Яков Есепкин Дубль - Страница 2 - Форум  
Приветствуем Вас Гость | RSS Главная | Яков Есепкин Дубль - Страница 2 - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 2 из 7
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 6
  • 7
  • »
Модератор форума: Анаит, Влюблённая_в_лето, Самира  
Форум » Поэзия » Ваше творчество - раздел для ознакомления » Яков Есепкин Дубль (Готическая поэзия)
Яков Есепкин Дубль
furygideДата: Пятница, 02.05.2014, 00:25 | Сообщение # 16
Уважаемый островитянин
Группа: Островитянин
Сообщений: 1688
Награды: 10
Репутация: 83
Статус: Offline
silverpoetry, Вы хоть какое-то отношение к созданию стихов имеете? Вы хоть каким-то образом имеете понятие о логическом построении высказывания? Вы не чувствуете, что продвигаете творения несопоставимые с понятиями живучести, логичности, природности...?
Я б на месте модеров удалил бы эту тему, как не имеющую смысла.


Учись делать всё сам: никто за тебя не умрёт.
Светлана Сурганова - Игра в классики.


Сообщение отредактировал furygide - Пятница, 02.05.2014, 00:26
 
Сообщениеsilverpoetry, Вы хоть какое-то отношение к созданию стихов имеете? Вы хоть каким-то образом имеете понятие о логическом построении высказывания? Вы не чувствуете, что продвигаете творения несопоставимые с понятиями живучести, логичности, природности...?
Я б на месте модеров удалил бы эту тему, как не имеющую смысла.

Автор - furygide
Дата добавления - 02.05.2014 в 00:25
Сообщениеsilverpoetry, Вы хоть какое-то отношение к созданию стихов имеете? Вы хоть каким-то образом имеете понятие о логическом построении высказывания? Вы не чувствуете, что продвигаете творения несопоставимые с понятиями живучести, логичности, природности...?
Я б на месте модеров удалил бы эту тему, как не имеющую смысла.

Автор - furygide
Дата добавления - 02.05.2014 в 00:25
silverpoetryДата: Воскресенье, 18.05.2014, 20:28 | Сообщение # 17
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Черная белизна на портрете


Напрасно плел небесный свет
Узор надмирного соцветья.
Нахлынул день из бездны лет
И нет старинного бессмертья.

Одна серебряная ось
Сияет в мороке вселенной,
Держа все то, что взорвалось,
Перегорело в жизни бренной.

Сырое зеркало весны
Еще хранит отображенье
Сугробов талой целины,
Но в прошлом каждое движенье.

Деревьев тусклый фейерверк.
Зенит окрасил и округу.
Рвануло с пенным слитком вверх
Диск Ра -- по золотому кругу.

Все так, он зрим земным торгам
Да пилигримам инфантильным,
Но циклос помрачился там,
Где и горел огнем субтильным.

Лег рыхлый снег. Под ним листвы
Кровавая помада в цвете.
Размыты блеск и хлябь канвы
На вытекающем портрете.

Свечою млечною горит
Фантом пространства и деннице
Пересылает вечный хит
Богоявленья в психбольнице.

А там царит амбрэ «Clema»
И аромат амонтильядо
Свергает избранных с ума,
Респект сему, коль так и надо.

Искрится, рея тяжело,
Над нами траурное знамя,
Но все, что мраком обожгло,
Не покоробит смерти пламя.

На лики блеклый снег налип,
Фигуры полые запали.
Подъяты на колонны лип
Полуразрушенные дали.

В грезеток бьют наверняка
Своими стрелами амуры,
Ах, страсть весенняя мелка,
Оне унылы и понуры.

Днесь прямо в цоколи гробниц
Смерть залетает и румяна
Опять кладет на мрамор лиц,
Днесь рану сокрывает рана.

Взвиваясь, падают назад
Тройные небеса в разводах,
И сквозь листву мерцает ад
В слоистых черно-белых водах.

Мы долго Тартар юровой
Лукаво с Дантом воспевали,
Сейчас откликнись, кто живой,
Кому цетрары даровали.

Высок притроновый удел,
Ярки небесные чертоги,
Сапфирный князь их соглядел
И свил розницами пороги.

Лежат в левкониях они,
Их розным флером застилают
Косые адские огни
И суе ангели пылают.

Зачем о мраморниках тлеть,
Когда сие давно пустые,
Нельзя одесным уцелеть,
Хотя пусть гибнут, как святые.

А были праведники мы,
Адских садовников корили,
Гореть нельзя в гравирах тьмы,
Созвездно всех миротворили.

И что успенным горевать,
Жечь вспоминанием пенаты,
Хоть будем венчики сбивать
С елинок, чары тлить из ваты.

Подарят жемчуги светил
Снегам бескровное блистанье,
И полночь крепом тяжких крыл
Покроет наше угасанье.
 
СообщениеЯков Есепкин

Черная белизна на портрете


Напрасно плел небесный свет
Узор надмирного соцветья.
Нахлынул день из бездны лет
И нет старинного бессмертья.

Одна серебряная ось
Сияет в мороке вселенной,
Держа все то, что взорвалось,
Перегорело в жизни бренной.

Сырое зеркало весны
Еще хранит отображенье
Сугробов талой целины,
Но в прошлом каждое движенье.

Деревьев тусклый фейерверк.
Зенит окрасил и округу.
Рвануло с пенным слитком вверх
Диск Ра -- по золотому кругу.

Все так, он зрим земным торгам
Да пилигримам инфантильным,
Но циклос помрачился там,
Где и горел огнем субтильным.

Лег рыхлый снег. Под ним листвы
Кровавая помада в цвете.
Размыты блеск и хлябь канвы
На вытекающем портрете.

Свечою млечною горит
Фантом пространства и деннице
Пересылает вечный хит
Богоявленья в психбольнице.

А там царит амбрэ «Clema»
И аромат амонтильядо
Свергает избранных с ума,
Респект сему, коль так и надо.

Искрится, рея тяжело,
Над нами траурное знамя,
Но все, что мраком обожгло,
Не покоробит смерти пламя.

На лики блеклый снег налип,
Фигуры полые запали.
Подъяты на колонны лип
Полуразрушенные дали.

В грезеток бьют наверняка
Своими стрелами амуры,
Ах, страсть весенняя мелка,
Оне унылы и понуры.

Днесь прямо в цоколи гробниц
Смерть залетает и румяна
Опять кладет на мрамор лиц,
Днесь рану сокрывает рана.

Взвиваясь, падают назад
Тройные небеса в разводах,
И сквозь листву мерцает ад
В слоистых черно-белых водах.

Мы долго Тартар юровой
Лукаво с Дантом воспевали,
Сейчас откликнись, кто живой,
Кому цетрары даровали.

Высок притроновый удел,
Ярки небесные чертоги,
Сапфирный князь их соглядел
И свил розницами пороги.

Лежат в левкониях они,
Их розным флером застилают
Косые адские огни
И суе ангели пылают.

Зачем о мраморниках тлеть,
Когда сие давно пустые,
Нельзя одесным уцелеть,
Хотя пусть гибнут, как святые.

А были праведники мы,
Адских садовников корили,
Гореть нельзя в гравирах тьмы,
Созвездно всех миротворили.

И что успенным горевать,
Жечь вспоминанием пенаты,
Хоть будем венчики сбивать
С елинок, чары тлить из ваты.

Подарят жемчуги светил
Снегам бескровное блистанье,
И полночь крепом тяжких крыл
Покроет наше угасанье.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 18.05.2014 в 20:28
СообщениеЯков Есепкин

Черная белизна на портрете


Напрасно плел небесный свет
Узор надмирного соцветья.
Нахлынул день из бездны лет
И нет старинного бессмертья.

Одна серебряная ось
Сияет в мороке вселенной,
Держа все то, что взорвалось,
Перегорело в жизни бренной.

Сырое зеркало весны
Еще хранит отображенье
Сугробов талой целины,
Но в прошлом каждое движенье.

Деревьев тусклый фейерверк.
Зенит окрасил и округу.
Рвануло с пенным слитком вверх
Диск Ра -- по золотому кругу.

Все так, он зрим земным торгам
Да пилигримам инфантильным,
Но циклос помрачился там,
Где и горел огнем субтильным.

Лег рыхлый снег. Под ним листвы
Кровавая помада в цвете.
Размыты блеск и хлябь канвы
На вытекающем портрете.

Свечою млечною горит
Фантом пространства и деннице
Пересылает вечный хит
Богоявленья в психбольнице.

А там царит амбрэ «Clema»
И аромат амонтильядо
Свергает избранных с ума,
Респект сему, коль так и надо.

Искрится, рея тяжело,
Над нами траурное знамя,
Но все, что мраком обожгло,
Не покоробит смерти пламя.

На лики блеклый снег налип,
Фигуры полые запали.
Подъяты на колонны лип
Полуразрушенные дали.

В грезеток бьют наверняка
Своими стрелами амуры,
Ах, страсть весенняя мелка,
Оне унылы и понуры.

Днесь прямо в цоколи гробниц
Смерть залетает и румяна
Опять кладет на мрамор лиц,
Днесь рану сокрывает рана.

Взвиваясь, падают назад
Тройные небеса в разводах,
И сквозь листву мерцает ад
В слоистых черно-белых водах.

Мы долго Тартар юровой
Лукаво с Дантом воспевали,
Сейчас откликнись, кто живой,
Кому цетрары даровали.

Высок притроновый удел,
Ярки небесные чертоги,
Сапфирный князь их соглядел
И свил розницами пороги.

Лежат в левкониях они,
Их розным флером застилают
Косые адские огни
И суе ангели пылают.

Зачем о мраморниках тлеть,
Когда сие давно пустые,
Нельзя одесным уцелеть,
Хотя пусть гибнут, как святые.

А были праведники мы,
Адских садовников корили,
Гореть нельзя в гравирах тьмы,
Созвездно всех миротворили.

И что успенным горевать,
Жечь вспоминанием пенаты,
Хоть будем венчики сбивать
С елинок, чары тлить из ваты.

Подарят жемчуги светил
Снегам бескровное блистанье,
И полночь крепом тяжких крыл
Покроет наше угасанье.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 18.05.2014 в 20:28
silverpoetryДата: Среда, 28.05.2014, 20:32 | Сообщение # 18
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста тридцать первый опус

Фавны оперы нас охранят,
Веселяся, витийствуйте, хоры,
Сводность ангели тусклые мнят,
Режут цоколь мелки Терпсихоры.

Белый царь ли, мышиный король,
Всё б тиранить сиим винограды,
Темных свечек заждался Тироль,
Негой полны Моравии сады.

И куда ж вы несетесь, куда,
Италийские ангели требы,
Нас одела иная Звезда
Во гниющие мраморы Гебы.

Четыреста тридцать второй опус

Раскрошили юродские тьмы
Гребни желтые наших полотен,
А и золото сим для Чумы,
С кистью Брейгель,Ероним бесплотен.

Кто успенный еще, алавастр
Виждь и в нем отражайся, каддиши
Нам ли чаять во цветнике астр,
Львы умерли и здравствуют мыши.

Сколь начнут адострастно гореть
За Эдемом белые цесарки,
Мы явимся - камен отереть
И сотлить перстной желтию арки.

Четыреста сорок четвертый опус

Тисов твердые хлебы черствей,
Мак осыпем на мрамор сугатный,
Где и тлеет безсмертие, вей
Наших сводность жжет сумрак палатный.

Шелк се, Флория, что ж тосковать,
Лишь по смерти дарят агоние
Из партера бутоны, взрывать
Сех ли негу шелковой Рание.

В Александровском саде чрез тьмы,
Всекадящие сводные тени
К вялым розам тянулися мы --
Днесь горят их путраментом сени.

Четыреста сорок пятый опус

С Ментой в мгле золотой предстоим,
Лишь для цвета она и годится,
Алым саваном Плутос таим,
Гея тленною мятой гордится.

Крысы выбегут хлебы терзать,
Маки фивские чернию веять,
Во столовых ли нощь осязать,
Ханаан ли хлебами воссеять.

Сем путраментом свечки тиснят
В изголовьях царевен синильных,
Яко гипсы кровавые мнят
Всешелковость их лон ювенильных.
 
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста тридцать первый опус

Фавны оперы нас охранят,
Веселяся, витийствуйте, хоры,
Сводность ангели тусклые мнят,
Режут цоколь мелки Терпсихоры.

Белый царь ли, мышиный король,
Всё б тиранить сиим винограды,
Темных свечек заждался Тироль,
Негой полны Моравии сады.

И куда ж вы несетесь, куда,
Италийские ангели требы,
Нас одела иная Звезда
Во гниющие мраморы Гебы.

Четыреста тридцать второй опус

Раскрошили юродские тьмы
Гребни желтые наших полотен,
А и золото сим для Чумы,
С кистью Брейгель,Ероним бесплотен.

Кто успенный еще, алавастр
Виждь и в нем отражайся, каддиши
Нам ли чаять во цветнике астр,
Львы умерли и здравствуют мыши.

Сколь начнут адострастно гореть
За Эдемом белые цесарки,
Мы явимся - камен отереть
И сотлить перстной желтию арки.

Четыреста сорок четвертый опус

Тисов твердые хлебы черствей,
Мак осыпем на мрамор сугатный,
Где и тлеет безсмертие, вей
Наших сводность жжет сумрак палатный.

Шелк се, Флория, что ж тосковать,
Лишь по смерти дарят агоние
Из партера бутоны, взрывать
Сех ли негу шелковой Рание.

В Александровском саде чрез тьмы,
Всекадящие сводные тени
К вялым розам тянулися мы --
Днесь горят их путраментом сени.

Четыреста сорок пятый опус

С Ментой в мгле золотой предстоим,
Лишь для цвета она и годится,
Алым саваном Плутос таим,
Гея тленною мятой гордится.

Крысы выбегут хлебы терзать,
Маки фивские чернию веять,
Во столовых ли нощь осязать,
Ханаан ли хлебами воссеять.

Сем путраментом свечки тиснят
В изголовьях царевен синильных,
Яко гипсы кровавые мнят
Всешелковость их лон ювенильных.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 28.05.2014 в 20:32
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста тридцать первый опус

Фавны оперы нас охранят,
Веселяся, витийствуйте, хоры,
Сводность ангели тусклые мнят,
Режут цоколь мелки Терпсихоры.

Белый царь ли, мышиный король,
Всё б тиранить сиим винограды,
Темных свечек заждался Тироль,
Негой полны Моравии сады.

И куда ж вы несетесь, куда,
Италийские ангели требы,
Нас одела иная Звезда
Во гниющие мраморы Гебы.

Четыреста тридцать второй опус

Раскрошили юродские тьмы
Гребни желтые наших полотен,
А и золото сим для Чумы,
С кистью Брейгель,Ероним бесплотен.

Кто успенный еще, алавастр
Виждь и в нем отражайся, каддиши
Нам ли чаять во цветнике астр,
Львы умерли и здравствуют мыши.

Сколь начнут адострастно гореть
За Эдемом белые цесарки,
Мы явимся - камен отереть
И сотлить перстной желтию арки.

Четыреста сорок четвертый опус

Тисов твердые хлебы черствей,
Мак осыпем на мрамор сугатный,
Где и тлеет безсмертие, вей
Наших сводность жжет сумрак палатный.

Шелк се, Флория, что ж тосковать,
Лишь по смерти дарят агоние
Из партера бутоны, взрывать
Сех ли негу шелковой Рание.

В Александровском саде чрез тьмы,
Всекадящие сводные тени
К вялым розам тянулися мы --
Днесь горят их путраментом сени.

Четыреста сорок пятый опус

С Ментой в мгле золотой предстоим,
Лишь для цвета она и годится,
Алым саваном Плутос таим,
Гея тленною мятой гордится.

Крысы выбегут хлебы терзать,
Маки фивские чернию веять,
Во столовых ли нощь осязать,
Ханаан ли хлебами воссеять.

Сем путраментом свечки тиснят
В изголовьях царевен синильных,
Яко гипсы кровавые мнят
Всешелковость их лон ювенильных.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 28.05.2014 в 20:32
silverpoetryДата: Суббота, 14.06.2014, 19:47 | Сообщение # 19
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

На смерть Цины

Пятьдесят первый опус

Сколь весною урочно письмо,
Аонид лишь брильянтами тешат,
Вейтесь, звезды, Асии трюмо
Нас явит и Цианы опешат.

Хоть архангелы помнят ли сех
Златоустов, терницы вознимем –
Соглядайте еще в небесех
Вишни, агнцев, мы золото имем.

Вакх нестойкий астрал оцветил,
Где порхали блеющие Евны,
Их туда ль и со ядом впустил
Падший ангел успенной царевны.

Шестьдесят шестой опус

Будет майский ли сад под луной
Во холодной опале томиться,
У Гиад воспируем весной,
Аще некуда боле стремиться.

Скоро вишни блаженный туман
Перельют в золотые рубины,
Стоил истин высокий обман,
Златоуст – диодем из рябины.

Выйдет Фрида младенцев искать,
Лишь увидит пустые камеи,
И начнут гости ядов алкать
За столами, где веются змеи.
 
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины

Пятьдесят первый опус

Сколь весною урочно письмо,
Аонид лишь брильянтами тешат,
Вейтесь, звезды, Асии трюмо
Нас явит и Цианы опешат.

Хоть архангелы помнят ли сех
Златоустов, терницы вознимем –
Соглядайте еще в небесех
Вишни, агнцев, мы золото имем.

Вакх нестойкий астрал оцветил,
Где порхали блеющие Евны,
Их туда ль и со ядом впустил
Падший ангел успенной царевны.

Шестьдесят шестой опус

Будет майский ли сад под луной
Во холодной опале томиться,
У Гиад воспируем весной,
Аще некуда боле стремиться.

Скоро вишни блаженный туман
Перельют в золотые рубины,
Стоил истин высокий обман,
Златоуст – диодем из рябины.

Выйдет Фрида младенцев искать,
Лишь увидит пустые камеи,
И начнут гости ядов алкать
За столами, где веются змеи.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 14.06.2014 в 19:47
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины

Пятьдесят первый опус

Сколь весною урочно письмо,
Аонид лишь брильянтами тешат,
Вейтесь, звезды, Асии трюмо
Нас явит и Цианы опешат.

Хоть архангелы помнят ли сех
Златоустов, терницы вознимем –
Соглядайте еще в небесех
Вишни, агнцев, мы золото имем.

Вакх нестойкий астрал оцветил,
Где порхали блеющие Евны,
Их туда ль и со ядом впустил
Падший ангел успенной царевны.

Шестьдесят шестой опус

Будет майский ли сад под луной
Во холодной опале томиться,
У Гиад воспируем весной,
Аще некуда боле стремиться.

Скоро вишни блаженный туман
Перельют в золотые рубины,
Стоил истин высокий обман,
Златоуст – диодем из рябины.

Выйдет Фрида младенцев искать,
Лишь увидит пустые камеи,
И начнут гости ядов алкать
За столами, где веются змеи.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 14.06.2014 в 19:47
silverpoetryДата: Вторник, 24.06.2014, 19:54 | Сообщение # 20
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста семьдесят пятый опус

Чермных роз ароматы пьянят
Бедных рыцарей, бледных апашей,
Май вознесся и кущи манят
Див и агнцев порфирною чашей.

Обернитесь, Гиады, камней
Мы черствее, из штофов меловых
Яд цедим, соглядая теней,
Буде пир во трапезных столовых.

Как упьется аидская рать,
Ханаан черепки отсчитает,
И явимся тогда умирать
В майском золоте, кое не тает.

Четыреста семьдесят шестой опус

Май волшебный, цвети и лелей
Тень Венеции, злать Одеона,
Мы любили небесность аллей,
Изваянья - призрачней Сиона.

Фей белили те гипсы и вот
Мглой портальный лишь сад овевают,
Вьют юдицы лозою кивот,
Днесь однех нас, однех убивают.

Хоть скорей, ангелочки, сюда
Отлетайте, под сени пустые,
Всё меж губ наших рдеет вода
И точатся в ней тьмы золотые.
 
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста семьдесят пятый опус

Чермных роз ароматы пьянят
Бедных рыцарей, бледных апашей,
Май вознесся и кущи манят
Див и агнцев порфирною чашей.

Обернитесь, Гиады, камней
Мы черствее, из штофов меловых
Яд цедим, соглядая теней,
Буде пир во трапезных столовых.

Как упьется аидская рать,
Ханаан черепки отсчитает,
И явимся тогда умирать
В майском золоте, кое не тает.

Четыреста семьдесят шестой опус

Май волшебный, цвети и лелей
Тень Венеции, злать Одеона,
Мы любили небесность аллей,
Изваянья - призрачней Сиона.

Фей белили те гипсы и вот
Мглой портальный лишь сад овевают,
Вьют юдицы лозою кивот,
Днесь однех нас, однех убивают.

Хоть скорей, ангелочки, сюда
Отлетайте, под сени пустые,
Всё меж губ наших рдеет вода
И точатся в ней тьмы золотые.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 24.06.2014 в 19:54
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста семьдесят пятый опус

Чермных роз ароматы пьянят
Бедных рыцарей, бледных апашей,
Май вознесся и кущи манят
Див и агнцев порфирною чашей.

Обернитесь, Гиады, камней
Мы черствее, из штофов меловых
Яд цедим, соглядая теней,
Буде пир во трапезных столовых.

Как упьется аидская рать,
Ханаан черепки отсчитает,
И явимся тогда умирать
В майском золоте, кое не тает.

Четыреста семьдесят шестой опус

Май волшебный, цвети и лелей
Тень Венеции, злать Одеона,
Мы любили небесность аллей,
Изваянья - призрачней Сиона.

Фей белили те гипсы и вот
Мглой портальный лишь сад овевают,
Вьют юдицы лозою кивот,
Днесь однех нас, однех убивают.

Хоть скорей, ангелочки, сюда
Отлетайте, под сени пустые,
Всё меж губ наших рдеет вода
И точатся в ней тьмы золотые.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 24.06.2014 в 19:54
silverpoetryДата: Четверг, 04.09.2014, 21:50 | Сообщение # 21
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста семьдесят девятый опус

Антикварною мглою Мадрид
Фей унижет иль каморной сметью,
Цветит Асия мел для Ирид,
Писем тушь и равна междометью.

Где еще тьмы искать ледяных
Желтых розочек, вишнелавровых,
Па-де-баск танцовщиц площадных
Менестрелей пугает суровых.

Тень Мигеля в одесный Колон
Век летит и биется о мрамор,
И горят во незвездности лон
Мертвых дев свечи тягостных камор.

Четыреста восьмидесятый опус

Бледный воск мишурою златой
Увием, паки свечки тлеенны,
Се и розы полны темнотой,
И ваяния пиров изменны.

Хвоя, хвоя, гори для иных,
Заждались мглы и маков юноны,
Тще от яств умирают земных,
Тще о звездах и царские троны.

Ах, еще ль ангелки золоты
И меловницы белят сувои,
Где кровавые к Богу персты
Мы всё тянем из морочной хвои.
 
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста семьдесят девятый опус

Антикварною мглою Мадрид
Фей унижет иль каморной сметью,
Цветит Асия мел для Ирид,
Писем тушь и равна междометью.

Где еще тьмы искать ледяных
Желтых розочек, вишнелавровых,
Па-де-баск танцовщиц площадных
Менестрелей пугает суровых.

Тень Мигеля в одесный Колон
Век летит и биется о мрамор,
И горят во незвездности лон
Мертвых дев свечи тягостных камор.

Четыреста восьмидесятый опус

Бледный воск мишурою златой
Увием, паки свечки тлеенны,
Се и розы полны темнотой,
И ваяния пиров изменны.

Хвоя, хвоя, гори для иных,
Заждались мглы и маков юноны,
Тще от яств умирают земных,
Тще о звездах и царские троны.

Ах, еще ль ангелки золоты
И меловницы белят сувои,
Где кровавые к Богу персты
Мы всё тянем из морочной хвои.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 04.09.2014 в 21:50
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста семьдесят девятый опус

Антикварною мглою Мадрид
Фей унижет иль каморной сметью,
Цветит Асия мел для Ирид,
Писем тушь и равна междометью.

Где еще тьмы искать ледяных
Желтых розочек, вишнелавровых,
Па-де-баск танцовщиц площадных
Менестрелей пугает суровых.

Тень Мигеля в одесный Колон
Век летит и биется о мрамор,
И горят во незвездности лон
Мертвых дев свечи тягостных камор.

Четыреста восьмидесятый опус

Бледный воск мишурою златой
Увием, паки свечки тлеенны,
Се и розы полны темнотой,
И ваяния пиров изменны.

Хвоя, хвоя, гори для иных,
Заждались мглы и маков юноны,
Тще от яств умирают земных,
Тще о звездах и царские троны.

Ах, еще ль ангелки золоты
И меловницы белят сувои,
Где кровавые к Богу персты
Мы всё тянем из морочной хвои.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 04.09.2014 в 21:50
silverpoetryДата: Воскресенье, 14.09.2014, 19:06 | Сообщение # 22
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline

Яков Есепкин

Эпитафия


Э.По

Вязь эпитафии тяжка,
Крася истерзанный трон,
Жжет золотая ромашка
Царство загробных времен.

Улочки тонут в тумане,
Узкие зданья, бульвар.
Где-то у ангелов Анни,
Где-то на небе Эдгар.

Струйно горят херувимы,
Чествуя сонмы благих,
Господом только хранимы
Нежные рамена их.

Как и взорвать эти замки,
Стоны ль валькирий звучат,
Вижди, кровавые лямки –
Остия наши точат.

Будут еще анфилады
В масляной готике тлесть,
Райские петься рулады,
Коим созвучия несть.

Поздние сумерки снова
Смерть одевает в багрец,
Своды небесного крова
Снов замыкает венец.

Я ли бежал за толпою
И пролетал Азраил
Утром с разлитою мглою
Меж ханаанских белил?

Мороком черное ложе
Нам застилают во сне,
Видит сие правый Боже,
В бледном красуясь огне.
 
Сообщение
Яков Есепкин

Эпитафия


Э.По

Вязь эпитафии тяжка,
Крася истерзанный трон,
Жжет золотая ромашка
Царство загробных времен.

Улочки тонут в тумане,
Узкие зданья, бульвар.
Где-то у ангелов Анни,
Где-то на небе Эдгар.

Струйно горят херувимы,
Чествуя сонмы благих,
Господом только хранимы
Нежные рамена их.

Как и взорвать эти замки,
Стоны ль валькирий звучат,
Вижди, кровавые лямки –
Остия наши точат.

Будут еще анфилады
В масляной готике тлесть,
Райские петься рулады,
Коим созвучия несть.

Поздние сумерки снова
Смерть одевает в багрец,
Своды небесного крова
Снов замыкает венец.

Я ли бежал за толпою
И пролетал Азраил
Утром с разлитою мглою
Меж ханаанских белил?

Мороком черное ложе
Нам застилают во сне,
Видит сие правый Боже,
В бледном красуясь огне.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 14.09.2014 в 19:06
Сообщение
Яков Есепкин

Эпитафия


Э.По

Вязь эпитафии тяжка,
Крася истерзанный трон,
Жжет золотая ромашка
Царство загробных времен.

Улочки тонут в тумане,
Узкие зданья, бульвар.
Где-то у ангелов Анни,
Где-то на небе Эдгар.

Струйно горят херувимы,
Чествуя сонмы благих,
Господом только хранимы
Нежные рамена их.

Как и взорвать эти замки,
Стоны ль валькирий звучат,
Вижди, кровавые лямки –
Остия наши точат.

Будут еще анфилады
В масляной готике тлесть,
Райские петься рулады,
Коим созвучия несть.

Поздние сумерки снова
Смерть одевает в багрец,
Своды небесного крова
Снов замыкает венец.

Я ли бежал за толпою
И пролетал Азраил
Утром с разлитою мглою
Меж ханаанских белил?

Мороком черное ложе
Нам застилают во сне,
Видит сие правый Боже,
В бледном красуясь огне.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 14.09.2014 в 19:06
silverpoetryДата: Понедельник, 29.09.2014, 20:05 | Сообщение # 23
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Зеркало в Северной Пальмире

Високосный август

Разлетелось время золотое
Вкривь и вкось в пространстве мировом,
Хоть еще с веселою душою
По музейным улицам идем.

Нам недалеко теперь до мига
Расставанья с тяжестью мечты.
Вечных царств готическая книга
Возжегает в пурпуре листы.

Мартобря ль какого не избыли
Пифии холодность, но хотят,
Чтоб и темных адников любили,
Прочь из андеграунда летят.

Топкий лед гортензий беловлажных
Исаакий растворил в огне
Гордом, Царскосельский из миражных
Плиток выбит на стальной стерне.

Помнишь, как честное нам зерцало
Дарствовали нежные волхвы,
Серебром оно и премерцало
В патиновой серости Невы.

Были дарования урочны,
Трижды мы засим не отреклись
От Богомладенца, но морочны
Сами издарители, теклись

Золото и мирт свитой в Обводном
Брошенном канале, где искать
Дар еще таинственный, о модном
Следует безмолвствовать, алкать

Истины по юности прекрасной
Можно разве смертникам, а мы
Жизнь любили странной и неясной
Времени любовью, буде тьмы

Адовские десно расточатся,
Время повернется вспять, сюда
Агнцы набегут, чтоб наущаться
Вере и бессмертию, года

Туне всех к презренной прозе клонят
Рыцарей гусиных перьев, их
Вывел Александр на смерть, хоронят
Век они собратьев дорогих.

Счастье от невежества временно,
Нет иного счастия, четверг
Каждого пиита неизменно
В мире караулит, кто отверг

Модности пурпурные вуали,
Ветхие муары бытия
Легкого, ответствует едва ли
Смерти за любовь, еще цевья

Холод ощутит и смертный ладан
В области воскурит неземной,
Жаждой ювенильною угадан
Тягостный финал, идем со мной,

Эльфия, наш легкий шаг пенаты
Невские воспомнят, мы засим
Юности беспечные сонаты
Внимем и навечно угасим

Жажду и неясные томленья,
Легкость, легковесность выносить
Пробуют иные поколенья,
Новые безумцы, сим гасить

Наши очарованные свечки,
Бодрствовать полнощно, их Звезда
Станет освещать, оне сердечки
Рвать позванны, темная вода

Нынче у реки державной, эти
Волны мы запомнили с времен
Оных, исчезали по две в нети
Божией, а там и Симеон,

И ловец какой-нибудь неречный,
Моды не узнавший, вновь снуют
О летейских волнах, безупречный
Хор звучит – се ангели поют.

Вдоль свечей понтонных на изломе
Улиц мы пройдем сквозь тень моста,
Ничего уже не видя, кроме
Слез в очах молчащего Христа.

Всяка юность не нужна Отчизне,
На вселенском нежимся юру,
К зеркалу подходишь -- вместо жизни
Отражает черную дыру.
 
СообщениеЯков Есепкин

Зеркало в Северной Пальмире

Високосный август

Разлетелось время золотое
Вкривь и вкось в пространстве мировом,
Хоть еще с веселою душою
По музейным улицам идем.

Нам недалеко теперь до мига
Расставанья с тяжестью мечты.
Вечных царств готическая книга
Возжегает в пурпуре листы.

Мартобря ль какого не избыли
Пифии холодность, но хотят,
Чтоб и темных адников любили,
Прочь из андеграунда летят.

Топкий лед гортензий беловлажных
Исаакий растворил в огне
Гордом, Царскосельский из миражных
Плиток выбит на стальной стерне.

Помнишь, как честное нам зерцало
Дарствовали нежные волхвы,
Серебром оно и премерцало
В патиновой серости Невы.

Были дарования урочны,
Трижды мы засим не отреклись
От Богомладенца, но морочны
Сами издарители, теклись

Золото и мирт свитой в Обводном
Брошенном канале, где искать
Дар еще таинственный, о модном
Следует безмолвствовать, алкать

Истины по юности прекрасной
Можно разве смертникам, а мы
Жизнь любили странной и неясной
Времени любовью, буде тьмы

Адовские десно расточатся,
Время повернется вспять, сюда
Агнцы набегут, чтоб наущаться
Вере и бессмертию, года

Туне всех к презренной прозе клонят
Рыцарей гусиных перьев, их
Вывел Александр на смерть, хоронят
Век они собратьев дорогих.

Счастье от невежества временно,
Нет иного счастия, четверг
Каждого пиита неизменно
В мире караулит, кто отверг

Модности пурпурные вуали,
Ветхие муары бытия
Легкого, ответствует едва ли
Смерти за любовь, еще цевья

Холод ощутит и смертный ладан
В области воскурит неземной,
Жаждой ювенильною угадан
Тягостный финал, идем со мной,

Эльфия, наш легкий шаг пенаты
Невские воспомнят, мы засим
Юности беспечные сонаты
Внимем и навечно угасим

Жажду и неясные томленья,
Легкость, легковесность выносить
Пробуют иные поколенья,
Новые безумцы, сим гасить

Наши очарованные свечки,
Бодрствовать полнощно, их Звезда
Станет освещать, оне сердечки
Рвать позванны, темная вода

Нынче у реки державной, эти
Волны мы запомнили с времен
Оных, исчезали по две в нети
Божией, а там и Симеон,

И ловец какой-нибудь неречный,
Моды не узнавший, вновь снуют
О летейских волнах, безупречный
Хор звучит – се ангели поют.

Вдоль свечей понтонных на изломе
Улиц мы пройдем сквозь тень моста,
Ничего уже не видя, кроме
Слез в очах молчащего Христа.

Всяка юность не нужна Отчизне,
На вселенском нежимся юру,
К зеркалу подходишь -- вместо жизни
Отражает черную дыру.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 29.09.2014 в 20:05
СообщениеЯков Есепкин

Зеркало в Северной Пальмире

Високосный август

Разлетелось время золотое
Вкривь и вкось в пространстве мировом,
Хоть еще с веселою душою
По музейным улицам идем.

Нам недалеко теперь до мига
Расставанья с тяжестью мечты.
Вечных царств готическая книга
Возжегает в пурпуре листы.

Мартобря ль какого не избыли
Пифии холодность, но хотят,
Чтоб и темных адников любили,
Прочь из андеграунда летят.

Топкий лед гортензий беловлажных
Исаакий растворил в огне
Гордом, Царскосельский из миражных
Плиток выбит на стальной стерне.

Помнишь, как честное нам зерцало
Дарствовали нежные волхвы,
Серебром оно и премерцало
В патиновой серости Невы.

Были дарования урочны,
Трижды мы засим не отреклись
От Богомладенца, но морочны
Сами издарители, теклись

Золото и мирт свитой в Обводном
Брошенном канале, где искать
Дар еще таинственный, о модном
Следует безмолвствовать, алкать

Истины по юности прекрасной
Можно разве смертникам, а мы
Жизнь любили странной и неясной
Времени любовью, буде тьмы

Адовские десно расточатся,
Время повернется вспять, сюда
Агнцы набегут, чтоб наущаться
Вере и бессмертию, года

Туне всех к презренной прозе клонят
Рыцарей гусиных перьев, их
Вывел Александр на смерть, хоронят
Век они собратьев дорогих.

Счастье от невежества временно,
Нет иного счастия, четверг
Каждого пиита неизменно
В мире караулит, кто отверг

Модности пурпурные вуали,
Ветхие муары бытия
Легкого, ответствует едва ли
Смерти за любовь, еще цевья

Холод ощутит и смертный ладан
В области воскурит неземной,
Жаждой ювенильною угадан
Тягостный финал, идем со мной,

Эльфия, наш легкий шаг пенаты
Невские воспомнят, мы засим
Юности беспечные сонаты
Внимем и навечно угасим

Жажду и неясные томленья,
Легкость, легковесность выносить
Пробуют иные поколенья,
Новые безумцы, сим гасить

Наши очарованные свечки,
Бодрствовать полнощно, их Звезда
Станет освещать, оне сердечки
Рвать позванны, темная вода

Нынче у реки державной, эти
Волны мы запомнили с времен
Оных, исчезали по две в нети
Божией, а там и Симеон,

И ловец какой-нибудь неречный,
Моды не узнавший, вновь снуют
О летейских волнах, безупречный
Хор звучит – се ангели поют.

Вдоль свечей понтонных на изломе
Улиц мы пройдем сквозь тень моста,
Ничего уже не видя, кроме
Слез в очах молчащего Христа.

Всяка юность не нужна Отчизне,
На вселенском нежимся юру,
К зеркалу подходишь -- вместо жизни
Отражает черную дыру.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 29.09.2014 в 20:05
silverpoetryДата: Суббота, 11.10.2014, 21:36 | Сообщение # 24
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Сейчас

Сага обвального времени

В зацветших дырах знак юдоли
Я различал и горний свет
Ловил рукою. Счастья нет
И в наше время общей воли.

Мой голос глох, и разговор
Не слышал Бог. В мозгу и ныне
Столб светит, как мираж пустыни,
Дедовник увивает двор.

Через порог -- и упадешь
Туда, где черти строят рожи,
Яйцеобразной формы рожь
Растет на рожках жабьей кожи.

Сливаясь, краски Радклиф вдруг
Чернили блеклую картину,
И помню я гончарный круг,
И вязкую я помню глину.

Чужда ей времени игра,
Идут к ристалищам големы,
Барочных опер тенора
Пеять не могут, яко немы.

Алтарь мистический сокрыт,
Простора нет для вариаций,
Одна свечельница горит
И та у демонов, Гораций.

По нам ли плакали волхвы
На бедной Родине юдольной,
Безгласы теноры, увы,
Никто не имет ноты сольной.

От лекоруких палачей
Как упастись, лежат клавиры
В пыли сиреневой, свечей
У Коры хватит на гравиры.

Есть в глине крепости печать,
Мы выше мраморов летели,
Напрасно фурии кричать
Над сей крушнею восхотели.

Сулят полцарства за обман
Цари тщедушным полукровкам,
А дале немость и туман,
С фитою ять вредна оловкам.

На партитурные листы
Кривые отблески ложатся,
Мы были истинно чисты,
Сколь эти ангелы кружатся.

Жива погибельная связь,
Еще желанья -- огнь во броде,
И ты их не добьешь, смеясь
Как добивают всё в природе.
 
СообщениеЯков Есепкин

Сейчас

Сага обвального времени

В зацветших дырах знак юдоли
Я различал и горний свет
Ловил рукою. Счастья нет
И в наше время общей воли.

Мой голос глох, и разговор
Не слышал Бог. В мозгу и ныне
Столб светит, как мираж пустыни,
Дедовник увивает двор.

Через порог -- и упадешь
Туда, где черти строят рожи,
Яйцеобразной формы рожь
Растет на рожках жабьей кожи.

Сливаясь, краски Радклиф вдруг
Чернили блеклую картину,
И помню я гончарный круг,
И вязкую я помню глину.

Чужда ей времени игра,
Идут к ристалищам големы,
Барочных опер тенора
Пеять не могут, яко немы.

Алтарь мистический сокрыт,
Простора нет для вариаций,
Одна свечельница горит
И та у демонов, Гораций.

По нам ли плакали волхвы
На бедной Родине юдольной,
Безгласы теноры, увы,
Никто не имет ноты сольной.

От лекоруких палачей
Как упастись, лежат клавиры
В пыли сиреневой, свечей
У Коры хватит на гравиры.

Есть в глине крепости печать,
Мы выше мраморов летели,
Напрасно фурии кричать
Над сей крушнею восхотели.

Сулят полцарства за обман
Цари тщедушным полукровкам,
А дале немость и туман,
С фитою ять вредна оловкам.

На партитурные листы
Кривые отблески ложатся,
Мы были истинно чисты,
Сколь эти ангелы кружатся.

Жива погибельная связь,
Еще желанья -- огнь во броде,
И ты их не добьешь, смеясь
Как добивают всё в природе.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 11.10.2014 в 21:36
СообщениеЯков Есепкин

Сейчас

Сага обвального времени

В зацветших дырах знак юдоли
Я различал и горний свет
Ловил рукою. Счастья нет
И в наше время общей воли.

Мой голос глох, и разговор
Не слышал Бог. В мозгу и ныне
Столб светит, как мираж пустыни,
Дедовник увивает двор.

Через порог -- и упадешь
Туда, где черти строят рожи,
Яйцеобразной формы рожь
Растет на рожках жабьей кожи.

Сливаясь, краски Радклиф вдруг
Чернили блеклую картину,
И помню я гончарный круг,
И вязкую я помню глину.

Чужда ей времени игра,
Идут к ристалищам големы,
Барочных опер тенора
Пеять не могут, яко немы.

Алтарь мистический сокрыт,
Простора нет для вариаций,
Одна свечельница горит
И та у демонов, Гораций.

По нам ли плакали волхвы
На бедной Родине юдольной,
Безгласы теноры, увы,
Никто не имет ноты сольной.

От лекоруких палачей
Как упастись, лежат клавиры
В пыли сиреневой, свечей
У Коры хватит на гравиры.

Есть в глине крепости печать,
Мы выше мраморов летели,
Напрасно фурии кричать
Над сей крушнею восхотели.

Сулят полцарства за обман
Цари тщедушным полукровкам,
А дале немость и туман,
С фитою ять вредна оловкам.

На партитурные листы
Кривые отблески ложатся,
Мы были истинно чисты,
Сколь эти ангелы кружатся.

Жива погибельная связь,
Еще желанья -- огнь во броде,
И ты их не добьешь, смеясь
Как добивают всё в природе.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 11.10.2014 в 21:36
silverpoetryДата: Среда, 29.10.2014, 19:12 | Сообщение # 25
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline

Яков Есепкин

Мерцающие липы


Пред горящей водой

Вновь согроздья Божеские тают,
Гасится ночной небесный свод.
Были зелены -- и облетают
Липы над слюдой дремотных вод.

Прель в осадке, мраморность покоит
Хор светил, к паденью их клоня.
«Ран» ли выжег скорбный целлулоид:
Линза пленки свилась в желчь огня.

Будто август милованным летом
Умер и в аркадиях воскрес,
Чтобы заварить их крепким цветом
Спитый блеск термических небес.

Музы эти гроздия хранили,
Свечки для помазанных блюли,
Золотом сирийским огранили
Русские степные ковыли.

Времени тяжелое граненье,
Ангели с певцами говорят,
Что музеям варварским сомненье,
Подлинники в копиях горят.

Ах, горят стрекозники полдневно,
Чары малахитам отдают,
Били их амфоры песнопевно,
Сами пусть альковницы пеют.

Плачут разве ангельчики в цвете,
Розные венечия сложив,
Выищут нас демоны о лете
Божием, откликнись, кто и жив.

Зри, пылают огненные фавны,
Тьмы эсхатологии волхвы
Терницею жгут, а Ярославны
Глухо лишь рыдают, как мертвы.

Тусклы очи мраморной Жизели,
Ей ли в небоцарствиях порхать,
Суе цветяные Азазели
Тщатся меж юнидами вздыхать.

Бледный проблеск нитью золотою
Стачивает зелени у Врат,
И уж пред горящею водою
Не столбы позорные стоят.

Столько накопилось мощи в купах,
Света ночи перед новым днем,
Что листва их пробивает купол,
Рвется в космос, в черный окоем.
 
Сообщение
Яков Есепкин

Мерцающие липы


Пред горящей водой

Вновь согроздья Божеские тают,
Гасится ночной небесный свод.
Были зелены -- и облетают
Липы над слюдой дремотных вод.

Прель в осадке, мраморность покоит
Хор светил, к паденью их клоня.
«Ран» ли выжег скорбный целлулоид:
Линза пленки свилась в желчь огня.

Будто август милованным летом
Умер и в аркадиях воскрес,
Чтобы заварить их крепким цветом
Спитый блеск термических небес.

Музы эти гроздия хранили,
Свечки для помазанных блюли,
Золотом сирийским огранили
Русские степные ковыли.

Времени тяжелое граненье,
Ангели с певцами говорят,
Что музеям варварским сомненье,
Подлинники в копиях горят.

Ах, горят стрекозники полдневно,
Чары малахитам отдают,
Били их амфоры песнопевно,
Сами пусть альковницы пеют.

Плачут разве ангельчики в цвете,
Розные венечия сложив,
Выищут нас демоны о лете
Божием, откликнись, кто и жив.

Зри, пылают огненные фавны,
Тьмы эсхатологии волхвы
Терницею жгут, а Ярославны
Глухо лишь рыдают, как мертвы.

Тусклы очи мраморной Жизели,
Ей ли в небоцарствиях порхать,
Суе цветяные Азазели
Тщатся меж юнидами вздыхать.

Бледный проблеск нитью золотою
Стачивает зелени у Врат,
И уж пред горящею водою
Не столбы позорные стоят.

Столько накопилось мощи в купах,
Света ночи перед новым днем,
Что листва их пробивает купол,
Рвется в космос, в черный окоем.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 29.10.2014 в 19:12
Сообщение
Яков Есепкин

Мерцающие липы


Пред горящей водой

Вновь согроздья Божеские тают,
Гасится ночной небесный свод.
Были зелены -- и облетают
Липы над слюдой дремотных вод.

Прель в осадке, мраморность покоит
Хор светил, к паденью их клоня.
«Ран» ли выжег скорбный целлулоид:
Линза пленки свилась в желчь огня.

Будто август милованным летом
Умер и в аркадиях воскрес,
Чтобы заварить их крепким цветом
Спитый блеск термических небес.

Музы эти гроздия хранили,
Свечки для помазанных блюли,
Золотом сирийским огранили
Русские степные ковыли.

Времени тяжелое граненье,
Ангели с певцами говорят,
Что музеям варварским сомненье,
Подлинники в копиях горят.

Ах, горят стрекозники полдневно,
Чары малахитам отдают,
Били их амфоры песнопевно,
Сами пусть альковницы пеют.

Плачут разве ангельчики в цвете,
Розные венечия сложив,
Выищут нас демоны о лете
Божием, откликнись, кто и жив.

Зри, пылают огненные фавны,
Тьмы эсхатологии волхвы
Терницею жгут, а Ярославны
Глухо лишь рыдают, как мертвы.

Тусклы очи мраморной Жизели,
Ей ли в небоцарствиях порхать,
Суе цветяные Азазели
Тщатся меж юнидами вздыхать.

Бледный проблеск нитью золотою
Стачивает зелени у Врат,
И уж пред горящею водою
Не столбы позорные стоят.

Столько накопилось мощи в купах,
Света ночи перед новым днем,
Что листва их пробивает купол,
Рвется в космос, в черный окоем.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 29.10.2014 в 19:12
silverpoetryДата: Понедельник, 10.11.2014, 20:32 | Сообщение # 26
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

На смерть Цины

Второй эпилог

Вернувшимся из адских областей,
В позоре искупавшимся и чтящим
Свет ложных звезд; в безумие страстей
Не ввергнутым изгнаньем предстоящим;

Прогулки совершавшим в небесах,
Кресты собой украсившим и к рекам
Подземным выходившим, в очесах
Держащим купол славы; имярекам,

Отринутым Отчизной за мечты,
Замученным на поприще славянском,
Отрекшимся друзьям свои щиты
На поле брани давшим; в Гефсиманском

Саду навечно преданным, венец
Из терний не снимавшим и при крене
Светил, хранившим Слово, наконец
Добитым, возлежащим в красной пене --

Что вам скажу? Молчаньем гробовым
Все разом юбилеи мы отметим
И присно по дорогам столбовым
Кровавым указателем посветим.

Тще райские цитрарии прешли,
Их негу возносили к аонидам,
Свечельницы кармином обвели,
Чтоб радовались те эдемским видам.

Герника стоит палых наших свеч,
Горят они златей мирских парафий,
Китановый в алмазах чуден меч,
Годится он для тронных эпитафий.

Лиют нектары морные и яд,
Вергилий, в небоцветные фиолы,
Эльфиров и чарующих наяд
Мы зрели, как нежные богомолы.

Рейнвейнами холодными с утра
Нас Ирод-царь дарил, се угощенье
Оставить мертвой челяди пора,
Не терпит мрамор желтое вощенье.

Оцветники, оцветники одне
Пылают и валькирии нощные
Бьют ангелей серебряных, оне
Любили нас и были расписные.

Ан тщетно злобный хор, клеветники,
На ложь велеречиво уповает,
Позора оспа эти языки
Прожжет еще и чернью воспылает.

И мы не выйдем к выси золотой,
Не сможем и во снах ей поклониться,
Но только лишь для прочности святой
Пусть праведная кровь сквозь смерть струится.
 
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины

Второй эпилог

Вернувшимся из адских областей,
В позоре искупавшимся и чтящим
Свет ложных звезд; в безумие страстей
Не ввергнутым изгнаньем предстоящим;

Прогулки совершавшим в небесах,
Кресты собой украсившим и к рекам
Подземным выходившим, в очесах
Держащим купол славы; имярекам,

Отринутым Отчизной за мечты,
Замученным на поприще славянском,
Отрекшимся друзьям свои щиты
На поле брани давшим; в Гефсиманском

Саду навечно преданным, венец
Из терний не снимавшим и при крене
Светил, хранившим Слово, наконец
Добитым, возлежащим в красной пене --

Что вам скажу? Молчаньем гробовым
Все разом юбилеи мы отметим
И присно по дорогам столбовым
Кровавым указателем посветим.

Тще райские цитрарии прешли,
Их негу возносили к аонидам,
Свечельницы кармином обвели,
Чтоб радовались те эдемским видам.

Герника стоит палых наших свеч,
Горят они златей мирских парафий,
Китановый в алмазах чуден меч,
Годится он для тронных эпитафий.

Лиют нектары морные и яд,
Вергилий, в небоцветные фиолы,
Эльфиров и чарующих наяд
Мы зрели, как нежные богомолы.

Рейнвейнами холодными с утра
Нас Ирод-царь дарил, се угощенье
Оставить мертвой челяди пора,
Не терпит мрамор желтое вощенье.

Оцветники, оцветники одне
Пылают и валькирии нощные
Бьют ангелей серебряных, оне
Любили нас и были расписные.

Ан тщетно злобный хор, клеветники,
На ложь велеречиво уповает,
Позора оспа эти языки
Прожжет еще и чернью воспылает.

И мы не выйдем к выси золотой,
Не сможем и во снах ей поклониться,
Но только лишь для прочности святой
Пусть праведная кровь сквозь смерть струится.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 10.11.2014 в 20:32
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины

Второй эпилог

Вернувшимся из адских областей,
В позоре искупавшимся и чтящим
Свет ложных звезд; в безумие страстей
Не ввергнутым изгнаньем предстоящим;

Прогулки совершавшим в небесах,
Кресты собой украсившим и к рекам
Подземным выходившим, в очесах
Держащим купол славы; имярекам,

Отринутым Отчизной за мечты,
Замученным на поприще славянском,
Отрекшимся друзьям свои щиты
На поле брани давшим; в Гефсиманском

Саду навечно преданным, венец
Из терний не снимавшим и при крене
Светил, хранившим Слово, наконец
Добитым, возлежащим в красной пене --

Что вам скажу? Молчаньем гробовым
Все разом юбилеи мы отметим
И присно по дорогам столбовым
Кровавым указателем посветим.

Тще райские цитрарии прешли,
Их негу возносили к аонидам,
Свечельницы кармином обвели,
Чтоб радовались те эдемским видам.

Герника стоит палых наших свеч,
Горят они златей мирских парафий,
Китановый в алмазах чуден меч,
Годится он для тронных эпитафий.

Лиют нектары морные и яд,
Вергилий, в небоцветные фиолы,
Эльфиров и чарующих наяд
Мы зрели, как нежные богомолы.

Рейнвейнами холодными с утра
Нас Ирод-царь дарил, се угощенье
Оставить мертвой челяди пора,
Не терпит мрамор желтое вощенье.

Оцветники, оцветники одне
Пылают и валькирии нощные
Бьют ангелей серебряных, оне
Любили нас и были расписные.

Ан тщетно злобный хор, клеветники,
На ложь велеречиво уповает,
Позора оспа эти языки
Прожжет еще и чернью воспылает.

И мы не выйдем к выси золотой,
Не сможем и во снах ей поклониться,
Но только лишь для прочности святой
Пусть праведная кровь сквозь смерть струится.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 10.11.2014 в 20:32
silverpoetryДата: Пятница, 21.11.2014, 20:00 | Сообщение # 27
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline

Яков Есепкин

На смерть Цины

Триптихи и трилистники


I

Хоть бы скорбь нам простят -- не хотели скорбеть
Мы, Господе, в алтарь Твой затиснулись краем,
Смерды ж бросили всех по карьерам гибеть,
Звоны святны пия, без свечей угараем.

Нищи мы во миру, царевати сейчас
Нам нельзя и сойти невозможно до сроку,
Вот и празднуем днесь, коемуждо свой час,
От пеяний жалких много ль странникам проку.

Змеи тронно вползли в богоимны сердца,
В пухе цветном персты, буде трачены лики,
И Звезда высока, и не виждим венца,
Присно блудные мы, а и бьются калики.

Пусть сердечки свое крепят мор-ангелы
Ко иглице хвойной вместе с златью игрушек,
Снег на елях горит, крася нощно столы,
Всё нейдем балевать -- зло яремо удушек.

Прелюбили пиры, а влачились в рядне,
За любови тоску чад Твоих обвинили,
Весело им теперь сребра пити одне,
Мы, Господь, на крестах разве их и тризнили.

II

Четвергуем теперь, вина красные пьем,
Да порожец равно змейна Смерть обивает,
Как юроды уснут, мы еще и споем,
Горше жизни любовь, а горчей не бывает.

Коли святки горят и стучатся купцы
В наши сени, пускай веселят пированья,
Ан в хорошем кругу и сладят леденцы
Горечь хлебов жалких, нищету волхвованья.

Гурбы снежные днесь постелила сама
Богородице-свет, разукрасила хвою,
Научились молчать, буде присно чума,
И Звезда чрез пухи златью льет моровою.

Мы свободны, Господь, цветно лепим снежки,
Перстной кровию втще осеняем глаголы,
Балаганы везде и галдят дурачки,
Чудотворные те ль заскверняют престолы.

И смеялись оне, слезы ткли во рядны,
Благочинно тряслись, ангелов потешали,
Только в смерти, Господь, мы не стали смешны,
А в бытьи -- так сребром нашу голь украшали.

III

То ли внове январь, то ль, успенье поправ,
Святки льют серебро на отбельные лики,
Гурбы снежно горят вкруг ядящих орав,
Пусть вспоют немоту перстевые музыки.

Как хоругвь, пронесли хвойну цветь до Креста,
Наши ели цвели дольше святочных звонов,
А и доля была не в урок золота,
Кровью скрасили мы бездыханность рамонов.

Вот окончилась жизнь, истекли роднички,
У Ревучих озер собрались неживые,
Побытийно агнцы стали много жалки,
И пеяют псалмы череды хоровые.

Да сановные их восприметим басы,
Рукава завернем -- смердов зреть обереги,
Кровны пухи не бьют мор-пастушки с косы,
Трачен Смертию всяк заступивший береги.

И лукавили ж, нас приводя на порог,
Указуя Звезду, во пирах сатанели,
Сбили чадов, Господь, хоть бы червный мурог
Вижди в смерти -- на нем присно красятся ели.
 
Сообщение
Яков Есепкин

На смерть Цины

Триптихи и трилистники


I

Хоть бы скорбь нам простят -- не хотели скорбеть
Мы, Господе, в алтарь Твой затиснулись краем,
Смерды ж бросили всех по карьерам гибеть,
Звоны святны пия, без свечей угараем.

Нищи мы во миру, царевати сейчас
Нам нельзя и сойти невозможно до сроку,
Вот и празднуем днесь, коемуждо свой час,
От пеяний жалких много ль странникам проку.

Змеи тронно вползли в богоимны сердца,
В пухе цветном персты, буде трачены лики,
И Звезда высока, и не виждим венца,
Присно блудные мы, а и бьются калики.

Пусть сердечки свое крепят мор-ангелы
Ко иглице хвойной вместе с златью игрушек,
Снег на елях горит, крася нощно столы,
Всё нейдем балевать -- зло яремо удушек.

Прелюбили пиры, а влачились в рядне,
За любови тоску чад Твоих обвинили,
Весело им теперь сребра пити одне,
Мы, Господь, на крестах разве их и тризнили.

II

Четвергуем теперь, вина красные пьем,
Да порожец равно змейна Смерть обивает,
Как юроды уснут, мы еще и споем,
Горше жизни любовь, а горчей не бывает.

Коли святки горят и стучатся купцы
В наши сени, пускай веселят пированья,
Ан в хорошем кругу и сладят леденцы
Горечь хлебов жалких, нищету волхвованья.

Гурбы снежные днесь постелила сама
Богородице-свет, разукрасила хвою,
Научились молчать, буде присно чума,
И Звезда чрез пухи златью льет моровою.

Мы свободны, Господь, цветно лепим снежки,
Перстной кровию втще осеняем глаголы,
Балаганы везде и галдят дурачки,
Чудотворные те ль заскверняют престолы.

И смеялись оне, слезы ткли во рядны,
Благочинно тряслись, ангелов потешали,
Только в смерти, Господь, мы не стали смешны,
А в бытьи -- так сребром нашу голь украшали.

III

То ли внове январь, то ль, успенье поправ,
Святки льют серебро на отбельные лики,
Гурбы снежно горят вкруг ядящих орав,
Пусть вспоют немоту перстевые музыки.

Как хоругвь, пронесли хвойну цветь до Креста,
Наши ели цвели дольше святочных звонов,
А и доля была не в урок золота,
Кровью скрасили мы бездыханность рамонов.

Вот окончилась жизнь, истекли роднички,
У Ревучих озер собрались неживые,
Побытийно агнцы стали много жалки,
И пеяют псалмы череды хоровые.

Да сановные их восприметим басы,
Рукава завернем -- смердов зреть обереги,
Кровны пухи не бьют мор-пастушки с косы,
Трачен Смертию всяк заступивший береги.

И лукавили ж, нас приводя на порог,
Указуя Звезду, во пирах сатанели,
Сбили чадов, Господь, хоть бы червный мурог
Вижди в смерти -- на нем присно красятся ели.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 21.11.2014 в 20:00
Сообщение
Яков Есепкин

На смерть Цины

Триптихи и трилистники


I

Хоть бы скорбь нам простят -- не хотели скорбеть
Мы, Господе, в алтарь Твой затиснулись краем,
Смерды ж бросили всех по карьерам гибеть,
Звоны святны пия, без свечей угараем.

Нищи мы во миру, царевати сейчас
Нам нельзя и сойти невозможно до сроку,
Вот и празднуем днесь, коемуждо свой час,
От пеяний жалких много ль странникам проку.

Змеи тронно вползли в богоимны сердца,
В пухе цветном персты, буде трачены лики,
И Звезда высока, и не виждим венца,
Присно блудные мы, а и бьются калики.

Пусть сердечки свое крепят мор-ангелы
Ко иглице хвойной вместе с златью игрушек,
Снег на елях горит, крася нощно столы,
Всё нейдем балевать -- зло яремо удушек.

Прелюбили пиры, а влачились в рядне,
За любови тоску чад Твоих обвинили,
Весело им теперь сребра пити одне,
Мы, Господь, на крестах разве их и тризнили.

II

Четвергуем теперь, вина красные пьем,
Да порожец равно змейна Смерть обивает,
Как юроды уснут, мы еще и споем,
Горше жизни любовь, а горчей не бывает.

Коли святки горят и стучатся купцы
В наши сени, пускай веселят пированья,
Ан в хорошем кругу и сладят леденцы
Горечь хлебов жалких, нищету волхвованья.

Гурбы снежные днесь постелила сама
Богородице-свет, разукрасила хвою,
Научились молчать, буде присно чума,
И Звезда чрез пухи златью льет моровою.

Мы свободны, Господь, цветно лепим снежки,
Перстной кровию втще осеняем глаголы,
Балаганы везде и галдят дурачки,
Чудотворные те ль заскверняют престолы.

И смеялись оне, слезы ткли во рядны,
Благочинно тряслись, ангелов потешали,
Только в смерти, Господь, мы не стали смешны,
А в бытьи -- так сребром нашу голь украшали.

III

То ли внове январь, то ль, успенье поправ,
Святки льют серебро на отбельные лики,
Гурбы снежно горят вкруг ядящих орав,
Пусть вспоют немоту перстевые музыки.

Как хоругвь, пронесли хвойну цветь до Креста,
Наши ели цвели дольше святочных звонов,
А и доля была не в урок золота,
Кровью скрасили мы бездыханность рамонов.

Вот окончилась жизнь, истекли роднички,
У Ревучих озер собрались неживые,
Побытийно агнцы стали много жалки,
И пеяют псалмы череды хоровые.

Да сановные их восприметим басы,
Рукава завернем -- смердов зреть обереги,
Кровны пухи не бьют мор-пастушки с косы,
Трачен Смертию всяк заступивший береги.

И лукавили ж, нас приводя на порог,
Указуя Звезду, во пирах сатанели,
Сбили чадов, Господь, хоть бы червный мурог
Вижди в смерти -- на нем присно красятся ели.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 21.11.2014 в 20:00
silverpoetryДата: Понедельник, 01.12.2014, 21:32 | Сообщение # 28
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline

Яков Есепкин

Пурпур смерти


Небесный пурпур нас увьет,
Грядет последний миг,
Когда сердечный звон замрет,
Смерть выпорхнет из книг.

Сознанья ветхий аппарат,
В котором спят века
И губ мембраны говорят,
Жизнь пустит с молотка.

Седые вершники одне
Пылают высоко,
В горийском адовом огне
Шелковье и древко.

Нести кому благую весть,
Мечтой кого дарить,
Эдемы райские ли есть,
Купцов не умирить.

Немые церкови лиют
С холодных куполов
Червную златность и снуют
Здесь крысы от углов.

Давно за Угличем земли
Нет царской и святых,
Мертвым положены угли
Сновидений златых.

Иль немость далее одна,
Так время пировать,
Глотнем в бессоннице вина,
Чтоб хлеб упоевать.

Брелок у ангела чудной,
Пеяет над столом,
Со змейкой ключик вырезной
Лихим грозит числом.

Тоскуем, друг и брат, ядим,
А крылья остием
Каждятся, весело гудим,
Сколь мертвенно пием.

Кровавых мальчиков парчой
Иглицей не сточать,
Маковой райскою свечой
Их будем с тьмой венчать.

Разрушится императив,
Лишь в пурпуре тенет
Седую бездну осветив
На подиуме лет.

Мертворожденное дитя
Се в шар огня иной
Вошло, стопой не бередя
Предвечный путь земной.
 
Сообщение
Яков Есепкин

Пурпур смерти


Небесный пурпур нас увьет,
Грядет последний миг,
Когда сердечный звон замрет,
Смерть выпорхнет из книг.

Сознанья ветхий аппарат,
В котором спят века
И губ мембраны говорят,
Жизнь пустит с молотка.

Седые вершники одне
Пылают высоко,
В горийском адовом огне
Шелковье и древко.

Нести кому благую весть,
Мечтой кого дарить,
Эдемы райские ли есть,
Купцов не умирить.

Немые церкови лиют
С холодных куполов
Червную златность и снуют
Здесь крысы от углов.

Давно за Угличем земли
Нет царской и святых,
Мертвым положены угли
Сновидений златых.

Иль немость далее одна,
Так время пировать,
Глотнем в бессоннице вина,
Чтоб хлеб упоевать.

Брелок у ангела чудной,
Пеяет над столом,
Со змейкой ключик вырезной
Лихим грозит числом.

Тоскуем, друг и брат, ядим,
А крылья остием
Каждятся, весело гудим,
Сколь мертвенно пием.

Кровавых мальчиков парчой
Иглицей не сточать,
Маковой райскою свечой
Их будем с тьмой венчать.

Разрушится императив,
Лишь в пурпуре тенет
Седую бездну осветив
На подиуме лет.

Мертворожденное дитя
Се в шар огня иной
Вошло, стопой не бередя
Предвечный путь земной.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 01.12.2014 в 21:32
Сообщение
Яков Есепкин

Пурпур смерти


Небесный пурпур нас увьет,
Грядет последний миг,
Когда сердечный звон замрет,
Смерть выпорхнет из книг.

Сознанья ветхий аппарат,
В котором спят века
И губ мембраны говорят,
Жизнь пустит с молотка.

Седые вершники одне
Пылают высоко,
В горийском адовом огне
Шелковье и древко.

Нести кому благую весть,
Мечтой кого дарить,
Эдемы райские ли есть,
Купцов не умирить.

Немые церкови лиют
С холодных куполов
Червную златность и снуют
Здесь крысы от углов.

Давно за Угличем земли
Нет царской и святых,
Мертвым положены угли
Сновидений златых.

Иль немость далее одна,
Так время пировать,
Глотнем в бессоннице вина,
Чтоб хлеб упоевать.

Брелок у ангела чудной,
Пеяет над столом,
Со змейкой ключик вырезной
Лихим грозит числом.

Тоскуем, друг и брат, ядим,
А крылья остием
Каждятся, весело гудим,
Сколь мертвенно пием.

Кровавых мальчиков парчой
Иглицей не сточать,
Маковой райскою свечой
Их будем с тьмой венчать.

Разрушится императив,
Лишь в пурпуре тенет
Седую бездну осветив
На подиуме лет.

Мертворожденное дитя
Се в шар огня иной
Вошло, стопой не бередя
Предвечный путь земной.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 01.12.2014 в 21:32
silverpoetryДата: Воскресенье, 07.12.2014, 19:34 | Сообщение # 29
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста восемьдесят первый опус

Ветхий мрамор с меловых ланит
Докрошим хоть о звездах и небе,
Виждит персть, кто еще именит,
Кто и рек о тлеющемся хлебе.

Пойте, сильфвы, нисан золотой,
Мы ль во шатах сиреневых плачем,
Полны кубки паршою свитой,
Се, тюльпаны мы звездные прячем.

Се обводки тлеенных лилей,
Се тюльпаны, тюльпаны блистают,
Се на ветхость мраморных аллей
Тени мертвых певцов налетают.

Четыреста восемьдесят второй опус

.
Любят розы менины, сурьму
Августовских запекшихся вишен,
Май, август ли, бежим хоть во тьму,
Иреника, здесь ангел не лишен.

Черствость вдов мрамор наших теней
Леденит, и юдольно старлетки
Веселятся, портальных огней
Убегая, теряют балетки.

Золотыя - сегодня висят
Фреи те в околдованных смрадом
Цветниках, и небесность гасят,
Вместе с Летним цветя вертоградом.
 
Сообщение Яков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста восемьдесят первый опус

Ветхий мрамор с меловых ланит
Докрошим хоть о звездах и небе,
Виждит персть, кто еще именит,
Кто и рек о тлеющемся хлебе.

Пойте, сильфвы, нисан золотой,
Мы ль во шатах сиреневых плачем,
Полны кубки паршою свитой,
Се, тюльпаны мы звездные прячем.

Се обводки тлеенных лилей,
Се тюльпаны, тюльпаны блистают,
Се на ветхость мраморных аллей
Тени мертвых певцов налетают.

Четыреста восемьдесят второй опус

.
Любят розы менины, сурьму
Августовских запекшихся вишен,
Май, август ли, бежим хоть во тьму,
Иреника, здесь ангел не лишен.

Черствость вдов мрамор наших теней
Леденит, и юдольно старлетки
Веселятся, портальных огней
Убегая, теряют балетки.

Золотыя - сегодня висят
Фреи те в околдованных смрадом
Цветниках, и небесность гасят,
Вместе с Летним цветя вертоградом.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 07.12.2014 в 19:34
Сообщение Яков Есепкин

На смерть Цины


Четыреста восемьдесят первый опус

Ветхий мрамор с меловых ланит
Докрошим хоть о звездах и небе,
Виждит персть, кто еще именит,
Кто и рек о тлеющемся хлебе.

Пойте, сильфвы, нисан золотой,
Мы ль во шатах сиреневых плачем,
Полны кубки паршою свитой,
Се, тюльпаны мы звездные прячем.

Се обводки тлеенных лилей,
Се тюльпаны, тюльпаны блистают,
Се на ветхость мраморных аллей
Тени мертвых певцов налетают.

Четыреста восемьдесят второй опус

.
Любят розы менины, сурьму
Августовских запекшихся вишен,
Май, август ли, бежим хоть во тьму,
Иреника, здесь ангел не лишен.

Черствость вдов мрамор наших теней
Леденит, и юдольно старлетки
Веселятся, портальных огней
Убегая, теряют балетки.

Золотыя - сегодня висят
Фреи те в околдованных смрадом
Цветниках, и небесность гасят,
Вместе с Летним цветя вертоградом.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 07.12.2014 в 19:34
silverpoetryДата: Пятница, 19.12.2014, 21:30 | Сообщение # 30
Осматривающийся
Группа: Островитянин
Сообщений: 71
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

На смерть Цины

Триптихи и трилистники


I

Даровали, Господь, мертвым чадам Твоим
Тесьмы красной мотки да сребряны сувои,
Боле таинств не ждем, а в рядне предстоим,
Перстов прячем искол за смарагдами хвои.

Серебро, серебро, много ж было его,
Так покрали шары с ёлок жалкие тати,
Снеже черный округ, тлумных звезд святовство,
Царичей неживых весело ль им венчати.

Сестры нас предали в новогодней гурме,
Девы белы влачат по адницам рамена,
Их и лядвий пронять здесь неможно Чуме,
Только розы горят в огне храмного звона.

Мы, Господь, образа неокладные чли,
Азазелей златых во тщете отпускали,
А свилися одно со змеями в угли,
Ах, Твое ангелы нас почто не искали.

Смерть царит на пирах, где юроды поют,
Держим все на замках мы языки предвестны,
Из серебра, Господь, в Рождество и сольют
Закровавленных чад -- слезы наши бескрестны.

II

Подаяний, Господь, воздаяний одних
Нищи каистры полны, у порожца их скинем
Со кровавых рамен -- много ж горечи в них,
Как святарный притвор благодарственно минем.

Торбам тем не вместить разве перстных иглиц,
О златой мишуре агнцев смерды тащили,
Розы выбила Смерть из точащих петлиц,
Свечки в битом сребре небовеи вощили.

А и сами теперь не царим, не поем,
И влачимся слезно в ризмановых ряднинах,
Буде кельхи дадут, за бытье изопьем,
Нету крыльев -- горбы тлеют звездно во спинах.

Страстотерпные с глав посрывали венцы,
Стопы наши язвят черневые колючки,
Белы хлебы несли ко Тебе первенцы,
Обобрали, Господь, голодарные сучки.

Иль приидем в алтарь, ангелочки узрят
Струпья ран да пухи -- кликни чад из притвора,
Бойной кровию, виждь, наши лики горят,
Енчит все у колод окаянная свора.

III

Дале немость, Господь, остаемся молчать,
Пресеклись январи и святочные оры,
Вот и губы свела терневая печать,
Наши кельи пусты, чернь лиется в затворы.

Истекли во пирах слезы солью одно,
Упилися псари мертворожденных кровью,
Как накинут поверх плащаниц нам рядно,
Положится черта иродов суесловью.

А в миру всяк и был без пурпуры венца,
Сокрывали ж псалмы краснобаи конвертны,
И попросят сказать -- не замолвим словца,
Баловство эта речь, от которой мы смертны.

И елико, Господь, чада трачены днесь
Лютой Смертию все, их встречать благонужно,
Нет родни и царевн, только ангелы здесь,
Серебряный потир князем пущен окружно.

И рядились в резье да старизну, хвалы
Воздавали Тебе, бессловесно гибели,
Пусть хотя бы теперь, прескорбя, ангелы
Осенят под Звездой первенцов колыбели.
 
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины

Триптихи и трилистники


I

Даровали, Господь, мертвым чадам Твоим
Тесьмы красной мотки да сребряны сувои,
Боле таинств не ждем, а в рядне предстоим,
Перстов прячем искол за смарагдами хвои.

Серебро, серебро, много ж было его,
Так покрали шары с ёлок жалкие тати,
Снеже черный округ, тлумных звезд святовство,
Царичей неживых весело ль им венчати.

Сестры нас предали в новогодней гурме,
Девы белы влачат по адницам рамена,
Их и лядвий пронять здесь неможно Чуме,
Только розы горят в огне храмного звона.

Мы, Господь, образа неокладные чли,
Азазелей златых во тщете отпускали,
А свилися одно со змеями в угли,
Ах, Твое ангелы нас почто не искали.

Смерть царит на пирах, где юроды поют,
Держим все на замках мы языки предвестны,
Из серебра, Господь, в Рождество и сольют
Закровавленных чад -- слезы наши бескрестны.

II

Подаяний, Господь, воздаяний одних
Нищи каистры полны, у порожца их скинем
Со кровавых рамен -- много ж горечи в них,
Как святарный притвор благодарственно минем.

Торбам тем не вместить разве перстных иглиц,
О златой мишуре агнцев смерды тащили,
Розы выбила Смерть из точащих петлиц,
Свечки в битом сребре небовеи вощили.

А и сами теперь не царим, не поем,
И влачимся слезно в ризмановых ряднинах,
Буде кельхи дадут, за бытье изопьем,
Нету крыльев -- горбы тлеют звездно во спинах.

Страстотерпные с глав посрывали венцы,
Стопы наши язвят черневые колючки,
Белы хлебы несли ко Тебе первенцы,
Обобрали, Господь, голодарные сучки.

Иль приидем в алтарь, ангелочки узрят
Струпья ран да пухи -- кликни чад из притвора,
Бойной кровию, виждь, наши лики горят,
Енчит все у колод окаянная свора.

III

Дале немость, Господь, остаемся молчать,
Пресеклись январи и святочные оры,
Вот и губы свела терневая печать,
Наши кельи пусты, чернь лиется в затворы.

Истекли во пирах слезы солью одно,
Упилися псари мертворожденных кровью,
Как накинут поверх плащаниц нам рядно,
Положится черта иродов суесловью.

А в миру всяк и был без пурпуры венца,
Сокрывали ж псалмы краснобаи конвертны,
И попросят сказать -- не замолвим словца,
Баловство эта речь, от которой мы смертны.

И елико, Господь, чада трачены днесь
Лютой Смертию все, их встречать благонужно,
Нет родни и царевн, только ангелы здесь,
Серебряный потир князем пущен окружно.

И рядились в резье да старизну, хвалы
Воздавали Тебе, бессловесно гибели,
Пусть хотя бы теперь, прескорбя, ангелы
Осенят под Звездой первенцов колыбели.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 19.12.2014 в 21:30
СообщениеЯков Есепкин

На смерть Цины

Триптихи и трилистники


I

Даровали, Господь, мертвым чадам Твоим
Тесьмы красной мотки да сребряны сувои,
Боле таинств не ждем, а в рядне предстоим,
Перстов прячем искол за смарагдами хвои.

Серебро, серебро, много ж было его,
Так покрали шары с ёлок жалкие тати,
Снеже черный округ, тлумных звезд святовство,
Царичей неживых весело ль им венчати.

Сестры нас предали в новогодней гурме,
Девы белы влачат по адницам рамена,
Их и лядвий пронять здесь неможно Чуме,
Только розы горят в огне храмного звона.

Мы, Господь, образа неокладные чли,
Азазелей златых во тщете отпускали,
А свилися одно со змеями в угли,
Ах, Твое ангелы нас почто не искали.

Смерть царит на пирах, где юроды поют,
Держим все на замках мы языки предвестны,
Из серебра, Господь, в Рождество и сольют
Закровавленных чад -- слезы наши бескрестны.

II

Подаяний, Господь, воздаяний одних
Нищи каистры полны, у порожца их скинем
Со кровавых рамен -- много ж горечи в них,
Как святарный притвор благодарственно минем.

Торбам тем не вместить разве перстных иглиц,
О златой мишуре агнцев смерды тащили,
Розы выбила Смерть из точащих петлиц,
Свечки в битом сребре небовеи вощили.

А и сами теперь не царим, не поем,
И влачимся слезно в ризмановых ряднинах,
Буде кельхи дадут, за бытье изопьем,
Нету крыльев -- горбы тлеют звездно во спинах.

Страстотерпные с глав посрывали венцы,
Стопы наши язвят черневые колючки,
Белы хлебы несли ко Тебе первенцы,
Обобрали, Господь, голодарные сучки.

Иль приидем в алтарь, ангелочки узрят
Струпья ран да пухи -- кликни чад из притвора,
Бойной кровию, виждь, наши лики горят,
Енчит все у колод окаянная свора.

III

Дале немость, Господь, остаемся молчать,
Пресеклись январи и святочные оры,
Вот и губы свела терневая печать,
Наши кельи пусты, чернь лиется в затворы.

Истекли во пирах слезы солью одно,
Упилися псари мертворожденных кровью,
Как накинут поверх плащаниц нам рядно,
Положится черта иродов суесловью.

А в миру всяк и был без пурпуры венца,
Сокрывали ж псалмы краснобаи конвертны,
И попросят сказать -- не замолвим словца,
Баловство эта речь, от которой мы смертны.

И елико, Господь, чада трачены днесь
Лютой Смертию все, их встречать благонужно,
Нет родни и царевн, только ангелы здесь,
Серебряный потир князем пущен окружно.

И рядились в резье да старизну, хвалы
Воздавали Тебе, бессловесно гибели,
Пусть хотя бы теперь, прескорбя, ангелы
Осенят под Звездой первенцов колыбели.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 19.12.2014 в 21:30
Форум » Поэзия » Ваше творчество - раздел для ознакомления » Яков Есепкин Дубль (Готическая поэзия)
  • Страница 2 из 7
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 6
  • 7
  • »
Поиск:
Загрузка...

Посетители дня
Посетители:
Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS
Приветствую Вас Гость | RSS Главная | Яков Есепкин Дубль - Страница 2 - Форум | Регистрация | Вход
Конструктор сайтов - uCoz
Для добавления необходима авторизация
Остров © 2019 Конструктор сайтов - uCoz