Приветствуем Вас Гость | RSS

Главная | Яков Есепкин Дубль - Страница 18 - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ] Страница 18 из 27 « 1 2 … 16 17 18 19 20 … 26 27 » Модератор форума: Анаит, Влюблённая_в_лето, Самира   Форум » Поэзия » Ваше творчество - раздел для ознакомления » Яков Есепкин Дубль (Готическая поэзия) Яков Есепкин Дубль silverpoetry Дата: Пятница, 01.12.2023, 09:04 | Сообщение # 256 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Портреты юдиц с дочерями Шестой фрагмент Черных вдов ли рамена белы, Крови ль граций им девственных мало, Ах, одно всещедрые столы Ждут нас, Фреи, меловьте зерцало. Будем пить с Габриэлем и Мод, Очаровывать ангелей вместе, Жечь атраменты пламенных од, Золотить винограды ко сьесте. Дщери наши бледны, Габриэль, Тусклых вей их бегут и вдовицы, И стекает в подсвечники эль, И хранят златность мертвые львицы. Тринадцатый фрагмент Август розовым флером пьянит Одалисок эфирных и граций, Кринолины их нощно хранит За альфийским шатром декораций. Мы ль у Тривии млечной одне Весело пироваем и плачем, Топим скорби в холодном вине И киафы с беленою прячем. Иль гиады, черствеющий хлеб Серебряше и мглу восклицая, Льют шелковость над пологом неб, О смуге августовской мерцая. Двадцать второй фрагмент Одержимые феи лиют Яд холодный в начинье меловниц И белятся, и нощно пеют, Золотя бледный мрамор столовниц. Что шампанское, несть и токай, И рейнвейны сюда, им кимвалы – Знак беды, всяк одесный, алкай, Крыс чумных ли удержат подвалы. Будет Фаям-юродкам свивать Мглы атраментом ночи лилеи И давиться, и зло пировать О червице садов Галилеи. Тридцать восьмой фрагмент Мало ль вретищ царям, Антиох, Рыл кувшинных, иродиц укосных, Терневым ли не чаять подвох, Жаб не зреть о летах високосных. Ах, парчевники суе таят Наднебесной юдоли алмазность, Феи Ада царевен поят Беленой, се владык неотвязность. Лей хотя бы рейнвейн золотой С темным ядом, камены очнутся И увиждят столешник пустой, И меловой парчой обернутся. Пятидесятый фрагмент Иль порфирники боги ваять Не устали, очнемся в юдоли, Что и к ангелам тьмы вопиять, Что и речь Аваддону – глаголи. Юродивые дщери несут Кубки с ядом гонцам верхотуры, Лярв небесных матроны пасут, Донны Ада летят на скульптуры. Чернь уснет и шелковье цариц, Холод мраморный внимет Антоний, Задыхаясь о неге кориц И смертельной арме благовоний. * Контакт для издателей, спонсоров, заинтересованных лиц mettropol@gmail.com   Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с дочерями Шестой фрагмент Черных вдов ли рамена белы, Крови ль граций им девственных мало, Ах, одно всещедрые столы Ждут нас, Фреи, меловьте зерцало. Будем пить с Габриэлем и Мод, Очаровывать ангелей вместе, Жечь атраменты пламенных од, Золотить винограды ко сьесте. Дщери наши бледны, Габриэль, Тусклых вей их бегут и вдовицы, И стекает в подсвечники эль, И хранят златность мертвые львицы. Тринадцатый фрагмент Август розовым флером пьянит Одалисок эфирных и граций, Кринолины их нощно хранит За альфийским шатром декораций. Мы ль у Тривии млечной одне Весело пироваем и плачем, Топим скорби в холодном вине И киафы с беленою прячем. Иль гиады, черствеющий хлеб Серебряше и мглу восклицая, Льют шелковость над пологом неб, О смуге августовской мерцая. Двадцать второй фрагмент Одержимые феи лиют Яд холодный в начинье меловниц И белятся, и нощно пеют, Золотя бледный мрамор столовниц. Что шампанское, несть и токай, И рейнвейны сюда, им кимвалы – Знак беды, всяк одесный, алкай, Крыс чумных ли удержат подвалы. Будет Фаям-юродкам свивать Мглы атраментом ночи лилеи И давиться, и зло пировать О червице садов Галилеи. Тридцать восьмой фрагмент Мало ль вретищ царям, Антиох, Рыл кувшинных, иродиц укосных, Терневым ли не чаять подвох, Жаб не зреть о летах високосных. Ах, парчевники суе таят Наднебесной юдоли алмазность, Феи Ада царевен поят Беленой, се владык неотвязность. Лей хотя бы рейнвейн золотой С темным ядом, камены очнутся И увиждят столешник пустой, И меловой парчой обернутся. Пятидесятый фрагмент Иль порфирники боги ваять Не устали, очнемся в юдоли, Что и к ангелам тьмы вопиять, Что и речь Аваддону – глаголи. Юродивые дщери несут Кубки с ядом гонцам верхотуры, Лярв небесных матроны пасут, Донны Ада летят на скульптуры. Чернь уснет и шелковье цариц, Холод мраморный внимет Антоний, Задыхаясь о неге кориц И смертельной арме благовоний. * Контакт для издателей, спонсоров, заинтересованных лиц mettropol@gmail.com Автор - silverpoetry Дата добавления - 01.12.2023 в 09:04 Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с дочерями Шестой фрагмент Черных вдов ли рамена белы, Крови ль граций им девственных мало, Ах, одно всещедрые столы Ждут нас, Фреи, меловьте зерцало. Будем пить с Габриэлем и Мод, Очаровывать ангелей вместе, Жечь атраменты пламенных од, Золотить винограды ко сьесте. Дщери наши бледны, Габриэль, Тусклых вей их бегут и вдовицы, И стекает в подсвечники эль, И хранят златность мертвые львицы. Тринадцатый фрагмент Август розовым флером пьянит Одалисок эфирных и граций, Кринолины их нощно хранит За альфийским шатром декораций. Мы ль у Тривии млечной одне Весело пироваем и плачем, Топим скорби в холодном вине И киафы с беленою прячем. Иль гиады, черствеющий хлеб Серебряше и мглу восклицая, Льют шелковость над пологом неб, О смуге августовской мерцая. Двадцать второй фрагмент Одержимые феи лиют Яд холодный в начинье меловниц И белятся, и нощно пеют, Золотя бледный мрамор столовниц. Что шампанское, несть и токай, И рейнвейны сюда, им кимвалы – Знак беды, всяк одесный, алкай, Крыс чумных ли удержат подвалы. Будет Фаям-юродкам свивать Мглы атраментом ночи лилеи И давиться, и зло пировать О червице садов Галилеи. Тридцать восьмой фрагмент Мало ль вретищ царям, Антиох, Рыл кувшинных, иродиц укосных, Терневым ли не чаять подвох, Жаб не зреть о летах високосных. Ах, парчевники суе таят Наднебесной юдоли алмазность, Феи Ада царевен поят Беленой, се владык неотвязность. Лей хотя бы рейнвейн золотой С темным ядом, камены очнутся И увиждят столешник пустой, И меловой парчой обернутся. Пятидесятый фрагмент Иль порфирники боги ваять Не устали, очнемся в юдоли, Что и к ангелам тьмы вопиять, Что и речь Аваддону – глаголи. Юродивые дщери несут Кубки с ядом гонцам верхотуры, Лярв небесных матроны пасут, Донны Ада летят на скульптуры. Чернь уснет и шелковье цариц, Холод мраморный внимет Антоний, Задыхаясь о неге кориц И смертельной арме благовоний. * Контакт для издателей, спонсоров, заинтересованных лиц mettropol@gmail.com Автор - silverpoetry Дата добавления - 01.12.2023 в 09:04 silverpoetry Дата: Четверг, 07.12.2023, 10:03 | Сообщение # 257 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Портреты юдиц с изумрудами и миррой Семнадцатый фрагмент Хлебы в темных леканах свежи, На столах горы хал меловые, Смерти косы нещадны во ржи, А и мы ли одесно живые. Со Господних парафий найдем К преугодникам – вечери славить, Леденеть под июльским дождем И пеять, и сиречно картавить. Много скорби от песен шутов, Эти, Рания, столы надмирны, И лиются из пламенных ртов Наших черно-вишневые смирны. Двадцать второй фрагмент Золотой виноград напоим Тьмой июля, каморною мглою, Яко млечность и небы таим, Всяка юдица – с темной иглою. Вейся, вейся, златая арма, Над планидою нашей высокой, И мирволит нам Кора сама, Виждь, мы в тени ея пустоокой. От гранатов ли чуден Эдем, Кущей сех воспея именины, Черной миррою мы соведем Небоимных венечий лепнины. Тридцать восьмой фрагмент Иль сангины царевен темны, Воск их тает, елико червонный Цвет нестоек, хранят ложесны Бледных див атрамент благовонный. Ах, в серебре шутов колпаки, Иродицы меняют хламиды На веретища, тусклы зрачки Сих блядей, ночь пеют эвмениды. И гляни, червоядная мгла Вновь по лядвиям юн сотекает, Где богиня щедрого стола – Клитемнестра всенощность алкает. Сорок седьмой фрагмент Вновь Кибела диамент лиет Небозвездный в начинье, араком Чаш не полнить уже, вопиет Ирод-царь ли за млечным сумраком. Оглянемся – беспечность цариц Всепьянит заколдованных гостий, Мускус вьется о неге кориц, Иды блещут червицею остий. Юродивые ль дщери следят Бледных фей, источая меловость, И белену пиют, и ядят, И гадалок внимают суровость. Пятидесятый фрагмент Яд в бочонках серебряных, яд, О пирах мы его лишь алкаем, Изумрудами черных гияд Восдарим, феям неб потакаем. Юродные шуты веселы, Дочек царских внимают капризы, Герцогини лиют на столы Перманент, их беспечны репризы. И угодники темные ждут Настоятелей с агнцами Плевен, И всенощно серебро ведут По меловым раменам царевен.   Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с изумрудами и миррой Семнадцатый фрагмент Хлебы в темных леканах свежи, На столах горы хал меловые, Смерти косы нещадны во ржи, А и мы ли одесно живые. Со Господних парафий найдем К преугодникам – вечери славить, Леденеть под июльским дождем И пеять, и сиречно картавить. Много скорби от песен шутов, Эти, Рания, столы надмирны, И лиются из пламенных ртов Наших черно-вишневые смирны. Двадцать второй фрагмент Золотой виноград напоим Тьмой июля, каморною мглою, Яко млечность и небы таим, Всяка юдица – с темной иглою. Вейся, вейся, златая арма, Над планидою нашей высокой, И мирволит нам Кора сама, Виждь, мы в тени ея пустоокой. От гранатов ли чуден Эдем, Кущей сех воспея именины, Черной миррою мы соведем Небоимных венечий лепнины. Тридцать восьмой фрагмент Иль сангины царевен темны, Воск их тает, елико червонный Цвет нестоек, хранят ложесны Бледных див атрамент благовонный. Ах, в серебре шутов колпаки, Иродицы меняют хламиды На веретища, тусклы зрачки Сих блядей, ночь пеют эвмениды. И гляни, червоядная мгла Вновь по лядвиям юн сотекает, Где богиня щедрого стола – Клитемнестра всенощность алкает. Сорок седьмой фрагмент Вновь Кибела диамент лиет Небозвездный в начинье, араком Чаш не полнить уже, вопиет Ирод-царь ли за млечным сумраком. Оглянемся – беспечность цариц Всепьянит заколдованных гостий, Мускус вьется о неге кориц, Иды блещут червицею остий. Юродивые ль дщери следят Бледных фей, источая меловость, И белену пиют, и ядят, И гадалок внимают суровость. Пятидесятый фрагмент Яд в бочонках серебряных, яд, О пирах мы его лишь алкаем, Изумрудами черных гияд Восдарим, феям неб потакаем. Юродные шуты веселы, Дочек царских внимают капризы, Герцогини лиют на столы Перманент, их беспечны репризы. И угодники темные ждут Настоятелей с агнцами Плевен, И всенощно серебро ведут По меловым раменам царевен. Автор - silverpoetry Дата добавления - 07.12.2023 в 10:03 Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с изумрудами и миррой Семнадцатый фрагмент Хлебы в темных леканах свежи, На столах горы хал меловые, Смерти косы нещадны во ржи, А и мы ли одесно живые. Со Господних парафий найдем К преугодникам – вечери славить, Леденеть под июльским дождем И пеять, и сиречно картавить. Много скорби от песен шутов, Эти, Рания, столы надмирны, И лиются из пламенных ртов Наших черно-вишневые смирны. Двадцать второй фрагмент Золотой виноград напоим Тьмой июля, каморною мглою, Яко млечность и небы таим, Всяка юдица – с темной иглою. Вейся, вейся, златая арма, Над планидою нашей высокой, И мирволит нам Кора сама, Виждь, мы в тени ея пустоокой. От гранатов ли чуден Эдем, Кущей сех воспея именины, Черной миррою мы соведем Небоимных венечий лепнины. Тридцать восьмой фрагмент Иль сангины царевен темны, Воск их тает, елико червонный Цвет нестоек, хранят ложесны Бледных див атрамент благовонный. Ах, в серебре шутов колпаки, Иродицы меняют хламиды На веретища, тусклы зрачки Сих блядей, ночь пеют эвмениды. И гляни, червоядная мгла Вновь по лядвиям юн сотекает, Где богиня щедрого стола – Клитемнестра всенощность алкает. Сорок седьмой фрагмент Вновь Кибела диамент лиет Небозвездный в начинье, араком Чаш не полнить уже, вопиет Ирод-царь ли за млечным сумраком. Оглянемся – беспечность цариц Всепьянит заколдованных гостий, Мускус вьется о неге кориц, Иды блещут червицею остий. Юродивые ль дщери следят Бледных фей, источая меловость, И белену пиют, и ядят, И гадалок внимают суровость. Пятидесятый фрагмент Яд в бочонках серебряных, яд, О пирах мы его лишь алкаем, Изумрудами черных гияд Восдарим, феям неб потакаем. Юродные шуты веселы, Дочек царских внимают капризы, Герцогини лиют на столы Перманент, их беспечны репризы. И угодники темные ждут Настоятелей с агнцами Плевен, И всенощно серебро ведут По меловым раменам царевен. Автор - silverpoetry Дата добавления - 07.12.2023 в 10:03 silverpoetry Дата: Четверг, 14.12.2023, 10:17 | Сообщение # 258 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Портреты юдиц с красной патиной Тринадцатый фрагмент Несть кифары, одесным столам Хватит немости, пиры, взвивайтесь, Расточайте хвалу ангелам И серебром еще упивайтесь. Эти черные шелки сведут Лона юдиц холодной каймою, Нас губители суе и ждут, Яко днесь пироваем с Чумою. И откупорят ночь вещуны, И рапсоды слезами упьются, Где царевны следят наши сны И фарфорницы млечные бьются. Пятнадцатый фрагмент Из Эолии басмовый снег Аквилон и Борей наметают, Пировые о хмельности нег, Денно ярусы елей не тают. Что ж, Кибела, сколь время твое, Пусть искрятся шампанские вина, Золотое у нас питие, Торты чинят Идель и Альвина. И найдут к этим пирам златым Ядоносицы в сне онемелом – Над восковьем тлееть, совитым Кровью бледных русалок и мелом. Тридцать второй фрагмент Вишни эти с меловой каймой, А червонна одно их узорность, Преслаждаясь небесной армой, Дивы Сада вспеют иллюзорность. У царевен блажных токсикоз, Смирной локоны фри навивают, Барабанщики юные коз Отставных весело пировают. Се шумит маскерад золотой, Се Гекаты десерты истечны, И фиады в червнице свитой, И никейские амфоры млечны. Тридцать девятый фрагмент От барочных ли замковых стен Веет хладом, ах, таинство ели, Серебро несоимных картен, Оведенные мглою пастели. Несть рапсодам златые щелка, Аще пудрой белятся вдовицы Тускло-желтой, юдоль их горька, Пейте, бляди, хотя медовицы. Иль зайдут ко столовьям – алкать Воск и яд со глинтвейном эльфиры, И начнутся юродно икать О портретниках Леи и Фиры. Пятидесятый фрагмент Святки чудные, злато виньет Вдоль столовий и емин червонных, Мел диаментный торты виет, Гостьи жаждут аром благовонных. Лей серебро, Ювентас, на хлеб, Пусть десерты нимфеи вкушают, Балевниц днесь пречествует Феб, Их царевны к столам оглашают. И начнет изумрудность келей Источать, и о патинах ели Станут фей картонажных белей, Чтоб всеприсные мелы тлеели.   Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с красной патиной Тринадцатый фрагмент Несть кифары, одесным столам Хватит немости, пиры, взвивайтесь, Расточайте хвалу ангелам И серебром еще упивайтесь. Эти черные шелки сведут Лона юдиц холодной каймою, Нас губители суе и ждут, Яко днесь пироваем с Чумою. И откупорят ночь вещуны, И рапсоды слезами упьются, Где царевны следят наши сны И фарфорницы млечные бьются. Пятнадцатый фрагмент Из Эолии басмовый снег Аквилон и Борей наметают, Пировые о хмельности нег, Денно ярусы елей не тают. Что ж, Кибела, сколь время твое, Пусть искрятся шампанские вина, Золотое у нас питие, Торты чинят Идель и Альвина. И найдут к этим пирам златым Ядоносицы в сне онемелом – Над восковьем тлееть, совитым Кровью бледных русалок и мелом. Тридцать второй фрагмент Вишни эти с меловой каймой, А червонна одно их узорность, Преслаждаясь небесной армой, Дивы Сада вспеют иллюзорность. У царевен блажных токсикоз, Смирной локоны фри навивают, Барабанщики юные коз Отставных весело пировают. Се шумит маскерад золотой, Се Гекаты десерты истечны, И фиады в червнице свитой, И никейские амфоры млечны. Тридцать девятый фрагмент От барочных ли замковых стен Веет хладом, ах, таинство ели, Серебро несоимных картен, Оведенные мглою пастели. Несть рапсодам златые щелка, Аще пудрой белятся вдовицы Тускло-желтой, юдоль их горька, Пейте, бляди, хотя медовицы. Иль зайдут ко столовьям – алкать Воск и яд со глинтвейном эльфиры, И начнутся юродно икать О портретниках Леи и Фиры. Пятидесятый фрагмент Святки чудные, злато виньет Вдоль столовий и емин червонных, Мел диаментный торты виет, Гостьи жаждут аром благовонных. Лей серебро, Ювентас, на хлеб, Пусть десерты нимфеи вкушают, Балевниц днесь пречествует Феб, Их царевны к столам оглашают. И начнет изумрудность келей Источать, и о патинах ели Станут фей картонажных белей, Чтоб всеприсные мелы тлеели. Автор - silverpoetry Дата добавления - 14.12.2023 в 10:17 Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с красной патиной Тринадцатый фрагмент Несть кифары, одесным столам Хватит немости, пиры, взвивайтесь, Расточайте хвалу ангелам И серебром еще упивайтесь. Эти черные шелки сведут Лона юдиц холодной каймою, Нас губители суе и ждут, Яко днесь пироваем с Чумою. И откупорят ночь вещуны, И рапсоды слезами упьются, Где царевны следят наши сны И фарфорницы млечные бьются. Пятнадцатый фрагмент Из Эолии басмовый снег Аквилон и Борей наметают, Пировые о хмельности нег, Денно ярусы елей не тают. Что ж, Кибела, сколь время твое, Пусть искрятся шампанские вина, Золотое у нас питие, Торты чинят Идель и Альвина. И найдут к этим пирам златым Ядоносицы в сне онемелом – Над восковьем тлееть, совитым Кровью бледных русалок и мелом. Тридцать второй фрагмент Вишни эти с меловой каймой, А червонна одно их узорность, Преслаждаясь небесной армой, Дивы Сада вспеют иллюзорность. У царевен блажных токсикоз, Смирной локоны фри навивают, Барабанщики юные коз Отставных весело пировают. Се шумит маскерад золотой, Се Гекаты десерты истечны, И фиады в червнице свитой, И никейские амфоры млечны. Тридцать девятый фрагмент От барочных ли замковых стен Веет хладом, ах, таинство ели, Серебро несоимных картен, Оведенные мглою пастели. Несть рапсодам златые щелка, Аще пудрой белятся вдовицы Тускло-желтой, юдоль их горька, Пейте, бляди, хотя медовицы. Иль зайдут ко столовьям – алкать Воск и яд со глинтвейном эльфиры, И начнутся юродно икать О портретниках Леи и Фиры. Пятидесятый фрагмент Святки чудные, злато виньет Вдоль столовий и емин червонных, Мел диаментный торты виет, Гостьи жаждут аром благовонных. Лей серебро, Ювентас, на хлеб, Пусть десерты нимфеи вкушают, Балевниц днесь пречествует Феб, Их царевны к столам оглашают. И начнет изумрудность келей Источать, и о патинах ели Станут фей картонажных белей, Чтоб всеприсные мелы тлеели. Автор - silverpoetry Дата добавления - 14.12.2023 в 10:17 silverpoetry Дата: Суббота, 30.12.2023, 10:28 | Сообщение # 259 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Портреты юдиц с мертвыми царевнами Шестой фрагмент Неб атраменты ночи тускней Вифлеемской, сотлим апронахи Червной мглой, хороводы теней Будут ангели зреть и монахи. От церковных ли приторных вин Феи бледные мнят экипажи, Их несущие, Лой и Альвин Овевают златые купажи. Се арома ль нагорных лугов, Се юдицы ль в терновнике пляшут, Где неясно с каких берегов Им ваянья кровавые машут. Четырнадцатый фрагмент Источают арому столы, Мускус терпкий небесно виется, Очарованы шелком юлы, За амфорою амфора бьется. Ах, шелковость Цецилий и Мод, Изумрудных княгинь премерцанье, Пьют белену слагатели од, Лядвий мелу дарят восклицанье. И Гиады от царских диет Холоднее аскезников статных, И парча меловая тлеет На раменах иудиц сугатных. Двадцать шестой фрагмент Мел серебряный, цветь расписных Эльфов ночи, искристые волны Хвои течны, шаров ледяных Благ декор, наши амфоры полны. Станем фей картонажных целить Молодильными вишнями, элем, И юродиц икающих злить, И белену алкать с Габриэлем. Иль к полуночи в шумный чертог Дщери хмельные будут ломиться – Жечь старизну порфировых тог, Над тенями ваяний глумиться. Сороковой фрагмент Серебро, ель в серебре тлеет Под червово-златой канителью, Дев шелковость, охлада виньет Несоимных гасятся метелью. Вновь фиады нам яства несут И глинтвейны, что ж траурны Ханны, Будет утренник, всех и спасут, Лишь царевны одне бездыханны. Четверговки найдут – о столах Лить золоту на хлеб и фарфоры И во тусклых поникнут мелах, И сведут их огнем бутафоры. Пятидесятый фрагмент Рождество, по серебру ведут Канитель ангела, бесноваться Время Идам, обручниц ли ждут Сих демоны – еще торговаться. Выльем кровь на меловник благой, Иль царицам сопутствует низость, Пировай с нами, эллин и гой, Небодержна одесная близость. Сникнут к хвое златые шары, Навиются атраментом елей, И от дивной вспорхнут мишуры Тени мертвых Гитан и Аделей.   Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с мертвыми царевнами Шестой фрагмент Неб атраменты ночи тускней Вифлеемской, сотлим апронахи Червной мглой, хороводы теней Будут ангели зреть и монахи. От церковных ли приторных вин Феи бледные мнят экипажи, Их несущие, Лой и Альвин Овевают златые купажи. Се арома ль нагорных лугов, Се юдицы ль в терновнике пляшут, Где неясно с каких берегов Им ваянья кровавые машут. Четырнадцатый фрагмент Источают арому столы, Мускус терпкий небесно виется, Очарованы шелком юлы, За амфорою амфора бьется. Ах, шелковость Цецилий и Мод, Изумрудных княгинь премерцанье, Пьют белену слагатели од, Лядвий мелу дарят восклицанье. И Гиады от царских диет Холоднее аскезников статных, И парча меловая тлеет На раменах иудиц сугатных. Двадцать шестой фрагмент Мел серебряный, цветь расписных Эльфов ночи, искристые волны Хвои течны, шаров ледяных Благ декор, наши амфоры полны. Станем фей картонажных целить Молодильными вишнями, элем, И юродиц икающих злить, И белену алкать с Габриэлем. Иль к полуночи в шумный чертог Дщери хмельные будут ломиться – Жечь старизну порфировых тог, Над тенями ваяний глумиться. Сороковой фрагмент Серебро, ель в серебре тлеет Под червово-златой канителью, Дев шелковость, охлада виньет Несоимных гасятся метелью. Вновь фиады нам яства несут И глинтвейны, что ж траурны Ханны, Будет утренник, всех и спасут, Лишь царевны одне бездыханны. Четверговки найдут – о столах Лить золоту на хлеб и фарфоры И во тусклых поникнут мелах, И сведут их огнем бутафоры. Пятидесятый фрагмент Рождество, по серебру ведут Канитель ангела, бесноваться Время Идам, обручниц ли ждут Сих демоны – еще торговаться. Выльем кровь на меловник благой, Иль царицам сопутствует низость, Пировай с нами, эллин и гой, Небодержна одесная близость. Сникнут к хвое златые шары, Навиются атраментом елей, И от дивной вспорхнут мишуры Тени мертвых Гитан и Аделей. Автор - silverpoetry Дата добавления - 30.12.2023 в 10:28 Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с мертвыми царевнами Шестой фрагмент Неб атраменты ночи тускней Вифлеемской, сотлим апронахи Червной мглой, хороводы теней Будут ангели зреть и монахи. От церковных ли приторных вин Феи бледные мнят экипажи, Их несущие, Лой и Альвин Овевают златые купажи. Се арома ль нагорных лугов, Се юдицы ль в терновнике пляшут, Где неясно с каких берегов Им ваянья кровавые машут. Четырнадцатый фрагмент Источают арому столы, Мускус терпкий небесно виется, Очарованы шелком юлы, За амфорою амфора бьется. Ах, шелковость Цецилий и Мод, Изумрудных княгинь премерцанье, Пьют белену слагатели од, Лядвий мелу дарят восклицанье. И Гиады от царских диет Холоднее аскезников статных, И парча меловая тлеет На раменах иудиц сугатных. Двадцать шестой фрагмент Мел серебряный, цветь расписных Эльфов ночи, искристые волны Хвои течны, шаров ледяных Благ декор, наши амфоры полны. Станем фей картонажных целить Молодильными вишнями, элем, И юродиц икающих злить, И белену алкать с Габриэлем. Иль к полуночи в шумный чертог Дщери хмельные будут ломиться – Жечь старизну порфировых тог, Над тенями ваяний глумиться. Сороковой фрагмент Серебро, ель в серебре тлеет Под червово-златой канителью, Дев шелковость, охлада виньет Несоимных гасятся метелью. Вновь фиады нам яства несут И глинтвейны, что ж траурны Ханны, Будет утренник, всех и спасут, Лишь царевны одне бездыханны. Четверговки найдут – о столах Лить золоту на хлеб и фарфоры И во тусклых поникнут мелах, И сведут их огнем бутафоры. Пятидесятый фрагмент Рождество, по серебру ведут Канитель ангела, бесноваться Время Идам, обручниц ли ждут Сих демоны – еще торговаться. Выльем кровь на меловник благой, Иль царицам сопутствует низость, Пировай с нами, эллин и гой, Небодержна одесная близость. Сникнут к хвое златые шары, Навиются атраментом елей, И от дивной вспорхнут мишуры Тени мертвых Гитан и Аделей. Автор - silverpoetry Дата добавления - 30.12.2023 в 10:28 silverpoetry Дата: Среда, 10.01.2024, 09:02 | Сообщение # 260 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Портреты юдиц с перстнями и ядом Второй фрагмент А и можно ли Ад обмануть, Всё за нами следят четверговки, Аще эту юдоль не минуть, Пусть серебром хвалятся торговки. Яду, Борджиа, яду неси, Перстень твой лишь целит фарисеев, Хоры ангелей мнят небеси Золотыя и мертвых Тесеев. Соль в леканах, диносы пусты, Иродные опять балевают, И юдицы чрез алчные рты Воск и тусклую злать преливают. Десятый фрагмент Торты с млечным серебром пеять Не устанут менады хмельные, Чрез лилейную тьму вопиять Будут к ангелам снов юродные. Внове горние пиры слышны, Так легко замолкают рапсоды, И одесно ль цвета взнесены, Где богами читаются оды. Прячась ангелей, юдиц гурмы Жаркой Мании, чары сонимут И увидят, как холодны мы, Как бессмертие столпники имут. Девятнадцатый фрагмент Вновь и присно теките, пиры, Наши ели золотой совиты, Рдятся ль траурной хвоей муры, Ночь бежит ли диавольской свиты. Иль юдицы опять золоты, Навиют шелком глянцевым чресла, Мглу рапсодам лиют на щиты, Иль дворцовая челядь воскресла. Но мгновенье, Ювентас, замри, Виждь хотя—яд в игристом темнится И белену алкают цари, Коим нощность одесная мнится. Сорок седьмой фрагмент Боги, боги златого письма, Хоть молчите сейчас, по виньете Блекло-желтой сочится тесьма, За царями клонимся мы к Лете. Феб ли свел роковое число, Нимфы цвети гербарии сушат, Ягомостей удавками зло Темноокие ключницы душат. И с фарфорами хладны столы, И претусклые яства ледовы, Где в осетях серебряной мглы Наших рамен касаются вдовы. Пятидесятый фрагмент Благопирствуют ныне волхвы, Столы щедро от яствий ломятся, Хлеб, вино ли нежней пахлавы, Здесь Ириды с тенями кормятся. Ах, царице, хотя бы ответь, Кто пречествует гоев- скитальцев, Яко будут шелка огневеть Над угольем серебряных пяльцев. Бьет лишь див тусклый яд веретен, К нам бегущих из камор альковных, И влачат небопевцев меж стен О тлеющихся пудрах церковных.   Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с перстнями и ядом Второй фрагмент А и можно ли Ад обмануть, Всё за нами следят четверговки, Аще эту юдоль не минуть, Пусть серебром хвалятся торговки. Яду, Борджиа, яду неси, Перстень твой лишь целит фарисеев, Хоры ангелей мнят небеси Золотыя и мертвых Тесеев. Соль в леканах, диносы пусты, Иродные опять балевают, И юдицы чрез алчные рты Воск и тусклую злать преливают. Десятый фрагмент Торты с млечным серебром пеять Не устанут менады хмельные, Чрез лилейную тьму вопиять Будут к ангелам снов юродные. Внове горние пиры слышны, Так легко замолкают рапсоды, И одесно ль цвета взнесены, Где богами читаются оды. Прячась ангелей, юдиц гурмы Жаркой Мании, чары сонимут И увидят, как холодны мы, Как бессмертие столпники имут. Девятнадцатый фрагмент Вновь и присно теките, пиры, Наши ели золотой совиты, Рдятся ль траурной хвоей муры, Ночь бежит ли диавольской свиты. Иль юдицы опять золоты, Навиют шелком глянцевым чресла, Мглу рапсодам лиют на щиты, Иль дворцовая челядь воскресла. Но мгновенье, Ювентас, замри, Виждь хотя—яд в игристом темнится И белену алкают цари, Коим нощность одесная мнится. Сорок седьмой фрагмент Боги, боги златого письма, Хоть молчите сейчас, по виньете Блекло-желтой сочится тесьма, За царями клонимся мы к Лете. Феб ли свел роковое число, Нимфы цвети гербарии сушат, Ягомостей удавками зло Темноокие ключницы душат. И с фарфорами хладны столы, И претусклые яства ледовы, Где в осетях серебряной мглы Наших рамен касаются вдовы. Пятидесятый фрагмент Благопирствуют ныне волхвы, Столы щедро от яствий ломятся, Хлеб, вино ли нежней пахлавы, Здесь Ириды с тенями кормятся. Ах, царице, хотя бы ответь, Кто пречествует гоев- скитальцев, Яко будут шелка огневеть Над угольем серебряных пяльцев. Бьет лишь див тусклый яд веретен, К нам бегущих из камор альковных, И влачат небопевцев меж стен О тлеющихся пудрах церковных. Автор - silverpoetry Дата добавления - 10.01.2024 в 09:02 Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с перстнями и ядом Второй фрагмент А и можно ли Ад обмануть, Всё за нами следят четверговки, Аще эту юдоль не минуть, Пусть серебром хвалятся торговки. Яду, Борджиа, яду неси, Перстень твой лишь целит фарисеев, Хоры ангелей мнят небеси Золотыя и мертвых Тесеев. Соль в леканах, диносы пусты, Иродные опять балевают, И юдицы чрез алчные рты Воск и тусклую злать преливают. Десятый фрагмент Торты с млечным серебром пеять Не устанут менады хмельные, Чрез лилейную тьму вопиять Будут к ангелам снов юродные. Внове горние пиры слышны, Так легко замолкают рапсоды, И одесно ль цвета взнесены, Где богами читаются оды. Прячась ангелей, юдиц гурмы Жаркой Мании, чары сонимут И увидят, как холодны мы, Как бессмертие столпники имут. Девятнадцатый фрагмент Вновь и присно теките, пиры, Наши ели золотой совиты, Рдятся ль траурной хвоей муры, Ночь бежит ли диавольской свиты. Иль юдицы опять золоты, Навиют шелком глянцевым чресла, Мглу рапсодам лиют на щиты, Иль дворцовая челядь воскресла. Но мгновенье, Ювентас, замри, Виждь хотя—яд в игристом темнится И белену алкают цари, Коим нощность одесная мнится. Сорок седьмой фрагмент Боги, боги златого письма, Хоть молчите сейчас, по виньете Блекло-желтой сочится тесьма, За царями клонимся мы к Лете. Феб ли свел роковое число, Нимфы цвети гербарии сушат, Ягомостей удавками зло Темноокие ключницы душат. И с фарфорами хладны столы, И претусклые яства ледовы, Где в осетях серебряной мглы Наших рамен касаются вдовы. Пятидесятый фрагмент Благопирствуют ныне волхвы, Столы щедро от яствий ломятся, Хлеб, вино ли нежней пахлавы, Здесь Ириды с тенями кормятся. Ах, царице, хотя бы ответь, Кто пречествует гоев- скитальцев, Яко будут шелка огневеть Над угольем серебряных пяльцев. Бьет лишь див тусклый яд веретен, К нам бегущих из камор альковных, И влачат небопевцев меж стен О тлеющихся пудрах церковных. Автор - silverpoetry Дата добавления - 10.01.2024 в 09:02 silverpoetry Дата: Суббота, 20.01.2024, 12:06 | Сообщение # 261 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Портреты юдиц с тлеющим воском Тринадцатый фрагмент Темный Питер, винтажных снегов Чара льется на дивные арки, Спит Обводный, у невских брегов Колоннад пламенеют огарки. Мглу ночную эльфиры сведут, Ингрид нам из песков Гюнтианы Соявится, ее ли и ждут В царских операх Аи и Ханы. Млечность хвои иль таинство нег Бледных фей скрасят утренник вдовий, И тлеющийся елочный снег Златью выбьет лепнину дворцовий. Двадцатый фрагмент Хвоя тусклая нощно манит Балевниц, страстных дев ли, вергилий, Кельхи в золоте Герника мнит, А и мы дышим желтию лилий. Что ж, царице, воспирствуем, гнев Снам оставим, пусть феи златые К нам влекут белых Сантий и Ев, И шелка их цветят навитые. Ганимед из киафа богов Преливать станет вина иль яды, И червленость кровавых слогов Исторгнут меловые тийяды. Тридцать четвертый фрагмент С облямовкой златою шары Держат свечи, их пламена ясны, И макушки у елей остры, И шелка див Ювентус прекрасны. Ах, останьтесь, юноны, жалеть Вам и не о чем, хлебы наставим К винограду, шелковницы млеть Будут нощно иль туне лукавим. Не дворцовая ль чернь весела, Где поутру мелятся золовки И царевны одне круг стола, И тлеют восковые оловки. Тридцать восьмой фрагмент Очи дев наднебесных полны Цветью ночи, атраментной слотой, Их ли жгут фаворитки Луны Молодой восковою золотой. Пусть к хлебницам пировий ночных Солетают холеные донны, Меж рейнвейнов и яств отходных Веселясь, аще нети бездонны. Мы с Либерой подсядем ко сим Юным грациям, дышащим хмелем, И тлеющийся воск угасим Божоле огненосным и элем. Пятидесятый фрагмент Вновь откупорим нощность, давно ль Мы и пить научились, тиады, Спит Огюст, пьяны ангели в ноль, Где веселых шутов эскапады. Жизнь есть сон иль дурная игра, Ах, одно, кровью свились фарфоры, На хлебницах тлеет мишура, Обнесли герцогинь бутафоры. Течен шелк легковесный, цариц К столам эльфы манят, увлекая Их аромой чудесных кориц, Негой мускуса, златью токая.   Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с тлеющим воском Тринадцатый фрагмент Темный Питер, винтажных снегов Чара льется на дивные арки, Спит Обводный, у невских брегов Колоннад пламенеют огарки. Мглу ночную эльфиры сведут, Ингрид нам из песков Гюнтианы Соявится, ее ли и ждут В царских операх Аи и Ханы. Млечность хвои иль таинство нег Бледных фей скрасят утренник вдовий, И тлеющийся елочный снег Златью выбьет лепнину дворцовий. Двадцатый фрагмент Хвоя тусклая нощно манит Балевниц, страстных дев ли, вергилий, Кельхи в золоте Герника мнит, А и мы дышим желтию лилий. Что ж, царице, воспирствуем, гнев Снам оставим, пусть феи златые К нам влекут белых Сантий и Ев, И шелка их цветят навитые. Ганимед из киафа богов Преливать станет вина иль яды, И червленость кровавых слогов Исторгнут меловые тийяды. Тридцать четвертый фрагмент С облямовкой златою шары Держат свечи, их пламена ясны, И макушки у елей остры, И шелка див Ювентус прекрасны. Ах, останьтесь, юноны, жалеть Вам и не о чем, хлебы наставим К винограду, шелковницы млеть Будут нощно иль туне лукавим. Не дворцовая ль чернь весела, Где поутру мелятся золовки И царевны одне круг стола, И тлеют восковые оловки. Тридцать восьмой фрагмент Очи дев наднебесных полны Цветью ночи, атраментной слотой, Их ли жгут фаворитки Луны Молодой восковою золотой. Пусть к хлебницам пировий ночных Солетают холеные донны, Меж рейнвейнов и яств отходных Веселясь, аще нети бездонны. Мы с Либерой подсядем ко сим Юным грациям, дышащим хмелем, И тлеющийся воск угасим Божоле огненосным и элем. Пятидесятый фрагмент Вновь откупорим нощность, давно ль Мы и пить научились, тиады, Спит Огюст, пьяны ангели в ноль, Где веселых шутов эскапады. Жизнь есть сон иль дурная игра, Ах, одно, кровью свились фарфоры, На хлебницах тлеет мишура, Обнесли герцогинь бутафоры. Течен шелк легковесный, цариц К столам эльфы манят, увлекая Их аромой чудесных кориц, Негой мускуса, златью токая. Автор - silverpoetry Дата добавления - 20.01.2024 в 12:06 Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с тлеющим воском Тринадцатый фрагмент Темный Питер, винтажных снегов Чара льется на дивные арки, Спит Обводный, у невских брегов Колоннад пламенеют огарки. Мглу ночную эльфиры сведут, Ингрид нам из песков Гюнтианы Соявится, ее ли и ждут В царских операх Аи и Ханы. Млечность хвои иль таинство нег Бледных фей скрасят утренник вдовий, И тлеющийся елочный снег Златью выбьет лепнину дворцовий. Двадцатый фрагмент Хвоя тусклая нощно манит Балевниц, страстных дев ли, вергилий, Кельхи в золоте Герника мнит, А и мы дышим желтию лилий. Что ж, царице, воспирствуем, гнев Снам оставим, пусть феи златые К нам влекут белых Сантий и Ев, И шелка их цветят навитые. Ганимед из киафа богов Преливать станет вина иль яды, И червленость кровавых слогов Исторгнут меловые тийяды. Тридцать четвертый фрагмент С облямовкой златою шары Держат свечи, их пламена ясны, И макушки у елей остры, И шелка див Ювентус прекрасны. Ах, останьтесь, юноны, жалеть Вам и не о чем, хлебы наставим К винограду, шелковницы млеть Будут нощно иль туне лукавим. Не дворцовая ль чернь весела, Где поутру мелятся золовки И царевны одне круг стола, И тлеют восковые оловки. Тридцать восьмой фрагмент Очи дев наднебесных полны Цветью ночи, атраментной слотой, Их ли жгут фаворитки Луны Молодой восковою золотой. Пусть к хлебницам пировий ночных Солетают холеные донны, Меж рейнвейнов и яств отходных Веселясь, аще нети бездонны. Мы с Либерой подсядем ко сим Юным грациям, дышащим хмелем, И тлеющийся воск угасим Божоле огненосным и элем. Пятидесятый фрагмент Вновь откупорим нощность, давно ль Мы и пить научились, тиады, Спит Огюст, пьяны ангели в ноль, Где веселых шутов эскапады. Жизнь есть сон иль дурная игра, Ах, одно, кровью свились фарфоры, На хлебницах тлеет мишура, Обнесли герцогинь бутафоры. Течен шелк легковесный, цариц К столам эльфы манят, увлекая Их аромой чудесных кориц, Негой мускуса, златью токая. Автор - silverpoetry Дата добавления - 20.01.2024 в 12:06 silverpoetry Дата: Среда, 31.01.2024, 09:15 | Сообщение # 262 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Портреты юдиц с феями и шутами Седьмой фрагмент В колпаках и хламидах шуты, Выходные их платья червонны, Пир небесный зерцают кроты, Юн эфирных шелка благовонны. Лед амфорников тли ж, Вифлеем, С бледным ядом розетки ль медовы, Где мы сами одесно тлеем, Звездным сном утешаются вдовы. И начнут диаменты пылать, Ирод-царь над еминой склонится, И вскричим к ангелам – исполать, Яко Господь юродивым снится. Десятый фрагмент Феи смерти в леканах таят Хлебы с ядом, путрамент мышьячный, За царевнами тьмы восстоят, Серебрят ею холод коньячный. Пей, Фурина, честное клико, Разбавляй совиньоны шампанским, Умирать о всекрасном легко Под Кремлем ли, под небом гишпанским. Иль откупорим внове когда Лудогорицу, барвы Токая, Ах, меж усн рдятся кровь и вода, Мы бледнеем, небесность алкая. Двадцать пятый фрагмент Сны кровавые, шелк гробовой Видят ангели, митры сонимем, Пей исцвет кто одесно живой, Славу царскую мы ли не имем. Облепили щедрые столы Алчно дочери тьмы юродные, Жгут белену, их веи белы, Хлеб ядят, усны их ледяные. И белы фаворитки Луны, И царевны от яств залетели, Где сангины гиад холодны И царей остывают постели. Сорок третий фрагмент Хлад серебра в асийском вине, Эту горечь мы пьем, не хмелея, Круг столовий царевны одне И у всякой на шелке – лилея. Что ж амфорницы ночи пусты И ритоны лишь кровью тиснятся, Шелк цветочный зерцают кроты, Им дюймовочки мертвые снятся. И барочные дивы пеют, И о сребре белы керамины, И, темнея, отраву лиют Нам во битые кубки Симины. Пятидесятый фрагмент Выйдет Господе в розовый сад Хмель вдыхать и благие аромы, Где и феи Эреба, где Ад, Майский блеск наливает хоромы. Станут млечные арки тлееть, Кровотечные лозы сордятся, Ангелки небом свитую плеть Озлатят и вином усладятся. Бледный яд карамельных свечей Истечет ли на тусклый сакрамент, Мы явимся – из мертвых очей Преливая червонный диамент.   Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с феями и шутами Седьмой фрагмент В колпаках и хламидах шуты, Выходные их платья червонны, Пир небесный зерцают кроты, Юн эфирных шелка благовонны. Лед амфорников тли ж, Вифлеем, С бледным ядом розетки ль медовы, Где мы сами одесно тлеем, Звездным сном утешаются вдовы. И начнут диаменты пылать, Ирод-царь над еминой склонится, И вскричим к ангелам – исполать, Яко Господь юродивым снится. Десятый фрагмент Феи смерти в леканах таят Хлебы с ядом, путрамент мышьячный, За царевнами тьмы восстоят, Серебрят ею холод коньячный. Пей, Фурина, честное клико, Разбавляй совиньоны шампанским, Умирать о всекрасном легко Под Кремлем ли, под небом гишпанским. Иль откупорим внове когда Лудогорицу, барвы Токая, Ах, меж усн рдятся кровь и вода, Мы бледнеем, небесность алкая. Двадцать пятый фрагмент Сны кровавые, шелк гробовой Видят ангели, митры сонимем, Пей исцвет кто одесно живой, Славу царскую мы ли не имем. Облепили щедрые столы Алчно дочери тьмы юродные, Жгут белену, их веи белы, Хлеб ядят, усны их ледяные. И белы фаворитки Луны, И царевны от яств залетели, Где сангины гиад холодны И царей остывают постели. Сорок третий фрагмент Хлад серебра в асийском вине, Эту горечь мы пьем, не хмелея, Круг столовий царевны одне И у всякой на шелке – лилея. Что ж амфорницы ночи пусты И ритоны лишь кровью тиснятся, Шелк цветочный зерцают кроты, Им дюймовочки мертвые снятся. И барочные дивы пеют, И о сребре белы керамины, И, темнея, отраву лиют Нам во битые кубки Симины. Пятидесятый фрагмент Выйдет Господе в розовый сад Хмель вдыхать и благие аромы, Где и феи Эреба, где Ад, Майский блеск наливает хоромы. Станут млечные арки тлееть, Кровотечные лозы сордятся, Ангелки небом свитую плеть Озлатят и вином усладятся. Бледный яд карамельных свечей Истечет ли на тусклый сакрамент, Мы явимся – из мертвых очей Преливая червонный диамент. Автор - silverpoetry Дата добавления - 31.01.2024 в 09:15 Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц с феями и шутами Седьмой фрагмент В колпаках и хламидах шуты, Выходные их платья червонны, Пир небесный зерцают кроты, Юн эфирных шелка благовонны. Лед амфорников тли ж, Вифлеем, С бледным ядом розетки ль медовы, Где мы сами одесно тлеем, Звездным сном утешаются вдовы. И начнут диаменты пылать, Ирод-царь над еминой склонится, И вскричим к ангелам – исполать, Яко Господь юродивым снится. Десятый фрагмент Феи смерти в леканах таят Хлебы с ядом, путрамент мышьячный, За царевнами тьмы восстоят, Серебрят ею холод коньячный. Пей, Фурина, честное клико, Разбавляй совиньоны шампанским, Умирать о всекрасном легко Под Кремлем ли, под небом гишпанским. Иль откупорим внове когда Лудогорицу, барвы Токая, Ах, меж усн рдятся кровь и вода, Мы бледнеем, небесность алкая. Двадцать пятый фрагмент Сны кровавые, шелк гробовой Видят ангели, митры сонимем, Пей исцвет кто одесно живой, Славу царскую мы ли не имем. Облепили щедрые столы Алчно дочери тьмы юродные, Жгут белену, их веи белы, Хлеб ядят, усны их ледяные. И белы фаворитки Луны, И царевны от яств залетели, Где сангины гиад холодны И царей остывают постели. Сорок третий фрагмент Хлад серебра в асийском вине, Эту горечь мы пьем, не хмелея, Круг столовий царевны одне И у всякой на шелке – лилея. Что ж амфорницы ночи пусты И ритоны лишь кровью тиснятся, Шелк цветочный зерцают кроты, Им дюймовочки мертвые снятся. И барочные дивы пеют, И о сребре белы керамины, И, темнея, отраву лиют Нам во битые кубки Симины. Пятидесятый фрагмент Выйдет Господе в розовый сад Хмель вдыхать и благие аромы, Где и феи Эреба, где Ад, Майский блеск наливает хоромы. Станут млечные арки тлееть, Кровотечные лозы сордятся, Ангелки небом свитую плеть Озлатят и вином усладятся. Бледный яд карамельных свечей Истечет ли на тусклый сакрамент, Мы явимся – из мертвых очей Преливая червонный диамент. Автор - silverpoetry Дата добавления - 31.01.2024 в 09:15 silverpoetry Дата: Вторник, 13.02.2024, 13:35 | Сообщение # 263 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline * В России новомодное поветрие — по негласной команде произведения Есепкина убирают с витрин ведущих книжных сервисов, сетей и магазинов после их пятилетнего нахождения на этих витринах. Латунские и Ликоспастовы сообразуются с каноникой черного юмора Булгакова: Шекспир, Лопе де Вега и ты. Тем ярче ореол культовости вокруг фигуры нашего великого современника. Яков Есепкин Портреты юдиц с эльфами и сильфидами Семнадцатый фрагмент Феи ночи к одесным столам Занесут о серебре пасхалы, Мы ль угодны еще ангелам, Господь-Бог, наши вретища алы. Льет сумрак Византея, одно Будем чаять небесные хоры, Пусть начиния полнит вино И зефирность вседарствуют Оры. А юдицам дадут балевать, Халы вымесят Цины и Леи, Мы начнем с их шелков обрывать Перевитые кровью лилеи. Двадцать пятый фрагмент Боги, боги, летите сюда, Мы пируем, юдиц не зерцая, Вновь тускла чудных елей слюда, Звезды в ней угасают, мерцая. Но голодные крысы шелка Юных граций белых источают, Кутия им без вишен сладка, Их с подвалами тьмы обручают. Мертвых львов ли, запалых волчат На щитах спишут кровию гои, И букеты нам Иды вручат – Все из красной тлеющейся хвои. Тридцать четвертый фрагмент Вновь гиады отраву таят И серебро в начинье мешают, Торты вишнями чинят, слоят Ядом их и пиры оглашают. Нитью чермной обвесть ли столы, Елей остия шелком загробным Исплести ль, юдиц хоры милы, Гостей жалуют смехом утробным. Траур их веселей именин, Боги неба, хотя бы узрите, Как темнятся оне средь менин И во черном пеют лазурите. Сорок третий фрагмент Ель одесная, тлей и гори, Канителью чаруй и тесьмою Алой дев, ныне ль грозны цари – Всяк охвалится нищей сумою. Ах, золотность русалочек, фей, Шелк тийяд и богинь антикварных, Сны им дарит златые Морфей, Темен умысел дщерей коварных. Пусть юродивых эльфы влекут К млечным ярусам, к чарам и неге, Изливая серебро цикут В мглу фарфоров о елочном снеге. Пятидесятый фрагмент Пей, Уильям, и смерть не зови, Яко млечные гаснут хоромы, Убежим сумасшедшей любви Одалисок, взыскующих громы. Хвоя будет всетускло гореть, Золотыя макушки чадиться, Положат нам легко умереть В темно-красном и мглой пресладиться. И тогда лишь во трауре Ид На пиры отведут временные – Гладить шелки эфирных сильфид И рамена царей ледяные.   Сообщение * В России новомодное поветрие — по негласной команде произведения Есепкина убирают с витрин ведущих книжных сервисов, сетей и магазинов после их пятилетнего нахождения на этих витринах. Латунские и Ликоспастовы сообразуются с каноникой черного юмора Булгакова: Шекспир, Лопе де Вега и ты. Тем ярче ореол культовости вокруг фигуры нашего великого современника. Яков Есепкин Портреты юдиц с эльфами и сильфидами Семнадцатый фрагмент Феи ночи к одесным столам Занесут о серебре пасхалы, Мы ль угодны еще ангелам, Господь-Бог, наши вретища алы. Льет сумрак Византея, одно Будем чаять небесные хоры, Пусть начиния полнит вино И зефирность вседарствуют Оры. А юдицам дадут балевать, Халы вымесят Цины и Леи, Мы начнем с их шелков обрывать Перевитые кровью лилеи. Двадцать пятый фрагмент Боги, боги, летите сюда, Мы пируем, юдиц не зерцая, Вновь тускла чудных елей слюда, Звезды в ней угасают, мерцая. Но голодные крысы шелка Юных граций белых источают, Кутия им без вишен сладка, Их с подвалами тьмы обручают. Мертвых львов ли, запалых волчат На щитах спишут кровию гои, И букеты нам Иды вручат – Все из красной тлеющейся хвои. Тридцать четвертый фрагмент Вновь гиады отраву таят И серебро в начинье мешают, Торты вишнями чинят, слоят Ядом их и пиры оглашают. Нитью чермной обвесть ли столы, Елей остия шелком загробным Исплести ль, юдиц хоры милы, Гостей жалуют смехом утробным. Траур их веселей именин, Боги неба, хотя бы узрите, Как темнятся оне средь менин И во черном пеют лазурите. Сорок третий фрагмент Ель одесная, тлей и гори, Канителью чаруй и тесьмою Алой дев, ныне ль грозны цари – Всяк охвалится нищей сумою. Ах, золотность русалочек, фей, Шелк тийяд и богинь антикварных, Сны им дарит златые Морфей, Темен умысел дщерей коварных. Пусть юродивых эльфы влекут К млечным ярусам, к чарам и неге, Изливая серебро цикут В мглу фарфоров о елочном снеге. Пятидесятый фрагмент Пей, Уильям, и смерть не зови, Яко млечные гаснут хоромы, Убежим сумасшедшей любви Одалисок, взыскующих громы. Хвоя будет всетускло гореть, Золотыя макушки чадиться, Положат нам легко умереть В темно-красном и мглой пресладиться. И тогда лишь во трауре Ид На пиры отведут временные – Гладить шелки эфирных сильфид И рамена царей ледяные. Автор - silverpoetry Дата добавления - 13.02.2024 в 13:35 Сообщение * В России новомодное поветрие — по негласной команде произведения Есепкина убирают с витрин ведущих книжных сервисов, сетей и магазинов после их пятилетнего нахождения на этих витринах. Латунские и Ликоспастовы сообразуются с каноникой черного юмора Булгакова: Шекспир, Лопе де Вега и ты. Тем ярче ореол культовости вокруг фигуры нашего великого современника. Яков Есепкин Портреты юдиц с эльфами и сильфидами Семнадцатый фрагмент Феи ночи к одесным столам Занесут о серебре пасхалы, Мы ль угодны еще ангелам, Господь-Бог, наши вретища алы. Льет сумрак Византея, одно Будем чаять небесные хоры, Пусть начиния полнит вино И зефирность вседарствуют Оры. А юдицам дадут балевать, Халы вымесят Цины и Леи, Мы начнем с их шелков обрывать Перевитые кровью лилеи. Двадцать пятый фрагмент Боги, боги, летите сюда, Мы пируем, юдиц не зерцая, Вновь тускла чудных елей слюда, Звезды в ней угасают, мерцая. Но голодные крысы шелка Юных граций белых источают, Кутия им без вишен сладка, Их с подвалами тьмы обручают. Мертвых львов ли, запалых волчат На щитах спишут кровию гои, И букеты нам Иды вручат – Все из красной тлеющейся хвои. Тридцать четвертый фрагмент Вновь гиады отраву таят И серебро в начинье мешают, Торты вишнями чинят, слоят Ядом их и пиры оглашают. Нитью чермной обвесть ли столы, Елей остия шелком загробным Исплести ль, юдиц хоры милы, Гостей жалуют смехом утробным. Траур их веселей именин, Боги неба, хотя бы узрите, Как темнятся оне средь менин И во черном пеют лазурите. Сорок третий фрагмент Ель одесная, тлей и гори, Канителью чаруй и тесьмою Алой дев, ныне ль грозны цари – Всяк охвалится нищей сумою. Ах, золотность русалочек, фей, Шелк тийяд и богинь антикварных, Сны им дарит златые Морфей, Темен умысел дщерей коварных. Пусть юродивых эльфы влекут К млечным ярусам, к чарам и неге, Изливая серебро цикут В мглу фарфоров о елочном снеге. Пятидесятый фрагмент Пей, Уильям, и смерть не зови, Яко млечные гаснут хоромы, Убежим сумасшедшей любви Одалисок, взыскующих громы. Хвоя будет всетускло гореть, Золотыя макушки чадиться, Положат нам легко умереть В темно-красном и мглой пресладиться. И тогда лишь во трауре Ид На пиры отведут временные – Гладить шелки эфирных сильфид И рамена царей ледяные. Автор - silverpoetry Дата добавления - 13.02.2024 в 13:35 silverpoetry Дата: Воскресенье, 25.02.2024, 09:27 | Сообщение # 264 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Портреты юдиц со свечами и ядом Четырнадцатый фрагмент Льет серебряный эль Аполлон В кубки див наднебесных и граций, Иль розарии выжег Колон, Станет феям иных декораций. Хмель, дурман изумрудный, смугу Лет временных увиждят ли еры, Дон Мигель туне ищет слугу, Ядом червным пьяны щелкоперы. Вновь хмелятся оне и галдят, На манжетах рисуя виньетки, И с фиадами торты едят, И несут им клико шансоньетки. Двадцать восьмой фрагмент Феи бледные, феи пиров, Соливайте арак и рейнвейны В кубки юдиц, золоту шаров Бейте мглой, аще вы темновейны. Падших ангелов суе искать, Хрисеида, отравленный ужин Дщери нам и готовят, алкать Яд зовут на каратах жемчужин. Мы наидем, елико белы По червовые сени деревы, И блюдут золотые столы Отлюбившие нас Женевьевы. Тридцать девятый фрагмент Чудный лэкех, бисквитов арма, Золоченые цедрой емины, Днесь пирует Геката сама, Налия беленой керамины. Тьмою бархатной вита спираль Дуг незвездных, масонские ложи Осеняет священный Грааль, Тускл парчевник шагреневой кожи. Иль очнемся – на мраморе стен Кровь атраментов фей благовонных, И пирующих яд веретен Бьет изборно меж емин червонных. Сорок четвертый фрагмент Ах, витое серебро теней Уходящих по лунной аллее, Иудицы столовья темней, Волны кафисты шлют Лорелее. Митры снимем, Гермина, пускай Жжет чела холод свеч, веретенных Яд иголок точится, алкай, Всяк одесный из амфор бестенных. И найдут в пировые купцы – Дщерям бледным со ядом ледовым Шелк примерить, и неб чернецы Завиют локны фуриям вдовым. Пятидесятый фрагмент Пир готовьте, фиады, Эреб Ныне злать афинянкам дарует, Им порфировый жалуют хлеб, Сребром волн их Мефитис чарует. Иль угодно царевнам белеть Даже нощно, златыми шелками Вить арму, изумрудно тлееть Над червицей и смерть-ручейками. Из дворцовий Никеи, из мглы Царств Парфянских с тенями юнеток Иды ль к нам и бегут, чтоб столы Овести кровью млечных виньеток.   Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц со свечами и ядом Четырнадцатый фрагмент Льет серебряный эль Аполлон В кубки див наднебесных и граций, Иль розарии выжег Колон, Станет феям иных декораций. Хмель, дурман изумрудный, смугу Лет временных увиждят ли еры, Дон Мигель туне ищет слугу, Ядом червным пьяны щелкоперы. Вновь хмелятся оне и галдят, На манжетах рисуя виньетки, И с фиадами торты едят, И несут им клико шансоньетки. Двадцать восьмой фрагмент Феи бледные, феи пиров, Соливайте арак и рейнвейны В кубки юдиц, золоту шаров Бейте мглой, аще вы темновейны. Падших ангелов суе искать, Хрисеида, отравленный ужин Дщери нам и готовят, алкать Яд зовут на каратах жемчужин. Мы наидем, елико белы По червовые сени деревы, И блюдут золотые столы Отлюбившие нас Женевьевы. Тридцать девятый фрагмент Чудный лэкех, бисквитов арма, Золоченые цедрой емины, Днесь пирует Геката сама, Налия беленой керамины. Тьмою бархатной вита спираль Дуг незвездных, масонские ложи Осеняет священный Грааль, Тускл парчевник шагреневой кожи. Иль очнемся – на мраморе стен Кровь атраментов фей благовонных, И пирующих яд веретен Бьет изборно меж емин червонных. Сорок четвертый фрагмент Ах, витое серебро теней Уходящих по лунной аллее, Иудицы столовья темней, Волны кафисты шлют Лорелее. Митры снимем, Гермина, пускай Жжет чела холод свеч, веретенных Яд иголок точится, алкай, Всяк одесный из амфор бестенных. И найдут в пировые купцы – Дщерям бледным со ядом ледовым Шелк примерить, и неб чернецы Завиют локны фуриям вдовым. Пятидесятый фрагмент Пир готовьте, фиады, Эреб Ныне злать афинянкам дарует, Им порфировый жалуют хлеб, Сребром волн их Мефитис чарует. Иль угодно царевнам белеть Даже нощно, златыми шелками Вить арму, изумрудно тлееть Над червицей и смерть-ручейками. Из дворцовий Никеи, из мглы Царств Парфянских с тенями юнеток Иды ль к нам и бегут, чтоб столы Овести кровью млечных виньеток. Автор - silverpoetry Дата добавления - 25.02.2024 в 09:27 Сообщение Яков Есепкин Портреты юдиц со свечами и ядом Четырнадцатый фрагмент Льет серебряный эль Аполлон В кубки див наднебесных и граций, Иль розарии выжег Колон, Станет феям иных декораций. Хмель, дурман изумрудный, смугу Лет временных увиждят ли еры, Дон Мигель туне ищет слугу, Ядом червным пьяны щелкоперы. Вновь хмелятся оне и галдят, На манжетах рисуя виньетки, И с фиадами торты едят, И несут им клико шансоньетки. Двадцать восьмой фрагмент Феи бледные, феи пиров, Соливайте арак и рейнвейны В кубки юдиц, золоту шаров Бейте мглой, аще вы темновейны. Падших ангелов суе искать, Хрисеида, отравленный ужин Дщери нам и готовят, алкать Яд зовут на каратах жемчужин. Мы наидем, елико белы По червовые сени деревы, И блюдут золотые столы Отлюбившие нас Женевьевы. Тридцать девятый фрагмент Чудный лэкех, бисквитов арма, Золоченые цедрой емины, Днесь пирует Геката сама, Налия беленой керамины. Тьмою бархатной вита спираль Дуг незвездных, масонские ложи Осеняет священный Грааль, Тускл парчевник шагреневой кожи. Иль очнемся – на мраморе стен Кровь атраментов фей благовонных, И пирующих яд веретен Бьет изборно меж емин червонных. Сорок четвертый фрагмент Ах, витое серебро теней Уходящих по лунной аллее, Иудицы столовья темней, Волны кафисты шлют Лорелее. Митры снимем, Гермина, пускай Жжет чела холод свеч, веретенных Яд иголок точится, алкай, Всяк одесный из амфор бестенных. И найдут в пировые купцы – Дщерям бледным со ядом ледовым Шелк примерить, и неб чернецы Завиют локны фуриям вдовым. Пятидесятый фрагмент Пир готовьте, фиады, Эреб Ныне злать афинянкам дарует, Им порфировый жалуют хлеб, Сребром волн их Мефитис чарует. Иль угодно царевнам белеть Даже нощно, златыми шелками Вить арму, изумрудно тлееть Над червицей и смерть-ручейками. Из дворцовий Никеи, из мглы Царств Парфянских с тенями юнеток Иды ль к нам и бегут, чтоб столы Овести кровью млечных виньеток. Автор - silverpoetry Дата добавления - 25.02.2024 в 09:27 silverpoetry Дата: Понедельник, 04.03.2024, 10:07 | Сообщение # 265 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline * Сегодня Яков ЕСЕПКИН — писатель номер один в России. Равных ему не было и вчера, и позавчера, ни в Серебряном, ни в Золотом веках. Читайте великую литературу, коль скоро она чудесным образом существует и не является предметом трансвременной метафизической иллюзорности. Яков Есепкин Битый алавастр у Летии I Тени Лувра, летите сюда, Мы стенаем в цветах Сеннаара, Темен мрамр иль сиянна Звезда, Прелилась наднебесная чара. От порфировых этих сильфид Все белы, яко вишни любили, Потчевали лепных аонид, Хоть венчайте небесностью шпили. Утром томным восплачет Эдель, Роз ко статуям вынесет млечность, И с кровавыми гипсами эль Допиют ангелки – за увечность. II Ночи огненный ярусник нем, Дышит маем течение Леты, Сводность царства Аида минем, Се и ангелей неб пируэты. Византея, сияй и гори, Ненавистны святые Отчизне, Мы были всеземные цари И в комодной побитой старизне. Виждь, Господь, со рубиновой мглы, Как еще юродные смеются, Где исцвечены кровью столы И на остия вина лиются. III Льет юдоль молодое вино, Ах, мучения наши подавны, Тще ль искать золотое руно, Вспели гоев небесные фавны. Чу, смертливые осы летят, Нас покоя оне возлишают, Спит и Шервуд, разбойно свистят Лишь соловки и вдов оглашают. Век успенных боялись певцов Эти вдовы под миррою течной, Се и зрят нас без ярких венцов На челах, битых оспою млечной. IV Сердце ангела – шелк совитой И о чадах оно престенает, Наш атрамент эфирный, златой Волн тоскливей и ангелов знает. Пусть демоны гиад веселят, Пусть надеждою тешат юродных, В нас еще царствий феи вселят Звезды неб, млечность граций холодных. Чайки Бога слетятся ль к пустым Берегам тихой Леты, мерцая Опереньем своем золотым, Чтоб гореть, мглу скульптур восклицая. V Ядовитые шелки сильфид Геба ветошью звездной овеет, Влечь безумных к столам аонид, Мел их лядвий пускай багровеет. Что, Иосиф, невесел, царей Не любила толпа и во тлене, Императорских спален Борей Отдал мглу нежноокой Селене. Углич, Рим ли оплачет сие Неболожество, с Эос матроны В мрамор наше вобьют остие – И чермные сонимем короны.   Сообщение * Сегодня Яков ЕСЕПКИН — писатель номер один в России. Равных ему не было и вчера, и позавчера, ни в Серебряном, ни в Золотом веках. Читайте великую литературу, коль скоро она чудесным образом существует и не является предметом трансвременной метафизической иллюзорности. Яков Есепкин Битый алавастр у Летии I Тени Лувра, летите сюда, Мы стенаем в цветах Сеннаара, Темен мрамр иль сиянна Звезда, Прелилась наднебесная чара. От порфировых этих сильфид Все белы, яко вишни любили, Потчевали лепных аонид, Хоть венчайте небесностью шпили. Утром томным восплачет Эдель, Роз ко статуям вынесет млечность, И с кровавыми гипсами эль Допиют ангелки – за увечность. II Ночи огненный ярусник нем, Дышит маем течение Леты, Сводность царства Аида минем, Се и ангелей неб пируэты. Византея, сияй и гори, Ненавистны святые Отчизне, Мы были всеземные цари И в комодной побитой старизне. Виждь, Господь, со рубиновой мглы, Как еще юродные смеются, Где исцвечены кровью столы И на остия вина лиются. III Льет юдоль молодое вино, Ах, мучения наши подавны, Тще ль искать золотое руно, Вспели гоев небесные фавны. Чу, смертливые осы летят, Нас покоя оне возлишают, Спит и Шервуд, разбойно свистят Лишь соловки и вдов оглашают. Век успенных боялись певцов Эти вдовы под миррою течной, Се и зрят нас без ярких венцов На челах, битых оспою млечной. IV Сердце ангела – шелк совитой И о чадах оно престенает, Наш атрамент эфирный, златой Волн тоскливей и ангелов знает. Пусть демоны гиад веселят, Пусть надеждою тешат юродных, В нас еще царствий феи вселят Звезды неб, млечность граций холодных. Чайки Бога слетятся ль к пустым Берегам тихой Леты, мерцая Опереньем своем золотым, Чтоб гореть, мглу скульптур восклицая. V Ядовитые шелки сильфид Геба ветошью звездной овеет, Влечь безумных к столам аонид, Мел их лядвий пускай багровеет. Что, Иосиф, невесел, царей Не любила толпа и во тлене, Императорских спален Борей Отдал мглу нежноокой Селене. Углич, Рим ли оплачет сие Неболожество, с Эос матроны В мрамор наше вобьют остие – И чермные сонимем короны. Автор - silverpoetry Дата добавления - 04.03.2024 в 10:07 Сообщение * Сегодня Яков ЕСЕПКИН — писатель номер один в России. Равных ему не было и вчера, и позавчера, ни в Серебряном, ни в Золотом веках. Читайте великую литературу, коль скоро она чудесным образом существует и не является предметом трансвременной метафизической иллюзорности. Яков Есепкин Битый алавастр у Летии I Тени Лувра, летите сюда, Мы стенаем в цветах Сеннаара, Темен мрамр иль сиянна Звезда, Прелилась наднебесная чара. От порфировых этих сильфид Все белы, яко вишни любили, Потчевали лепных аонид, Хоть венчайте небесностью шпили. Утром томным восплачет Эдель, Роз ко статуям вынесет млечность, И с кровавыми гипсами эль Допиют ангелки – за увечность. II Ночи огненный ярусник нем, Дышит маем течение Леты, Сводность царства Аида минем, Се и ангелей неб пируэты. Византея, сияй и гори, Ненавистны святые Отчизне, Мы были всеземные цари И в комодной побитой старизне. Виждь, Господь, со рубиновой мглы, Как еще юродные смеются, Где исцвечены кровью столы И на остия вина лиются. III Льет юдоль молодое вино, Ах, мучения наши подавны, Тще ль искать золотое руно, Вспели гоев небесные фавны. Чу, смертливые осы летят, Нас покоя оне возлишают, Спит и Шервуд, разбойно свистят Лишь соловки и вдов оглашают. Век успенных боялись певцов Эти вдовы под миррою течной, Се и зрят нас без ярких венцов На челах, битых оспою млечной. IV Сердце ангела – шелк совитой И о чадах оно престенает, Наш атрамент эфирный, златой Волн тоскливей и ангелов знает. Пусть демоны гиад веселят, Пусть надеждою тешат юродных, В нас еще царствий феи вселят Звезды неб, млечность граций холодных. Чайки Бога слетятся ль к пустым Берегам тихой Леты, мерцая Опереньем своем золотым, Чтоб гореть, мглу скульптур восклицая. V Ядовитые шелки сильфид Геба ветошью звездной овеет, Влечь безумных к столам аонид, Мел их лядвий пускай багровеет. Что, Иосиф, невесел, царей Не любила толпа и во тлене, Императорских спален Борей Отдал мглу нежноокой Селене. Углич, Рим ли оплачет сие Неболожество, с Эос матроны В мрамор наше вобьют остие – И чермные сонимем короны. Автор - silverpoetry Дата добавления - 04.03.2024 в 10:07 silverpoetry Дата: Вторник, 12.03.2024, 09:40 | Сообщение # 266 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XI Нас, Господе, следи в барве неб, Ангелки мимо чад излетели, Всепорфирный точащийся хлеб Сочерствел, мы его прехотели. А и туне сейчас вопиять, Над брегами летейскими рдиться, И алеять, и молча стоять, Гои нас будут вечно стыдиться. С темной миррой юдицы одне К нам и льнут, и серебро лелеют, И во млечном холодном огне За колонницей мертвенно тлеют. XII Змеи тирские хмель овиют, Кора свечками пурпур уставит, Нас ужель четверговки убьют, Кто и с вечностью ныне лукавит. Полны столы начиний пустых, Ничего, соливайте, гияды, Вин мускусность еще золотых, Не царевнам ли чествовать яды. Камор звезды мирволили нам, Присно будем во сех оявляться Гранях млечных, где бьют по стенам Тени роз и вселожно бояться. XIII Где, июль, тестовые сурьмы, Брашно сладкое, с вишней рейнвейны, Бел Эдем и меловые тьмы, А принцессы одне темновейны. Жизнь цвела и сребрилась, но вот Лишь желтки и горят в сей остуде, Алчно змеи обсели кивот, Зло виются мокрицы на блюде. Яко звезды бессмертие чтут, Златоустов камены читают, Пусть хотя ли убитых сочтут – Все венцы наши червно блистают. XIV Звезды чтили успенных, цемент, Гипс иль глину исторгнут дыхницы, Обнажится еще диамент И за сим, паче уст багряницы. Темный мрамор июньских аллей Нагоняет печаль вековую, Кто умел горевать, веселей, Точат спящим виньету живую. И начиние сбилось, хлебы Суе мертвые тьмы украшали, Всё опять нецелованны лбы – Мы лишь звездностью присно дышали. XV Лишь в июне сордится оцвет, Из черемух вспорхнут махаоны, И укажем небесный корвет С золотыми тенями Вероны. Сколь юдицы нас вечно блюли, Аще их перелилась мышьячность, Пей отраву, Цинита, юли, Хороша и твоя небозлачность. Цветники ли, тенета весны Ядом жгут отравительниц сонных, К нам тиснятся еще ложесны Сех паскуд во шелках благовонных.   Сообщение Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XI Нас, Господе, следи в барве неб, Ангелки мимо чад излетели, Всепорфирный точащийся хлеб Сочерствел, мы его прехотели. А и туне сейчас вопиять, Над брегами летейскими рдиться, И алеять, и молча стоять, Гои нас будут вечно стыдиться. С темной миррой юдицы одне К нам и льнут, и серебро лелеют, И во млечном холодном огне За колонницей мертвенно тлеют. XII Змеи тирские хмель овиют, Кора свечками пурпур уставит, Нас ужель четверговки убьют, Кто и с вечностью ныне лукавит. Полны столы начиний пустых, Ничего, соливайте, гияды, Вин мускусность еще золотых, Не царевнам ли чествовать яды. Камор звезды мирволили нам, Присно будем во сех оявляться Гранях млечных, где бьют по стенам Тени роз и вселожно бояться. XIII Где, июль, тестовые сурьмы, Брашно сладкое, с вишней рейнвейны, Бел Эдем и меловые тьмы, А принцессы одне темновейны. Жизнь цвела и сребрилась, но вот Лишь желтки и горят в сей остуде, Алчно змеи обсели кивот, Зло виются мокрицы на блюде. Яко звезды бессмертие чтут, Златоустов камены читают, Пусть хотя ли убитых сочтут – Все венцы наши червно блистают. XIV Звезды чтили успенных, цемент, Гипс иль глину исторгнут дыхницы, Обнажится еще диамент И за сим, паче уст багряницы. Темный мрамор июньских аллей Нагоняет печаль вековую, Кто умел горевать, веселей, Точат спящим виньету живую. И начиние сбилось, хлебы Суе мертвые тьмы украшали, Всё опять нецелованны лбы – Мы лишь звездностью присно дышали. XV Лишь в июне сордится оцвет, Из черемух вспорхнут махаоны, И укажем небесный корвет С золотыми тенями Вероны. Сколь юдицы нас вечно блюли, Аще их перелилась мышьячность, Пей отраву, Цинита, юли, Хороша и твоя небозлачность. Цветники ли, тенета весны Ядом жгут отравительниц сонных, К нам тиснятся еще ложесны Сех паскуд во шелках благовонных. Автор - silverpoetry Дата добавления - 12.03.2024 в 09:40 Сообщение Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XI Нас, Господе, следи в барве неб, Ангелки мимо чад излетели, Всепорфирный точащийся хлеб Сочерствел, мы его прехотели. А и туне сейчас вопиять, Над брегами летейскими рдиться, И алеять, и молча стоять, Гои нас будут вечно стыдиться. С темной миррой юдицы одне К нам и льнут, и серебро лелеют, И во млечном холодном огне За колонницей мертвенно тлеют. XII Змеи тирские хмель овиют, Кора свечками пурпур уставит, Нас ужель четверговки убьют, Кто и с вечностью ныне лукавит. Полны столы начиний пустых, Ничего, соливайте, гияды, Вин мускусность еще золотых, Не царевнам ли чествовать яды. Камор звезды мирволили нам, Присно будем во сех оявляться Гранях млечных, где бьют по стенам Тени роз и вселожно бояться. XIII Где, июль, тестовые сурьмы, Брашно сладкое, с вишней рейнвейны, Бел Эдем и меловые тьмы, А принцессы одне темновейны. Жизнь цвела и сребрилась, но вот Лишь желтки и горят в сей остуде, Алчно змеи обсели кивот, Зло виются мокрицы на блюде. Яко звезды бессмертие чтут, Златоустов камены читают, Пусть хотя ли убитых сочтут – Все венцы наши червно блистают. XIV Звезды чтили успенных, цемент, Гипс иль глину исторгнут дыхницы, Обнажится еще диамент И за сим, паче уст багряницы. Темный мрамор июньских аллей Нагоняет печаль вековую, Кто умел горевать, веселей, Точат спящим виньету живую. И начиние сбилось, хлебы Суе мертвые тьмы украшали, Всё опять нецелованны лбы – Мы лишь звездностью присно дышали. XV Лишь в июне сордится оцвет, Из черемух вспорхнут махаоны, И укажем небесный корвет С золотыми тенями Вероны. Сколь юдицы нас вечно блюли, Аще их перелилась мышьячность, Пей отраву, Цинита, юли, Хороша и твоя небозлачность. Цветники ли, тенета весны Ядом жгут отравительниц сонных, К нам тиснятся еще ложесны Сех паскуд во шелках благовонных. Автор - silverpoetry Дата добавления - 12.03.2024 в 09:40 silverpoetry Дата: Суббота, 16.03.2024, 09:26 | Сообщение # 267 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XVI Вновь оцветный томительный сок Изливают в сервантные чаши, Лишь Иосиф подставил висок, Всех иных закололи апаши. Дождались четверговки пелен Белошелковых мускусных бязей, Аще встанем с меловых колен, Хоть узнают диаментных князей. И черешни без нас прецвели, И юдицы алкают бесстрашно Голубое со кровью шабли, Окаймляя подвальное брашно. XVII Воск пасхальный неровно горит, Как успеть и не могут святые, Налием в хлебы кровь-лазурит, Яко постны столы золотые. И сойдем, участь юдиц верша, С хоров млечных и райской целины, Всяка днесь иродица -- левша, Всякой голем не жертвует глины. Нас узнают оне по челам, Тусклой миррой и тьмой увиенным, И внесут эти хлебы к столам, Чтоб воссниться купцам опоенным. XVIII Розы Асии нежной армой Наднебесных царевен встречают, Именины Чумы ли самой Днесь пеют, нас ли ангелы чают. Битый мрамор обсидный минем, Зло молчат преблюстители Коры И ея меловницы, где нем Вечный пир и точатся фарфоры. Цветью их расписали свечной, Миррой тусклой свели, и Господе Чад не узрит в смуге выписной – Пьющих немость о славленном годе. XIX За сумраком вифанским таит Неботвердь голубые фиолы, Бледных мальчиков сонм предстоит О садах: улетай, богомолы. По аллеям дворцовым ли несть Розоцветных сиреней холодность, Аще Божие сумерки есть, Мы узрим виноградную сводность. Где и вился честной Аваддон, Меж каких утешается циний, Рдея, тусклую кровь на поддон В пировых Иды льют со начиний. XX Нощность антики станем белить, Во четверг ли от ядов очнемся, Что и подлую чернь веселить, Мы в родные пенаты вернемся. Будут постные яства гореть, Будем сами альтанок белее, Выльем кровь на подносную мреть, Идет камень фамильной аллее. Сад немолчный успел оцвести, Бьют по гипсу цветки ледяные, И всё тусклою пудрой свести Мел и кровь тщатся Иды хмельные.   Сообщение Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XVI Вновь оцветный томительный сок Изливают в сервантные чаши, Лишь Иосиф подставил висок, Всех иных закололи апаши. Дождались четверговки пелен Белошелковых мускусных бязей, Аще встанем с меловых колен, Хоть узнают диаментных князей. И черешни без нас прецвели, И юдицы алкают бесстрашно Голубое со кровью шабли, Окаймляя подвальное брашно. XVII Воск пасхальный неровно горит, Как успеть и не могут святые, Налием в хлебы кровь-лазурит, Яко постны столы золотые. И сойдем, участь юдиц верша, С хоров млечных и райской целины, Всяка днесь иродица -- левша, Всякой голем не жертвует глины. Нас узнают оне по челам, Тусклой миррой и тьмой увиенным, И внесут эти хлебы к столам, Чтоб воссниться купцам опоенным. XVIII Розы Асии нежной армой Наднебесных царевен встречают, Именины Чумы ли самой Днесь пеют, нас ли ангелы чают. Битый мрамор обсидный минем, Зло молчат преблюстители Коры И ея меловницы, где нем Вечный пир и точатся фарфоры. Цветью их расписали свечной, Миррой тусклой свели, и Господе Чад не узрит в смуге выписной – Пьющих немость о славленном годе. XIX За сумраком вифанским таит Неботвердь голубые фиолы, Бледных мальчиков сонм предстоит О садах: улетай, богомолы. По аллеям дворцовым ли несть Розоцветных сиреней холодность, Аще Божие сумерки есть, Мы узрим виноградную сводность. Где и вился честной Аваддон, Меж каких утешается циний, Рдея, тусклую кровь на поддон В пировых Иды льют со начиний. XX Нощность антики станем белить, Во четверг ли от ядов очнемся, Что и подлую чернь веселить, Мы в родные пенаты вернемся. Будут постные яства гореть, Будем сами альтанок белее, Выльем кровь на подносную мреть, Идет камень фамильной аллее. Сад немолчный успел оцвести, Бьют по гипсу цветки ледяные, И всё тусклою пудрой свести Мел и кровь тщатся Иды хмельные. Автор - silverpoetry Дата добавления - 16.03.2024 в 09:26 Сообщение Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XVI Вновь оцветный томительный сок Изливают в сервантные чаши, Лишь Иосиф подставил висок, Всех иных закололи апаши. Дождались четверговки пелен Белошелковых мускусных бязей, Аще встанем с меловых колен, Хоть узнают диаментных князей. И черешни без нас прецвели, И юдицы алкают бесстрашно Голубое со кровью шабли, Окаймляя подвальное брашно. XVII Воск пасхальный неровно горит, Как успеть и не могут святые, Налием в хлебы кровь-лазурит, Яко постны столы золотые. И сойдем, участь юдиц верша, С хоров млечных и райской целины, Всяка днесь иродица -- левша, Всякой голем не жертвует глины. Нас узнают оне по челам, Тусклой миррой и тьмой увиенным, И внесут эти хлебы к столам, Чтоб воссниться купцам опоенным. XVIII Розы Асии нежной армой Наднебесных царевен встречают, Именины Чумы ли самой Днесь пеют, нас ли ангелы чают. Битый мрамор обсидный минем, Зло молчат преблюстители Коры И ея меловницы, где нем Вечный пир и точатся фарфоры. Цветью их расписали свечной, Миррой тусклой свели, и Господе Чад не узрит в смуге выписной – Пьющих немость о славленном годе. XIX За сумраком вифанским таит Неботвердь голубые фиолы, Бледных мальчиков сонм предстоит О садах: улетай, богомолы. По аллеям дворцовым ли несть Розоцветных сиреней холодность, Аще Божие сумерки есть, Мы узрим виноградную сводность. Где и вился честной Аваддон, Меж каких утешается циний, Рдея, тусклую кровь на поддон В пировых Иды льют со начиний. XX Нощность антики станем белить, Во четверг ли от ядов очнемся, Что и подлую чернь веселить, Мы в родные пенаты вернемся. Будут постные яства гореть, Будем сами альтанок белее, Выльем кровь на подносную мреть, Идет камень фамильной аллее. Сад немолчный успел оцвести, Бьют по гипсу цветки ледяные, И всё тусклою пудрой свести Мел и кровь тщатся Иды хмельные. Автор - silverpoetry Дата добавления - 16.03.2024 в 09:26 silverpoetry Дата: Среда, 20.03.2024, 09:08 | Сообщение # 268 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline * «Не так давно имя и феномен русского андеграундного писателя Якова ЕСЕПКИНА оказались в заголовках литературных новостей. Культовый автор известен библиофилам со времен СССР, официально создатель «Космополиса архаики», обретшего негласный статус последней великой русскоязычной книги, начал издаваться за рубежом. Между тем после выхода самиздатовских сборников «Готика в подземке» и «Классика» юного гения восторженно приветствовала советская провластная художественная элита.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Эфемериды», издательство «Де’Либри», 2021 Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XXI Томных дев и камены блюдут, Нам лишь кровию были чернила, Со щитами героев не ждут, Алекто наши сны огранила. Но мгновенье, замученный брат, Вдоль сиреней текут путраменты, Их цеди, за каратом карат, Яко пламени траурной ленты. Мы писали канцоны не сем Юным феям, шелковым наядам, И теперь меж перстами несем Тьмы цветниц, всепокорные ядам. XXII Стол накройте сакраментной мглой, Ночь Вифании чтут пировые, Феб и Мемнон в гортанях с иглой, Кто погублен – успенны живые. Время париям днесь умереть, А и нам ли веселье преложно, Тщиться будут пифии стереть Мглу чернил, где бессмертие ложно. Возлиются гербарии тьмой, Всеоцветною розовой сенью, И лишь выступит кровь под сурьмой, Золотяше пути к неспасенью. XXIII Алавастры ночные влекут Черных фей и беспечных юнеток, Тускло золото млечных цикут, А и полно червовых монеток. Пляски фурий взирает Аид, Столы антики щедро ломятся, Хоры сонных пеют данаид, Прескучают оне и томятся. Дивный пир и чудесная мгла, И теней алавастровый морок – Всё горит, всё и нощность свела Тьмой во злате вишневых подпорок. XXIV Царской оперы фавны пышны, С бельэтажей свисают химеры, Граций томных в шелках ложесны, Дышат негою их костюмеры. Юны, юны сюда нас влекли, Днесь оне ль примеряют балетки, Бал окончен, сие умерли, Авансцену терзают старлетки. И хотят нас, Геката, убить Иудицы под темной золотой, Чтоб хотя всеуспенных увить Чернотечной вишневою слотой. XXV Черных вдов феи тьмы и белят, Ядом чинят нецветность их аур, И царевен травить всевелят, Яко сводам приличен лишь траур. Пой, Эреб, остия сех юдиц, Веселятся пускай четверговки, Меж скульптурных ядят молодиц, Всяк пиит удостоен торговки. И с отравой нальется вино В наши амфоры, чернью витые, Мы его преалкаем одно, Цветь лия на шелка золотые.   Сообщение * «Не так давно имя и феномен русского андеграундного писателя Якова ЕСЕПКИНА оказались в заголовках литературных новостей. Культовый автор известен библиофилам со времен СССР, официально создатель «Космополиса архаики», обретшего негласный статус последней великой русскоязычной книги, начал издаваться за рубежом. Между тем после выхода самиздатовских сборников «Готика в подземке» и «Классика» юного гения восторженно приветствовала советская провластная художественная элита.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Эфемериды», издательство «Де’Либри», 2021 Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XXI Томных дев и камены блюдут, Нам лишь кровию были чернила, Со щитами героев не ждут, Алекто наши сны огранила. Но мгновенье, замученный брат, Вдоль сиреней текут путраменты, Их цеди, за каратом карат, Яко пламени траурной ленты. Мы писали канцоны не сем Юным феям, шелковым наядам, И теперь меж перстами несем Тьмы цветниц, всепокорные ядам. XXII Стол накройте сакраментной мглой, Ночь Вифании чтут пировые, Феб и Мемнон в гортанях с иглой, Кто погублен – успенны живые. Время париям днесь умереть, А и нам ли веселье преложно, Тщиться будут пифии стереть Мглу чернил, где бессмертие ложно. Возлиются гербарии тьмой, Всеоцветною розовой сенью, И лишь выступит кровь под сурьмой, Золотяше пути к неспасенью. XXIII Алавастры ночные влекут Черных фей и беспечных юнеток, Тускло золото млечных цикут, А и полно червовых монеток. Пляски фурий взирает Аид, Столы антики щедро ломятся, Хоры сонных пеют данаид, Прескучают оне и томятся. Дивный пир и чудесная мгла, И теней алавастровый морок – Всё горит, всё и нощность свела Тьмой во злате вишневых подпорок. XXIV Царской оперы фавны пышны, С бельэтажей свисают химеры, Граций томных в шелках ложесны, Дышат негою их костюмеры. Юны, юны сюда нас влекли, Днесь оне ль примеряют балетки, Бал окончен, сие умерли, Авансцену терзают старлетки. И хотят нас, Геката, убить Иудицы под темной золотой, Чтоб хотя всеуспенных увить Чернотечной вишневою слотой. XXV Черных вдов феи тьмы и белят, Ядом чинят нецветность их аур, И царевен травить всевелят, Яко сводам приличен лишь траур. Пой, Эреб, остия сех юдиц, Веселятся пускай четверговки, Меж скульптурных ядят молодиц, Всяк пиит удостоен торговки. И с отравой нальется вино В наши амфоры, чернью витые, Мы его преалкаем одно, Цветь лия на шелка золотые. Автор - silverpoetry Дата добавления - 20.03.2024 в 09:08 Сообщение * «Не так давно имя и феномен русского андеграундного писателя Якова ЕСЕПКИНА оказались в заголовках литературных новостей. Культовый автор известен библиофилам со времен СССР, официально создатель «Космополиса архаики», обретшего негласный статус последней великой русскоязычной книги, начал издаваться за рубежом. Между тем после выхода самиздатовских сборников «Готика в подземке» и «Классика» юного гения восторженно приветствовала советская провластная художественная элита.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Эфемериды», издательство «Де’Либри», 2021 Яков Есепкин Битый алавастр у Летии XXI Томных дев и камены блюдут, Нам лишь кровию были чернила, Со щитами героев не ждут, Алекто наши сны огранила. Но мгновенье, замученный брат, Вдоль сиреней текут путраменты, Их цеди, за каратом карат, Яко пламени траурной ленты. Мы писали канцоны не сем Юным феям, шелковым наядам, И теперь меж перстами несем Тьмы цветниц, всепокорные ядам. XXII Стол накройте сакраментной мглой, Ночь Вифании чтут пировые, Феб и Мемнон в гортанях с иглой, Кто погублен – успенны живые. Время париям днесь умереть, А и нам ли веселье преложно, Тщиться будут пифии стереть Мглу чернил, где бессмертие ложно. Возлиются гербарии тьмой, Всеоцветною розовой сенью, И лишь выступит кровь под сурьмой, Золотяше пути к неспасенью. XXIII Алавастры ночные влекут Черных фей и беспечных юнеток, Тускло золото млечных цикут, А и полно червовых монеток. Пляски фурий взирает Аид, Столы антики щедро ломятся, Хоры сонных пеют данаид, Прескучают оне и томятся. Дивный пир и чудесная мгла, И теней алавастровый морок – Всё горит, всё и нощность свела Тьмой во злате вишневых подпорок. XXIV Царской оперы фавны пышны, С бельэтажей свисают химеры, Граций томных в шелках ложесны, Дышат негою их костюмеры. Юны, юны сюда нас влекли, Днесь оне ль примеряют балетки, Бал окончен, сие умерли, Авансцену терзают старлетки. И хотят нас, Геката, убить Иудицы под темной золотой, Чтоб хотя всеуспенных увить Чернотечной вишневою слотой. XXV Черных вдов феи тьмы и белят, Ядом чинят нецветность их аур, И царевен травить всевелят, Яко сводам приличен лишь траур. Пой, Эреб, остия сех юдиц, Веселятся пускай четверговки, Меж скульптурных ядят молодиц, Всяк пиит удостоен торговки. И с отравой нальется вино В наши амфоры, чернью витые, Мы его преалкаем одно, Цветь лия на шелка золотые. Автор - silverpoetry Дата добавления - 20.03.2024 в 09:08 silverpoetry Дата: Вторник, 09.04.2024, 08:59 | Сообщение # 269 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline * «Сложное сублимированное письмо Есепкина (нарочито архаический тезаурус, лексические новации, тяжелая строфическая текстура) всегда ассоциировалось с изысканной художественной элитарностью, эмблемной символикой интеллектуальной литературы. Данное издание можно считать первым приближением к творчеству культового автора.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Lacrimosa», издательство «Москва», 2019 Яков Есепкин С юдицами у вергилий Девятый фрагмент Только солнце и только вино, Ах, июль, ах, белые менины, Станем пить-не пьянети, одно Благи наши сейчас именины. Золотые ритоны ли ждут Гоев неба, увеченных воев, Нас юдицы всенощно блюдут Меж лекифов и ядных сувоев. И Господе из ангельских нив, Со мерцающих розовых кущей Будет видеть, чело наклонив, Тени дев за их сворой пиющей. Семнадцатый фрагмент Льют менады рейнвейн и шабли, Шелк одесно взвивают царевны, Сих прелестниц убить ли могли Божевольные Хайки и Евны. Миррой точится глянец ланит, Их куда совлекают демоны, Тще и колокол смерти звонит – Внове яблок молят у Помоны. Ах, оглянемся: ангели неб Дышат мглой за столовьем вергилий, И юродные дочери хлеб Жгут беленой серебряных лилий. Двадцать девятый фрагмент Лики ангелов смерти белы, Их портретники ядно-червонны, Вселомятся от емин столы, А царицы шелков благовонны. Лярвы небесей потчуют сех Млечных гостий и брошенок морных, О диаментных желтых власех Тлятся розы со чашей каморных. И желтицею локны виют Бляди томные, зло напевая, И серебро холодное пьют, Броши темные с шелка срывая.   Сообщение * «Сложное сублимированное письмо Есепкина (нарочито архаический тезаурус, лексические новации, тяжелая строфическая текстура) всегда ассоциировалось с изысканной художественной элитарностью, эмблемной символикой интеллектуальной литературы. Данное издание можно считать первым приближением к творчеству культового автора.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Lacrimosa», издательство «Москва», 2019 Яков Есепкин С юдицами у вергилий Девятый фрагмент Только солнце и только вино, Ах, июль, ах, белые менины, Станем пить-не пьянети, одно Благи наши сейчас именины. Золотые ритоны ли ждут Гоев неба, увеченных воев, Нас юдицы всенощно блюдут Меж лекифов и ядных сувоев. И Господе из ангельских нив, Со мерцающих розовых кущей Будет видеть, чело наклонив, Тени дев за их сворой пиющей. Семнадцатый фрагмент Льют менады рейнвейн и шабли, Шелк одесно взвивают царевны, Сих прелестниц убить ли могли Божевольные Хайки и Евны. Миррой точится глянец ланит, Их куда совлекают демоны, Тще и колокол смерти звонит – Внове яблок молят у Помоны. Ах, оглянемся: ангели неб Дышат мглой за столовьем вергилий, И юродные дочери хлеб Жгут беленой серебряных лилий. Двадцать девятый фрагмент Лики ангелов смерти белы, Их портретники ядно-червонны, Вселомятся от емин столы, А царицы шелков благовонны. Лярвы небесей потчуют сех Млечных гостий и брошенок морных, О диаментных желтых власех Тлятся розы со чашей каморных. И желтицею локны виют Бляди томные, зло напевая, И серебро холодное пьют, Броши темные с шелка срывая. Автор - silverpoetry Дата добавления - 09.04.2024 в 08:59 Сообщение * «Сложное сублимированное письмо Есепкина (нарочито архаический тезаурус, лексические новации, тяжелая строфическая текстура) всегда ассоциировалось с изысканной художественной элитарностью, эмблемной символикой интеллектуальной литературы. Данное издание можно считать первым приближением к творчеству культового автора.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Lacrimosa», издательство «Москва», 2019 Яков Есепкин С юдицами у вергилий Девятый фрагмент Только солнце и только вино, Ах, июль, ах, белые менины, Станем пить-не пьянети, одно Благи наши сейчас именины. Золотые ритоны ли ждут Гоев неба, увеченных воев, Нас юдицы всенощно блюдут Меж лекифов и ядных сувоев. И Господе из ангельских нив, Со мерцающих розовых кущей Будет видеть, чело наклонив, Тени дев за их сворой пиющей. Семнадцатый фрагмент Льют менады рейнвейн и шабли, Шелк одесно взвивают царевны, Сих прелестниц убить ли могли Божевольные Хайки и Евны. Миррой точится глянец ланит, Их куда совлекают демоны, Тще и колокол смерти звонит – Внове яблок молят у Помоны. Ах, оглянемся: ангели неб Дышат мглой за столовьем вергилий, И юродные дочери хлеб Жгут беленой серебряных лилий. Двадцать девятый фрагмент Лики ангелов смерти белы, Их портретники ядно-червонны, Вселомятся от емин столы, А царицы шелков благовонны. Лярвы небесей потчуют сех Млечных гостий и брошенок морных, О диаментных желтых власех Тлятся розы со чашей каморных. И желтицею локны виют Бляди томные, зло напевая, И серебро холодное пьют, Броши темные с шелка срывая. Автор - silverpoetry Дата добавления - 09.04.2024 в 08:59 silverpoetry Дата: Среда, 17.04.2024, 08:46 | Сообщение # 270 Поселенец Группа: Островитянин Сообщений: 435 Награды: 0 Репутация: 0 Статус: Offline * «Подобный успех у широкого круга читателей сложно объяснить. Есть выражение: родился, чтобы быть преданным. Это о Есепкине. Долгие годы он провел в лучших европейских библиотеках, не писал, считая любое сочинительство лживым и несовершенным, затем прервал молчание и продолжил письмо, начатое в юности. Во временном интервале были «развенчаны» вначале Золотой, далее Серебряный века. Реформатор тезауруса поверил гармонию алгеброй и эта гармония рухнула, обратилась в хаос.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Сангвины мертвых царевен», издательство «Altaspera» (Канада), 2021 Яков Есепкин Сангины в будуарах Одиннадцатый фрагмент Балевницы шелками свиты, Всяк успенный о мраморном щите, Полны глиной одесные рты, Златоустов сейчас не ищите. Аониды вино прелиют На емины, их чтенье сурово И ужасно письмо, отдают Форме дань и коверкают слово. Мало крови ли им, холодны Четверговки, за глянец муаров Яды прячут и дев ложесны Жгут кармином во мгле будуаров. Двадцать восьмой фрагмент Из канфаров с богами пием, Ищут дочери нас юродные, Кровь нисана лиет Вифлеем За мраморники неб ледяные. Феи в розовом, блещут сады Галилеи, тоскуют менады О высоком, гнилые плоды Навивая под сень колоннады. Ах, летите, летите сюда Иудейские ангели требы, Хоть виждите, как Гостья-Звезда Пресвятит всечервонные хлебы. Тридцать второй фрагмент Лей зефирность, небесный шатер, Источай благодержную сводность, Для шутов совиньоны и ёр Налием, восклицая холодность. Формалином щедрые столы Яства белые днесь овевают, Иль юдицы не ядно белы, Нас однех, нас однех убивают. Веи первой богини Луны Белорозною тлятся золотой, Где амфорники наши полны Кровью тусклой и розовой слотой.   Сообщение * «Подобный успех у широкого круга читателей сложно объяснить. Есть выражение: родился, чтобы быть преданным. Это о Есепкине. Долгие годы он провел в лучших европейских библиотеках, не писал, считая любое сочинительство лживым и несовершенным, затем прервал молчание и продолжил письмо, начатое в юности. Во временном интервале были «развенчаны» вначале Золотой, далее Серебряный века. Реформатор тезауруса поверил гармонию алгеброй и эта гармония рухнула, обратилась в хаос.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Сангвины мертвых царевен», издательство «Altaspera» (Канада), 2021 Яков Есепкин Сангины в будуарах Одиннадцатый фрагмент Балевницы шелками свиты, Всяк успенный о мраморном щите, Полны глиной одесные рты, Златоустов сейчас не ищите. Аониды вино прелиют На емины, их чтенье сурово И ужасно письмо, отдают Форме дань и коверкают слово. Мало крови ли им, холодны Четверговки, за глянец муаров Яды прячут и дев ложесны Жгут кармином во мгле будуаров. Двадцать восьмой фрагмент Из канфаров с богами пием, Ищут дочери нас юродные, Кровь нисана лиет Вифлеем За мраморники неб ледяные. Феи в розовом, блещут сады Галилеи, тоскуют менады О высоком, гнилые плоды Навивая под сень колоннады. Ах, летите, летите сюда Иудейские ангели требы, Хоть виждите, как Гостья-Звезда Пресвятит всечервонные хлебы. Тридцать второй фрагмент Лей зефирность, небесный шатер, Источай благодержную сводность, Для шутов совиньоны и ёр Налием, восклицая холодность. Формалином щедрые столы Яства белые днесь овевают, Иль юдицы не ядно белы, Нас однех, нас однех убивают. Веи первой богини Луны Белорозною тлятся золотой, Где амфорники наши полны Кровью тусклой и розовой слотой. Автор - silverpoetry Дата добавления - 17.04.2024 в 08:46 Сообщение * «Подобный успех у широкого круга читателей сложно объяснить. Есть выражение: родился, чтобы быть преданным. Это о Есепкине. Долгие годы он провел в лучших европейских библиотеках, не писал, считая любое сочинительство лживым и несовершенным, затем прервал молчание и продолжил письмо, начатое в юности. Во временном интервале были «развенчаны» вначале Золотой, далее Серебряный века. Реформатор тезауруса поверил гармонию алгеброй и эта гармония рухнула, обратилась в хаос.» Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Сангвины мертвых царевен», издательство «Altaspera» (Канада), 2021 Яков Есепкин Сангины в будуарах Одиннадцатый фрагмент Балевницы шелками свиты, Всяк успенный о мраморном щите, Полны глиной одесные рты, Златоустов сейчас не ищите. Аониды вино прелиют На емины, их чтенье сурово И ужасно письмо, отдают Форме дань и коверкают слово. Мало крови ли им, холодны Четверговки, за глянец муаров Яды прячут и дев ложесны Жгут кармином во мгле будуаров. Двадцать восьмой фрагмент Из канфаров с богами пием, Ищут дочери нас юродные, Кровь нисана лиет Вифлеем За мраморники неб ледяные. Феи в розовом, блещут сады Галилеи, тоскуют менады О высоком, гнилые плоды Навивая под сень колоннады. Ах, летите, летите сюда Иудейские ангели требы, Хоть виждите, как Гостья-Звезда Пресвятит всечервонные хлебы. Тридцать второй фрагмент Лей зефирность, небесный шатер, Источай благодержную сводность, Для шутов совиньоны и ёр Налием, восклицая холодность. Формалином щедрые столы Яства белые днесь овевают, Иль юдицы не ядно белы, Нас однех, нас однех убивают. Веи первой богини Луны Белорозною тлятся золотой, Где амфорники наши полны Кровью тусклой и розовой слотой. Автор - silverpoetry Дата добавления - 17.04.2024 в 08:46 Форум » Поэзия » Ваше творчество - раздел для ознакомления » Яков Есепкин Дубль (Готическая поэзия) Страница 18 из 27 « 1 2 … 16 17 18 19 20 … 26 27 » Главная страница форумаПричал     Знакомство     Правила, объявления, анонсы     Награды и антинаграды     Дискуссии, вопросы, обмен мнениями     Кабинет под пальмамиБухта надежды     Журнал "Остров"     Издательства     Азбука     Умная хижина - проза     Умная хижина - поэзия     Статьи, советы, размышленияУ тотема     Большие конкурсы     Малые конкурсы     Дуэли     Совместное островное творчествоХижины Острова     Чистовики - творческие страницы авторов     Просто хижины     КаталогПоэзия     Ваше творчество - раздел для ознакомления     Критика, рецензии, помощь - для поэтов     Упражнения поэтические     Беседка поэтовПроза     Ваше творчество - раздел для ознакомления     Критика, рецензии, помощь - для прозаиков     Пьесы и сценарии     Упражнения прозаические     Беседка прозаиковЮмор и сатира     Ваше творчество     Шуточные бои воинов пера     Юмор Большой ЗемлиДосуг островитянина     Трубка мира - разговоры о себе и людях     Литературные и иные игры форума     Хобби и увлечения     Фотография и фотошоп     Кино, музыка, живопись     Путешествия     Праздничный шалашАрхив     Общий архив     Архив конкурсов и ролевых игрБратство камня Поиск: Загрузка...

Для добавления необходима авторизация

Остров © 2026 Конструктор сайтов — uCoz