над ним, в частности. Присутствующие, конечно, поняли смысл этих слов, созвучных известному матерному выражению. Волчьи глаза прапора начали наливаться какой - то звериной ненавистью. Володя не отводил взгляда и вдруг отчётливо начал понимать, что не дай Бог им ещё раз встретиться на узкой дорожке. Выручил капитан, который как - то суетливо, в не свойственной ему манере, написал что - то на бумаге и вернул её Володе. Тот взял бумагу и вышел из комнаты.

Володя шагал по весеннему городу, сзади весело подпрыгивала на колдобинах пустая тележка, и от души, наконец, отлегло. Он чувствовал себя победителем, и ему даже стало немного, совсем чуть - чуть, жаль поверженных противников. Ведь люди, в сущности, не виноваты. Виновата жизнь, система, их воспитавшая. Виноваты многие поколения наших предков, привыкших делить людей на господ и рабов. В нашей стране свободным может быть только один человек. В разные времена этого человека звали по - разному - Великий Князь, Царь, Генеральный секретарь, Президент. Остальные - рабы. Причём, раб, как правило, одновременно является и рабом и господином. Преклоняться перед своим хозяином, служить ему не за страх, а за совесть, любить и даже обожествлять его и одновременно презирать, ненавидеть, но всегда считать скотиной и быдлом ( этого слова, мне кажется, нет ни в одном другом языке) всех, кто ниже тебя - таков наш менталитет. И эта двойственность, передающаяся из поколения в поколение, отложившаяся внутри нас, кажется, на генном уровне, и есть та самая загадочная русская душа, о которой так много говорили и говорят иностранцы.

Им непонятно поведение, непонятны мотивы, движущие нашим человеком. Они, выросшие в мире рационализма и свободы, (хотя свобода - тоже вещь относительная) не понимают, как это можно быть одновременно и рабом и хозяином? Они восхищаются нашими женщинами, способными любить до самозабвения, обожествлять своего мужа - хозяина. Но они не знают о том, что перейдя из разряда господ в разряд низших, презираемых женщиной существ, они очень многим рискуют. И так везде. Тот же прапорщик или капитан - они не могут быть чёрными или белыми. Они разные. Перед начальством - белее белого, иногда розовые, а если надо - и в крапинку. А уж перед подчинёнными или перед простым народом - чернее тучи. Это ещё Чехов заметил и назвал таких людей хамелеонами. Правда, он не обобщал...
"Интересно, а почему слово хамелеон созвучно со словом хам?" - подумал Володя. Но найти ответ на этот вопрос сегодня ему не пришлось. Он стоял перед дверями своего дома.


Валерий Рыбалкин
 
Сообщение

Хамелеоны.

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ...
Эти строки написал М. Ю. Лермонтов, отправляясь на Кавказ. Голубые мундиры - это царские чиновники времён Николая Первого, быт и нравы которых описал Н. В. Гоголь в своей комедии "Ревизор".

ХАМЕЛЕОНЫ (Почти по Чехову)
Вокзальная платформа гудела как потревоженный пчелиный рой. Вот-вот должна была подойти электричка и унести сотни людей за город к их родным шести соткам с картошкой, капустой, смородиной и всем-всем, что даёт не очень щедрая наша земля. Канули в Лету грозовые девяностые с бандитскими разборками и штурмом электричек. На дворе стоял 200Х год, и платформа была заполнена, в основном, пожилыми людьми, одетыми по-походному, кто во что горазд, не богато.
Володя быстрым шагом пересекал железнодорожный мост. Одет он был в старую, видавшую виды болоньевую куртку, в потертые, но чистенькие брюки, а голову венчала когда-то молодёжная, а теперь всенародная шапка-чепчик. Бородка с проседью выдавала не очень молодой Володин возраст. Следом за ним негромко громыхала старенькая тележка - "народный автомобиль", как её окрестили за то, что она стала массовой намного раньше обещанного народу автомобиля "Ока". Володя спешил. Ещё надо было зайти в здание вокзала,
чтобы посмотреть, есть ли сегодня "окна" - отменённые электрички. Чтобы не терять времени, обходя вокзал по мосту, он спустился сразу на вторую платформу, привычно пересёк первый путь и поспешил в здание вокзала к кассам. Судорожно просматривая вывешенные в кассовом окошке объявления, Володя вдруг почувствовал, что на его плечо легла чья-то тяжёлая рука. Оглянувшись, он увидел молодого, но крепкого сержанта милиции...

У прапорщика Служилкина с утра раскалывалась голова. Вчера они с ребятами отмечали день рождения. Было хорошо, весело, вот только конец праздника Служилкин помнил не совсем чётко. Он кого-то провожал, его провожали. Потом зашли в круглосуточный "чепок"... Дальше провал в памяти. А сегодня с утра, как назло, должен приехать майор из управления милиции для проведения одного из тех скучнейших совещаний, на которых невозможно не заснуть. В кармане перекатывалась какая-то мелочь, на которую невозможно поправить больную голову. У подчинённых тоже,он знал, ни копья. Ведь пили-то вчера вместе... И прапорщик решил, была - не была, действовать по отработанному, но строго - настрого запрещённому начальством сценарию.
Подозвав к себе сержанта, Служилкин твёрдо, по военному, сказал : "Сержант, иди ищи хулигана." И, увидев в глазах подчинённого возражение, добавил : "Ничего, не бойся. Давай, только быстро." Сержант по опыту знал, что возражать старшему по званию, тем более Служилкину, бесполезно. И, подумав о своей тоже мутноватой после вчерашнего голове, вышел из милицейской комнаты. Ждать пришлось недолго. Бородатый мужик, как ни в чём ни бывало, пересекал первый путь, прыгая по платформам. Потом пошёл к кассам. Сержант, не спеша, подошёл к нему сзади и положил на плечо "хулигана" руку. "Сержант Иванов! - сказал он негромко, но веско. - Вы перешли железную дорогу в неположенном месте. Пройдёмте со мной." И, не давая опомниться, повёл Володю в милицейскую комнату.

В комнате за столом сидел Служилкин. Глядя на Володю, как на нашкодившего школьника, он сказал веско, значимо, отливая каждое слово как бы из свинца : "Значит, нарушаем! А ну - ка всё из карманов - на стол." Глаза Служилкина как -то потемнели, и взгляд его стал похож на взгляд удава, гипнотизирующего кролика. Володя не готов был к таким спецэффектам, и руки его сами потянулись к карманам. На столе перед прапорщиком появились: заводской пропуск, не первой свежести носовой платок, ключи и, наконец, самое главное - потёртый кошелёк, в котором лежала Володина заначка - 50 рублей. По инерции Володя хотел ещё достать мелочь из заднего кармана, но то ли опомнился, то ли ослабел гипнотический взгляд Служилкина, и рука его повисла в воздухе. Прапорщик первым делом открыл кошелёк, увидел полтинную купюру и, снова глядя на задержанного своим фирменным взглядом, изрёк : "За переход железной дороги в неположенном месте Вы оштрафованы на пятьдесят рублей."

По своему горькому опыту, приобретённому во время предыдущих столкновений с властями, и, конкретно, с милицией, Володя знал, что сопротивление в подобной ситуации не только бесполезно, но ещё и чревато, как говорят, далеко идущими последствиями. Грозовые девяностые годы превратили доблестную милицию в, образно говоря, раковую опухоль на теле нашей многострадальной Родины. Один тот факт, что, не имея достаточно средств к существованию, подобно бандитам, милиционеры крышевали торговцев на рынке, собирали с них дань, говорит о многом. Конечно, времена меняются, но если человек однажды почувствовал безнаказанность, почувствовал, как перед ним дрожит от страха другой человек, почувствовал себя властелином, ему трудно остаться нравственным человеком. Особенно если он таковым никогда и не был.
Покорно следуя командам прапорщика, Володя открыл лежащий на столе кошелёк, достал из него
полтинник, отдал его Служилкину и положил пустой кошелёк в карман. Довольная ухмылка на мгновение исказила до этой минуты непроницаемое лицо прапора. Но дело ещё не было сделано. Служилкин переписал из пропуска Володины данные и вернул оставшиеся вещи со словами : "Если нужен корешок квитанции - подождите в коридоре." "До свидания", - как - то автоматически сказал Володя. Повернулся и пошёл к двери. "До свидания ... хулиган! ", - уже в коридоре услышал он издевательское слово. Это была последняя капля.
Володя был разбит, раздавлен, уничтожен. Его человеческое достоинство было втоптано в грязь. Всю жизнь его более или мене явно унижали. Он научился пропускать через себя хамство так, что в душе почти не оставалось осадка. Будучи уже совершеннолетним, он овладел матерными оборотами, чтобы хоть как - то противостоять Его Величеству ХАМСТВУ, но ни победить его, ни привыкнуть к этому поистине вселенскому злу он не мог никогда... Не разбирая дороги, Володя шёл куда глаза глядят. Лишь бы подальше от этой душной комнаты, от этих выродков.
А в это время прапорщик Служилкин с важным видом поучал сержанта : "Видишь, как всё просто! Главное - не дать ему опомниться. Задавить так, чтобы не смог слова сказать, чтобы не пикнул. И, конечно, последняя фраза. Ты видел как он вылетел? Как пробка из бутылки. А бутылка нам осталась. И заметь - совсем не пустая! " Прапорщик ещё долго поучал бы сержанта как "разводить хулиганов", но на горизонте стали появляться сослуживцы, которые собирались на другую учёбу. Из управления должен был приехать представитель и провести очередной семинар на тему "О борьбе с преступностью".

Ласковый майский ветерок и яркие солнечные лучи сделали, наконец, своё дело. Володя остановился и осмотрелся. Оказывается, поезд он пропустил, а ноги сами понесли его в сторону дома. На душе было мерзопакостно. Как он, зрелый мужчина, мог допустить, чтобы с ним обращались таким образом? Где было его чувство собственного достоинства? Почему он не сказал ни слова?... Рабы! Страна тысячелетнего рабства!
Как трудно порой подавить этот страх перед "всемогущим" хозяином! Как трудно выдавить из себя раба! А что можно было сделать? "Ни-че-го",- почти вслух сказал Володя. Действительно, если тебя задерживает представитель власти, лучше не трепыхаться, а делать то, что тебе говорят. Иначе можно схлопотать по почкам, по печени... Да мало ли у них этих подлых приёмчиков.

Володя вдруг вспомнил, как однажды его "наказал" пожарный инспектор. Дело было утром. Володю разбудил звонок в дверь. Пожарный представился и попросил разрешения войти. Получив разрешение, он без разговоров полез выкручивать электрические пробки. Найдя внутри одной из пробок так называемый "жучок", бесцеремонно сел за стол составлять акт. Володя пытался убедить его, что для пожарной безопасности достаточно одной пробки, что "жучок" был из калиброванной проволоки. Всё было бесполезно. Пожарный выписал штрафную квитанцию и удалился. Володя, как добропорядочный гражданин, заплатил по этой квитанции 8% своего месячного заработка, а через месяц к нему на работу пришла ещё одна квитанция из пожарной охраны на ту же сумму. И если бы опытная женщина - бухгалтер не вызвала Володю, а деньги перевели бы на счёт пожарной охраны, то вернуть их оттуда было бы практически невозможно. Одного Володиного знакомого поймал лесник, когда тот собирал грибы в соседнем лесу - заповеднике. И с него тоже взяли штраф дважды. Деньги так и не вернулись из "лесной" конторы, а знакомый остался, как говорят, при своём интересе.

"Стоп! ", - вдруг подумал Володя и действительно остановился, да так резко, что тележка больно наехала на пятку. Он вспомнил, что не взял в милиции штрафную квитанцию. Придётся возвращаться, а то могут оштрафовать ещё раз. Так не хотелось опять смотреть на эти казённые рожи, которые только что издевались над ним, но Володя взял себя в руки и двинулся в сторону милиции. Подходя к участку, он заметил, что обстановка существенно изменилась. Появилось несколько новых персонажей в милицейской форме, и самым старшим по званию среди них был капитан. Володя подошёл к нему и, зная по опыту, что самый короткий путь - через начальство, сообщил, что двадцать минут назад его оштрафовали, и он хотел бы получить квитанцию. Капитан подозвал к себе "Володиного" прапорщика и с минуту о чём - то с ним разговаривал. Потом обернулся к Володе и попросил его подождать в коридоре. Через несколько минут он вышел к Володе и, слегка смущаясь, сказал, что не может отдать ему квитанцию, так как Володя ушёл, и квитанцию пришлось порвать.

"Как порвали? - удивился Володя. - Мне она нужна. Я заплатил деньги, так что дайте мне, пожалуйста, квитанцию. А где обрывки? Их можно склеить." Капитан на несколько минут вернулся в дежурку, и вышел оттуда с мусорной корзиной, в которой среди другого мусора лежали обрывки квитанции настолько мелкие, что на разборку и склеивание их могло уйти несколько часов. "Да, потрудились на славу! " - подумал Володя. А капитан, как бы по - товарищески обращаясь к Володе, сказал : "Видите, нет её. Да зачем она Вам нужна? Заплатили - и заплатили. Идите домой. " Пришлось объяснять, что без квитанции хитромудрая милицейская бухгалтерия может взять деньги по этому штрафу ещё раз, что ничего тут не поделаешь, если нет на руках квитанции. Капитан нахмурился и сказал : "Хорошо, подождите. Мне сейчас некогда." И Володя сел на скамейку в прихожей ждать.

Ожидание - это вообще свойственное для советского, а теперь и российского человека состояние. Зимой ждали лета, летом - зиму. Ждали когда подойдёт очередь на квартиру, детский сад, путёвку в дом отдыха. Ждали в очереди на ковёр. Ходили по определённым дням недели "переписываться" к магазину. Вычёркивали из списка тех, кто по какой - то причине не пришёл отметиться в "ковровой" очереди. Ждали опоздавшую на несколько часов электричку. Ждали в "живых" очередях за продуктами, за промтоварами, за билетами на поезд, простаивая по часу, по два и более. А какие были очереди!
Володя вспомнил, как однажды в конце декабря во времена горбачёвской перестройки в самый разгар "сухого закона" он решил купить бутылку водки к Новому Году. Водку продавали в небольшом киоске - ларьке с крохотным окошком. Над окошком был небольшой навес. Металлические решётки в окне - обычное дело для винно - водочного магазина того времени. К одиннадцати часам, к открытию магазина толпа трезвых и не очень трезвых мужчин стояла плотными рядами. Каждый старался протиснуться к заветному окошку. Наконец ровно в одиннадцать часов, согласно законодательству, окошко открылось, и первый счастливчик, протолпившийся и поэтому красный, будто после бани, с широкой улыбкой и прижатыми к телу бутылками выбрался из толпы. Но на этом счастье избранных одиночек кончилось. С десяток "мужиков", построившись, как во времена Александра Невского, "свиньёй", атаковали бедный ларёк.

Остальным претендентам на вожделенный приз здесь больше нечего было делать. Они только пытались протиснуться как можно ближе к "свинье", что тоже было непросто. Тем временем "легионер", находившийся во главе угла "свиньи", повис вверх ногами на козырьке над окошком, достал из кармана деньги и сунул их в окошко продавщице. Трёхэтажный мат десятков жаждущих глоток взлетел в холодное декабрьское небо. Но против силы, как всегда, ничего нельзя было сделать. Тем временем продавщица пересчитала замызганные деньги "легионеров", и последние, как школьники, хором начали отсчёт: "Одна, две, три, четыре..." Бутылки по цепочке передавались прочь из толпы и складывались в объёмную сумку. На сорок каком - то счёте "свинья" резко, как один человек, отхлынула от прилавка. "Легионер", висевший на козырьке, упал на землю вверх ногами и был зафиксирован в таком акробатическом состоянии. Чертыхась, немного помятый, но довольный, он ползком выполз из - под ног звереющей толпы и сразу же направился получать свою долю "огненной воды". Володя понял, что делать здесь больше нечего, и двинулся по направлению к дому.
Вдруг медленное течение Володиных мыслей прервало какое - то оживление и движение. В комнате милиции уже собралось с десяток милицейских чинов, и все они во главе с капитаном разом вышли и направились куда - то по коридору. Остался один только дежурный - молоденький сержант. Володя ещё минут десять подождал, встал и подошёл к сержанту. "Скажите, пожалуйста, - спросил он, - а куда это все ушли? Мне надо поговорить с капитаном". Сержант ответил, что из центра приехал майор, женщина, которая проводит учёбу, а пошли они все в большой кабинет за углом налево. "Так, - подумал Володя, - а не совместить ли мне приятное с полезным? А не устроить ли здесь небольшой цирк?" И он приступил к реализации задуманного.

Придав своему лицу соответствующее выражение, захватив с собой тележку, Володя постучал в учебную комнату и тут же вошёл. Не дав никому опомниться, он сразу обратился к капитану: "Извините, я заплатил штраф, а квитанцию мне так и не дали. Я уже давно..." Капитан, как и надеялся Володя, среагировал с запозданием: "Извините, я сейчас занят. Выйдите из комнаты." Но приезжий майор - женщина парировала: "Подождите, что Вы сказали?" Володя объяснил, что его оштрафовали, что прапорщик - тут он многозначительно посмотрел на Служилкина - просил его подождать, пока выпишет квитанцию, и что квитанцию он до сих пор не может получить, хотя ждёт давно. Теперь уже женщина попросила Володю подождать в коридоре. Он вышел. Что же, ждать - не привыкать. Когда минут через пять его позвали снова, то первое, что ему бросилось в глаза, - красный, как рак варёный, сержант, который брал "хулигана". Прапорщик был спокоен, но глаза его как - то по звериному едва заметно бегали.
"Почему Вы ушли, а потом вернулись?" - с порога спросил капитан. "Я вернулся быстро, минут через пятнадцать. И я не говорил,что мне не нужна квитанция", - ответил Володя. "А зачем Вам вообще нужна эта квитанция?" - вмешалась женщина. Володя снова терпеливо объяснил, что без квитанции его могут оштрафовать два раза. Наступила короткая пауза. Ярко - розовое лицо сержанта заметно опустилось к полу. Прапорщик какими - то неживыми глазами смотрел на Володю и из его сжатых губ доносился даже не шёпот, а какое - то шипение: "Откуда ты взялся на мою больную голову? И что тебе тут надо? Шёл бы ты отсюда!" Голова его по - прежнему раскалывалась, а теперь ещё и закружилась от бессильной злобы. И в этой больной голове никак не укладывалось, что какой - то "хулиган", эта жертва, которая совсем недавно послушно выполняла все его приказания, это ничтожество стоит тут и пытается его, прапорщика Служилкина, его, прошедшего огни и воды, наказать за то, что он проделывал многократно и уже привык считать своей привилегией. Он с удовольствием разорвал бы сейчас Володю на мелкие кусочки, но приходилось терпеть, и Служилкин, подавляя ярость, невидящими глазами уставился в угол.

Капитан, тоже не на шутку взволнованный, сказал, что квитанция уничтожена, а чтобы выписать новую, надо заплатить ещё пятьдесят рублей. На такие жертвы, конечно, никто из присутствующих пойти не мог. И Володя предложил: "Тогда дайте мне, пожалуйста, справку, что я был оштрафован на такую - то сумму." "Хорошо, - сказал капитан, - мы это обсудим. А Вы пока подождите в коридоре". Но даже выйдя из кабинета, Володя слышал, как за дверью продолжали бушевать страсти. Громче всех звучал высокий, но властный голос женщины - майора. Возмущённый голос капитана отчитывал подчинённых, одновременно пытаясь возражать женщине. Сержант молчал, но прапорщик что - то говорил в своё оправдание, поминутно прерываемый капитаном. Наконец всё стихло. Капитан вышел в коридор и, протянув Володе бумагу, сказал: "Вот, если нужна печать - зайдите в управление. И вообще, зря Вы всё это затеяли. Никто Вас во второй раз штрафовать не будет. Надо верить людям".

"Доверяй, но проверяй", - подумал Володя, уже отойдя на небольшое расстояние от милиции. Достав бумагу, он внимательно её прочитал. Всё было написано верно, внизу стояла подпись капитана, но даты не было. "Хамелеоны! Волки в овечьей шкуре! Без даты бумага не действительна! Вот тебе и доверяй! И потом, неужели этот капитан не знает и не догадывается, что вытвотворяют подчинённые за его спиной?", - думал Володя. Его терзали смутные сомнения, он был почти уверен, что капитан не просто невинная жертва, а, вполне вероятно, что - нибудь имеет с этого возмутительного и мерзкого поведения своих людей, которые должны следить за порядком, а не оскорблять и не обирать мирных граждан. "Как мы можем терпеть всё это? До чего народ у нас терпеливый! Как с этим бороться? Что делать? Ведь этих моральных уродов содержат на деньги, которые государство собирает с нас, на наши деньги! И мы теперь быдло, рабы, прозомбированная масса, с которой можно делать всё что угодно: заставить работать за копейки, обирать с помощью налогов, содержать на заработанные нами деньги армию взяточников, такую вот милицию, всю эту элиту, которая жирует, разлагается, смердит и с презрением вытирает о нас ноги..., - с возмущением думал Володя, - Нет, не дождётесь! Я тоже ещё кое - что могу".
И он опять развернул свою тележку и двинулся в сторону милиции. Без стука войдя в знакомую дверь и, глядя своими возмущёнными до бешенства глазами прямо в глаза обидчика - прапорщика, Володя протянул бумагу капитану. "Без даты!", - вымолвил он, вложив в эти слова всю свою ненависть не к конкретному человеку, а ко всему сословию господ, измывающемуся над его народом и над ним, в частности. Присутствующие, конечно, поняли смысл этих слов, созвучных известному матерному выражению. Волчьи глаза прапора начали наливаться какой - то звериной ненавистью. Володя не отводил взгляда и вдруг отчётливо начал понимать, что не дай Бог им ещё раз встретиться на узкой дорожке. Выручил капитан, который как - то суетливо, в не свойственной ему манере, написал что - то на бумаге и вернул её Володе. Тот взял бумагу и вышел из комнаты.

Володя шагал по весеннему городу, сзади весело подпрыгивала на колдобинах пустая тележка, и от души, наконец, отлегло. Он чувствовал себя победителем, и ему даже стало немного, совсем чуть - чуть, жаль поверженных противников. Ведь люди, в сущности, не виноваты. Виновата жизнь, система, их воспитавшая. Виноваты многие поколения наших предков, привыкших делить людей на господ и рабов. В нашей стране свободным может быть только один человек. В разные времена этого человека звали по - разному - Великий Князь, Царь, Генеральный секретарь, Президент. Остальные - рабы. Причём, раб, как правило, одновременно является и рабом и господином. Преклоняться перед своим хозяином, служить ему не за страх, а за совесть, любить и даже обожествлять его и одновременно презирать, ненавидеть, но всегда считать скотиной и быдлом ( этого слова, мне кажется, нет ни в одном другом языке) всех, кто ниже тебя - таков наш менталитет. И эта двойственность, передающаяся из поколения в поколение, отложившаяся внутри нас, кажется, на генном уровне, и есть та самая загадочная русская душа, о которой так много говорили и говорят иностранцы.

Им непонятно поведение, непонятны мотивы, движущие нашим человеком. Они, выросшие в мире рационализма и свободы, (хотя свобода - тоже вещь относительная) не понимают, как это можно быть одновременно и рабом и хозяином? Они восхищаются нашими женщинами, способными любить до самозабвения, обожествлять своего мужа - хозяина. Но они не знают о том, что перейдя из разряда господ в разряд низших, презираемых женщиной существ, они очень многим рискуют. И так везде. Тот же прапорщик или капитан - они не могут быть чёрными или белыми. Они разные. Перед начальством - белее белого, иногда розовые, а если надо - и в крапинку. А уж перед подчинёнными или перед простым народом - чернее тучи. Это ещё Чехов заметил и назвал таких людей хамелеонами. Правда, он не обобщал...
"Интересно, а почему слово хамелеон созвучно со словом хам?" - подумал Володя. Но найти ответ на этот вопрос сегодня ему не пришлось. Он стоял перед дверями своего дома.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 05.03.2012 в 16:37
Сообщение

Хамелеоны.

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ...
Эти строки написал М. Ю. Лермонтов, отправляясь на Кавказ. Голубые мундиры - это царские чиновники времён Николая Первого, быт и нравы которых описал Н. В. Гоголь в своей комедии "Ревизор".

ХАМЕЛЕОНЫ (Почти по Чехову)
Вокзальная платформа гудела как потревоженный пчелиный рой. Вот-вот должна была подойти электричка и унести сотни людей за город к их родным шести соткам с картошкой, капустой, смородиной и всем-всем, что даёт не очень щедрая наша земля. Канули в Лету грозовые девяностые с бандитскими разборками и штурмом электричек. На дворе стоял 200Х год, и платформа была заполнена, в основном, пожилыми людьми, одетыми по-походному, кто во что горазд, не богато.
Володя быстрым шагом пересекал железнодорожный мост. Одет он был в старую, видавшую виды болоньевую куртку, в потертые, но чистенькие брюки, а голову венчала когда-то молодёжная, а теперь всенародная шапка-чепчик. Бородка с проседью выдавала не очень молодой Володин возраст. Следом за ним негромко громыхала старенькая тележка - "народный автомобиль", как её окрестили за то, что она стала массовой намного раньше обещанного народу автомобиля "Ока". Володя спешил. Ещё надо было зайти в здание вокзала,
чтобы посмотреть, есть ли сегодня "окна" - отменённые электрички. Чтобы не терять времени, обходя вокзал по мосту, он спустился сразу на вторую платформу, привычно пересёк первый путь и поспешил в здание вокзала к кассам. Судорожно просматривая вывешенные в кассовом окошке объявления, Володя вдруг почувствовал, что на его плечо легла чья-то тяжёлая рука. Оглянувшись, он увидел молодого, но крепкого сержанта милиции...

У прапорщика Служилкина с утра раскалывалась голова. Вчера они с ребятами отмечали день рождения. Было хорошо, весело, вот только конец праздника Служилкин помнил не совсем чётко. Он кого-то провожал, его провожали. Потом зашли в круглосуточный "чепок"... Дальше провал в памяти. А сегодня с утра, как назло, должен приехать майор из управления милиции для проведения одного из тех скучнейших совещаний, на которых невозможно не заснуть. В кармане перекатывалась какая-то мелочь, на которую невозможно поправить больную голову. У подчинённых тоже,он знал, ни копья. Ведь пили-то вчера вместе... И прапорщик решил, была - не была, действовать по отработанному, но строго - настрого запрещённому начальством сценарию.
Подозвав к себе сержанта, Служилкин твёрдо, по военному, сказал : "Сержант, иди ищи хулигана." И, увидев в глазах подчинённого возражение, добавил : "Ничего, не бойся. Давай, только быстро." Сержант по опыту знал, что возражать старшему по званию, тем более Служилкину, бесполезно. И, подумав о своей тоже мутноватой после вчерашнего голове, вышел из милицейской комнаты. Ждать пришлось недолго. Бородатый мужик, как ни в чём ни бывало, пересекал первый путь, прыгая по платформам. Потом пошёл к кассам. Сержант, не спеша, подошёл к нему сзади и положил на плечо "хулигана" руку. "Сержант Иванов! - сказал он негромко, но веско. - Вы перешли железную дорогу в неположенном месте. Пройдёмте со мной." И, не давая опомниться, повёл Володю в милицейскую комнату.

В комнате за столом сидел Служилкин. Глядя на Володю, как на нашкодившего школьника, он сказал веско, значимо, отливая каждое слово как бы из свинца : "Значит, нарушаем! А ну - ка всё из карманов - на стол." Глаза Служилкина как -то потемнели, и взгляд его стал похож на взгляд удава, гипнотизирующего кролика. Володя не готов был к таким спецэффектам, и руки его сами потянулись к карманам. На столе перед прапорщиком появились: заводской пропуск, не первой свежести носовой платок, ключи и, наконец, самое главное - потёртый кошелёк, в котором лежала Володина заначка - 50 рублей. По инерции Володя хотел ещё достать мелочь из заднего кармана, но то ли опомнился, то ли ослабел гипнотический взгляд Служилкина, и рука его повисла в воздухе. Прапорщик первым делом открыл кошелёк, увидел полтинную купюру и, снова глядя на задержанного своим фирменным взглядом, изрёк : "За переход железной дороги в неположенном месте Вы оштрафованы на пятьдесят рублей."

По своему горькому опыту, приобретённому во время предыдущих столкновений с властями, и, конкретно, с милицией, Володя знал, что сопротивление в подобной ситуации не только бесполезно, но ещё и чревато, как говорят, далеко идущими последствиями. Грозовые девяностые годы превратили доблестную милицию в, образно говоря, раковую опухоль на теле нашей многострадальной Родины. Один тот факт, что, не имея достаточно средств к существованию, подобно бандитам, милиционеры крышевали торговцев на рынке, собирали с них дань, говорит о многом. Конечно, времена меняются, но если человек однажды почувствовал безнаказанность, почувствовал, как перед ним дрожит от страха другой человек, почувствовал себя властелином, ему трудно остаться нравственным человеком. Особенно если он таковым никогда и не был.
Покорно следуя командам прапорщика, Володя открыл лежащий на столе кошелёк, достал из него
полтинник, отдал его Служилкину и положил пустой кошелёк в карман. Довольная ухмылка на мгновение исказила до этой минуты непроницаемое лицо прапора. Но дело ещё не было сделано. Служилкин переписал из пропуска Володины данные и вернул оставшиеся вещи со словами : "Если нужен корешок квитанции - подождите в коридоре." "До свидания", - как - то автоматически сказал Володя. Повернулся и пошёл к двери. "До свидания ... хулиган! ", - уже в коридоре услышал он издевательское слово. Это была последняя капля.
Володя был разбит, раздавлен, уничтожен. Его человеческое достоинство было втоптано в грязь. Всю жизнь его более или мене явно унижали. Он научился пропускать через себя хамство так, что в душе почти не оставалось осадка. Будучи уже совершеннолетним, он овладел матерными оборотами, чтобы хоть как - то противостоять Его Величеству ХАМСТВУ, но ни победить его, ни привыкнуть к этому поистине вселенскому злу он не мог никогда... Не разбирая дороги, Володя шёл куда глаза глядят. Лишь бы подальше от этой душной комнаты, от этих выродков.
А в это время прапорщик Служилкин с важным видом поучал сержанта : "Видишь, как всё просто! Главное - не дать ему опомниться. Задавить так, чтобы не смог слова сказать, чтобы не пикнул. И, конечно, последняя фраза. Ты видел как он вылетел? Как пробка из бутылки. А бутылка нам осталась. И заметь - совсем не пустая! " Прапорщик ещё долго поучал бы сержанта как "разводить хулиганов", но на горизонте стали появляться сослуживцы, которые собирались на другую учёбу. Из управления должен был приехать представитель и провести очередной семинар на тему "О борьбе с преступностью".

Ласковый майский ветерок и яркие солнечные лучи сделали, наконец, своё дело. Володя остановился и осмотрелся. Оказывается, поезд он пропустил, а ноги сами понесли его в сторону дома. На душе было мерзопакостно. Как он, зрелый мужчина, мог допустить, чтобы с ним обращались таким образом? Где было его чувство собственного достоинства? Почему он не сказал ни слова?... Рабы! Страна тысячелетнего рабства!
Как трудно порой подавить этот страх перед "всемогущим" хозяином! Как трудно выдавить из себя раба! А что можно было сделать? "Ни-че-го",- почти вслух сказал Володя. Действительно, если тебя задерживает представитель власти, лучше не трепыхаться, а делать то, что тебе говорят. Иначе можно схлопотать по почкам, по печени... Да мало ли у них этих подлых приёмчиков.

Володя вдруг вспомнил, как однажды его "наказал" пожарный инспектор. Дело было утром. Володю разбудил звонок в дверь. Пожарный представился и попросил разрешения войти. Получив разрешение, он без разговоров полез выкручивать электрические пробки. Найдя внутри одной из пробок так называемый "жучок", бесцеремонно сел за стол составлять акт. Володя пытался убедить его, что для пожарной безопасности достаточно одной пробки, что "жучок" был из калиброванной проволоки. Всё было бесполезно. Пожарный выписал штрафную квитанцию и удалился. Володя, как добропорядочный гражданин, заплатил по этой квитанции 8% своего месячного заработка, а через месяц к нему на работу пришла ещё одна квитанция из пожарной охраны на ту же сумму. И если бы опытная женщина - бухгалтер не вызвала Володю, а деньги перевели бы на счёт пожарной охраны, то вернуть их оттуда было бы практически невозможно. Одного Володиного знакомого поймал лесник, когда тот собирал грибы в соседнем лесу - заповеднике. И с него тоже взяли штраф дважды. Деньги так и не вернулись из "лесной" конторы, а знакомый остался, как говорят, при своём интересе.

"Стоп! ", - вдруг подумал Володя и действительно остановился, да так резко, что тележка больно наехала на пятку. Он вспомнил, что не взял в милиции штрафную квитанцию. Придётся возвращаться, а то могут оштрафовать ещё раз. Так не хотелось опять смотреть на эти казённые рожи, которые только что издевались над ним, но Володя взял себя в руки и двинулся в сторону милиции. Подходя к участку, он заметил, что обстановка существенно изменилась. Появилось несколько новых персонажей в милицейской форме, и самым старшим по званию среди них был капитан. Володя подошёл к нему и, зная по опыту, что самый короткий путь - через начальство, сообщил, что двадцать минут назад его оштрафовали, и он хотел бы получить квитанцию. Капитан подозвал к себе "Володиного" прапорщика и с минуту о чём - то с ним разговаривал. Потом обернулся к Володе и попросил его подождать в коридоре. Через несколько минут он вышел к Володе и, слегка смущаясь, сказал, что не может отдать ему квитанцию, так как Володя ушёл, и квитанцию пришлось порвать.

"Как порвали? - удивился Володя. - Мне она нужна. Я заплатил деньги, так что дайте мне, пожалуйста, квитанцию. А где обрывки? Их можно склеить." Капитан на несколько минут вернулся в дежурку, и вышел оттуда с мусорной корзиной, в которой среди другого мусора лежали обрывки квитанции настолько мелкие, что на разборку и склеивание их могло уйти несколько часов. "Да, потрудились на славу! " - подумал Володя. А капитан, как бы по - товарищески обращаясь к Володе, сказал : "Видите, нет её. Да зачем она Вам нужна? Заплатили - и заплатили. Идите домой. " Пришлось объяснять, что без квитанции хитромудрая милицейская бухгалтерия может взять деньги по этому штрафу ещё раз, что ничего тут не поделаешь, если нет на руках квитанции. Капитан нахмурился и сказал : "Хорошо, подождите. Мне сейчас некогда." И Володя сел на скамейку в прихожей ждать.

Ожидание - это вообще свойственное для советского, а теперь и российского человека состояние. Зимой ждали лета, летом - зиму. Ждали когда подойдёт очередь на квартиру, детский сад, путёвку в дом отдыха. Ждали в очереди на ковёр. Ходили по определённым дням недели "переписываться" к магазину. Вычёркивали из списка тех, кто по какой - то причине не пришёл отметиться в "ковровой" очереди. Ждали опоздавшую на несколько часов электричку. Ждали в "живых" очередях за продуктами, за промтоварами, за билетами на поезд, простаивая по часу, по два и более. А какие были очереди!
Володя вспомнил, как однажды в конце декабря во времена горбачёвской перестройки в самый разгар "сухого закона" он решил купить бутылку водки к Новому Году. Водку продавали в небольшом киоске - ларьке с крохотным окошком. Над окошком был небольшой навес. Металлические решётки в окне - обычное дело для винно - водочного магазина того времени. К одиннадцати часам, к открытию магазина толпа трезвых и не очень трезвых мужчин стояла плотными рядами. Каждый старался протиснуться к заветному окошку. Наконец ровно в одиннадцать часов, согласно законодательству, окошко открылось, и первый счастливчик, протолпившийся и поэтому красный, будто после бани, с широкой улыбкой и прижатыми к телу бутылками выбрался из толпы. Но на этом счастье избранных одиночек кончилось. С десяток "мужиков", построившись, как во времена Александра Невского, "свиньёй", атаковали бедный ларёк.

Остальным претендентам на вожделенный приз здесь больше нечего было делать. Они только пытались протиснуться как можно ближе к "свинье", что тоже было непросто. Тем временем "легионер", находившийся во главе угла "свиньи", повис вверх ногами на козырьке над окошком, достал из кармана деньги и сунул их в окошко продавщице. Трёхэтажный мат десятков жаждущих глоток взлетел в холодное декабрьское небо. Но против силы, как всегда, ничего нельзя было сделать. Тем временем продавщица пересчитала замызганные деньги "легионеров", и последние, как школьники, хором начали отсчёт: "Одна, две, три, четыре..." Бутылки по цепочке передавались прочь из толпы и складывались в объёмную сумку. На сорок каком - то счёте "свинья" резко, как один человек, отхлынула от прилавка. "Легионер", висевший на козырьке, упал на землю вверх ногами и был зафиксирован в таком акробатическом состоянии. Чертыхась, немного помятый, но довольный, он ползком выполз из - под ног звереющей толпы и сразу же направился получать свою долю "огненной воды". Володя понял, что делать здесь больше нечего, и двинулся по направлению к дому.
Вдруг медленное течение Володиных мыслей прервало какое - то оживление и движение. В комнате милиции уже собралось с десяток милицейских чинов, и все они во главе с капитаном разом вышли и направились куда - то по коридору. Остался один только дежурный - молоденький сержант. Володя ещё минут десять подождал, встал и подошёл к сержанту. "Скажите, пожалуйста, - спросил он, - а куда это все ушли? Мне надо поговорить с капитаном". Сержант ответил, что из центра приехал майор, женщина, которая проводит учёбу, а пошли они все в большой кабинет за углом налево. "Так, - подумал Володя, - а не совместить ли мне приятное с полезным? А не устроить ли здесь небольшой цирк?" И он приступил к реализации задуманного.

Придав своему лицу соответствующее выражение, захватив с собой тележку, Володя постучал в учебную комнату и тут же вошёл. Не дав никому опомниться, он сразу обратился к капитану: "Извините, я заплатил штраф, а квитанцию мне так и не дали. Я уже давно..." Капитан, как и надеялся Володя, среагировал с запозданием: "Извините, я сейчас занят. Выйдите из комнаты." Но приезжий майор - женщина парировала: "Подождите, что Вы сказали?" Володя объяснил, что его оштрафовали, что прапорщик - тут он многозначительно посмотрел на Служилкина - просил его подождать, пока выпишет квитанцию, и что квитанцию он до сих пор не может получить, хотя ждёт давно. Теперь уже женщина попросила Володю подождать в коридоре. Он вышел. Что же, ждать - не привыкать. Когда минут через пять его позвали снова, то первое, что ему бросилось в глаза, - красный, как рак варёный, сержант, который брал "хулигана". Прапорщик был спокоен, но глаза его как - то по звериному едва заметно бегали.
"Почему Вы ушли, а потом вернулись?" - с порога спросил капитан. "Я вернулся быстро, минут через пятнадцать. И я не говорил,что мне не нужна квитанция", - ответил Володя. "А зачем Вам вообще нужна эта квитанция?" - вмешалась женщина. Володя снова терпеливо объяснил, что без квитанции его могут оштрафовать два раза. Наступила короткая пауза. Ярко - розовое лицо сержанта заметно опустилось к полу. Прапорщик какими - то неживыми глазами смотрел на Володю и из его сжатых губ доносился даже не шёпот, а какое - то шипение: "Откуда ты взялся на мою больную голову? И что тебе тут надо? Шёл бы ты отсюда!" Голова его по - прежнему раскалывалась, а теперь ещё и закружилась от бессильной злобы. И в этой больной голове никак не укладывалось, что какой - то "хулиган", эта жертва, которая совсем недавно послушно выполняла все его приказания, это ничтожество стоит тут и пытается его, прапорщика Служилкина, его, прошедшего огни и воды, наказать за то, что он проделывал многократно и уже привык считать своей привилегией. Он с удовольствием разорвал бы сейчас Володю на мелкие кусочки, но приходилось терпеть, и Служилкин, подавляя ярость, невидящими глазами уставился в угол.

Капитан, тоже не на шутку взволнованный, сказал, что квитанция уничтожена, а чтобы выписать новую, надо заплатить ещё пятьдесят рублей. На такие жертвы, конечно, никто из присутствующих пойти не мог. И Володя предложил: "Тогда дайте мне, пожалуйста, справку, что я был оштрафован на такую - то сумму." "Хорошо, - сказал капитан, - мы это обсудим. А Вы пока подождите в коридоре". Но даже выйдя из кабинета, Володя слышал, как за дверью продолжали бушевать страсти. Громче всех звучал высокий, но властный голос женщины - майора. Возмущённый голос капитана отчитывал подчинённых, одновременно пытаясь возражать женщине. Сержант молчал, но прапорщик что - то говорил в своё оправдание, поминутно прерываемый капитаном. Наконец всё стихло. Капитан вышел в коридор и, протянув Володе бумагу, сказал: "Вот, если нужна печать - зайдите в управление. И вообще, зря Вы всё это затеяли. Никто Вас во второй раз штрафовать не будет. Надо верить людям".

"Доверяй, но проверяй", - подумал Володя, уже отойдя на небольшое расстояние от милиции. Достав бумагу, он внимательно её прочитал. Всё было написано верно, внизу стояла подпись капитана, но даты не было. "Хамелеоны! Волки в овечьей шкуре! Без даты бумага не действительна! Вот тебе и доверяй! И потом, неужели этот капитан не знает и не догадывается, что вытвотворяют подчинённые за его спиной?", - думал Володя. Его терзали смутные сомнения, он был почти уверен, что капитан не просто невинная жертва, а, вполне вероятно, что - нибудь имеет с этого возмутительного и мерзкого поведения своих людей, которые должны следить за порядком, а не оскорблять и не обирать мирных граждан. "Как мы можем терпеть всё это? До чего народ у нас терпеливый! Как с этим бороться? Что делать? Ведь этих моральных уродов содержат на деньги, которые государство собирает с нас, на наши деньги! И мы теперь быдло, рабы, прозомбированная масса, с которой можно делать всё что угодно: заставить работать за копейки, обирать с помощью налогов, содержать на заработанные нами деньги армию взяточников, такую вот милицию, всю эту элиту, которая жирует, разлагается, смердит и с презрением вытирает о нас ноги..., - с возмущением думал Володя, - Нет, не дождётесь! Я тоже ещё кое - что могу".
И он опять развернул свою тележку и двинулся в сторону милиции. Без стука войдя в знакомую дверь и, глядя своими возмущёнными до бешенства глазами прямо в глаза обидчика - прапорщика, Володя протянул бумагу капитану. "Без даты!", - вымолвил он, вложив в эти слова всю свою ненависть не к конкретному человеку, а ко всему сословию господ, измывающемуся над его народом и над ним, в частности. Присутствующие, конечно, поняли смысл этих слов, созвучных известному матерному выражению. Волчьи глаза прапора начали наливаться какой - то звериной ненавистью. Володя не отводил взгляда и вдруг отчётливо начал понимать, что не дай Бог им ещё раз встретиться на узкой дорожке. Выручил капитан, который как - то суетливо, в не свойственной ему манере, написал что - то на бумаге и вернул её Володе. Тот взял бумагу и вышел из комнаты.

Володя шагал по весеннему городу, сзади весело подпрыгивала на колдобинах пустая тележка, и от души, наконец, отлегло. Он чувствовал себя победителем, и ему даже стало немного, совсем чуть - чуть, жаль поверженных противников. Ведь люди, в сущности, не виноваты. Виновата жизнь, система, их воспитавшая. Виноваты многие поколения наших предков, привыкших делить людей на господ и рабов. В нашей стране свободным может быть только один человек. В разные времена этого человека звали по - разному - Великий Князь, Царь, Генеральный секретарь, Президент. Остальные - рабы. Причём, раб, как правило, одновременно является и рабом и господином. Преклоняться перед своим хозяином, служить ему не за страх, а за совесть, любить и даже обожествлять его и одновременно презирать, ненавидеть, но всегда считать скотиной и быдлом ( этого слова, мне кажется, нет ни в одном другом языке) всех, кто ниже тебя - таков наш менталитет. И эта двойственность, передающаяся из поколения в поколение, отложившаяся внутри нас, кажется, на генном уровне, и есть та самая загадочная русская душа, о которой так много говорили и говорят иностранцы.

Им непонятно поведение, непонятны мотивы, движущие нашим человеком. Они, выросшие в мире рационализма и свободы, (хотя свобода - тоже вещь относительная) не понимают, как это можно быть одновременно и рабом и хозяином? Они восхищаются нашими женщинами, способными любить до самозабвения, обожествлять своего мужа - хозяина. Но они не знают о том, что перейдя из разряда господ в разряд низших, презираемых женщиной существ, они очень многим рискуют. И так везде. Тот же прапорщик или капитан - они не могут быть чёрными или белыми. Они разные. Перед начальством - белее белого, иногда розовые, а если надо - и в крапинку. А уж перед подчинёнными или перед простым народом - чернее тучи. Это ещё Чехов заметил и назвал таких людей хамелеонами. Правда, он не обобщал...
"Интересно, а почему слово хамелеон созвучно со словом хам?" - подумал Володя. Но найти ответ на этот вопрос сегодня ему не пришлось. Он стоял перед дверями своего дома.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 05.03.2012 в 16:37
НэшаДата: Среда, 07.03.2012, 23:06 | Сообщение # 10
Старейшина
Группа: Вождь
Сообщений: 5068
Награды: 46
Репутация: 187
Статус: Offline
Quote (valeri_rb)
Она во всём... Она под снегом,
Она - в живительных лучах
Тех глаз, что смотрят с томной негой.
И в шали... на твоих плечах


l_daisy
 
Сообщение
Quote (valeri_rb)
Она во всём... Она под снегом,
Она - в живительных лучах
Тех глаз, что смотрят с томной негой.
И в шали... на твоих плечах


l_daisy

Автор - Нэша
Дата добавления - 07.03.2012 в 23:06
Сообщение
Quote (valeri_rb)
Она во всём... Она под снегом,
Она - в живительных лучах
Тех глаз, что смотрят с томной негой.
И в шали... на твоих плечах


l_daisy

Автор - Нэша
Дата добавления - 07.03.2012 в 23:06
valeri_rbДата: Пятница, 09.03.2012, 06:50 | Сообщение # 11
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
ОТЗВЕНЕЛИ ФЕВРАЛЬСКИЕ ВЬЮГИ...



Отзвенели февральские вьюги,
За окном уж не воет пурга.
Чуть пошире открыты фрамуги,
И чуть-чуть потемнели снега!

Снегири заалели на ветках -
Пятна крови на фоне берёз.
Воробьи появились в беседках.
Им не страшен весенний мороз!

Из трескучих февральских морозов,
Из тягучих и тёмных ночей
Появилась весна на пороге,
И пробил себе русло ручей!

Он пробился сквозь снег чуть заметно
На пригорке у белых берёз.
И запел, Зажурчал безответно,
И весну в своей песне принёс!

А котов разозлила до драки
И на улицу гонит весна!
Загуляли коты и собаки.
Им, конечно, теперь не до сна!

Их протяжное, длинное "Мееу!"
По ночам не даёт нам уснуть.
И тревожит, и тянет налево
От родимой супруги вильнуть!

А она раскраснелась под боком.
Тоже, милая, чует весну!
Лишь задену её ненароком,
И уже до утра не усну!

Всех коснулось весны обновленье:
И синиц, и каркушей-ворон.
За окном - их весёлое пенье,
И капели шальной перезвон!

От весеннего робкого солнца
Так тепло, и так хочется петь!
Раствори же пошире оконце.
Вдруг весна к нам захочет влететь?

А весной нам милее и краше
Наших женщин родные глаза!
Ольге, Вере, Надежде, Наташе -
нам так много им надо сказать!

Женский день - он недаром весною.
От зимы очищаемся мы!
Вместе с тварью степной и лесною
Рады мы окончанью зимы!

Ой, спасибо тебе, Клара Цеткин,
Что нам праздник весенний дала!
Видно, ум твой был зорким и цепким.
И от нас тебе - честь и хвала!
1999 год.


Валерий Рыбалкин

Сообщение отредактировал valeri_rb - Пятница, 09.03.2012, 06:51
 
СообщениеОТЗВЕНЕЛИ ФЕВРАЛЬСКИЕ ВЬЮГИ...



Отзвенели февральские вьюги,
За окном уж не воет пурга.
Чуть пошире открыты фрамуги,
И чуть-чуть потемнели снега!

Снегири заалели на ветках -
Пятна крови на фоне берёз.
Воробьи появились в беседках.
Им не страшен весенний мороз!

Из трескучих февральских морозов,
Из тягучих и тёмных ночей
Появилась весна на пороге,
И пробил себе русло ручей!

Он пробился сквозь снег чуть заметно
На пригорке у белых берёз.
И запел, Зажурчал безответно,
И весну в своей песне принёс!

А котов разозлила до драки
И на улицу гонит весна!
Загуляли коты и собаки.
Им, конечно, теперь не до сна!

Их протяжное, длинное "Мееу!"
По ночам не даёт нам уснуть.
И тревожит, и тянет налево
От родимой супруги вильнуть!

А она раскраснелась под боком.
Тоже, милая, чует весну!
Лишь задену её ненароком,
И уже до утра не усну!

Всех коснулось весны обновленье:
И синиц, и каркушей-ворон.
За окном - их весёлое пенье,
И капели шальной перезвон!

От весеннего робкого солнца
Так тепло, и так хочется петь!
Раствори же пошире оконце.
Вдруг весна к нам захочет влететь?

А весной нам милее и краше
Наших женщин родные глаза!
Ольге, Вере, Надежде, Наташе -
нам так много им надо сказать!

Женский день - он недаром весною.
От зимы очищаемся мы!
Вместе с тварью степной и лесною
Рады мы окончанью зимы!

Ой, спасибо тебе, Клара Цеткин,
Что нам праздник весенний дала!
Видно, ум твой был зорким и цепким.
И от нас тебе - честь и хвала!
1999 год.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 09.03.2012 в 06:50
СообщениеОТЗВЕНЕЛИ ФЕВРАЛЬСКИЕ ВЬЮГИ...



Отзвенели февральские вьюги,
За окном уж не воет пурга.
Чуть пошире открыты фрамуги,
И чуть-чуть потемнели снега!

Снегири заалели на ветках -
Пятна крови на фоне берёз.
Воробьи появились в беседках.
Им не страшен весенний мороз!

Из трескучих февральских морозов,
Из тягучих и тёмных ночей
Появилась весна на пороге,
И пробил себе русло ручей!

Он пробился сквозь снег чуть заметно
На пригорке у белых берёз.
И запел, Зажурчал безответно,
И весну в своей песне принёс!

А котов разозлила до драки
И на улицу гонит весна!
Загуляли коты и собаки.
Им, конечно, теперь не до сна!

Их протяжное, длинное "Мееу!"
По ночам не даёт нам уснуть.
И тревожит, и тянет налево
От родимой супруги вильнуть!

А она раскраснелась под боком.
Тоже, милая, чует весну!
Лишь задену её ненароком,
И уже до утра не усну!

Всех коснулось весны обновленье:
И синиц, и каркушей-ворон.
За окном - их весёлое пенье,
И капели шальной перезвон!

От весеннего робкого солнца
Так тепло, и так хочется петь!
Раствори же пошире оконце.
Вдруг весна к нам захочет влететь?

А весной нам милее и краше
Наших женщин родные глаза!
Ольге, Вере, Надежде, Наташе -
нам так много им надо сказать!

Женский день - он недаром весною.
От зимы очищаемся мы!
Вместе с тварью степной и лесною
Рады мы окончанью зимы!

Ой, спасибо тебе, Клара Цеткин,
Что нам праздник весенний дала!
Видно, ум твой был зорким и цепким.
И от нас тебе - честь и хвала!
1999 год.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 09.03.2012 в 06:50
valeri_rbДата: Пятница, 16.03.2012, 22:50 | Сообщение # 12
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline


Очередная трагедия случилась у нас в Казани. В полицейском застенке был убит человек. Шесть раз судимый Сергей Назаров, 52-х лет. Многие затруднятся или хотя бы запнутся, называя этого матёрого зека человеком. Ведь долгие годы своей жизни он провёл за колючей проволокой в зоне, о которой мы знаем только понаслышке, презирая и опасаясь людей, которые, по идее, должны были там исправляться и выходить полноценными членами общества, гражданами, очищенными от случайной скверны и готовыми к новой жизни.

Но получается всё с точностью до наоборот. Молодой человек, попадая в этот искажённый нечеловеческий, звериный, рабский мир, принимает все его "ценности" и уже никогда не сможет стать добропорядочным гражданином, мужем и отцом семейства. В его паспорте и даже на лбу, если хотите, ставится клеймо человека второго сорта и люди называют его презрительно - бывший зек!
Не так давно судья в беседе со мной ошибочно поняла, что я будто бы сидел. Выражение её лица сразу изменилось на надменно-презрительное и она, как бы сожалея о том, что потратила на меня, на пустое место, на бывшего сидельца столько времени, выдавила из себя: "Вы... Сидели???"

Такое вот отношение к бывшим заключённым тех, кто должен их перевоспитать и вернуть обществу полноценного гражданина. Вместо этого в лагерях и тюрьмах воспитывают настоящих рабов времён Римской Империи, которые способны работать только при виде кнута, безынициативны, ленивы и склонны к любым преступлениям. Этих людей лагерные ворота регулярно выплёвывают к нам, людям относительно нормальным, а они воспитывают и плодят себе подобных, тем самым разбавляя наше общество своей скверной. В верхах об этом знают, и в большие города этим изгоям путь закрыт. А малые потихоньку превращаются в сливные канавы.

Так вот, Назарова вызвал к себе участковый и, по традиции, предложил ему взять на себя какое-нибудь мелкое нераскрытое дело. (Показатели по раскрываемости надо улучшать). Бывший зек, к всеобщему удивлению, отказался. Что на него нашло? Магнитная буря повлияла или недопил немного? Неизвестно! И чтобы вернуть строптивого раба в его обычное рабское состояние, наши доблестные, тщательно отобранные полицейские заставили его снять штаны и бутылкой от шампанского порвали ему прямую кишку, от чего тот и скончался в больнице.

Чтобы тебя осмотрели, положили в больницу, обследовали и вылечили, надо заплатить. Хотя бы одну тысячу, хотя бы коробку конфет или бутылку коньяка. Но то ли у покойного Назарова не было денег, то ли родственники не догадались? Не знаю. В результате "вылечили" его так, как могут вылечить любого нашего безденежного гражданина. Хватились только через день, сделали операцию, но было поздно...
Вот это и есть наша "низовая" коррупция в действии. Платить за все услуги приходится два раза. В первый раз - в виде налогов, которые благополучно разворовываются, питая "верховую" коррупцию, и второй раз - лично в руки врачу, чиновнику, полицейскому, учителю... Самое смешное то, что бывший зек Назаров САМ ОПЛАТИЛ СВОЁ УБИЙСТВО и издевательства над собой. Ведь он, наверняка, работал и платил налоги, которые пошли на зарплату его убийцам. Неплохую, очень неплохую после переименования милиции зарплату!!!

И тут "ставится ребром" извечный вопрос: кто виноват и что делать? Виновных "стрелочников" нашли, арестовали, помурыжат немного и выпустят, когда шум затихнет. Так было уже не раз.
А вот давайте подумаем и найдём истинную причину. Почему люди стали такими бездушными?
До Октября 1917 у народа были ВЕРА, ЦАРЬ и ОТЕЧЕСТВО! За них, именно за них люди шли на войну, умирали, отдавали все свои силы и умение. Эти понятия были священными в народе. Я помню, перед глазами стоит диплом об окончании реального училища моего деда: буквы ять, двуглавый орёл, царские личности и оценки по предметам:
Закон Божий - 5;
Арифметика - 3;
Русский язык - 3; Ну, и так далее.

Первым и основным предметом считался Закон Божий!!! Каждый православный житель России обязан был знать и ВЫПОЛНЯТЬ все заповеди Христианства - Вечные истины, на которых стоит вся наша цивилизация!!!
Вот скажите, чем человек отличается от животного, от зверя? Тем, в основном, что он в своей жизни руководствуется не только инстинктами, но и МОРАЛЬНЫМИ ПРИНЦИПАМИ!
После революции Царя убили, Веру загнали в застенки и совсем было уничтожили, Отечество разделили по национальным республикам, которые через 70 лет откололись...
Но в Отечественную войну Сталину пришлось вспомнить и Веру, и Отечество. В 1941 году по его приказу на самолёте вокруг Москвы, имитируя крестный ход, провезли икону Казанской Божьей Матери, защитницу Отечества. И враг отступил! Мистика? Или вернувшаяся Вера? Кто знает?
Отечество Сталину тоже пришлось вспомнить. За мировую революцию народ не пошёл бы умирать. В атаку шли со словами: "За Родину, за Сталина!"

А вот Веру Сталину пришлось заменить суррогатом. Кто-то ещё помнит, что такое МОРАЛЬНЫЕ ПРИНЦИПЫ СТРОИТЕЛЯ КОММУНИЗМА? А ведь велась мощнейшая ПРОПАГАНДА! Детей в начальных классах принимали в ОКТЯБРЯТА и заставляли заучивать правила поведения. Потом - КОМСОМОЛ, который продолжал воспитание. И, наконец, МОРАЛЬНЫЕ ПРИНЦИПЫ СТРОИТЕЛЯ КОММУНИЗМА, которых должен был придерживаться каждый член общества. Хватило их, правда, без малого на 40 лет после смерти Сталина.

И помогало. Люди были нравственными! Такое, как случилось на днях в Казани, в те времена было бы невозможной дикостью! Почему же мы так одичали и стремительно продолжаем дичать дальше? Давайте подумаем!

Бога у нас нет. Царя, которого мы бы могли уважать и любить - тоже. Во времена советов Бога и Царя заменял сам Сталин, которого любили, уважали и обожали миллионы! После его смерти он так и остался Богом, которому и по сей день молятся многие и многие! Цари, которые правили СССР после смерти Сталина, тоже снискали некоторое уважение в народе. Брежнев, правда, подкачал последнее десятилетие. Но вертикаль власти, держалась за него до последнего. Понимал Кремлёвский Дом Престарелых, что после смерти Брежнева разгонят их всех до одного! Так и случилось.

И что же у нас теперь осталось от трёх столпов, на которых так долго держалась Россия? ОТЕЧЕСТВО?
Надолго ли оно у нас осталось? И не распродадут ли его под шумок? И не исчезнет ли наше государство, как исчезли величайшие и непобедимые Римская и Византийская Империи? Причины их исчезновения - отсутствие ВЕРЫ и НРАВСТВЕННЫХ УСТОЕВ. Казалось бы, такая мелочь подточила величайшие мировые Империи. Но пришли Германцы и Турки, у которых ВЕРА и НРАВСТВЕННОСТЬ были на достаточно высоком уровне, и не стало на карте мира этих государств. Более того - латинский язык, на котором написаны были величайшие произведения науки и искусства, исчез из обиходной речи.

Вы спросите, какое отношение имеет всё это к зверствам полицейских в Казани? Я не отвечу. Догадайтесь сами.


Валерий Рыбалкин
 
Сообщение

Очередная трагедия случилась у нас в Казани. В полицейском застенке был убит человек. Шесть раз судимый Сергей Назаров, 52-х лет. Многие затруднятся или хотя бы запнутся, называя этого матёрого зека человеком. Ведь долгие годы своей жизни он провёл за колючей проволокой в зоне, о которой мы знаем только понаслышке, презирая и опасаясь людей, которые, по идее, должны были там исправляться и выходить полноценными членами общества, гражданами, очищенными от случайной скверны и готовыми к новой жизни.

Но получается всё с точностью до наоборот. Молодой человек, попадая в этот искажённый нечеловеческий, звериный, рабский мир, принимает все его "ценности" и уже никогда не сможет стать добропорядочным гражданином, мужем и отцом семейства. В его паспорте и даже на лбу, если хотите, ставится клеймо человека второго сорта и люди называют его презрительно - бывший зек!
Не так давно судья в беседе со мной ошибочно поняла, что я будто бы сидел. Выражение её лица сразу изменилось на надменно-презрительное и она, как бы сожалея о том, что потратила на меня, на пустое место, на бывшего сидельца столько времени, выдавила из себя: "Вы... Сидели???"

Такое вот отношение к бывшим заключённым тех, кто должен их перевоспитать и вернуть обществу полноценного гражданина. Вместо этого в лагерях и тюрьмах воспитывают настоящих рабов времён Римской Империи, которые способны работать только при виде кнута, безынициативны, ленивы и склонны к любым преступлениям. Этих людей лагерные ворота регулярно выплёвывают к нам, людям относительно нормальным, а они воспитывают и плодят себе подобных, тем самым разбавляя наше общество своей скверной. В верхах об этом знают, и в большие города этим изгоям путь закрыт. А малые потихоньку превращаются в сливные канавы.

Так вот, Назарова вызвал к себе участковый и, по традиции, предложил ему взять на себя какое-нибудь мелкое нераскрытое дело. (Показатели по раскрываемости надо улучшать). Бывший зек, к всеобщему удивлению, отказался. Что на него нашло? Магнитная буря повлияла или недопил немного? Неизвестно! И чтобы вернуть строптивого раба в его обычное рабское состояние, наши доблестные, тщательно отобранные полицейские заставили его снять штаны и бутылкой от шампанского порвали ему прямую кишку, от чего тот и скончался в больнице.

Чтобы тебя осмотрели, положили в больницу, обследовали и вылечили, надо заплатить. Хотя бы одну тысячу, хотя бы коробку конфет или бутылку коньяка. Но то ли у покойного Назарова не было денег, то ли родственники не догадались? Не знаю. В результате "вылечили" его так, как могут вылечить любого нашего безденежного гражданина. Хватились только через день, сделали операцию, но было поздно...
Вот это и есть наша "низовая" коррупция в действии. Платить за все услуги приходится два раза. В первый раз - в виде налогов, которые благополучно разворовываются, питая "верховую" коррупцию, и второй раз - лично в руки врачу, чиновнику, полицейскому, учителю... Самое смешное то, что бывший зек Назаров САМ ОПЛАТИЛ СВОЁ УБИЙСТВО и издевательства над собой. Ведь он, наверняка, работал и платил налоги, которые пошли на зарплату его убийцам. Неплохую, очень неплохую после переименования милиции зарплату!!!

И тут "ставится ребром" извечный вопрос: кто виноват и что делать? Виновных "стрелочников" нашли, арестовали, помурыжат немного и выпустят, когда шум затихнет. Так было уже не раз.
А вот давайте подумаем и найдём истинную причину. Почему люди стали такими бездушными?
До Октября 1917 у народа были ВЕРА, ЦАРЬ и ОТЕЧЕСТВО! За них, именно за них люди шли на войну, умирали, отдавали все свои силы и умение. Эти понятия были священными в народе. Я помню, перед глазами стоит диплом об окончании реального училища моего деда: буквы ять, двуглавый орёл, царские личности и оценки по предметам:
Закон Божий - 5;
Арифметика - 3;
Русский язык - 3; Ну, и так далее.

Первым и основным предметом считался Закон Божий!!! Каждый православный житель России обязан был знать и ВЫПОЛНЯТЬ все заповеди Христианства - Вечные истины, на которых стоит вся наша цивилизация!!!
Вот скажите, чем человек отличается от животного, от зверя? Тем, в основном, что он в своей жизни руководствуется не только инстинктами, но и МОРАЛЬНЫМИ ПРИНЦИПАМИ!
После революции Царя убили, Веру загнали в застенки и совсем было уничтожили, Отечество разделили по национальным республикам, которые через 70 лет откололись...
Но в Отечественную войну Сталину пришлось вспомнить и Веру, и Отечество. В 1941 году по его приказу на самолёте вокруг Москвы, имитируя крестный ход, провезли икону Казанской Божьей Матери, защитницу Отечества. И враг отступил! Мистика? Или вернувшаяся Вера? Кто знает?
Отечество Сталину тоже пришлось вспомнить. За мировую революцию народ не пошёл бы умирать. В атаку шли со словами: "За Родину, за Сталина!"

А вот Веру Сталину пришлось заменить суррогатом. Кто-то ещё помнит, что такое МОРАЛЬНЫЕ ПРИНЦИПЫ СТРОИТЕЛЯ КОММУНИЗМА? А ведь велась мощнейшая ПРОПАГАНДА! Детей в начальных классах принимали в ОКТЯБРЯТА и заставляли заучивать правила поведения. Потом - КОМСОМОЛ, который продолжал воспитание. И, наконец, МОРАЛЬНЫЕ ПРИНЦИПЫ СТРОИТЕЛЯ КОММУНИЗМА, которых должен был придерживаться каждый член общества. Хватило их, правда, без малого на 40 лет после смерти Сталина.

И помогало. Люди были нравственными! Такое, как случилось на днях в Казани, в те времена было бы невозможной дикостью! Почему же мы так одичали и стремительно продолжаем дичать дальше? Давайте подумаем!

Бога у нас нет. Царя, которого мы бы могли уважать и любить - тоже. Во времена советов Бога и Царя заменял сам Сталин, которого любили, уважали и обожали миллионы! После его смерти он так и остался Богом, которому и по сей день молятся многие и многие! Цари, которые правили СССР после смерти Сталина, тоже снискали некоторое уважение в народе. Брежнев, правда, подкачал последнее десятилетие. Но вертикаль власти, держалась за него до последнего. Понимал Кремлёвский Дом Престарелых, что после смерти Брежнева разгонят их всех до одного! Так и случилось.

И что же у нас теперь осталось от трёх столпов, на которых так долго держалась Россия? ОТЕЧЕСТВО?
Надолго ли оно у нас осталось? И не распродадут ли его под шумок? И не исчезнет ли наше государство, как исчезли величайшие и непобедимые Римская и Византийская Империи? Причины их исчезновения - отсутствие ВЕРЫ и НРАВСТВЕННЫХ УСТОЕВ. Казалось бы, такая мелочь подточила величайшие мировые Империи. Но пришли Германцы и Турки, у которых ВЕРА и НРАВСТВЕННОСТЬ были на достаточно высоком уровне, и не стало на карте мира этих государств. Более того - латинский язык, на котором написаны были величайшие произведения науки и искусства, исчез из обиходной речи.

Вы спросите, какое отношение имеет всё это к зверствам полицейских в Казани? Я не отвечу. Догадайтесь сами.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 16.03.2012 в 22:50
Сообщение

Очередная трагедия случилась у нас в Казани. В полицейском застенке был убит человек. Шесть раз судимый Сергей Назаров, 52-х лет. Многие затруднятся или хотя бы запнутся, называя этого матёрого зека человеком. Ведь долгие годы своей жизни он провёл за колючей проволокой в зоне, о которой мы знаем только понаслышке, презирая и опасаясь людей, которые, по идее, должны были там исправляться и выходить полноценными членами общества, гражданами, очищенными от случайной скверны и готовыми к новой жизни.

Но получается всё с точностью до наоборот. Молодой человек, попадая в этот искажённый нечеловеческий, звериный, рабский мир, принимает все его "ценности" и уже никогда не сможет стать добропорядочным гражданином, мужем и отцом семейства. В его паспорте и даже на лбу, если хотите, ставится клеймо человека второго сорта и люди называют его презрительно - бывший зек!
Не так давно судья в беседе со мной ошибочно поняла, что я будто бы сидел. Выражение её лица сразу изменилось на надменно-презрительное и она, как бы сожалея о том, что потратила на меня, на пустое место, на бывшего сидельца столько времени, выдавила из себя: "Вы... Сидели???"

Такое вот отношение к бывшим заключённым тех, кто должен их перевоспитать и вернуть обществу полноценного гражданина. Вместо этого в лагерях и тюрьмах воспитывают настоящих рабов времён Римской Империи, которые способны работать только при виде кнута, безынициативны, ленивы и склонны к любым преступлениям. Этих людей лагерные ворота регулярно выплёвывают к нам, людям относительно нормальным, а они воспитывают и плодят себе подобных, тем самым разбавляя наше общество своей скверной. В верхах об этом знают, и в большие города этим изгоям путь закрыт. А малые потихоньку превращаются в сливные канавы.

Так вот, Назарова вызвал к себе участковый и, по традиции, предложил ему взять на себя какое-нибудь мелкое нераскрытое дело. (Показатели по раскрываемости надо улучшать). Бывший зек, к всеобщему удивлению, отказался. Что на него нашло? Магнитная буря повлияла или недопил немного? Неизвестно! И чтобы вернуть строптивого раба в его обычное рабское состояние, наши доблестные, тщательно отобранные полицейские заставили его снять штаны и бутылкой от шампанского порвали ему прямую кишку, от чего тот и скончался в больнице.

Чтобы тебя осмотрели, положили в больницу, обследовали и вылечили, надо заплатить. Хотя бы одну тысячу, хотя бы коробку конфет или бутылку коньяка. Но то ли у покойного Назарова не было денег, то ли родственники не догадались? Не знаю. В результате "вылечили" его так, как могут вылечить любого нашего безденежного гражданина. Хватились только через день, сделали операцию, но было поздно...
Вот это и есть наша "низовая" коррупция в действии. Платить за все услуги приходится два раза. В первый раз - в виде налогов, которые благополучно разворовываются, питая "верховую" коррупцию, и второй раз - лично в руки врачу, чиновнику, полицейскому, учителю... Самое смешное то, что бывший зек Назаров САМ ОПЛАТИЛ СВОЁ УБИЙСТВО и издевательства над собой. Ведь он, наверняка, работал и платил налоги, которые пошли на зарплату его убийцам. Неплохую, очень неплохую после переименования милиции зарплату!!!

И тут "ставится ребром" извечный вопрос: кто виноват и что делать? Виновных "стрелочников" нашли, арестовали, помурыжат немного и выпустят, когда шум затихнет. Так было уже не раз.
А вот давайте подумаем и найдём истинную причину. Почему люди стали такими бездушными?
До Октября 1917 у народа были ВЕРА, ЦАРЬ и ОТЕЧЕСТВО! За них, именно за них люди шли на войну, умирали, отдавали все свои силы и умение. Эти понятия были священными в народе. Я помню, перед глазами стоит диплом об окончании реального училища моего деда: буквы ять, двуглавый орёл, царские личности и оценки по предметам:
Закон Божий - 5;
Арифметика - 3;
Русский язык - 3; Ну, и так далее.

Первым и основным предметом считался Закон Божий!!! Каждый православный житель России обязан был знать и ВЫПОЛНЯТЬ все заповеди Христианства - Вечные истины, на которых стоит вся наша цивилизация!!!
Вот скажите, чем человек отличается от животного, от зверя? Тем, в основном, что он в своей жизни руководствуется не только инстинктами, но и МОРАЛЬНЫМИ ПРИНЦИПАМИ!
После революции Царя убили, Веру загнали в застенки и совсем было уничтожили, Отечество разделили по национальным республикам, которые через 70 лет откололись...
Но в Отечественную войну Сталину пришлось вспомнить и Веру, и Отечество. В 1941 году по его приказу на самолёте вокруг Москвы, имитируя крестный ход, провезли икону Казанской Божьей Матери, защитницу Отечества. И враг отступил! Мистика? Или вернувшаяся Вера? Кто знает?
Отечество Сталину тоже пришлось вспомнить. За мировую революцию народ не пошёл бы умирать. В атаку шли со словами: "За Родину, за Сталина!"

А вот Веру Сталину пришлось заменить суррогатом. Кто-то ещё помнит, что такое МОРАЛЬНЫЕ ПРИНЦИПЫ СТРОИТЕЛЯ КОММУНИЗМА? А ведь велась мощнейшая ПРОПАГАНДА! Детей в начальных классах принимали в ОКТЯБРЯТА и заставляли заучивать правила поведения. Потом - КОМСОМОЛ, который продолжал воспитание. И, наконец, МОРАЛЬНЫЕ ПРИНЦИПЫ СТРОИТЕЛЯ КОММУНИЗМА, которых должен был придерживаться каждый член общества. Хватило их, правда, без малого на 40 лет после смерти Сталина.

И помогало. Люди были нравственными! Такое, как случилось на днях в Казани, в те времена было бы невозможной дикостью! Почему же мы так одичали и стремительно продолжаем дичать дальше? Давайте подумаем!

Бога у нас нет. Царя, которого мы бы могли уважать и любить - тоже. Во времена советов Бога и Царя заменял сам Сталин, которого любили, уважали и обожали миллионы! После его смерти он так и остался Богом, которому и по сей день молятся многие и многие! Цари, которые правили СССР после смерти Сталина, тоже снискали некоторое уважение в народе. Брежнев, правда, подкачал последнее десятилетие. Но вертикаль власти, держалась за него до последнего. Понимал Кремлёвский Дом Престарелых, что после смерти Брежнева разгонят их всех до одного! Так и случилось.

И что же у нас теперь осталось от трёх столпов, на которых так долго держалась Россия? ОТЕЧЕСТВО?
Надолго ли оно у нас осталось? И не распродадут ли его под шумок? И не исчезнет ли наше государство, как исчезли величайшие и непобедимые Римская и Византийская Империи? Причины их исчезновения - отсутствие ВЕРЫ и НРАВСТВЕННЫХ УСТОЕВ. Казалось бы, такая мелочь подточила величайшие мировые Империи. Но пришли Германцы и Турки, у которых ВЕРА и НРАВСТВЕННОСТЬ были на достаточно высоком уровне, и не стало на карте мира этих государств. Более того - латинский язык, на котором написаны были величайшие произведения науки и искусства, исчез из обиходной речи.

Вы спросите, какое отношение имеет всё это к зверствам полицейских в Казани? Я не отвечу. Догадайтесь сами.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 16.03.2012 в 22:50
valeri_rbДата: Понедельник, 02.04.2012, 15:20 | Сообщение # 13
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline


Философские беседы, 1942.

А на левой груди - профиль Сталина,
А на правой...

...Застучали мне мысли по темечку.
Оказалось - я зря им клеймён.
И хлещу я берёзовым веничком
По наследию мрачных времён...
Владимир Высоцкий.

1.
Немецкие бомбардировщики прогудели над головами и скрылись за горизонтом, который не был виден из свежевырытого окопа. Лето 1942-го года было не очень удачным для наших войск.
- Мост бомбить полетели, - ни к кому не обращаясь, сказал Саблин.
- Дадут им там жару. Зенитчики к мосту с вечера ещё проехали, - отозвался Кравцов, поудобнее устраиваясь рядом.
- Может быть дадут, а может - нет.
- Ты опять за своё! - оборвал его Кравцов, - Не уймёшься никак! Язык твой поганый довёл тебя до штрафбата. Смотри, пустят в расход - и вся недолга!

- Ой, чья бы корова мычала, комиссар недорезанный, - совсем без злости в голосе отозвался Саблин.
Бывший майор Павел Саблин попал в штрафбат вовсе не из-за своего языка, а даже совсем наоборот - из-за того, что промолчал не вовремя. Сержанта, который рассказал тот злополучный анекдот про Сталина, трибунал приговорил к расстрелу. Вот у кого язык был длинный! Надо же, прямо в лицо особисту обложил матом Великого Вождя всех времён и народов! НКВДшник готов был четвертовать паскудника, но перевёл свой гнев на майора, слышавшего, но не доложившего об "измене" сержанта.

- Как вы могли! Почему не пришли ко мне сразу же с рапортом? - надрывался на допросе особист, - Или вы согласны с клеветой на товарища Сталина???
- Никак нет! - стоя навытяжку, как солдат на плацу, слабо возражал майор, - Я и не прислушивался, о чём они там болтали.
- А должны были прислушаться! Вот, простой солдат, рядовой, ваш подчинённый прислушался и пришёл ко мне! А вы? Измену у себя допустили! Всё, под трибунал!
А когда по ходу дела выяснилось, что Саблин из казаков (пусть и не раскулачивали его отца, но весь Дон в гражданскую воевал с Советами), вопрос был решён окончательно и бесповоротно: разжаловать, - и в штрафбат! Кровью должен искупить свою вину!

Старший политрук Пётр Кравцов, Комиссар, как его здесь звали исподтишка, угодил в штрафбат своим путём. Неисповедимы пути Господни! Зимой сорок первого, попав в окружение, он сумел собрать вокруг себя остатки разбитых частей и с боями вывести их за линию фронта, к своим. После проверки войсками НКВД рядовой состав отправили на переформирование, а к командирам у особистов были дополнительные вопросы: почему так долго выходили из окружения, не были ли в плену, не соприкасались ли с врагом напрямую? Не смог Пётр ответить на все их вопросы и доказать, что он чист перед Родиной, и загремел в штрафбат.

2.
Коротка жизнь человеческая, и в штрафбате это особенно заметно. Если после атаки остаётся хотя бы половина личного состава, значит сильно повезло тем, кто остался. И радость переполняет сердца штрафников: поживём ещё немного, до следующей атаки. Пусть бесправными до ужаса зэками, пусть патроны выдают только перед боем, пусть за спиной рота НКВД и обратного пути нет, пусть даже "Ура" кричать запрещено. Пусть! Зато, живы штрафбатовцы, и есть надежда, что не убьют, а только ранят. А уж после ранения, если воевал геройски, могут направить тебя в обычную часть, а там и до конца войны дотянуть можно.

Саблин посмотрел на Кравцова и улыбнулся этим своим мыслям.
- Что весёлый такой? - хмуро спросил Кравцов.
- Да вот, размечтался. Надеюсь выжить и покинуть эту "гостеприимную" часть.
- Ууу, это только вперёд ногами, - улыбнулся в ответ Комиссар, - А я рад, что мне дали возможность защищать Родину! Лучше умереть от вражеской пули, чем от тифозной вши в лагерном бараке.
- Да, небольшой у тебя выбор! - проворчал Саблин, подставляя другой бок своего ладно скроенного казацкого тела утреннему солнышку, - Как же так? Вот ты им служил. Верой и правдой служил, а заслужил такой небогатый выбор?

- Вот кАк ты можешь уколоть! В самое больное место! Да не людям я служил, а Партии, Великому Сталину, идее, чтобы тебе понятнее было! Я и сейчас всему этому служу. И за светлое будущее, за коммунизм я всё готов отдать, жизни не пожалею! Пойми это, дурья твоя башка!
- Какой коммунизм, какие идеи? - не унимался Саблин, - Ты посмотри, что твои друзья натворили! Лагеря переполнены! Бесплатная рабочая сила, РАБЫ строят ваш долбанный Коммунизм! Неужели для того, чтобы построить самый передовой коммунистический строй, так нужны элементы самого отсталого - рабовладельческого? Маркс, помнится, говорил, что рабский труд - непроизводителен!
- Ты бы потише орал, - начал заводиться Кравцов, - Вон, командир прислушивается. Поставят к стенке, и не дождёшься ты своего лёгкого ранения, как манны небесной. И как это ты с такими мыслями дослужился до майора, да ещё при генеральном штабе был? Или ты шпион какой-нибудь английский? Кто тебя ТАКОМУ научил? Признавайся!

Пётр, не помня себя от ярости, схватил Павла Саблина за грудки и начал трясти, ругаясь зло и матерно. А так как оба стояли на коленях, то и упали на дно окопа, продолжая мутузить друг друга яростно, но недолго. Грозный окрик командира штрафников положил конец безобразию. Они опять присели в общем окопе рядом, тяжело дыша и отдуваясь.
- Как думаешь, не сдаст? - опять первым начал Саблин.
- Не бойся, не сдаст, - отозвался Кравцов, - Завтра ему вместе с нами на немца идти. Если бы сдавал, давно бы его пристрелили. СтОящий мужик, многих от верной смерти спас! А ты бы потише разглагольствовал. Любой из НКВД-шников услышит - вместе к стенке станем. Понятно? Такие у нас здесь порядки!

- Куда уж понятнее, - вздохнул Саблин, - Только и ты свои кулаки попридержи. Какой я тебе, к чёрту, шпион? Я сам, своими мозгами понял положение вещей. В Москве, в генштабе кругозор пошире, фактов побольше, а голова у меня ещё светлая. За то и направили в столицу. Только не любят у нас шибко умных. Потому и загремел на фронт. Да я и не жалею ни о чём.
Беседа продолжилась, но уже в мирном русле. Кравцов заинтересовался, что же такого особенного узнал Павел, находясь при генеральном штабе? И Саблин продолжил:
- Ты Жукова знаешь Георгия Константиновича? Вот он и был моим начальником. Умнейший человек! Да и не он один там был такой. Но дело в том, что все мы были там новичками. А старая гвардия, далеко не глупые люди, вдруг оказалась предателями, врагами народа. Взять маршала Тухачевского. Ты знаешь, какая у него была голова? Какой это был военспец! Забрали и расстреляли. Разгромили весь генштаб. Остался один Будённый со своей конницей. Бронекопытные войска! С шашкой наголо на танки! Каково это видеть? А я видел. Смотрел и плакал. Теперь тебе понятно, почему немцы дошли до Москвы? У Красной Армии голову отрубили, а новая ещё не успела вырасти!

- Нет, головы отрубили у предателей, вроде твоего Тухачевского, а остались люди, верные идее и Сталину! - парировал Комиссар.
- Ой, - поморщился Саблин, - все они одним миррам мазаны. Ты знаешь, как Тухачевский после гражданской, заметь, в мирное время наводил порядок в Тамбовской губернии? Приезжал в деревню, собирал сход, брал заложников и, угрожая расстрелом, требовал выдать ему зачинщиков мятежа. Если не выдавали, то расстреливал первую партию заложников, брал новую и опять требовал выдачи. И так до тех пор, пока селяне сами не приводили главарей. Это метод, скажи мне? Казнить землепашцев, тружеников, своих?! С тех пор и появилась у нас поговорка: "Тамбовский волк тебе товарищ!"

- Правильно делал, с бандитами иначе нельзя!
- Станешь бандитом, когда у тебя последнее зерно отберут, когда сеять нечего, а дети пухнут с голода! Ладно, пусть будет врагом народа Михаил Тухачевский, хотя он столько сделал для Красной Армии, сколько верному сталинцу Будённому и не снилось. А теперь скажи мне, зачем Семён Михайлович Будённый в сорок первом, взрывая Днепрогэс, погубил заодно с немецкими и свои войска? Утонули мирные жители, затопило всю нижнюю часть города Запорожье вместе с людьми, всю днепровскую пойму. К чему были такие жертвы?

- Война, Павел, война...
- Нет, Пётр! И в войну надо думать о людях, о рядовых. Суворов - тот в своё время думал. И берёг, и у него каждый солдат стоил десятка вражеских. Не числом воевал, а умением! А маршал Будённый со своей лёгкой кавалерией и устаревшей стратегией времён гражданской войны думал, как бы уберечь свою дурную башку от гнева Верховного, и погубил десятки тысяч солдат, женщин, детей. Умерли, утонули люди просто так, ни за что...

Кравцов промолчал. Слова Павла совпадали с теми смутными сомнениями, которые иногда мучили его, и которые он гнал прочь, забывая о них в сутолоке повседневных забот. Но сейчас, когда он стал рядовым штрафбата, и не другие какие-то абстрактные люди, а он сам превратился в пушечное мясо, в скотину, которую гонят на убой честолюбивые командиры, от верности приказов которых зависит его единственная и неповторимая жизнь, Пётр осознал, почувствовал, понял, что не так что-то в их Датском Королевстве.

3.
Затишье кончилось, и немцы снова зашевелились, пошли в атаку. Сталинский приказ "Ни шагу назад" в действии, действительно, взбодрил войска. Все знали о существовании загранотрядов, которые незримо присутствовали за спиной, и решительно пресекали любые попытки дезертирства и бегства, самовольного отхода с переднего края. Ходили слухи о том, что бегущих с поля боя будут расстреливать из пулемётов, но никто не верил, что такое возможно. Хотя, если прикажут...

Нашим героям повезло в том смысле, что их штрафбат состоял исключительно из бывших офицеров, для которых война была смыслом их жизни, профессией. Был такой приказ по армии, чтобы всех вышедших из окружения проверять, пропуская через штрафные батальоны рядовыми. Пусть, мол, кровью докажут свою преданность Родине и великому Сталину. Поэтому страшна была атака штрафбатовцев, будто не люди вовсе, а заводные манекены, обученные всем тонкостям рукопашного боя, молча, без ободряющих криков полевых командиров бежали на врага, убивая пулей, штыком и прикладом. И, не доводя дело до рукопашного боя, немцы организованно, неорганизованно, по-разному бежали под прикрытие своих пушек и танков.

Вот и на этот раз танковая атака захлебнулась. Оставив несколько машин дымиться на поле боя, немецкие танкисты развернулись и отступили в балку, подальше от нашей артиллерии. Сминая растерявшихся фашистских автоматчиков, штрафбатовцы бросились в контратаку, ворвались в пустые к тому времени вражеские окопы и заняли оборону. Отступать они не привыкли. Почему? Да просто потому, что раненные, вынесенные с поля боя, как и награждённые за отвагу, восстанавливались в прежнем звании и отправлялись на прежнее место службы, где была надежда с честью умереть или дожить до победы. А кто будет выносить истекающего кровью штрафбатовца, оставшегося на нейтральной полосе?

Санитары подбирали раненных счастливцев, хоронили убитых. Повезло. Потери составили около трети личного состава, и довольный комбат сам обошёл новую линию обороны, проверяя, всё ли сделано так, как надо. Увидев расположившихся рядом в общем окопе Петра и Павла, он приветствовал их как старых знакомых:
- Рад видеть в строю! Не берёт вас пуля!
- Да апостолов пуля не возьмёт. Двое их у нас: Пётр и Павел, - отозвался кто-то из соседнего окопа.
- Согласен. Служите апостолы! - улыбнулся комбат и прошёл дальше.
А "апостолы" расположились в окопе и продолжили свою, ставшую уже привычной, беседу. Начал Саблин:
- Что, Комиссар, повезло нам сегодня. А ты, когда бежал в атаку, кричал: "За Родину, за Сталина!" С Родиной всё понятно: Родина у нас одна. А вот насчёт Сталина ты не прав, друг мой.

- Ты, Павел, Сталина не трогай! Он Россию поднял из руин и сделал великой державой. Он отец наш и благодетель. Если бы не он, мы бы сейчас лаптем щи хлебали!
- Да, да, да! И чьи ты слова повторяешь? И кто тебе вбил всё это в голову? А подумать своей бестолковкой слабО? Вот давай рассуждать здраво. Царская Россия, неужели не была великой державой? И жили мы до первой мировой совсем неплохо. Процветали, развивались потихоньку, планы на будущее были...
- А войну кто открыл, эту бессмысленную бойню? Царь твой разлюбезный народ на смерть послал! Он дал мужикам винтовки и послал их на фронт глотать немецкие газы, стрелять в немецких рабочих и крестьян! Он начал разорение страны!

- Да, с Николаем Вторым нам не повезло. Никакой он был царь, без ума и соображения. Вот за его безалаберность мы до сих пор и расплачиваемся. Но скажи мне, Пётр, кто затеял Гражданскую войну? Кто заставил обезумевший от горя народ идти брат на брата, отец на сына? Царя-то уже не было. Убили его, сожгли и пепел по ветру развеяли. И народ остался, как говорится, без Царя в голове и без надежды на примирение. Смутные времена настали, на краю пропасти стояла Россия. Царь, какой бы он ни был, объединял нацию, не допускал междоусобиц!

- Нужен он нам, твой Царь-идиот! Убили его - и ладно. И белогвардейскую сволочь разбили, и интервентов всех с ними заодно! И ничего с Россией не случилось, построили индустриальную державу мирового значения!
- Построили... - вздохнул Павел, - но какой ценой! От голода, болезней, красного и белого террора погибло около десяти миллионов человек! Ещё и Красная Армия "всего" миллион бойцов потеряла. Ты можешь себе представить миллион трупов? Миллион разлагающихся тел? Это два больших города!

- Зато мы навсегда избавились от эксплуататоров, от душегубов, которые веками сосали кровь из трудового народа, шикуя и пользуясь плодами непосильного труда рабочих и крестьян! - воскликнул Пётр.
- И здесь ты неправ! Мы вместе с водой выплеснули и ребёнка, уничтожили цвет нации! Погубили и выгнали за границу практически всю интеллигенцию, всех квалифицированных и думающих людей! А восстановить всё это - ой, как трудно! Может быть и вообще невозможно. Заводы были разбиты, разрушены до основания, камня на камне не осталось! Но самое печальное состоит в том, что мы за годы войн и лихолетья развратили оставшихся людей, которые отвыкли от мирного созидательного труда и научились грабить и убивать.

- Это ты бойцов Красной Армии называешь грабителями и убийцами? - опять взвился Комиссар.
- Да не кипятись ты! Подумай лучше. Сначала была Империалистическая война, потом революция, потом гражданская. Лет восемь воевали, убивали друг друга. А человек, даже однажды убивший другого человека, переступает психологический барьер, становится ненормальным, маньяком, если хочешь! И переделать его, отучить убивать - очень трудно, почти невозможно. Он становится неадекватным. Вместо того, чтобы просто возразить соседу-обидчику, такой человек хватает ружьё, нож, вилы, что попадётся; и может из-за мелочи отправить собеседника на тот свет. В то же время он понимает свою ущербность, неполноценность. Ему снятся убитые им люди, его мучит совесть, и он сам не рад, что стал таким человеком-зверем. А теперь скажи, кто виноват, что люди становятся такими?

- Да, ты прав. Знавал я таких. Сильные сумели взять себя в руки, женились, детей народили, но так и не смогли избавиться от этой страшной болезни. А слабые - спились, пытаясь уйти от действительности. И виноватых тут нет. Виновата война.
- Война, говоришь? - усмехнулся Павел, - Ну, ладно. Мировую войну развязал Царь и капиталисты. Но гражднскую-то спровоцировали большевики. Был такой лозунг Ленина о перерастании империалистической войны в гражданскую. Было три столпа, на которых держалась царская Россия - Вера, Царь и Отечество. Это была основа всего государства, за это люди готовы были умирать на полях сражений. И что дали большевики взамен? Веру отобрали, Царя убили, вместо Отечества пообещали светлое будущее и мировую революцию. Пропала Россия! И пошёл брат на брата, отец на сына. Убивать! Сталин и большевики сначала разрушили Россию "До основанья", как поётся у них в "Интернационале", а затем построили новую на костях, на крови и на горе людском! А ты говоришь, что Сталин спас Россию, ээх!

- Да, спас! Если бы не Сталин, то вся эта банда жидомассонов во главе с Троцким, Каменевым, Зиновьевым и прочими завела бы страну неизвестно куда! Он один сумел создать индустриальную державу мирового уровня...
- На костях собственного народа! - умело "продолжил" мысль Павел.
- Да ты знаешь, что вытворял Троцкий в Гражданскую? - возмутился Пётр, - Этот наркомвоенмор поднимал боевой дух бойцов при помощи децимации! Расстреливал каждого десятого в воинской части, которая оставила боевые позиции. Применил изобретение древних Римлян. Умный был, гад, образованный!
- Все они такие. И твой Сталин - тоже. Люди для них - пыль придорожная, расходный материал, подопытные кролики для претворения в жизнь их "великих идей".

4.
Собеседники замолчали и задумались, переваривая сказанное. Тёплый летний ветерок обдувал разгорячённые спором головы. Склонившееся к горизонту солнышко уже не припекало как днём, а только чуть пригревало, напоминая, что скоро наступит ночь и люди отдохнут, наконец, от дневного пекла. И совсем не хотелось умирать. ДОма, в разрушенных войной городах штрафников ждали старики, жёны и дети, которых хотелось бы довести до совершеннолетия, погулять на их свадьбах, понянчиться с внуками... А вместо этого - искорёженная земля, окопы. И завтра утром надо будет идти в атаку и убивать немцев - таких же отцов семейств и молодых юношей, которых растили не для смерти и трупных червей, а для жизни, любви и радости.

Каждой клеточкой своего существа оба "апостола" чувствовали всё это и начинали, наконец, понимать, как и зачем, обманутые пропагандой двух чудовищ, ненасытных пожирателей человеческих жизней, собрались они здесь, на поле брани. Бывшие крестьяне и рабочие, ремесленники и молодёжь, художники и поэты, которых принудили убивать друг друга ради непомерного самолюбия двух идолов, упивающихся кровью несчастных людей, заставляющих поклоняться себе и приносить эту чудовищную кровавую жертву.

- Нет, ну ты скажи, как можно было обмануть, подчинить себе такую массу людей? - заговорил опять Пётр.
- Как? Очень просто. Народ идёт за тем, кто больше обещает. В семнадцатом было много партий. У каждой - своя цель, своя программа. Большевики пообещали больше всех - светлое будущее, коммунизм. Ни больше, ни меньше. К тому же, первыми декретами Советов были декрет о мире и о земле. Землю, как ты знаешь, крестьянам раздали, мир, хоть и позорный, с немцами заключили. А потом началась Гражданская. Ленин сам выдвинул лозунг о перерастании войны империалистической в войну гражданскую. Причём, не только в России. Надеялся с помощью войны обеспечить победу коммунизма во всём мире. Мирной жизни не стало, а крестьян со временем согнали в колхозы, отобрав у них и землю. Самых зажиточных, самых работящих переселили в Сибирь, чтобы не мешали Сталину проделывать свои небывалые, чудовищные, бесчеловечные эксперименты над людьми. Вот тебе и декреты о мире, о земле... Сплошной обман.

- Да что ты говоришь, Павел? Крестьянство - это тормоз в развитии общества. Рабочий класс - вот это да! Именно он должен обеспечить всем людям на Земле светлое будущее! Сталин развивал промышленность. И вот теперь мы - индустриальная держава. Мы победили, а победителей не судят.

- Да, держава. На костях загубленного крестьянства. Ты слышал что-нибудь о голодоморе 1932-33-го годов? Сразу после коллективизации выгребли подчистую весь хлеб у крестьян, и начался голод. До людоедства доходило, особенно на Украине. Думаю, это было сделано намеренно, чтобы подавить бунты. Миллионы людей погибли! А в это время продолжались поставки зерна за рубеж, чтобы обеспечить индустриализацию! Убийство, варварство! Вы не находите, бывший старший политрук?

5.
Павел подождал немного, но Комиссар молчал. Видимо, совесть не дала, не позволила ему возразить. И Павел продолжил свою антисоветскую агитацию. Если бы его слова хоть краем уха услышал кто-нибудь посторонний, то несдобровать бы обоим собеседникам. Высшая мера, расстрел - вот что было положено за такие речи. И позорное клеймо врага народа не только на расстрелянном, но и на всей его семье, которая подлежала высылке в Сибирь в лучшем случае. В худшем - лагеря и каторжный подневольный труд на "стройках коммунизма". Именно так поступали с членами семей врагов народа и с теми, кому не повезло родиться в семье "бывших", так называемых привилегированных классов царской России.

- А ты знаешь, Пётр, что Сталин намеренно исказил учение Маркса и Ленина? Он не помог пролетариям других стран сделать революцию и публично заявил в своём интервью американскому журналисту в 35-м году, что нет у него таких планов. Лукавил наверное, скрывал свои истинные намерения и готовился к новой войне. Маркс считал, что мировая революция неизбежна. А лучшие условия для освобождения пролетариата наступают во время мировых войн.

- Ты ещё Троцкого вспомни с его теорией перманентной революции!
- Все они мечтали о мировой революции, и Троцкий был самым последовательным марксистом. Но прагматик Сталин намеренно отказался от заблуждений и явных ошибок теории. Согласно Марксу, государство в новом коммунистическом обществе должно было отмереть, семья исчезнуть, общие дети воспитываться отдельно от родителей. Не должно быть национальностей, расовых различий, которые сотрутся сами собой. Добровольный труд - только в радость, а получать все блага каждый должен по потребностям.

- Вот-вот, это и есть настоящий троцкизм. И правильно Сталин сделал, что отстранил Троцкого от власти и выслал за рубеж. Ты сам подумай, Павел, как из бандитов и воров, из людей, для которых после гражданской убийство стало самым привычным делом, из армии беспризорных, из кулаков-единоличников можно создать идеальное общество?

- Вот!!! И Сталин рассуждал примерно так же. Если народ не соответствует теоретическим выкладкам, то необходимо этот народ подравнять на Прокрустовом ложе и укоротить - кого на полголовы, а кого и на целую голову. Теоретик, блин! Сколько людей угробил! Да он всех своих друзей-соратников, с которыми делал революцию, - Каменева, Зиновьева, Бухарина, Троцкого, 90% делегатов семнадцатого съезда партии расстрелял. Уничтожил, извёл под корень всю старую, ленинскую ещё, гвардию и остался в гордом одиночестве с теми, кто не мог ему слово поперёк сказать. Подумай, Пётр, а не маньяк ли твой Сталин, Великий Вождь всех времён и народов?

Комиссар молчал. Он не мог прийти в себя после такого "богохульства", после такой крамолы, возведённой на великого и мудрого Сталина, которого обожествляли все поголовно, за которого шли на смерть и который никак уж не мог быть маньяком. Но, подумав немного, Пётр вспомнил, что почти все старые большевики прошли тюрьмы, ссылки, поселения, подполье, революции, империалистическую и гражданскую войны. И это не только закалило их, но и приучило вершить свои дела с помощью ножа и пистолета, на всю оставшуюся жизнь исковеркав их психику. "Нет человека - нет проблемы", - где-то он уже слышал эту фразу...

6.
- И никакой он не великий и не мудрый! - как бы отвечая на мысли собеседника, продолжил Павел, - Он проморгал начало войны. Так долго готовился к ней - и проморгал. Гитлер оказался хитрее и изворотливее. Сталин убрал всю верхушку Красной Армии, всех, кто мог бы ему помешать в результате новой войны захватить полмира и установить там свой бесчеловечный тоталитарный коммунистический режим. Я служил при Генеральном штабе. Там почти всё было готово к решительному наступлению. Уж я-то знаю, поверь мне. Не хватило времени, которое мог бы дать пакт Молотова - Риббентропа.

- А если бы они договорились и стали союзниками - Сталин и Гитлер? Представляешь, что могло бы получиться? Весь мир был бы у ног такого союза! Но, к сожалению, это было невозможно по идеологическим соображениям. Коммунисты не признают национальных различий, они интернационалисты, в отличие от ярого националиста, даже фашиста, Гитлера.

- Нет, ты, Пётр, совсем не хочешь думать. Вот смотри: националист Гитлер взял себе в союзники Японцев, которые относятся к монголоидной расе, а интернационалист Сталин поделил Россию по национальному принципу, упразднив царские губернии и создав национальные республики. И почему бы им не стать союзниками? Всё к тому шло. Я-то знаю! Перед самой войной была уничтожена, разобрана линия обороны на границе с Германией, оборонительное вооружение не производилось, да все газеты трубили о войне на территории противника. Вспомни песню "Если завтра война".

- Да, "Малой кровью, железным ударом...", - вздохнул Пётр, - Гремела песня!
В голове сами собой откуда-то всплыви строки:
"Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем..."
Защемило в висках от неожиданных воспоминаний мирного времени и, скорее по инерции, чем по убеждению, Пётр произнёс:
- А что, Павел, если эта война будет, действительно, последней и вслед за ней наступит мир во всём мире и торжество коммунистических идей?

Павел посмотрел внимательно на Комиссара и отвернулся, не сказав ни слова. Сумерки спустились на передовую, давая возможность людям встать во весь рост и хоть немного отдохнуть от "родных" окопов. Затишье было полное. Даже канонада в отдалении затихла и перестала давить на мозги. Казалось, что кончилась война, нет её больше, проклятой. И только обычай не давать третьему прикуривать от одной спички напоминал о том, зачем так много людей собралось здесь, в лабиринте окопов. Первого прикуривающего снайпер видит, во второго прицеливается, а уж в третьего стреляет. И никто никогда не захочет быть третьим.

- Понимаешь, Пётр, - опять заговорил Павел, - Есть два способа заставить человека работать, делать что-то нужное для общества: кнутом и рублём. Кнутом заставляют трудиться рабов, которым этот труд совсем не нужен. Ещё Карл Маркс пришёл к выводу, что рабский труд непроизводителен. Раб работает только в присутствии надсмотрщика. Сам по себе он не в состоянии произвести ничего. И даже получая свободу, раб, привыкший к своей плётке, теряет способность к самостоятельному труду в большинстве случаев. Сталин же создал в нашей стране целый класс рабов, которые за колючей проволокой строят светлое будущее. Да и оставшиеся на воле люди очень напоминают рабское сословие, способное работать только по указке свыше. Всякая инициатива у нас наказуема, любое творчество возможно лишь с разрешения начальства. И ты думаешь, что такие одинаковые, причёсанные под одну гребёнку люди с промытыми мозгами смогут стать ядром нового общества в светлом будущем?

- Да, колхозники у нас бесправные, привязанные к земле и к своей деревне люди. Им даже паспортов не дают. Но они так же, как и рабочие, верят в светлое будущее и делают всё, чтобы оно наступило.
- Верят... Потому, что пропаганда об этом самом будущем не даёт им трезво взглянуть на вещи. Но стоит хоть немного ослабить пропагандистский напор, и созидательный труд во имя неизвестно чего прекратится, а затем наступит хаос. Коммунисты во главе со Сталиным изуродовали психику населения своей страны, и именно поэтому БУДУЩЕЕ НАШЕ УЖАСНО. Человек должен сам отвечать за себя, за близких ему людей и за своё будущее. Только в этом случае возможен прогресс, и только у таких людей есть возможность строить это самое будущее.

7.
Павел опять замолчал, давая собеседнику время подумать и "переварить" всё сказанное. Друзья закурили, и Пётр с наслаждением затянулся, пропуская через лёгкие едкий дымок самосада. Никотин привычно расходился по телу с током крови, освежая мозги и проясняя ход мыслей. Он встал во весь рост, но тут вдруг, как всегда это бывает, неожиданно раздался негромкий резкий хлопок, и Павел увидел, что его друг и собеседник Комиссар начал заваливаться набок и падать на землю. На голове у него в районе виска появилась совсем небольшая струйка крови.

- Снайпер, гад, - подумал Павел, - по огоньку самокрутки стрелял!!!
На следующее утро Павел Саблин во время очередной атаки был ранен в ногу. После госпиталя его восстановили в звании, и воевал он до самой Победы, закончив войну в Берлине. В крамольных мыслях, посещавших его время от времени, он больше никому и никогда не признавался, с грустью вспоминая философские беседы двух "апостолов" неизвестно какой веры, которые имели место в окопах Великой Отечественной войны в жаркие летние дни 1942-го года.


Валерий Рыбалкин
 
Сообщение

Философские беседы, 1942.

А на левой груди - профиль Сталина,
А на правой...

...Застучали мне мысли по темечку.
Оказалось - я зря им клеймён.
И хлещу я берёзовым веничком
По наследию мрачных времён...
Владимир Высоцкий.

1.
Немецкие бомбардировщики прогудели над головами и скрылись за горизонтом, который не был виден из свежевырытого окопа. Лето 1942-го года было не очень удачным для наших войск.
- Мост бомбить полетели, - ни к кому не обращаясь, сказал Саблин.
- Дадут им там жару. Зенитчики к мосту с вечера ещё проехали, - отозвался Кравцов, поудобнее устраиваясь рядом.
- Может быть дадут, а может - нет.
- Ты опять за своё! - оборвал его Кравцов, - Не уймёшься никак! Язык твой поганый довёл тебя до штрафбата. Смотри, пустят в расход - и вся недолга!

- Ой, чья бы корова мычала, комиссар недорезанный, - совсем без злости в голосе отозвался Саблин.
Бывший майор Павел Саблин попал в штрафбат вовсе не из-за своего языка, а даже совсем наоборот - из-за того, что промолчал не вовремя. Сержанта, который рассказал тот злополучный анекдот про Сталина, трибунал приговорил к расстрелу. Вот у кого язык был длинный! Надо же, прямо в лицо особисту обложил матом Великого Вождя всех времён и народов! НКВДшник готов был четвертовать паскудника, но перевёл свой гнев на майора, слышавшего, но не доложившего об "измене" сержанта.

- Как вы могли! Почему не пришли ко мне сразу же с рапортом? - надрывался на допросе особист, - Или вы согласны с клеветой на товарища Сталина???
- Никак нет! - стоя навытяжку, как солдат на плацу, слабо возражал майор, - Я и не прислушивался, о чём они там болтали.
- А должны были прислушаться! Вот, простой солдат, рядовой, ваш подчинённый прислушался и пришёл ко мне! А вы? Измену у себя допустили! Всё, под трибунал!
А когда по ходу дела выяснилось, что Саблин из казаков (пусть и не раскулачивали его отца, но весь Дон в гражданскую воевал с Советами), вопрос был решён окончательно и бесповоротно: разжаловать, - и в штрафбат! Кровью должен искупить свою вину!

Старший политрук Пётр Кравцов, Комиссар, как его здесь звали исподтишка, угодил в штрафбат своим путём. Неисповедимы пути Господни! Зимой сорок первого, попав в окружение, он сумел собрать вокруг себя остатки разбитых частей и с боями вывести их за линию фронта, к своим. После проверки войсками НКВД рядовой состав отправили на переформирование, а к командирам у особистов были дополнительные вопросы: почему так долго выходили из окружения, не были ли в плену, не соприкасались ли с врагом напрямую? Не смог Пётр ответить на все их вопросы и доказать, что он чист перед Родиной, и загремел в штрафбат.

2.
Коротка жизнь человеческая, и в штрафбате это особенно заметно. Если после атаки остаётся хотя бы половина личного состава, значит сильно повезло тем, кто остался. И радость переполняет сердца штрафников: поживём ещё немного, до следующей атаки. Пусть бесправными до ужаса зэками, пусть патроны выдают только перед боем, пусть за спиной рота НКВД и обратного пути нет, пусть даже "Ура" кричать запрещено. Пусть! Зато, живы штрафбатовцы, и есть надежда, что не убьют, а только ранят. А уж после ранения, если воевал геройски, могут направить тебя в обычную часть, а там и до конца войны дотянуть можно.

Саблин посмотрел на Кравцова и улыбнулся этим своим мыслям.
- Что весёлый такой? - хмуро спросил Кравцов.
- Да вот, размечтался. Надеюсь выжить и покинуть эту "гостеприимную" часть.
- Ууу, это только вперёд ногами, - улыбнулся в ответ Комиссар, - А я рад, что мне дали возможность защищать Родину! Лучше умереть от вражеской пули, чем от тифозной вши в лагерном бараке.
- Да, небольшой у тебя выбор! - проворчал Саблин, подставляя другой бок своего ладно скроенного казацкого тела утреннему солнышку, - Как же так? Вот ты им служил. Верой и правдой служил, а заслужил такой небогатый выбор?

- Вот кАк ты можешь уколоть! В самое больное место! Да не людям я служил, а Партии, Великому Сталину, идее, чтобы тебе понятнее было! Я и сейчас всему этому служу. И за светлое будущее, за коммунизм я всё готов отдать, жизни не пожалею! Пойми это, дурья твоя башка!
- Какой коммунизм, какие идеи? - не унимался Саблин, - Ты посмотри, что твои друзья натворили! Лагеря переполнены! Бесплатная рабочая сила, РАБЫ строят ваш долбанный Коммунизм! Неужели для того, чтобы построить самый передовой коммунистический строй, так нужны элементы самого отсталого - рабовладельческого? Маркс, помнится, говорил, что рабский труд - непроизводителен!
- Ты бы потише орал, - начал заводиться Кравцов, - Вон, командир прислушивается. Поставят к стенке, и не дождёшься ты своего лёгкого ранения, как манны небесной. И как это ты с такими мыслями дослужился до майора, да ещё при генеральном штабе был? Или ты шпион какой-нибудь английский? Кто тебя ТАКОМУ научил? Признавайся!

Пётр, не помня себя от ярости, схватил Павла Саблина за грудки и начал трясти, ругаясь зло и матерно. А так как оба стояли на коленях, то и упали на дно окопа, продолжая мутузить друг друга яростно, но недолго. Грозный окрик командира штрафников положил конец безобразию. Они опять присели в общем окопе рядом, тяжело дыша и отдуваясь.
- Как думаешь, не сдаст? - опять первым начал Саблин.
- Не бойся, не сдаст, - отозвался Кравцов, - Завтра ему вместе с нами на немца идти. Если бы сдавал, давно бы его пристрелили. СтОящий мужик, многих от верной смерти спас! А ты бы потише разглагольствовал. Любой из НКВД-шников услышит - вместе к стенке станем. Понятно? Такие у нас здесь порядки!

- Куда уж понятнее, - вздохнул Саблин, - Только и ты свои кулаки попридержи. Какой я тебе, к чёрту, шпион? Я сам, своими мозгами понял положение вещей. В Москве, в генштабе кругозор пошире, фактов побольше, а голова у меня ещё светлая. За то и направили в столицу. Только не любят у нас шибко умных. Потому и загремел на фронт. Да я и не жалею ни о чём.
Беседа продолжилась, но уже в мирном русле. Кравцов заинтересовался, что же такого особенного узнал Павел, находясь при генеральном штабе? И Саблин продолжил:
- Ты Жукова знаешь Георгия Константиновича? Вот он и был моим начальником. Умнейший человек! Да и не он один там был такой. Но дело в том, что все мы были там новичками. А старая гвардия, далеко не глупые люди, вдруг оказалась предателями, врагами народа. Взять маршала Тухачевского. Ты знаешь, какая у него была голова? Какой это был военспец! Забрали и расстреляли. Разгромили весь генштаб. Остался один Будённый со своей конницей. Бронекопытные войска! С шашкой наголо на танки! Каково это видеть? А я видел. Смотрел и плакал. Теперь тебе понятно, почему немцы дошли до Москвы? У Красной Армии голову отрубили, а новая ещё не успела вырасти!

- Нет, головы отрубили у предателей, вроде твоего Тухачевского, а остались люди, верные идее и Сталину! - парировал Комиссар.
- Ой, - поморщился Саблин, - все они одним миррам мазаны. Ты знаешь, как Тухачевский после гражданской, заметь, в мирное время наводил порядок в Тамбовской губернии? Приезжал в деревню, собирал сход, брал заложников и, угрожая расстрелом, требовал выдать ему зачинщиков мятежа. Если не выдавали, то расстреливал первую партию заложников, брал новую и опять требовал выдачи. И так до тех пор, пока селяне сами не приводили главарей. Это метод, скажи мне? Казнить землепашцев, тружеников, своих?! С тех пор и появилась у нас поговорка: "Тамбовский волк тебе товарищ!"

- Правильно делал, с бандитами иначе нельзя!
- Станешь бандитом, когда у тебя последнее зерно отберут, когда сеять нечего, а дети пухнут с голода! Ладно, пусть будет врагом народа Михаил Тухачевский, хотя он столько сделал для Красной Армии, сколько верному сталинцу Будённому и не снилось. А теперь скажи мне, зачем Семён Михайлович Будённый в сорок первом, взрывая Днепрогэс, погубил заодно с немецкими и свои войска? Утонули мирные жители, затопило всю нижнюю часть города Запорожье вместе с людьми, всю днепровскую пойму. К чему были такие жертвы?

- Война, Павел, война...
- Нет, Пётр! И в войну надо думать о людях, о рядовых. Суворов - тот в своё время думал. И берёг, и у него каждый солдат стоил десятка вражеских. Не числом воевал, а умением! А маршал Будённый со своей лёгкой кавалерией и устаревшей стратегией времён гражданской войны думал, как бы уберечь свою дурную башку от гнева Верховного, и погубил десятки тысяч солдат, женщин, детей. Умерли, утонули люди просто так, ни за что...

Кравцов промолчал. Слова Павла совпадали с теми смутными сомнениями, которые иногда мучили его, и которые он гнал прочь, забывая о них в сутолоке повседневных забот. Но сейчас, когда он стал рядовым штрафбата, и не другие какие-то абстрактные люди, а он сам превратился в пушечное мясо, в скотину, которую гонят на убой честолюбивые командиры, от верности приказов которых зависит его единственная и неповторимая жизнь, Пётр осознал, почувствовал, понял, что не так что-то в их Датском Королевстве.

3.
Затишье кончилось, и немцы снова зашевелились, пошли в атаку. Сталинский приказ "Ни шагу назад" в действии, действительно, взбодрил войска. Все знали о существовании загранотрядов, которые незримо присутствовали за спиной, и решительно пресекали любые попытки дезертирства и бегства, самовольного отхода с переднего края. Ходили слухи о том, что бегущих с поля боя будут расстреливать из пулемётов, но никто не верил, что такое возможно. Хотя, если прикажут...

Нашим героям повезло в том смысле, что их штрафбат состоял исключительно из бывших офицеров, для которых война была смыслом их жизни, профессией. Был такой приказ по армии, чтобы всех вышедших из окружения проверять, пропуская через штрафные батальоны рядовыми. Пусть, мол, кровью докажут свою преданность Родине и великому Сталину. Поэтому страшна была атака штрафбатовцев, будто не люди вовсе, а заводные манекены, обученные всем тонкостям рукопашного боя, молча, без ободряющих криков полевых командиров бежали на врага, убивая пулей, штыком и прикладом. И, не доводя дело до рукопашного боя, немцы организованно, неорганизованно, по-разному бежали под прикрытие своих пушек и танков.

Вот и на этот раз танковая атака захлебнулась. Оставив несколько машин дымиться на поле боя, немецкие танкисты развернулись и отступили в балку, подальше от нашей артиллерии. Сминая растерявшихся фашистских автоматчиков, штрафбатовцы бросились в контратаку, ворвались в пустые к тому времени вражеские окопы и заняли оборону. Отступать они не привыкли. Почему? Да просто потому, что раненные, вынесенные с поля боя, как и награждённые за отвагу, восстанавливались в прежнем звании и отправлялись на прежнее место службы, где была надежда с честью умереть или дожить до победы. А кто будет выносить истекающего кровью штрафбатовца, оставшегося на нейтральной полосе?

Санитары подбирали раненных счастливцев, хоронили убитых. Повезло. Потери составили около трети личного состава, и довольный комбат сам обошёл новую линию обороны, проверяя, всё ли сделано так, как надо. Увидев расположившихся рядом в общем окопе Петра и Павла, он приветствовал их как старых знакомых:
- Рад видеть в строю! Не берёт вас пуля!
- Да апостолов пуля не возьмёт. Двое их у нас: Пётр и Павел, - отозвался кто-то из соседнего окопа.
- Согласен. Служите апостолы! - улыбнулся комбат и прошёл дальше.
А "апостолы" расположились в окопе и продолжили свою, ставшую уже привычной, беседу. Начал Саблин:
- Что, Комиссар, повезло нам сегодня. А ты, когда бежал в атаку, кричал: "За Родину, за Сталина!" С Родиной всё понятно: Родина у нас одна. А вот насчёт Сталина ты не прав, друг мой.

- Ты, Павел, Сталина не трогай! Он Россию поднял из руин и сделал великой державой. Он отец наш и благодетель. Если бы не он, мы бы сейчас лаптем щи хлебали!
- Да, да, да! И чьи ты слова повторяешь? И кто тебе вбил всё это в голову? А подумать своей бестолковкой слабО? Вот давай рассуждать здраво. Царская Россия, неужели не была великой державой? И жили мы до первой мировой совсем неплохо. Процветали, развивались потихоньку, планы на будущее были...
- А войну кто открыл, эту бессмысленную бойню? Царь твой разлюбезный народ на смерть послал! Он дал мужикам винтовки и послал их на фронт глотать немецкие газы, стрелять в немецких рабочих и крестьян! Он начал разорение страны!

- Да, с Николаем Вторым нам не повезло. Никакой он был царь, без ума и соображения. Вот за его безалаберность мы до сих пор и расплачиваемся. Но скажи мне, Пётр, кто затеял Гражданскую войну? Кто заставил обезумевший от горя народ идти брат на брата, отец на сына? Царя-то уже не было. Убили его, сожгли и пепел по ветру развеяли. И народ остался, как говорится, без Царя в голове и без надежды на примирение. Смутные времена настали, на краю пропасти стояла Россия. Царь, какой бы он ни был, объединял нацию, не допускал междоусобиц!

- Нужен он нам, твой Царь-идиот! Убили его - и ладно. И белогвардейскую сволочь разбили, и интервентов всех с ними заодно! И ничего с Россией не случилось, построили индустриальную державу мирового значения!
- Построили... - вздохнул Павел, - но какой ценой! От голода, болезней, красного и белого террора погибло около десяти миллионов человек! Ещё и Красная Армия "всего" миллион бойцов потеряла. Ты можешь себе представить миллион трупов? Миллион разлагающихся тел? Это два больших города!

- Зато мы навсегда избавились от эксплуататоров, от душегубов, которые веками сосали кровь из трудового народа, шикуя и пользуясь плодами непосильного труда рабочих и крестьян! - воскликнул Пётр.
- И здесь ты неправ! Мы вместе с водой выплеснули и ребёнка, уничтожили цвет нации! Погубили и выгнали за границу практически всю интеллигенцию, всех квалифицированных и думающих людей! А восстановить всё это - ой, как трудно! Может быть и вообще невозможно. Заводы были разбиты, разрушены до основания, камня на камне не осталось! Но самое печальное состоит в том, что мы за годы войн и лихолетья развратили оставшихся людей, которые отвыкли от мирного созидательного труда и научились грабить и убивать.

- Это ты бойцов Красной Армии называешь грабителями и убийцами? - опять взвился Комиссар.
- Да не кипятись ты! Подумай лучше. Сначала была Империалистическая война, потом революция, потом гражданская. Лет восемь воевали, убивали друг друга. А человек, даже однажды убивший другого человека, переступает психологический барьер, становится ненормальным, маньяком, если хочешь! И переделать его, отучить убивать - очень трудно, почти невозможно. Он становится неадекватным. Вместо того, чтобы просто возразить соседу-обидчику, такой человек хватает ружьё, нож, вилы, что попадётся; и может из-за мелочи отправить собеседника на тот свет. В то же время он понимает свою ущербность, неполноценность. Ему снятся убитые им люди, его мучит совесть, и он сам не рад, что стал таким человеком-зверем. А теперь скажи, кто виноват, что люди становятся такими?

- Да, ты прав. Знавал я таких. Сильные сумели взять себя в руки, женились, детей народили, но так и не смогли избавиться от этой страшной болезни. А слабые - спились, пытаясь уйти от действительности. И виноватых тут нет. Виновата война.
- Война, говоришь? - усмехнулся Павел, - Ну, ладно. Мировую войну развязал Царь и капиталисты. Но гражднскую-то спровоцировали большевики. Был такой лозунг Ленина о перерастании империалистической войны в гражданскую. Было три столпа, на которых держалась царская Россия - Вера, Царь и Отечество. Это была основа всего государства, за это люди готовы были умирать на полях сражений. И что дали большевики взамен? Веру отобрали, Царя убили, вместо Отечества пообещали светлое будущее и мировую революцию. Пропала Россия! И пошёл брат на брата, отец на сына. Убивать! Сталин и большевики сначала разрушили Россию "До основанья", как поётся у них в "Интернационале", а затем построили новую на костях, на крови и на горе людском! А ты говоришь, что Сталин спас Россию, ээх!

- Да, спас! Если бы не Сталин, то вся эта банда жидомассонов во главе с Троцким, Каменевым, Зиновьевым и прочими завела бы страну неизвестно куда! Он один сумел создать индустриальную державу мирового уровня...
- На костях собственного народа! - умело "продолжил" мысль Павел.
- Да ты знаешь, что вытворял Троцкий в Гражданскую? - возмутился Пётр, - Этот наркомвоенмор поднимал боевой дух бойцов при помощи децимации! Расстреливал каждого десятого в воинской части, которая оставила боевые позиции. Применил изобретение древних Римлян. Умный был, гад, образованный!
- Все они такие. И твой Сталин - тоже. Люди для них - пыль придорожная, расходный материал, подопытные кролики для претворения в жизнь их "великих идей".

4.
Собеседники замолчали и задумались, переваривая сказанное. Тёплый летний ветерок обдувал разгорячённые спором головы. Склонившееся к горизонту солнышко уже не припекало как днём, а только чуть пригревало, напоминая, что скоро наступит ночь и люди отдохнут, наконец, от дневного пекла. И совсем не хотелось умирать. ДОма, в разрушенных войной городах штрафников ждали старики, жёны и дети, которых хотелось бы довести до совершеннолетия, погулять на их свадьбах, понянчиться с внуками... А вместо этого - искорёженная земля, окопы. И завтра утром надо будет идти в атаку и убивать немцев - таких же отцов семейств и молодых юношей, которых растили не для смерти и трупных червей, а для жизни, любви и радости.

Каждой клеточкой своего существа оба "апостола" чувствовали всё это и начинали, наконец, понимать, как и зачем, обманутые пропагандой двух чудовищ, ненасытных пожирателей человеческих жизней, собрались они здесь, на поле брани. Бывшие крестьяне и рабочие, ремесленники и молодёжь, художники и поэты, которых принудили убивать друг друга ради непомерного самолюбия двух идолов, упивающихся кровью несчастных людей, заставляющих поклоняться себе и приносить эту чудовищную кровавую жертву.

- Нет, ну ты скажи, как можно было обмануть, подчинить себе такую массу людей? - заговорил опять Пётр.
- Как? Очень просто. Народ идёт за тем, кто больше обещает. В семнадцатом было много партий. У каждой - своя цель, своя программа. Большевики пообещали больше всех - светлое будущее, коммунизм. Ни больше, ни меньше. К тому же, первыми декретами Советов были декрет о мире и о земле. Землю, как ты знаешь, крестьянам раздали, мир, хоть и позорный, с немцами заключили. А потом началась Гражданская. Ленин сам выдвинул лозунг о перерастании войны империалистической в войну гражданскую. Причём, не только в России. Надеялся с помощью войны обеспечить победу коммунизма во всём мире. Мирной жизни не стало, а крестьян со временем согнали в колхозы, отобрав у них и землю. Самых зажиточных, самых работящих переселили в Сибирь, чтобы не мешали Сталину проделывать свои небывалые, чудовищные, бесчеловечные эксперименты над людьми. Вот тебе и декреты о мире, о земле... Сплошной обман.

- Да что ты говоришь, Павел? Крестьянство - это тормоз в развитии общества. Рабочий класс - вот это да! Именно он должен обеспечить всем людям на Земле светлое будущее! Сталин развивал промышленность. И вот теперь мы - индустриальная держава. Мы победили, а победителей не судят.

- Да, держава. На костях загубленного крестьянства. Ты слышал что-нибудь о голодоморе 1932-33-го годов? Сразу после коллективизации выгребли подчистую весь хлеб у крестьян, и начался голод. До людоедства доходило, особенно на Украине. Думаю, это было сделано намеренно, чтобы подавить бунты. Миллионы людей погибли! А в это время продолжались поставки зерна за рубеж, чтобы обеспечить индустриализацию! Убийство, варварство! Вы не находите, бывший старший политрук?

5.
Павел подождал немного, но Комиссар молчал. Видимо, совесть не дала, не позволила ему возразить. И Павел продолжил свою антисоветскую агитацию. Если бы его слова хоть краем уха услышал кто-нибудь посторонний, то несдобровать бы обоим собеседникам. Высшая мера, расстрел - вот что было положено за такие речи. И позорное клеймо врага народа не только на расстрелянном, но и на всей его семье, которая подлежала высылке в Сибирь в лучшем случае. В худшем - лагеря и каторжный подневольный труд на "стройках коммунизма". Именно так поступали с членами семей врагов народа и с теми, кому не повезло родиться в семье "бывших", так называемых привилегированных классов царской России.

- А ты знаешь, Пётр, что Сталин намеренно исказил учение Маркса и Ленина? Он не помог пролетариям других стран сделать революцию и публично заявил в своём интервью американскому журналисту в 35-м году, что нет у него таких планов. Лукавил наверное, скрывал свои истинные намерения и готовился к новой войне. Маркс считал, что мировая революция неизбежна. А лучшие условия для освобождения пролетариата наступают во время мировых войн.

- Ты ещё Троцкого вспомни с его теорией перманентной революции!
- Все они мечтали о мировой революции, и Троцкий был самым последовательным марксистом. Но прагматик Сталин намеренно отказался от заблуждений и явных ошибок теории. Согласно Марксу, государство в новом коммунистическом обществе должно было отмереть, семья исчезнуть, общие дети воспитываться отдельно от родителей. Не должно быть национальностей, расовых различий, которые сотрутся сами собой. Добровольный труд - только в радость, а получать все блага каждый должен по потребностям.

- Вот-вот, это и есть настоящий троцкизм. И правильно Сталин сделал, что отстранил Троцкого от власти и выслал за рубеж. Ты сам подумай, Павел, как из бандитов и воров, из людей, для которых после гражданской убийство стало самым привычным делом, из армии беспризорных, из кулаков-единоличников можно создать идеальное общество?

- Вот!!! И Сталин рассуждал примерно так же. Если народ не соответствует теоретическим выкладкам, то необходимо этот народ подравнять на Прокрустовом ложе и укоротить - кого на полголовы, а кого и на целую голову. Теоретик, блин! Сколько людей угробил! Да он всех своих друзей-соратников, с которыми делал революцию, - Каменева, Зиновьева, Бухарина, Троцкого, 90% делегатов семнадцатого съезда партии расстрелял. Уничтожил, извёл под корень всю старую, ленинскую ещё, гвардию и остался в гордом одиночестве с теми, кто не мог ему слово поперёк сказать. Подумай, Пётр, а не маньяк ли твой Сталин, Великий Вождь всех времён и народов?

Комиссар молчал. Он не мог прийти в себя после такого "богохульства", после такой крамолы, возведённой на великого и мудрого Сталина, которого обожествляли все поголовно, за которого шли на смерть и который никак уж не мог быть маньяком. Но, подумав немного, Пётр вспомнил, что почти все старые большевики прошли тюрьмы, ссылки, поселения, подполье, революции, империалистическую и гражданскую войны. И это не только закалило их, но и приучило вершить свои дела с помощью ножа и пистолета, на всю оставшуюся жизнь исковеркав их психику. "Нет человека - нет проблемы", - где-то он уже слышал эту фразу...

6.
- И никакой он не великий и не мудрый! - как бы отвечая на мысли собеседника, продолжил Павел, - Он проморгал начало войны. Так долго готовился к ней - и проморгал. Гитлер оказался хитрее и изворотливее. Сталин убрал всю верхушку Красной Армии, всех, кто мог бы ему помешать в результате новой войны захватить полмира и установить там свой бесчеловечный тоталитарный коммунистический режим. Я служил при Генеральном штабе. Там почти всё было готово к решительному наступлению. Уж я-то знаю, поверь мне. Не хватило времени, которое мог бы дать пакт Молотова - Риббентропа.

- А если бы они договорились и стали союзниками - Сталин и Гитлер? Представляешь, что могло бы получиться? Весь мир был бы у ног такого союза! Но, к сожалению, это было невозможно по идеологическим соображениям. Коммунисты не признают национальных различий, они интернационалисты, в отличие от ярого националиста, даже фашиста, Гитлера.

- Нет, ты, Пётр, совсем не хочешь думать. Вот смотри: националист Гитлер взял себе в союзники Японцев, которые относятся к монголоидной расе, а интернационалист Сталин поделил Россию по национальному принципу, упразднив царские губернии и создав национальные республики. И почему бы им не стать союзниками? Всё к тому шло. Я-то знаю! Перед самой войной была уничтожена, разобрана линия обороны на границе с Германией, оборонительное вооружение не производилось, да все газеты трубили о войне на территории противника. Вспомни песню "Если завтра война".

- Да, "Малой кровью, железным ударом...", - вздохнул Пётр, - Гремела песня!
В голове сами собой откуда-то всплыви строки:
"Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем..."
Защемило в висках от неожиданных воспоминаний мирного времени и, скорее по инерции, чем по убеждению, Пётр произнёс:
- А что, Павел, если эта война будет, действительно, последней и вслед за ней наступит мир во всём мире и торжество коммунистических идей?

Павел посмотрел внимательно на Комиссара и отвернулся, не сказав ни слова. Сумерки спустились на передовую, давая возможность людям встать во весь рост и хоть немного отдохнуть от "родных" окопов. Затишье было полное. Даже канонада в отдалении затихла и перестала давить на мозги. Казалось, что кончилась война, нет её больше, проклятой. И только обычай не давать третьему прикуривать от одной спички напоминал о том, зачем так много людей собралось здесь, в лабиринте окопов. Первого прикуривающего снайпер видит, во второго прицеливается, а уж в третьего стреляет. И никто никогда не захочет быть третьим.

- Понимаешь, Пётр, - опять заговорил Павел, - Есть два способа заставить человека работать, делать что-то нужное для общества: кнутом и рублём. Кнутом заставляют трудиться рабов, которым этот труд совсем не нужен. Ещё Карл Маркс пришёл к выводу, что рабский труд непроизводителен. Раб работает только в присутствии надсмотрщика. Сам по себе он не в состоянии произвести ничего. И даже получая свободу, раб, привыкший к своей плётке, теряет способность к самостоятельному труду в большинстве случаев. Сталин же создал в нашей стране целый класс рабов, которые за колючей проволокой строят светлое будущее. Да и оставшиеся на воле люди очень напоминают рабское сословие, способное работать только по указке свыше. Всякая инициатива у нас наказуема, любое творчество возможно лишь с разрешения начальства. И ты думаешь, что такие одинаковые, причёсанные под одну гребёнку люди с промытыми мозгами смогут стать ядром нового общества в светлом будущем?

- Да, колхозники у нас бесправные, привязанные к земле и к своей деревне люди. Им даже паспортов не дают. Но они так же, как и рабочие, верят в светлое будущее и делают всё, чтобы оно наступило.
- Верят... Потому, что пропаганда об этом самом будущем не даёт им трезво взглянуть на вещи. Но стоит хоть немного ослабить пропагандистский напор, и созидательный труд во имя неизвестно чего прекратится, а затем наступит хаос. Коммунисты во главе со Сталиным изуродовали психику населения своей страны, и именно поэтому БУДУЩЕЕ НАШЕ УЖАСНО. Человек должен сам отвечать за себя, за близких ему людей и за своё будущее. Только в этом случае возможен прогресс, и только у таких людей есть возможность строить это самое будущее.

7.
Павел опять замолчал, давая собеседнику время подумать и "переварить" всё сказанное. Друзья закурили, и Пётр с наслаждением затянулся, пропуская через лёгкие едкий дымок самосада. Никотин привычно расходился по телу с током крови, освежая мозги и проясняя ход мыслей. Он встал во весь рост, но тут вдруг, как всегда это бывает, неожиданно раздался негромкий резкий хлопок, и Павел увидел, что его друг и собеседник Комиссар начал заваливаться набок и падать на землю. На голове у него в районе виска появилась совсем небольшая струйка крови.

- Снайпер, гад, - подумал Павел, - по огоньку самокрутки стрелял!!!
На следующее утро Павел Саблин во время очередной атаки был ранен в ногу. После госпиталя его восстановили в звании, и воевал он до самой Победы, закончив войну в Берлине. В крамольных мыслях, посещавших его время от времени, он больше никому и никогда не признавался, с грустью вспоминая философские беседы двух "апостолов" неизвестно какой веры, которые имели место в окопах Великой Отечественной войны в жаркие летние дни 1942-го года.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 02.04.2012 в 15:20
Сообщение

Философские беседы, 1942.

А на левой груди - профиль Сталина,
А на правой...

...Застучали мне мысли по темечку.
Оказалось - я зря им клеймён.
И хлещу я берёзовым веничком
По наследию мрачных времён...
Владимир Высоцкий.

1.
Немецкие бомбардировщики прогудели над головами и скрылись за горизонтом, который не был виден из свежевырытого окопа. Лето 1942-го года было не очень удачным для наших войск.
- Мост бомбить полетели, - ни к кому не обращаясь, сказал Саблин.
- Дадут им там жару. Зенитчики к мосту с вечера ещё проехали, - отозвался Кравцов, поудобнее устраиваясь рядом.
- Может быть дадут, а может - нет.
- Ты опять за своё! - оборвал его Кравцов, - Не уймёшься никак! Язык твой поганый довёл тебя до штрафбата. Смотри, пустят в расход - и вся недолга!

- Ой, чья бы корова мычала, комиссар недорезанный, - совсем без злости в голосе отозвался Саблин.
Бывший майор Павел Саблин попал в штрафбат вовсе не из-за своего языка, а даже совсем наоборот - из-за того, что промолчал не вовремя. Сержанта, который рассказал тот злополучный анекдот про Сталина, трибунал приговорил к расстрелу. Вот у кого язык был длинный! Надо же, прямо в лицо особисту обложил матом Великого Вождя всех времён и народов! НКВДшник готов был четвертовать паскудника, но перевёл свой гнев на майора, слышавшего, но не доложившего об "измене" сержанта.

- Как вы могли! Почему не пришли ко мне сразу же с рапортом? - надрывался на допросе особист, - Или вы согласны с клеветой на товарища Сталина???
- Никак нет! - стоя навытяжку, как солдат на плацу, слабо возражал майор, - Я и не прислушивался, о чём они там болтали.
- А должны были прислушаться! Вот, простой солдат, рядовой, ваш подчинённый прислушался и пришёл ко мне! А вы? Измену у себя допустили! Всё, под трибунал!
А когда по ходу дела выяснилось, что Саблин из казаков (пусть и не раскулачивали его отца, но весь Дон в гражданскую воевал с Советами), вопрос был решён окончательно и бесповоротно: разжаловать, - и в штрафбат! Кровью должен искупить свою вину!

Старший политрук Пётр Кравцов, Комиссар, как его здесь звали исподтишка, угодил в штрафбат своим путём. Неисповедимы пути Господни! Зимой сорок первого, попав в окружение, он сумел собрать вокруг себя остатки разбитых частей и с боями вывести их за линию фронта, к своим. После проверки войсками НКВД рядовой состав отправили на переформирование, а к командирам у особистов были дополнительные вопросы: почему так долго выходили из окружения, не были ли в плену, не соприкасались ли с врагом напрямую? Не смог Пётр ответить на все их вопросы и доказать, что он чист перед Родиной, и загремел в штрафбат.

2.
Коротка жизнь человеческая, и в штрафбате это особенно заметно. Если после атаки остаётся хотя бы половина личного состава, значит сильно повезло тем, кто остался. И радость переполняет сердца штрафников: поживём ещё немного, до следующей атаки. Пусть бесправными до ужаса зэками, пусть патроны выдают только перед боем, пусть за спиной рота НКВД и обратного пути нет, пусть даже "Ура" кричать запрещено. Пусть! Зато, живы штрафбатовцы, и есть надежда, что не убьют, а только ранят. А уж после ранения, если воевал геройски, могут направить тебя в обычную часть, а там и до конца войны дотянуть можно.

Саблин посмотрел на Кравцова и улыбнулся этим своим мыслям.
- Что весёлый такой? - хмуро спросил Кравцов.
- Да вот, размечтался. Надеюсь выжить и покинуть эту "гостеприимную" часть.
- Ууу, это только вперёд ногами, - улыбнулся в ответ Комиссар, - А я рад, что мне дали возможность защищать Родину! Лучше умереть от вражеской пули, чем от тифозной вши в лагерном бараке.
- Да, небольшой у тебя выбор! - проворчал Саблин, подставляя другой бок своего ладно скроенного казацкого тела утреннему солнышку, - Как же так? Вот ты им служил. Верой и правдой служил, а заслужил такой небогатый выбор?

- Вот кАк ты можешь уколоть! В самое больное место! Да не людям я служил, а Партии, Великому Сталину, идее, чтобы тебе понятнее было! Я и сейчас всему этому служу. И за светлое будущее, за коммунизм я всё готов отдать, жизни не пожалею! Пойми это, дурья твоя башка!
- Какой коммунизм, какие идеи? - не унимался Саблин, - Ты посмотри, что твои друзья натворили! Лагеря переполнены! Бесплатная рабочая сила, РАБЫ строят ваш долбанный Коммунизм! Неужели для того, чтобы построить самый передовой коммунистический строй, так нужны элементы самого отсталого - рабовладельческого? Маркс, помнится, говорил, что рабский труд - непроизводителен!
- Ты бы потише орал, - начал заводиться Кравцов, - Вон, командир прислушивается. Поставят к стенке, и не дождёшься ты своего лёгкого ранения, как манны небесной. И как это ты с такими мыслями дослужился до майора, да ещё при генеральном штабе был? Или ты шпион какой-нибудь английский? Кто тебя ТАКОМУ научил? Признавайся!

Пётр, не помня себя от ярости, схватил Павла Саблина за грудки и начал трясти, ругаясь зло и матерно. А так как оба стояли на коленях, то и упали на дно окопа, продолжая мутузить друг друга яростно, но недолго. Грозный окрик командира штрафников положил конец безобразию. Они опять присели в общем окопе рядом, тяжело дыша и отдуваясь.
- Как думаешь, не сдаст? - опять первым начал Саблин.
- Не бойся, не сдаст, - отозвался Кравцов, - Завтра ему вместе с нами на немца идти. Если бы сдавал, давно бы его пристрелили. СтОящий мужик, многих от верной смерти спас! А ты бы потише разглагольствовал. Любой из НКВД-шников услышит - вместе к стенке станем. Понятно? Такие у нас здесь порядки!

- Куда уж понятнее, - вздохнул Саблин, - Только и ты свои кулаки попридержи. Какой я тебе, к чёрту, шпион? Я сам, своими мозгами понял положение вещей. В Москве, в генштабе кругозор пошире, фактов побольше, а голова у меня ещё светлая. За то и направили в столицу. Только не любят у нас шибко умных. Потому и загремел на фронт. Да я и не жалею ни о чём.
Беседа продолжилась, но уже в мирном русле. Кравцов заинтересовался, что же такого особенного узнал Павел, находясь при генеральном штабе? И Саблин продолжил:
- Ты Жукова знаешь Георгия Константиновича? Вот он и был моим начальником. Умнейший человек! Да и не он один там был такой. Но дело в том, что все мы были там новичками. А старая гвардия, далеко не глупые люди, вдруг оказалась предателями, врагами народа. Взять маршала Тухачевского. Ты знаешь, какая у него была голова? Какой это был военспец! Забрали и расстреляли. Разгромили весь генштаб. Остался один Будённый со своей конницей. Бронекопытные войска! С шашкой наголо на танки! Каково это видеть? А я видел. Смотрел и плакал. Теперь тебе понятно, почему немцы дошли до Москвы? У Красной Армии голову отрубили, а новая ещё не успела вырасти!

- Нет, головы отрубили у предателей, вроде твоего Тухачевского, а остались люди, верные идее и Сталину! - парировал Комиссар.
- Ой, - поморщился Саблин, - все они одним миррам мазаны. Ты знаешь, как Тухачевский после гражданской, заметь, в мирное время наводил порядок в Тамбовской губернии? Приезжал в деревню, собирал сход, брал заложников и, угрожая расстрелом, требовал выдать ему зачинщиков мятежа. Если не выдавали, то расстреливал первую партию заложников, брал новую и опять требовал выдачи. И так до тех пор, пока селяне сами не приводили главарей. Это метод, скажи мне? Казнить землепашцев, тружеников, своих?! С тех пор и появилась у нас поговорка: "Тамбовский волк тебе товарищ!"

- Правильно делал, с бандитами иначе нельзя!
- Станешь бандитом, когда у тебя последнее зерно отберут, когда сеять нечего, а дети пухнут с голода! Ладно, пусть будет врагом народа Михаил Тухачевский, хотя он столько сделал для Красной Армии, сколько верному сталинцу Будённому и не снилось. А теперь скажи мне, зачем Семён Михайлович Будённый в сорок первом, взрывая Днепрогэс, погубил заодно с немецкими и свои войска? Утонули мирные жители, затопило всю нижнюю часть города Запорожье вместе с людьми, всю днепровскую пойму. К чему были такие жертвы?

- Война, Павел, война...
- Нет, Пётр! И в войну надо думать о людях, о рядовых. Суворов - тот в своё время думал. И берёг, и у него каждый солдат стоил десятка вражеских. Не числом воевал, а умением! А маршал Будённый со своей лёгкой кавалерией и устаревшей стратегией времён гражданской войны думал, как бы уберечь свою дурную башку от гнева Верховного, и погубил десятки тысяч солдат, женщин, детей. Умерли, утонули люди просто так, ни за что...

Кравцов промолчал. Слова Павла совпадали с теми смутными сомнениями, которые иногда мучили его, и которые он гнал прочь, забывая о них в сутолоке повседневных забот. Но сейчас, когда он стал рядовым штрафбата, и не другие какие-то абстрактные люди, а он сам превратился в пушечное мясо, в скотину, которую гонят на убой честолюбивые командиры, от верности приказов которых зависит его единственная и неповторимая жизнь, Пётр осознал, почувствовал, понял, что не так что-то в их Датском Королевстве.

3.
Затишье кончилось, и немцы снова зашевелились, пошли в атаку. Сталинский приказ "Ни шагу назад" в действии, действительно, взбодрил войска. Все знали о существовании загранотрядов, которые незримо присутствовали за спиной, и решительно пресекали любые попытки дезертирства и бегства, самовольного отхода с переднего края. Ходили слухи о том, что бегущих с поля боя будут расстреливать из пулемётов, но никто не верил, что такое возможно. Хотя, если прикажут...

Нашим героям повезло в том смысле, что их штрафбат состоял исключительно из бывших офицеров, для которых война была смыслом их жизни, профессией. Был такой приказ по армии, чтобы всех вышедших из окружения проверять, пропуская через штрафные батальоны рядовыми. Пусть, мол, кровью докажут свою преданность Родине и великому Сталину. Поэтому страшна была атака штрафбатовцев, будто не люди вовсе, а заводные манекены, обученные всем тонкостям рукопашного боя, молча, без ободряющих криков полевых командиров бежали на врага, убивая пулей, штыком и прикладом. И, не доводя дело до рукопашного боя, немцы организованно, неорганизованно, по-разному бежали под прикрытие своих пушек и танков.

Вот и на этот раз танковая атака захлебнулась. Оставив несколько машин дымиться на поле боя, немецкие танкисты развернулись и отступили в балку, подальше от нашей артиллерии. Сминая растерявшихся фашистских автоматчиков, штрафбатовцы бросились в контратаку, ворвались в пустые к тому времени вражеские окопы и заняли оборону. Отступать они не привыкли. Почему? Да просто потому, что раненные, вынесенные с поля боя, как и награждённые за отвагу, восстанавливались в прежнем звании и отправлялись на прежнее место службы, где была надежда с честью умереть или дожить до победы. А кто будет выносить истекающего кровью штрафбатовца, оставшегося на нейтральной полосе?

Санитары подбирали раненных счастливцев, хоронили убитых. Повезло. Потери составили около трети личного состава, и довольный комбат сам обошёл новую линию обороны, проверяя, всё ли сделано так, как надо. Увидев расположившихся рядом в общем окопе Петра и Павла, он приветствовал их как старых знакомых:
- Рад видеть в строю! Не берёт вас пуля!
- Да апостолов пуля не возьмёт. Двое их у нас: Пётр и Павел, - отозвался кто-то из соседнего окопа.
- Согласен. Служите апостолы! - улыбнулся комбат и прошёл дальше.
А "апостолы" расположились в окопе и продолжили свою, ставшую уже привычной, беседу. Начал Саблин:
- Что, Комиссар, повезло нам сегодня. А ты, когда бежал в атаку, кричал: "За Родину, за Сталина!" С Родиной всё понятно: Родина у нас одна. А вот насчёт Сталина ты не прав, друг мой.

- Ты, Павел, Сталина не трогай! Он Россию поднял из руин и сделал великой державой. Он отец наш и благодетель. Если бы не он, мы бы сейчас лаптем щи хлебали!
- Да, да, да! И чьи ты слова повторяешь? И кто тебе вбил всё это в голову? А подумать своей бестолковкой слабО? Вот давай рассуждать здраво. Царская Россия, неужели не была великой державой? И жили мы до первой мировой совсем неплохо. Процветали, развивались потихоньку, планы на будущее были...
- А войну кто открыл, эту бессмысленную бойню? Царь твой разлюбезный народ на смерть послал! Он дал мужикам винтовки и послал их на фронт глотать немецкие газы, стрелять в немецких рабочих и крестьян! Он начал разорение страны!

- Да, с Николаем Вторым нам не повезло. Никакой он был царь, без ума и соображения. Вот за его безалаберность мы до сих пор и расплачиваемся. Но скажи мне, Пётр, кто затеял Гражданскую войну? Кто заставил обезумевший от горя народ идти брат на брата, отец на сына? Царя-то уже не было. Убили его, сожгли и пепел по ветру развеяли. И народ остался, как говорится, без Царя в голове и без надежды на примирение. Смутные времена настали, на краю пропасти стояла Россия. Царь, какой бы он ни был, объединял нацию, не допускал междоусобиц!

- Нужен он нам, твой Царь-идиот! Убили его - и ладно. И белогвардейскую сволочь разбили, и интервентов всех с ними заодно! И ничего с Россией не случилось, построили индустриальную державу мирового значения!
- Построили... - вздохнул Павел, - но какой ценой! От голода, болезней, красного и белого террора погибло около десяти миллионов человек! Ещё и Красная Армия "всего" миллион бойцов потеряла. Ты можешь себе представить миллион трупов? Миллион разлагающихся тел? Это два больших города!

- Зато мы навсегда избавились от эксплуататоров, от душегубов, которые веками сосали кровь из трудового народа, шикуя и пользуясь плодами непосильного труда рабочих и крестьян! - воскликнул Пётр.
- И здесь ты неправ! Мы вместе с водой выплеснули и ребёнка, уничтожили цвет нации! Погубили и выгнали за границу практически всю интеллигенцию, всех квалифицированных и думающих людей! А восстановить всё это - ой, как трудно! Может быть и вообще невозможно. Заводы были разбиты, разрушены до основания, камня на камне не осталось! Но самое печальное состоит в том, что мы за годы войн и лихолетья развратили оставшихся людей, которые отвыкли от мирного созидательного труда и научились грабить и убивать.

- Это ты бойцов Красной Армии называешь грабителями и убийцами? - опять взвился Комиссар.
- Да не кипятись ты! Подумай лучше. Сначала была Империалистическая война, потом революция, потом гражданская. Лет восемь воевали, убивали друг друга. А человек, даже однажды убивший другого человека, переступает психологический барьер, становится ненормальным, маньяком, если хочешь! И переделать его, отучить убивать - очень трудно, почти невозможно. Он становится неадекватным. Вместо того, чтобы просто возразить соседу-обидчику, такой человек хватает ружьё, нож, вилы, что попадётся; и может из-за мелочи отправить собеседника на тот свет. В то же время он понимает свою ущербность, неполноценность. Ему снятся убитые им люди, его мучит совесть, и он сам не рад, что стал таким человеком-зверем. А теперь скажи, кто виноват, что люди становятся такими?

- Да, ты прав. Знавал я таких. Сильные сумели взять себя в руки, женились, детей народили, но так и не смогли избавиться от этой страшной болезни. А слабые - спились, пытаясь уйти от действительности. И виноватых тут нет. Виновата война.
- Война, говоришь? - усмехнулся Павел, - Ну, ладно. Мировую войну развязал Царь и капиталисты. Но гражднскую-то спровоцировали большевики. Был такой лозунг Ленина о перерастании империалистической войны в гражданскую. Было три столпа, на которых держалась царская Россия - Вера, Царь и Отечество. Это была основа всего государства, за это люди готовы были умирать на полях сражений. И что дали большевики взамен? Веру отобрали, Царя убили, вместо Отечества пообещали светлое будущее и мировую революцию. Пропала Россия! И пошёл брат на брата, отец на сына. Убивать! Сталин и большевики сначала разрушили Россию "До основанья", как поётся у них в "Интернационале", а затем построили новую на костях, на крови и на горе людском! А ты говоришь, что Сталин спас Россию, ээх!

- Да, спас! Если бы не Сталин, то вся эта банда жидомассонов во главе с Троцким, Каменевым, Зиновьевым и прочими завела бы страну неизвестно куда! Он один сумел создать индустриальную державу мирового уровня...
- На костях собственного народа! - умело "продолжил" мысль Павел.
- Да ты знаешь, что вытворял Троцкий в Гражданскую? - возмутился Пётр, - Этот наркомвоенмор поднимал боевой дух бойцов при помощи децимации! Расстреливал каждого десятого в воинской части, которая оставила боевые позиции. Применил изобретение древних Римлян. Умный был, гад, образованный!
- Все они такие. И твой Сталин - тоже. Люди для них - пыль придорожная, расходный материал, подопытные кролики для претворения в жизнь их "великих идей".

4.
Собеседники замолчали и задумались, переваривая сказанное. Тёплый летний ветерок обдувал разгорячённые спором головы. Склонившееся к горизонту солнышко уже не припекало как днём, а только чуть пригревало, напоминая, что скоро наступит ночь и люди отдохнут, наконец, от дневного пекла. И совсем не хотелось умирать. ДОма, в разрушенных войной городах штрафников ждали старики, жёны и дети, которых хотелось бы довести до совершеннолетия, погулять на их свадьбах, понянчиться с внуками... А вместо этого - искорёженная земля, окопы. И завтра утром надо будет идти в атаку и убивать немцев - таких же отцов семейств и молодых юношей, которых растили не для смерти и трупных червей, а для жизни, любви и радости.

Каждой клеточкой своего существа оба "апостола" чувствовали всё это и начинали, наконец, понимать, как и зачем, обманутые пропагандой двух чудовищ, ненасытных пожирателей человеческих жизней, собрались они здесь, на поле брани. Бывшие крестьяне и рабочие, ремесленники и молодёжь, художники и поэты, которых принудили убивать друг друга ради непомерного самолюбия двух идолов, упивающихся кровью несчастных людей, заставляющих поклоняться себе и приносить эту чудовищную кровавую жертву.

- Нет, ну ты скажи, как можно было обмануть, подчинить себе такую массу людей? - заговорил опять Пётр.
- Как? Очень просто. Народ идёт за тем, кто больше обещает. В семнадцатом было много партий. У каждой - своя цель, своя программа. Большевики пообещали больше всех - светлое будущее, коммунизм. Ни больше, ни меньше. К тому же, первыми декретами Советов были декрет о мире и о земле. Землю, как ты знаешь, крестьянам раздали, мир, хоть и позорный, с немцами заключили. А потом началась Гражданская. Ленин сам выдвинул лозунг о перерастании войны империалистической в войну гражданскую. Причём, не только в России. Надеялся с помощью войны обеспечить победу коммунизма во всём мире. Мирной жизни не стало, а крестьян со временем согнали в колхозы, отобрав у них и землю. Самых зажиточных, самых работящих переселили в Сибирь, чтобы не мешали Сталину проделывать свои небывалые, чудовищные, бесчеловечные эксперименты над людьми. Вот тебе и декреты о мире, о земле... Сплошной обман.

- Да что ты говоришь, Павел? Крестьянство - это тормоз в развитии общества. Рабочий класс - вот это да! Именно он должен обеспечить всем людям на Земле светлое будущее! Сталин развивал промышленность. И вот теперь мы - индустриальная держава. Мы победили, а победителей не судят.

- Да, держава. На костях загубленного крестьянства. Ты слышал что-нибудь о голодоморе 1932-33-го годов? Сразу после коллективизации выгребли подчистую весь хлеб у крестьян, и начался голод. До людоедства доходило, особенно на Украине. Думаю, это было сделано намеренно, чтобы подавить бунты. Миллионы людей погибли! А в это время продолжались поставки зерна за рубеж, чтобы обеспечить индустриализацию! Убийство, варварство! Вы не находите, бывший старший политрук?

5.
Павел подождал немного, но Комиссар молчал. Видимо, совесть не дала, не позволила ему возразить. И Павел продолжил свою антисоветскую агитацию. Если бы его слова хоть краем уха услышал кто-нибудь посторонний, то несдобровать бы обоим собеседникам. Высшая мера, расстрел - вот что было положено за такие речи. И позорное клеймо врага народа не только на расстрелянном, но и на всей его семье, которая подлежала высылке в Сибирь в лучшем случае. В худшем - лагеря и каторжный подневольный труд на "стройках коммунизма". Именно так поступали с членами семей врагов народа и с теми, кому не повезло родиться в семье "бывших", так называемых привилегированных классов царской России.

- А ты знаешь, Пётр, что Сталин намеренно исказил учение Маркса и Ленина? Он не помог пролетариям других стран сделать революцию и публично заявил в своём интервью американскому журналисту в 35-м году, что нет у него таких планов. Лукавил наверное, скрывал свои истинные намерения и готовился к новой войне. Маркс считал, что мировая революция неизбежна. А лучшие условия для освобождения пролетариата наступают во время мировых войн.

- Ты ещё Троцкого вспомни с его теорией перманентной революции!
- Все они мечтали о мировой революции, и Троцкий был самым последовательным марксистом. Но прагматик Сталин намеренно отказался от заблуждений и явных ошибок теории. Согласно Марксу, государство в новом коммунистическом обществе должно было отмереть, семья исчезнуть, общие дети воспитываться отдельно от родителей. Не должно быть национальностей, расовых различий, которые сотрутся сами собой. Добровольный труд - только в радость, а получать все блага каждый должен по потребностям.

- Вот-вот, это и есть настоящий троцкизм. И правильно Сталин сделал, что отстранил Троцкого от власти и выслал за рубеж. Ты сам подумай, Павел, как из бандитов и воров, из людей, для которых после гражданской убийство стало самым привычным делом, из армии беспризорных, из кулаков-единоличников можно создать идеальное общество?

- Вот!!! И Сталин рассуждал примерно так же. Если народ не соответствует теоретическим выкладкам, то необходимо этот народ подравнять на Прокрустовом ложе и укоротить - кого на полголовы, а кого и на целую голову. Теоретик, блин! Сколько людей угробил! Да он всех своих друзей-соратников, с которыми делал революцию, - Каменева, Зиновьева, Бухарина, Троцкого, 90% делегатов семнадцатого съезда партии расстрелял. Уничтожил, извёл под корень всю старую, ленинскую ещё, гвардию и остался в гордом одиночестве с теми, кто не мог ему слово поперёк сказать. Подумай, Пётр, а не маньяк ли твой Сталин, Великий Вождь всех времён и народов?

Комиссар молчал. Он не мог прийти в себя после такого "богохульства", после такой крамолы, возведённой на великого и мудрого Сталина, которого обожествляли все поголовно, за которого шли на смерть и который никак уж не мог быть маньяком. Но, подумав немного, Пётр вспомнил, что почти все старые большевики прошли тюрьмы, ссылки, поселения, подполье, революции, империалистическую и гражданскую войны. И это не только закалило их, но и приучило вершить свои дела с помощью ножа и пистолета, на всю оставшуюся жизнь исковеркав их психику. "Нет человека - нет проблемы", - где-то он уже слышал эту фразу...

6.
- И никакой он не великий и не мудрый! - как бы отвечая на мысли собеседника, продолжил Павел, - Он проморгал начало войны. Так долго готовился к ней - и проморгал. Гитлер оказался хитрее и изворотливее. Сталин убрал всю верхушку Красной Армии, всех, кто мог бы ему помешать в результате новой войны захватить полмира и установить там свой бесчеловечный тоталитарный коммунистический режим. Я служил при Генеральном штабе. Там почти всё было готово к решительному наступлению. Уж я-то знаю, поверь мне. Не хватило времени, которое мог бы дать пакт Молотова - Риббентропа.

- А если бы они договорились и стали союзниками - Сталин и Гитлер? Представляешь, что могло бы получиться? Весь мир был бы у ног такого союза! Но, к сожалению, это было невозможно по идеологическим соображениям. Коммунисты не признают национальных различий, они интернационалисты, в отличие от ярого националиста, даже фашиста, Гитлера.

- Нет, ты, Пётр, совсем не хочешь думать. Вот смотри: националист Гитлер взял себе в союзники Японцев, которые относятся к монголоидной расе, а интернационалист Сталин поделил Россию по национальному принципу, упразднив царские губернии и создав национальные республики. И почему бы им не стать союзниками? Всё к тому шло. Я-то знаю! Перед самой войной была уничтожена, разобрана линия обороны на границе с Германией, оборонительное вооружение не производилось, да все газеты трубили о войне на территории противника. Вспомни песню "Если завтра война".

- Да, "Малой кровью, железным ударом...", - вздохнул Пётр, - Гремела песня!
В голове сами собой откуда-то всплыви строки:
"Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем..."
Защемило в висках от неожиданных воспоминаний мирного времени и, скорее по инерции, чем по убеждению, Пётр произнёс:
- А что, Павел, если эта война будет, действительно, последней и вслед за ней наступит мир во всём мире и торжество коммунистических идей?

Павел посмотрел внимательно на Комиссара и отвернулся, не сказав ни слова. Сумерки спустились на передовую, давая возможность людям встать во весь рост и хоть немного отдохнуть от "родных" окопов. Затишье было полное. Даже канонада в отдалении затихла и перестала давить на мозги. Казалось, что кончилась война, нет её больше, проклятой. И только обычай не давать третьему прикуривать от одной спички напоминал о том, зачем так много людей собралось здесь, в лабиринте окопов. Первого прикуривающего снайпер видит, во второго прицеливается, а уж в третьего стреляет. И никто никогда не захочет быть третьим.

- Понимаешь, Пётр, - опять заговорил Павел, - Есть два способа заставить человека работать, делать что-то нужное для общества: кнутом и рублём. Кнутом заставляют трудиться рабов, которым этот труд совсем не нужен. Ещё Карл Маркс пришёл к выводу, что рабский труд непроизводителен. Раб работает только в присутствии надсмотрщика. Сам по себе он не в состоянии произвести ничего. И даже получая свободу, раб, привыкший к своей плётке, теряет способность к самостоятельному труду в большинстве случаев. Сталин же создал в нашей стране целый класс рабов, которые за колючей проволокой строят светлое будущее. Да и оставшиеся на воле люди очень напоминают рабское сословие, способное работать только по указке свыше. Всякая инициатива у нас наказуема, любое творчество возможно лишь с разрешения начальства. И ты думаешь, что такие одинаковые, причёсанные под одну гребёнку люди с промытыми мозгами смогут стать ядром нового общества в светлом будущем?

- Да, колхозники у нас бесправные, привязанные к земле и к своей деревне люди. Им даже паспортов не дают. Но они так же, как и рабочие, верят в светлое будущее и делают всё, чтобы оно наступило.
- Верят... Потому, что пропаганда об этом самом будущем не даёт им трезво взглянуть на вещи. Но стоит хоть немного ослабить пропагандистский напор, и созидательный труд во имя неизвестно чего прекратится, а затем наступит хаос. Коммунисты во главе со Сталиным изуродовали психику населения своей страны, и именно поэтому БУДУЩЕЕ НАШЕ УЖАСНО. Человек должен сам отвечать за себя, за близких ему людей и за своё будущее. Только в этом случае возможен прогресс, и только у таких людей есть возможность строить это самое будущее.

7.
Павел опять замолчал, давая собеседнику время подумать и "переварить" всё сказанное. Друзья закурили, и Пётр с наслаждением затянулся, пропуская через лёгкие едкий дымок самосада. Никотин привычно расходился по телу с током крови, освежая мозги и проясняя ход мыслей. Он встал во весь рост, но тут вдруг, как всегда это бывает, неожиданно раздался негромкий резкий хлопок, и Павел увидел, что его друг и собеседник Комиссар начал заваливаться набок и падать на землю. На голове у него в районе виска появилась совсем небольшая струйка крови.

- Снайпер, гад, - подумал Павел, - по огоньку самокрутки стрелял!!!
На следующее утро Павел Саблин во время очередной атаки был ранен в ногу. После госпиталя его восстановили в звании, и воевал он до самой Победы, закончив войну в Берлине. В крамольных мыслях, посещавших его время от времени, он больше никому и никогда не признавался, с грустью вспоминая философские беседы двух "апостолов" неизвестно какой веры, которые имели место в окопах Великой Отечественной войны в жаркие летние дни 1942-го года.

Автор -
Дата добавления - в
valeri_rbДата: Понедельник, 02.04.2012, 15:37 | Сообщение # 14
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 49
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline


День смеха.

Случилось это давно, в дни моей незабвенной молодости, когда солнце светило ярче, свет луны навевал романтические фантазии, а первого апреля хотелось разыграть весь мир, чтобы люди весь день смеялись и были счастливы. Работал я в то время администратором цирка шапито. Администратор, как вы правильно догадались, - это тот самый человек, который выходит на арену перед каждым номером и громогласно объявляет: "А сейчас, уважаемая публика, перед вами выступит единственный и неповторимый маг и чародей! Вам ужасно повезло! Проездом из Пекина в Париж..." Ну, и так далее.

А надо сказать, - звездой нашего цирка в те времена был некто Бенгальский Артём Леопольдович. Мало того, что отчество у него было львиное, но, в дополнение к этому звериному отчеству, был он ещё и дрессировщиком тигров. И не каких-нибудь, а самых свирепых - бенгальских. Характер у Артёма был под стать его подопечным, и злые языки утверждали, что в прошлой жизни он был саблезубым тигром, о чём неопровержимо свидетельствовал его громкий раскатистый голос, рыжеватая шевелюра и покровительственная манера поведения по отношению ко всем без исключения. Даже директору цирка доставалось от его высокомерия. И конечно, среди своих тигров он всегда был неоспоримым лидером и вожаком стаи.

В тот день, тридцать первого марта, мы немного поцапались с Бенгальским, а так как был выходной, представлений не было, то зашли в соседнюю кафешку и решили сгладить шероховатости в отношениях с помощью небольшой дозы спиртного. Сначала всё было очень даже хорошо и весело, но спустя какое-то время тигриный характер Артёма снова вылез наружу, и на извечный вопрос: "Ты меня уважаешь?" я уже не мог бы ответить утвердительно.

Моё мужское самолюбие играло в поисках какого-то конкретного выхода из создавшейся ситуации. И выход нашёлся. Пусть не сразу, по крупицам, но медленно и верно, в моей разгорячённой винными парами голове зрел коварный план, достойный средневековых иезуитов. Я ждал, и когда концентрация алкоголя в крови моего собеседника достигла определённой, заранее рассчитанной мною величины, приступил к реализации задуманного.
Усилием воли сфокусировав непослушные зрачки своих глаз на носу у Бенгальского, я назвал его по имени, а затем возможно более ровным и внушительным голосом сообщил своему обидчику, что завтра с утра наш цирк снимается и переезжает в другой город, представления отменяются и уже к вечеру завтрашнего дня он должен со своими тиграми быть за триста километров от кафе, в котором мы с ним сейчас сидим. Так решил директор, и ничего здесь не поделаешь. Не теряя времени, я заставил Бенгальского достать огромный мобильник с антенной, совсем недавно появившуюся первую модель, и позвонить своим ребятам, чтобы готовили тигров к переезду.

Когда стало ясно, что план сработал, злость и обида моя на Артёма сразу улетучились, уступив место благодушию и даже жалости к поверженному сопернику. Мы ещё выпили на брудершафт и чуть не в обнимку покинули гостеприимную кафешку. Я дал себе слово, что завтра утром обязательно позвоню Бенгальскому и со смехом сообщу ему о состоявшемся первоапрельском розыгрыше. Куда мы в этот вечер заходили, сколько пили и как я добрался домой, об этом лучше не спрашивать. В голове весь вечер звенели слова песни Высоцкого "Считай по-нашему, мы выпили немного...", а ноги несли куда-то вдаль, на поиск новых приключений...

Первого апреля я проснулся поздно. Посмотрел на часы и ужаснулся. До начала представления оставалось совсем немного времени. Приведя себя в относительный порядок, вышел из гостиницы и поспешил туда, где раскинулся родной шатёр нашего цирка. За суетой дел я совсем забыл о Бенгальском, о его тиграх и о данном себе обещании. Вспомнил я обо всём этом только в антракте, когда рабочие начали расставлять на манеже решётку для хищников. Ко мне подошёл директор и спросил, не знаю ли я, где находится Бенгальский?

Нехорошее предчувствие чем-то острым больно кольнуло под ложечку, и я предложил директору позвонить Артёму по мобильнику. Важно достав точно такой же телефон, как у Бенгальского (на весь цирк только у двоих была новая связь), директор набрал номер. По ходу разговора его лицо начало меняться, приобретая тот грозный вид, которого до смерти боялись все наши циркачи, вплоть до последней уборщицы.

Не дожидаясь момента, когда грянет гром, я молнией выбежал на улицу, но не нашёл фургона с тиграми на месте, где он стоял ещё вчера днём. Обернувшись, увидел директора, который вышел вслед за мной, и с каменным выражением лица наблюдал за моими действиями. Бессвязное моё бормотание и невнятные оправдания не произвели на главу цирка абсолютно никакого впечатления, а его слова дошли до меня только со второго раза:
- Сам будешь отрабатывать всех тигров!

Тут меня потащили в уборную и стали наряжать в ужасный, пахнущий нафталином костюм бутафорского тигра. Я ужаснулся, увидев себя в зеркале, но в фойе уже звенел последний звонок, и "тигра", как дикого зверя, подвели к арене и вытолкали за решётку к зрителям. Дикий мой рёв выглядел вполне естественно и вызвал смешок у публики, а когда за решёткой появился один из клоунов с огромным кнутом и страшными усами, да ещё в костюме дрессировщика, мы совершенно неожиданно сорвали гром аплодисментов.
Кнут "дрессировщика", как выстрелы пистолета, стучал по моим больным похмельным мозгам, заставляя "тигра" совершенно естественно метаться по арене, изредка кидаясь на отделяющую его от зрителей решётку и чуть не грызя её зубами. Ах, как мне хотелось на волю: туда, где сидели совершенно свободные люди, где не было беспощадного, бьющего по мозгам кнута! Но не тут-то было! Меня усадили на одну из тумб и заставили прыгать туда-сюда сначала просто так, а чуть позже через горящее огненное кольцо.

Голова моя болела всё сильнее, но тут на арену выскочили бутафорские лошадь с коровой и принялись бодать друг друга, время от времени нападая на меня. В глубине кулис я видел довольное улыбающееся лицо директора, а вся обслуга дёргалась в конвульсиях, чуть удерживаясь на ногах от непрерывного хохота, продолжавшегося уже минут пятнадцать. Мне стало совсем не по себе. Наконец, зрителям надоело наше кривляние, и они стали аплодировать, всё настойчивее требуя настоящих тигров. Я чуть держался на ногах, но выходить из вольера к директору мне почему-то совсем не хотелось.

Почти без сил, последним покинув арену, я весь обомлел и чуть не упал в обморок от того, что увидел за кулисами. Клетки с тиграми непостижимым образом стояли на месте, а улыбающийся Бенгальский готовил своих питомцев к выходу на публику. Он подошёл ко мне, дружески похлопал по плечу и, не обращая внимания на мои выпученные глаза и открытый рот, весёлым добродушным голосом произнёс: "Первый апрель! Никому не верь!"

Вот тут уже все, кроме тигров, легли пОкатом. И только директор с Бенгальским ещё держались на ногах - положение обязывало. Фургон с тиграми, оказывается, Артём ещё утром спрятал в глубине стоянки, чтобы первоапрельский розыгрыш был достовернее. А его ребята, которые весь вечер накануне зря готовились к переезду, решили отомстить мне таким неординарным способом.
Я понимаю юмор, и на следующий день мы все снова были друзьями, но с тех пор, как только обслуга на арене начинает устанавливать решётку, меня почему-то тянет уйти и спрятаться от греха подальше.


Валерий Рыбалкин
 
Сообщение

День смеха.

Случилось это давно, в дни моей незабвенной молодости, когда солнце светило ярче, свет луны навевал романтические фантазии, а первого апреля хотелось разыграть весь мир, чтобы люди весь день смеялись и были счастливы. Работал я в то время администратором цирка шапито. Администратор, как вы правильно догадались, - это тот самый человек, который выходит на арену перед каждым номером и громогласно объявляет: "А сейчас, уважаемая публика, перед вами выступит единственный и неповторимый маг и чародей! Вам ужасно повезло! Проездом из Пекина в Париж..." Ну, и так далее.

А надо сказать, - звездой нашего цирка в те времена был некто Бенгальский Артём Леопольдович. Мало того, что отчество у него было львиное, но, в дополнение к этому звериному отчеству, был он ещё и дрессировщиком тигров. И не каких-нибудь, а самых свирепых - бенгальских. Характер у Артёма был под стать его подопечным, и злые языки утверждали, что в прошлой жизни он был саблезубым тигром, о чём неопровержимо свидетельствовал его громкий раскатистый голос, рыжеватая шевелюра и покровительственная манера поведения по отношению ко всем без исключения. Даже директору цирка доставалось от его высокомерия. И конечно, среди своих тигров он всегда был неоспоримым лидером и вожаком стаи.

В тот день, тридцать первого марта, мы немного поцапались с Бенгальским, а так как был выходной, представлений не было, то зашли в соседнюю кафешку и решили сгладить шероховатости в отношениях с помощью небольшой дозы спиртного. Сначала всё было очень даже хорошо и весело, но спустя какое-то время тигриный характер Артёма снова вылез наружу, и на извечный вопрос: "Ты меня уважаешь?" я уже не мог бы ответить утвердительно.

Моё мужское самолюбие играло в поисках какого-то конкретного выхода из создавшейся ситуации. И выход нашёлся. Пусть не сразу, по крупицам, но медленно и верно, в моей разгорячённой винными парами голове зрел коварный план, достойный средневековых иезуитов. Я ждал, и когда концентрация алкоголя в крови моего собеседника достигла определённой, заранее рассчитанной мною величины, приступил к реализации задуманного.
Усилием воли сфокусировав непослушные зрачки своих глаз на носу у Бенгальского, я назвал его по имени, а затем возможно более ровным и внушительным голосом сообщил своему обидчику, что завтра с утра наш цирк снимается и переезжает в другой город, представления отменяются и уже к вечеру завтрашнего дня он должен со своими тиграми быть за триста километров от кафе, в котором мы с ним сейчас сидим. Так решил директор, и ничего здесь не поделаешь. Не теряя времени, я заставил Бенгальского достать огромный мобильник с антенной, совсем недавно появившуюся первую модель, и позвонить своим ребятам, чтобы готовили тигров к переезду.

Когда стало ясно, что план сработал, злость и обида моя на Артёма сразу улетучились, уступив место благодушию и даже жалости к поверженному сопернику. Мы ещё выпили на брудершафт и чуть не в обнимку покинули гостеприимную кафешку. Я дал себе слово, что завтра утром обязательно позвоню Бенгальскому и со смехом сообщу ему о состоявшемся первоапрельском розыгрыше. Куда мы в этот вечер заходили, сколько пили и как я добрался домой, об этом лучше не спрашивать. В голове весь вечер звенели слова песни Высоцкого "Считай по-нашему, мы выпили немного...", а ноги несли куда-то вдаль, на поиск новых приключений...

Первого апреля я проснулся поздно. Посмотрел на часы и ужаснулся. До начала представления оставалось совсем немного времени. Приведя себя в относительный порядок, вышел из гостиницы и поспешил туда, где раскинулся родной шатёр нашего цирка. За суетой дел я совсем забыл о Бенгальском, о его тиграх и о данном себе обещании. Вспомнил я обо всём этом только в антракте, когда рабочие начали расставлять на манеже решётку для хищников. Ко мне подошёл директор и спросил, не знаю ли я, где находится Бенгальский?

Нехорошее предчувствие чем-то острым больно кольнуло под ложечку, и я предложил директору позвонить Артёму по мобильнику. Важно достав точно такой же телефон, как у Бенгальского (на весь цирк только у двоих была новая связь), директор набрал номер. По ходу разговора его лицо начало меняться, приобретая тот грозный вид, которого до смерти боялись все наши циркачи, вплоть до последней уборщицы.

Не дожидаясь момента, когда грянет гром, я молнией выбежал на улицу, но не нашёл фургона с тиграми на месте, где он стоял ещё вчера днём. Обернувшись, увидел директора, который вышел вслед за мной, и с каменным выражением лица наблюдал за моими действиями. Бессвязное моё бормотание и невнятные оправдания не произвели на главу цирка абсолютно никакого впечатления, а его слова дошли до меня только со второго раза:
- Сам будешь отрабатывать всех тигров!

Тут меня потащили в уборную и стали наряжать в ужасный, пахнущий нафталином костюм бутафорского тигра. Я ужаснулся, увидев себя в зеркале, но в фойе уже звенел последний звонок, и "тигра", как дикого зверя, подвели к арене и вытолкали за решётку к зрителям. Дикий мой рёв выглядел вполне естественно и вызвал смешок у публики, а когда за решёткой появился один из клоунов с огромным кнутом и страшными усами, да ещё в костюме дрессировщика, мы совершенно неожиданно сорвали гром аплодисментов.
Кнут "дрессировщика", как выстрелы пистолета, стучал по моим больным похмельным мозгам, заставляя "тигра" совершенно естественно метаться по арене, изредка кидаясь на отделяющую его от зрителей решётку и чуть не грызя её зубами. Ах, как мне хотелось на волю: туда, где сидели совершенно свободные люди, где не было беспощадного, бьющего по мозгам кнута! Но не тут-то было! Меня усадили на одну из тумб и заставили прыгать туда-сюда сначала просто так, а чуть позже через горящее огненное кольцо.

Голова моя болела всё сильнее, но тут на арену выскочили бутафорские лошадь с коровой и принялись бодать друг друга, время от времени нападая на меня. В глубине кулис я видел довольное улыбающееся лицо директора, а вся обслуга дёргалась в конвульсиях, чуть удерживаясь на ногах от непрерывного хохота, продолжавшегося уже минут пятнадцать. Мне стало совсем не по себе. Наконец, зрителям надоело наше кривляние, и они стали аплодировать, всё настойчивее требуя настоящих тигров. Я чуть держался на ногах, но выходить из вольера к директору мне почему-то совсем не хотелось.

Почти без сил, последним покинув арену, я весь обомлел и чуть не упал в обморок от того, что увидел за кулисами. Клетки с тиграми непостижимым образом стояли на месте, а улыбающийся Бенгальский готовил своих питомцев к выходу на публику. Он подошёл ко мне, дружески похлопал по плечу и, не обращая внимания на мои выпученные глаза и открытый рот, весёлым добродушным голосом произнёс: "Первый апрель! Никому не верь!"

Вот тут уже все, кроме тигров, легли пОкатом. И только директор с Бенгальским ещё держались на ногах - положение обязывало. Фургон с тиграми, оказывается, Артём ещё утром спрятал в глубине стоянки, чтобы первоапрельский розыгрыш был достовернее. А его ребята, которые весь вечер накануне зря готовились к переезду, решили отомстить мне таким неординарным способом.
Я понимаю юмор, и на следующий день мы все снова были друзьями, но с тех пор, как только обслуга на арене начинает устанавливать решётку, меня почему-то тянет уйти и спрятаться от греха подальше.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 02.04.2012 в 15:37
Сообщение

День смеха.

Случилось это давно, в дни моей незабвенной молодости, когда солнце светило ярче, свет луны навевал романтические фантазии, а первого апреля хотелось разыграть весь мир, чтобы люди весь день смеялись и были счастливы. Работал я в то время администратором цирка шапито. Администратор, как вы правильно догадались, - это тот самый человек, который выходит на арену перед каждым номером и громогласно объявляет: "А сейчас, уважаемая публика, перед вами выступит единственный и неповторимый маг и чародей! Вам ужасно повезло! Проездом из Пекина в Париж..." Ну, и так далее.

А надо сказать, - звездой нашего цирка в те времена был некто Бенгальский Артём Леопольдович. Мало того, что отчество у него было львиное, но, в дополнение к этому звериному отчеству, был он ещё и дрессировщиком тигров. И не каких-нибудь, а самых свирепых - бенгальских. Характер у Артёма был под стать его подопечным, и злые языки утверждали, что в прошлой жизни он был саблезубым тигром, о чём неопровержимо свидетельствовал его громкий раскатистый голос, рыжеватая шевелюра и покровительственная манера поведения по отношению ко всем без исключения. Даже директору цирка доставалось от его высокомерия. И конечно, среди своих тигров он всегда был неоспоримым лидером и вожаком стаи.

В тот день, тридцать первого марта, мы немного поцапались с Бенгальским, а так как был выходной, представлений не было, то зашли в соседнюю кафешку и решили сгладить шероховатости в отношениях с помощью небольшой дозы спиртного. Сначала всё было очень даже хорошо и весело, но спустя какое-то время тигриный характер Артёма снова вылез наружу, и на извечный вопрос: "Ты меня уважаешь?" я уже не мог бы ответить утвердительно.

Моё мужское самолюбие играло в поисках какого-то конкретного выхода из создавшейся ситуации. И выход нашёлся. Пусть не сразу, по крупицам, но медленно и верно, в моей разгорячённой винными парами голове зрел коварный план, достойный средневековых иезуитов. Я ждал, и когда концентрация алкоголя в крови моего собеседника достигла определённой, заранее рассчитанной мною величины, приступил к реализации задуманного.
Усилием воли сфокусировав непослушные зрачки своих глаз на носу у Бенгальского, я назвал его по имени, а затем возможно более ровным и внушительным голосом сообщил своему обидчику, что завтра с утра наш цирк снимается и переезжает в другой город, представления отменяются и уже к вечеру завтрашнего дня он должен со своими тиграми быть за триста километров от кафе, в котором мы с ним сейчас сидим. Так решил директор, и ничего здесь не поделаешь. Не теряя времени, я заставил Бенгальского достать огромный мобильник с антенной, совсем недавно появившуюся первую модель, и позвонить своим ребятам, чтобы готовили тигров к переезду.

Когда стало ясно, что план сработал, злость и обида моя на Артёма сразу улетучились, уступив место благодушию и даже жалости к поверженному сопернику. Мы ещё выпили на брудершафт и чуть не в обнимку покинули гостеприимную кафешку. Я дал себе слово, что завтра утром обязательно позвоню Бенгальскому и со смехом сообщу ему о состоявшемся первоапрельском розыгрыше. Куда мы в этот вечер заходили, сколько пили и как я добрался домой, об этом лучше не спрашивать. В голове весь вечер звенели слова песни Высоцкого "Считай по-нашему, мы выпили немного...", а ноги несли куда-то вдаль, на поиск новых приключений...

Первого апреля я проснулся поздно. Посмотрел на часы и ужаснулся. До начала представления оставалось совсем немного времени. Приведя себя в относительный порядок, вышел из гостиницы и поспешил туда, где раскинулся родной шатёр нашего цирка. За суетой дел я совсем забыл о Бенгальском, о его тиграх и о данном себе обещании. Вспомнил я обо всём этом только в антракте, когда рабочие начали расставлять на манеже решётку для хищников. Ко мне подошёл директор и спросил, не знаю ли я, где находится Бенгальский?

Нехорошее предчувствие чем-то острым больно кольнуло под ложечку, и я предложил директору позвонить Артёму по мобильнику. Важно достав точно такой же телефон, как у Бенгальского (на весь цирк только у двоих была новая связь), директор набрал номер. По ходу разговора его лицо начало меняться, приобретая тот грозный вид, которого до смерти боялись все наши циркачи, вплоть до последней уборщицы.

Не дожидаясь момента, когда грянет гром, я молнией выбежал на улицу, но не нашёл фургона с тиграми на месте, где он стоял ещё вчера днём. Обернувшись, увидел директора, который вышел вслед за мной, и с каменным выражением лица наблюдал за моими действиями. Бессвязное моё бормотание и невнятные оправдания не произвели на главу цирка абсолютно никакого впечатления, а его слова дошли до меня только со второго раза:
- Сам будешь отрабатывать всех тигров!

Тут меня потащили в уборную и стали наряжать в ужасный, пахнущий нафталином костюм бутафорского тигра. Я ужаснулся, увидев себя в зеркале, но в фойе уже звенел последний звонок, и "тигра", как дикого зверя, подвели к арене и вытолкали за решётку к зрителям. Дикий мой рёв выглядел вполне естественно и вызвал смешок у публики, а когда за решёткой появился один из клоунов с огромным кнутом и страшными усами, да ещё в костюме дрессировщика, мы совершенно неожиданно сорвали гром аплодисментов.
Кнут "дрессировщика", как выстрелы пистолета, стучал по моим больным похмельным мозгам, заставляя "тигра" совершенно естественно метаться по арене, изредка кидаясь на отделяющую его от зрителей решётку и чуть не грызя её зубами. Ах, как мне хотелось на волю: туда, где сидели совершенно свободные люди, где не было беспощадного, бьющего по мозгам кнута! Но не тут-то было! Меня усадили на одну из тумб и заставили прыгать туда-сюда сначала просто так, а чуть позже через горящее огненное кольцо.

Голова моя болела всё сильнее, но тут на арену выскочили бутафорские лошадь с коровой и принялись бодать друг друга, время от времени нападая на меня. В глубине кулис я видел довольное улыбающееся лицо директора, а вся обслуга дёргалась в конвульсиях, чуть удерживаясь на ногах от непрерывного хохота, продолжавшегося уже минут пятнадцать. Мне стало совсем не по себе. Наконец, зрителям надоело наше кривляние, и они стали аплодировать, всё настойчивее требуя настоящих тигров. Я чуть держался на ногах, но выходить из вольера к директору мне почему-то совсем не хотелось.

Почти без сил, последним покинув арену, я весь обомлел и чуть не упал в обморок от того, что увидел за кулисами. Клетки с тиграми непостижимым образом стояли на месте, а улыбающийся Бенгальский готовил своих питомцев к выходу на публику. Он подошёл ко мне, дружески похлопал по плечу и, не обращая внимания на мои выпученные глаза и открытый рот, весёлым добродушным голосом произнёс: "Первый апрель! Никому не верь!"

Вот тут уже все, кроме тигров, легли пОкатом. И только директор с Бенгальским ещё держались на ногах - положение обязывало. Фургон с тиграми, оказывается, Артём ещё утром спрятал в глубине стоянки, чтобы первоапрельский розыгрыш был достовернее. А его ребята, которые весь вечер накануне зря готовились к переезду, решили отомстить мне таким неординарным способом.
Я понимаю юмор, и на следующий день мы все снова были друзьями, но с тех пор, как только обслуга на арене начинает устанавливать решётку, меня почему-то тянет уйти и спрятаться от греха подальше.

Автор - valeri_rb
Дата добавления - 02.04.2012 в 15:37
АнаитДата: Понедельник, 02.04.2012, 17:36 | Сообщение # 15
Долгожитель
Группа: Зам. вождя
Сообщений: 7628
Награды: 65
Репутация: 309
Статус: Offline
Тигров на бис! Эх, хороши байки...


Моя страница, велкам!
Мой дневник
 
СообщениеТигров на бис! Эх, хороши байки...

Автор - Анаит
Дата добавления - 02.04.2012 в 17:36
СообщениеТигров на бис! Эх, хороши байки...

Автор - Анаит
Дата добавления - 02.04.2012 в 17:36
Форум » Хижины Острова » Чистовики - творческие страницы авторов » Страница Валерия Рыбалкина (на острове valeri_rb)
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Поиск:
Загрузка...

Посетители дня
Посетители:
Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS
Приветствую Вас Гость | RSS Главная | Страница Валерия Рыбалкина - Форум | Регистрация | Вход
Конструктор сайтов - uCoz
Для добавления необходима авторизация
Остров © 2020 Конструктор сайтов - uCoz