Яков Есепкин Дубль - Страница 15 - Форум  
Приветствуем Вас Гость | RSS Главная | Яков Есепкин Дубль - Страница 15 - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ]
Модератор форума: Анаит, Влюблённая_в_лето, Самира  
Форум » Поэзия » Ваше творчество - раздел для ознакомления » Яков Есепкин Дубль (Готическая поэзия)
Яков Есепкин Дубль
silverpoetryДата: Воскресенье, 06.02.2022, 16:13 | Сообщение # 211
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXI


Окаймят чермным воском цвета,
По каким тосковали менины,
Это райских ли мест красота,
Паче звезд этих сводов лепнины.

И гляни, сколь еще веселы
Феи ночи, угодные пиру,
И румяны оне, и белы,
Всяка дива подобна лепиру.

И камены гостей увлекут
В сады тьмой любоваться зеленой,
И увидят, как нас волокут
Вдоль цветочниц о барве червленой.

XXII

Именинников слави, июль,
Мы пред небами все белоснежны,
Царский выбит ли нощию тюль,
Наши ангели белы и нежны.

И царевны одесно белы,
Вишни ядом чинят меловницы,
Юродные, следи, веселы,
Только плачут нежные цевницы.

Сень чудесна и праздник мелов,
Фарисеи в юдоли пируют,
И чермы с именинных столов
Отравленные халы воруют.

XXIII

Чернью вишен каймы соведут
По юдольной смуге эпитафий,
Меловницы одне и блюдут
Небозвездную млечность парафий.

Темен мрамор фамильных аллей,
Яко литии нощи испевны,
Вновь коварнее всех и белей
Одержимые местью царевны.

Се, Господе, тоскуют оне,
С юродными на паперти вьются,
И чинят хлебы ядом во сне,
И в порфировой цвети биются.

XXIV

Чадной цветенью щедрый август
Хлебы пышные свел и стольницы,
Виждь, точится диамент из уст,
Се, тлеют с нощной мглой багряницы.

О звездах ли, о желти оне,
Пусть кантовки порфирные рдятся,
Мы очнемся в жасминовом сне,
Где пасхалы всенощно кадятся.

Ах, сотлели диаменты, пьют
Вусмерть гости во брани площадной,
И юдицы, икая, виют
Наши рамена цветью исчадной.

XXV

Всё горят и горят васильки,
Сады хмелем июльским овиты,
Кто порфирностью дышит, реки,
Мы с немолчным бессмертием квиты.

Яко вина и кровь истеклись,
Нощность будем и пить, ягомости,
Именами чужими реклись,
Нас ли чествуют званые гости.

Согляни же, Господе, как мы
От подпалых волков по целине
Убегаем в обрамнике тьмы,
Млечный след оставляя на глине.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».
 
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXI


Окаймят чермным воском цвета,
По каким тосковали менины,
Это райских ли мест красота,
Паче звезд этих сводов лепнины.

И гляни, сколь еще веселы
Феи ночи, угодные пиру,
И румяны оне, и белы,
Всяка дива подобна лепиру.

И камены гостей увлекут
В сады тьмой любоваться зеленой,
И увидят, как нас волокут
Вдоль цветочниц о барве червленой.

XXII

Именинников слави, июль,
Мы пред небами все белоснежны,
Царский выбит ли нощию тюль,
Наши ангели белы и нежны.

И царевны одесно белы,
Вишни ядом чинят меловницы,
Юродные, следи, веселы,
Только плачут нежные цевницы.

Сень чудесна и праздник мелов,
Фарисеи в юдоли пируют,
И чермы с именинных столов
Отравленные халы воруют.

XXIII

Чернью вишен каймы соведут
По юдольной смуге эпитафий,
Меловницы одне и блюдут
Небозвездную млечность парафий.

Темен мрамор фамильных аллей,
Яко литии нощи испевны,
Вновь коварнее всех и белей
Одержимые местью царевны.

Се, Господе, тоскуют оне,
С юродными на паперти вьются,
И чинят хлебы ядом во сне,
И в порфировой цвети биются.

XXIV

Чадной цветенью щедрый август
Хлебы пышные свел и стольницы,
Виждь, точится диамент из уст,
Се, тлеют с нощной мглой багряницы.

О звездах ли, о желти оне,
Пусть кантовки порфирные рдятся,
Мы очнемся в жасминовом сне,
Где пасхалы всенощно кадятся.

Ах, сотлели диаменты, пьют
Вусмерть гости во брани площадной,
И юдицы, икая, виют
Наши рамена цветью исчадной.

XXV

Всё горят и горят васильки,
Сады хмелем июльским овиты,
Кто порфирностью дышит, реки,
Мы с немолчным бессмертием квиты.

Яко вина и кровь истеклись,
Нощность будем и пить, ягомости,
Именами чужими реклись,
Нас ли чествуют званые гости.

Согляни же, Господе, как мы
От подпалых волков по целине
Убегаем в обрамнике тьмы,
Млечный след оставляя на глине.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 06.02.2022 в 16:13
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXI


Окаймят чермным воском цвета,
По каким тосковали менины,
Это райских ли мест красота,
Паче звезд этих сводов лепнины.

И гляни, сколь еще веселы
Феи ночи, угодные пиру,
И румяны оне, и белы,
Всяка дива подобна лепиру.

И камены гостей увлекут
В сады тьмой любоваться зеленой,
И увидят, как нас волокут
Вдоль цветочниц о барве червленой.

XXII

Именинников слави, июль,
Мы пред небами все белоснежны,
Царский выбит ли нощию тюль,
Наши ангели белы и нежны.

И царевны одесно белы,
Вишни ядом чинят меловницы,
Юродные, следи, веселы,
Только плачут нежные цевницы.

Сень чудесна и праздник мелов,
Фарисеи в юдоли пируют,
И чермы с именинных столов
Отравленные халы воруют.

XXIII

Чернью вишен каймы соведут
По юдольной смуге эпитафий,
Меловницы одне и блюдут
Небозвездную млечность парафий.

Темен мрамор фамильных аллей,
Яко литии нощи испевны,
Вновь коварнее всех и белей
Одержимые местью царевны.

Се, Господе, тоскуют оне,
С юродными на паперти вьются,
И чинят хлебы ядом во сне,
И в порфировой цвети биются.

XXIV

Чадной цветенью щедрый август
Хлебы пышные свел и стольницы,
Виждь, точится диамент из уст,
Се, тлеют с нощной мглой багряницы.

О звездах ли, о желти оне,
Пусть кантовки порфирные рдятся,
Мы очнемся в жасминовом сне,
Где пасхалы всенощно кадятся.

Ах, сотлели диаменты, пьют
Вусмерть гости во брани площадной,
И юдицы, икая, виют
Наши рамена цветью исчадной.

XXV

Всё горят и горят васильки,
Сады хмелем июльским овиты,
Кто порфирностью дышит, реки,
Мы с немолчным бессмертием квиты.

Яко вина и кровь истеклись,
Нощность будем и пить, ягомости,
Именами чужими реклись,
Нас ли чествуют званые гости.

Согляни же, Господе, как мы
От подпалых волков по целине
Убегаем в обрамнике тьмы,
Млечный след оставляя на глине.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 06.02.2022 в 16:13
silverpoetryДата: Суббота, 12.02.2022, 12:27 | Сообщение # 212
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXVI

Восстенают о мертвых сады,
Станут чермными цветь и зелени,
Се и нам подали знак беды,
Господь-Богу уткнемся в колени.

Виждь, еще диаменты ярки,
Сени ада чаруются небом,
Кора гасит свое бродники,
Мы одне лишь всежданны Эребом.

Но кадит под алмазностью мгла
И горят соваянья чермные,
И лиются чрез цветь на чела
Наши воски свечниц ледяные.

XXVII

От июльских вишневых тенет
И совитого пурпуром хмеля
Мы пьяны, аще вечность минет,
Встретим Кармен в цветах и Микеля.

Пей, Юдифь, золотое вино,
Рок мелос на фарфоре допишет,
Жизнь иль смерть – аонидам равно,
Всяка негой и здравием пышет.

Но во чаде сангины цветниц
И порфирные сени темнятся,
И о бархатном плаче цевниц
Нам амфоры вифанские снятся.

XXVIII

Носят барву гиады к столам,
Ею чествуют нашу ли тризну,
Воск лиется по бледным челам,
Им и звездную гасят старизну.

Век юдицы любили сурьму,
Навиенную пурпуром нощи,
Бились в цвети, речь это кому,
Убежим хоть под сень Людогощи.

Нас однех, нас однех о цвети
Пречервовой на пире банкетном
И неможно, Господе, спасти,
Зри – мы тонем во смраде букетном.

XXIX

Ночь июльская веет армой,
Тьмою вишен точатся лепнины,
Оведем тюль дворцовый каймой
Всепорфировой, се именины.

И по нам ли еще голосят
Юродные во цвети каморной,
И гиады опять пригласят
Младших братьев ко емине морной.

Будем в кущах садовых стоять,
Будут чествовать нас меловницы,
И тогда мы начнем вопиять,
Мглу со барвой лия на цветницы.

XXX

Пурпур неб расточают столы,
Вновь гудят и гудят фарисеи
О юдольном серебре, белы
Дивы пира, альковницы сеи.

Се бессмертия, чаде, арма,
Не ея ль и кляли громовержцы,
Аще тлеет порфирная тьма,
Пусть боятся ее винодержцы.

Налетят ангелочки сквозь мреть,
Господь-Бог, чтоб всечествовать небы,
И тогда положат умереть
Нам еще, воск лияше на хлебы.
 
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXVI

Восстенают о мертвых сады,
Станут чермными цветь и зелени,
Се и нам подали знак беды,
Господь-Богу уткнемся в колени.

Виждь, еще диаменты ярки,
Сени ада чаруются небом,
Кора гасит свое бродники,
Мы одне лишь всежданны Эребом.

Но кадит под алмазностью мгла
И горят соваянья чермные,
И лиются чрез цветь на чела
Наши воски свечниц ледяные.

XXVII

От июльских вишневых тенет
И совитого пурпуром хмеля
Мы пьяны, аще вечность минет,
Встретим Кармен в цветах и Микеля.

Пей, Юдифь, золотое вино,
Рок мелос на фарфоре допишет,
Жизнь иль смерть – аонидам равно,
Всяка негой и здравием пышет.

Но во чаде сангины цветниц
И порфирные сени темнятся,
И о бархатном плаче цевниц
Нам амфоры вифанские снятся.

XXVIII

Носят барву гиады к столам,
Ею чествуют нашу ли тризну,
Воск лиется по бледным челам,
Им и звездную гасят старизну.

Век юдицы любили сурьму,
Навиенную пурпуром нощи,
Бились в цвети, речь это кому,
Убежим хоть под сень Людогощи.

Нас однех, нас однех о цвети
Пречервовой на пире банкетном
И неможно, Господе, спасти,
Зри – мы тонем во смраде букетном.

XXIX

Ночь июльская веет армой,
Тьмою вишен точатся лепнины,
Оведем тюль дворцовый каймой
Всепорфировой, се именины.

И по нам ли еще голосят
Юродные во цвети каморной,
И гиады опять пригласят
Младших братьев ко емине морной.

Будем в кущах садовых стоять,
Будут чествовать нас меловницы,
И тогда мы начнем вопиять,
Мглу со барвой лия на цветницы.

XXX

Пурпур неб расточают столы,
Вновь гудят и гудят фарисеи
О юдольном серебре, белы
Дивы пира, альковницы сеи.

Се бессмертия, чаде, арма,
Не ея ль и кляли громовержцы,
Аще тлеет порфирная тьма,
Пусть боятся ее винодержцы.

Налетят ангелочки сквозь мреть,
Господь-Бог, чтоб всечествовать небы,
И тогда положат умереть
Нам еще, воск лияше на хлебы.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 12.02.2022 в 12:27
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXVI

Восстенают о мертвых сады,
Станут чермными цветь и зелени,
Се и нам подали знак беды,
Господь-Богу уткнемся в колени.

Виждь, еще диаменты ярки,
Сени ада чаруются небом,
Кора гасит свое бродники,
Мы одне лишь всежданны Эребом.

Но кадит под алмазностью мгла
И горят соваянья чермные,
И лиются чрез цветь на чела
Наши воски свечниц ледяные.

XXVII

От июльских вишневых тенет
И совитого пурпуром хмеля
Мы пьяны, аще вечность минет,
Встретим Кармен в цветах и Микеля.

Пей, Юдифь, золотое вино,
Рок мелос на фарфоре допишет,
Жизнь иль смерть – аонидам равно,
Всяка негой и здравием пышет.

Но во чаде сангины цветниц
И порфирные сени темнятся,
И о бархатном плаче цевниц
Нам амфоры вифанские снятся.

XXVIII

Носят барву гиады к столам,
Ею чествуют нашу ли тризну,
Воск лиется по бледным челам,
Им и звездную гасят старизну.

Век юдицы любили сурьму,
Навиенную пурпуром нощи,
Бились в цвети, речь это кому,
Убежим хоть под сень Людогощи.

Нас однех, нас однех о цвети
Пречервовой на пире банкетном
И неможно, Господе, спасти,
Зри – мы тонем во смраде букетном.

XXIX

Ночь июльская веет армой,
Тьмою вишен точатся лепнины,
Оведем тюль дворцовый каймой
Всепорфировой, се именины.

И по нам ли еще голосят
Юродные во цвети каморной,
И гиады опять пригласят
Младших братьев ко емине морной.

Будем в кущах садовых стоять,
Будут чествовать нас меловницы,
И тогда мы начнем вопиять,
Мглу со барвой лия на цветницы.

XXX

Пурпур неб расточают столы,
Вновь гудят и гудят фарисеи
О юдольном серебре, белы
Дивы пира, альковницы сеи.

Се бессмертия, чаде, арма,
Не ея ль и кляли громовержцы,
Аще тлеет порфирная тьма,
Пусть боятся ее винодержцы.

Налетят ангелочки сквозь мреть,
Господь-Бог, чтоб всечествовать небы,
И тогда положат умереть
Нам еще, воск лияше на хлебы.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 12.02.2022 в 12:27
silverpoetryДата: Пятница, 18.02.2022, 12:35 | Сообщение # 213
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXI


Именинные торты горят,
Уподобившись воску свечному,
Суе ангели нас и корят,
Не могли мы соцвесть по-иному.

Вишен черных к столам нанесли
Золотыя меловницы сеней,
Яко небеси чад не спасли,
Минем слоту юдольных зеленей.

Хоть виждите сейчас, ангелки,
Как над тортами нощность пылает,
Как лепные камор потолки
Всепорфирный туман застилает.

XXXII

Ночь июльских цветов холодна,
Разливайся, вишневая млечность,
Мы в тенетах юдольного сна
Вдов колодных следим червотечность.

По челам нашим цветь совели,
Ангелков ли встречают гиады,
Меловницы хотя бы нашли –
Тьмой белить ханаанские сады.

Но еще во бесславие сех,
Кто с демонами здесь веселится,
Преалкая, о млечных власех
Наших мирра венечно затлится.

XXXIII

Сукровичные вишни столы
Всеиюльские днесь украшают,
Иудицы еще веселы,
Променады еще совершают.

Ах, знаком аонидам сей вкус,
Мы у Ирода их ли вкушали,
Ах, корицы иль терпкий мускус
Нам бессмертия грезы внушали.

Где и вишен кровавая цветь,
Где июля тенета златые,
Виждь – одне и остались тлееть
Апронахи, звездами свитые.

XXXIV

И восплачут музыки, теней
Соваянья и вершники ада
Будут нощи вифанской темней,
Станут млечными призраки сада.

Не ждали нас обручницы тьмы,
Не искали матруны честные,
Это мы, это, Господе, мы
Барву льем в рамена ледяные.

И еще под кимвал и цевниц
Скорбный плач расточится зефирность,
И сквозь мертвую роскошь цветниц,
Сквозь остье мы соявим порфирность.

XXXV

Нас рифмовницы вечности чтят,
В хоры звезд и альбомы смотрятся,
Где томительно мимо летят
Ангелки и о сенях корятся.

Вновь смертливые осы быстры,
Феи ада нещаднее Парок,
Мы вседержные эти миры
Обогнем, восточаясь меж арок.

Но крушницею битых скульптур
Полн тезаурус – мертвый рифмовник,
И лишь чтицы с пустых верхотур
Нам собросят увядший терновник.
 
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXI


Именинные торты горят,
Уподобившись воску свечному,
Суе ангели нас и корят,
Не могли мы соцвесть по-иному.

Вишен черных к столам нанесли
Золотыя меловницы сеней,
Яко небеси чад не спасли,
Минем слоту юдольных зеленей.

Хоть виждите сейчас, ангелки,
Как над тортами нощность пылает,
Как лепные камор потолки
Всепорфирный туман застилает.

XXXII

Ночь июльских цветов холодна,
Разливайся, вишневая млечность,
Мы в тенетах юдольного сна
Вдов колодных следим червотечность.

По челам нашим цветь совели,
Ангелков ли встречают гиады,
Меловницы хотя бы нашли –
Тьмой белить ханаанские сады.

Но еще во бесславие сех,
Кто с демонами здесь веселится,
Преалкая, о млечных власех
Наших мирра венечно затлится.

XXXIII

Сукровичные вишни столы
Всеиюльские днесь украшают,
Иудицы еще веселы,
Променады еще совершают.

Ах, знаком аонидам сей вкус,
Мы у Ирода их ли вкушали,
Ах, корицы иль терпкий мускус
Нам бессмертия грезы внушали.

Где и вишен кровавая цветь,
Где июля тенета златые,
Виждь – одне и остались тлееть
Апронахи, звездами свитые.

XXXIV

И восплачут музыки, теней
Соваянья и вершники ада
Будут нощи вифанской темней,
Станут млечными призраки сада.

Не ждали нас обручницы тьмы,
Не искали матруны честные,
Это мы, это, Господе, мы
Барву льем в рамена ледяные.

И еще под кимвал и цевниц
Скорбный плач расточится зефирность,
И сквозь мертвую роскошь цветниц,
Сквозь остье мы соявим порфирность.

XXXV

Нас рифмовницы вечности чтят,
В хоры звезд и альбомы смотрятся,
Где томительно мимо летят
Ангелки и о сенях корятся.

Вновь смертливые осы быстры,
Феи ада нещаднее Парок,
Мы вседержные эти миры
Обогнем, восточаясь меж арок.

Но крушницею битых скульптур
Полн тезаурус – мертвый рифмовник,
И лишь чтицы с пустых верхотур
Нам собросят увядший терновник.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 18.02.2022 в 12:35
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXI


Именинные торты горят,
Уподобившись воску свечному,
Суе ангели нас и корят,
Не могли мы соцвесть по-иному.

Вишен черных к столам нанесли
Золотыя меловницы сеней,
Яко небеси чад не спасли,
Минем слоту юдольных зеленей.

Хоть виждите сейчас, ангелки,
Как над тортами нощность пылает,
Как лепные камор потолки
Всепорфирный туман застилает.

XXXII

Ночь июльских цветов холодна,
Разливайся, вишневая млечность,
Мы в тенетах юдольного сна
Вдов колодных следим червотечность.

По челам нашим цветь совели,
Ангелков ли встречают гиады,
Меловницы хотя бы нашли –
Тьмой белить ханаанские сады.

Но еще во бесславие сех,
Кто с демонами здесь веселится,
Преалкая, о млечных власех
Наших мирра венечно затлится.

XXXIII

Сукровичные вишни столы
Всеиюльские днесь украшают,
Иудицы еще веселы,
Променады еще совершают.

Ах, знаком аонидам сей вкус,
Мы у Ирода их ли вкушали,
Ах, корицы иль терпкий мускус
Нам бессмертия грезы внушали.

Где и вишен кровавая цветь,
Где июля тенета златые,
Виждь – одне и остались тлееть
Апронахи, звездами свитые.

XXXIV

И восплачут музыки, теней
Соваянья и вершники ада
Будут нощи вифанской темней,
Станут млечными призраки сада.

Не ждали нас обручницы тьмы,
Не искали матруны честные,
Это мы, это, Господе, мы
Барву льем в рамена ледяные.

И еще под кимвал и цевниц
Скорбный плач расточится зефирность,
И сквозь мертвую роскошь цветниц,
Сквозь остье мы соявим порфирность.

XXXV

Нас рифмовницы вечности чтят,
В хоры звезд и альбомы смотрятся,
Где томительно мимо летят
Ангелки и о сенях корятся.

Вновь смертливые осы быстры,
Феи ада нещаднее Парок,
Мы вседержные эти миры
Обогнем, восточаясь меж арок.

Но крушницею битых скульптур
Полн тезаурус – мертвый рифмовник,
И лишь чтицы с пустых верхотур
Нам собросят увядший терновник.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 18.02.2022 в 12:35
silverpoetryДата: Суббота, 26.02.2022, 11:57 | Сообщение # 214
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXVI


Локны вдовых гиад высоки,
Пудры ярки, белы кринолины,
Жадно ловят арму парики,
Се их бал, здесь ли тень Мессалины.

Ночь истлеет алмазной иглой,
Иды фижмы злопышные снимут,
И крушницы оденутся мглой,
Сколь чермы и бессмертие имут.

И начинут оне преследить
За винтажем царевен успенных,
И лафитники чернью сводить
Ледяной – со подвальниц склепенных.

XXXVII

Нанесут ангелочки емин,
Столы выведут мглой золотою,
Прелия небоимный кармин,
Мы явимся когортой святою.

Пурпур ветхий с ланит сотечет,
Нас узнают опять юродные,
Их ли эта порфирность влечет
Во тенета цветниц ледяные.

И тогда из фамильных аллей,
Из юдольности нашей эфирной
Мы протянем им барву лилей,
Яко желть и бывает порфирной.

XXXVIII

По кровавым серветкам вино
Истечет на златые фарфоры,
Что и петь, мы немолвны давно,
Лей, Урания, млечность в амфоры.

Вновь листают камены альбом,
Темной миррою пусть воссладятся,
А у каждого гоя над лбом
Тлеет мгла и окарины рдятся.

Знай, Иосифе, барву письма,
Одиноких скитальцев мученья,
Всяку днесь положенны тесьма
Круг чела и туман золоченья.

XXXIX

Тушью выведем емину мглы,
Присно ль ангелы нам потакали,
Несть букетники роз на столы,
Яко млечность оне преалкали.

Мы лишь сами цветочниц темней,
Августовскою мглой сомраченных,
Полнят сад хороводы теней,
Чадным воском целят нереченных.

Виждь, Господе, хотя бы сквозь цветь
Чернокрасную, сквозь багряницы,
Как и тщатся еще огневеть
Сеи в траурном воске цветницы.

XXXX

Колоннады пустые легки,
Прячет сводность ли Ид червотечных,
Мимо нетей летят ангелки,
Мимо битых скульптурниц увечных.

Ирод-царь, совели ж искушать
Пировые столы, ах, купажи
Пусть армою пьянят, чтоб вкушать
Нощно их, пусть не мчат экипажи.

Где волшебные флейты звучат
И распевные вдовы мелятся,
Нас камены по хвое влачат
И юродные зло веселятся.
 
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXVI


Локны вдовых гиад высоки,
Пудры ярки, белы кринолины,
Жадно ловят арму парики,
Се их бал, здесь ли тень Мессалины.

Ночь истлеет алмазной иглой,
Иды фижмы злопышные снимут,
И крушницы оденутся мглой,
Сколь чермы и бессмертие имут.

И начинут оне преследить
За винтажем царевен успенных,
И лафитники чернью сводить
Ледяной – со подвальниц склепенных.

XXXVII

Нанесут ангелочки емин,
Столы выведут мглой золотою,
Прелия небоимный кармин,
Мы явимся когортой святою.

Пурпур ветхий с ланит сотечет,
Нас узнают опять юродные,
Их ли эта порфирность влечет
Во тенета цветниц ледяные.

И тогда из фамильных аллей,
Из юдольности нашей эфирной
Мы протянем им барву лилей,
Яко желть и бывает порфирной.

XXXVIII

По кровавым серветкам вино
Истечет на златые фарфоры,
Что и петь, мы немолвны давно,
Лей, Урания, млечность в амфоры.

Вновь листают камены альбом,
Темной миррою пусть воссладятся,
А у каждого гоя над лбом
Тлеет мгла и окарины рдятся.

Знай, Иосифе, барву письма,
Одиноких скитальцев мученья,
Всяку днесь положенны тесьма
Круг чела и туман золоченья.

XXXIX

Тушью выведем емину мглы,
Присно ль ангелы нам потакали,
Несть букетники роз на столы,
Яко млечность оне преалкали.

Мы лишь сами цветочниц темней,
Августовскою мглой сомраченных,
Полнят сад хороводы теней,
Чадным воском целят нереченных.

Виждь, Господе, хотя бы сквозь цветь
Чернокрасную, сквозь багряницы,
Как и тщатся еще огневеть
Сеи в траурном воске цветницы.

XXXX

Колоннады пустые легки,
Прячет сводность ли Ид червотечных,
Мимо нетей летят ангелки,
Мимо битых скульптурниц увечных.

Ирод-царь, совели ж искушать
Пировые столы, ах, купажи
Пусть армою пьянят, чтоб вкушать
Нощно их, пусть не мчат экипажи.

Где волшебные флейты звучат
И распевные вдовы мелятся,
Нас камены по хвое влачат
И юродные зло веселятся.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 26.02.2022 в 11:57
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXVI


Локны вдовых гиад высоки,
Пудры ярки, белы кринолины,
Жадно ловят арму парики,
Се их бал, здесь ли тень Мессалины.

Ночь истлеет алмазной иглой,
Иды фижмы злопышные снимут,
И крушницы оденутся мглой,
Сколь чермы и бессмертие имут.

И начинут оне преследить
За винтажем царевен успенных,
И лафитники чернью сводить
Ледяной – со подвальниц склепенных.

XXXVII

Нанесут ангелочки емин,
Столы выведут мглой золотою,
Прелия небоимный кармин,
Мы явимся когортой святою.

Пурпур ветхий с ланит сотечет,
Нас узнают опять юродные,
Их ли эта порфирность влечет
Во тенета цветниц ледяные.

И тогда из фамильных аллей,
Из юдольности нашей эфирной
Мы протянем им барву лилей,
Яко желть и бывает порфирной.

XXXVIII

По кровавым серветкам вино
Истечет на златые фарфоры,
Что и петь, мы немолвны давно,
Лей, Урания, млечность в амфоры.

Вновь листают камены альбом,
Темной миррою пусть воссладятся,
А у каждого гоя над лбом
Тлеет мгла и окарины рдятся.

Знай, Иосифе, барву письма,
Одиноких скитальцев мученья,
Всяку днесь положенны тесьма
Круг чела и туман золоченья.

XXXIX

Тушью выведем емину мглы,
Присно ль ангелы нам потакали,
Несть букетники роз на столы,
Яко млечность оне преалкали.

Мы лишь сами цветочниц темней,
Августовскою мглой сомраченных,
Полнят сад хороводы теней,
Чадным воском целят нереченных.

Виждь, Господе, хотя бы сквозь цветь
Чернокрасную, сквозь багряницы,
Как и тщатся еще огневеть
Сеи в траурном воске цветницы.

XXXX

Колоннады пустые легки,
Прячет сводность ли Ид червотечных,
Мимо нетей летят ангелки,
Мимо битых скульптурниц увечных.

Ирод-царь, совели ж искушать
Пировые столы, ах, купажи
Пусть армою пьянят, чтоб вкушать
Нощно их, пусть не мчат экипажи.

Где волшебные флейты звучат
И распевные вдовы мелятся,
Нас камены по хвое влачат
И юродные зло веселятся.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 26.02.2022 в 11:57
silverpoetryДата: Пятница, 04.03.2022, 21:47 | Сообщение # 215
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXXI


Ночь-царица чудесно тиха,
Ныне ангелам суща беспечность,
Фей небес в золотые меха
Одевает холодная млечность.

Прекричим ли, Господе, пеять
Не велят царичам убиенным,
И начинем тогда вопиять
С темных ярусов к мглой осененным.

Будет стол антикварный всепуст,
Ангелки нас окликнут со хоров,
И лишь барва польется из уст
На винтажи кровавых фарфоров.

XXXXII

Пудры тусклые нощно горят,
Золоты перманенты у ведем,
Нас ли ангелы неб укорят,
Мы от гоев сейчас не уедем.

Пред Гекатой разбилась в куски
Ночи сводность, и где минареты,
Боги Ада одне высоки,
К нети мчат нашей славы кареты.

Бал юдиц неумолчен, оне,
Содрогаясь, над миррою веют
Злато пудр и о темном огне
С хладным воском цветов багровеют.

XXXXIII

Как пылают еще зеркала,
Тюль меловый таит соваянья,
Се юдоль и незвездная мгла,
Паче вишен Гекаты даянья.

Пей холодное брашно, август,
Все твои юровые расцветки,
Аониды ль из пламенных уст
Яд прелили в ночные серветки.

Поманит нас еще Вифлеем –
И альбомы со цветию спрячем,
Узрит нощь, как исчадно тлеем,
Как над миррой и вишнями плачем.

XXXXIV

Темной слотой вифанских стольниц
Мы и дышим, каждение наше
Стоит звезд и ночных багряниц,
Стоит восков, тисненых по чаше.

Царствуй, мгла Иудеи, равно
Мы не к эти столам оглашенны,
Пусть лиют данаиды вино,
Пусть и будут пиры совершенны.

Бледный отрок со млечной тесьмой
На челе как явится – узрите,
Сколь траурно мы взнесены тьмой,
Сколь исчадно тлеем в лазурите.

XXXXV

Серебристая тушь у менин
Всеволшебна, ланит перманенты
Снов белей, это рай именин,
Майский день, в сердце льющий дьяменты.

Битый мрамор фамильный почтим,
Нас еще Мельпомена услышит,
Мы еще умирать не хотим,
Не бессмертие ль трауром дышит.

Как и слотные дышат сады
Хмелем неб и охладною сенью
Темных цитрий, где падшей Звезды
Червность кажет пути к неспасенью.
 
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXXI


Ночь-царица чудесно тиха,
Ныне ангелам суща беспечность,
Фей небес в золотые меха
Одевает холодная млечность.

Прекричим ли, Господе, пеять
Не велят царичам убиенным,
И начинем тогда вопиять
С темных ярусов к мглой осененным.

Будет стол антикварный всепуст,
Ангелки нас окликнут со хоров,
И лишь барва польется из уст
На винтажи кровавых фарфоров.

XXXXII

Пудры тусклые нощно горят,
Золоты перманенты у ведем,
Нас ли ангелы неб укорят,
Мы от гоев сейчас не уедем.

Пред Гекатой разбилась в куски
Ночи сводность, и где минареты,
Боги Ада одне высоки,
К нети мчат нашей славы кареты.

Бал юдиц неумолчен, оне,
Содрогаясь, над миррою веют
Злато пудр и о темном огне
С хладным воском цветов багровеют.

XXXXIII

Как пылают еще зеркала,
Тюль меловый таит соваянья,
Се юдоль и незвездная мгла,
Паче вишен Гекаты даянья.

Пей холодное брашно, август,
Все твои юровые расцветки,
Аониды ль из пламенных уст
Яд прелили в ночные серветки.

Поманит нас еще Вифлеем –
И альбомы со цветию спрячем,
Узрит нощь, как исчадно тлеем,
Как над миррой и вишнями плачем.

XXXXIV

Темной слотой вифанских стольниц
Мы и дышим, каждение наше
Стоит звезд и ночных багряниц,
Стоит восков, тисненых по чаше.

Царствуй, мгла Иудеи, равно
Мы не к эти столам оглашенны,
Пусть лиют данаиды вино,
Пусть и будут пиры совершенны.

Бледный отрок со млечной тесьмой
На челе как явится – узрите,
Сколь траурно мы взнесены тьмой,
Сколь исчадно тлеем в лазурите.

XXXXV

Серебристая тушь у менин
Всеволшебна, ланит перманенты
Снов белей, это рай именин,
Майский день, в сердце льющий дьяменты.

Битый мрамор фамильный почтим,
Нас еще Мельпомена услышит,
Мы еще умирать не хотим,
Не бессмертие ль трауром дышит.

Как и слотные дышат сады
Хмелем неб и охладною сенью
Темных цитрий, где падшей Звезды
Червность кажет пути к неспасенью.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 04.03.2022 в 21:47
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXXI


Ночь-царица чудесно тиха,
Ныне ангелам суща беспечность,
Фей небес в золотые меха
Одевает холодная млечность.

Прекричим ли, Господе, пеять
Не велят царичам убиенным,
И начинем тогда вопиять
С темных ярусов к мглой осененным.

Будет стол антикварный всепуст,
Ангелки нас окликнут со хоров,
И лишь барва польется из уст
На винтажи кровавых фарфоров.

XXXXII

Пудры тусклые нощно горят,
Золоты перманенты у ведем,
Нас ли ангелы неб укорят,
Мы от гоев сейчас не уедем.

Пред Гекатой разбилась в куски
Ночи сводность, и где минареты,
Боги Ада одне высоки,
К нети мчат нашей славы кареты.

Бал юдиц неумолчен, оне,
Содрогаясь, над миррою веют
Злато пудр и о темном огне
С хладным воском цветов багровеют.

XXXXIII

Как пылают еще зеркала,
Тюль меловый таит соваянья,
Се юдоль и незвездная мгла,
Паче вишен Гекаты даянья.

Пей холодное брашно, август,
Все твои юровые расцветки,
Аониды ль из пламенных уст
Яд прелили в ночные серветки.

Поманит нас еще Вифлеем –
И альбомы со цветию спрячем,
Узрит нощь, как исчадно тлеем,
Как над миррой и вишнями плачем.

XXXXIV

Темной слотой вифанских стольниц
Мы и дышим, каждение наше
Стоит звезд и ночных багряниц,
Стоит восков, тисненых по чаше.

Царствуй, мгла Иудеи, равно
Мы не к эти столам оглашенны,
Пусть лиют данаиды вино,
Пусть и будут пиры совершенны.

Бледный отрок со млечной тесьмой
На челе как явится – узрите,
Сколь траурно мы взнесены тьмой,
Сколь исчадно тлеем в лазурите.

XXXXV

Серебристая тушь у менин
Всеволшебна, ланит перманенты
Снов белей, это рай именин,
Майский день, в сердце льющий дьяменты.

Битый мрамор фамильный почтим,
Нас еще Мельпомена услышит,
Мы еще умирать не хотим,
Не бессмертие ль трауром дышит.

Как и слотные дышат сады
Хмелем неб и охладною сенью
Темных цитрий, где падшей Звезды
Червность кажет пути к неспасенью.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 04.03.2022 в 21:47
silverpoetryДата: Четверг, 10.03.2022, 15:02 | Сообщение # 216
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXXVI


Нимфы августа яства несут
Ко столам, блещут вина сурьмою,
Яко агнцев блаженных спасут,
О звездах мы приидем гурмою.

Льется пир отходной, сколь полны
Все начинья сие и всещедры,
Что и ждать фаворитов Луны,
Возлетайтесь, корицы и цедры.

Всё еще юды тщатся зазвать
Нас к столовию, воски свечные
Мглой тисня, всё бегут укрывать
Бледных юношей в тьмы ледяные.

XXXXVII

И еще накрывают столы
Феи ночи и путники ада,
И юдицы опять веселы
В пировых нетлеенного Сада.

Это демоны Геллы поют,
Чу, оне ль нас теперь отпевают,
И толкутся, и алчно снуют
Круг емин, и еще пировают.

Мы одне в елеонских садах,
Ночь пуста, се безсмертие наше,
Восстоим о юдольных звездах,
На фарфор диаментность лияше.

XXXXVIII

Ночь меловниц успенных пьянит,
Бледный морок над тьмой нависает,
Кто живой, кто еще именит,
Отзовись, гоев хмель и спасает.

И слетят с хоров неб ангелки,
Царе, виждь мир теней совершенных,
Мы и сами были высоки,
Нас алкали пиры оглашенных.

Днесь точится в незвездность арак,
Блещут небы, сияя лучами,
Где и льется томительный мрак
На столы, превитые свечами.

XXXXIX

Плачьте, плачьте, камены о сех
Бедных рыцарях нощной юдоли,
Со восковьем о тонких власех
И звездами таящих уголи.

Всетрапезные эти столы
Ожидают иных постояльцев,
Геть, юдицы, алкать, веселы
Яко вы без мраморных скитальцев.

Очеса наши присно темны,
И стоим, и виньеты ломаем,
В коих к мраморной мгле взнесены
Прекаждящим над цветию маем.

L

По челам ли серебро ведут,
Это воск ли пасхалов точащих,
Суе ангели нас и блюдут,
Не спасти, не спасти премолчащих.

Ночь июля – се ночь цветников,
Се, тянутся оне к багряницам,
Сколь царевны впорхнули в альков,
Станет млечности нищим блудницам.

Виждь, Господе, хотя юродных,
Виждь хотя сквозь цветочные течи,
Как из наших перстов ледяных
Совивают меловые свечи.
 
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXXVI


Нимфы августа яства несут
Ко столам, блещут вина сурьмою,
Яко агнцев блаженных спасут,
О звездах мы приидем гурмою.

Льется пир отходной, сколь полны
Все начинья сие и всещедры,
Что и ждать фаворитов Луны,
Возлетайтесь, корицы и цедры.

Всё еще юды тщатся зазвать
Нас к столовию, воски свечные
Мглой тисня, всё бегут укрывать
Бледных юношей в тьмы ледяные.

XXXXVII

И еще накрывают столы
Феи ночи и путники ада,
И юдицы опять веселы
В пировых нетлеенного Сада.

Это демоны Геллы поют,
Чу, оне ль нас теперь отпевают,
И толкутся, и алчно снуют
Круг емин, и еще пировают.

Мы одне в елеонских садах,
Ночь пуста, се безсмертие наше,
Восстоим о юдольных звездах,
На фарфор диаментность лияше.

XXXXVIII

Ночь меловниц успенных пьянит,
Бледный морок над тьмой нависает,
Кто живой, кто еще именит,
Отзовись, гоев хмель и спасает.

И слетят с хоров неб ангелки,
Царе, виждь мир теней совершенных,
Мы и сами были высоки,
Нас алкали пиры оглашенных.

Днесь точится в незвездность арак,
Блещут небы, сияя лучами,
Где и льется томительный мрак
На столы, превитые свечами.

XXXXIX

Плачьте, плачьте, камены о сех
Бедных рыцарях нощной юдоли,
Со восковьем о тонких власех
И звездами таящих уголи.

Всетрапезные эти столы
Ожидают иных постояльцев,
Геть, юдицы, алкать, веселы
Яко вы без мраморных скитальцев.

Очеса наши присно темны,
И стоим, и виньеты ломаем,
В коих к мраморной мгле взнесены
Прекаждящим над цветию маем.

L

По челам ли серебро ведут,
Это воск ли пасхалов точащих,
Суе ангели нас и блюдут,
Не спасти, не спасти премолчащих.

Ночь июля – се ночь цветников,
Се, тянутся оне к багряницам,
Сколь царевны впорхнули в альков,
Станет млечности нищим блудницам.

Виждь, Господе, хотя юродных,
Виждь хотя сквозь цветочные течи,
Как из наших перстов ледяных
Совивают меловые свечи.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 10.03.2022 в 15:02
СообщениеЯков Есепкин

Сангины мертвых царевен

XXXXVI


Нимфы августа яства несут
Ко столам, блещут вина сурьмою,
Яко агнцев блаженных спасут,
О звездах мы приидем гурмою.

Льется пир отходной, сколь полны
Все начинья сие и всещедры,
Что и ждать фаворитов Луны,
Возлетайтесь, корицы и цедры.

Всё еще юды тщатся зазвать
Нас к столовию, воски свечные
Мглой тисня, всё бегут укрывать
Бледных юношей в тьмы ледяные.

XXXXVII

И еще накрывают столы
Феи ночи и путники ада,
И юдицы опять веселы
В пировых нетлеенного Сада.

Это демоны Геллы поют,
Чу, оне ль нас теперь отпевают,
И толкутся, и алчно снуют
Круг емин, и еще пировают.

Мы одне в елеонских садах,
Ночь пуста, се безсмертие наше,
Восстоим о юдольных звездах,
На фарфор диаментность лияше.

XXXXVIII

Ночь меловниц успенных пьянит,
Бледный морок над тьмой нависает,
Кто живой, кто еще именит,
Отзовись, гоев хмель и спасает.

И слетят с хоров неб ангелки,
Царе, виждь мир теней совершенных,
Мы и сами были высоки,
Нас алкали пиры оглашенных.

Днесь точится в незвездность арак,
Блещут небы, сияя лучами,
Где и льется томительный мрак
На столы, превитые свечами.

XXXXIX

Плачьте, плачьте, камены о сех
Бедных рыцарях нощной юдоли,
Со восковьем о тонких власех
И звездами таящих уголи.

Всетрапезные эти столы
Ожидают иных постояльцев,
Геть, юдицы, алкать, веселы
Яко вы без мраморных скитальцев.

Очеса наши присно темны,
И стоим, и виньеты ломаем,
В коих к мраморной мгле взнесены
Прекаждящим над цветию маем.

L

По челам ли серебро ведут,
Это воск ли пасхалов точащих,
Суе ангели нас и блюдут,
Не спасти, не спасти премолчащих.

Ночь июля – се ночь цветников,
Се, тянутся оне к багряницам,
Сколь царевны впорхнули в альков,
Станет млечности нищим блудницам.

Виждь, Господе, хотя юродных,
Виждь хотя сквозь цветочные течи,
Как из наших перстов ледяных
Совивают меловые свечи.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 10.03.2022 в 15:02
silverpoetryДата: Четверг, 17.03.2022, 11:52 | Сообщение # 217
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Эфемериды

I


Тени Лувра, летите сюда,
Мы стенаем в цветах Сеннаара,
Темен мрамр иль сиянна Звезда,
Прелилась наднебесная чара.

От порфировых этих сильфид
Все белы, яко вишни любили,
Потчевали лепных аонид,
Хоть венчайте небесностью шпили.

Утром томным восплачет Эдель,
Роз ко статуям вынесет млечность,
И с кровавыми гипсами эль
Допиют ангелки – за увечность.

II

Ночи огненный ярусник нем,
Дышит маем течение Леты,
Сводность царства Аида минем,
Се и ангелей неб пируэты.

Византея, сияй и гори,
Ненавистны святые Отчизне,
Мы были всеземные цари
И в комодной побитой старизне.

Виждь, Господь, со рубиновой мглы,
Как еще юродные смеются,
Где исцвечены кровью столы
И на остия вина лиются.

III

Льет юдоль молодое вино,
Ах, мучения наши подавны,
Тще ль искать золотое руно,
Вспели гоев небесные фавны.

Чу, смертливые осы летят,
Нас покоя оне возлишают,
Спит и Шервуд, разбойно свистят
Лишь соловки и вдов оглашают.

Век успенных боялись певцов
Эти вдовы под миррою течной,
Се и зрят нас без ярких венцов
На челах, битых оспою млечной.

IV

Сердце ангела – шелк совитой
И о чадах оно престенает,
Наш атрамент эфирный, златой
Волн тоскливей и ангелов знает.

Пусть демоны гиад веселят,
Пусть надеждою тешат юродных,
В нас еще царствий феи вселят
Звезды неб, млечность граций холодных.

Чайки Бога слетятся ль к пустым
Берегам тихой Леты, мерцая
Опереньем своем золотым,
Чтоб гореть, мглу скульптур восклицая.

V

Ядовитые шелки сильфид
Геба ветошью звездной овеет,
Влечь безумных к столам аонид,
Мел их лядвий пускай багровеет.

Что, Иосиф, невесел, царей
Не любила толпа и во тлене,
Императорских спален Борей
Отдал мглу нежноокой Селене.

Углич, Рим ли оплачет сие
Неболожество, с Эос матроны
В мрамор наше вобьют остие –
И чермные сонимем короны.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».
 
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

I


Тени Лувра, летите сюда,
Мы стенаем в цветах Сеннаара,
Темен мрамр иль сиянна Звезда,
Прелилась наднебесная чара.

От порфировых этих сильфид
Все белы, яко вишни любили,
Потчевали лепных аонид,
Хоть венчайте небесностью шпили.

Утром томным восплачет Эдель,
Роз ко статуям вынесет млечность,
И с кровавыми гипсами эль
Допиют ангелки – за увечность.

II

Ночи огненный ярусник нем,
Дышит маем течение Леты,
Сводность царства Аида минем,
Се и ангелей неб пируэты.

Византея, сияй и гори,
Ненавистны святые Отчизне,
Мы были всеземные цари
И в комодной побитой старизне.

Виждь, Господь, со рубиновой мглы,
Как еще юродные смеются,
Где исцвечены кровью столы
И на остия вина лиются.

III

Льет юдоль молодое вино,
Ах, мучения наши подавны,
Тще ль искать золотое руно,
Вспели гоев небесные фавны.

Чу, смертливые осы летят,
Нас покоя оне возлишают,
Спит и Шервуд, разбойно свистят
Лишь соловки и вдов оглашают.

Век успенных боялись певцов
Эти вдовы под миррою течной,
Се и зрят нас без ярких венцов
На челах, битых оспою млечной.

IV

Сердце ангела – шелк совитой
И о чадах оно престенает,
Наш атрамент эфирный, златой
Волн тоскливей и ангелов знает.

Пусть демоны гиад веселят,
Пусть надеждою тешат юродных,
В нас еще царствий феи вселят
Звезды неб, млечность граций холодных.

Чайки Бога слетятся ль к пустым
Берегам тихой Леты, мерцая
Опереньем своем золотым,
Чтоб гореть, мглу скульптур восклицая.

V

Ядовитые шелки сильфид
Геба ветошью звездной овеет,
Влечь безумных к столам аонид,
Мел их лядвий пускай багровеет.

Что, Иосиф, невесел, царей
Не любила толпа и во тлене,
Императорских спален Борей
Отдал мглу нежноокой Селене.

Углич, Рим ли оплачет сие
Неболожество, с Эос матроны
В мрамор наше вобьют остие –
И чермные сонимем короны.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 17.03.2022 в 11:52
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

I


Тени Лувра, летите сюда,
Мы стенаем в цветах Сеннаара,
Темен мрамр иль сиянна Звезда,
Прелилась наднебесная чара.

От порфировых этих сильфид
Все белы, яко вишни любили,
Потчевали лепных аонид,
Хоть венчайте небесностью шпили.

Утром томным восплачет Эдель,
Роз ко статуям вынесет млечность,
И с кровавыми гипсами эль
Допиют ангелки – за увечность.

II

Ночи огненный ярусник нем,
Дышит маем течение Леты,
Сводность царства Аида минем,
Се и ангелей неб пируэты.

Византея, сияй и гори,
Ненавистны святые Отчизне,
Мы были всеземные цари
И в комодной побитой старизне.

Виждь, Господь, со рубиновой мглы,
Как еще юродные смеются,
Где исцвечены кровью столы
И на остия вина лиются.

III

Льет юдоль молодое вино,
Ах, мучения наши подавны,
Тще ль искать золотое руно,
Вспели гоев небесные фавны.

Чу, смертливые осы летят,
Нас покоя оне возлишают,
Спит и Шервуд, разбойно свистят
Лишь соловки и вдов оглашают.

Век успенных боялись певцов
Эти вдовы под миррою течной,
Се и зрят нас без ярких венцов
На челах, битых оспою млечной.

IV

Сердце ангела – шелк совитой
И о чадах оно престенает,
Наш атрамент эфирный, златой
Волн тоскливей и ангелов знает.

Пусть демоны гиад веселят,
Пусть надеждою тешат юродных,
В нас еще царствий феи вселят
Звезды неб, млечность граций холодных.

Чайки Бога слетятся ль к пустым
Берегам тихой Леты, мерцая
Опереньем своем золотым,
Чтоб гореть, мглу скульптур восклицая.

V

Ядовитые шелки сильфид
Геба ветошью звездной овеет,
Влечь безумных к столам аонид,
Мел их лядвий пускай багровеет.

Что, Иосиф, невесел, царей
Не любила толпа и во тлене,
Императорских спален Борей
Отдал мглу нежноокой Селене.

Углич, Рим ли оплачет сие
Неболожество, с Эос матроны
В мрамор наше вобьют остие –
И чермные сонимем короны.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 17.03.2022 в 11:52
silverpoetryДата: Суббота, 26.03.2022, 12:13 | Сообщение # 218
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Эфемериды

VI


Феи тьмы ангелочков не чтут,
Аваддон им внушает беспечность,
А ночных ли певцов и сочтут,
Паче сводности мирры истечность.

Низлетим с хоров млечных к столам—
Хлебы тлить цветом ночи холодным,
Чтоб юдицы, таясь по углам,
Вняли флейтам волшебно-рапсодным.

И Господе превидит благих
Нетей пленников, чад убиенных
В темной слоте божниц дорогих
И за патиной неб всетлеенных.

VII

Разве небо и чтило нефрит,
Наши перстни хладят одалисок,
Меловица рябая горит
На гетерах и яде ирисок.

Антиквары блажные, столы,
Веселясь, накрывайте парчами,
Вейся, нощь, где с блядями юлы
Содомитскими грезят ночами.

Это мы ль, Иокаста, следим
Балы антики меркнущим взором,
Вечность пьем и тюльпаны ядим,
И хвалимся небесным позором.

VIII

Лучшим -- терние выцветших неб,
Пламень роз иль августа холодность,
Жизни стоит всемаковый хлеб,
Кто немолвен, внимай богородность.

Парки грезили век об ином,
Только светочей Энн пожалеет,
Спит Эмилия тягостным сном,
Базель мертвое чадо лелеет.

Нас боялись и с чернью в устах,
Обрамленных вифанской беленой,
Иды мел угасят: на перстах
Мгла завьется кровавою пеной.

IX

В Одеоне зерцала тускней
Арабийских морган, веселятся
Хороводы печальных теней,
Дольше века литании длятся.

Нас взыскует порфировый сад,
Молодые шелковые узы,
Что Гекате сияющий Ад,
Надевай всекровавые блузы.

Станет август детей обольщать,
Бледных чад, кружевниц благовонных –
И начнем юродиво кричать
Меж опалых алмазов червонных.

X

Ночи одницы нас ли и ждут,
Мы еще слог чудесный внимаем,
К лицам каморным нашим идут
Звезды неб – их перстами снимаем.

Ночь, Геката, для од создана,
Ах, оне лишь светил тяжелее,
Бить начинье царица вольна,
А скульптурность юнид ей милее.

По мраморному глянцу обсид
Ангелки прелетят, низвергаяясь
И кляня фижмы пляшущих Ид,
И во черни остий содрогаясь.
 
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

VI


Феи тьмы ангелочков не чтут,
Аваддон им внушает беспечность,
А ночных ли певцов и сочтут,
Паче сводности мирры истечность.

Низлетим с хоров млечных к столам—
Хлебы тлить цветом ночи холодным,
Чтоб юдицы, таясь по углам,
Вняли флейтам волшебно-рапсодным.

И Господе превидит благих
Нетей пленников, чад убиенных
В темной слоте божниц дорогих
И за патиной неб всетлеенных.

VII

Разве небо и чтило нефрит,
Наши перстни хладят одалисок,
Меловица рябая горит
На гетерах и яде ирисок.

Антиквары блажные, столы,
Веселясь, накрывайте парчами,
Вейся, нощь, где с блядями юлы
Содомитскими грезят ночами.

Это мы ль, Иокаста, следим
Балы антики меркнущим взором,
Вечность пьем и тюльпаны ядим,
И хвалимся небесным позором.

VIII

Лучшим -- терние выцветших неб,
Пламень роз иль августа холодность,
Жизни стоит всемаковый хлеб,
Кто немолвен, внимай богородность.

Парки грезили век об ином,
Только светочей Энн пожалеет,
Спит Эмилия тягостным сном,
Базель мертвое чадо лелеет.

Нас боялись и с чернью в устах,
Обрамленных вифанской беленой,
Иды мел угасят: на перстах
Мгла завьется кровавою пеной.

IX

В Одеоне зерцала тускней
Арабийских морган, веселятся
Хороводы печальных теней,
Дольше века литании длятся.

Нас взыскует порфировый сад,
Молодые шелковые узы,
Что Гекате сияющий Ад,
Надевай всекровавые блузы.

Станет август детей обольщать,
Бледных чад, кружевниц благовонных –
И начнем юродиво кричать
Меж опалых алмазов червонных.

X

Ночи одницы нас ли и ждут,
Мы еще слог чудесный внимаем,
К лицам каморным нашим идут
Звезды неб – их перстами снимаем.

Ночь, Геката, для од создана,
Ах, оне лишь светил тяжелее,
Бить начинье царица вольна,
А скульптурность юнид ей милее.

По мраморному глянцу обсид
Ангелки прелетят, низвергаяясь
И кляня фижмы пляшущих Ид,
И во черни остий содрогаясь.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 26.03.2022 в 12:13
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

VI


Феи тьмы ангелочков не чтут,
Аваддон им внушает беспечность,
А ночных ли певцов и сочтут,
Паче сводности мирры истечность.

Низлетим с хоров млечных к столам—
Хлебы тлить цветом ночи холодным,
Чтоб юдицы, таясь по углам,
Вняли флейтам волшебно-рапсодным.

И Господе превидит благих
Нетей пленников, чад убиенных
В темной слоте божниц дорогих
И за патиной неб всетлеенных.

VII

Разве небо и чтило нефрит,
Наши перстни хладят одалисок,
Меловица рябая горит
На гетерах и яде ирисок.

Антиквары блажные, столы,
Веселясь, накрывайте парчами,
Вейся, нощь, где с блядями юлы
Содомитскими грезят ночами.

Это мы ль, Иокаста, следим
Балы антики меркнущим взором,
Вечность пьем и тюльпаны ядим,
И хвалимся небесным позором.

VIII

Лучшим -- терние выцветших неб,
Пламень роз иль августа холодность,
Жизни стоит всемаковый хлеб,
Кто немолвен, внимай богородность.

Парки грезили век об ином,
Только светочей Энн пожалеет,
Спит Эмилия тягостным сном,
Базель мертвое чадо лелеет.

Нас боялись и с чернью в устах,
Обрамленных вифанской беленой,
Иды мел угасят: на перстах
Мгла завьется кровавою пеной.

IX

В Одеоне зерцала тускней
Арабийских морган, веселятся
Хороводы печальных теней,
Дольше века литании длятся.

Нас взыскует порфировый сад,
Молодые шелковые узы,
Что Гекате сияющий Ад,
Надевай всекровавые блузы.

Станет август детей обольщать,
Бледных чад, кружевниц благовонных –
И начнем юродиво кричать
Меж опалых алмазов червонных.

X

Ночи одницы нас ли и ждут,
Мы еще слог чудесный внимаем,
К лицам каморным нашим идут
Звезды неб – их перстами снимаем.

Ночь, Геката, для од создана,
Ах, оне лишь светил тяжелее,
Бить начинье царица вольна,
А скульптурность юнид ей милее.

По мраморному глянцу обсид
Ангелки прелетят, низвергаяясь
И кляня фижмы пляшущих Ид,
И во черни остий содрогаясь.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 26.03.2022 в 12:13
silverpoetryДата: Суббота, 02.04.2022, 10:36 | Сообщение # 219
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Эфемериды

XI

Нас, Господе, следи в барве неб,
Ангелки мимо чад излетели,
Всепорфирный точащийся хлеб
Сочерствел, мы его прехотели.

А и туне сейчас вопиять,
Над брегами летейскими рдиться,
И алеять, и молча стоять,
Гои нас будут вечно стыдиться.

С темной миррой юдицы одне
К нам и льнут, и серебро лелеют,
И во млечном холодном огне
За колонницей мертвенно тлеют.

XII

Змеи тирские хмель овиют,
Кора свечками пурпур уставит,
Нас ужель четверговки убьют,
Кто и с вечностью ныне лукавит.

Полны столы начиний пустых,
Ничего, соливайте, гияды,
Вин мускусность еще золотых,
Не царевнам ли чествовать яды.

Камор звезды мирволили нам,
Присно будем во сех оявляться
Гранях млечных, где бьют по стенам
Тени роз и вселожно бояться.

XIII

Где, июль, тестовые сурьмы,
Брашно сладкое, с вишней рейнвейны,
Бел Эдем и меловые тьмы,
А принцессы одне темновейны.

Жизнь цвела и сребрилась, но вот
Лишь желтки и горят в сей остуде,
Алчно змеи обсели кивот,
Зло виются мокрицы на блюде.

Яко звезды бессмертие чтут,
Златоустов камены читают,
Пусть хотя ли убитых сочтут –
Все венцы наши червно блистают.

XIV

Звезды чтили успенных, цемент,
Гипс иль глину исторгнут дыхницы,
Обнажится еще диамент
И за сим, паче уст багряницы.

Темный мрамор июньских аллей
Нагоняет печаль вековую,
Кто умел горевать, веселей,
Точат спящим виньету живую.

И начиние сбилось, хлебы
Суе мертвые тьмы украшали,
Всё опять нецелованны лбы –
Мы лишь звездностью присно дышали.

XV

Лишь в июне сордится оцвет,
Из черемух вспорхнут махаоны,
И укажем небесный корвет
С золотыми тенями Вероны.

Сколь юдицы нас вечно блюли,
Аще их перелилась мышьячность,
Пей отраву, Цинита, юли,
Хороша и твоя небозлачность.

Цветники ли, тенета весны
Ядом жгут отравительниц сонных,
К нам тиснятся еще ложесны
Сех паскуд во шелках благовонных.
 
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

XI

Нас, Господе, следи в барве неб,
Ангелки мимо чад излетели,
Всепорфирный точащийся хлеб
Сочерствел, мы его прехотели.

А и туне сейчас вопиять,
Над брегами летейскими рдиться,
И алеять, и молча стоять,
Гои нас будут вечно стыдиться.

С темной миррой юдицы одне
К нам и льнут, и серебро лелеют,
И во млечном холодном огне
За колонницей мертвенно тлеют.

XII

Змеи тирские хмель овиют,
Кора свечками пурпур уставит,
Нас ужель четверговки убьют,
Кто и с вечностью ныне лукавит.

Полны столы начиний пустых,
Ничего, соливайте, гияды,
Вин мускусность еще золотых,
Не царевнам ли чествовать яды.

Камор звезды мирволили нам,
Присно будем во сех оявляться
Гранях млечных, где бьют по стенам
Тени роз и вселожно бояться.

XIII

Где, июль, тестовые сурьмы,
Брашно сладкое, с вишней рейнвейны,
Бел Эдем и меловые тьмы,
А принцессы одне темновейны.

Жизнь цвела и сребрилась, но вот
Лишь желтки и горят в сей остуде,
Алчно змеи обсели кивот,
Зло виются мокрицы на блюде.

Яко звезды бессмертие чтут,
Златоустов камены читают,
Пусть хотя ли убитых сочтут –
Все венцы наши червно блистают.

XIV

Звезды чтили успенных, цемент,
Гипс иль глину исторгнут дыхницы,
Обнажится еще диамент
И за сим, паче уст багряницы.

Темный мрамор июньских аллей
Нагоняет печаль вековую,
Кто умел горевать, веселей,
Точат спящим виньету живую.

И начиние сбилось, хлебы
Суе мертвые тьмы украшали,
Всё опять нецелованны лбы –
Мы лишь звездностью присно дышали.

XV

Лишь в июне сордится оцвет,
Из черемух вспорхнут махаоны,
И укажем небесный корвет
С золотыми тенями Вероны.

Сколь юдицы нас вечно блюли,
Аще их перелилась мышьячность,
Пей отраву, Цинита, юли,
Хороша и твоя небозлачность.

Цветники ли, тенета весны
Ядом жгут отравительниц сонных,
К нам тиснятся еще ложесны
Сех паскуд во шелках благовонных.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 02.04.2022 в 10:36
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

XI

Нас, Господе, следи в барве неб,
Ангелки мимо чад излетели,
Всепорфирный точащийся хлеб
Сочерствел, мы его прехотели.

А и туне сейчас вопиять,
Над брегами летейскими рдиться,
И алеять, и молча стоять,
Гои нас будут вечно стыдиться.

С темной миррой юдицы одне
К нам и льнут, и серебро лелеют,
И во млечном холодном огне
За колонницей мертвенно тлеют.

XII

Змеи тирские хмель овиют,
Кора свечками пурпур уставит,
Нас ужель четверговки убьют,
Кто и с вечностью ныне лукавит.

Полны столы начиний пустых,
Ничего, соливайте, гияды,
Вин мускусность еще золотых,
Не царевнам ли чествовать яды.

Камор звезды мирволили нам,
Присно будем во сех оявляться
Гранях млечных, где бьют по стенам
Тени роз и вселожно бояться.

XIII

Где, июль, тестовые сурьмы,
Брашно сладкое, с вишней рейнвейны,
Бел Эдем и меловые тьмы,
А принцессы одне темновейны.

Жизнь цвела и сребрилась, но вот
Лишь желтки и горят в сей остуде,
Алчно змеи обсели кивот,
Зло виются мокрицы на блюде.

Яко звезды бессмертие чтут,
Златоустов камены читают,
Пусть хотя ли убитых сочтут –
Все венцы наши червно блистают.

XIV

Звезды чтили успенных, цемент,
Гипс иль глину исторгнут дыхницы,
Обнажится еще диамент
И за сим, паче уст багряницы.

Темный мрамор июньских аллей
Нагоняет печаль вековую,
Кто умел горевать, веселей,
Точат спящим виньету живую.

И начиние сбилось, хлебы
Суе мертвые тьмы украшали,
Всё опять нецелованны лбы –
Мы лишь звездностью присно дышали.

XV

Лишь в июне сордится оцвет,
Из черемух вспорхнут махаоны,
И укажем небесный корвет
С золотыми тенями Вероны.

Сколь юдицы нас вечно блюли,
Аще их перелилась мышьячность,
Пей отраву, Цинита, юли,
Хороша и твоя небозлачность.

Цветники ли, тенета весны
Ядом жгут отравительниц сонных,
К нам тиснятся еще ложесны
Сех паскуд во шелках благовонных.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 02.04.2022 в 10:36
silverpoetryДата: Четверг, 07.04.2022, 12:13 | Сообщение # 220
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Эфемериды

XVI


Вновь оцветный томительный сок
Изливают в сервантные чаши,
Лишь Иосиф подставил висок,
Всех иных закололи апаши.

Дождались четверговки пелен
Белошелковых мускусных бязей,
Аще встанем с меловых колен,
Хоть узнают диаментных князей.

И черешни без нас прецвели,
И юдицы алкают бесстрашно
Голубое со кровью шабли,
Окаймляя подвальное брашно.

XVII

Воск пасхальный неровно горит,
Как успеть и не могут святые,
Налием в хлебы кровь-лазурит,
Яко постны столы золотые.

И сойдем, участь юдиц верша,
С хоров млечных и райской целины,
Всяка днесь иродица -- левша,
Всякой голем не жертвует глины.

Нас узнают оне по челам,
Тусклой миррой и тьмой увиенным,
И внесут эти хлебы к столам,
Чтоб воссниться купцам опоенным.

XVIII

Розы Асии нежной армой
Наднебесных царевен встречают,
Именины Чумы ли самой
Днесь пеют, нас ли ангелы чают.

Битый мрамор обсидный минем,
Зло молчат преблюстители Коры
И ея меловницы, где нем
Вечный пир и точатся фарфоры.

Цветью их расписали свечной,
Миррой тусклой свели, и Господе
Чад не узрит в смуге выписной –
Пьющих немость о славленном годе.

XIX

За сумраком вифанским таит
Неботвердь голубые фиолы,
Бледных мальчиков сонм предстоит
О садах: улетай, богомолы.

По аллеям дворцовым ли несть
Розоцветных сиреней холодность,
Аще Божие сумерки есть,
Мы узрим виноградную сводность.

Где и вился честной Аваддон,
Меж каких утешается циний,
Рдея, тусклую кровь на поддон
В пировых Иды льют со начиний.

XX

Нощность антики станем белить,
Во четверг ли от ядов очнемся,
Что и подлую чернь веселить,
Мы в родные пенаты вернемся.

Будут постные яства гореть,
Будем сами альтанок белее,
Выльем кровь на подносную мреть,
Идет камень фамильной аллее.

Сад немолчный успел оцвести,
Бьют по гипсу цветки ледяные,
И всё тусклою пудрой свести
Мел и кровь тщатся Иды хмельные.
 
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

XVI


Вновь оцветный томительный сок
Изливают в сервантные чаши,
Лишь Иосиф подставил висок,
Всех иных закололи апаши.

Дождались четверговки пелен
Белошелковых мускусных бязей,
Аще встанем с меловых колен,
Хоть узнают диаментных князей.

И черешни без нас прецвели,
И юдицы алкают бесстрашно
Голубое со кровью шабли,
Окаймляя подвальное брашно.

XVII

Воск пасхальный неровно горит,
Как успеть и не могут святые,
Налием в хлебы кровь-лазурит,
Яко постны столы золотые.

И сойдем, участь юдиц верша,
С хоров млечных и райской целины,
Всяка днесь иродица -- левша,
Всякой голем не жертвует глины.

Нас узнают оне по челам,
Тусклой миррой и тьмой увиенным,
И внесут эти хлебы к столам,
Чтоб воссниться купцам опоенным.

XVIII

Розы Асии нежной армой
Наднебесных царевен встречают,
Именины Чумы ли самой
Днесь пеют, нас ли ангелы чают.

Битый мрамор обсидный минем,
Зло молчат преблюстители Коры
И ея меловницы, где нем
Вечный пир и точатся фарфоры.

Цветью их расписали свечной,
Миррой тусклой свели, и Господе
Чад не узрит в смуге выписной –
Пьющих немость о славленном годе.

XIX

За сумраком вифанским таит
Неботвердь голубые фиолы,
Бледных мальчиков сонм предстоит
О садах: улетай, богомолы.

По аллеям дворцовым ли несть
Розоцветных сиреней холодность,
Аще Божие сумерки есть,
Мы узрим виноградную сводность.

Где и вился честной Аваддон,
Меж каких утешается циний,
Рдея, тусклую кровь на поддон
В пировых Иды льют со начиний.

XX

Нощность антики станем белить,
Во четверг ли от ядов очнемся,
Что и подлую чернь веселить,
Мы в родные пенаты вернемся.

Будут постные яства гореть,
Будем сами альтанок белее,
Выльем кровь на подносную мреть,
Идет камень фамильной аллее.

Сад немолчный успел оцвести,
Бьют по гипсу цветки ледяные,
И всё тусклою пудрой свести
Мел и кровь тщатся Иды хмельные.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 07.04.2022 в 12:13
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

XVI


Вновь оцветный томительный сок
Изливают в сервантные чаши,
Лишь Иосиф подставил висок,
Всех иных закололи апаши.

Дождались четверговки пелен
Белошелковых мускусных бязей,
Аще встанем с меловых колен,
Хоть узнают диаментных князей.

И черешни без нас прецвели,
И юдицы алкают бесстрашно
Голубое со кровью шабли,
Окаймляя подвальное брашно.

XVII

Воск пасхальный неровно горит,
Как успеть и не могут святые,
Налием в хлебы кровь-лазурит,
Яко постны столы золотые.

И сойдем, участь юдиц верша,
С хоров млечных и райской целины,
Всяка днесь иродица -- левша,
Всякой голем не жертвует глины.

Нас узнают оне по челам,
Тусклой миррой и тьмой увиенным,
И внесут эти хлебы к столам,
Чтоб воссниться купцам опоенным.

XVIII

Розы Асии нежной армой
Наднебесных царевен встречают,
Именины Чумы ли самой
Днесь пеют, нас ли ангелы чают.

Битый мрамор обсидный минем,
Зло молчат преблюстители Коры
И ея меловницы, где нем
Вечный пир и точатся фарфоры.

Цветью их расписали свечной,
Миррой тусклой свели, и Господе
Чад не узрит в смуге выписной –
Пьющих немость о славленном годе.

XIX

За сумраком вифанским таит
Неботвердь голубые фиолы,
Бледных мальчиков сонм предстоит
О садах: улетай, богомолы.

По аллеям дворцовым ли несть
Розоцветных сиреней холодность,
Аще Божие сумерки есть,
Мы узрим виноградную сводность.

Где и вился честной Аваддон,
Меж каких утешается циний,
Рдея, тусклую кровь на поддон
В пировых Иды льют со начиний.

XX

Нощность антики станем белить,
Во четверг ли от ядов очнемся,
Что и подлую чернь веселить,
Мы в родные пенаты вернемся.

Будут постные яства гореть,
Будем сами альтанок белее,
Выльем кровь на подносную мреть,
Идет камень фамильной аллее.

Сад немолчный успел оцвести,
Бьют по гипсу цветки ледяные,
И всё тусклою пудрой свести
Мел и кровь тщатся Иды хмельные.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 07.04.2022 в 12:13
silverpoetryДата: Среда, 13.04.2022, 09:41 | Сообщение # 221
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Эфемериды

XXI


Томных дев и камены блюдут,
Нам лишь кровию были чернила,
Со щитами героев не ждут,
Алекто наши сны огранила.

Но мгновенье, замученный брат,
Вдоль сиреней текут путраменты,
Их цеди, за каратом карат,
Яко пламени траурной ленты.

Мы писали канцоны не сем
Юным феям, шелковым наядам,
И теперь меж перстами несем
Тьмы цветниц, всепокорные ядам.

XXII

Стол накройте сакраментной мглой,
Ночь Вифании чтут пировые,
Феб и Мемнон в гортанях с иглой,
Кто погублен – успенны живые.

Время париям днесь умереть,
А и нам ли веселье преложно,
Тщиться будут пифии стереть
Мглу чернил, где бессмертие ложно.

Возлиются гербарии тьмой,
Всеоцветною розовой сенью,
И лишь выступит кровь под сурьмой,
Золотяше пути к неспасенью.

XXIII

Алавастры ночные влекут
Черных фей и беспечных юнеток,
Тускло золото млечных цикут,
А и полно червовых монеток.

Пляски фурий взирает Аид,
Столы антики щедро ломятся,
Хоры сонных пеют данаид,
Прескучают оне и томятся.

Дивный пир и чудесная мгла,
И теней алавастровый морок –
Всё горит, всё и нощность свела
Тьмой во злате вишневых подпорок.

XXIV

Царской оперы фавны пышны,
С бельэтажей свисают химеры,
Граций томных в шелках ложесны,
Дышат негою их костюмеры.

Юны, юны сюда нас влекли,
Днесь оне ль примеряют балетки,
Бал окончен, сие умерли,
Авансцену терзают старлетки.

И хотят нас, Геката, убить
Иудицы под темной золотой,
Чтоб хотя всеуспенных увить
Чернотечной вишневою слотой.

XXV

Черных вдов феи тьмы и белят,
Ядом чинят нецветность их аур,
И царевен травить всевелят,
Яко сводам приличен лишь траур.

Пой, Эреб, остия сех юдиц,
Веселятся пускай четверговки,
Меж скульптурных ядят молодиц,
Всяк пиит удостоен торговки.

И с отравой нальется вино
В наши амфоры, чернью витые,
Мы его преалкаем одно,
Цветь лия на шелка золотые.
 
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

XXI


Томных дев и камены блюдут,
Нам лишь кровию были чернила,
Со щитами героев не ждут,
Алекто наши сны огранила.

Но мгновенье, замученный брат,
Вдоль сиреней текут путраменты,
Их цеди, за каратом карат,
Яко пламени траурной ленты.

Мы писали канцоны не сем
Юным феям, шелковым наядам,
И теперь меж перстами несем
Тьмы цветниц, всепокорные ядам.

XXII

Стол накройте сакраментной мглой,
Ночь Вифании чтут пировые,
Феб и Мемнон в гортанях с иглой,
Кто погублен – успенны живые.

Время париям днесь умереть,
А и нам ли веселье преложно,
Тщиться будут пифии стереть
Мглу чернил, где бессмертие ложно.

Возлиются гербарии тьмой,
Всеоцветною розовой сенью,
И лишь выступит кровь под сурьмой,
Золотяше пути к неспасенью.

XXIII

Алавастры ночные влекут
Черных фей и беспечных юнеток,
Тускло золото млечных цикут,
А и полно червовых монеток.

Пляски фурий взирает Аид,
Столы антики щедро ломятся,
Хоры сонных пеют данаид,
Прескучают оне и томятся.

Дивный пир и чудесная мгла,
И теней алавастровый морок –
Всё горит, всё и нощность свела
Тьмой во злате вишневых подпорок.

XXIV

Царской оперы фавны пышны,
С бельэтажей свисают химеры,
Граций томных в шелках ложесны,
Дышат негою их костюмеры.

Юны, юны сюда нас влекли,
Днесь оне ль примеряют балетки,
Бал окончен, сие умерли,
Авансцену терзают старлетки.

И хотят нас, Геката, убить
Иудицы под темной золотой,
Чтоб хотя всеуспенных увить
Чернотечной вишневою слотой.

XXV

Черных вдов феи тьмы и белят,
Ядом чинят нецветность их аур,
И царевен травить всевелят,
Яко сводам приличен лишь траур.

Пой, Эреб, остия сех юдиц,
Веселятся пускай четверговки,
Меж скульптурных ядят молодиц,
Всяк пиит удостоен торговки.

И с отравой нальется вино
В наши амфоры, чернью витые,
Мы его преалкаем одно,
Цветь лия на шелка золотые.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 13.04.2022 в 09:41
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

XXI


Томных дев и камены блюдут,
Нам лишь кровию были чернила,
Со щитами героев не ждут,
Алекто наши сны огранила.

Но мгновенье, замученный брат,
Вдоль сиреней текут путраменты,
Их цеди, за каратом карат,
Яко пламени траурной ленты.

Мы писали канцоны не сем
Юным феям, шелковым наядам,
И теперь меж перстами несем
Тьмы цветниц, всепокорные ядам.

XXII

Стол накройте сакраментной мглой,
Ночь Вифании чтут пировые,
Феб и Мемнон в гортанях с иглой,
Кто погублен – успенны живые.

Время париям днесь умереть,
А и нам ли веселье преложно,
Тщиться будут пифии стереть
Мглу чернил, где бессмертие ложно.

Возлиются гербарии тьмой,
Всеоцветною розовой сенью,
И лишь выступит кровь под сурьмой,
Золотяше пути к неспасенью.

XXIII

Алавастры ночные влекут
Черных фей и беспечных юнеток,
Тускло золото млечных цикут,
А и полно червовых монеток.

Пляски фурий взирает Аид,
Столы антики щедро ломятся,
Хоры сонных пеют данаид,
Прескучают оне и томятся.

Дивный пир и чудесная мгла,
И теней алавастровый морок –
Всё горит, всё и нощность свела
Тьмой во злате вишневых подпорок.

XXIV

Царской оперы фавны пышны,
С бельэтажей свисают химеры,
Граций томных в шелках ложесны,
Дышат негою их костюмеры.

Юны, юны сюда нас влекли,
Днесь оне ль примеряют балетки,
Бал окончен, сие умерли,
Авансцену терзают старлетки.

И хотят нас, Геката, убить
Иудицы под темной золотой,
Чтоб хотя всеуспенных увить
Чернотечной вишневою слотой.

XXV

Черных вдов феи тьмы и белят,
Ядом чинят нецветность их аур,
И царевен травить всевелят,
Яко сводам приличен лишь траур.

Пой, Эреб, остия сех юдиц,
Веселятся пускай четверговки,
Меж скульптурных ядят молодиц,
Всяк пиит удостоен торговки.

И с отравой нальется вино
В наши амфоры, чернью витые,
Мы его преалкаем одно,
Цветь лия на шелка золотые.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 13.04.2022 в 09:41
silverpoetryДата: Вторник, 19.04.2022, 15:16 | Сообщение # 222
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Эфемериды

XXVI


Торты с черными свечками неб,
Отраженных эгейской волною,
Мы лелеем, как ангельский хлеб,
Под немою и яркой стеною.

Соглядимся в серебро зерцал –
И ужель это наша планида,
Взор Микеля ужель премерцал,
Нощно вейся и тлей, фемерида.

И Геката в обрамниках тьмы
Узрит нас и всещедро приимет,
И о сребре музея Чумы
Славу чад вишни млечные взнимет.

XXVII

Полон стол и музыка темна,
Четверговки, огнем совитые,
Вновь холодного просят вина,
Будят отроцев тени златые.

Как оне и могли меж цариц
Опочить ли, еще затеряться,
Восковою аромой кориц
Яд чинить, напоказ усмиряться.

В погребах монтильядо блюдут
Сонмы их, упоенных диетой,
И давно пировые не ждут
Бледных юношей с черной виньетой.

XXVIII

Благосклонны и сем небеса –
Хрисеитам и Элям кургузым,
Виждь, еще поправляют власа,
Клеют пудры к мощам темноблузым.

Что Медея томилась, детей
Без нее одушили иные,
Всё ли ждут колченогих гостей:
Напомадились бляди срамные.

Со червями вдоль цветших в шелках
Плеч костлявых беснуются, плачут,
И ужицы висят на руках,
Белых роз наших листие прячут.

XXIX

Бланманже герцогиням седым
Злые феи несут о фарфорах,
Дым отечества -- тягостный дым,
Се и ангелы смерти на хорах.

Но смотри, герцогини ль ядят
Слоту ночи, бисквитную негу,
Круг столов иудицы сидят
И тоскуют по черному снегу.

Хладен вечный пиитерский бал,
Вьются дивных нектаров купажи,
И мраморник дворцовия ал,
И с тенями летят экипажи.

XXX

Пунш с араком в фаянсы нальем
И еще золотые рейнвейны,
Лета нет, а и мы ли поем,
Где у роз ангелки темновейны.

Май цветов пожалеет, август
Бойных юношей цветом одарит,
Сколь текут диаменты меж уст,
Персефона легко государит.

Осыпается мертвый язмин,
Пишем кровию, се не читают,
И оцветший чернильный кармин,
Содрогаясь, юниды листают.
 
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

XXVI


Торты с черными свечками неб,
Отраженных эгейской волною,
Мы лелеем, как ангельский хлеб,
Под немою и яркой стеною.

Соглядимся в серебро зерцал –
И ужель это наша планида,
Взор Микеля ужель премерцал,
Нощно вейся и тлей, фемерида.

И Геката в обрамниках тьмы
Узрит нас и всещедро приимет,
И о сребре музея Чумы
Славу чад вишни млечные взнимет.

XXVII

Полон стол и музыка темна,
Четверговки, огнем совитые,
Вновь холодного просят вина,
Будят отроцев тени златые.

Как оне и могли меж цариц
Опочить ли, еще затеряться,
Восковою аромой кориц
Яд чинить, напоказ усмиряться.

В погребах монтильядо блюдут
Сонмы их, упоенных диетой,
И давно пировые не ждут
Бледных юношей с черной виньетой.

XXVIII

Благосклонны и сем небеса –
Хрисеитам и Элям кургузым,
Виждь, еще поправляют власа,
Клеют пудры к мощам темноблузым.

Что Медея томилась, детей
Без нее одушили иные,
Всё ли ждут колченогих гостей:
Напомадились бляди срамные.

Со червями вдоль цветших в шелках
Плеч костлявых беснуются, плачут,
И ужицы висят на руках,
Белых роз наших листие прячут.

XXIX

Бланманже герцогиням седым
Злые феи несут о фарфорах,
Дым отечества -- тягостный дым,
Се и ангелы смерти на хорах.

Но смотри, герцогини ль ядят
Слоту ночи, бисквитную негу,
Круг столов иудицы сидят
И тоскуют по черному снегу.

Хладен вечный пиитерский бал,
Вьются дивных нектаров купажи,
И мраморник дворцовия ал,
И с тенями летят экипажи.

XXX

Пунш с араком в фаянсы нальем
И еще золотые рейнвейны,
Лета нет, а и мы ли поем,
Где у роз ангелки темновейны.

Май цветов пожалеет, август
Бойных юношей цветом одарит,
Сколь текут диаменты меж уст,
Персефона легко государит.

Осыпается мертвый язмин,
Пишем кровию, се не читают,
И оцветший чернильный кармин,
Содрогаясь, юниды листают.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 19.04.2022 в 15:16
СообщениеЯков Есепкин

Эфемериды

XXVI


Торты с черными свечками неб,
Отраженных эгейской волною,
Мы лелеем, как ангельский хлеб,
Под немою и яркой стеною.

Соглядимся в серебро зерцал –
И ужель это наша планида,
Взор Микеля ужель премерцал,
Нощно вейся и тлей, фемерида.

И Геката в обрамниках тьмы
Узрит нас и всещедро приимет,
И о сребре музея Чумы
Славу чад вишни млечные взнимет.

XXVII

Полон стол и музыка темна,
Четверговки, огнем совитые,
Вновь холодного просят вина,
Будят отроцев тени златые.

Как оне и могли меж цариц
Опочить ли, еще затеряться,
Восковою аромой кориц
Яд чинить, напоказ усмиряться.

В погребах монтильядо блюдут
Сонмы их, упоенных диетой,
И давно пировые не ждут
Бледных юношей с черной виньетой.

XXVIII

Благосклонны и сем небеса –
Хрисеитам и Элям кургузым,
Виждь, еще поправляют власа,
Клеют пудры к мощам темноблузым.

Что Медея томилась, детей
Без нее одушили иные,
Всё ли ждут колченогих гостей:
Напомадились бляди срамные.

Со червями вдоль цветших в шелках
Плеч костлявых беснуются, плачут,
И ужицы висят на руках,
Белых роз наших листие прячут.

XXIX

Бланманже герцогиням седым
Злые феи несут о фарфорах,
Дым отечества -- тягостный дым,
Се и ангелы смерти на хорах.

Но смотри, герцогини ль ядят
Слоту ночи, бисквитную негу,
Круг столов иудицы сидят
И тоскуют по черному снегу.

Хладен вечный пиитерский бал,
Вьются дивных нектаров купажи,
И мраморник дворцовия ал,
И с тенями летят экипажи.

XXX

Пунш с араком в фаянсы нальем
И еще золотые рейнвейны,
Лета нет, а и мы ли поем,
Где у роз ангелки темновейны.

Май цветов пожалеет, август
Бойных юношей цветом одарит,
Сколь текут диаменты меж уст,
Персефона легко государит.

Осыпается мертвый язмин,
Пишем кровию, се не читают,
И оцветший чернильный кармин,
Содрогаясь, юниды листают.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 19.04.2022 в 15:16
silverpoetryДата: Понедельник, 25.04.2022, 15:21 | Сообщение # 223
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

Алые сангины в пировых

Седьмой фрагмент


Иль не залиты кровью столы,
Иль не чинят беленою халы
У мраморных фиад, веселы
Днесь алкеи, виньеточно-алы.

Гей, несите холодных емин
О морошке, угодной Французу,
Кто алкал неботечный кармин,
Будет помнить всехмельную Музу.

Фавны оперы нас ли хранят,
Истемняясь, венчаяше сводность,
И юнеток шелковых пьянят,
В лона их соливая холодность.

Шестнадцатый фрагмент

Шелком розовым юных богинь
Эвмениды всенощно свивают,
Безобразных манят герцогинь
И камен, и еще пировают.

Лей, Моцарт, золотое вино
С тусклым ядом под рамники столов,
Мы одне и начинье одно –
Тще алкеев спасать и эолов.

Кудри юдицы мглой навиют,
Воском лона свое истемняя,
Меловые фарфоры собьют,
Чтоб алкать, на зерцала пеняя.

Двадцать девятый фрагмент

Август золотом ядным тиснит
Блеск фарфорниц и черных жаровен,
И юнеток остудой манит,
Лед их вей с хладом ангелов ровен.

Полн стрелами небесный колчан,
Боги, боги, хотя бы узрите
Нас о млечной тверди Сеннаан –
В истонченном ея лазурите.

Иль начинут оливы цвести,
Воскаждятся дворцовые свечи,
И дадут ангелам превести
Кровью дев изумрудные течи.
 
СообщениеЯков Есепкин

Алые сангины в пировых

Седьмой фрагмент


Иль не залиты кровью столы,
Иль не чинят беленою халы
У мраморных фиад, веселы
Днесь алкеи, виньеточно-алы.

Гей, несите холодных емин
О морошке, угодной Французу,
Кто алкал неботечный кармин,
Будет помнить всехмельную Музу.

Фавны оперы нас ли хранят,
Истемняясь, венчаяше сводность,
И юнеток шелковых пьянят,
В лона их соливая холодность.

Шестнадцатый фрагмент

Шелком розовым юных богинь
Эвмениды всенощно свивают,
Безобразных манят герцогинь
И камен, и еще пировают.

Лей, Моцарт, золотое вино
С тусклым ядом под рамники столов,
Мы одне и начинье одно –
Тще алкеев спасать и эолов.

Кудри юдицы мглой навиют,
Воском лона свое истемняя,
Меловые фарфоры собьют,
Чтоб алкать, на зерцала пеняя.

Двадцать девятый фрагмент

Август золотом ядным тиснит
Блеск фарфорниц и черных жаровен,
И юнеток остудой манит,
Лед их вей с хладом ангелов ровен.

Полн стрелами небесный колчан,
Боги, боги, хотя бы узрите
Нас о млечной тверди Сеннаан –
В истонченном ея лазурите.

Иль начинут оливы цвести,
Воскаждятся дворцовые свечи,
И дадут ангелам превести
Кровью дев изумрудные течи.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 25.04.2022 в 15:21
СообщениеЯков Есепкин

Алые сангины в пировых

Седьмой фрагмент


Иль не залиты кровью столы,
Иль не чинят беленою халы
У мраморных фиад, веселы
Днесь алкеи, виньеточно-алы.

Гей, несите холодных емин
О морошке, угодной Французу,
Кто алкал неботечный кармин,
Будет помнить всехмельную Музу.

Фавны оперы нас ли хранят,
Истемняясь, венчаяше сводность,
И юнеток шелковых пьянят,
В лона их соливая холодность.

Шестнадцатый фрагмент

Шелком розовым юных богинь
Эвмениды всенощно свивают,
Безобразных манят герцогинь
И камен, и еще пировают.

Лей, Моцарт, золотое вино
С тусклым ядом под рамники столов,
Мы одне и начинье одно –
Тще алкеев спасать и эолов.

Кудри юдицы мглой навиют,
Воском лона свое истемняя,
Меловые фарфоры собьют,
Чтоб алкать, на зерцала пеняя.

Двадцать девятый фрагмент

Август золотом ядным тиснит
Блеск фарфорниц и черных жаровен,
И юнеток остудой манит,
Лед их вей с хладом ангелов ровен.

Полн стрелами небесный колчан,
Боги, боги, хотя бы узрите
Нас о млечной тверди Сеннаан –
В истонченном ея лазурите.

Иль начинут оливы цвести,
Воскаждятся дворцовые свечи,
И дадут ангелам превести
Кровью дев изумрудные течи.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 25.04.2022 в 15:21
silverpoetryДата: Воскресенье, 01.05.2022, 12:36 | Сообщение # 224
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

В пировых с изваяньями

Пятый фрагмент


Лунный холод, томительный мрак,
Пир у Тейи влечет королевен,
Шардоне и клико, и арак
Гасят лишь совиньоны из Плевен.

Ветхий август юнеток поит,
Мы и сами, елико надмирны,
Яд алкаем, одесный пиит
Разве мертвый, в истечиях смирны.

И найдут мироносицы весть
По человьям цветочную слоту,
И о тьме нас увиждят как есть –
Из стигмат прелиющих золоту.

Девятнадцатый фрагмент

Дочерям ли блажным воздадут
Феи Ада, царицы ночные,
Шелки Тристии мертвым идут,
Бойным гоям – ветровки льняные.

Ах, музеумы ночи пусты,
Рок стучится в открытые двери,
Мы альбомы свое и холсты
Заливали вином, Алигъери.

Будут, будут еще холодеть
Лярвы неб, чая огонь тлеенный,
И царям лишь позволят надеть
Смертный шелк, мглой Гиад навиенный.

Двадцать четвертый фрагмент

Меловой пеленой овиют
Чела юн и фиванских гризеток,
Нощно бледные дивы снуют,
Мусс едят со ледовых розеток.

Шелк Аделей ужасен, ярки
Надкаморных венечий плафоны,
Яд маковый цедят ангелки
Щедро в тусклые наши кофоны.

Иль очнемся – мел с иродиц злых
Претечет, нем апостол Иаков,
И на лонах юнеток белых
Выступает осповница маков.

Двадцать седьмой фрагмент

Мимо неб фемериды летят,
Мимо вечных скульптурниц и арок,
Дивно маковки царствий блестят,
Огнь Аида то хладен, то жарок.

Сколь его и нельзя оминуть,
Лей, Кибела, в серебро холодность,
Меж емин бледным Лирам уснуть
Полагает всенощная сводность.

Где еще изваяньям темнеть,
Шелком червным совьются винтажи,
И от крови химер пламенеть
Станут мраморных дев бельэтажи.
 
СообщениеЯков Есепкин

В пировых с изваяньями

Пятый фрагмент


Лунный холод, томительный мрак,
Пир у Тейи влечет королевен,
Шардоне и клико, и арак
Гасят лишь совиньоны из Плевен.

Ветхий август юнеток поит,
Мы и сами, елико надмирны,
Яд алкаем, одесный пиит
Разве мертвый, в истечиях смирны.

И найдут мироносицы весть
По человьям цветочную слоту,
И о тьме нас увиждят как есть –
Из стигмат прелиющих золоту.

Девятнадцатый фрагмент

Дочерям ли блажным воздадут
Феи Ада, царицы ночные,
Шелки Тристии мертвым идут,
Бойным гоям – ветровки льняные.

Ах, музеумы ночи пусты,
Рок стучится в открытые двери,
Мы альбомы свое и холсты
Заливали вином, Алигъери.

Будут, будут еще холодеть
Лярвы неб, чая огонь тлеенный,
И царям лишь позволят надеть
Смертный шелк, мглой Гиад навиенный.

Двадцать четвертый фрагмент

Меловой пеленой овиют
Чела юн и фиванских гризеток,
Нощно бледные дивы снуют,
Мусс едят со ледовых розеток.

Шелк Аделей ужасен, ярки
Надкаморных венечий плафоны,
Яд маковый цедят ангелки
Щедро в тусклые наши кофоны.

Иль очнемся – мел с иродиц злых
Претечет, нем апостол Иаков,
И на лонах юнеток белых
Выступает осповница маков.

Двадцать седьмой фрагмент

Мимо неб фемериды летят,
Мимо вечных скульптурниц и арок,
Дивно маковки царствий блестят,
Огнь Аида то хладен, то жарок.

Сколь его и нельзя оминуть,
Лей, Кибела, в серебро холодность,
Меж емин бледным Лирам уснуть
Полагает всенощная сводность.

Где еще изваяньям темнеть,
Шелком червным совьются винтажи,
И от крови химер пламенеть
Станут мраморных дев бельэтажи.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 01.05.2022 в 12:36
СообщениеЯков Есепкин

В пировых с изваяньями

Пятый фрагмент


Лунный холод, томительный мрак,
Пир у Тейи влечет королевен,
Шардоне и клико, и арак
Гасят лишь совиньоны из Плевен.

Ветхий август юнеток поит,
Мы и сами, елико надмирны,
Яд алкаем, одесный пиит
Разве мертвый, в истечиях смирны.

И найдут мироносицы весть
По человьям цветочную слоту,
И о тьме нас увиждят как есть –
Из стигмат прелиющих золоту.

Девятнадцатый фрагмент

Дочерям ли блажным воздадут
Феи Ада, царицы ночные,
Шелки Тристии мертвым идут,
Бойным гоям – ветровки льняные.

Ах, музеумы ночи пусты,
Рок стучится в открытые двери,
Мы альбомы свое и холсты
Заливали вином, Алигъери.

Будут, будут еще холодеть
Лярвы неб, чая огонь тлеенный,
И царям лишь позволят надеть
Смертный шелк, мглой Гиад навиенный.

Двадцать четвертый фрагмент

Меловой пеленой овиют
Чела юн и фиванских гризеток,
Нощно бледные дивы снуют,
Мусс едят со ледовых розеток.

Шелк Аделей ужасен, ярки
Надкаморных венечий плафоны,
Яд маковый цедят ангелки
Щедро в тусклые наши кофоны.

Иль очнемся – мел с иродиц злых
Претечет, нем апостол Иаков,
И на лонах юнеток белых
Выступает осповница маков.

Двадцать седьмой фрагмент

Мимо неб фемериды летят,
Мимо вечных скульптурниц и арок,
Дивно маковки царствий блестят,
Огнь Аида то хладен, то жарок.

Сколь его и нельзя оминуть,
Лей, Кибела, в серебро холодность,
Меж емин бледным Лирам уснуть
Полагает всенощная сводность.

Где еще изваяньям темнеть,
Шелком червным совьются винтажи,
И от крови химер пламенеть
Станут мраморных дев бельэтажи.

Автор - silverpoetry
Дата добавления - 01.05.2022 в 12:36
silverpoetryДата: Пятница, 06.05.2022, 17:19 | Сообщение # 225
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 210
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Яков Есепкин

В тенетах июля

Четвертый фрагмент


Млечным гоям виньеточный хлеб
Положен и щедрые емины,
Их небесный восчествует Феб,
Грозовые сплетая кармины.

Се июль юных див холодит
Шелком ночи, путраментным глянцем,
Милооких пьянит Афродит
Истекающим с лилий багрянцем.

И камелии дам холодны,
И лекифы серебром тиснятся,
Где опять фавориткам Луны
Хлебов мраморных крошева снятся.

Тридцатый фрагмент

Диким хмелем альтанки июль
Увиет, мы в тенетах бумажных,
Вновь утопленниц ищет Эркюль,
Чуден холод шелков их винтажных.

И чернильницы мглой налиты,
И свидетели все убиенны,
Ах, одно эти сны золоты
И достойны участья Фаенны.

Див атраментных будут искать
Меж колонок и титулов чтицы,
И начнут с ядом глянца сверкать
Бледно-синие мертвые птицы.

Сорок седьмой фрагмент

Пировают хмельные купцы –
Фарисействуя, бледные вдовы
Ягомостям ли носят венцы
Замерять, сех алмазы ледовы.

Аще, Господе, сила Твоя,
Преложи толоку их, на хлебы
Вылей яд, пусть в шелках остия
Не сквернят хоть июльские небы.

Но одесны пиры и шумны,
И юдицы белену алкают,
И, пленяя грезеток Луны,
С наших чел диаменты стекают.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».

 
СообщениеЯков Есепкин

В тенетах июля

Четвертый фрагмент


Млечным гоям виньеточный хлеб
Положен и щедрые емины,
Их небесный восчествует Феб,
Грозовые сплетая кармины.

Се июль юных див холодит
Шелком ночи, путраментным глянцем,
Милооких пьянит Афродит
Истекающим с лилий багрянцем.

И камелии дам холодны,
И лекифы серебром тиснятся,
Где опять фавориткам Луны
Хлебов мраморных крошева снятся.

Тридцатый фрагмент

Диким хмелем альтанки июль
Увиет, мы в тенетах бумажных,
Вновь утопленниц ищет Эркюль,
Чуден холод шелков их винтажных.

И чернильницы мглой налиты,
И свидетели все убиенны,
Ах, одно эти сны золоты
И достойны участья Фаенны.

Див атраментных будут искать
Меж колонок и титулов чтицы,
И начнут с ядом глянца сверкать
Бледно-синие мертвые птицы.

Сорок седьмой фрагмент

Пировают хмельные купцы –
Фарисействуя, бледные вдовы
Ягомостям ли носят венцы
Замерять, сех алмазы ледовы.

Аще, Господе, сила Твоя,
Преложи толоку их, на хлебы
Вылей яд, пусть в шелках остия
Не сквернят хоть июльские небы.

Но одесны пиры и шумны,
И юдицы белену алкают,
И, пленяя грезеток Луны,
С наших чел диаменты стекают.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».


Автор - silverpoetry
Дата добавления - 06.05.2022 в 17:19
СообщениеЯков Есепкин

В тенетах июля

Четвертый фрагмент


Млечным гоям виньеточный хлеб
Положен и щедрые емины,
Их небесный восчествует Феб,
Грозовые сплетая кармины.

Се июль юных див холодит
Шелком ночи, путраментным глянцем,
Милооких пьянит Афродит
Истекающим с лилий багрянцем.

И камелии дам холодны,
И лекифы серебром тиснятся,
Где опять фавориткам Луны
Хлебов мраморных крошева снятся.

Тридцатый фрагмент

Диким хмелем альтанки июль
Увиет, мы в тенетах бумажных,
Вновь утопленниц ищет Эркюль,
Чуден холод шелков их винтажных.

И чернильницы мглой налиты,
И свидетели все убиенны,
Ах, одно эти сны золоты
И достойны участья Фаенны.

Див атраментных будут искать
Меж колонок и титулов чтицы,
И начнут с ядом глянца сверкать
Бледно-синие мертвые птицы.

Сорок седьмой фрагмент

Пировают хмельные купцы –
Фарисействуя, бледные вдовы
Ягомостям ли носят венцы
Замерять, сех алмазы ледовы.

Аще, Господе, сила Твоя,
Преложи толоку их, на хлебы
Вылей яд, пусть в шелках остия
Не сквернят хоть июльские небы.

Но одесны пиры и шумны,
И юдицы белену алкают,
И, пленяя грезеток Луны,
С наших чел диаменты стекают.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».


Автор - silverpoetry
Дата добавления - 06.05.2022 в 17:19
Форум » Поэзия » Ваше творчество - раздел для ознакомления » Яков Есепкин Дубль (Готическая поэзия)
Поиск:
Загрузка...

Посетители дня
Посетители:
Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS
Приветствую Вас Гость | RSS Главная | Яков Есепкин Дубль - Страница 15 - Форум | Регистрация | Вход
Конструктор сайтов - uCoz
Для добавления необходима авторизация
Остров © 2022 Конструктор сайтов - uCoz