Коловраты. - Страница 3 - Форум  
Приветствуем Вас Гость | RSS Главная | Коловраты. - Страница 3 - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Модератор форума: Анаит, Самира  
Форум » Проза » Ваше творчество - раздел для ознакомления » Коловраты. (Фентези. Былина. Юмор.)
Коловраты.
sermolotkovДата: Суббота, 06.08.2011, 19:35 | Сообщение # 31
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 255
Награды: 2
Репутация: 12
Статус: Offline
Глава двадцать восьмая.
Второе испытание.

Филин улыбнулся, опустив меч. Он понял, что это Рысь сумела вовремя придти ему на помощь, вызвав Стрибога, который на мгновение очистил кусок неба от непроглядных туч. За то, она получит благодарность от него, а сейчас, в самую пору воздать хвалу Сварожичам.
Коловрат поднял руки к небу и громко произнес:
- Слава тебе, Стрибог, за то, что подсобил!
За то, что в тучах ты собою брешь пробил!
В этой бреши лик Ярило, мы смогли узреть!
Он своим ярким светом, принес зверю смерть!
И тебе, Ярило, слава – говорю!
Вас Сварожичи обоих я знатно одарю!
Дарами богатыми да знатными да для очей приятными!
Воздав хвалу Сварожичам, Филин принялся за более обыденные дела. Первым делом поднял каменную голову зверя, положил ее в переметную суму, чтоб показать князю Тур – града, мол, смотри да дивись – покончили мы с коварным Каркаладилом. Опосля, осторожно водрузил Хагальда в седло, сам же примостился на круп Звездочки и медленно направился в стольный град.
Минув лесную дорогу, они без препон добрались до постоялого двора. Там их уже ждали. Друзья старые и новые встретили героев шумными радостными выкриками. Филина хлопали по плечам, лезли обниматься. Хагальда же осторожно сняли с седла и понесли в светелку, там Рысь занялась его излечением. Когда Филин вытащил из переметной сумы Аленький цветочек, все замолкли на мгновение, начали любоваться невиданным чудом. Потом друзья опомнились и дружно выкрикнули:
- Слава храбрецам!
Во время всей этой суматохи коловрат приметил, что Хасан так же находился здесь, а вот Генри нигде не было видно.
- Где наш храбрый бритт? – спросил он у него. – Жив ли он, аль нет? Неужто он находится в объятьях прекрасной, но холодной Мары?
- Жив Генри, - ответил ему Хасан, - правда, слегка помят.
Перс рассказал, что с ними случилось в лесу, по пути в харчевню, где их ждал накрытый стол.
Решив отвлечь внимание зверя, они петляли по лесной тропе, благо полная луна расстаралась, освещала округу. Звездочка первое время покорно следовала на привязи, но потом показала свой норов, вырвалась и умчалась прочь. Хасан хотел ее нагнать – куда там. Разве нагонишь резвую лошадку, когда та решила проявить верность хозяину. А то, что она решила вернуться к Филину – он не сомневался.
После, луна скрылась за непроглядными тучами, что весьма затруднило продвижению по лесу. Хасан с Генри начали плутать. Затем на небольшой поляне, на них наскочил зверь. Он задрал лошадь бритта, сам же Генри при падении сломал ногу. Хасану удалось спасти раненого друга от острых когтей Каркаладила, но более они уже не могли помочь Филину и Хагальду, так что им пришлось вернуться на постоялый двор, моля своим богам, чтоб те удачу подарили храбрецам, когда совсем уж будет худо.
Друзья вошли в харчевню, сели там за накрытый стол, быстро перекусили, после чего привели себя в порядок и отправились к князю с доброй вестью. Пошли не все, Рысь решили оставить, чтоб приглядела за Хагальдом да Генри, которые без посторонней помощи не могли ходить.
Актимир их уже ждал, восседая в своем кресле и немудрено, ведь слухи уже успели распространиться по всему граду о славном возвращении воинов, ушедших на добычу Аленького цветка. И теперь на подворье князя невозможно было протолкнуться от наплыва зевак, которые хотели узреть героев, а в особенности чудный цветочек.
Впереди шествовал Филин, неся на вытянутых руках горшочек с Аленьким цветком, остальные следовали за ним. Подошли к высокой лестнице, остановились.
- О, услада моих очей! – воскликнул растроганный Актимир, узрев цветущий росток своего вожделения, потом с явным раздражением обратился к боярам, которые стояли на широкой лестнице:
- Ну что вы замерли на месте, остолопы! Быстрей несите ко мне этот чудный цветочек!
Услыхав строгий указ, бояре наперегонки начали спускаться вниз. Каждый из них норовил поспеть первым к коловрату, перехватить цветок и поднести властителю, тем самым завоевать его благосклонность и подняться на ступень выше, по лестнице власти.
Начались крысиные бега с пинками в бок, с тычками в спину, с подножками да другими пакостями, которые присущи многим подлым льстецам. Тот, кто находился ниже всех, тот и подоспел к Филину первым, но ему еще предстояло подняться вверх, а этому будут препятствовать припозднившиеся бояре.
Короче, началась потеха, которая, не успев перерасти в непристойное гульбище, вскоре прекратилась. Тому причиной оказался Чоботок.
Самым резвым боярам, подскочившим к Филину, он заехал по мусалам, припозднившимся досталось под микитки, никого из них не обидел, всем раздал поровну тумаки да затрещины. Ближники оказались, поумней, они не полезли нахрапом, а остановились и схватились за мечи, решив булатом наказать пришлого обидчика, нагло посягнувшего на их честь.
Чоботок же на них даже не глянул, он загородил широкой спиной Филина и обратился к правителю Тур – града:
- Охолони своих ушлепков, князь! А то они ненароком сгубят Аленький цветок в своем неуемном радении, да и сами слегка покалечатся! И будешь молвить опосля, мол, ничего не зрел я нынче, ничего не ведал! Испытание не прошли вы, так что идите прочь из моего града! Только вот такой исход нам не по душе, да и тебе, надеюсь тоже! Так что пусть твои бояре остудят, буйны головы да пропустят нас к тебе с принесенным даром!
Актимир прислушался к благоразумию. Он поднялся с кресла и крикнул:
- Пропустите храбрых воинов, пусть они преподнесут мне в дар Аленький цветок!
Бояре покорно расступились. Они не стали препятствовать намерениям пришлых воинов. Воспользовавшись этим, Филин быстро поднялся по высокой лестнице и передал горшочек с цветком князю из рук в руки, потом полез в суму, которая висела на его плече, достал оттуда окаменевшую голову чудища, положил ее возле ног правителя Тур – града. Сделав дело, коловрат поспешил вернуться к своим товарищам.
Актимир приняв дар, слегка полюбовался им, наслаждаясь невиданным зрелищем да чарующим ароматом цветочного бутона, опосля, поставил горшочек возле себя, посмотрел вначале на каменную голову невиданного зверя, потом на прибывших воинов и обратился к ним:
- Первое испытание вы прошли с честью и достоинством. Добыли мне Аленький цветок, да еще избавили мою волость от лютого непобедимого Каркаладила! За то вам отдельная благодарность!
Толпа зевак, находившаяся на подворье князя, радостными выкриками поддержала его речь.
Дождавшись, когда те слегка угомонятся, Актимир продолжил:
- Теперь я смогу долгое время наслаждаться красотой чудного цветочка, находясь в короткие мгновения гордого одиночества! Аленький цветок! Он прекрасен, как утренний рассвет, он источает собою аромат подобный цветущему саду, который находится в недоступных для нас, чертогах богов! Это чудесное порождение дикого леса достойно, чтоб его воспели сладоустые гусляры, разнося по весям и окраинам о чуде невиданном нигде! Есть у меня такой искусный сказитель! Он готов приняться за такое благое дело, но только ежели окажутся в его руках чудо – гусли, чей перезвон туго натянутых струн может заставить пуститься в пляс любого, кто их услышит, или погрузить в непробудный сон, как Кот - Баюн, или принудить грустить, аль счастливо смеяться под их сладостный перезвон. Узнав про то, я сразу же послал гонцов на все четыре стороны, им строго указав, без тех гуслей обратно не возвращаться. И вот совсем недавно пришла так долго ожидаемая благая весть! Нашлись те чудо – гусли в таких далеких, незнакомых нам весях, о которых нам доселе было неизвестно. Их выменяли мои гонцы за щедрые дары и в скором времени должны были то невиданное чудо доставить в Тур – град. Но не доставили, пропали по дороге вместе с чудо – гуслями. Узнав про то, послал я верных гридней на поиски пропавшего предмета. Они искали, облазали всю весь, вопросы задавали всем, кто попадался на пути, все безрезультатно. Пропали мои гонцы бесследно недалече от волости боярина Ежима.
Князь замолчал, испил из чарки немного заморского вина, ее ему поднес один из ближников, решив немного передохнуть от очень длинной речи.
Все молча, терпеливо ждали, когда он вновь заговорит. Актимир отдал пустую чару, утер рукою бороду да усы, обвел толпу прищуренным взором и только после этого продолжил свою речь:
- Так вот, второе испытание я назначаю вам. Идите и найдите чудо – гусли, которые пропали неведомо где, неведомо куда. А так, как не из простых задача стоит перед вами, то можете идти в поход все вместе, ежели на то будет ваша воля! На том закончу молвить я. Вперед, храбрецы, пусть всюду вам сопутствует удача!
Закончив говорить, князь уселся в кресло, тем самым указывая, что пора всем убираться прочь.
Узрев такой красноречивый намек, зеваки стали расходиться. Воины так же не стали стоять столбами посреди княжьего подворья, они степенным шагом направились на постоялый двор, где можно сесть за широкий стол и неспеша решить, как им поступить дальше.
За ними увязался разговорчивый гридень Корей, который и сей раз набился в провожатые. Чоботок не преминул воспользоваться таким моментом. Решил он у гридня разузнать кое, какие подробности, которые князь Тур – града не удосужился им сообщить:
- А скажи ка нам, Корней, когда оказия с пропавшими гонцами случилась тут у вас?
- Да прям перед вашим появлением, - ответил гридень. – Узнав такую весть, послал наш Актимир отряд из лучших гридней. Но те так ничего и не нашли.
- А кто еще мог знать, что гусли должны были намедни прибыть в ваш славный град? – продолжил спрашивать Чоботок.
- Да весь Тур – град и знал, - ответил Корней, - такие вещи у нас не принято скрывать, наоборот, о тех делах разносят быстро вести по всем лачугам да теремам.
- Так значит любой из Тур – града мог польститься на чудо – гусли и, выбрав удобный момент, как тать напасть на гонцов, похитить чудную вещицу и скрыться с глаз долой, - размышлял вслух старшой.
- Смог бы, но не стал, - уверено заявил гридень.
- Неужто? – удивился Чоботок.
- Мы слишком уважаем своего правителя, чтоб тому препоны ставить в его блажи, - ответил Корней, - так что, никто из жителей Тур – града не осмелился бы как тать напасть на гонцов князя.
- А не жители? – спросил старшой.
- О чем ты? – не понял вопроса гридень.
- Пришлые, как мы, аль боярин Ежим, - пояснил Чоботок.
- Пришлые могли, - после долгого молчания молвил Корней, - а вот боярин Ежим – навряд ли. Он же так же как и я, чтит прихоти Актимира, да и гридни князя к нему наведывались, поспрошали, посмотрели - ничего не нашли.
- Да уж, загадал нам загадку ваш князь, - невесело усмехнулся старшой, - пойдите туда - не знаю куда, принесите то - не знаю что.
- Ага, прям как частушке выходит, - добавил Лис:
- Выйди в поле
Сеять рожь,
А где сеять
Хрен поймешь.
Там болото,
Там вода,
Хоть на жопе
Сей тогда!
- А кому сейчас легко, - хохотнул гридень, услышав присказку коловрата.
За разговором они как то незаметно добрались до городских ворот.
- Удачи вам во всех благих деяниях, - сказал на прощание Корней.
- Да уж, удача нам бы была в пору, - согласился с ним Чоботок.
Распрощались с Корнеем, пришлые воины направили свои стопы на постоялый двор. Их до самого тына сопровождала ликующая толпа зевак, те даже пытались последовать за храбрецами во внутрь двора, но то свершить им не позволили. Нечего им там делать, посчитали путники. Решение важного вопроса не терпит лишней суеты и праздного веселья, которое обязательно устроят жители Тур – града. Правда, с этим не очень были согласны нурманы, им наоборот была по душе шумная компания, с которой можно знатно за столом посидеть. Но их урезонил вескими доводами Чоботок, пообещав северянинам, что и без шумной толпы им скучать, не придется.
Расположившись в харчевне за широким столом, путники, медленно попивая холодное пиво, начали обсуждать свои дальнейшие действия.
Чоботок попросил хозяина постоялого двора присоединиться к их компании, посчитав, что у него можно будет узнать кое какие подробности о предстоящем деле. Тот не стал противиться, сел за стол и сразу приступил к расспросу: как воинам удалось добыть Аленький цветок, как им удалось победить коварного Каркаладила.
Пришлось поведать ему о своих приключениях. Хозяин постоялого двора слушал, молча, изредка одобрительно кивал головой, да медленно попивал холодное пиво. Когда же Филин и Хасан закончили свое повествование, крякнул и уважительно произнес:
- Однако. Чудеснее сказа мне еще не приходилось слышать. Но вы позвали меня за свой стол не только что бы быль поведать, а наверняка кое - что узнать из моих уст. Или я не прав?
- В истину зришь, хозяин, - похвалил его Чоботок, - надобно нам кое - что услышать из твоих уст, хотя бы о боярине Ежимее.
- И что же вы хоте услышать об этом добропорядочном боярине? – поинтересовался хозяин постоялого двора.
- Мог он позариться на чудо – гусли? – сразу, без обиняков, перешел к главному старшой коловратов.
- Не там вы собрались искать, - предостерег его хозяин.
- Это почему же? – удивился Чоботок.
- Как то раз, ко мне наведался один из гридней, того самого отряда, отправленного Актимиром на поиски пропавших гонцов, - начал издалека хозяин постоялого двора. – Пришел, отведал яства, попил холодного пивка. За время той не очень - то мудреной снеди, поведал он мне один чудесный сказ.
- Мы здесь не байки праздные собрались травить, а думу думать, - недовольно проворчал Чоботок, услышав последние слова хозяина постоялого двора.
- А ты вначале выслушай, а уж потом будешь судить, просто лясы я точил, аль дело говорил, - ответил тот, нисколько не обидевшись на его ворчанье.
- Что ж, давай, трави свой сказ, - криво усмехнувшись, молвил старшой.
- Так вот, тот гридень, попивая заморское вино, - начал хозяин постоялого двора, но его сразу же прервал Чоботок, приметив небольшую неточность в начале сказа:
- Ты же по пивко только что сказывал.
- За свой необычный сказ он от меня потребовал заморского вина, так что пришлось мне выполнить его требования, ради своего непомерного любопытства, - с легким раздражением пояснил хозяин. – Так мне продолжить, аль будем к каждому слову, цепляться, которое произнесено по забывчивости без пояснения?
- Да ладно, не держи обиды, - сразу извинился Чоботок, - мы больше словом не обмолвимся до окончания твоего сказа.
- Так вот, тот гридень, попивая заморское вино, поведал мне о кое - чем, о чем не удосужился сказать вам Актимир, - продолжил хозяин постоялого двора. Произнеся это, он замолчал и обвел взглядом всех присутствующих, проверяя, будут те прерывать его речь или нет.
Все молча, сидели за столом, терпеливо ожидая продолжения сказа. Никто из путников не решился вставить поперек слово.
Убедившись в этом, хозяин постоялого двора продолжил:
- В первую очередь отряд гридней наведался в усадьбу, боярина Ежима, решив оттуда начать свои изыскания. Там они поспрошали челядь обо всем, что их интересовало, да и самого хозяина вниманием не обдели, короче, учинили строгий спрос, вот только толком ничего не добились. Никто на усадьбе ничего не знал про чудо - гусли и куда они могли пропасть вместе с гонцами князя Актимира ничего не ведали. Тогда гридни направились на торговую дорогу, по которой должны были идти посланники правителя. По пути они останавливали всех, учиняя допрос, но так же безрезультатно, никто ничего не видел, никто ничего не знал. Так гридни добрались до лесной дороги. Там они решили переночевать, чтоб рано поутру продолжить поиски. Ночь прошла спокойно, почти спокойно, если не считать того, что один из воинов бесследно исчез. Он встал еще до зари, решив сходить в кустики по нужде, да так обратно и не вернулся. Его исчезновение приметили дозорные, которые стерегли покой товарищей. Они сразу подняли тревогу. Начались поиски. Надо сказать, среди гридней было пару опытных следопытов, так они без труда обнаружили еще не остывшие следы пропавшего, пошли по ним, но те нежданно оборвались, прямо на пустом месте, возле глубокого оврага. Со стороны казалось, что гридень просто растворился, как утренний туман под лучами восходящего солнца. Остальные воины подивились такому чуду, но поиски не прекратили. В итоге им удалось обнаружить недалече следы стоянки с остатками потухшего костра, следы телег, следы копыт лошадей, но вот незадача, они так же пропадали в никуда. Создавалось впечатление, что караван, отдохнув от долгого пути, продолжил двигаться вперед и сгинул как на топи. Но вот незадача, болот там не было в помине.
Услыхав такую весть, коловраты тревожно переглянулись меж собой. Им уже приходилось сталкиваться с подобным чудом возле прокудливых сосен. Неужто вновь их настигла чья - та злая ворожба? Неужто им вновь придется вернуться в Кощееву странь, туда, откуда они с таким трудом вырвались?
Хозяин постоялого двора не заметил смятение коловратов, он отпил пива из чарки и закончил свой сказ:
- Гридни так и не нашли своего товарища, гонцов князя так же не сыскали, пришлось им вернуться в Тур – град несолоно хлебавши. Актимир пожурил их слегка, но сильно гневаться не стал, а тут и вы подоспели. Вот князь и решил возложить на ваши плечи непосильный труд по поискам пропавших чудо – гуслей, мудро посчитав, что в любом случае в накладе не останется. Ежели вам удастся обнаружить пропажу, значит, он окажется единственным владельцем заветного предмета, ежели нет, то ему не придется расставаться с чудо – птицей, так как вы не справились с назначенным испытанием. Вот что поведал тот гридень. А теперь не обессудьте, мне пора и делом заняться.
Хозяин постоялого двора поднялся с лавки и уже хотел уйти, когда Чоботок остановил его вопросом:
- Как звали того гридня?
- А тебе, зачем знать? – удивился хозяин.
- Вдруг встретим на лесной тропе, а как кликать его не знаем, - ответил ему старшой.
- Ершом кличут, - назвал имя хозяин постоялого двора и удалился.
Компания воинов погрузилось в долгое молчание, стараясь осмыслить только что услышанную речь. Из нее они поняли только одно, испытание, которое назначил князь Тур – града - не из простых. И с кого конца за него браться - никто из них не знал.
- Верно ты приметил, старшой, - первым Лис нарушил молчание.
- О чем ты? – не понял его Чоботок, ведь он ни слова не проронил.
- Когда молвил, что направляет нас князь неведомо куда, чтоб найти неведомо что, - напомнил ему коловрат.
- Или в Кощееву странь вновь вернуться, - высказал общее опасение Филин. – Будь она неладна.
- Кощееву странь? – удивлено воскликнул Ульф и не мудрено, о таковой ему впервые слышать приходилось.
- Да, в Кощееву странь, - скривившись как от зубной боли, произнес Лис. Не очень - то приятные воспоминания остались у коловратов о том злосчастном месте.
- И что же там такого могло случиться, что только при одном упоминании о тех местах вы, о храбрейшие из храбрейших, сразу похмурнели ликом? – поинтересовался наблюдательный Хасан.
Пришлось коловратам поведать своим новым друзьям о злоключениях в Кощеевой волости, как туда попали, как оттуда им выбраться удалось. Остальные слушали да диву давались, а некоторые из храбрецов открыто завидовали, еще бы, такое захватывающее приключение и их обошло стороной.
- Значит, тайная дорожка поглотила княжьих гонцов? – выслушав рассказ, толи вопрошал, толи сделал вывод Джон.
- Наверняка, - тяжко вздохнув, произнес Филин.
- Нет, здесь что - то иное, - подала голос доселе молчавшая Рысь. – Злые чары – возможно, но только не тайная дорожка.
- Поясни? – удивлено произнес Чоботок.
- Тайная дорожка появляется только на проклятом месте, как лысая гора, аль прокудливые деревья, - начала пояснять Рысь, - но в сказе хозяина постоялого двора я ни о той, ни о других не слышала. Так что получается, или гридни страдали куриной слепотой, или ничего такого там просто не было.
- Ай да Рысь, ай да молодца! Приметила, то, что мы все вместе пропустили мимо ушей! – восхитился ее прозорливостью Лис.
- Тогда с чем же нам придется столкнуться, ответь мне, мой почтенный друг? – задал вопрос Хасан, обращаясь к Чоботку.
- Не увидав то место, я не могу сказать, - пожав плечами, за старшого ответила Рысь. – Только оказавшись там, можно попытаться ответить на твой вопрос.
- А я хотел тебя оставить на постоялом дворе, чтоб ты присмотрела за хворыми, - произнес Чоботок. Он понял, что подругу не удастся отговорить от опасного похода.
- А что хворые. Я что могла, то сделала для них, теперь им нужно просто отлежаться. Сиделку же можно и со стороны нанять, - продолжала напрашиваться Рысь. - Не бойся, в походе обузой я не буду.
- Тому и быть, пойдешь с нами, - хлопнув по столу ладонью, принял решение Чоботок. – А ты как, Филин, выдюжишь еще один поход?
- Выдюжу, - заверил его коловрат.
- Что ж, пойдем все, а там, поглядим – увидим, что за напасть постигла гонцов князя Актимира, - сказал Чоботок.
Кроме коловратов вызвались идти Джон с Чарли, Оливер остался в услужении Генри. Вместе с Хасаном решили идти Абдула и Саид. На сей раз верные слуги решили во что бы то ни стало оградить своего храброго хозяина от всех опасностей, которые могут подстерегать его в трудном испытании. У северян не было своих лошадей, а в наем чужих брать они поскупились. Пришлось коловратам им выделить своих заводных коней. Так что в поход собрались Ульф, как старший, и Орм с Гизуром.
Решив этот вопрос, все кроме нурманов, отправились в светелки, решив хорошенько отдохнуть, а поутру выдвигаться в дорогу.
 
СообщениеГлава двадцать восьмая.
Второе испытание.

Филин улыбнулся, опустив меч. Он понял, что это Рысь сумела вовремя придти ему на помощь, вызвав Стрибога, который на мгновение очистил кусок неба от непроглядных туч. За то, она получит благодарность от него, а сейчас, в самую пору воздать хвалу Сварожичам.
Коловрат поднял руки к небу и громко произнес:
- Слава тебе, Стрибог, за то, что подсобил!
За то, что в тучах ты собою брешь пробил!
В этой бреши лик Ярило, мы смогли узреть!
Он своим ярким светом, принес зверю смерть!
И тебе, Ярило, слава – говорю!
Вас Сварожичи обоих я знатно одарю!
Дарами богатыми да знатными да для очей приятными!
Воздав хвалу Сварожичам, Филин принялся за более обыденные дела. Первым делом поднял каменную голову зверя, положил ее в переметную суму, чтоб показать князю Тур – града, мол, смотри да дивись – покончили мы с коварным Каркаладилом. Опосля, осторожно водрузил Хагальда в седло, сам же примостился на круп Звездочки и медленно направился в стольный град.
Минув лесную дорогу, они без препон добрались до постоялого двора. Там их уже ждали. Друзья старые и новые встретили героев шумными радостными выкриками. Филина хлопали по плечам, лезли обниматься. Хагальда же осторожно сняли с седла и понесли в светелку, там Рысь занялась его излечением. Когда Филин вытащил из переметной сумы Аленький цветочек, все замолкли на мгновение, начали любоваться невиданным чудом. Потом друзья опомнились и дружно выкрикнули:
- Слава храбрецам!
Во время всей этой суматохи коловрат приметил, что Хасан так же находился здесь, а вот Генри нигде не было видно.
- Где наш храбрый бритт? – спросил он у него. – Жив ли он, аль нет? Неужто он находится в объятьях прекрасной, но холодной Мары?
- Жив Генри, - ответил ему Хасан, - правда, слегка помят.
Перс рассказал, что с ними случилось в лесу, по пути в харчевню, где их ждал накрытый стол.
Решив отвлечь внимание зверя, они петляли по лесной тропе, благо полная луна расстаралась, освещала округу. Звездочка первое время покорно следовала на привязи, но потом показала свой норов, вырвалась и умчалась прочь. Хасан хотел ее нагнать – куда там. Разве нагонишь резвую лошадку, когда та решила проявить верность хозяину. А то, что она решила вернуться к Филину – он не сомневался.
После, луна скрылась за непроглядными тучами, что весьма затруднило продвижению по лесу. Хасан с Генри начали плутать. Затем на небольшой поляне, на них наскочил зверь. Он задрал лошадь бритта, сам же Генри при падении сломал ногу. Хасану удалось спасти раненого друга от острых когтей Каркаладила, но более они уже не могли помочь Филину и Хагальду, так что им пришлось вернуться на постоялый двор, моля своим богам, чтоб те удачу подарили храбрецам, когда совсем уж будет худо.
Друзья вошли в харчевню, сели там за накрытый стол, быстро перекусили, после чего привели себя в порядок и отправились к князю с доброй вестью. Пошли не все, Рысь решили оставить, чтоб приглядела за Хагальдом да Генри, которые без посторонней помощи не могли ходить.
Актимир их уже ждал, восседая в своем кресле и немудрено, ведь слухи уже успели распространиться по всему граду о славном возвращении воинов, ушедших на добычу Аленького цветка. И теперь на подворье князя невозможно было протолкнуться от наплыва зевак, которые хотели узреть героев, а в особенности чудный цветочек.
Впереди шествовал Филин, неся на вытянутых руках горшочек с Аленьким цветком, остальные следовали за ним. Подошли к высокой лестнице, остановились.
- О, услада моих очей! – воскликнул растроганный Актимир, узрев цветущий росток своего вожделения, потом с явным раздражением обратился к боярам, которые стояли на широкой лестнице:
- Ну что вы замерли на месте, остолопы! Быстрей несите ко мне этот чудный цветочек!
Услыхав строгий указ, бояре наперегонки начали спускаться вниз. Каждый из них норовил поспеть первым к коловрату, перехватить цветок и поднести властителю, тем самым завоевать его благосклонность и подняться на ступень выше, по лестнице власти.
Начались крысиные бега с пинками в бок, с тычками в спину, с подножками да другими пакостями, которые присущи многим подлым льстецам. Тот, кто находился ниже всех, тот и подоспел к Филину первым, но ему еще предстояло подняться вверх, а этому будут препятствовать припозднившиеся бояре.
Короче, началась потеха, которая, не успев перерасти в непристойное гульбище, вскоре прекратилась. Тому причиной оказался Чоботок.
Самым резвым боярам, подскочившим к Филину, он заехал по мусалам, припозднившимся досталось под микитки, никого из них не обидел, всем раздал поровну тумаки да затрещины. Ближники оказались, поумней, они не полезли нахрапом, а остановились и схватились за мечи, решив булатом наказать пришлого обидчика, нагло посягнувшего на их честь.
Чоботок же на них даже не глянул, он загородил широкой спиной Филина и обратился к правителю Тур – града:
- Охолони своих ушлепков, князь! А то они ненароком сгубят Аленький цветок в своем неуемном радении, да и сами слегка покалечатся! И будешь молвить опосля, мол, ничего не зрел я нынче, ничего не ведал! Испытание не прошли вы, так что идите прочь из моего града! Только вот такой исход нам не по душе, да и тебе, надеюсь тоже! Так что пусть твои бояре остудят, буйны головы да пропустят нас к тебе с принесенным даром!
Актимир прислушался к благоразумию. Он поднялся с кресла и крикнул:
- Пропустите храбрых воинов, пусть они преподнесут мне в дар Аленький цветок!
Бояре покорно расступились. Они не стали препятствовать намерениям пришлых воинов. Воспользовавшись этим, Филин быстро поднялся по высокой лестнице и передал горшочек с цветком князю из рук в руки, потом полез в суму, которая висела на его плече, достал оттуда окаменевшую голову чудища, положил ее возле ног правителя Тур – града. Сделав дело, коловрат поспешил вернуться к своим товарищам.
Актимир приняв дар, слегка полюбовался им, наслаждаясь невиданным зрелищем да чарующим ароматом цветочного бутона, опосля, поставил горшочек возле себя, посмотрел вначале на каменную голову невиданного зверя, потом на прибывших воинов и обратился к ним:
- Первое испытание вы прошли с честью и достоинством. Добыли мне Аленький цветок, да еще избавили мою волость от лютого непобедимого Каркаладила! За то вам отдельная благодарность!
Толпа зевак, находившаяся на подворье князя, радостными выкриками поддержала его речь.
Дождавшись, когда те слегка угомонятся, Актимир продолжил:
- Теперь я смогу долгое время наслаждаться красотой чудного цветочка, находясь в короткие мгновения гордого одиночества! Аленький цветок! Он прекрасен, как утренний рассвет, он источает собою аромат подобный цветущему саду, который находится в недоступных для нас, чертогах богов! Это чудесное порождение дикого леса достойно, чтоб его воспели сладоустые гусляры, разнося по весям и окраинам о чуде невиданном нигде! Есть у меня такой искусный сказитель! Он готов приняться за такое благое дело, но только ежели окажутся в его руках чудо – гусли, чей перезвон туго натянутых струн может заставить пуститься в пляс любого, кто их услышит, или погрузить в непробудный сон, как Кот - Баюн, или принудить грустить, аль счастливо смеяться под их сладостный перезвон. Узнав про то, я сразу же послал гонцов на все четыре стороны, им строго указав, без тех гуслей обратно не возвращаться. И вот совсем недавно пришла так долго ожидаемая благая весть! Нашлись те чудо – гусли в таких далеких, незнакомых нам весях, о которых нам доселе было неизвестно. Их выменяли мои гонцы за щедрые дары и в скором времени должны были то невиданное чудо доставить в Тур – град. Но не доставили, пропали по дороге вместе с чудо – гуслями. Узнав про то, послал я верных гридней на поиски пропавшего предмета. Они искали, облазали всю весь, вопросы задавали всем, кто попадался на пути, все безрезультатно. Пропали мои гонцы бесследно недалече от волости боярина Ежима.
Князь замолчал, испил из чарки немного заморского вина, ее ему поднес один из ближников, решив немного передохнуть от очень длинной речи.
Все молча, терпеливо ждали, когда он вновь заговорит. Актимир отдал пустую чару, утер рукою бороду да усы, обвел толпу прищуренным взором и только после этого продолжил свою речь:
- Так вот, второе испытание я назначаю вам. Идите и найдите чудо – гусли, которые пропали неведомо где, неведомо куда. А так, как не из простых задача стоит перед вами, то можете идти в поход все вместе, ежели на то будет ваша воля! На том закончу молвить я. Вперед, храбрецы, пусть всюду вам сопутствует удача!
Закончив говорить, князь уселся в кресло, тем самым указывая, что пора всем убираться прочь.
Узрев такой красноречивый намек, зеваки стали расходиться. Воины так же не стали стоять столбами посреди княжьего подворья, они степенным шагом направились на постоялый двор, где можно сесть за широкий стол и неспеша решить, как им поступить дальше.
За ними увязался разговорчивый гридень Корей, который и сей раз набился в провожатые. Чоботок не преминул воспользоваться таким моментом. Решил он у гридня разузнать кое, какие подробности, которые князь Тур – града не удосужился им сообщить:
- А скажи ка нам, Корней, когда оказия с пропавшими гонцами случилась тут у вас?
- Да прям перед вашим появлением, - ответил гридень. – Узнав такую весть, послал наш Актимир отряд из лучших гридней. Но те так ничего и не нашли.
- А кто еще мог знать, что гусли должны были намедни прибыть в ваш славный град? – продолжил спрашивать Чоботок.
- Да весь Тур – град и знал, - ответил Корней, - такие вещи у нас не принято скрывать, наоборот, о тех делах разносят быстро вести по всем лачугам да теремам.
- Так значит любой из Тур – града мог польститься на чудо – гусли и, выбрав удобный момент, как тать напасть на гонцов, похитить чудную вещицу и скрыться с глаз долой, - размышлял вслух старшой.
- Смог бы, но не стал, - уверено заявил гридень.
- Неужто? – удивился Чоботок.
- Мы слишком уважаем своего правителя, чтоб тому препоны ставить в его блажи, - ответил Корней, - так что, никто из жителей Тур – града не осмелился бы как тать напасть на гонцов князя.
- А не жители? – спросил старшой.
- О чем ты? – не понял вопроса гридень.
- Пришлые, как мы, аль боярин Ежим, - пояснил Чоботок.
- Пришлые могли, - после долгого молчания молвил Корней, - а вот боярин Ежим – навряд ли. Он же так же как и я, чтит прихоти Актимира, да и гридни князя к нему наведывались, поспрошали, посмотрели - ничего не нашли.
- Да уж, загадал нам загадку ваш князь, - невесело усмехнулся старшой, - пойдите туда - не знаю куда, принесите то - не знаю что.
- Ага, прям как частушке выходит, - добавил Лис:
- Выйди в поле
Сеять рожь,
А где сеять
Хрен поймешь.
Там болото,
Там вода,
Хоть на жопе
Сей тогда!
- А кому сейчас легко, - хохотнул гридень, услышав присказку коловрата.
За разговором они как то незаметно добрались до городских ворот.
- Удачи вам во всех благих деяниях, - сказал на прощание Корней.
- Да уж, удача нам бы была в пору, - согласился с ним Чоботок.
Распрощались с Корнеем, пришлые воины направили свои стопы на постоялый двор. Их до самого тына сопровождала ликующая толпа зевак, те даже пытались последовать за храбрецами во внутрь двора, но то свершить им не позволили. Нечего им там делать, посчитали путники. Решение важного вопроса не терпит лишней суеты и праздного веселья, которое обязательно устроят жители Тур – града. Правда, с этим не очень были согласны нурманы, им наоборот была по душе шумная компания, с которой можно знатно за столом посидеть. Но их урезонил вескими доводами Чоботок, пообещав северянинам, что и без шумной толпы им скучать, не придется.
Расположившись в харчевне за широким столом, путники, медленно попивая холодное пиво, начали обсуждать свои дальнейшие действия.
Чоботок попросил хозяина постоялого двора присоединиться к их компании, посчитав, что у него можно будет узнать кое какие подробности о предстоящем деле. Тот не стал противиться, сел за стол и сразу приступил к расспросу: как воинам удалось добыть Аленький цветок, как им удалось победить коварного Каркаладила.
Пришлось поведать ему о своих приключениях. Хозяин постоялого двора слушал, молча, изредка одобрительно кивал головой, да медленно попивал холодное пиво. Когда же Филин и Хасан закончили свое повествование, крякнул и уважительно произнес:
- Однако. Чудеснее сказа мне еще не приходилось слышать. Но вы позвали меня за свой стол не только что бы быль поведать, а наверняка кое - что узнать из моих уст. Или я не прав?
- В истину зришь, хозяин, - похвалил его Чоботок, - надобно нам кое - что услышать из твоих уст, хотя бы о боярине Ежимее.
- И что же вы хоте услышать об этом добропорядочном боярине? – поинтересовался хозяин постоялого двора.
- Мог он позариться на чудо – гусли? – сразу, без обиняков, перешел к главному старшой коловратов.
- Не там вы собрались искать, - предостерег его хозяин.
- Это почему же? – удивился Чоботок.
- Как то раз, ко мне наведался один из гридней, того самого отряда, отправленного Актимиром на поиски пропавших гонцов, - начал издалека хозяин постоялого двора. – Пришел, отведал яства, попил холодного пивка. За время той не очень - то мудреной снеди, поведал он мне один чудесный сказ.
- Мы здесь не байки праздные собрались травить, а думу думать, - недовольно проворчал Чоботок, услышав последние слова хозяина постоялого двора.
- А ты вначале выслушай, а уж потом будешь судить, просто лясы я точил, аль дело говорил, - ответил тот, нисколько не обидевшись на его ворчанье.
- Что ж, давай, трави свой сказ, - криво усмехнувшись, молвил старшой.
- Так вот, тот гридень, попивая заморское вино, - начал хозяин постоялого двора, но его сразу же прервал Чоботок, приметив небольшую неточность в начале сказа:
- Ты же по пивко только что сказывал.
- За свой необычный сказ он от меня потребовал заморского вина, так что пришлось мне выполнить его требования, ради своего непомерного любопытства, - с легким раздражением пояснил хозяин. – Так мне продолжить, аль будем к каждому слову, цепляться, которое произнесено по забывчивости без пояснения?
- Да ладно, не держи обиды, - сразу извинился Чоботок, - мы больше словом не обмолвимся до окончания твоего сказа.
- Так вот, тот гридень, попивая заморское вино, поведал мне о кое - чем, о чем не удосужился сказать вам Актимир, - продолжил хозяин постоялого двора. Произнеся это, он замолчал и обвел взглядом всех присутствующих, проверяя, будут те прерывать его речь или нет.
Все молча, сидели за столом, терпеливо ожидая продолжения сказа. Никто из путников не решился вставить поперек слово.
Убедившись в этом, хозяин постоялого двора продолжил:
- В первую очередь отряд гридней наведался в усадьбу, боярина Ежима, решив оттуда начать свои изыскания. Там они поспрошали челядь обо всем, что их интересовало, да и самого хозяина вниманием не обдели, короче, учинили строгий спрос, вот только толком ничего не добились. Никто на усадьбе ничего не знал про чудо - гусли и куда они могли пропасть вместе с гонцами князя Актимира ничего не ведали. Тогда гридни направились на торговую дорогу, по которой должны были идти посланники правителя. По пути они останавливали всех, учиняя допрос, но так же безрезультатно, никто ничего не видел, никто ничего не знал. Так гридни добрались до лесной дороги. Там они решили переночевать, чтоб рано поутру продолжить поиски. Ночь прошла спокойно, почти спокойно, если не считать того, что один из воинов бесследно исчез. Он встал еще до зари, решив сходить в кустики по нужде, да так обратно и не вернулся. Его исчезновение приметили дозорные, которые стерегли покой товарищей. Они сразу подняли тревогу. Начались поиски. Надо сказать, среди гридней было пару опытных следопытов, так они без труда обнаружили еще не остывшие следы пропавшего, пошли по ним, но те нежданно оборвались, прямо на пустом месте, возле глубокого оврага. Со стороны казалось, что гридень просто растворился, как утренний туман под лучами восходящего солнца. Остальные воины подивились такому чуду, но поиски не прекратили. В итоге им удалось обнаружить недалече следы стоянки с остатками потухшего костра, следы телег, следы копыт лошадей, но вот незадача, они так же пропадали в никуда. Создавалось впечатление, что караван, отдохнув от долгого пути, продолжил двигаться вперед и сгинул как на топи. Но вот незадача, болот там не было в помине.
Услыхав такую весть, коловраты тревожно переглянулись меж собой. Им уже приходилось сталкиваться с подобным чудом возле прокудливых сосен. Неужто вновь их настигла чья - та злая ворожба? Неужто им вновь придется вернуться в Кощееву странь, туда, откуда они с таким трудом вырвались?
Хозяин постоялого двора не заметил смятение коловратов, он отпил пива из чарки и закончил свой сказ:
- Гридни так и не нашли своего товарища, гонцов князя так же не сыскали, пришлось им вернуться в Тур – град несолоно хлебавши. Актимир пожурил их слегка, но сильно гневаться не стал, а тут и вы подоспели. Вот князь и решил возложить на ваши плечи непосильный труд по поискам пропавших чудо – гуслей, мудро посчитав, что в любом случае в накладе не останется. Ежели вам удастся обнаружить пропажу, значит, он окажется единственным владельцем заветного предмета, ежели нет, то ему не придется расставаться с чудо – птицей, так как вы не справились с назначенным испытанием. Вот что поведал тот гридень. А теперь не обессудьте, мне пора и делом заняться.
Хозяин постоялого двора поднялся с лавки и уже хотел уйти, когда Чоботок остановил его вопросом:
- Как звали того гридня?
- А тебе, зачем знать? – удивился хозяин.
- Вдруг встретим на лесной тропе, а как кликать его не знаем, - ответил ему старшой.
- Ершом кличут, - назвал имя хозяин постоялого двора и удалился.
Компания воинов погрузилось в долгое молчание, стараясь осмыслить только что услышанную речь. Из нее они поняли только одно, испытание, которое назначил князь Тур – града - не из простых. И с кого конца за него браться - никто из них не знал.
- Верно ты приметил, старшой, - первым Лис нарушил молчание.
- О чем ты? – не понял его Чоботок, ведь он ни слова не проронил.
- Когда молвил, что направляет нас князь неведомо куда, чтоб найти неведомо что, - напомнил ему коловрат.
- Или в Кощееву странь вновь вернуться, - высказал общее опасение Филин. – Будь она неладна.
- Кощееву странь? – удивлено воскликнул Ульф и не мудрено, о таковой ему впервые слышать приходилось.
- Да, в Кощееву странь, - скривившись как от зубной боли, произнес Лис. Не очень - то приятные воспоминания остались у коловратов о том злосчастном месте.
- И что же там такого могло случиться, что только при одном упоминании о тех местах вы, о храбрейшие из храбрейших, сразу похмурнели ликом? – поинтересовался наблюдательный Хасан.
Пришлось коловратам поведать своим новым друзьям о злоключениях в Кощеевой волости, как туда попали, как оттуда им выбраться удалось. Остальные слушали да диву давались, а некоторые из храбрецов открыто завидовали, еще бы, такое захватывающее приключение и их обошло стороной.
- Значит, тайная дорожка поглотила княжьих гонцов? – выслушав рассказ, толи вопрошал, толи сделал вывод Джон.
- Наверняка, - тяжко вздохнув, произнес Филин.
- Нет, здесь что - то иное, - подала голос доселе молчавшая Рысь. – Злые чары – возможно, но только не тайная дорожка.
- Поясни? – удивлено произнес Чоботок.
- Тайная дорожка появляется только на проклятом месте, как лысая гора, аль прокудливые деревья, - начала пояснять Рысь, - но в сказе хозяина постоялого двора я ни о той, ни о других не слышала. Так что получается, или гридни страдали куриной слепотой, или ничего такого там просто не было.
- Ай да Рысь, ай да молодца! Приметила, то, что мы все вместе пропустили мимо ушей! – восхитился ее прозорливостью Лис.
- Тогда с чем же нам придется столкнуться, ответь мне, мой почтенный друг? – задал вопрос Хасан, обращаясь к Чоботку.
- Не увидав то место, я не могу сказать, - пожав плечами, за старшого ответила Рысь. – Только оказавшись там, можно попытаться ответить на твой вопрос.
- А я хотел тебя оставить на постоялом дворе, чтоб ты присмотрела за хворыми, - произнес Чоботок. Он понял, что подругу не удастся отговорить от опасного похода.
- А что хворые. Я что могла, то сделала для них, теперь им нужно просто отлежаться. Сиделку же можно и со стороны нанять, - продолжала напрашиваться Рысь. - Не бойся, в походе обузой я не буду.
- Тому и быть, пойдешь с нами, - хлопнув по столу ладонью, принял решение Чоботок. – А ты как, Филин, выдюжишь еще один поход?
- Выдюжу, - заверил его коловрат.
- Что ж, пойдем все, а там, поглядим – увидим, что за напасть постигла гонцов князя Актимира, - сказал Чоботок.
Кроме коловратов вызвались идти Джон с Чарли, Оливер остался в услужении Генри. Вместе с Хасаном решили идти Абдула и Саид. На сей раз верные слуги решили во что бы то ни стало оградить своего храброго хозяина от всех опасностей, которые могут подстерегать его в трудном испытании. У северян не было своих лошадей, а в наем чужих брать они поскупились. Пришлось коловратам им выделить своих заводных коней. Так что в поход собрались Ульф, как старший, и Орм с Гизуром.
Решив этот вопрос, все кроме нурманов, отправились в светелки, решив хорошенько отдохнуть, а поутру выдвигаться в дорогу.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:35
СообщениеГлава двадцать восьмая.
Второе испытание.

Филин улыбнулся, опустив меч. Он понял, что это Рысь сумела вовремя придти ему на помощь, вызвав Стрибога, который на мгновение очистил кусок неба от непроглядных туч. За то, она получит благодарность от него, а сейчас, в самую пору воздать хвалу Сварожичам.
Коловрат поднял руки к небу и громко произнес:
- Слава тебе, Стрибог, за то, что подсобил!
За то, что в тучах ты собою брешь пробил!
В этой бреши лик Ярило, мы смогли узреть!
Он своим ярким светом, принес зверю смерть!
И тебе, Ярило, слава – говорю!
Вас Сварожичи обоих я знатно одарю!
Дарами богатыми да знатными да для очей приятными!
Воздав хвалу Сварожичам, Филин принялся за более обыденные дела. Первым делом поднял каменную голову зверя, положил ее в переметную суму, чтоб показать князю Тур – града, мол, смотри да дивись – покончили мы с коварным Каркаладилом. Опосля, осторожно водрузил Хагальда в седло, сам же примостился на круп Звездочки и медленно направился в стольный град.
Минув лесную дорогу, они без препон добрались до постоялого двора. Там их уже ждали. Друзья старые и новые встретили героев шумными радостными выкриками. Филина хлопали по плечам, лезли обниматься. Хагальда же осторожно сняли с седла и понесли в светелку, там Рысь занялась его излечением. Когда Филин вытащил из переметной сумы Аленький цветочек, все замолкли на мгновение, начали любоваться невиданным чудом. Потом друзья опомнились и дружно выкрикнули:
- Слава храбрецам!
Во время всей этой суматохи коловрат приметил, что Хасан так же находился здесь, а вот Генри нигде не было видно.
- Где наш храбрый бритт? – спросил он у него. – Жив ли он, аль нет? Неужто он находится в объятьях прекрасной, но холодной Мары?
- Жив Генри, - ответил ему Хасан, - правда, слегка помят.
Перс рассказал, что с ними случилось в лесу, по пути в харчевню, где их ждал накрытый стол.
Решив отвлечь внимание зверя, они петляли по лесной тропе, благо полная луна расстаралась, освещала округу. Звездочка первое время покорно следовала на привязи, но потом показала свой норов, вырвалась и умчалась прочь. Хасан хотел ее нагнать – куда там. Разве нагонишь резвую лошадку, когда та решила проявить верность хозяину. А то, что она решила вернуться к Филину – он не сомневался.
После, луна скрылась за непроглядными тучами, что весьма затруднило продвижению по лесу. Хасан с Генри начали плутать. Затем на небольшой поляне, на них наскочил зверь. Он задрал лошадь бритта, сам же Генри при падении сломал ногу. Хасану удалось спасти раненого друга от острых когтей Каркаладила, но более они уже не могли помочь Филину и Хагальду, так что им пришлось вернуться на постоялый двор, моля своим богам, чтоб те удачу подарили храбрецам, когда совсем уж будет худо.
Друзья вошли в харчевню, сели там за накрытый стол, быстро перекусили, после чего привели себя в порядок и отправились к князю с доброй вестью. Пошли не все, Рысь решили оставить, чтоб приглядела за Хагальдом да Генри, которые без посторонней помощи не могли ходить.
Актимир их уже ждал, восседая в своем кресле и немудрено, ведь слухи уже успели распространиться по всему граду о славном возвращении воинов, ушедших на добычу Аленького цветка. И теперь на подворье князя невозможно было протолкнуться от наплыва зевак, которые хотели узреть героев, а в особенности чудный цветочек.
Впереди шествовал Филин, неся на вытянутых руках горшочек с Аленьким цветком, остальные следовали за ним. Подошли к высокой лестнице, остановились.
- О, услада моих очей! – воскликнул растроганный Актимир, узрев цветущий росток своего вожделения, потом с явным раздражением обратился к боярам, которые стояли на широкой лестнице:
- Ну что вы замерли на месте, остолопы! Быстрей несите ко мне этот чудный цветочек!
Услыхав строгий указ, бояре наперегонки начали спускаться вниз. Каждый из них норовил поспеть первым к коловрату, перехватить цветок и поднести властителю, тем самым завоевать его благосклонность и подняться на ступень выше, по лестнице власти.
Начались крысиные бега с пинками в бок, с тычками в спину, с подножками да другими пакостями, которые присущи многим подлым льстецам. Тот, кто находился ниже всех, тот и подоспел к Филину первым, но ему еще предстояло подняться вверх, а этому будут препятствовать припозднившиеся бояре.
Короче, началась потеха, которая, не успев перерасти в непристойное гульбище, вскоре прекратилась. Тому причиной оказался Чоботок.
Самым резвым боярам, подскочившим к Филину, он заехал по мусалам, припозднившимся досталось под микитки, никого из них не обидел, всем раздал поровну тумаки да затрещины. Ближники оказались, поумней, они не полезли нахрапом, а остановились и схватились за мечи, решив булатом наказать пришлого обидчика, нагло посягнувшего на их честь.
Чоботок же на них даже не глянул, он загородил широкой спиной Филина и обратился к правителю Тур – града:
- Охолони своих ушлепков, князь! А то они ненароком сгубят Аленький цветок в своем неуемном радении, да и сами слегка покалечатся! И будешь молвить опосля, мол, ничего не зрел я нынче, ничего не ведал! Испытание не прошли вы, так что идите прочь из моего града! Только вот такой исход нам не по душе, да и тебе, надеюсь тоже! Так что пусть твои бояре остудят, буйны головы да пропустят нас к тебе с принесенным даром!
Актимир прислушался к благоразумию. Он поднялся с кресла и крикнул:
- Пропустите храбрых воинов, пусть они преподнесут мне в дар Аленький цветок!
Бояре покорно расступились. Они не стали препятствовать намерениям пришлых воинов. Воспользовавшись этим, Филин быстро поднялся по высокой лестнице и передал горшочек с цветком князю из рук в руки, потом полез в суму, которая висела на его плече, достал оттуда окаменевшую голову чудища, положил ее возле ног правителя Тур – града. Сделав дело, коловрат поспешил вернуться к своим товарищам.
Актимир приняв дар, слегка полюбовался им, наслаждаясь невиданным зрелищем да чарующим ароматом цветочного бутона, опосля, поставил горшочек возле себя, посмотрел вначале на каменную голову невиданного зверя, потом на прибывших воинов и обратился к ним:
- Первое испытание вы прошли с честью и достоинством. Добыли мне Аленький цветок, да еще избавили мою волость от лютого непобедимого Каркаладила! За то вам отдельная благодарность!
Толпа зевак, находившаяся на подворье князя, радостными выкриками поддержала его речь.
Дождавшись, когда те слегка угомонятся, Актимир продолжил:
- Теперь я смогу долгое время наслаждаться красотой чудного цветочка, находясь в короткие мгновения гордого одиночества! Аленький цветок! Он прекрасен, как утренний рассвет, он источает собою аромат подобный цветущему саду, который находится в недоступных для нас, чертогах богов! Это чудесное порождение дикого леса достойно, чтоб его воспели сладоустые гусляры, разнося по весям и окраинам о чуде невиданном нигде! Есть у меня такой искусный сказитель! Он готов приняться за такое благое дело, но только ежели окажутся в его руках чудо – гусли, чей перезвон туго натянутых струн может заставить пуститься в пляс любого, кто их услышит, или погрузить в непробудный сон, как Кот - Баюн, или принудить грустить, аль счастливо смеяться под их сладостный перезвон. Узнав про то, я сразу же послал гонцов на все четыре стороны, им строго указав, без тех гуслей обратно не возвращаться. И вот совсем недавно пришла так долго ожидаемая благая весть! Нашлись те чудо – гусли в таких далеких, незнакомых нам весях, о которых нам доселе было неизвестно. Их выменяли мои гонцы за щедрые дары и в скором времени должны были то невиданное чудо доставить в Тур – град. Но не доставили, пропали по дороге вместе с чудо – гуслями. Узнав про то, послал я верных гридней на поиски пропавшего предмета. Они искали, облазали всю весь, вопросы задавали всем, кто попадался на пути, все безрезультатно. Пропали мои гонцы бесследно недалече от волости боярина Ежима.
Князь замолчал, испил из чарки немного заморского вина, ее ему поднес один из ближников, решив немного передохнуть от очень длинной речи.
Все молча, терпеливо ждали, когда он вновь заговорит. Актимир отдал пустую чару, утер рукою бороду да усы, обвел толпу прищуренным взором и только после этого продолжил свою речь:
- Так вот, второе испытание я назначаю вам. Идите и найдите чудо – гусли, которые пропали неведомо где, неведомо куда. А так, как не из простых задача стоит перед вами, то можете идти в поход все вместе, ежели на то будет ваша воля! На том закончу молвить я. Вперед, храбрецы, пусть всюду вам сопутствует удача!
Закончив говорить, князь уселся в кресло, тем самым указывая, что пора всем убираться прочь.
Узрев такой красноречивый намек, зеваки стали расходиться. Воины так же не стали стоять столбами посреди княжьего подворья, они степенным шагом направились на постоялый двор, где можно сесть за широкий стол и неспеша решить, как им поступить дальше.
За ними увязался разговорчивый гридень Корей, который и сей раз набился в провожатые. Чоботок не преминул воспользоваться таким моментом. Решил он у гридня разузнать кое, какие подробности, которые князь Тур – града не удосужился им сообщить:
- А скажи ка нам, Корней, когда оказия с пропавшими гонцами случилась тут у вас?
- Да прям перед вашим появлением, - ответил гридень. – Узнав такую весть, послал наш Актимир отряд из лучших гридней. Но те так ничего и не нашли.
- А кто еще мог знать, что гусли должны были намедни прибыть в ваш славный град? – продолжил спрашивать Чоботок.
- Да весь Тур – град и знал, - ответил Корней, - такие вещи у нас не принято скрывать, наоборот, о тех делах разносят быстро вести по всем лачугам да теремам.
- Так значит любой из Тур – града мог польститься на чудо – гусли и, выбрав удобный момент, как тать напасть на гонцов, похитить чудную вещицу и скрыться с глаз долой, - размышлял вслух старшой.
- Смог бы, но не стал, - уверено заявил гридень.
- Неужто? – удивился Чоботок.
- Мы слишком уважаем своего правителя, чтоб тому препоны ставить в его блажи, - ответил Корней, - так что, никто из жителей Тур – града не осмелился бы как тать напасть на гонцов князя.
- А не жители? – спросил старшой.
- О чем ты? – не понял вопроса гридень.
- Пришлые, как мы, аль боярин Ежим, - пояснил Чоботок.
- Пришлые могли, - после долгого молчания молвил Корней, - а вот боярин Ежим – навряд ли. Он же так же как и я, чтит прихоти Актимира, да и гридни князя к нему наведывались, поспрошали, посмотрели - ничего не нашли.
- Да уж, загадал нам загадку ваш князь, - невесело усмехнулся старшой, - пойдите туда - не знаю куда, принесите то - не знаю что.
- Ага, прям как частушке выходит, - добавил Лис:
- Выйди в поле
Сеять рожь,
А где сеять
Хрен поймешь.
Там болото,
Там вода,
Хоть на жопе
Сей тогда!
- А кому сейчас легко, - хохотнул гридень, услышав присказку коловрата.
За разговором они как то незаметно добрались до городских ворот.
- Удачи вам во всех благих деяниях, - сказал на прощание Корней.
- Да уж, удача нам бы была в пору, - согласился с ним Чоботок.
Распрощались с Корнеем, пришлые воины направили свои стопы на постоялый двор. Их до самого тына сопровождала ликующая толпа зевак, те даже пытались последовать за храбрецами во внутрь двора, но то свершить им не позволили. Нечего им там делать, посчитали путники. Решение важного вопроса не терпит лишней суеты и праздного веселья, которое обязательно устроят жители Тур – града. Правда, с этим не очень были согласны нурманы, им наоборот была по душе шумная компания, с которой можно знатно за столом посидеть. Но их урезонил вескими доводами Чоботок, пообещав северянинам, что и без шумной толпы им скучать, не придется.
Расположившись в харчевне за широким столом, путники, медленно попивая холодное пиво, начали обсуждать свои дальнейшие действия.
Чоботок попросил хозяина постоялого двора присоединиться к их компании, посчитав, что у него можно будет узнать кое какие подробности о предстоящем деле. Тот не стал противиться, сел за стол и сразу приступил к расспросу: как воинам удалось добыть Аленький цветок, как им удалось победить коварного Каркаладила.
Пришлось поведать ему о своих приключениях. Хозяин постоялого двора слушал, молча, изредка одобрительно кивал головой, да медленно попивал холодное пиво. Когда же Филин и Хасан закончили свое повествование, крякнул и уважительно произнес:
- Однако. Чудеснее сказа мне еще не приходилось слышать. Но вы позвали меня за свой стол не только что бы быль поведать, а наверняка кое - что узнать из моих уст. Или я не прав?
- В истину зришь, хозяин, - похвалил его Чоботок, - надобно нам кое - что услышать из твоих уст, хотя бы о боярине Ежимее.
- И что же вы хоте услышать об этом добропорядочном боярине? – поинтересовался хозяин постоялого двора.
- Мог он позариться на чудо – гусли? – сразу, без обиняков, перешел к главному старшой коловратов.
- Не там вы собрались искать, - предостерег его хозяин.
- Это почему же? – удивился Чоботок.
- Как то раз, ко мне наведался один из гридней, того самого отряда, отправленного Актимиром на поиски пропавших гонцов, - начал издалека хозяин постоялого двора. – Пришел, отведал яства, попил холодного пивка. За время той не очень - то мудреной снеди, поведал он мне один чудесный сказ.
- Мы здесь не байки праздные собрались травить, а думу думать, - недовольно проворчал Чоботок, услышав последние слова хозяина постоялого двора.
- А ты вначале выслушай, а уж потом будешь судить, просто лясы я точил, аль дело говорил, - ответил тот, нисколько не обидевшись на его ворчанье.
- Что ж, давай, трави свой сказ, - криво усмехнувшись, молвил старшой.
- Так вот, тот гридень, попивая заморское вино, - начал хозяин постоялого двора, но его сразу же прервал Чоботок, приметив небольшую неточность в начале сказа:
- Ты же по пивко только что сказывал.
- За свой необычный сказ он от меня потребовал заморского вина, так что пришлось мне выполнить его требования, ради своего непомерного любопытства, - с легким раздражением пояснил хозяин. – Так мне продолжить, аль будем к каждому слову, цепляться, которое произнесено по забывчивости без пояснения?
- Да ладно, не держи обиды, - сразу извинился Чоботок, - мы больше словом не обмолвимся до окончания твоего сказа.
- Так вот, тот гридень, попивая заморское вино, поведал мне о кое - чем, о чем не удосужился сказать вам Актимир, - продолжил хозяин постоялого двора. Произнеся это, он замолчал и обвел взглядом всех присутствующих, проверяя, будут те прерывать его речь или нет.
Все молча, сидели за столом, терпеливо ожидая продолжения сказа. Никто из путников не решился вставить поперек слово.
Убедившись в этом, хозяин постоялого двора продолжил:
- В первую очередь отряд гридней наведался в усадьбу, боярина Ежима, решив оттуда начать свои изыскания. Там они поспрошали челядь обо всем, что их интересовало, да и самого хозяина вниманием не обдели, короче, учинили строгий спрос, вот только толком ничего не добились. Никто на усадьбе ничего не знал про чудо - гусли и куда они могли пропасть вместе с гонцами князя Актимира ничего не ведали. Тогда гридни направились на торговую дорогу, по которой должны были идти посланники правителя. По пути они останавливали всех, учиняя допрос, но так же безрезультатно, никто ничего не видел, никто ничего не знал. Так гридни добрались до лесной дороги. Там они решили переночевать, чтоб рано поутру продолжить поиски. Ночь прошла спокойно, почти спокойно, если не считать того, что один из воинов бесследно исчез. Он встал еще до зари, решив сходить в кустики по нужде, да так обратно и не вернулся. Его исчезновение приметили дозорные, которые стерегли покой товарищей. Они сразу подняли тревогу. Начались поиски. Надо сказать, среди гридней было пару опытных следопытов, так они без труда обнаружили еще не остывшие следы пропавшего, пошли по ним, но те нежданно оборвались, прямо на пустом месте, возле глубокого оврага. Со стороны казалось, что гридень просто растворился, как утренний туман под лучами восходящего солнца. Остальные воины подивились такому чуду, но поиски не прекратили. В итоге им удалось обнаружить недалече следы стоянки с остатками потухшего костра, следы телег, следы копыт лошадей, но вот незадача, они так же пропадали в никуда. Создавалось впечатление, что караван, отдохнув от долгого пути, продолжил двигаться вперед и сгинул как на топи. Но вот незадача, болот там не было в помине.
Услыхав такую весть, коловраты тревожно переглянулись меж собой. Им уже приходилось сталкиваться с подобным чудом возле прокудливых сосен. Неужто вновь их настигла чья - та злая ворожба? Неужто им вновь придется вернуться в Кощееву странь, туда, откуда они с таким трудом вырвались?
Хозяин постоялого двора не заметил смятение коловратов, он отпил пива из чарки и закончил свой сказ:
- Гридни так и не нашли своего товарища, гонцов князя так же не сыскали, пришлось им вернуться в Тур – град несолоно хлебавши. Актимир пожурил их слегка, но сильно гневаться не стал, а тут и вы подоспели. Вот князь и решил возложить на ваши плечи непосильный труд по поискам пропавших чудо – гуслей, мудро посчитав, что в любом случае в накладе не останется. Ежели вам удастся обнаружить пропажу, значит, он окажется единственным владельцем заветного предмета, ежели нет, то ему не придется расставаться с чудо – птицей, так как вы не справились с назначенным испытанием. Вот что поведал тот гридень. А теперь не обессудьте, мне пора и делом заняться.
Хозяин постоялого двора поднялся с лавки и уже хотел уйти, когда Чоботок остановил его вопросом:
- Как звали того гридня?
- А тебе, зачем знать? – удивился хозяин.
- Вдруг встретим на лесной тропе, а как кликать его не знаем, - ответил ему старшой.
- Ершом кличут, - назвал имя хозяин постоялого двора и удалился.
Компания воинов погрузилось в долгое молчание, стараясь осмыслить только что услышанную речь. Из нее они поняли только одно, испытание, которое назначил князь Тур – града - не из простых. И с кого конца за него браться - никто из них не знал.
- Верно ты приметил, старшой, - первым Лис нарушил молчание.
- О чем ты? – не понял его Чоботок, ведь он ни слова не проронил.
- Когда молвил, что направляет нас князь неведомо куда, чтоб найти неведомо что, - напомнил ему коловрат.
- Или в Кощееву странь вновь вернуться, - высказал общее опасение Филин. – Будь она неладна.
- Кощееву странь? – удивлено воскликнул Ульф и не мудрено, о таковой ему впервые слышать приходилось.
- Да, в Кощееву странь, - скривившись как от зубной боли, произнес Лис. Не очень - то приятные воспоминания остались у коловратов о том злосчастном месте.
- И что же там такого могло случиться, что только при одном упоминании о тех местах вы, о храбрейшие из храбрейших, сразу похмурнели ликом? – поинтересовался наблюдательный Хасан.
Пришлось коловратам поведать своим новым друзьям о злоключениях в Кощеевой волости, как туда попали, как оттуда им выбраться удалось. Остальные слушали да диву давались, а некоторые из храбрецов открыто завидовали, еще бы, такое захватывающее приключение и их обошло стороной.
- Значит, тайная дорожка поглотила княжьих гонцов? – выслушав рассказ, толи вопрошал, толи сделал вывод Джон.
- Наверняка, - тяжко вздохнув, произнес Филин.
- Нет, здесь что - то иное, - подала голос доселе молчавшая Рысь. – Злые чары – возможно, но только не тайная дорожка.
- Поясни? – удивлено произнес Чоботок.
- Тайная дорожка появляется только на проклятом месте, как лысая гора, аль прокудливые деревья, - начала пояснять Рысь, - но в сказе хозяина постоялого двора я ни о той, ни о других не слышала. Так что получается, или гридни страдали куриной слепотой, или ничего такого там просто не было.
- Ай да Рысь, ай да молодца! Приметила, то, что мы все вместе пропустили мимо ушей! – восхитился ее прозорливостью Лис.
- Тогда с чем же нам придется столкнуться, ответь мне, мой почтенный друг? – задал вопрос Хасан, обращаясь к Чоботку.
- Не увидав то место, я не могу сказать, - пожав плечами, за старшого ответила Рысь. – Только оказавшись там, можно попытаться ответить на твой вопрос.
- А я хотел тебя оставить на постоялом дворе, чтоб ты присмотрела за хворыми, - произнес Чоботок. Он понял, что подругу не удастся отговорить от опасного похода.
- А что хворые. Я что могла, то сделала для них, теперь им нужно просто отлежаться. Сиделку же можно и со стороны нанять, - продолжала напрашиваться Рысь. - Не бойся, в походе обузой я не буду.
- Тому и быть, пойдешь с нами, - хлопнув по столу ладонью, принял решение Чоботок. – А ты как, Филин, выдюжишь еще один поход?
- Выдюжу, - заверил его коловрат.
- Что ж, пойдем все, а там, поглядим – увидим, что за напасть постигла гонцов князя Актимира, - сказал Чоботок.
Кроме коловратов вызвались идти Джон с Чарли, Оливер остался в услужении Генри. Вместе с Хасаном решили идти Абдула и Саид. На сей раз верные слуги решили во что бы то ни стало оградить своего храброго хозяина от всех опасностей, которые могут подстерегать его в трудном испытании. У северян не было своих лошадей, а в наем чужих брать они поскупились. Пришлось коловратам им выделить своих заводных коней. Так что в поход собрались Ульф, как старший, и Орм с Гизуром.
Решив этот вопрос, все кроме нурманов, отправились в светелки, решив хорошенько отдохнуть, а поутру выдвигаться в дорогу.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:35
sermolotkovДата: Суббота, 06.08.2011, 19:38 | Сообщение # 32
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 255
Награды: 2
Репутация: 12
Статус: Offline
Глава двадцать девятая.
Чудо – гусли.

Отряд витязей, ведомый Корнеем, минул усадьбу боярина Ежима. Туда они решили не заглядывать, чтоб не терять время зря, а продолжить свой путь, направляясь к месту, где пропал гридень Актимира, а так же, где, скорее всего и гонцы его сгинули без вести, вместе с чудо – гуслями.
Далее дорога шла через просторное поле, где высокий ковыль степенно колыхался под напором ветра, там же, на покатых боках невысоких сопок, лежал белым ковром выводок ромашек, иногда среди травы виднелись синеглазые васильки. По округе раздавался задорный стрекот кузнечиков да торопливое жужжание пчел, а в небе вились шустрые жаворонки.
Но вот показался редкий подлесок, который постепенно начал густеть, превращаясь в полновесный лес. Кроны деревьев дырявым шатром прикрыли солнечное небо, тем самым оберегая путников от летнего зноя, сами же стволы стояли щербатым тыном вдоль широкой тропы, но и эти прогалины не оставались пустыми, их заполнял кустарник, скрывая от взора прячущуюся там мелкую живность - мышей, зайцев, ежей.
По лесной дороге Коней провел отряд до поляны, где остались следы старых кострищ, там он распрощался, пожелал удачи и вернулся в стольный град, оставив воинов с их трудной задачей наедине.
Все спешились, начали держать совет, решая, как им поступить дальше. Стоит ли разделяться аль начать поиски всем вместе, общей толпой, брать ли с собой оружие или не обременять себя лишней тяжестью. После недолгих споров они решили разделиться, идти по двое, чтоб можно было приглядывать друг за другом, а то еще затеряется кто нибудь из них, аль сгинет без следа, как тут пропали другие путники. Разбившись на пары, воины принялись за поиски, начали рыскать по округе, заглядывая под каждый кустик, всматриваясь в каждую впадину.
Вскоре удалось им обнаружить следы телег, те вились по извилистой лесной дороге, потом упирались в широкий овраг, за оврагом же их уже не было, словно там закончился путь, а сами они просто растворились в воздухе вместе с поклажей и возницей. Возле того места земля была изрядно утоптана лошадиными копытами, словно там пасся табун лошадей, или прошел многочисленный отряд конников. Вначале все подумали, что это княжеские гридни оставили следы, но они не возвращались в стольный город, а также пропадали в никуда, значит, это были не посланники Актимира. Тогда кто?
Филин подошел к вытоптанному месту, присмотрелся. Все кони были подкованы, значит здесь не хазары, аль печенеги побывали, те своих лошадей неподкованными держат. Ага, а вон кто - то след оставил на засохшей конской лепешке. Вот здесь он вляпался в навоз ногой обутой в сапог, вот здесь его вытер об траву. И сделал это не пришлый, а кто из жителей Тур – града. Может пропавший гридень?
- Эй, Рысь! – крикнул Лис, его уже изрядно утомили бесполезные поиски. – Никак леший нас за нос водит, путает следы, вот нам и не удается сыскать пропажу!
- Не, не леший это, - возразила ему девица. – Его бы я за версту учуяла. Здесь что - то иное, вот только что, пока неведомо мне.
- Может морок кто - то навел, - проворчал Чоботок, - ведь не могли следы от телег и конских копыт сами по себе исчезнуть.
- Может и морок, - ответила ему Рысь, - ежели все так, то надобно нам поклад отыскать, который застилает нам взор.
- И где же нам его изыскать? – заинтересовался Лис.
- Вот здесь и искать, - указала девица, - здесь, где следы обрываются.
Все послушались ее совета, принялись за поиски. Филин так же хотел пойти порыскать по кустам, но Рысь его остановила:
- Постой, не уходи. Пока погляди по сторонам, а я испробую еще одно средство. Как только приметишь что - либо чудное, сразу мне скажешь.
Коловрат послушно отошел в сторонку, стал поглядывать по сторонам. Рысь же, вышла на середину полянки, подняла руки к небу и стала говорить:
- Выйду в чисто поле, в широкое раздолье.
Там увижу, как туман по земле стелиться,
Как Ярило в ясном небе светится.
Тут мой взор прояснится, как ключ – вода,
Да откроется предо мной скрытая правда вся.
Морок, наведенный черною рукой,
После слов моих заветных сразу уйдет на покой.
Уйдет в дальние края, за глубокие синие моря,
Доберется до острова Буяна и останется там навсегда.
Пусть мое слово будет крепче булата, да ярче чем горы злата.
То слово вкупе с чистотою помыслов своих,
Снимет наведенный морок с ясных очей моих.
Да будет так, как я сказала!
Филин, стоя в сторонке, в пол уха слушал девицу, он послушно осматривал окрестности, силясь приметить что - либо чудное. Пока ему ничего такого увидеть не удавалось. Кругом стоял лес, как лес, наполненный привычными деревьями да кустами. Когда же ворожба Рыси подошла к концу, с очей коловрата словно сняли пелену. Перед глазами Филина задрожало призрачное марево, а когда оно рассеялось, он увидел, что овраг исчез, а на его месте появился высокий широкий дуб. Возле него виднелось продолжение колеи, проложенной караваном телег, а рядом с ними следы лошадиных копыт, которые далее терялись за высокими кустами. Потом видение расплылось и исчезло, оставив перед взором воина уже привычный лес, глубокий овраг, без следов пропавшего обоза.
- Ух, ты! - не скрывая своего изумления, воскликнул коловрат.
- Что? – сразу насторожилась Рысь.
- Ты разве не видела? – удивлено вопрошал Филин.
- Нет, ничего не видела, - честно призналась девица. – Что ты успел узреть?
- Вон в ту сторону ведут следы телег! – указал пальцем коловрат.
Рысь посмотрела туда, но ничего не узрела, ни следов от телег, ни вмятин от лошадиных копыт.
- Ты точно что - то узрел аль тебе просто, привиделось? – на всякий случай переспросила девица.
- Точно узрел, - ответил Филин. – Да ты сама смотри, вот они, следы!
На том месте, куда он указывал, вновь задрожало марево. В следующее мгновение оно опало, и Рысь узрела, что овраг пропал, а появился высокий дуб и продолжение следов, оставленных телегами да копытами лошадей. Но вскоре призрачная пелена начала снова сгущаться, грозясь закрыть от взора появившееся видение. Девица сорвалась с места и побежала в ту дуба.
- Ты куда? – спросил коловрат. Он не отставал от своей подруги, предано следуя за ней.
- Погоди чуток, сейчас сам все увидишь, - ответила ему Рысь.
Она подбежала к широкому дубу, обошла его кругом, оглядывая со всех сторон. На высоте человеческого роста в стволе дерева обнаружилось широкое дупло.
- Ну - ка, подсади, - попросила девица.
Филин, более не задавая вопросов, подошел к дубу, уперся в ствол руками. В следующее мгновение замелькала рябь марева и дуб исчез. Коловрат узрев пустоту перед собой, слегка подивился. Еще бы, ведь он ощущал руками твердую кору дерева, но самого его узреть не мог. Такое чудо любого приведет в смятение.
Тем временем Рысь забралась к нему на плечи, она начала ощупывать невидимое дерево перед собой. Найдя дупло, девица залезла туда рукой. Там она пошарила, нащупала чужеродный предмет, взяла его и только после этого спустилась на землю.
- Вот и поклад, - сказала девица, показывая другу вытащенный самоцвет.
- Это он наводит морок? – вопрошал коловрат, рассматривая бирюзовый камушек размером с кулак.
- Он родимый, - подтвердила Рысь, - и чтоб развеять морок, мы с ним поступим так.
Она положила самоцвет на широкий пенек дерева, который выпячивался из земли рядом с ними, вытащила из ножен саблю, размахнулась и ударила по камню.
Раздался треск, послышался грохот, словно началась гроза. Во все стороны разлетелись искры, когда закаленный клинок со всего замаха упал на самоцвет. Камень не выдержал такого напора, он развалился на мелкие кусочки.
Как только это случилось, колдовское марево появилось на мгновение, после чего оно исчезло навсегда.
- Вот и все, - удовлетворено произнесла Рысь.
На поднятый шум к ним сбежались остальные воины. Они ожидали узреть врага, который похитил обоз, но кроме своих друзей никого не увидели.
- Что случилось? – задал вопрос встревоженный Чоботок.
- А ты сам оглянись вокруг и все поймешь, - ответила ему Рысь.
Старшой огляделся, да и остальные тоже. К их великому удивлению широкий овраг бесследно исчез, зато на его месте виднелся высокий дуб, вокруг которого обходила колея оставленная телегами, возле них было изрядно натоптано лошадьми. Все эти следы вели дальше, глубже в лес, а не терялись, как раньше, в никуда.
- Однако, - только и смог произнести Чоботок. Он был изрядно удивлен.
- Почему же мы раньше всего этого не могли узреть? – спросил Ульф.
- Рысь нашла поклад, разбила его саблей, и вот вам результат, - пояснил Филин.
Все одобрительно заворчали, хваля девицу, громче этого сделать они остерегались, боясь спугнуть татей, ежели те укрылись где - то рядом.
- Хватит лясы точить, - угомонил товарищей Чоботок, - пошли за лошадьми, да направимся по следу, поглядим – увидим, что за лихой народ покусился на вещицу Актимира.
Воины согласились с ним. Не теряя время даром, они сели на коней и продолжили свой путь по открывшейся дорожке.
Ехали настороже, прислушиваясь к лесу, стараясь вовремя приметить признаки людского жилья, ведь тати, а кто еще может позариться на чужое добро, должны где - то ночевать, да хранить награбленное добро.
Путники придерживались тропы, которая вилась по сосновому бору, где мощные деревья смыкались кронами над их головой. Здесь Лис слез с коня. Он прихватил с собой верный лук и скрылся среди сосен. Надо же кому то разведать дальнейший путь. Остальные воины сбавили ход лошадям, вытащили из ножен оружие. Они все ощущали, что вскоре приблизятся к намеченной цели и это чувство невольно подымало в их душах тревогу, заставляло постоянно быть настороже.
Таким образом, они добрались до елового болотистого участка леса. Там перед ними появился Лис.
- Нашел я их, - поведал он товарищам.
- Где? – спросил у него Чоботок.
- С полверсты, на небольшом пригорке стоят две землянки и большой амбар, - сообщил коловрат, - как раз туда ведут следы исчезнувших телег, да и лошадьми там изрядно натоптано.
- Вот и ладно, - обрадовался Чоботок. Остальные воины дружно поддержали его, ведь повод был для радости, тати найдены, значит больше не надо рыскать по лесу, осталось только перенять разбойников, да вернуть украденные чудо - гусли князю.
- Веди, - старшой дал указ Лису. Тот согласно мотнул головой, птицей взлетел в седло и направил свою Искорку в сторону стойбища лихого люда.
Полверсты пролетели незаметно. Миновав их, Лис спешился. Он рукой показал, где находятся землянки. Но и без этого указа все уже увидели на небольшом пригорке две землянки покрытые срубами, да большой амбар с соломенной крышей. Все постройки были обнесены невысоким тыном, который может защитить жилье от дикого зверя, но не станет препоной для опытных воинов.
Отряд храбрецов спешился. Воины похватали свое оружие и залегли под деревьями, они стали пристально всматриваться в сторону одиноких землянок.
- Не таятся, - тихо произнес Чоботок, увидев, как над крышами домов подымается струйками дым.
- Ага, и похлебку готовят, - согласился с ним Филин.
- А зачем им таится, ежели они всецело надеются на свой поклад, - подала голос Рысь, - думают, что никто не найдет их схрон, вон гляньте, даже дозор не удосужились выставить.
- Это нам на руку, - произнес Чоботок, вглядываясь в людское жилье, вдруг тати все ж поставили людей в дозор, просо те, так хитро спрятались от чужих глаз, что их с первого взгляда не приметишь. Нет, не видать. Убедившись в этом, старшой коловратов скомандовал:
- Обходим тын со всех сторон, чтоб никто не смог от нас улизнуть. И сторожитесь, не подымайте шум, вдруг у них за тыном собаки находятся.
Воины, выстроившись цепью, стали обходить тын со всех сторон. Шли тихо, не поднимая шума, старались не наступать на сухие ветки, разбросанные на земле, не шуршать сухой травой, таились за кустами да деревцами. Вдруг тати заметят, да навострят лапти прочь бежать, потом лови их по лесу, как пугливых зайцев.
Все их ухищрения оказались напрасными, лихой люд так и не заметил приближение опасности. Слишком беспечными оказались разбойнички, понадеялись на колдовской поклад.
Воины без препон добрались до частокола, окружив его, остановились там. Первыми на тын взобрались Лис с Филином. Оказавшись наверху, они не стали сразу спрыгивать во двор, а вначале осторожно осмотрелись.
За частоколом коловраты узрели восьмерых расседланных лошадей, самого же лихого люда нигде не было видно. Скорее всего, они сидят за столом, яствами пользуются, или хмельной брагой брюхо заливают, но это уж без разницы, в любом случае все складывается в пользу храбрецов, ведь они без помех могут проникнуть за частокол и еще «тепленькими» повязать татей.
Лис хотел остальным подать сигнал, чтоб поднимались, но его остановил Филин. Он жестом показал в сторону двора. Там, из - под двух пустых телег, которые стояли возле амбара, вылезли три огромных волкодава. Лохматые сторожа, молча, подбежали к изгороди, подняли морды, оскалив острые клыки. Это вам не шавки дворовые, которые при любом шорохе начинают брехать почем зря, эти все делают, молча - что волка, что гостя незваного сразу валят на землю и перегрызают горло, ежели хозяин не остановит.
Но тут добыча оказалась им не по зубам. Лис быстро вскинул лук, тренькнула три раза тетива и три стрелы пробили шерстяные шеи волкодавов. Те, даже взвизгнуть, не успев, замертво пали на землю.
Коловраты замерли на изгороди, как куры на насесте, начали прислушиваться, вдруг кто - либо из татей услышал посторонний шум. Нет, никто не услышал. Тогда Лис, дав отмашку рукой, мол, путь свободен, мягко спрыгнул на землю, Филин последовал за ним. Они дождались, когда все переберутся во двор. Самым последним оказался Ульф, он перелазал изгородь на самом дальнем участке. Северянин, коснувшись земли, сразу вытащил меч из ножен и первым направился к ближайшей землянке. За ним последовали Орм с Гизуром и трое персов. Ко второму жилищу подкрались коловраты вместе с Джоном и Чарли.
Они остановились возле входа в землянку, прикрытую толстой дерюгой, готовые в любое мгновение ворваться внутрь. Возможно, коловраты со своими новыми друзьями так и слали бы, но услышав разговор невидимых собеседников, решили слегка погодить, о чем оповестили остальных жестом руки.
- Эй, Ерш, - раздался изнутри приглушенный хриплый басок, - а не кажется тебе, что боярин слегка надул нас с наградой?
- А вот и пропавший гридень нашелся, - прошептал Чоботок. Его друзья понимающе ухмыльнулись и решили дальше послушать, о чем будут молвить разбойнички.
- Верно, говорит Зима, - поддержали хозяина хриплого баска, голоса других татей, их было человек шесть. Значит, двое остальных находились в другой землянке.
- Неужто вам дар пришелся не по нраву? – спросил Ерш. – Ведь колдовской поклад скрывает вас от чужих глаз, позволяет бесчинствовать в округе, опустошать обозы приезжих купцов, не боясь положенной кары со стороны нашего князя. Разве это мало для вас?
- Колдовской поклад за чудо - гусли, это хорошо, но звонкое золотишко – еще лучше, - в ответ раздался голос атамана, - так что направляйся к боярину и передай ему, ежели он нам не отсыплет сорок золотых, то князь Актимир узнает про его измену.
- Жадность, Зима, не добродетель, а порок, погубивший немало душ. Неужто тебе того неведомо? – спросил Ерш.
- Нет не ведомо, - усмехнулся атаман, - зато мне ведомо, что скупой – дважды платит. Рассчитался бы боярин с нами по достоинству, тогда никто бы и словом не обмолвился насчет дополнительной оплаты.
Далее коловраты не стали слушать разговор. Все что нужно они узнали, теперь можно было приступить к захвату разбойников.
Чоботок подал сигнал рукой. Остальные уже заждавшиеся его, сорвались с места и ворвались внутрь землянок.
Разбойники, не ожидавшие нападения, даже не успели схватиться за оружие, которое лежало по лавкам рядом с ними, как были скручены и выволочены во двор из полутемных землянок. Вначале тати пытались дергаться, надеясь вырваться из цепких рук воинов, да дать деру в лес, где можно скрыться от преследования, но увидав, что окружены, поняли, что деваться им некуда.
- Ты Зима? – задал вопрос Чоботок, незлобно пнув ногой лежащего разбойника. В широкоплечем бородатом мужике, одетом в богатый кафтан, который в поясе был, перетянут широким кушаком, он сразу признал атамана.
- А ты кто таков? – злобно вытаращив глаза, спросил тать. Он языком слизал кровь с разбитых уст и стал хмурым взором разглядывать захватчиков. Вначале атаман подумал, что это княжеские гридни сумели каким - то непонятным образом обойти поклад да обнаружить их укромное гнездышко, но когда увидел разношерстную ватагу воинов, где кроме руссов были нурманы, персы и бритты, то в его голову стали лезть совсем другие мысли. Неужто соперники объявились в его волости, которые хотят перенять прибыльный, но опасный доход, то бишь, грабить приезжие обозы купцов, а его самого живота лишить?
- Это пришлые, которые хотят попытаться счастья, пройти испытания, что назначит Актимир и добыть чудо – птицу себе в награду, - подал голос мужик, облаченный в добротную кольчугу.
- Ага, а вот и Ерш нашелся, - на показ заулыбался Чоботок и подошел, к якобы, пропавшему гридню. – Ты знаешь, что твои верные товарищи по оружию все горем убиты? Они уже давно по тебе тризну справили, посчитали героем, а ты тут, червь навозный, брагу пьешь, да с лихим людом застольные беседы вежливо ведешь! Не по правде все это!
- Эй, старшой, а кто - то нам недавно молвил, что все в Тур – граде любят да уважают Актимира! – насмешливо произнес Лис.
- В любой отаре может попасться одна плешивая овца, - ответил ему Чоботок, после чего вновь обратился к Ершу:
- Так кто таков, тот боярин, что позарился на вещь Актимира?
Гридень не стал отвечать на вопрос, он просто отвернул голову в сторону.
- Значит, будем в молчанку играть, - недобро усмехнулся старшой коловратов, потом он начал говорить тихо, вкрадчиво, так что бы Ерш понял, здесь не в бирюльки пришли играть, а воплотить в жизнь все свои намерения, - что ж, твое право. Вот только нам телиться с тобой не с руки, так что не надейся, к князю мы тебя в сей час, отправлять не будем, чтоб тот учинил над тобой правый суд, вдруг еще убежишь по дороге. Нет, мы здесь на месте все вызнаем, а для этого есть много способов, например, начнем с перстов. Каждый из них Лис по очереди начнет отрубать, потом, ежели не поможет, к ногам перейдет, обрубки же он буде прижигать огнем, чтоб не истек рудой, и в скором времени, ты не воином станешь, а кочерыжкой обструганной. Но это еще не все, покончив с перстами, мой воин примется тебя резать на ремни, а открытые раны посыпать солью, так что не надейся на скорую смерть, долгие мучения ждут тебя впереди.
Услыхав такие слова, Ерш сразу ликом побледнел, его всего затрясло как в лихорадке. Наслышан он был о таких воинах, которые изуверскими пытками могли даже самого стойкого мужа заставить заговорить, а теперь с ними ему пришлось столкнуться лицом к лицу, да еще вскоре испытать на собственной шкуре их умение. Этого гридню никак не хотелось, поэтому Ерш выкрикнул срывающимся от страха голосом:
- Я все скажу!
- Дрянь трусливая! – презрительно сплюнул в сторону Зима.
- Молчи, ушлепок, не с тобой речь ведут, - пнул атамана Чоботок и обратился к гридню, - говори, какому боярину вы добыли чужие чудо – гусли?
- Ежим, нас подбил на это дело! – испугано затараторил Ерш. – Услыхав, что князь Актимир добыл чудо – гусли, возжелал он иметь этот дорогой музыкальный инструмент в единоличное пользование. Вот и подбил ватагу лихого люда на это дело, за что, обещал им в дар отдать колдовской поклад, для отвода любопытных глаз. Поэтому Зима без лишних препон может грабить купеческие обозы. Ведь они бесследно исчезают, а куда, никто понять не может. Вы то, как нашли нас?
- Не твое дело, пес шелудивый! – резко ответил ему Чоботок. – Здесь вопрошаю я, а ты ответ держишь. Ты внял, аль нет?
- Да, да, внял! – сразу согласился Ерш.
- Вот и ладно, - уже спокойно продолжил коловрат. – Тогда ответь, твой Ежим чародей?
- Не - ет, - слегка растянул свой ответ гридень. Он не мог понять, к чему такой вопрос.
- Откуда же тогда он взял поклад, который отдал за работу Зиме? – задал вопрос Чоботок.
- Однажды в наши края забрел чародей, одетый в черную хламиду, а на шее его висела цепь с золотым оберегом круглым, украшенным камнями дорогущими. Голова его была покрыта шапкой, токмо не меховой, как у нас принято, а матерчатой, широкой, аж глаз не видно. В руках посох был, весь резной, то ли рунами исцарапан, то ли колдовскими знаками, вязь та мне не ведома. На плече сума. Из-под подола, того срамного платья, когда шагал, виднелись сапоги добротные, яловые. Пришел он из дальних краев, по каким делам, никому неведомо, вот только пыли на его одежке не было видать. У него то, боярин и выменял поклад, а на что, мне неведомо, - продолжил говорить Ерш.
- Ты только глянь, наш пострел и здесь успел! – удивлено воскликнул Лис. Признал он по описанию Астинея. Вот только каким ветром его в эти края занесло? Неужто он заранее знал, что потерпит поражение от рук коловратов, вот и решил на будущее им свинью подложить.
- О чем он? – удивлено спросил Ерш.
- Где посланники князя, что везли чудо – гусли? – проигнорировав вопрос, продолжил пытать Чоботок.
- Про это поспрошайте Зиму, только ему ведомо, под какой елочкой те закопаны, - честно признался гридень.
- Дерьмо собачье! – процедил сквозь зубы атаман, за что получил очередной тычок в бок.
- Где боярин прячет чудо – гусли? – Чоботок обратился к гридню.
- В подклети вестимо, - ответил Ерш. – Там, где сундуки со златом держит, где дорогие меха хранит. Вот только вам в его усадьбу ни в жизнь не попасть.
- Это почему же? – удивился Чоботок.
- Как только, он заполучил желаемое, с тех пор никаких гостей не принимает, дальше ворот никого не пускает, - сообщил гридень.
- Это мы еще поглядим – увидим, кого он пускает, а кого нет, - усмехнулся Чоботок и обратился к остальным:
- Ну что, братья, не пора ли нам наведаться, к боярину Ежимы?
- Пора, ой пора! – радостно поддержали его остальные воины.
- А что с этими делать? – спросил Хасан, указывая на повязанных разбойников.
- Развесить по елочкам, как праздничные ленты! – сразу предложил Лис.
- Нет, - не согласился с ним Чоботок, - мы их доставим к князю Актимиру, пусть он решает их судьбу.
- А я все ж повесил бы их, в назидание другим, - недовольно проворчал Лис, но оспаривать правоту старшого не стал.
И все же отряду воинов пришлось не сразу пуститься в дорогу. Нурманы, решив слегка поживиться, заглянули в амбар, а там чего только не было: и шелк в тугих скрутках валялся на земле, и меха дорогие лежали кучами, сундуки стояли, доверху наполненные звонкой монетой да каменьями. Разве такое богатство под силу бросить на произвол судьбы? Нет, этого допустить северяне не могли, бритты их так же поддержали. Они сразу принялись загружать пустые телеги. Покончив с суетливым делом, Ульф подошел к Чоботку, одобрительно хлопнул того по плечу и произнес:
- Любо мне с тобой в поход ходить. Ты отмечен богами, это сразу заметно. Вон, пошли на простое испытание, до конца его не выполнили, а уже с большим прибытком. А знаешь, присоединяйся к нам, как с делом покончим. Таким удачливым воинам всегда найдется место на нашем драккаре.
- Не гневайся, друже, но у нас своя служба, - вежливо отказался от заманчивого предложения старшой коловратов.
Повязали лихой люд в связку по одному длинными веревками, так чтоб те могли свободно шагать, да не путаться друг у дружки под ногами, потом, их зачалили к груженым телегам. Покончив с этим делом, воины водрузились на своих коней и направились к усадьбе боярина Ежима.
 
СообщениеГлава двадцать девятая.
Чудо – гусли.

Отряд витязей, ведомый Корнеем, минул усадьбу боярина Ежима. Туда они решили не заглядывать, чтоб не терять время зря, а продолжить свой путь, направляясь к месту, где пропал гридень Актимира, а так же, где, скорее всего и гонцы его сгинули без вести, вместе с чудо – гуслями.
Далее дорога шла через просторное поле, где высокий ковыль степенно колыхался под напором ветра, там же, на покатых боках невысоких сопок, лежал белым ковром выводок ромашек, иногда среди травы виднелись синеглазые васильки. По округе раздавался задорный стрекот кузнечиков да торопливое жужжание пчел, а в небе вились шустрые жаворонки.
Но вот показался редкий подлесок, который постепенно начал густеть, превращаясь в полновесный лес. Кроны деревьев дырявым шатром прикрыли солнечное небо, тем самым оберегая путников от летнего зноя, сами же стволы стояли щербатым тыном вдоль широкой тропы, но и эти прогалины не оставались пустыми, их заполнял кустарник, скрывая от взора прячущуюся там мелкую живность - мышей, зайцев, ежей.
По лесной дороге Коней провел отряд до поляны, где остались следы старых кострищ, там он распрощался, пожелал удачи и вернулся в стольный град, оставив воинов с их трудной задачей наедине.
Все спешились, начали держать совет, решая, как им поступить дальше. Стоит ли разделяться аль начать поиски всем вместе, общей толпой, брать ли с собой оружие или не обременять себя лишней тяжестью. После недолгих споров они решили разделиться, идти по двое, чтоб можно было приглядывать друг за другом, а то еще затеряется кто нибудь из них, аль сгинет без следа, как тут пропали другие путники. Разбившись на пары, воины принялись за поиски, начали рыскать по округе, заглядывая под каждый кустик, всматриваясь в каждую впадину.
Вскоре удалось им обнаружить следы телег, те вились по извилистой лесной дороге, потом упирались в широкий овраг, за оврагом же их уже не было, словно там закончился путь, а сами они просто растворились в воздухе вместе с поклажей и возницей. Возле того места земля была изрядно утоптана лошадиными копытами, словно там пасся табун лошадей, или прошел многочисленный отряд конников. Вначале все подумали, что это княжеские гридни оставили следы, но они не возвращались в стольный город, а также пропадали в никуда, значит, это были не посланники Актимира. Тогда кто?
Филин подошел к вытоптанному месту, присмотрелся. Все кони были подкованы, значит здесь не хазары, аль печенеги побывали, те своих лошадей неподкованными держат. Ага, а вон кто - то след оставил на засохшей конской лепешке. Вот здесь он вляпался в навоз ногой обутой в сапог, вот здесь его вытер об траву. И сделал это не пришлый, а кто из жителей Тур – града. Может пропавший гридень?
- Эй, Рысь! – крикнул Лис, его уже изрядно утомили бесполезные поиски. – Никак леший нас за нос водит, путает следы, вот нам и не удается сыскать пропажу!
- Не, не леший это, - возразила ему девица. – Его бы я за версту учуяла. Здесь что - то иное, вот только что, пока неведомо мне.
- Может морок кто - то навел, - проворчал Чоботок, - ведь не могли следы от телег и конских копыт сами по себе исчезнуть.
- Может и морок, - ответила ему Рысь, - ежели все так, то надобно нам поклад отыскать, который застилает нам взор.
- И где же нам его изыскать? – заинтересовался Лис.
- Вот здесь и искать, - указала девица, - здесь, где следы обрываются.
Все послушались ее совета, принялись за поиски. Филин так же хотел пойти порыскать по кустам, но Рысь его остановила:
- Постой, не уходи. Пока погляди по сторонам, а я испробую еще одно средство. Как только приметишь что - либо чудное, сразу мне скажешь.
Коловрат послушно отошел в сторонку, стал поглядывать по сторонам. Рысь же, вышла на середину полянки, подняла руки к небу и стала говорить:
- Выйду в чисто поле, в широкое раздолье.
Там увижу, как туман по земле стелиться,
Как Ярило в ясном небе светится.
Тут мой взор прояснится, как ключ – вода,
Да откроется предо мной скрытая правда вся.
Морок, наведенный черною рукой,
После слов моих заветных сразу уйдет на покой.
Уйдет в дальние края, за глубокие синие моря,
Доберется до острова Буяна и останется там навсегда.
Пусть мое слово будет крепче булата, да ярче чем горы злата.
То слово вкупе с чистотою помыслов своих,
Снимет наведенный морок с ясных очей моих.
Да будет так, как я сказала!
Филин, стоя в сторонке, в пол уха слушал девицу, он послушно осматривал окрестности, силясь приметить что - либо чудное. Пока ему ничего такого увидеть не удавалось. Кругом стоял лес, как лес, наполненный привычными деревьями да кустами. Когда же ворожба Рыси подошла к концу, с очей коловрата словно сняли пелену. Перед глазами Филина задрожало призрачное марево, а когда оно рассеялось, он увидел, что овраг исчез, а на его месте появился высокий широкий дуб. Возле него виднелось продолжение колеи, проложенной караваном телег, а рядом с ними следы лошадиных копыт, которые далее терялись за высокими кустами. Потом видение расплылось и исчезло, оставив перед взором воина уже привычный лес, глубокий овраг, без следов пропавшего обоза.
- Ух, ты! - не скрывая своего изумления, воскликнул коловрат.
- Что? – сразу насторожилась Рысь.
- Ты разве не видела? – удивлено вопрошал Филин.
- Нет, ничего не видела, - честно призналась девица. – Что ты успел узреть?
- Вон в ту сторону ведут следы телег! – указал пальцем коловрат.
Рысь посмотрела туда, но ничего не узрела, ни следов от телег, ни вмятин от лошадиных копыт.
- Ты точно что - то узрел аль тебе просто, привиделось? – на всякий случай переспросила девица.
- Точно узрел, - ответил Филин. – Да ты сама смотри, вот они, следы!
На том месте, куда он указывал, вновь задрожало марево. В следующее мгновение оно опало, и Рысь узрела, что овраг пропал, а появился высокий дуб и продолжение следов, оставленных телегами да копытами лошадей. Но вскоре призрачная пелена начала снова сгущаться, грозясь закрыть от взора появившееся видение. Девица сорвалась с места и побежала в ту дуба.
- Ты куда? – спросил коловрат. Он не отставал от своей подруги, предано следуя за ней.
- Погоди чуток, сейчас сам все увидишь, - ответила ему Рысь.
Она подбежала к широкому дубу, обошла его кругом, оглядывая со всех сторон. На высоте человеческого роста в стволе дерева обнаружилось широкое дупло.
- Ну - ка, подсади, - попросила девица.
Филин, более не задавая вопросов, подошел к дубу, уперся в ствол руками. В следующее мгновение замелькала рябь марева и дуб исчез. Коловрат узрев пустоту перед собой, слегка подивился. Еще бы, ведь он ощущал руками твердую кору дерева, но самого его узреть не мог. Такое чудо любого приведет в смятение.
Тем временем Рысь забралась к нему на плечи, она начала ощупывать невидимое дерево перед собой. Найдя дупло, девица залезла туда рукой. Там она пошарила, нащупала чужеродный предмет, взяла его и только после этого спустилась на землю.
- Вот и поклад, - сказала девица, показывая другу вытащенный самоцвет.
- Это он наводит морок? – вопрошал коловрат, рассматривая бирюзовый камушек размером с кулак.
- Он родимый, - подтвердила Рысь, - и чтоб развеять морок, мы с ним поступим так.
Она положила самоцвет на широкий пенек дерева, который выпячивался из земли рядом с ними, вытащила из ножен саблю, размахнулась и ударила по камню.
Раздался треск, послышался грохот, словно началась гроза. Во все стороны разлетелись искры, когда закаленный клинок со всего замаха упал на самоцвет. Камень не выдержал такого напора, он развалился на мелкие кусочки.
Как только это случилось, колдовское марево появилось на мгновение, после чего оно исчезло навсегда.
- Вот и все, - удовлетворено произнесла Рысь.
На поднятый шум к ним сбежались остальные воины. Они ожидали узреть врага, который похитил обоз, но кроме своих друзей никого не увидели.
- Что случилось? – задал вопрос встревоженный Чоботок.
- А ты сам оглянись вокруг и все поймешь, - ответила ему Рысь.
Старшой огляделся, да и остальные тоже. К их великому удивлению широкий овраг бесследно исчез, зато на его месте виднелся высокий дуб, вокруг которого обходила колея оставленная телегами, возле них было изрядно натоптано лошадьми. Все эти следы вели дальше, глубже в лес, а не терялись, как раньше, в никуда.
- Однако, - только и смог произнести Чоботок. Он был изрядно удивлен.
- Почему же мы раньше всего этого не могли узреть? – спросил Ульф.
- Рысь нашла поклад, разбила его саблей, и вот вам результат, - пояснил Филин.
Все одобрительно заворчали, хваля девицу, громче этого сделать они остерегались, боясь спугнуть татей, ежели те укрылись где - то рядом.
- Хватит лясы точить, - угомонил товарищей Чоботок, - пошли за лошадьми, да направимся по следу, поглядим – увидим, что за лихой народ покусился на вещицу Актимира.
Воины согласились с ним. Не теряя время даром, они сели на коней и продолжили свой путь по открывшейся дорожке.
Ехали настороже, прислушиваясь к лесу, стараясь вовремя приметить признаки людского жилья, ведь тати, а кто еще может позариться на чужое добро, должны где - то ночевать, да хранить награбленное добро.
Путники придерживались тропы, которая вилась по сосновому бору, где мощные деревья смыкались кронами над их головой. Здесь Лис слез с коня. Он прихватил с собой верный лук и скрылся среди сосен. Надо же кому то разведать дальнейший путь. Остальные воины сбавили ход лошадям, вытащили из ножен оружие. Они все ощущали, что вскоре приблизятся к намеченной цели и это чувство невольно подымало в их душах тревогу, заставляло постоянно быть настороже.
Таким образом, они добрались до елового болотистого участка леса. Там перед ними появился Лис.
- Нашел я их, - поведал он товарищам.
- Где? – спросил у него Чоботок.
- С полверсты, на небольшом пригорке стоят две землянки и большой амбар, - сообщил коловрат, - как раз туда ведут следы исчезнувших телег, да и лошадьми там изрядно натоптано.
- Вот и ладно, - обрадовался Чоботок. Остальные воины дружно поддержали его, ведь повод был для радости, тати найдены, значит больше не надо рыскать по лесу, осталось только перенять разбойников, да вернуть украденные чудо - гусли князю.
- Веди, - старшой дал указ Лису. Тот согласно мотнул головой, птицей взлетел в седло и направил свою Искорку в сторону стойбища лихого люда.
Полверсты пролетели незаметно. Миновав их, Лис спешился. Он рукой показал, где находятся землянки. Но и без этого указа все уже увидели на небольшом пригорке две землянки покрытые срубами, да большой амбар с соломенной крышей. Все постройки были обнесены невысоким тыном, который может защитить жилье от дикого зверя, но не станет препоной для опытных воинов.
Отряд храбрецов спешился. Воины похватали свое оружие и залегли под деревьями, они стали пристально всматриваться в сторону одиноких землянок.
- Не таятся, - тихо произнес Чоботок, увидев, как над крышами домов подымается струйками дым.
- Ага, и похлебку готовят, - согласился с ним Филин.
- А зачем им таится, ежели они всецело надеются на свой поклад, - подала голос Рысь, - думают, что никто не найдет их схрон, вон гляньте, даже дозор не удосужились выставить.
- Это нам на руку, - произнес Чоботок, вглядываясь в людское жилье, вдруг тати все ж поставили людей в дозор, просо те, так хитро спрятались от чужих глаз, что их с первого взгляда не приметишь. Нет, не видать. Убедившись в этом, старшой коловратов скомандовал:
- Обходим тын со всех сторон, чтоб никто не смог от нас улизнуть. И сторожитесь, не подымайте шум, вдруг у них за тыном собаки находятся.
Воины, выстроившись цепью, стали обходить тын со всех сторон. Шли тихо, не поднимая шума, старались не наступать на сухие ветки, разбросанные на земле, не шуршать сухой травой, таились за кустами да деревцами. Вдруг тати заметят, да навострят лапти прочь бежать, потом лови их по лесу, как пугливых зайцев.
Все их ухищрения оказались напрасными, лихой люд так и не заметил приближение опасности. Слишком беспечными оказались разбойнички, понадеялись на колдовской поклад.
Воины без препон добрались до частокола, окружив его, остановились там. Первыми на тын взобрались Лис с Филином. Оказавшись наверху, они не стали сразу спрыгивать во двор, а вначале осторожно осмотрелись.
За частоколом коловраты узрели восьмерых расседланных лошадей, самого же лихого люда нигде не было видно. Скорее всего, они сидят за столом, яствами пользуются, или хмельной брагой брюхо заливают, но это уж без разницы, в любом случае все складывается в пользу храбрецов, ведь они без помех могут проникнуть за частокол и еще «тепленькими» повязать татей.
Лис хотел остальным подать сигнал, чтоб поднимались, но его остановил Филин. Он жестом показал в сторону двора. Там, из - под двух пустых телег, которые стояли возле амбара, вылезли три огромных волкодава. Лохматые сторожа, молча, подбежали к изгороди, подняли морды, оскалив острые клыки. Это вам не шавки дворовые, которые при любом шорохе начинают брехать почем зря, эти все делают, молча - что волка, что гостя незваного сразу валят на землю и перегрызают горло, ежели хозяин не остановит.
Но тут добыча оказалась им не по зубам. Лис быстро вскинул лук, тренькнула три раза тетива и три стрелы пробили шерстяные шеи волкодавов. Те, даже взвизгнуть, не успев, замертво пали на землю.
Коловраты замерли на изгороди, как куры на насесте, начали прислушиваться, вдруг кто - либо из татей услышал посторонний шум. Нет, никто не услышал. Тогда Лис, дав отмашку рукой, мол, путь свободен, мягко спрыгнул на землю, Филин последовал за ним. Они дождались, когда все переберутся во двор. Самым последним оказался Ульф, он перелазал изгородь на самом дальнем участке. Северянин, коснувшись земли, сразу вытащил меч из ножен и первым направился к ближайшей землянке. За ним последовали Орм с Гизуром и трое персов. Ко второму жилищу подкрались коловраты вместе с Джоном и Чарли.
Они остановились возле входа в землянку, прикрытую толстой дерюгой, готовые в любое мгновение ворваться внутрь. Возможно, коловраты со своими новыми друзьями так и слали бы, но услышав разговор невидимых собеседников, решили слегка погодить, о чем оповестили остальных жестом руки.
- Эй, Ерш, - раздался изнутри приглушенный хриплый басок, - а не кажется тебе, что боярин слегка надул нас с наградой?
- А вот и пропавший гридень нашелся, - прошептал Чоботок. Его друзья понимающе ухмыльнулись и решили дальше послушать, о чем будут молвить разбойнички.
- Верно, говорит Зима, - поддержали хозяина хриплого баска, голоса других татей, их было человек шесть. Значит, двое остальных находились в другой землянке.
- Неужто вам дар пришелся не по нраву? – спросил Ерш. – Ведь колдовской поклад скрывает вас от чужих глаз, позволяет бесчинствовать в округе, опустошать обозы приезжих купцов, не боясь положенной кары со стороны нашего князя. Разве это мало для вас?
- Колдовской поклад за чудо - гусли, это хорошо, но звонкое золотишко – еще лучше, - в ответ раздался голос атамана, - так что направляйся к боярину и передай ему, ежели он нам не отсыплет сорок золотых, то князь Актимир узнает про его измену.
- Жадность, Зима, не добродетель, а порок, погубивший немало душ. Неужто тебе того неведомо? – спросил Ерш.
- Нет не ведомо, - усмехнулся атаман, - зато мне ведомо, что скупой – дважды платит. Рассчитался бы боярин с нами по достоинству, тогда никто бы и словом не обмолвился насчет дополнительной оплаты.
Далее коловраты не стали слушать разговор. Все что нужно они узнали, теперь можно было приступить к захвату разбойников.
Чоботок подал сигнал рукой. Остальные уже заждавшиеся его, сорвались с места и ворвались внутрь землянок.
Разбойники, не ожидавшие нападения, даже не успели схватиться за оружие, которое лежало по лавкам рядом с ними, как были скручены и выволочены во двор из полутемных землянок. Вначале тати пытались дергаться, надеясь вырваться из цепких рук воинов, да дать деру в лес, где можно скрыться от преследования, но увидав, что окружены, поняли, что деваться им некуда.
- Ты Зима? – задал вопрос Чоботок, незлобно пнув ногой лежащего разбойника. В широкоплечем бородатом мужике, одетом в богатый кафтан, который в поясе был, перетянут широким кушаком, он сразу признал атамана.
- А ты кто таков? – злобно вытаращив глаза, спросил тать. Он языком слизал кровь с разбитых уст и стал хмурым взором разглядывать захватчиков. Вначале атаман подумал, что это княжеские гридни сумели каким - то непонятным образом обойти поклад да обнаружить их укромное гнездышко, но когда увидел разношерстную ватагу воинов, где кроме руссов были нурманы, персы и бритты, то в его голову стали лезть совсем другие мысли. Неужто соперники объявились в его волости, которые хотят перенять прибыльный, но опасный доход, то бишь, грабить приезжие обозы купцов, а его самого живота лишить?
- Это пришлые, которые хотят попытаться счастья, пройти испытания, что назначит Актимир и добыть чудо – птицу себе в награду, - подал голос мужик, облаченный в добротную кольчугу.
- Ага, а вот и Ерш нашелся, - на показ заулыбался Чоботок и подошел, к якобы, пропавшему гридню. – Ты знаешь, что твои верные товарищи по оружию все горем убиты? Они уже давно по тебе тризну справили, посчитали героем, а ты тут, червь навозный, брагу пьешь, да с лихим людом застольные беседы вежливо ведешь! Не по правде все это!
- Эй, старшой, а кто - то нам недавно молвил, что все в Тур – граде любят да уважают Актимира! – насмешливо произнес Лис.
- В любой отаре может попасться одна плешивая овца, - ответил ему Чоботок, после чего вновь обратился к Ершу:
- Так кто таков, тот боярин, что позарился на вещь Актимира?
Гридень не стал отвечать на вопрос, он просто отвернул голову в сторону.
- Значит, будем в молчанку играть, - недобро усмехнулся старшой коловратов, потом он начал говорить тихо, вкрадчиво, так что бы Ерш понял, здесь не в бирюльки пришли играть, а воплотить в жизнь все свои намерения, - что ж, твое право. Вот только нам телиться с тобой не с руки, так что не надейся, к князю мы тебя в сей час, отправлять не будем, чтоб тот учинил над тобой правый суд, вдруг еще убежишь по дороге. Нет, мы здесь на месте все вызнаем, а для этого есть много способов, например, начнем с перстов. Каждый из них Лис по очереди начнет отрубать, потом, ежели не поможет, к ногам перейдет, обрубки же он буде прижигать огнем, чтоб не истек рудой, и в скором времени, ты не воином станешь, а кочерыжкой обструганной. Но это еще не все, покончив с перстами, мой воин примется тебя резать на ремни, а открытые раны посыпать солью, так что не надейся на скорую смерть, долгие мучения ждут тебя впереди.
Услыхав такие слова, Ерш сразу ликом побледнел, его всего затрясло как в лихорадке. Наслышан он был о таких воинах, которые изуверскими пытками могли даже самого стойкого мужа заставить заговорить, а теперь с ними ему пришлось столкнуться лицом к лицу, да еще вскоре испытать на собственной шкуре их умение. Этого гридню никак не хотелось, поэтому Ерш выкрикнул срывающимся от страха голосом:
- Я все скажу!
- Дрянь трусливая! – презрительно сплюнул в сторону Зима.
- Молчи, ушлепок, не с тобой речь ведут, - пнул атамана Чоботок и обратился к гридню, - говори, какому боярину вы добыли чужие чудо – гусли?
- Ежим, нас подбил на это дело! – испугано затараторил Ерш. – Услыхав, что князь Актимир добыл чудо – гусли, возжелал он иметь этот дорогой музыкальный инструмент в единоличное пользование. Вот и подбил ватагу лихого люда на это дело, за что, обещал им в дар отдать колдовской поклад, для отвода любопытных глаз. Поэтому Зима без лишних препон может грабить купеческие обозы. Ведь они бесследно исчезают, а куда, никто понять не может. Вы то, как нашли нас?
- Не твое дело, пес шелудивый! – резко ответил ему Чоботок. – Здесь вопрошаю я, а ты ответ держишь. Ты внял, аль нет?
- Да, да, внял! – сразу согласился Ерш.
- Вот и ладно, - уже спокойно продолжил коловрат. – Тогда ответь, твой Ежим чародей?
- Не - ет, - слегка растянул свой ответ гридень. Он не мог понять, к чему такой вопрос.
- Откуда же тогда он взял поклад, который отдал за работу Зиме? – задал вопрос Чоботок.
- Однажды в наши края забрел чародей, одетый в черную хламиду, а на шее его висела цепь с золотым оберегом круглым, украшенным камнями дорогущими. Голова его была покрыта шапкой, токмо не меховой, как у нас принято, а матерчатой, широкой, аж глаз не видно. В руках посох был, весь резной, то ли рунами исцарапан, то ли колдовскими знаками, вязь та мне не ведома. На плече сума. Из-под подола, того срамного платья, когда шагал, виднелись сапоги добротные, яловые. Пришел он из дальних краев, по каким делам, никому неведомо, вот только пыли на его одежке не было видать. У него то, боярин и выменял поклад, а на что, мне неведомо, - продолжил говорить Ерш.
- Ты только глянь, наш пострел и здесь успел! – удивлено воскликнул Лис. Признал он по описанию Астинея. Вот только каким ветром его в эти края занесло? Неужто он заранее знал, что потерпит поражение от рук коловратов, вот и решил на будущее им свинью подложить.
- О чем он? – удивлено спросил Ерш.
- Где посланники князя, что везли чудо – гусли? – проигнорировав вопрос, продолжил пытать Чоботок.
- Про это поспрошайте Зиму, только ему ведомо, под какой елочкой те закопаны, - честно признался гридень.
- Дерьмо собачье! – процедил сквозь зубы атаман, за что получил очередной тычок в бок.
- Где боярин прячет чудо – гусли? – Чоботок обратился к гридню.
- В подклети вестимо, - ответил Ерш. – Там, где сундуки со златом держит, где дорогие меха хранит. Вот только вам в его усадьбу ни в жизнь не попасть.
- Это почему же? – удивился Чоботок.
- Как только, он заполучил желаемое, с тех пор никаких гостей не принимает, дальше ворот никого не пускает, - сообщил гридень.
- Это мы еще поглядим – увидим, кого он пускает, а кого нет, - усмехнулся Чоботок и обратился к остальным:
- Ну что, братья, не пора ли нам наведаться, к боярину Ежимы?
- Пора, ой пора! – радостно поддержали его остальные воины.
- А что с этими делать? – спросил Хасан, указывая на повязанных разбойников.
- Развесить по елочкам, как праздничные ленты! – сразу предложил Лис.
- Нет, - не согласился с ним Чоботок, - мы их доставим к князю Актимиру, пусть он решает их судьбу.
- А я все ж повесил бы их, в назидание другим, - недовольно проворчал Лис, но оспаривать правоту старшого не стал.
И все же отряду воинов пришлось не сразу пуститься в дорогу. Нурманы, решив слегка поживиться, заглянули в амбар, а там чего только не было: и шелк в тугих скрутках валялся на земле, и меха дорогие лежали кучами, сундуки стояли, доверху наполненные звонкой монетой да каменьями. Разве такое богатство под силу бросить на произвол судьбы? Нет, этого допустить северяне не могли, бритты их так же поддержали. Они сразу принялись загружать пустые телеги. Покончив с суетливым делом, Ульф подошел к Чоботку, одобрительно хлопнул того по плечу и произнес:
- Любо мне с тобой в поход ходить. Ты отмечен богами, это сразу заметно. Вон, пошли на простое испытание, до конца его не выполнили, а уже с большим прибытком. А знаешь, присоединяйся к нам, как с делом покончим. Таким удачливым воинам всегда найдется место на нашем драккаре.
- Не гневайся, друже, но у нас своя служба, - вежливо отказался от заманчивого предложения старшой коловратов.
Повязали лихой люд в связку по одному длинными веревками, так чтоб те могли свободно шагать, да не путаться друг у дружки под ногами, потом, их зачалили к груженым телегам. Покончив с этим делом, воины водрузились на своих коней и направились к усадьбе боярина Ежима.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:38
СообщениеГлава двадцать девятая.
Чудо – гусли.

Отряд витязей, ведомый Корнеем, минул усадьбу боярина Ежима. Туда они решили не заглядывать, чтоб не терять время зря, а продолжить свой путь, направляясь к месту, где пропал гридень Актимира, а так же, где, скорее всего и гонцы его сгинули без вести, вместе с чудо – гуслями.
Далее дорога шла через просторное поле, где высокий ковыль степенно колыхался под напором ветра, там же, на покатых боках невысоких сопок, лежал белым ковром выводок ромашек, иногда среди травы виднелись синеглазые васильки. По округе раздавался задорный стрекот кузнечиков да торопливое жужжание пчел, а в небе вились шустрые жаворонки.
Но вот показался редкий подлесок, который постепенно начал густеть, превращаясь в полновесный лес. Кроны деревьев дырявым шатром прикрыли солнечное небо, тем самым оберегая путников от летнего зноя, сами же стволы стояли щербатым тыном вдоль широкой тропы, но и эти прогалины не оставались пустыми, их заполнял кустарник, скрывая от взора прячущуюся там мелкую живность - мышей, зайцев, ежей.
По лесной дороге Коней провел отряд до поляны, где остались следы старых кострищ, там он распрощался, пожелал удачи и вернулся в стольный град, оставив воинов с их трудной задачей наедине.
Все спешились, начали держать совет, решая, как им поступить дальше. Стоит ли разделяться аль начать поиски всем вместе, общей толпой, брать ли с собой оружие или не обременять себя лишней тяжестью. После недолгих споров они решили разделиться, идти по двое, чтоб можно было приглядывать друг за другом, а то еще затеряется кто нибудь из них, аль сгинет без следа, как тут пропали другие путники. Разбившись на пары, воины принялись за поиски, начали рыскать по округе, заглядывая под каждый кустик, всматриваясь в каждую впадину.
Вскоре удалось им обнаружить следы телег, те вились по извилистой лесной дороге, потом упирались в широкий овраг, за оврагом же их уже не было, словно там закончился путь, а сами они просто растворились в воздухе вместе с поклажей и возницей. Возле того места земля была изрядно утоптана лошадиными копытами, словно там пасся табун лошадей, или прошел многочисленный отряд конников. Вначале все подумали, что это княжеские гридни оставили следы, но они не возвращались в стольный город, а также пропадали в никуда, значит, это были не посланники Актимира. Тогда кто?
Филин подошел к вытоптанному месту, присмотрелся. Все кони были подкованы, значит здесь не хазары, аль печенеги побывали, те своих лошадей неподкованными держат. Ага, а вон кто - то след оставил на засохшей конской лепешке. Вот здесь он вляпался в навоз ногой обутой в сапог, вот здесь его вытер об траву. И сделал это не пришлый, а кто из жителей Тур – града. Может пропавший гридень?
- Эй, Рысь! – крикнул Лис, его уже изрядно утомили бесполезные поиски. – Никак леший нас за нос водит, путает следы, вот нам и не удается сыскать пропажу!
- Не, не леший это, - возразила ему девица. – Его бы я за версту учуяла. Здесь что - то иное, вот только что, пока неведомо мне.
- Может морок кто - то навел, - проворчал Чоботок, - ведь не могли следы от телег и конских копыт сами по себе исчезнуть.
- Может и морок, - ответила ему Рысь, - ежели все так, то надобно нам поклад отыскать, который застилает нам взор.
- И где же нам его изыскать? – заинтересовался Лис.
- Вот здесь и искать, - указала девица, - здесь, где следы обрываются.
Все послушались ее совета, принялись за поиски. Филин так же хотел пойти порыскать по кустам, но Рысь его остановила:
- Постой, не уходи. Пока погляди по сторонам, а я испробую еще одно средство. Как только приметишь что - либо чудное, сразу мне скажешь.
Коловрат послушно отошел в сторонку, стал поглядывать по сторонам. Рысь же, вышла на середину полянки, подняла руки к небу и стала говорить:
- Выйду в чисто поле, в широкое раздолье.
Там увижу, как туман по земле стелиться,
Как Ярило в ясном небе светится.
Тут мой взор прояснится, как ключ – вода,
Да откроется предо мной скрытая правда вся.
Морок, наведенный черною рукой,
После слов моих заветных сразу уйдет на покой.
Уйдет в дальние края, за глубокие синие моря,
Доберется до острова Буяна и останется там навсегда.
Пусть мое слово будет крепче булата, да ярче чем горы злата.
То слово вкупе с чистотою помыслов своих,
Снимет наведенный морок с ясных очей моих.
Да будет так, как я сказала!
Филин, стоя в сторонке, в пол уха слушал девицу, он послушно осматривал окрестности, силясь приметить что - либо чудное. Пока ему ничего такого увидеть не удавалось. Кругом стоял лес, как лес, наполненный привычными деревьями да кустами. Когда же ворожба Рыси подошла к концу, с очей коловрата словно сняли пелену. Перед глазами Филина задрожало призрачное марево, а когда оно рассеялось, он увидел, что овраг исчез, а на его месте появился высокий широкий дуб. Возле него виднелось продолжение колеи, проложенной караваном телег, а рядом с ними следы лошадиных копыт, которые далее терялись за высокими кустами. Потом видение расплылось и исчезло, оставив перед взором воина уже привычный лес, глубокий овраг, без следов пропавшего обоза.
- Ух, ты! - не скрывая своего изумления, воскликнул коловрат.
- Что? – сразу насторожилась Рысь.
- Ты разве не видела? – удивлено вопрошал Филин.
- Нет, ничего не видела, - честно призналась девица. – Что ты успел узреть?
- Вон в ту сторону ведут следы телег! – указал пальцем коловрат.
Рысь посмотрела туда, но ничего не узрела, ни следов от телег, ни вмятин от лошадиных копыт.
- Ты точно что - то узрел аль тебе просто, привиделось? – на всякий случай переспросила девица.
- Точно узрел, - ответил Филин. – Да ты сама смотри, вот они, следы!
На том месте, куда он указывал, вновь задрожало марево. В следующее мгновение оно опало, и Рысь узрела, что овраг пропал, а появился высокий дуб и продолжение следов, оставленных телегами да копытами лошадей. Но вскоре призрачная пелена начала снова сгущаться, грозясь закрыть от взора появившееся видение. Девица сорвалась с места и побежала в ту дуба.
- Ты куда? – спросил коловрат. Он не отставал от своей подруги, предано следуя за ней.
- Погоди чуток, сейчас сам все увидишь, - ответила ему Рысь.
Она подбежала к широкому дубу, обошла его кругом, оглядывая со всех сторон. На высоте человеческого роста в стволе дерева обнаружилось широкое дупло.
- Ну - ка, подсади, - попросила девица.
Филин, более не задавая вопросов, подошел к дубу, уперся в ствол руками. В следующее мгновение замелькала рябь марева и дуб исчез. Коловрат узрев пустоту перед собой, слегка подивился. Еще бы, ведь он ощущал руками твердую кору дерева, но самого его узреть не мог. Такое чудо любого приведет в смятение.
Тем временем Рысь забралась к нему на плечи, она начала ощупывать невидимое дерево перед собой. Найдя дупло, девица залезла туда рукой. Там она пошарила, нащупала чужеродный предмет, взяла его и только после этого спустилась на землю.
- Вот и поклад, - сказала девица, показывая другу вытащенный самоцвет.
- Это он наводит морок? – вопрошал коловрат, рассматривая бирюзовый камушек размером с кулак.
- Он родимый, - подтвердила Рысь, - и чтоб развеять морок, мы с ним поступим так.
Она положила самоцвет на широкий пенек дерева, который выпячивался из земли рядом с ними, вытащила из ножен саблю, размахнулась и ударила по камню.
Раздался треск, послышался грохот, словно началась гроза. Во все стороны разлетелись искры, когда закаленный клинок со всего замаха упал на самоцвет. Камень не выдержал такого напора, он развалился на мелкие кусочки.
Как только это случилось, колдовское марево появилось на мгновение, после чего оно исчезло навсегда.
- Вот и все, - удовлетворено произнесла Рысь.
На поднятый шум к ним сбежались остальные воины. Они ожидали узреть врага, который похитил обоз, но кроме своих друзей никого не увидели.
- Что случилось? – задал вопрос встревоженный Чоботок.
- А ты сам оглянись вокруг и все поймешь, - ответила ему Рысь.
Старшой огляделся, да и остальные тоже. К их великому удивлению широкий овраг бесследно исчез, зато на его месте виднелся высокий дуб, вокруг которого обходила колея оставленная телегами, возле них было изрядно натоптано лошадьми. Все эти следы вели дальше, глубже в лес, а не терялись, как раньше, в никуда.
- Однако, - только и смог произнести Чоботок. Он был изрядно удивлен.
- Почему же мы раньше всего этого не могли узреть? – спросил Ульф.
- Рысь нашла поклад, разбила его саблей, и вот вам результат, - пояснил Филин.
Все одобрительно заворчали, хваля девицу, громче этого сделать они остерегались, боясь спугнуть татей, ежели те укрылись где - то рядом.
- Хватит лясы точить, - угомонил товарищей Чоботок, - пошли за лошадьми, да направимся по следу, поглядим – увидим, что за лихой народ покусился на вещицу Актимира.
Воины согласились с ним. Не теряя время даром, они сели на коней и продолжили свой путь по открывшейся дорожке.
Ехали настороже, прислушиваясь к лесу, стараясь вовремя приметить признаки людского жилья, ведь тати, а кто еще может позариться на чужое добро, должны где - то ночевать, да хранить награбленное добро.
Путники придерживались тропы, которая вилась по сосновому бору, где мощные деревья смыкались кронами над их головой. Здесь Лис слез с коня. Он прихватил с собой верный лук и скрылся среди сосен. Надо же кому то разведать дальнейший путь. Остальные воины сбавили ход лошадям, вытащили из ножен оружие. Они все ощущали, что вскоре приблизятся к намеченной цели и это чувство невольно подымало в их душах тревогу, заставляло постоянно быть настороже.
Таким образом, они добрались до елового болотистого участка леса. Там перед ними появился Лис.
- Нашел я их, - поведал он товарищам.
- Где? – спросил у него Чоботок.
- С полверсты, на небольшом пригорке стоят две землянки и большой амбар, - сообщил коловрат, - как раз туда ведут следы исчезнувших телег, да и лошадьми там изрядно натоптано.
- Вот и ладно, - обрадовался Чоботок. Остальные воины дружно поддержали его, ведь повод был для радости, тати найдены, значит больше не надо рыскать по лесу, осталось только перенять разбойников, да вернуть украденные чудо - гусли князю.
- Веди, - старшой дал указ Лису. Тот согласно мотнул головой, птицей взлетел в седло и направил свою Искорку в сторону стойбища лихого люда.
Полверсты пролетели незаметно. Миновав их, Лис спешился. Он рукой показал, где находятся землянки. Но и без этого указа все уже увидели на небольшом пригорке две землянки покрытые срубами, да большой амбар с соломенной крышей. Все постройки были обнесены невысоким тыном, который может защитить жилье от дикого зверя, но не станет препоной для опытных воинов.
Отряд храбрецов спешился. Воины похватали свое оружие и залегли под деревьями, они стали пристально всматриваться в сторону одиноких землянок.
- Не таятся, - тихо произнес Чоботок, увидев, как над крышами домов подымается струйками дым.
- Ага, и похлебку готовят, - согласился с ним Филин.
- А зачем им таится, ежели они всецело надеются на свой поклад, - подала голос Рысь, - думают, что никто не найдет их схрон, вон гляньте, даже дозор не удосужились выставить.
- Это нам на руку, - произнес Чоботок, вглядываясь в людское жилье, вдруг тати все ж поставили людей в дозор, просо те, так хитро спрятались от чужих глаз, что их с первого взгляда не приметишь. Нет, не видать. Убедившись в этом, старшой коловратов скомандовал:
- Обходим тын со всех сторон, чтоб никто не смог от нас улизнуть. И сторожитесь, не подымайте шум, вдруг у них за тыном собаки находятся.
Воины, выстроившись цепью, стали обходить тын со всех сторон. Шли тихо, не поднимая шума, старались не наступать на сухие ветки, разбросанные на земле, не шуршать сухой травой, таились за кустами да деревцами. Вдруг тати заметят, да навострят лапти прочь бежать, потом лови их по лесу, как пугливых зайцев.
Все их ухищрения оказались напрасными, лихой люд так и не заметил приближение опасности. Слишком беспечными оказались разбойнички, понадеялись на колдовской поклад.
Воины без препон добрались до частокола, окружив его, остановились там. Первыми на тын взобрались Лис с Филином. Оказавшись наверху, они не стали сразу спрыгивать во двор, а вначале осторожно осмотрелись.
За частоколом коловраты узрели восьмерых расседланных лошадей, самого же лихого люда нигде не было видно. Скорее всего, они сидят за столом, яствами пользуются, или хмельной брагой брюхо заливают, но это уж без разницы, в любом случае все складывается в пользу храбрецов, ведь они без помех могут проникнуть за частокол и еще «тепленькими» повязать татей.
Лис хотел остальным подать сигнал, чтоб поднимались, но его остановил Филин. Он жестом показал в сторону двора. Там, из - под двух пустых телег, которые стояли возле амбара, вылезли три огромных волкодава. Лохматые сторожа, молча, подбежали к изгороди, подняли морды, оскалив острые клыки. Это вам не шавки дворовые, которые при любом шорохе начинают брехать почем зря, эти все делают, молча - что волка, что гостя незваного сразу валят на землю и перегрызают горло, ежели хозяин не остановит.
Но тут добыча оказалась им не по зубам. Лис быстро вскинул лук, тренькнула три раза тетива и три стрелы пробили шерстяные шеи волкодавов. Те, даже взвизгнуть, не успев, замертво пали на землю.
Коловраты замерли на изгороди, как куры на насесте, начали прислушиваться, вдруг кто - либо из татей услышал посторонний шум. Нет, никто не услышал. Тогда Лис, дав отмашку рукой, мол, путь свободен, мягко спрыгнул на землю, Филин последовал за ним. Они дождались, когда все переберутся во двор. Самым последним оказался Ульф, он перелазал изгородь на самом дальнем участке. Северянин, коснувшись земли, сразу вытащил меч из ножен и первым направился к ближайшей землянке. За ним последовали Орм с Гизуром и трое персов. Ко второму жилищу подкрались коловраты вместе с Джоном и Чарли.
Они остановились возле входа в землянку, прикрытую толстой дерюгой, готовые в любое мгновение ворваться внутрь. Возможно, коловраты со своими новыми друзьями так и слали бы, но услышав разговор невидимых собеседников, решили слегка погодить, о чем оповестили остальных жестом руки.
- Эй, Ерш, - раздался изнутри приглушенный хриплый басок, - а не кажется тебе, что боярин слегка надул нас с наградой?
- А вот и пропавший гридень нашелся, - прошептал Чоботок. Его друзья понимающе ухмыльнулись и решили дальше послушать, о чем будут молвить разбойнички.
- Верно, говорит Зима, - поддержали хозяина хриплого баска, голоса других татей, их было человек шесть. Значит, двое остальных находились в другой землянке.
- Неужто вам дар пришелся не по нраву? – спросил Ерш. – Ведь колдовской поклад скрывает вас от чужих глаз, позволяет бесчинствовать в округе, опустошать обозы приезжих купцов, не боясь положенной кары со стороны нашего князя. Разве это мало для вас?
- Колдовской поклад за чудо - гусли, это хорошо, но звонкое золотишко – еще лучше, - в ответ раздался голос атамана, - так что направляйся к боярину и передай ему, ежели он нам не отсыплет сорок золотых, то князь Актимир узнает про его измену.
- Жадность, Зима, не добродетель, а порок, погубивший немало душ. Неужто тебе того неведомо? – спросил Ерш.
- Нет не ведомо, - усмехнулся атаман, - зато мне ведомо, что скупой – дважды платит. Рассчитался бы боярин с нами по достоинству, тогда никто бы и словом не обмолвился насчет дополнительной оплаты.
Далее коловраты не стали слушать разговор. Все что нужно они узнали, теперь можно было приступить к захвату разбойников.
Чоботок подал сигнал рукой. Остальные уже заждавшиеся его, сорвались с места и ворвались внутрь землянок.
Разбойники, не ожидавшие нападения, даже не успели схватиться за оружие, которое лежало по лавкам рядом с ними, как были скручены и выволочены во двор из полутемных землянок. Вначале тати пытались дергаться, надеясь вырваться из цепких рук воинов, да дать деру в лес, где можно скрыться от преследования, но увидав, что окружены, поняли, что деваться им некуда.
- Ты Зима? – задал вопрос Чоботок, незлобно пнув ногой лежащего разбойника. В широкоплечем бородатом мужике, одетом в богатый кафтан, который в поясе был, перетянут широким кушаком, он сразу признал атамана.
- А ты кто таков? – злобно вытаращив глаза, спросил тать. Он языком слизал кровь с разбитых уст и стал хмурым взором разглядывать захватчиков. Вначале атаман подумал, что это княжеские гридни сумели каким - то непонятным образом обойти поклад да обнаружить их укромное гнездышко, но когда увидел разношерстную ватагу воинов, где кроме руссов были нурманы, персы и бритты, то в его голову стали лезть совсем другие мысли. Неужто соперники объявились в его волости, которые хотят перенять прибыльный, но опасный доход, то бишь, грабить приезжие обозы купцов, а его самого живота лишить?
- Это пришлые, которые хотят попытаться счастья, пройти испытания, что назначит Актимир и добыть чудо – птицу себе в награду, - подал голос мужик, облаченный в добротную кольчугу.
- Ага, а вот и Ерш нашелся, - на показ заулыбался Чоботок и подошел, к якобы, пропавшему гридню. – Ты знаешь, что твои верные товарищи по оружию все горем убиты? Они уже давно по тебе тризну справили, посчитали героем, а ты тут, червь навозный, брагу пьешь, да с лихим людом застольные беседы вежливо ведешь! Не по правде все это!
- Эй, старшой, а кто - то нам недавно молвил, что все в Тур – граде любят да уважают Актимира! – насмешливо произнес Лис.
- В любой отаре может попасться одна плешивая овца, - ответил ему Чоботок, после чего вновь обратился к Ершу:
- Так кто таков, тот боярин, что позарился на вещь Актимира?
Гридень не стал отвечать на вопрос, он просто отвернул голову в сторону.
- Значит, будем в молчанку играть, - недобро усмехнулся старшой коловратов, потом он начал говорить тихо, вкрадчиво, так что бы Ерш понял, здесь не в бирюльки пришли играть, а воплотить в жизнь все свои намерения, - что ж, твое право. Вот только нам телиться с тобой не с руки, так что не надейся, к князю мы тебя в сей час, отправлять не будем, чтоб тот учинил над тобой правый суд, вдруг еще убежишь по дороге. Нет, мы здесь на месте все вызнаем, а для этого есть много способов, например, начнем с перстов. Каждый из них Лис по очереди начнет отрубать, потом, ежели не поможет, к ногам перейдет, обрубки же он буде прижигать огнем, чтоб не истек рудой, и в скором времени, ты не воином станешь, а кочерыжкой обструганной. Но это еще не все, покончив с перстами, мой воин примется тебя резать на ремни, а открытые раны посыпать солью, так что не надейся на скорую смерть, долгие мучения ждут тебя впереди.
Услыхав такие слова, Ерш сразу ликом побледнел, его всего затрясло как в лихорадке. Наслышан он был о таких воинах, которые изуверскими пытками могли даже самого стойкого мужа заставить заговорить, а теперь с ними ему пришлось столкнуться лицом к лицу, да еще вскоре испытать на собственной шкуре их умение. Этого гридню никак не хотелось, поэтому Ерш выкрикнул срывающимся от страха голосом:
- Я все скажу!
- Дрянь трусливая! – презрительно сплюнул в сторону Зима.
- Молчи, ушлепок, не с тобой речь ведут, - пнул атамана Чоботок и обратился к гридню, - говори, какому боярину вы добыли чужие чудо – гусли?
- Ежим, нас подбил на это дело! – испугано затараторил Ерш. – Услыхав, что князь Актимир добыл чудо – гусли, возжелал он иметь этот дорогой музыкальный инструмент в единоличное пользование. Вот и подбил ватагу лихого люда на это дело, за что, обещал им в дар отдать колдовской поклад, для отвода любопытных глаз. Поэтому Зима без лишних препон может грабить купеческие обозы. Ведь они бесследно исчезают, а куда, никто понять не может. Вы то, как нашли нас?
- Не твое дело, пес шелудивый! – резко ответил ему Чоботок. – Здесь вопрошаю я, а ты ответ держишь. Ты внял, аль нет?
- Да, да, внял! – сразу согласился Ерш.
- Вот и ладно, - уже спокойно продолжил коловрат. – Тогда ответь, твой Ежим чародей?
- Не - ет, - слегка растянул свой ответ гридень. Он не мог понять, к чему такой вопрос.
- Откуда же тогда он взял поклад, который отдал за работу Зиме? – задал вопрос Чоботок.
- Однажды в наши края забрел чародей, одетый в черную хламиду, а на шее его висела цепь с золотым оберегом круглым, украшенным камнями дорогущими. Голова его была покрыта шапкой, токмо не меховой, как у нас принято, а матерчатой, широкой, аж глаз не видно. В руках посох был, весь резной, то ли рунами исцарапан, то ли колдовскими знаками, вязь та мне не ведома. На плече сума. Из-под подола, того срамного платья, когда шагал, виднелись сапоги добротные, яловые. Пришел он из дальних краев, по каким делам, никому неведомо, вот только пыли на его одежке не было видать. У него то, боярин и выменял поклад, а на что, мне неведомо, - продолжил говорить Ерш.
- Ты только глянь, наш пострел и здесь успел! – удивлено воскликнул Лис. Признал он по описанию Астинея. Вот только каким ветром его в эти края занесло? Неужто он заранее знал, что потерпит поражение от рук коловратов, вот и решил на будущее им свинью подложить.
- О чем он? – удивлено спросил Ерш.
- Где посланники князя, что везли чудо – гусли? – проигнорировав вопрос, продолжил пытать Чоботок.
- Про это поспрошайте Зиму, только ему ведомо, под какой елочкой те закопаны, - честно признался гридень.
- Дерьмо собачье! – процедил сквозь зубы атаман, за что получил очередной тычок в бок.
- Где боярин прячет чудо – гусли? – Чоботок обратился к гридню.
- В подклети вестимо, - ответил Ерш. – Там, где сундуки со златом держит, где дорогие меха хранит. Вот только вам в его усадьбу ни в жизнь не попасть.
- Это почему же? – удивился Чоботок.
- Как только, он заполучил желаемое, с тех пор никаких гостей не принимает, дальше ворот никого не пускает, - сообщил гридень.
- Это мы еще поглядим – увидим, кого он пускает, а кого нет, - усмехнулся Чоботок и обратился к остальным:
- Ну что, братья, не пора ли нам наведаться, к боярину Ежимы?
- Пора, ой пора! – радостно поддержали его остальные воины.
- А что с этими делать? – спросил Хасан, указывая на повязанных разбойников.
- Развесить по елочкам, как праздничные ленты! – сразу предложил Лис.
- Нет, - не согласился с ним Чоботок, - мы их доставим к князю Актимиру, пусть он решает их судьбу.
- А я все ж повесил бы их, в назидание другим, - недовольно проворчал Лис, но оспаривать правоту старшого не стал.
И все же отряду воинов пришлось не сразу пуститься в дорогу. Нурманы, решив слегка поживиться, заглянули в амбар, а там чего только не было: и шелк в тугих скрутках валялся на земле, и меха дорогие лежали кучами, сундуки стояли, доверху наполненные звонкой монетой да каменьями. Разве такое богатство под силу бросить на произвол судьбы? Нет, этого допустить северяне не могли, бритты их так же поддержали. Они сразу принялись загружать пустые телеги. Покончив с суетливым делом, Ульф подошел к Чоботку, одобрительно хлопнул того по плечу и произнес:
- Любо мне с тобой в поход ходить. Ты отмечен богами, это сразу заметно. Вон, пошли на простое испытание, до конца его не выполнили, а уже с большим прибытком. А знаешь, присоединяйся к нам, как с делом покончим. Таким удачливым воинам всегда найдется место на нашем драккаре.
- Не гневайся, друже, но у нас своя служба, - вежливо отказался от заманчивого предложения старшой коловратов.
Повязали лихой люд в связку по одному длинными веревками, так чтоб те могли свободно шагать, да не путаться друг у дружки под ногами, потом, их зачалили к груженым телегам. Покончив с этим делом, воины водрузились на своих коней и направились к усадьбе боярина Ежима.

Автор -
Дата добавления - в
sermolotkovДата: Суббота, 06.08.2011, 19:40 | Сообщение # 33
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 255
Награды: 2
Репутация: 12
Статус: Offline
Обратный путь длился дольше, тому причиной были плененные разбойники, во - первых им приходилось идти пешком, во - вторых, они не слишком торопились появиться перед грозными очами князя Актимира, так что их постоянно приходилось подгонять.
- Эй, Ерш! – позвал Лис, охолонив ход Искорки.
Гридень молча, поднял голову и тоскливо посмотрел на коловрата. Тот, увидав, что привлек его внимание, продолжил:
- Ладно, с этими ушлепками, - Лис мотнул головой в сторону разбойников, - мне про них все ведомо. Они же с самого рождения на голову ушибленные, вот и подались по лесным дорогам бродить, да честной люд губить. А ты то, почто против своего князя пошел? Неужто на дармовое злато да серебро позарился?
- Да причем здесь злато да серебро, - хмуро ответил Ерш.
- Тогда что же? – не унимался Лис.
- Ежим мой родственник, - пояснил гридень, - он попросил меня помочь ему в этом деле. Как же я мог отказать дорогому родственнику. Но это еще не все. Вы думаете, наш князь Актимир всем люб да мил в Тур – граде?
- О том нам молвил гридень Корней, - пожав плечами, ответил Лис.
- Может ему и мил, - продолжил Ерш, - но не все, такие как он, живут в нашем граде. Некоторым уж давно поперек горла стоит неуемная блажь нашего правителя. Ха, видите ли, ему надобно чернь веселить разными причудливыми забавами. Он то бояр меж собой стравляет, то ненужные испытания для пришлых, как вы, назначает. Кому это надобно? Черни аль боярам? Так чернь просто потешается над Актимиром, называя его за спиной старцем с дырявой головой, где место разума одна прелая солома находится. Но пока он им поблажки различные дает, так они за него стеной стоять будут. Бояре же кто как. Одни, те, кто ближники, почета своего растерять боятся, вот и стоят рядом с князем, его любой блажи потворствуют. Другие, просто терпят его, потому что свыклись с нынешней жизнью и на другую менять не хотят, видите ли, перемены их дюже пугают. Третьи же, как Ежим, мириться с княжьей дурью не хотят, но сил противостоять ему не имеют, вот и делают мелкие пакости, подобно тому, что Ежим свершил, взял, да скрал княжьи чудо – гусли.
- Значит и тебе Актимир не люб? – спросил Лис.
- Он мне не жинка, чтоб с ним любиться, - ответил Ерш.
- Вот те на! – удивился коловрат. – Каким бы славным правитель не был, все равно недовольные укладу жизни найдутся, да смуту подымать возьмутся!
- Хватит языком чесать, подходим уж, - прервал разговор Чоботок, потом он повернулся к плененным разбойникам и добавил, - вы, чтоб рот не открывали, а то вмиг лишитесь своего поганого отростка. Уразумели?
Лихой народ в ответ лишь промолчал, они только мотнули головой, видать, сразу разбойнички решили подчиниться грозному указу, а то кто его знает, вдруг на самом деле грозный воин выполнит свою угрозу.
Лес начал редеть. И вот уж перед взором отряда воинов, в сгущающихся вечерних сумерках, появилась, усадьба боярина Ежима. Она стояла на возвышении, обнесенная высоким добротным тыном, из заостренных бревен, которые были зарыты в землю на треть. Толстые стволы подогнаны плотно друг к другу, без малейшего зазора. За первым частоколом, отступая на пару шагов, находился второй, а между ними была насыпана земля. Наверху тына виднелись частые бойницы, защищенные навесными плашками и прикрытые сверху навесом. Через их узкие, высокие дыры, боевые холопы боярина бдительно следили за окрестностями усадьбы. Широкие ворота, так же выглядели крепкими да надежными, их только мощным тараном можно разбить, и то с первого раза не получится, потрудиться придется. Одно радовало, вокруг усадьбы рва наполненного водой не было, значит, мокнуть, понапрасну не придется.
- Да уж, эту усадьбу с ходу на меч не возьмешь, - почесав бороду, задумчиво произнес Ульф. – Тут для такого дела поболее воинов надобно.
- Верно, примечено, - согласился с ним Джон, - если мы будем своими силами приступ вершить, то только головы сложим, а своего не добьемся.
- О приступе никто речи не ведет, - хитро усмехнувшись, молвил Чоботок.
- Как же мы тогда добудем чудо – гусли? – удивился Ульф.
- Эй, Лис, пришел твой черед показать свою удаль, - место ответа, обратился старшой к своему товарищу.
- Это мы можем, - заулыбался коловрат, - как только слегка стемнеет, пойду, добуду чудо – гусли.
- Ты что, обучался искусству ассасинов? – удивился Хасан.
- С чего бы это? – спросил Лис.
- Только эти прославленные воины истиной веры могут в одиночку незаметно проникнуть в стан врага и свершить невозможное, - пояснил перс.
- Так мы тоже не пальцем деланные, - усмехнулся в ответ коловрат.
Пока ждали темноты, нурманы решили отправить груженые телеги, вместе с разбойниками в Тур – град, только Ежа при себе оставили. Их сопровождать послали Гизура с Ормом, Абдулу, Саида и Чарли. Избавившись от обузы, северянин с бриттом повеселели. Какой бы исход их похода не был, они уже имели при себе знатную добычу, которую потом разделят на всех, на тех, кто останется в живых.
Чоботок тем временем, чтоб время зря не терять, подошел к Ершу и учинил ему допрос:
- Сколько холопов у боярина?
- Три десятка будет, - честно ответил гридень.
- Сколько стоят в дозоре?
- Шестеро в дозоре, двое охраняют подклеть, где чудо – гусли находятся. Через каждые четыре часа их меняют другие холопы, остальные тем временем отдыхают в детинце, - доложил Ерш.
- Кто еще в усадьбе?
- С полтора десятка дворовой челяди, но она, как правило, по ночам почивает, - добавил гридень.
- Ты слышал, Лис? – спросил Чоботок.
- Слышал, - ответил коловрат.
- Тогда что столбом стоишь, дело делай, - указал старшой.
- Это я мигом, - бесшабашно ответил коловрат.
Лис снял кожаную тужурку, оставшись в одной темной исподней рубахе, опоясался широким ремнем, прихватил с собой пару длинных ножей, да аркан, за спину повесил вместительную котомку, в которую свободно уместятся чудо – гусли, а пока там лежал факел, кресало да сухой мох для запала огня. После он попрыгал на месте, проверяя, чтоб ничего не гремело, намазал голову с руками сажей, которая была у него в кожаном мешочке, и направился в сторону высокого тына.
Ночная тьма уже взяла в свои руки права, застлала собой всю округу, только щербатая луна да искорки звезд пытались развеять собой сгустившуюся темноту, настало самое время для тайных дел.
Быстро проскользнув открытое место, перебегая от одного стога сена до другого, которые стояли вокруг усадьбы, Лис незаметно подобрался к высокому тыну. Там он замер, начал прислушиваться. По ту сторону изгороди послышалась неторопливая поступь, это бдительная стража, шагала по стенному настилу. Дозор минул коловрата, который стоял снаружи внизу и удалился в сторону.
Лис постоял еще немного, не услышав посторонних звуков, размотал аркан и кинул его вверх. Петля с первого раза накинулась на острие изгороди. Коловрат дернул, петля затянулась, проверив волосяную веревку на прочность, Лис ловко вскарабкался по ней наверх тына, там он быстро перекатился на земляную насыпь меж частокола, приподнялся на локтях и сторожко огляделся.
С правой стороны к нему спиной стоял дозорный, с факелом в руке, с левой стороны никого не было видать. Воспользовавшись удобным моментом, Лис быстро спустился на деревянный настил и, не останавливаясь, с него мягко спрыгнул на землю. Там он перетек в тень внутреннего тына, замер, прислушиваясь к окружающей ночной тишине.
Никто не собирался подымать тревогу, никто не топал сапогами, стараясь нагнать непрошеного гостя, значит, у него получилось пробраться во двор незамеченным. Коловрат огляделся. Недалеко от него находился амбар, далее стояла конюшня, между ними был небольшой проход, который вел к терему боярина, а рядом с ним должен примыкать искомая подклеть, значит, туда и надо идти.
Над головой послышались шаги, это страж прошелся по настилу. Дождавшись, когда тот удалится, Лис стрелой промчался к темному проходу.
Все, самый опасный, открытый участок двора он минул, теперь же, петляя меж хозяйственными постройками, коловрат постоянно находился прикрытый мраком от посторонних глаз. Правда одна из мелких шавок намеревалась его покусать. Зря она это сделала. Коловрат поймав ее за холку, долго не думая, прирезал тявкающую дворнягу длинным ножом. Остальные шавки, почувствовав исходящую угрозу от пришельца, решили забиться по щелям и не показывать оттуда свои морды, от греха подальше. Так что, до подклети Лис добрался без препон.
Находясь в тени детинца, откуда раздавался многоголосый богатырский храп, коловрат огляделся.
Возле закрытой двери подклети стояли два холопа. Они в одной руке держали зажженный факел, в другой сулицу, у которой, тупой конец оскопища – древко копья, было уперто в землю. Облачены были стражи в кольчугу, подпоясанную широким ремнем, на котором висели ножны с мечами, на головах одеты, округлые шеломы.
Лис призадумался, решая, что дальше предпринять. Даже если ему удастся отвести глаза стражам, то проскочить в дверь незамеченным ему не удастся, слишком уж близко от проема они стояли, не задев их никак не проскользнуть. А ежели заденешь, то никакие удивительные способности не помогут, сразу его присутствие окажется обнаруженным. Дальше, и к бабке ходить гадать не надобно, так все было ясно, подымется тревога, замечутся холопы, станут непрошеного гостя ловить. В лучшем случае ему удастся выбраться незамеченным за стену, но без добычи, в худшем – его поймают, повяжут и как татя повесят на ближайшем суку. Так что нужно как - то отвлечь внимание стражей, чтоб они хоть на мгновение отдалились от двери, тогда ему удастся незаметно проникнуть вовнутрь подклети.
Пока коловрат размышлял над своими дальнейшими действиями, один из холопов приставил сулицу к стене, подошел к бочке, что стояла невдалеке, плеснул оттуда водицей на лицо, утерся тыльной стороной ладони и вновь вернулся на свое место. Видать бедолагу сморило в сон, вот он и решил себя слегка взбодрить, чтоб без конфузной оказии дождаться своей смены. Второй страж вяло усмехнулся, но ничего не сказал, его тоже изрядно утомило стоять на страже.
Посмотрев на смурые лица холопов, решил Лис, слегка оживить их докучную службу. Он достал из – за пазухи мешочек с деньгами, вытащил оттуда серебряную монету и кинул ее в сторону бочки.
Дзинь! Раздалось в ночной тишине.
Монета, ударившись о дерево, упала на землю, покатилась и свалилась набок, засверкав в лунном свете.
Стража оживилась, она навострила уши, начала прислушиваться к ночной тишине, при этом рыща взглядом по сторонам, изо всех сил стараясь обнаружить причину постороннего шума, но не найдя виновника поднятой тревоги, вновь успокоилась. Холопы так и не заметили серебряную монету, которая лежала на земле.
Лис, беззвучно посмеиваясь, теперь достал сразу две деньги. Он примерился, кинул.
Дзинь, дзинь!
Вновь раздался звон в ночной тишине и на земле остались лежать уже три монеты.
На сей раз один из стражей не стерпел, он приставил сулицу к стене подклети, вытащил из ножен меч. Выставив перед собой зажженный факел, холоп по дуге пошел в сторону прозвучавшего звука. Добрался до бочки с водой, смотрит, а там, на земле лежит серебряная монета. Страж медленно нагнулся, поднял ее, вытер об штаны и попробовал на зуб, так на всякий случай. Убедившись, что монета настоящая, он торопливо ее спрятал в мешочек, при этом постоянно глазея по сторонам. Холоп надеялся узреть, какой же щедрый добродетель, так запросто раскидывается деньгами. Никого, не обнаружив, он, так, на всякий случай, посмотрел на ночное небо, вдруг это Сварог подсуетился, подкинул ему монету, тогда можно будет у него еще немного серебра попросить, а лучше золота. Но на небе божеского лика не находилось, там, как всегда сверкала луна вместе со своими подружками звездами. Зато страж заметил на земле еще одну монету. Он к ней приблизился, поднял и отправил следом за первой.
Второго стража заинтересовало, что же там такого творит его напарник. Когда он узрел, как уже вторая серебряная монет блеснула в руке холопа, то не удержался, бросил сулицу и помчался к бочке.
Лис усмехнулся ему вслед. Теперь путь к подклети был открыт, чем коловрат не преминул воспользоваться. Он серой мышкой проскочил открытый двор, подскочил к двери, открыл ее и прошмыгнул внутрь.
Тихо притворив за собой дверь, благо у той петли были жиром хорошо смазаны, коловрат оказался в непроглядной темноте. Сделал он это вовремя. С улицы послышались шаги и вот стражи уже успели занять свои места. Потом раздался приглушенный плотной дверью голос:
- Эй, Клим, эй, Свист, как служба прошла?
- Тоскливо, - ответила стража. Про найденные деньги, они даже словом не обмолвились.
- Так ступайте в детинец, развейтесь, там вам оставили по ковшику браги. А мы на стражу заступим, наше время уж подошло.
- Это ладно! – радостно воскликнула стража и поспешила удалиться. На их место встала другая смена холопов.
Новая стража расположилась возле двери подклети, не подозревая, что там находится незваный гость.
Лис же тем временем, достал из котомки кресало, сухой мох, подпалил его и зажег факел. Коловрат осмотрелся. Чего только не было в подклети: и сундуки с серебром да золотом стояли там, и богатая пушнина валялась грудами, и шелка были скрутками сложены, и сабельки с мечами, знатно украшенные самоцветами, и добротные сложные луки, и шубы, и шапки, и чары с блюдами золотые да серебряные, всего было навалом. В другое время Лис возможно и пошарил бы по закромам, но не сейчас, в данный момент его внимание привлекли гусли, которые лежали в самом дальнем углу подклети на широком дубовом пне.
По всей видимости, раньше, то дерево росло на этом месте, пока его не срубили, а пень выкорчевать поленились или просто оставили, чтоб сложить на него самые ценные вещи. Вот к нему то, родимому Лис и направился. Подошел, взял гусли, вложил их в котомку. Все теперь можно выбираться обратно.
Лис подобрался к двери, настойчиво постучал в нее. Та незамедлительно открылась, и перед коловратам появились два лика новой стражи. То, что они были до безумия удивлены, можно было определить по глупо открытым ртам, да непомерно расширенным глазам, которые тупо пялились на Лиса. Им было невдомек, откуда этот незнакомец появился в подклети, ведь дверь закрыта, да постоянно находится под наблюдением бдительной стражи, так что туда даже мышка незамеченной не проскочит.
Холопы так и замерли на месте, не зная, что предпринять. А тут еще коловрат им задорно подмигнул и весело сказал, кивая за их спины:
- Ты только глянь, как славно девки пляшут, любо – дорого глядеть!
Стражи, все еще не понимая, что происходит, начали поворачиваться назад, чтоб посмотреть на пляски. Вот только девки откуда здесь взялись посреди ночи? Воспользовавшись этим, Лис схватил холопов за головы и ударил их друг о дружку. Однако дюже крепкими на лбы ему попались хлопцы. С первого раза у стражей только слетели шеломы, сами же они остались, на ногах стоять. Пришлось повторить попытку. На сей раз вышло. Стукнувшись лбами, холопы, закатив глаза, шумно повалились на землю.
Лис замер, начал прислушиваться. Вдруг кто - то услышал поднятый шум. Нет, никто не спешил бежать к подклети, да тревогу никто не подымал, значит можно выбираться за тын. Так он и хотел сделать, но посмотрев на поверженных стражей, передумал, произнеся чисто для себя:
- Нет, негоже так поступать, взял вещь, а взамен ничего не оставил, это надобно поправить.
Покончив с задуманным, Лис незаметно пробрался к тыну. Там, но дождался, когда дозор разойдется в разные стороны, залез на настил, с него перекатился на земляную насыпь меж частоколом, а уж оттуда спустился по веревке в чистое поле. Оказавшись за тыном, коловрат, прихватил аркан и побежал к своим друзьям, стараясь хорониться за стогами, которые стояли на открытом месте.
Возможно, Лису удалось бы скрытно добраться до остальных храбрецов, которые его терпеливо ждали, но случай решил слегка подправить это положение вещей.

Холоп, которого кликали Злобой, прошедшим вечером слегка перебрал пива, вот ему и захотелось среди ночи сходить по нужде. Он вышел во двор детинца, справил малую нужду в отхожем месте, потом решил умыть опухшее лицо. Злоба направился к бочке, но вспомнив, что вчера никто не удосужился туда набрать воды, остановился. Почесывая потный живот, он начал думать, где же ему освежиться, ведь скоро заступать в дозор, а видок у него не очень то, приглядный. Тут холоп вспомнил, что еще одна бочка стоит возле подклети, там вода точно должна найтись. Вспомнив об этом, Злоба направился туда.
Он прошел мимо подклети, подошел к бочке, умылся, когда же возвращался обратно, то приметил, что возле дверей кладовой нет положенной охраны.
- Тревога! – крикнул бдительный Злоба.
Услышав тревожный призыв, холопы, как горох из стручка, высыпали на улицу. Узнав в чем дело, они побежали будить боярина, но того не потребовалось, хозяин усадьбы сам примчался к подклети. Он выхватил зажженный факел из рук ближайшего холопа, ворвался внутрь кладовой.
И что же он там узрел?
На широком дубовом пне, место вожделенных чудо – гуслей, сидели совершено голые стражники. Они, крепко опутанные веревками, с заткнутыми ртами, извивались телами, при этом совершая неприглядные телодвижения, и пытались что - то сказать, но место внятной речи у них выходило сплошное мычание.
Узрев такую картину, боярин замер, хватая воздух ртом, как рыба, попавшая на берег. От бешенства он не мог произнести ни слова. Холопы же, окружающие его, давясь смехом, глядели в сторону.
Но вот боярин взял себя в руки и гневно произнес:
- Этих пороть! Чудо – гусли найти! Ежели не отыщите, всех в порубе сгною!
И тут началась суматоха.
Холопы, подгоняемые боярином, начали бегать по двору в поисках татя, дозор, который стоял на стене, зажег стрелы и начал их метать. Те, попадая в стога сена, занимали сухую траву ярким огнем, вокруг усадьбы стало светло как днем. И вот, кто - то из стражи заметил Лиса. Коловрат к несчастью еще не успел добраться до спасительного леса, он бежал по пустоши, петляя как заяц, между горящих стогов.
- Вон он! – крикнул страж, привлекая к себе внимание.
Все на стене сразу увидели беглеца. Они начали стрелять в него из лука, но безрезультатно, слишком шустрая попалась им мишень, которая никак не хотела быть нанизанной на острие стрелы.
Вскоре эта весть докатилась до боярина. Он сразу же выслал погоню. Так что, когда Лис добрался до своих товарищей, за ним мчалось во весь опор два десятка разъяренных боевых холопов боярина, которые ощетинились рогатинами.

- Добыл? – задал вопрос Чоботок.
- А как же! – бодро ответил Лис, вскакивая в седло.
- Добре! – обрадовался старшой. – Тогда будем прорываться!
По - другому они не могли поступить, потому что дальше их дорога шла мимо боярской усадьбы.
Коловраты достали рогатины, Джон с Хасаном взяли в руки копье, только Ульф был вооружен бродаксом да короткой сулицей.
- А где Ерш? – спросил Лис.
- Только что тут был, - ответил Чоботок и начал оглядываться, ища, куда мог подеваться пленник, про которого все в суматохе забыли.
Тут в стороне заржала лошадь, и послышался удаляющийся стук копыт. Воины сразу посмотрели в ту сторону. Оказывается, Ерш, воспользовавшись удобным моментом, сумел избавиться из пут. Он увел заводную лошадь и мчался, в сторону холопов боярина Ежима, с надеждой найти защиту у них.
- Утек, собачье племя! – раздосадовано воскликнул Ульф.
Ерш уже приблизился к спасителям, размахивая пустыми руками, при этом радостно крича. Оказалось, радовался он рано. Один из холопов боярина вскинул лук и выпустил стрелу. Он не промахнулся. Стрела попала точно в сердце, и Ерш вывалился из седла.
- Поделом получил ушлепок! – порадовался Лис.
- Вои, за мной! – призвал Чоботок и подстегнул пятками Бурушку. Лошадь радостно заржала и стремглав понеслась в сторону надвигающегося врага. Остальные воины незамедлительно последовали за ним.
Небольшая горстка храбрецов выстроилась клином, на острие которого находился Чоботок. Холопы боярина Ежима, наоборот, вытянулись цепью в два ряда. Они хотели взять в кольцо похитителей чудо - гусель и пленить, если получится, а не получится, значит уничтожить.
Два отряда стремительно приближались. До сшибки оставались считанные мгновения.
Первым нанес удар Ульф. Он приподнялся на стременах и метнул сулицу. Короткое копье, прошелестев в воздухе, вошло на все лезвие в грудь коню одного из холопов. Лошадь споткнулась и полетела кувырком, приминая под собой всадника. Образовалась брешь в цепи холопов, туда Чоботок и направил клин.
Сшиблись! Раздался гул щитов, треск сломанных в щепу оскопищ, возгласы боли и радостные крики.
Пробившись через строй врага, небольшой отряд храбрецов, не потеряв в сшибке ни одного воина, не останавливаясь, помчался дальше. Холопам Ежима повезло меньше, у них шестеро уже валялись на земле, но они, несмотря на потери, развернули лошадей и бросились в погоню.
Чоботок оглянулся через плечо. Им удалось на время оторваться от преследователей, это хорошо, но вот другое не радовало, из ворот усадьбы показался припозднившийся отряд холопов во главе которого находился сам боярин Ежим. Он вел своих воинов наперерез, стараясь отрезать беглецов от спасительной дороги. Если это ему удастся, то немногочисленный отряд храбрецов окажется в клещах. По ним противник ударит с двух сторон, как молот по наковальне, и тогда им придет конец. Чтобы этого не случилось, Чоботок слегка повернул в сторону Бурку, уводя своих друзей от сокрушительной сшибки, но это было только пол меры. Им удастся не схлестнуться с грозным противником, а вот от погони уйти – навряд ли.
- Уводи остальных, я прикрою! – крикнул старшому Филин.
- Мы своих не бросаем! – возразил ему Чоботок.
- Не боись, не пропаду! – крикнул в ответ коловрат и стал уводить Звездочку в сторону от остальных.
Храбрецам все же удалось выскочить из клещей. Тогда два отряда воинов Ежима объединились. Они, вытянувшись дугой, начали обтекать беглецов. Этим не преминул воспользоваться Филин. Он подстегнул Звездочку пятками и поскакал вдоль неровного строя врага, при этом высыпая на землю чеснок из мешка, притороченного к седлу. Сделав «черное» дело, Филин поспешил к своим друзьям.
Позади него раздалось ржание лошадей, шум падающих тел, возгласы брани и крики боли. Коловрат обернулся.
Он увидел, что с десятка полтора коней под холопами, вместе с самим боярином Ежимом, напоролись копытами на острые шипы. Попав в западню, они как колосья ржи, под острым серпом хлебороба, начали валиться на землю, скидывая с себя седоков. Остальные холопы, которые остались в седле, растерялись, они не знали, что дальше предпринять. С одной стороны, им требовалось продолжить погоню, но с другой, не бросишь же своего хозяина без защиты. Вот холопы и топтались на месте, сгрудившись возле лежащего на земле боярина Ежима.
Убедившись, что его затея удалась, Филин подстегнул Звездочку и вскоре подоспел к своим товарищам.
- Оказывается, чесночок не только для похлебки годен! – встретил его веселый голос Лиса.
- Добре, друже, славно ты расправился с вражиной! – похвалил его Чоботок.
- Добре! – подхватил Ульф и потом добавил, - может, повернем коней, да закрепим победу?
- Это не наша забота, с предателями расправляться, пусть о том князь Актимир позаботится, - возразил ему Чоботок, - наша забота, доставить в Тур - град чудо – гусли, чтоб выполнить второе испытание.
Все с ним согласились, только Ульф немного недовольно поворчал.
 
СообщениеОбратный путь длился дольше, тому причиной были плененные разбойники, во - первых им приходилось идти пешком, во - вторых, они не слишком торопились появиться перед грозными очами князя Актимира, так что их постоянно приходилось подгонять.
- Эй, Ерш! – позвал Лис, охолонив ход Искорки.
Гридень молча, поднял голову и тоскливо посмотрел на коловрата. Тот, увидав, что привлек его внимание, продолжил:
- Ладно, с этими ушлепками, - Лис мотнул головой в сторону разбойников, - мне про них все ведомо. Они же с самого рождения на голову ушибленные, вот и подались по лесным дорогам бродить, да честной люд губить. А ты то, почто против своего князя пошел? Неужто на дармовое злато да серебро позарился?
- Да причем здесь злато да серебро, - хмуро ответил Ерш.
- Тогда что же? – не унимался Лис.
- Ежим мой родственник, - пояснил гридень, - он попросил меня помочь ему в этом деле. Как же я мог отказать дорогому родственнику. Но это еще не все. Вы думаете, наш князь Актимир всем люб да мил в Тур – граде?
- О том нам молвил гридень Корней, - пожав плечами, ответил Лис.
- Может ему и мил, - продолжил Ерш, - но не все, такие как он, живут в нашем граде. Некоторым уж давно поперек горла стоит неуемная блажь нашего правителя. Ха, видите ли, ему надобно чернь веселить разными причудливыми забавами. Он то бояр меж собой стравляет, то ненужные испытания для пришлых, как вы, назначает. Кому это надобно? Черни аль боярам? Так чернь просто потешается над Актимиром, называя его за спиной старцем с дырявой головой, где место разума одна прелая солома находится. Но пока он им поблажки различные дает, так они за него стеной стоять будут. Бояре же кто как. Одни, те, кто ближники, почета своего растерять боятся, вот и стоят рядом с князем, его любой блажи потворствуют. Другие, просто терпят его, потому что свыклись с нынешней жизнью и на другую менять не хотят, видите ли, перемены их дюже пугают. Третьи же, как Ежим, мириться с княжьей дурью не хотят, но сил противостоять ему не имеют, вот и делают мелкие пакости, подобно тому, что Ежим свершил, взял, да скрал княжьи чудо – гусли.
- Значит и тебе Актимир не люб? – спросил Лис.
- Он мне не жинка, чтоб с ним любиться, - ответил Ерш.
- Вот те на! – удивился коловрат. – Каким бы славным правитель не был, все равно недовольные укладу жизни найдутся, да смуту подымать возьмутся!
- Хватит языком чесать, подходим уж, - прервал разговор Чоботок, потом он повернулся к плененным разбойникам и добавил, - вы, чтоб рот не открывали, а то вмиг лишитесь своего поганого отростка. Уразумели?
Лихой народ в ответ лишь промолчал, они только мотнули головой, видать, сразу разбойнички решили подчиниться грозному указу, а то кто его знает, вдруг на самом деле грозный воин выполнит свою угрозу.
Лес начал редеть. И вот уж перед взором отряда воинов, в сгущающихся вечерних сумерках, появилась, усадьба боярина Ежима. Она стояла на возвышении, обнесенная высоким добротным тыном, из заостренных бревен, которые были зарыты в землю на треть. Толстые стволы подогнаны плотно друг к другу, без малейшего зазора. За первым частоколом, отступая на пару шагов, находился второй, а между ними была насыпана земля. Наверху тына виднелись частые бойницы, защищенные навесными плашками и прикрытые сверху навесом. Через их узкие, высокие дыры, боевые холопы боярина бдительно следили за окрестностями усадьбы. Широкие ворота, так же выглядели крепкими да надежными, их только мощным тараном можно разбить, и то с первого раза не получится, потрудиться придется. Одно радовало, вокруг усадьбы рва наполненного водой не было, значит, мокнуть, понапрасну не придется.
- Да уж, эту усадьбу с ходу на меч не возьмешь, - почесав бороду, задумчиво произнес Ульф. – Тут для такого дела поболее воинов надобно.
- Верно, примечено, - согласился с ним Джон, - если мы будем своими силами приступ вершить, то только головы сложим, а своего не добьемся.
- О приступе никто речи не ведет, - хитро усмехнувшись, молвил Чоботок.
- Как же мы тогда добудем чудо – гусли? – удивился Ульф.
- Эй, Лис, пришел твой черед показать свою удаль, - место ответа, обратился старшой к своему товарищу.
- Это мы можем, - заулыбался коловрат, - как только слегка стемнеет, пойду, добуду чудо – гусли.
- Ты что, обучался искусству ассасинов? – удивился Хасан.
- С чего бы это? – спросил Лис.
- Только эти прославленные воины истиной веры могут в одиночку незаметно проникнуть в стан врага и свершить невозможное, - пояснил перс.
- Так мы тоже не пальцем деланные, - усмехнулся в ответ коловрат.
Пока ждали темноты, нурманы решили отправить груженые телеги, вместе с разбойниками в Тур – град, только Ежа при себе оставили. Их сопровождать послали Гизура с Ормом, Абдулу, Саида и Чарли. Избавившись от обузы, северянин с бриттом повеселели. Какой бы исход их похода не был, они уже имели при себе знатную добычу, которую потом разделят на всех, на тех, кто останется в живых.
Чоботок тем временем, чтоб время зря не терять, подошел к Ершу и учинил ему допрос:
- Сколько холопов у боярина?
- Три десятка будет, - честно ответил гридень.
- Сколько стоят в дозоре?
- Шестеро в дозоре, двое охраняют подклеть, где чудо – гусли находятся. Через каждые четыре часа их меняют другие холопы, остальные тем временем отдыхают в детинце, - доложил Ерш.
- Кто еще в усадьбе?
- С полтора десятка дворовой челяди, но она, как правило, по ночам почивает, - добавил гридень.
- Ты слышал, Лис? – спросил Чоботок.
- Слышал, - ответил коловрат.
- Тогда что столбом стоишь, дело делай, - указал старшой.
- Это я мигом, - бесшабашно ответил коловрат.
Лис снял кожаную тужурку, оставшись в одной темной исподней рубахе, опоясался широким ремнем, прихватил с собой пару длинных ножей, да аркан, за спину повесил вместительную котомку, в которую свободно уместятся чудо – гусли, а пока там лежал факел, кресало да сухой мох для запала огня. После он попрыгал на месте, проверяя, чтоб ничего не гремело, намазал голову с руками сажей, которая была у него в кожаном мешочке, и направился в сторону высокого тына.
Ночная тьма уже взяла в свои руки права, застлала собой всю округу, только щербатая луна да искорки звезд пытались развеять собой сгустившуюся темноту, настало самое время для тайных дел.
Быстро проскользнув открытое место, перебегая от одного стога сена до другого, которые стояли вокруг усадьбы, Лис незаметно подобрался к высокому тыну. Там он замер, начал прислушиваться. По ту сторону изгороди послышалась неторопливая поступь, это бдительная стража, шагала по стенному настилу. Дозор минул коловрата, который стоял снаружи внизу и удалился в сторону.
Лис постоял еще немного, не услышав посторонних звуков, размотал аркан и кинул его вверх. Петля с первого раза накинулась на острие изгороди. Коловрат дернул, петля затянулась, проверив волосяную веревку на прочность, Лис ловко вскарабкался по ней наверх тына, там он быстро перекатился на земляную насыпь меж частокола, приподнялся на локтях и сторожко огляделся.
С правой стороны к нему спиной стоял дозорный, с факелом в руке, с левой стороны никого не было видать. Воспользовавшись удобным моментом, Лис быстро спустился на деревянный настил и, не останавливаясь, с него мягко спрыгнул на землю. Там он перетек в тень внутреннего тына, замер, прислушиваясь к окружающей ночной тишине.
Никто не собирался подымать тревогу, никто не топал сапогами, стараясь нагнать непрошеного гостя, значит, у него получилось пробраться во двор незамеченным. Коловрат огляделся. Недалеко от него находился амбар, далее стояла конюшня, между ними был небольшой проход, который вел к терему боярина, а рядом с ним должен примыкать искомая подклеть, значит, туда и надо идти.
Над головой послышались шаги, это страж прошелся по настилу. Дождавшись, когда тот удалится, Лис стрелой промчался к темному проходу.
Все, самый опасный, открытый участок двора он минул, теперь же, петляя меж хозяйственными постройками, коловрат постоянно находился прикрытый мраком от посторонних глаз. Правда одна из мелких шавок намеревалась его покусать. Зря она это сделала. Коловрат поймав ее за холку, долго не думая, прирезал тявкающую дворнягу длинным ножом. Остальные шавки, почувствовав исходящую угрозу от пришельца, решили забиться по щелям и не показывать оттуда свои морды, от греха подальше. Так что, до подклети Лис добрался без препон.
Находясь в тени детинца, откуда раздавался многоголосый богатырский храп, коловрат огляделся.
Возле закрытой двери подклети стояли два холопа. Они в одной руке держали зажженный факел, в другой сулицу, у которой, тупой конец оскопища – древко копья, было уперто в землю. Облачены были стражи в кольчугу, подпоясанную широким ремнем, на котором висели ножны с мечами, на головах одеты, округлые шеломы.
Лис призадумался, решая, что дальше предпринять. Даже если ему удастся отвести глаза стражам, то проскочить в дверь незамеченным ему не удастся, слишком уж близко от проема они стояли, не задев их никак не проскользнуть. А ежели заденешь, то никакие удивительные способности не помогут, сразу его присутствие окажется обнаруженным. Дальше, и к бабке ходить гадать не надобно, так все было ясно, подымется тревога, замечутся холопы, станут непрошеного гостя ловить. В лучшем случае ему удастся выбраться незамеченным за стену, но без добычи, в худшем – его поймают, повяжут и как татя повесят на ближайшем суку. Так что нужно как - то отвлечь внимание стражей, чтоб они хоть на мгновение отдалились от двери, тогда ему удастся незаметно проникнуть вовнутрь подклети.
Пока коловрат размышлял над своими дальнейшими действиями, один из холопов приставил сулицу к стене, подошел к бочке, что стояла невдалеке, плеснул оттуда водицей на лицо, утерся тыльной стороной ладони и вновь вернулся на свое место. Видать бедолагу сморило в сон, вот он и решил себя слегка взбодрить, чтоб без конфузной оказии дождаться своей смены. Второй страж вяло усмехнулся, но ничего не сказал, его тоже изрядно утомило стоять на страже.
Посмотрев на смурые лица холопов, решил Лис, слегка оживить их докучную службу. Он достал из – за пазухи мешочек с деньгами, вытащил оттуда серебряную монету и кинул ее в сторону бочки.
Дзинь! Раздалось в ночной тишине.
Монета, ударившись о дерево, упала на землю, покатилась и свалилась набок, засверкав в лунном свете.
Стража оживилась, она навострила уши, начала прислушиваться к ночной тишине, при этом рыща взглядом по сторонам, изо всех сил стараясь обнаружить причину постороннего шума, но не найдя виновника поднятой тревоги, вновь успокоилась. Холопы так и не заметили серебряную монету, которая лежала на земле.
Лис, беззвучно посмеиваясь, теперь достал сразу две деньги. Он примерился, кинул.
Дзинь, дзинь!
Вновь раздался звон в ночной тишине и на земле остались лежать уже три монеты.
На сей раз один из стражей не стерпел, он приставил сулицу к стене подклети, вытащил из ножен меч. Выставив перед собой зажженный факел, холоп по дуге пошел в сторону прозвучавшего звука. Добрался до бочки с водой, смотрит, а там, на земле лежит серебряная монета. Страж медленно нагнулся, поднял ее, вытер об штаны и попробовал на зуб, так на всякий случай. Убедившись, что монета настоящая, он торопливо ее спрятал в мешочек, при этом постоянно глазея по сторонам. Холоп надеялся узреть, какой же щедрый добродетель, так запросто раскидывается деньгами. Никого, не обнаружив, он, так, на всякий случай, посмотрел на ночное небо, вдруг это Сварог подсуетился, подкинул ему монету, тогда можно будет у него еще немного серебра попросить, а лучше золота. Но на небе божеского лика не находилось, там, как всегда сверкала луна вместе со своими подружками звездами. Зато страж заметил на земле еще одну монету. Он к ней приблизился, поднял и отправил следом за первой.
Второго стража заинтересовало, что же там такого творит его напарник. Когда он узрел, как уже вторая серебряная монет блеснула в руке холопа, то не удержался, бросил сулицу и помчался к бочке.
Лис усмехнулся ему вслед. Теперь путь к подклети был открыт, чем коловрат не преминул воспользоваться. Он серой мышкой проскочил открытый двор, подскочил к двери, открыл ее и прошмыгнул внутрь.
Тихо притворив за собой дверь, благо у той петли были жиром хорошо смазаны, коловрат оказался в непроглядной темноте. Сделал он это вовремя. С улицы послышались шаги и вот стражи уже успели занять свои места. Потом раздался приглушенный плотной дверью голос:
- Эй, Клим, эй, Свист, как служба прошла?
- Тоскливо, - ответила стража. Про найденные деньги, они даже словом не обмолвились.
- Так ступайте в детинец, развейтесь, там вам оставили по ковшику браги. А мы на стражу заступим, наше время уж подошло.
- Это ладно! – радостно воскликнула стража и поспешила удалиться. На их место встала другая смена холопов.
Новая стража расположилась возле двери подклети, не подозревая, что там находится незваный гость.
Лис же тем временем, достал из котомки кресало, сухой мох, подпалил его и зажег факел. Коловрат осмотрелся. Чего только не было в подклети: и сундуки с серебром да золотом стояли там, и богатая пушнина валялась грудами, и шелка были скрутками сложены, и сабельки с мечами, знатно украшенные самоцветами, и добротные сложные луки, и шубы, и шапки, и чары с блюдами золотые да серебряные, всего было навалом. В другое время Лис возможно и пошарил бы по закромам, но не сейчас, в данный момент его внимание привлекли гусли, которые лежали в самом дальнем углу подклети на широком дубовом пне.
По всей видимости, раньше, то дерево росло на этом месте, пока его не срубили, а пень выкорчевать поленились или просто оставили, чтоб сложить на него самые ценные вещи. Вот к нему то, родимому Лис и направился. Подошел, взял гусли, вложил их в котомку. Все теперь можно выбираться обратно.
Лис подобрался к двери, настойчиво постучал в нее. Та незамедлительно открылась, и перед коловратам появились два лика новой стражи. То, что они были до безумия удивлены, можно было определить по глупо открытым ртам, да непомерно расширенным глазам, которые тупо пялились на Лиса. Им было невдомек, откуда этот незнакомец появился в подклети, ведь дверь закрыта, да постоянно находится под наблюдением бдительной стражи, так что туда даже мышка незамеченной не проскочит.
Холопы так и замерли на месте, не зная, что предпринять. А тут еще коловрат им задорно подмигнул и весело сказал, кивая за их спины:
- Ты только глянь, как славно девки пляшут, любо – дорого глядеть!
Стражи, все еще не понимая, что происходит, начали поворачиваться назад, чтоб посмотреть на пляски. Вот только девки откуда здесь взялись посреди ночи? Воспользовавшись этим, Лис схватил холопов за головы и ударил их друг о дружку. Однако дюже крепкими на лбы ему попались хлопцы. С первого раза у стражей только слетели шеломы, сами же они остались, на ногах стоять. Пришлось повторить попытку. На сей раз вышло. Стукнувшись лбами, холопы, закатив глаза, шумно повалились на землю.
Лис замер, начал прислушиваться. Вдруг кто - то услышал поднятый шум. Нет, никто не спешил бежать к подклети, да тревогу никто не подымал, значит можно выбираться за тын. Так он и хотел сделать, но посмотрев на поверженных стражей, передумал, произнеся чисто для себя:
- Нет, негоже так поступать, взял вещь, а взамен ничего не оставил, это надобно поправить.
Покончив с задуманным, Лис незаметно пробрался к тыну. Там, но дождался, когда дозор разойдется в разные стороны, залез на настил, с него перекатился на земляную насыпь меж частоколом, а уж оттуда спустился по веревке в чистое поле. Оказавшись за тыном, коловрат, прихватил аркан и побежал к своим друзьям, стараясь хорониться за стогами, которые стояли на открытом месте.
Возможно, Лису удалось бы скрытно добраться до остальных храбрецов, которые его терпеливо ждали, но случай решил слегка подправить это положение вещей.

Холоп, которого кликали Злобой, прошедшим вечером слегка перебрал пива, вот ему и захотелось среди ночи сходить по нужде. Он вышел во двор детинца, справил малую нужду в отхожем месте, потом решил умыть опухшее лицо. Злоба направился к бочке, но вспомнив, что вчера никто не удосужился туда набрать воды, остановился. Почесывая потный живот, он начал думать, где же ему освежиться, ведь скоро заступать в дозор, а видок у него не очень то, приглядный. Тут холоп вспомнил, что еще одна бочка стоит возле подклети, там вода точно должна найтись. Вспомнив об этом, Злоба направился туда.
Он прошел мимо подклети, подошел к бочке, умылся, когда же возвращался обратно, то приметил, что возле дверей кладовой нет положенной охраны.
- Тревога! – крикнул бдительный Злоба.
Услышав тревожный призыв, холопы, как горох из стручка, высыпали на улицу. Узнав в чем дело, они побежали будить боярина, но того не потребовалось, хозяин усадьбы сам примчался к подклети. Он выхватил зажженный факел из рук ближайшего холопа, ворвался внутрь кладовой.
И что же он там узрел?
На широком дубовом пне, место вожделенных чудо – гуслей, сидели совершено голые стражники. Они, крепко опутанные веревками, с заткнутыми ртами, извивались телами, при этом совершая неприглядные телодвижения, и пытались что - то сказать, но место внятной речи у них выходило сплошное мычание.
Узрев такую картину, боярин замер, хватая воздух ртом, как рыба, попавшая на берег. От бешенства он не мог произнести ни слова. Холопы же, окружающие его, давясь смехом, глядели в сторону.
Но вот боярин взял себя в руки и гневно произнес:
- Этих пороть! Чудо – гусли найти! Ежели не отыщите, всех в порубе сгною!
И тут началась суматоха.
Холопы, подгоняемые боярином, начали бегать по двору в поисках татя, дозор, который стоял на стене, зажег стрелы и начал их метать. Те, попадая в стога сена, занимали сухую траву ярким огнем, вокруг усадьбы стало светло как днем. И вот, кто - то из стражи заметил Лиса. Коловрат к несчастью еще не успел добраться до спасительного леса, он бежал по пустоши, петляя как заяц, между горящих стогов.
- Вон он! – крикнул страж, привлекая к себе внимание.
Все на стене сразу увидели беглеца. Они начали стрелять в него из лука, но безрезультатно, слишком шустрая попалась им мишень, которая никак не хотела быть нанизанной на острие стрелы.
Вскоре эта весть докатилась до боярина. Он сразу же выслал погоню. Так что, когда Лис добрался до своих товарищей, за ним мчалось во весь опор два десятка разъяренных боевых холопов боярина, которые ощетинились рогатинами.

- Добыл? – задал вопрос Чоботок.
- А как же! – бодро ответил Лис, вскакивая в седло.
- Добре! – обрадовался старшой. – Тогда будем прорываться!
По - другому они не могли поступить, потому что дальше их дорога шла мимо боярской усадьбы.
Коловраты достали рогатины, Джон с Хасаном взяли в руки копье, только Ульф был вооружен бродаксом да короткой сулицей.
- А где Ерш? – спросил Лис.
- Только что тут был, - ответил Чоботок и начал оглядываться, ища, куда мог подеваться пленник, про которого все в суматохе забыли.
Тут в стороне заржала лошадь, и послышался удаляющийся стук копыт. Воины сразу посмотрели в ту сторону. Оказывается, Ерш, воспользовавшись удобным моментом, сумел избавиться из пут. Он увел заводную лошадь и мчался, в сторону холопов боярина Ежима, с надеждой найти защиту у них.
- Утек, собачье племя! – раздосадовано воскликнул Ульф.
Ерш уже приблизился к спасителям, размахивая пустыми руками, при этом радостно крича. Оказалось, радовался он рано. Один из холопов боярина вскинул лук и выпустил стрелу. Он не промахнулся. Стрела попала точно в сердце, и Ерш вывалился из седла.
- Поделом получил ушлепок! – порадовался Лис.
- Вои, за мной! – призвал Чоботок и подстегнул пятками Бурушку. Лошадь радостно заржала и стремглав понеслась в сторону надвигающегося врага. Остальные воины незамедлительно последовали за ним.
Небольшая горстка храбрецов выстроилась клином, на острие которого находился Чоботок. Холопы боярина Ежима, наоборот, вытянулись цепью в два ряда. Они хотели взять в кольцо похитителей чудо - гусель и пленить, если получится, а не получится, значит уничтожить.
Два отряда стремительно приближались. До сшибки оставались считанные мгновения.
Первым нанес удар Ульф. Он приподнялся на стременах и метнул сулицу. Короткое копье, прошелестев в воздухе, вошло на все лезвие в грудь коню одного из холопов. Лошадь споткнулась и полетела кувырком, приминая под собой всадника. Образовалась брешь в цепи холопов, туда Чоботок и направил клин.
Сшиблись! Раздался гул щитов, треск сломанных в щепу оскопищ, возгласы боли и радостные крики.
Пробившись через строй врага, небольшой отряд храбрецов, не потеряв в сшибке ни одного воина, не останавливаясь, помчался дальше. Холопам Ежима повезло меньше, у них шестеро уже валялись на земле, но они, несмотря на потери, развернули лошадей и бросились в погоню.
Чоботок оглянулся через плечо. Им удалось на время оторваться от преследователей, это хорошо, но вот другое не радовало, из ворот усадьбы показался припозднившийся отряд холопов во главе которого находился сам боярин Ежим. Он вел своих воинов наперерез, стараясь отрезать беглецов от спасительной дороги. Если это ему удастся, то немногочисленный отряд храбрецов окажется в клещах. По ним противник ударит с двух сторон, как молот по наковальне, и тогда им придет конец. Чтобы этого не случилось, Чоботок слегка повернул в сторону Бурку, уводя своих друзей от сокрушительной сшибки, но это было только пол меры. Им удастся не схлестнуться с грозным противником, а вот от погони уйти – навряд ли.
- Уводи остальных, я прикрою! – крикнул старшому Филин.
- Мы своих не бросаем! – возразил ему Чоботок.
- Не боись, не пропаду! – крикнул в ответ коловрат и стал уводить Звездочку в сторону от остальных.
Храбрецам все же удалось выскочить из клещей. Тогда два отряда воинов Ежима объединились. Они, вытянувшись дугой, начали обтекать беглецов. Этим не преминул воспользоваться Филин. Он подстегнул Звездочку пятками и поскакал вдоль неровного строя врага, при этом высыпая на землю чеснок из мешка, притороченного к седлу. Сделав «черное» дело, Филин поспешил к своим друзьям.
Позади него раздалось ржание лошадей, шум падающих тел, возгласы брани и крики боли. Коловрат обернулся.
Он увидел, что с десятка полтора коней под холопами, вместе с самим боярином Ежимом, напоролись копытами на острые шипы. Попав в западню, они как колосья ржи, под острым серпом хлебороба, начали валиться на землю, скидывая с себя седоков. Остальные холопы, которые остались в седле, растерялись, они не знали, что дальше предпринять. С одной стороны, им требовалось продолжить погоню, но с другой, не бросишь же своего хозяина без защиты. Вот холопы и топтались на месте, сгрудившись возле лежащего на земле боярина Ежима.
Убедившись, что его затея удалась, Филин подстегнул Звездочку и вскоре подоспел к своим товарищам.
- Оказывается, чесночок не только для похлебки годен! – встретил его веселый голос Лиса.
- Добре, друже, славно ты расправился с вражиной! – похвалил его Чоботок.
- Добре! – подхватил Ульф и потом добавил, - может, повернем коней, да закрепим победу?
- Это не наша забота, с предателями расправляться, пусть о том князь Актимир позаботится, - возразил ему Чоботок, - наша забота, доставить в Тур - град чудо – гусли, чтоб выполнить второе испытание.
Все с ним согласились, только Ульф немного недовольно поворчал.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:40
СообщениеОбратный путь длился дольше, тому причиной были плененные разбойники, во - первых им приходилось идти пешком, во - вторых, они не слишком торопились появиться перед грозными очами князя Актимира, так что их постоянно приходилось подгонять.
- Эй, Ерш! – позвал Лис, охолонив ход Искорки.
Гридень молча, поднял голову и тоскливо посмотрел на коловрата. Тот, увидав, что привлек его внимание, продолжил:
- Ладно, с этими ушлепками, - Лис мотнул головой в сторону разбойников, - мне про них все ведомо. Они же с самого рождения на голову ушибленные, вот и подались по лесным дорогам бродить, да честной люд губить. А ты то, почто против своего князя пошел? Неужто на дармовое злато да серебро позарился?
- Да причем здесь злато да серебро, - хмуро ответил Ерш.
- Тогда что же? – не унимался Лис.
- Ежим мой родственник, - пояснил гридень, - он попросил меня помочь ему в этом деле. Как же я мог отказать дорогому родственнику. Но это еще не все. Вы думаете, наш князь Актимир всем люб да мил в Тур – граде?
- О том нам молвил гридень Корней, - пожав плечами, ответил Лис.
- Может ему и мил, - продолжил Ерш, - но не все, такие как он, живут в нашем граде. Некоторым уж давно поперек горла стоит неуемная блажь нашего правителя. Ха, видите ли, ему надобно чернь веселить разными причудливыми забавами. Он то бояр меж собой стравляет, то ненужные испытания для пришлых, как вы, назначает. Кому это надобно? Черни аль боярам? Так чернь просто потешается над Актимиром, называя его за спиной старцем с дырявой головой, где место разума одна прелая солома находится. Но пока он им поблажки различные дает, так они за него стеной стоять будут. Бояре же кто как. Одни, те, кто ближники, почета своего растерять боятся, вот и стоят рядом с князем, его любой блажи потворствуют. Другие, просто терпят его, потому что свыклись с нынешней жизнью и на другую менять не хотят, видите ли, перемены их дюже пугают. Третьи же, как Ежим, мириться с княжьей дурью не хотят, но сил противостоять ему не имеют, вот и делают мелкие пакости, подобно тому, что Ежим свершил, взял, да скрал княжьи чудо – гусли.
- Значит и тебе Актимир не люб? – спросил Лис.
- Он мне не жинка, чтоб с ним любиться, - ответил Ерш.
- Вот те на! – удивился коловрат. – Каким бы славным правитель не был, все равно недовольные укладу жизни найдутся, да смуту подымать возьмутся!
- Хватит языком чесать, подходим уж, - прервал разговор Чоботок, потом он повернулся к плененным разбойникам и добавил, - вы, чтоб рот не открывали, а то вмиг лишитесь своего поганого отростка. Уразумели?
Лихой народ в ответ лишь промолчал, они только мотнули головой, видать, сразу разбойнички решили подчиниться грозному указу, а то кто его знает, вдруг на самом деле грозный воин выполнит свою угрозу.
Лес начал редеть. И вот уж перед взором отряда воинов, в сгущающихся вечерних сумерках, появилась, усадьба боярина Ежима. Она стояла на возвышении, обнесенная высоким добротным тыном, из заостренных бревен, которые были зарыты в землю на треть. Толстые стволы подогнаны плотно друг к другу, без малейшего зазора. За первым частоколом, отступая на пару шагов, находился второй, а между ними была насыпана земля. Наверху тына виднелись частые бойницы, защищенные навесными плашками и прикрытые сверху навесом. Через их узкие, высокие дыры, боевые холопы боярина бдительно следили за окрестностями усадьбы. Широкие ворота, так же выглядели крепкими да надежными, их только мощным тараном можно разбить, и то с первого раза не получится, потрудиться придется. Одно радовало, вокруг усадьбы рва наполненного водой не было, значит, мокнуть, понапрасну не придется.
- Да уж, эту усадьбу с ходу на меч не возьмешь, - почесав бороду, задумчиво произнес Ульф. – Тут для такого дела поболее воинов надобно.
- Верно, примечено, - согласился с ним Джон, - если мы будем своими силами приступ вершить, то только головы сложим, а своего не добьемся.
- О приступе никто речи не ведет, - хитро усмехнувшись, молвил Чоботок.
- Как же мы тогда добудем чудо – гусли? – удивился Ульф.
- Эй, Лис, пришел твой черед показать свою удаль, - место ответа, обратился старшой к своему товарищу.
- Это мы можем, - заулыбался коловрат, - как только слегка стемнеет, пойду, добуду чудо – гусли.
- Ты что, обучался искусству ассасинов? – удивился Хасан.
- С чего бы это? – спросил Лис.
- Только эти прославленные воины истиной веры могут в одиночку незаметно проникнуть в стан врага и свершить невозможное, - пояснил перс.
- Так мы тоже не пальцем деланные, - усмехнулся в ответ коловрат.
Пока ждали темноты, нурманы решили отправить груженые телеги, вместе с разбойниками в Тур – град, только Ежа при себе оставили. Их сопровождать послали Гизура с Ормом, Абдулу, Саида и Чарли. Избавившись от обузы, северянин с бриттом повеселели. Какой бы исход их похода не был, они уже имели при себе знатную добычу, которую потом разделят на всех, на тех, кто останется в живых.
Чоботок тем временем, чтоб время зря не терять, подошел к Ершу и учинил ему допрос:
- Сколько холопов у боярина?
- Три десятка будет, - честно ответил гридень.
- Сколько стоят в дозоре?
- Шестеро в дозоре, двое охраняют подклеть, где чудо – гусли находятся. Через каждые четыре часа их меняют другие холопы, остальные тем временем отдыхают в детинце, - доложил Ерш.
- Кто еще в усадьбе?
- С полтора десятка дворовой челяди, но она, как правило, по ночам почивает, - добавил гридень.
- Ты слышал, Лис? – спросил Чоботок.
- Слышал, - ответил коловрат.
- Тогда что столбом стоишь, дело делай, - указал старшой.
- Это я мигом, - бесшабашно ответил коловрат.
Лис снял кожаную тужурку, оставшись в одной темной исподней рубахе, опоясался широким ремнем, прихватил с собой пару длинных ножей, да аркан, за спину повесил вместительную котомку, в которую свободно уместятся чудо – гусли, а пока там лежал факел, кресало да сухой мох для запала огня. После он попрыгал на месте, проверяя, чтоб ничего не гремело, намазал голову с руками сажей, которая была у него в кожаном мешочке, и направился в сторону высокого тына.
Ночная тьма уже взяла в свои руки права, застлала собой всю округу, только щербатая луна да искорки звезд пытались развеять собой сгустившуюся темноту, настало самое время для тайных дел.
Быстро проскользнув открытое место, перебегая от одного стога сена до другого, которые стояли вокруг усадьбы, Лис незаметно подобрался к высокому тыну. Там он замер, начал прислушиваться. По ту сторону изгороди послышалась неторопливая поступь, это бдительная стража, шагала по стенному настилу. Дозор минул коловрата, который стоял снаружи внизу и удалился в сторону.
Лис постоял еще немного, не услышав посторонних звуков, размотал аркан и кинул его вверх. Петля с первого раза накинулась на острие изгороди. Коловрат дернул, петля затянулась, проверив волосяную веревку на прочность, Лис ловко вскарабкался по ней наверх тына, там он быстро перекатился на земляную насыпь меж частокола, приподнялся на локтях и сторожко огляделся.
С правой стороны к нему спиной стоял дозорный, с факелом в руке, с левой стороны никого не было видать. Воспользовавшись удобным моментом, Лис быстро спустился на деревянный настил и, не останавливаясь, с него мягко спрыгнул на землю. Там он перетек в тень внутреннего тына, замер, прислушиваясь к окружающей ночной тишине.
Никто не собирался подымать тревогу, никто не топал сапогами, стараясь нагнать непрошеного гостя, значит, у него получилось пробраться во двор незамеченным. Коловрат огляделся. Недалеко от него находился амбар, далее стояла конюшня, между ними был небольшой проход, который вел к терему боярина, а рядом с ним должен примыкать искомая подклеть, значит, туда и надо идти.
Над головой послышались шаги, это страж прошелся по настилу. Дождавшись, когда тот удалится, Лис стрелой промчался к темному проходу.
Все, самый опасный, открытый участок двора он минул, теперь же, петляя меж хозяйственными постройками, коловрат постоянно находился прикрытый мраком от посторонних глаз. Правда одна из мелких шавок намеревалась его покусать. Зря она это сделала. Коловрат поймав ее за холку, долго не думая, прирезал тявкающую дворнягу длинным ножом. Остальные шавки, почувствовав исходящую угрозу от пришельца, решили забиться по щелям и не показывать оттуда свои морды, от греха подальше. Так что, до подклети Лис добрался без препон.
Находясь в тени детинца, откуда раздавался многоголосый богатырский храп, коловрат огляделся.
Возле закрытой двери подклети стояли два холопа. Они в одной руке держали зажженный факел, в другой сулицу, у которой, тупой конец оскопища – древко копья, было уперто в землю. Облачены были стражи в кольчугу, подпоясанную широким ремнем, на котором висели ножны с мечами, на головах одеты, округлые шеломы.
Лис призадумался, решая, что дальше предпринять. Даже если ему удастся отвести глаза стражам, то проскочить в дверь незамеченным ему не удастся, слишком уж близко от проема они стояли, не задев их никак не проскользнуть. А ежели заденешь, то никакие удивительные способности не помогут, сразу его присутствие окажется обнаруженным. Дальше, и к бабке ходить гадать не надобно, так все было ясно, подымется тревога, замечутся холопы, станут непрошеного гостя ловить. В лучшем случае ему удастся выбраться незамеченным за стену, но без добычи, в худшем – его поймают, повяжут и как татя повесят на ближайшем суку. Так что нужно как - то отвлечь внимание стражей, чтоб они хоть на мгновение отдалились от двери, тогда ему удастся незаметно проникнуть вовнутрь подклети.
Пока коловрат размышлял над своими дальнейшими действиями, один из холопов приставил сулицу к стене, подошел к бочке, что стояла невдалеке, плеснул оттуда водицей на лицо, утерся тыльной стороной ладони и вновь вернулся на свое место. Видать бедолагу сморило в сон, вот он и решил себя слегка взбодрить, чтоб без конфузной оказии дождаться своей смены. Второй страж вяло усмехнулся, но ничего не сказал, его тоже изрядно утомило стоять на страже.
Посмотрев на смурые лица холопов, решил Лис, слегка оживить их докучную службу. Он достал из – за пазухи мешочек с деньгами, вытащил оттуда серебряную монету и кинул ее в сторону бочки.
Дзинь! Раздалось в ночной тишине.
Монета, ударившись о дерево, упала на землю, покатилась и свалилась набок, засверкав в лунном свете.
Стража оживилась, она навострила уши, начала прислушиваться к ночной тишине, при этом рыща взглядом по сторонам, изо всех сил стараясь обнаружить причину постороннего шума, но не найдя виновника поднятой тревоги, вновь успокоилась. Холопы так и не заметили серебряную монету, которая лежала на земле.
Лис, беззвучно посмеиваясь, теперь достал сразу две деньги. Он примерился, кинул.
Дзинь, дзинь!
Вновь раздался звон в ночной тишине и на земле остались лежать уже три монеты.
На сей раз один из стражей не стерпел, он приставил сулицу к стене подклети, вытащил из ножен меч. Выставив перед собой зажженный факел, холоп по дуге пошел в сторону прозвучавшего звука. Добрался до бочки с водой, смотрит, а там, на земле лежит серебряная монета. Страж медленно нагнулся, поднял ее, вытер об штаны и попробовал на зуб, так на всякий случай. Убедившись, что монета настоящая, он торопливо ее спрятал в мешочек, при этом постоянно глазея по сторонам. Холоп надеялся узреть, какой же щедрый добродетель, так запросто раскидывается деньгами. Никого, не обнаружив, он, так, на всякий случай, посмотрел на ночное небо, вдруг это Сварог подсуетился, подкинул ему монету, тогда можно будет у него еще немного серебра попросить, а лучше золота. Но на небе божеского лика не находилось, там, как всегда сверкала луна вместе со своими подружками звездами. Зато страж заметил на земле еще одну монету. Он к ней приблизился, поднял и отправил следом за первой.
Второго стража заинтересовало, что же там такого творит его напарник. Когда он узрел, как уже вторая серебряная монет блеснула в руке холопа, то не удержался, бросил сулицу и помчался к бочке.
Лис усмехнулся ему вслед. Теперь путь к подклети был открыт, чем коловрат не преминул воспользоваться. Он серой мышкой проскочил открытый двор, подскочил к двери, открыл ее и прошмыгнул внутрь.
Тихо притворив за собой дверь, благо у той петли были жиром хорошо смазаны, коловрат оказался в непроглядной темноте. Сделал он это вовремя. С улицы послышались шаги и вот стражи уже успели занять свои места. Потом раздался приглушенный плотной дверью голос:
- Эй, Клим, эй, Свист, как служба прошла?
- Тоскливо, - ответила стража. Про найденные деньги, они даже словом не обмолвились.
- Так ступайте в детинец, развейтесь, там вам оставили по ковшику браги. А мы на стражу заступим, наше время уж подошло.
- Это ладно! – радостно воскликнула стража и поспешила удалиться. На их место встала другая смена холопов.
Новая стража расположилась возле двери подклети, не подозревая, что там находится незваный гость.
Лис же тем временем, достал из котомки кресало, сухой мох, подпалил его и зажег факел. Коловрат осмотрелся. Чего только не было в подклети: и сундуки с серебром да золотом стояли там, и богатая пушнина валялась грудами, и шелка были скрутками сложены, и сабельки с мечами, знатно украшенные самоцветами, и добротные сложные луки, и шубы, и шапки, и чары с блюдами золотые да серебряные, всего было навалом. В другое время Лис возможно и пошарил бы по закромам, но не сейчас, в данный момент его внимание привлекли гусли, которые лежали в самом дальнем углу подклети на широком дубовом пне.
По всей видимости, раньше, то дерево росло на этом месте, пока его не срубили, а пень выкорчевать поленились или просто оставили, чтоб сложить на него самые ценные вещи. Вот к нему то, родимому Лис и направился. Подошел, взял гусли, вложил их в котомку. Все теперь можно выбираться обратно.
Лис подобрался к двери, настойчиво постучал в нее. Та незамедлительно открылась, и перед коловратам появились два лика новой стражи. То, что они были до безумия удивлены, можно было определить по глупо открытым ртам, да непомерно расширенным глазам, которые тупо пялились на Лиса. Им было невдомек, откуда этот незнакомец появился в подклети, ведь дверь закрыта, да постоянно находится под наблюдением бдительной стражи, так что туда даже мышка незамеченной не проскочит.
Холопы так и замерли на месте, не зная, что предпринять. А тут еще коловрат им задорно подмигнул и весело сказал, кивая за их спины:
- Ты только глянь, как славно девки пляшут, любо – дорого глядеть!
Стражи, все еще не понимая, что происходит, начали поворачиваться назад, чтоб посмотреть на пляски. Вот только девки откуда здесь взялись посреди ночи? Воспользовавшись этим, Лис схватил холопов за головы и ударил их друг о дружку. Однако дюже крепкими на лбы ему попались хлопцы. С первого раза у стражей только слетели шеломы, сами же они остались, на ногах стоять. Пришлось повторить попытку. На сей раз вышло. Стукнувшись лбами, холопы, закатив глаза, шумно повалились на землю.
Лис замер, начал прислушиваться. Вдруг кто - то услышал поднятый шум. Нет, никто не спешил бежать к подклети, да тревогу никто не подымал, значит можно выбираться за тын. Так он и хотел сделать, но посмотрев на поверженных стражей, передумал, произнеся чисто для себя:
- Нет, негоже так поступать, взял вещь, а взамен ничего не оставил, это надобно поправить.
Покончив с задуманным, Лис незаметно пробрался к тыну. Там, но дождался, когда дозор разойдется в разные стороны, залез на настил, с него перекатился на земляную насыпь меж частоколом, а уж оттуда спустился по веревке в чистое поле. Оказавшись за тыном, коловрат, прихватил аркан и побежал к своим друзьям, стараясь хорониться за стогами, которые стояли на открытом месте.
Возможно, Лису удалось бы скрытно добраться до остальных храбрецов, которые его терпеливо ждали, но случай решил слегка подправить это положение вещей.

Холоп, которого кликали Злобой, прошедшим вечером слегка перебрал пива, вот ему и захотелось среди ночи сходить по нужде. Он вышел во двор детинца, справил малую нужду в отхожем месте, потом решил умыть опухшее лицо. Злоба направился к бочке, но вспомнив, что вчера никто не удосужился туда набрать воды, остановился. Почесывая потный живот, он начал думать, где же ему освежиться, ведь скоро заступать в дозор, а видок у него не очень то, приглядный. Тут холоп вспомнил, что еще одна бочка стоит возле подклети, там вода точно должна найтись. Вспомнив об этом, Злоба направился туда.
Он прошел мимо подклети, подошел к бочке, умылся, когда же возвращался обратно, то приметил, что возле дверей кладовой нет положенной охраны.
- Тревога! – крикнул бдительный Злоба.
Услышав тревожный призыв, холопы, как горох из стручка, высыпали на улицу. Узнав в чем дело, они побежали будить боярина, но того не потребовалось, хозяин усадьбы сам примчался к подклети. Он выхватил зажженный факел из рук ближайшего холопа, ворвался внутрь кладовой.
И что же он там узрел?
На широком дубовом пне, место вожделенных чудо – гуслей, сидели совершено голые стражники. Они, крепко опутанные веревками, с заткнутыми ртами, извивались телами, при этом совершая неприглядные телодвижения, и пытались что - то сказать, но место внятной речи у них выходило сплошное мычание.
Узрев такую картину, боярин замер, хватая воздух ртом, как рыба, попавшая на берег. От бешенства он не мог произнести ни слова. Холопы же, окружающие его, давясь смехом, глядели в сторону.
Но вот боярин взял себя в руки и гневно произнес:
- Этих пороть! Чудо – гусли найти! Ежели не отыщите, всех в порубе сгною!
И тут началась суматоха.
Холопы, подгоняемые боярином, начали бегать по двору в поисках татя, дозор, который стоял на стене, зажег стрелы и начал их метать. Те, попадая в стога сена, занимали сухую траву ярким огнем, вокруг усадьбы стало светло как днем. И вот, кто - то из стражи заметил Лиса. Коловрат к несчастью еще не успел добраться до спасительного леса, он бежал по пустоши, петляя как заяц, между горящих стогов.
- Вон он! – крикнул страж, привлекая к себе внимание.
Все на стене сразу увидели беглеца. Они начали стрелять в него из лука, но безрезультатно, слишком шустрая попалась им мишень, которая никак не хотела быть нанизанной на острие стрелы.
Вскоре эта весть докатилась до боярина. Он сразу же выслал погоню. Так что, когда Лис добрался до своих товарищей, за ним мчалось во весь опор два десятка разъяренных боевых холопов боярина, которые ощетинились рогатинами.

- Добыл? – задал вопрос Чоботок.
- А как же! – бодро ответил Лис, вскакивая в седло.
- Добре! – обрадовался старшой. – Тогда будем прорываться!
По - другому они не могли поступить, потому что дальше их дорога шла мимо боярской усадьбы.
Коловраты достали рогатины, Джон с Хасаном взяли в руки копье, только Ульф был вооружен бродаксом да короткой сулицей.
- А где Ерш? – спросил Лис.
- Только что тут был, - ответил Чоботок и начал оглядываться, ища, куда мог подеваться пленник, про которого все в суматохе забыли.
Тут в стороне заржала лошадь, и послышался удаляющийся стук копыт. Воины сразу посмотрели в ту сторону. Оказывается, Ерш, воспользовавшись удобным моментом, сумел избавиться из пут. Он увел заводную лошадь и мчался, в сторону холопов боярина Ежима, с надеждой найти защиту у них.
- Утек, собачье племя! – раздосадовано воскликнул Ульф.
Ерш уже приблизился к спасителям, размахивая пустыми руками, при этом радостно крича. Оказалось, радовался он рано. Один из холопов боярина вскинул лук и выпустил стрелу. Он не промахнулся. Стрела попала точно в сердце, и Ерш вывалился из седла.
- Поделом получил ушлепок! – порадовался Лис.
- Вои, за мной! – призвал Чоботок и подстегнул пятками Бурушку. Лошадь радостно заржала и стремглав понеслась в сторону надвигающегося врага. Остальные воины незамедлительно последовали за ним.
Небольшая горстка храбрецов выстроилась клином, на острие которого находился Чоботок. Холопы боярина Ежима, наоборот, вытянулись цепью в два ряда. Они хотели взять в кольцо похитителей чудо - гусель и пленить, если получится, а не получится, значит уничтожить.
Два отряда стремительно приближались. До сшибки оставались считанные мгновения.
Первым нанес удар Ульф. Он приподнялся на стременах и метнул сулицу. Короткое копье, прошелестев в воздухе, вошло на все лезвие в грудь коню одного из холопов. Лошадь споткнулась и полетела кувырком, приминая под собой всадника. Образовалась брешь в цепи холопов, туда Чоботок и направил клин.
Сшиблись! Раздался гул щитов, треск сломанных в щепу оскопищ, возгласы боли и радостные крики.
Пробившись через строй врага, небольшой отряд храбрецов, не потеряв в сшибке ни одного воина, не останавливаясь, помчался дальше. Холопам Ежима повезло меньше, у них шестеро уже валялись на земле, но они, несмотря на потери, развернули лошадей и бросились в погоню.
Чоботок оглянулся через плечо. Им удалось на время оторваться от преследователей, это хорошо, но вот другое не радовало, из ворот усадьбы показался припозднившийся отряд холопов во главе которого находился сам боярин Ежим. Он вел своих воинов наперерез, стараясь отрезать беглецов от спасительной дороги. Если это ему удастся, то немногочисленный отряд храбрецов окажется в клещах. По ним противник ударит с двух сторон, как молот по наковальне, и тогда им придет конец. Чтобы этого не случилось, Чоботок слегка повернул в сторону Бурку, уводя своих друзей от сокрушительной сшибки, но это было только пол меры. Им удастся не схлестнуться с грозным противником, а вот от погони уйти – навряд ли.
- Уводи остальных, я прикрою! – крикнул старшому Филин.
- Мы своих не бросаем! – возразил ему Чоботок.
- Не боись, не пропаду! – крикнул в ответ коловрат и стал уводить Звездочку в сторону от остальных.
Храбрецам все же удалось выскочить из клещей. Тогда два отряда воинов Ежима объединились. Они, вытянувшись дугой, начали обтекать беглецов. Этим не преминул воспользоваться Филин. Он подстегнул Звездочку пятками и поскакал вдоль неровного строя врага, при этом высыпая на землю чеснок из мешка, притороченного к седлу. Сделав «черное» дело, Филин поспешил к своим друзьям.
Позади него раздалось ржание лошадей, шум падающих тел, возгласы брани и крики боли. Коловрат обернулся.
Он увидел, что с десятка полтора коней под холопами, вместе с самим боярином Ежимом, напоролись копытами на острые шипы. Попав в западню, они как колосья ржи, под острым серпом хлебороба, начали валиться на землю, скидывая с себя седоков. Остальные холопы, которые остались в седле, растерялись, они не знали, что дальше предпринять. С одной стороны, им требовалось продолжить погоню, но с другой, не бросишь же своего хозяина без защиты. Вот холопы и топтались на месте, сгрудившись возле лежащего на земле боярина Ежима.
Убедившись, что его затея удалась, Филин подстегнул Звездочку и вскоре подоспел к своим товарищам.
- Оказывается, чесночок не только для похлебки годен! – встретил его веселый голос Лиса.
- Добре, друже, славно ты расправился с вражиной! – похвалил его Чоботок.
- Добре! – подхватил Ульф и потом добавил, - может, повернем коней, да закрепим победу?
- Это не наша забота, с предателями расправляться, пусть о том князь Актимир позаботится, - возразил ему Чоботок, - наша забота, доставить в Тур - град чудо – гусли, чтоб выполнить второе испытание.
Все с ним согласились, только Ульф немного недовольно поворчал.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:40
sermolotkovДата: Суббота, 06.08.2011, 19:43 | Сообщение # 34
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 255
Награды: 2
Репутация: 12
Статус: Offline
Глава тридцатая.
Третье испытание.

Груженые телеги, отправленные под охраной своих товарищей, коловраты, Ульф, Джон и Хасан нагнали к полудню, возле Тур – града. Те их встретили радостными выкриками, когда узрели, что все целы, да еще и чудо – гусли добыли. Дальнейший путь они проделали все вместе.
На постоялый двор воины решили не заезжать, а сразу направились к воротам. За ними увязалась ликующая толпа зевак. Они лезли обниматься, целоваться, предлагали выпить хмельной браги, которую нурманы не преминули с удовольствием употребить. Пришлось зевак слегка шугануть, чтоб не мешали продвижению вперед, а потом к прибывшим воинам присоединились княжьи гридни. Эти церемониться с праздным людом не стали, выставили перед собой длинные рогатины и таким ощетинившимся ежом расчищали дорогу от докучных зевак до самих палат местного правителя.
Актимир храбрецов уже ждал, восседая в кресле. Увидав кавалькаду, состоящую из испытуемых, его гридней и ликующей толпы праздного люда, князь встал, поднял руку, стараясь привлечь к себе внимание. Зеваки узрели этот жест, поняли его правильно, поэтому замолчали, стали с нетерпением ждать, речи хозяина Тур – града.
Убедившись, что все его молчаливому требованию вняли, Актимир обратился к прибывшим храбрецам:
- Вы добыли чудо – гусли?
- Да, князь, добыли! – ответил Чоботок. Он кивком головы указал Лису, чтоб тот поднес правителю дар.
На сей раз бояре, стоящие на высокой лестнице, не спешили перенять чудо – гусли у пришлых воинов, они помнили о зуботычинах полученных в прошлый раз и это остановило их пламенный порыв угодить своему князю.
Лис мягкой поступью взбежал вверх, достал из котомки чудо – гусли, передал вожделенный музыкальный инструмент Актимиру. Князь бережно взял их в руки, ласково погладил, положив на колени, потом поднял взор и вопрошал, обращаясь к воинам:
- Где вам удалось найти эти славные чудо – гусли?
- Боярин Ежим перенял чудо - гусли у твоих гонцов с помощью вот этих татей, - держа ответ, Чоботок указал кивком головы на повязанных разбойников.
Актимир нахмурил лик, услыхав такую новость. Он подозвал к себе ближников, когда же те резво подскочили к нему, что - то прошептал им на ушко. Бояре, выслушав наставления князя, сразу удалились прочь, прихватив с собой отряд вооруженных гридней. Проходя мимо груженых телег, они увели с собой плененных разбойников.
Проводив их взглядом, правитель Тур – града отдал холопу гусли, величественно поднялся с кресла и произнес:
- Слава храбрецам, которые дважды сумели не щадя живота своего послужить нашему доброму граду! Первый раз они избавили Тур – град от лютого зверя Каркаладила, который учинял разор в моей волости! Второй раз им удалось пресечь на корню козни неверного боярина, который вознамерился поднять смуту, да избавить округу от лиходеев, которые творили разор на торной дороге! Слава доблестным воинам!
- Слава! Слава! – поддержала его ликующая толпа праздного люда.
Слегка дав послабление толпе, чтоб зеваки выпустили на волю свои внутренние бушующие чувства, Актимир поднял руку.
Праздный люд вскоре заметил этот жест и сразу замолчал.
Установив тишину на своем подворье, князь сел в кресло. Он посмотрел на храбрецов и продолжил говорить:
- Вчера я целый день любовался чудо Аленьким – цветком, находясь в тишине да покое, под звуки гусель да тихие напевы певцов. Он ласкал своей неповторимой красотой мой взор, заставляя застлать мои старческие очи слезами восторга и радости, а внутри моей плоти, поднять уже забытое щемящее, трепещущее чувство нежности. Своим же чарующим ароматом, этот дивный дар лесов, наводил умиротворение в моей душе, заставляя навевать степенные думы о бытие нашем славном, о долгих летах прожитых мной, о тех делах, что мне пришлось вершить с рождения – до самых седых волос.
Так просидел я, любуясь Аленьким – цветочком, до крика вечерних петухов. И тут одна чудная думка посетила голову мою. Подумал я, так, невзначай, а кто же первым появился в нашем славном мире – яйцо аль курица? Ежели яйцо, то кто его сумел снести, а ежели все ж курица, то, как она, минуя скорлупы, явилась в нашем мире? А если все-таки яйцо, неужто ему пришлось учить летать наседку? И эти думы докучали меня всю ночь, до самого утра не давали сомкнуть очей, свербели в голове, как назойливые мухи.
Тогда то и пришла мне мысль одна, которую я молвить вам желаю. Тот, кто из вас, до завтрашнего дня сумеет показать, как яйцо летает, тот получит мою чудо – птицу в дар и это есть вам третье испытание!
Услышав, какое последнее испытание назначил Актимир, весь праздный люд ахнул от удивления. Ведь, где это видано, чтоб яйца летали по воздуху, аки птицы перелетные! Нет, такого не может быть, такое просто невыполнимо!
А что же храбрецы?
Пришлые воины стояли, понурив свои буйные головушки. Им стало ясно, как белый день, что с последним, третьим испытанием, они ни в жизнь не справятся. Более всех сокрушались коловраты, ведь, не выполнив волю Актимира, они не добудут камень Верлиль, за которым их послал Белояр, а это значит, что ученики подведут своего наставника, им придется вернуться домой с пустыми руками, покрыв головы несмываемым позором. И только Рысь смотрела прямо на князя Актимира. Она собралась с духом и громко произнесла:
- Завтра, на утреней заре, когда прекрасный лик Ярила покажется пред нами, увидишь ты, князь Актимир, как хрупкое яйцо парит аки птица!
- Ах! Ох! – выдохнула удивленная толпа зевак. Таких слов они никак не ожидали услышать.
- Что ж, пусть будет посему! – воскликнул не меньше изумленный правитель Тур – града. – Завтра поутру, я жду вас, и если тебе удастся показать прилюдно такое диво, тогда чудо – птица будет ваша! Пусть удача сопутствует тебе, мудрая не по годам доблестная дева!
Задание дано, вызов принят.
Увидав, что более ничего интересного не будет, толпа зевак начала расходится. Они собирались небольшими шумными кучками, направляясь к воротам, решив разбрестись по харчевням, где за столом можно весело обсудить новости и дождаться следующего утра, когда можно будет узреть невиданное чудо – полет куриного яйца, как перелетной птицы.
Храбрецы, также не стали стоять столбами на месте, они немало удивленные обещанием своей подруги, окружив Рысь, пошли на постоялый двор.
- Ты чародейка? – с уважением спросил ее Чарли.
- О нет, я не чародейка и не колдунья, - произнесла в ответ девица. – Я всего лишь ведаю немного, могу лечить от хвори да кости, если требуется вправлять, умею порчу снять, но чары наводить мне не по силам.
- А как же без чародейства ты сможешь, завтра показать Актимиру парящее яйцо? – удивился Хасан.
- И в самом деле, как? – поддержал его Ульф. – Ведь только могучим колдунам такое дело по силам?
- Мне в этом деле Макошь подсобит да Велес длань помощи протянет, - ответила Рысь, лукаво, улыбаясь.
- Что ж, как говорят, отдадим свои судьбы в руки богов, - со вздохом произнес Ульф. Он не очень - то верил, что завтра деве удастся выполнить задуманное.
- А у нас еще говорят – на богов надейся, да сам не плошай! – весело произнес Лис. Он то, как раз всецело верил в свою подругу, как и остальные коловраты. Еще не было случая, чтоб она не сделала того, что обещала. Вот и сейчас, ежели Рысь сказала, что научит куриное яйцо парить, значит так и будет.
- Так же у нас говорят – утро вечера мудренее. А завтра поглядим – увидим, как яйца учат кур летать, - добавил Чоботок.
Вскоре воины покинули ворота Тур – града и добрались до постоялого двора. Там они перекусили, а после каждый из них занялся своими делами. Нурманы, как положено после славного похода, вначале разделили меж всеми добытое добро, которое находилось на телегах, после сели за стол и начали пить заморское вино да набивать брюхо снедью. Хоть они и знали, что чудо птицу им уже не удастся заполучить и можно с чистой совестью садиться на драккар, северяне решили остаться еще на денек, чтоб поглядеть, как Рысь выполнит последнее задание.
Персы и бритты, получив свою долю, направились в светелки отдыхать, после ратных дел. Они тоже решили слегка задержаться, ведь такое чудо, как парящее в воздухе яйцо, им лицезреть еще не приходилось, как же такое можно пропустить.
Коловраты, так же не стали засиживаться за столом, предпочтя тихий отдых шумному застолью. Но не все. Рысь и Филин решили сходить посетить местное капище, коловрат, чтоб принести обещанный дар Стрибогу да Яриле, а дева, чтоб ублажить Велеса да Макошь, взывая к их помощи в завтрашнем испытании.
По дороге они заскочили в торговые ряды. Там Рысь купила курицу, чьей кровью решила окропить уста покровителя всего зверья, а также кувшин хмельного меда, мешочек ржи для подношения Матери – земли. Филин взял там заморского вина, чтоб веселее в небесах жилось могучему отцу ветров, прихватил пышных пирогов, чтоб было чем сытно закусить ясноликому светиле.
Покончив с подбором даров, они минули городские посады, прошли постройки мастерового, пересекли журчащий ручей, который протекал по березовой роще, там еще кузня находилась и стали подниматься на высокий холм, там издали виднелось искомое капище.
Филин и Рысь влились в многолюдный поток, который неторопливо тек в сторону высокого тына, украшенного черепами различного зверья, по хорошо утоптанной дороге. Каждый, кто направлялся в святилище, шел не с пустыми руками, они несли подношения, надеясь, что боги услышат их и выполнят просьбу. Одни из них желали здоровья себе и близким, другие хотели попутного ветра для торговых судов, третьи, чтоб вовремя дождь пошел, четвертые, чтоб побогаче была добыча на охоте, пятые желали удачливого похода да победы в предстоящей битве. Сколько было в толпе люду, столько и было желаний. Их не смущало, что просьб слишком много. Они знали, боги всех услышат и все сделают как нужно, ведь как можно не выполнить желание своих правнуков, а в этом им подсобят мудрые волхвы.
Вот и само капище. Вначале коловрат и его подруга минул могучего истукана, занимающего центральное место, это был Сварог – создатель всего мира и прадед славного люда, потом прошли мимо Даждьбога – бога небес, мимо Белобога – воплощения справедливости. Они добрались до второго круга, там как раз и находились Велес, Макошь, Стрибог да Ярило, между Ладой и Триглавой.
Филин направился к одним деревянным истуканам, Рысь пошла к другим.
Девица остановилась возле Макоши, положила возле ее ног подношение, при этом произнеся свою просьбу вслух, далее, задерживаться возле Матери - земли не стала, перешла к Велесу. Возле покровителя всего зверья Рысь срубила курице голову и ее кровью окропила деревянные губы истукана. Повторно высказав свою просьбу теперь покровителю всего зверья, она хотела уходить, как со спины услышала чей - то старческий голос:
- Кто ты, краса – девица? Почто я тебя раньше не примечал в обители богов?
- Из Киев – града я прибыла вместе со своими товарищами, - ответила Рысь, повернувшись на голос. Она узрела, что перед ней стоял старый волхв, который общался накоротке с самим Велесом.
- Ага, вот про кого молва идет по всему граду! – проявил удивление старец. – Вот кто, значит, вершит великие подвиги, спасая наш град от разных бед. Вот значит, кто пришел в Тур – град, пройти до конца все испытания и лишить нашего правителя забавной чудо – птицы! Давно пора, а то вся эта суета с испытаниями, что проходят каждый год, многих изрядно утомили. Наслышан так же я про последнюю волю Актимира. И как же ты желаешь выполнить то, что лишь богам под силу? Как сможешь ты заставить куриное яйцо парить, как птицу в чистом небе?
- Вот потому я и пришла сюда, чтоб помощь в трудном деле просить у Макоши да Велеса. Но как в народе говорят – на богов надейся да сам не плошай. Так что и сама я кое - что умею, в том мой наставник Белояр подмог, когда слегка своею мудростью сумел со мною поделиться, - ответила ему Рысь.
- Белояр? – волхв удивлено приподнял правую бровь.
- А ты что, знакомство с ним имел? – спросил его подоспевший Филин.
- Ага, а вот и спутник твой явился, не запылился, - усмехнулся старец.
- Так что, имел ты знакомство с нашим наставником? – повторил свой вопрос коловрат.
- Пришлось мне с ним иметь знакомство, - ответил волхв, - давно, то было, когда еще с Ягой ваш мудрый наставник повстречался на моем пути.
- Так ты и Ягу знаешь? – удивились Рысь с Филином.
- О да, знакомство и с Ягой пришлось мне поиметь, - ответил волхв с задумчивым видом. – Неужто и вам пришлось с ней повстречаться? Ведь про нее ни слуху, ни духу уж много лет не разносится по миру, словно сгинула она давно незнамо где.
- Не сгинула та мудрая старушка, - успокоил его Филин, - она нам в одном деле весьма сильно помогла.
- И где же она? Как поживает? Все еще бодра, аль под гнетом лет лежит на лавке, да ждет, когда к ней ледяная Мара в гости пожалует? – оживился волхв.
Пришлось Рыси с Филином рассказать старцу, о своих приключениях в Кощеевой волости.
- А что между Ягой и Белояром было? – после сокращенного повествования Рысь задала вопрос, который уже давно ее интересовал.
- Было время, когда ваш мудрый наставник еще не был волхвом. Тогда судьбинушка свела их вместе, его и Ягу, которая была всего лишь простой ведуньей, - ответил старец, - тогда им пришлось пережить несколько приключений, в одном из которых, Белояр спас Ягу от неминуемой гибели.
- От какой погибели? – сразу заинтересовался Филин.
- Как прибудете в Киев – град, так сами поспрошайте своего наставника, а я не вправе чужие тайны раскрывать, и так уж слишком много лишнего сболтнул, - ответил волхв, потом добавил, - Белояру передайте поклон от Ярозита. Он еще должен помнить про меня, во всяком случае, я на то надеюсь.
- И тебе волхв не кашлять, - произнес Филин.
Но старец его не слышал, он уже успел удалиться. Да и коловрат с Рысь больше не стали задерживаться в капище. Они направились в сторону постоялого двора.
Девица шла рядом с верным другом и думала о превратности судьбы. Ей всегда казалось, что Белояр с младенческих лет ступил на тернистую дорогу, посвятив себя постижению мудрости и служению Сварогу. Что он с малолетства находился на капище под присмотром своих старших наставников, которые учили его всему тому, что сами знали. И вот теперь, узнав, что Белояр был кем - то другим и только после стал волхвом, такие вести слегка привели в смятение девицу. Сразу начали проситься наружу вопросы, которые пока некому было задать. Когда же им выдается случай вернуться в Киев – град, тогда она непременно начнет пытать наставника своего, кем он был, от чего спас Ягу, да еще чего многого, о чем ей так давно хотелось знать. Вот только возникает вопрос, станет, отвечать Белояр на всю ту пытку аль просто усмехнется как всегда и переведет весь разговор в привычную для него шутку? А пока нужно отдохнуть, потому что поутру, когда еще не встало солнце, ей предстоит подготовить все, что нужно для полета куриного яйца.

***

На следующее день, когда ночные сумерки еще не успели исчезнуть под настойчивым напором солнечных лучей, когда еще на небе виднелась щербатая луна, когда еще петухи в первый раз не прокричали призыв Яриле, Рысь покинула теплую постель. Она одетая лишь в нательную тонкую поневу вышла с постоялого двора.
Девица минула городские посады, которые еще спали крепким сном, прошла мимо жилья мастерового люда и вышла в открытое поле, где начал садиться предутренний туман, отставляя на былинках травы хрустальные капельки росы. Стоя там, на безлюдном просторе, с раскинутыми в сторону руками, взывая к Макоши и Велесу, Рысь невольно вспомнила один давний разговор.
Произошел разговор в ту пору, когда они только что попали под опеку Светогора и Белояра.
Завел их седовласый старец в дремучий лес, туда, где деревья своими макушками упираются прямо в небо, где густые кустарники стоят неприступным тыном, где вечную тень не может побеспокоить яркий свет солнечных лучей, потому там постоянно пахнет прелою опавшею листвой и грибами. А кругом раздается скрип сухих ветвей, потревоженных ветром, шорох невидимого взору зверья, да редкие выкрики лесных птиц.
Вывел Белояр своих учеников, которых недавно набрал, на светлую поляну, усадил на мягкий травяной ковер, сам же расположился на низком широком пне и начал разговор с вопроса:
- Что вы зрите, мои неразумные чадо?
- Деревья, - ответил Георгий, тогда он еще не дорос до Лиса.
- Траву, - ответил Найденыш, тогда он еще не был Чоботком.
- Букашек неразумных, - ответил Третьяк, тогда его еще не кликали Филином.
- Щебечущих пташек, - ответила Братислава, тогда она еще не достойна была называться Рысью.
- Все что вы зрите, - терпеливо выслушав ответы, продолжил Белояр, - все это порождение Матушки – земли, она прародитель всего живого, даже вас, мои неразумные чадо. Мы еще ее называем Макошью. Она, как любящая мать, строго следит за дитятками, лелеет их, одаряет лаской и любовью. Про это надобно постоянно помнить и не забывать, да ответной любовью ее одарять. Только тогда навеки останется наша Светлая - Русь крепкой своим духом волостью, которую не по силам любому, даже самому сильному, супротивнику сокрушить, потому что сама Мать сыра земля дарит, нам Русам, неимоверную силушку да несокрушимую храбрость. Поэтому, любой из нас готов голову сложить, за нее не жалея. Но так будет только до тех пор, пока эта любовь взаимна. Стоит нам забыть про наставления предков, про нашу добрую прародительницу и сразу раздор случится на Светлой – Руси, который только на руку хитрому ворогу. Тот придет к нам и посеет разор, воспользовавшись удобным моментом, погубит Матушку сыру землю, а нас изничтожит, аль превратит в своих рабов. Вняли вы мне, неразумные чадо?
- Вняли! – хором ответили трое мальцов да одна девчушка.
- Что вы слышите? – вопрошал Белояр, удовлетворенный ответом.
- Шелест листвы, - ответил Георгий.
- Журчание ручейка, - ответил Найденыш.
- Стрекот кузнечиков, - ответил Третьяк.
- Дуновение ветерка, - ответила Братислава.
- Это так она с нами пытается разговаривать, научить нас мудрости и оградить от непоправимых ошибок. Ведь все, что мы видим, это малая частица самой Матушки сыры земли – леса, поля, ими она дышит, ручьи, ключи да полноводные реки, это ее кровь, сама же земля, это ее плоть. Букашки да зверье, являются ее очами, трава да деревья – ее ушами, а ветер ее устами. Вот какова Матушка сыра земля. А то, что мы ее не слышим, сие случилось из - за того, что разучились мы по неразумности своей это делать. Она же многому могла бы нас научить. Вот смотрите.
Белояр залез рукой в котомку, достал оттуда куриное яйцо.
- Что это? – вопрошал он.
- Яйцо, - хором ответили ученики.
- А теперь? – вопрошал Белояр, закрыв яйцо ладонью.
- Яйцо, - повторили дети.
- Неужто, - усмехнулся старец и открыл ладонь. Там посреди разбитой скорлупы сидел желтенький цыпленок.
- Ух, ты! – восторженно выдохнули ученики.
- Как так вышло? – вопрошал Белояр, погладив пальцем непрерывно пищавшего цыпленка.
- Чародейство! – уверено ответили дети.
- Хе, хе, чародейство, - скрипуче засмеялся старец, потом отрицательно покачав головой, продолжил говорить, - это Макошь мне на ушко нашептала, какое треба вынуть яйцо из гнезда наседки, то, которое уже должно было бы вылупиться. Я же просто слегка подтолкнул своим внутренним душевным теплом, ускорил появление на белый свет цыпленка. Чары же здесь не причем.
Вот и теперь Макошь нашептала на ушко Рыси, что треба делать.
Еще вчера вечером она вытащила из гнезда наседки яйцо, сделала в нем маленькие едва заметные дырочки, одно на вершине, другое на толстом заду, через них вытянула наружу все, что находилось внутри, потом пустую скорлупку положила на печь, чтоб хорошенько просушить. А теперь Рыси предстояло наполнить внутренность яйца утреней росой. Этим она и занялась.
Девица достала заранее приготовленную соломинку, начала ей, капелька за капелькой собирать росу с травяных былинок. Эту утренею влагу Рысь осторожно вливала в пустую полость яйца.
Такое дело кропотливое да нудное, требует точности да верности руки, так что немало времени минуло, прежде чем девица завершила его.
Но вот яйцо наполнено на четверть. Рысь осторожно залепила дырочки воском, завернула его в тряпицу. Все, теперь можно возвращаться на постоялый двор, да поторопиться, пока Ярило не показало свой ясный лик.
Обратный путь Рысь проделала, наблюдая, как во дворах домов начали появляться жители Тур – града. Они вставали еще затемно, потому что дел у них было невпроворот, накормить птиц, напоить коров, натопить печь, да приготовить нехитрую снедь, чтоб поутру не приступать к основной работе на пустое брюхо и все это надо успеть сделать до восхода солнца.
А вот и постоялый двор. Там Рысь уже ждали все ее друзья, сидя за столом и наворачивая за обе щеки яичницу, поджаренную на сале. Они, молча, посмотрели на нее, взором спрашивая, мол, ну что, справила дело? Девица в ответ мотнула утвердительно головой и помчалась наверх, чтоб одеться там подобающе для встречи с Актимиром. Вскоре она спустилась вниз. Трапезничать Рысь не стала, а в окружении остальных воинов направилась прямиком к городским воротам.
Стоило им выйти на улицу, как толпа назойливых зевак обступила храбрецов со всех сторон. С восторженными криками да задорными песнями, которые в утренней тишине разносились на всю округу, они не отставали ни на шаг от воинов, спешащих на подворье князя.
Городские ворота по такому случаю были уже открыты, так распорядился Актимир. Так что коловратам вместе со своими спутниками не пришлось ждать восхода солнца, в такое время их открывают в обыденные дни, они минули распахнутые двери, попали внутрь града. Храбрецы прошли уже знакомой дорогой и влились шумной толпой на подворье князя Тур – града. Туда подоспели они вовремя, Ярило вот, вот должно было появиться на горизонте.
Актимир их уже поджидал, восседая в высоком кресле. Он с любопытством глянул на Рысь и произнес:
- Ты готова диво - дивное прилюдно выказать?
- Готова, - ответила девица.
Толпа зевак, доселе шумевшая на подворье, разом замолкла. Она начала с нетерпением ждать, что же им покажет незнакомка.
Рысь посмотрела на небо, которое начало окрашиваться в багровые тона. Пора, решила девица. Она покинула толпу друзей, вышла на середку двора, развернула тряпицу, вынула из нее яйцо и положила его на открытую ладонь. Теперь осталось только ждать.
Вот и солнышко появилось на небе. Его лучи осветили княжье подворье, наполняя утренний воздух теплом. В этот момент Рысь подняла руку вверх.
И тут все кто находился на подворье, увидели, как солнечные лучи, проникнув через скорлупу, наполнили яйцо чародейским светом. Вначале оно едва заметно поблескивало, как затухающие угли, но с каждым мгновением разгоралось все ярче и ярче, пока не стало напоминать маленький огненный шар.
Толпа удивлено ахнула.
Яйцо, наполненное ярким светом, медленно начало подниматься в небо над ладонью Рыси. Правда, это чудо продолжалось не слишком долго. Вот яйцо немного повисело в воздухе, потом потускнело, обрело свой прежний цвет и упало на открытую ладонь девицы.
Рысь посмотрела на правителя Тур - града, который замер в кресле от изумления, еще бы, такого чуда ему не приходилось зреть, потом произнесла:
- Я выполнила твою волю, князь, теперь, слово за тобой.
Актимир до сих пор сидел неподвижно, словно не слыша ее слов, но вот он вышел из оцепенения, посмотрел в очи девице и сказал в ответ:
- Не зря у люда говорят – век живи, век дивись. Удалось тебе, мудрая не по годам доблестная дева, в изумление мне ввести. До последнего не верилось, что кому то под силу будет выполнить последнюю мою волю. Но это тебе удалось! Ты свершила невозможное – заставила яйцо парить, как перелетную птицу! Об этом чуде молва пойдет от града к граду, славя подвиг, сей, по всему белу свету. Слава тебе, мудрая не по годам доблестная девица!
- Слава! Слава! – взревела восторженная толпа.
Актимир успокоил зевак поднятой рукой и продолжил:
- Я помню о своем обещании и выполняю его. Вот чудо – птица! – он указал пальцем на золотого соловья. – Она ваша!
- Слава Актимиру! Слава мудрому правителю Тур – града! – взревела толпа зевак.
Под эти шумные выкрики к чудо птице подошли шестеро крепких княжьих гридней. Они подняли золотого соловья с постамента, спустили с высокой лестницы и поставили его возле ног победителей состязания.

 
СообщениеГлава тридцатая.
Третье испытание.

Груженые телеги, отправленные под охраной своих товарищей, коловраты, Ульф, Джон и Хасан нагнали к полудню, возле Тур – града. Те их встретили радостными выкриками, когда узрели, что все целы, да еще и чудо – гусли добыли. Дальнейший путь они проделали все вместе.
На постоялый двор воины решили не заезжать, а сразу направились к воротам. За ними увязалась ликующая толпа зевак. Они лезли обниматься, целоваться, предлагали выпить хмельной браги, которую нурманы не преминули с удовольствием употребить. Пришлось зевак слегка шугануть, чтоб не мешали продвижению вперед, а потом к прибывшим воинам присоединились княжьи гридни. Эти церемониться с праздным людом не стали, выставили перед собой длинные рогатины и таким ощетинившимся ежом расчищали дорогу от докучных зевак до самих палат местного правителя.
Актимир храбрецов уже ждал, восседая в кресле. Увидав кавалькаду, состоящую из испытуемых, его гридней и ликующей толпы праздного люда, князь встал, поднял руку, стараясь привлечь к себе внимание. Зеваки узрели этот жест, поняли его правильно, поэтому замолчали, стали с нетерпением ждать, речи хозяина Тур – града.
Убедившись, что все его молчаливому требованию вняли, Актимир обратился к прибывшим храбрецам:
- Вы добыли чудо – гусли?
- Да, князь, добыли! – ответил Чоботок. Он кивком головы указал Лису, чтоб тот поднес правителю дар.
На сей раз бояре, стоящие на высокой лестнице, не спешили перенять чудо – гусли у пришлых воинов, они помнили о зуботычинах полученных в прошлый раз и это остановило их пламенный порыв угодить своему князю.
Лис мягкой поступью взбежал вверх, достал из котомки чудо – гусли, передал вожделенный музыкальный инструмент Актимиру. Князь бережно взял их в руки, ласково погладил, положив на колени, потом поднял взор и вопрошал, обращаясь к воинам:
- Где вам удалось найти эти славные чудо – гусли?
- Боярин Ежим перенял чудо - гусли у твоих гонцов с помощью вот этих татей, - держа ответ, Чоботок указал кивком головы на повязанных разбойников.
Актимир нахмурил лик, услыхав такую новость. Он подозвал к себе ближников, когда же те резво подскочили к нему, что - то прошептал им на ушко. Бояре, выслушав наставления князя, сразу удалились прочь, прихватив с собой отряд вооруженных гридней. Проходя мимо груженых телег, они увели с собой плененных разбойников.
Проводив их взглядом, правитель Тур – града отдал холопу гусли, величественно поднялся с кресла и произнес:
- Слава храбрецам, которые дважды сумели не щадя живота своего послужить нашему доброму граду! Первый раз они избавили Тур – град от лютого зверя Каркаладила, который учинял разор в моей волости! Второй раз им удалось пресечь на корню козни неверного боярина, который вознамерился поднять смуту, да избавить округу от лиходеев, которые творили разор на торной дороге! Слава доблестным воинам!
- Слава! Слава! – поддержала его ликующая толпа праздного люда.
Слегка дав послабление толпе, чтоб зеваки выпустили на волю свои внутренние бушующие чувства, Актимир поднял руку.
Праздный люд вскоре заметил этот жест и сразу замолчал.
Установив тишину на своем подворье, князь сел в кресло. Он посмотрел на храбрецов и продолжил говорить:
- Вчера я целый день любовался чудо Аленьким – цветком, находясь в тишине да покое, под звуки гусель да тихие напевы певцов. Он ласкал своей неповторимой красотой мой взор, заставляя застлать мои старческие очи слезами восторга и радости, а внутри моей плоти, поднять уже забытое щемящее, трепещущее чувство нежности. Своим же чарующим ароматом, этот дивный дар лесов, наводил умиротворение в моей душе, заставляя навевать степенные думы о бытие нашем славном, о долгих летах прожитых мной, о тех делах, что мне пришлось вершить с рождения – до самых седых волос.
Так просидел я, любуясь Аленьким – цветочком, до крика вечерних петухов. И тут одна чудная думка посетила голову мою. Подумал я, так, невзначай, а кто же первым появился в нашем славном мире – яйцо аль курица? Ежели яйцо, то кто его сумел снести, а ежели все ж курица, то, как она, минуя скорлупы, явилась в нашем мире? А если все-таки яйцо, неужто ему пришлось учить летать наседку? И эти думы докучали меня всю ночь, до самого утра не давали сомкнуть очей, свербели в голове, как назойливые мухи.
Тогда то и пришла мне мысль одна, которую я молвить вам желаю. Тот, кто из вас, до завтрашнего дня сумеет показать, как яйцо летает, тот получит мою чудо – птицу в дар и это есть вам третье испытание!
Услышав, какое последнее испытание назначил Актимир, весь праздный люд ахнул от удивления. Ведь, где это видано, чтоб яйца летали по воздуху, аки птицы перелетные! Нет, такого не может быть, такое просто невыполнимо!
А что же храбрецы?
Пришлые воины стояли, понурив свои буйные головушки. Им стало ясно, как белый день, что с последним, третьим испытанием, они ни в жизнь не справятся. Более всех сокрушались коловраты, ведь, не выполнив волю Актимира, они не добудут камень Верлиль, за которым их послал Белояр, а это значит, что ученики подведут своего наставника, им придется вернуться домой с пустыми руками, покрыв головы несмываемым позором. И только Рысь смотрела прямо на князя Актимира. Она собралась с духом и громко произнесла:
- Завтра, на утреней заре, когда прекрасный лик Ярила покажется пред нами, увидишь ты, князь Актимир, как хрупкое яйцо парит аки птица!
- Ах! Ох! – выдохнула удивленная толпа зевак. Таких слов они никак не ожидали услышать.
- Что ж, пусть будет посему! – воскликнул не меньше изумленный правитель Тур – града. – Завтра поутру, я жду вас, и если тебе удастся показать прилюдно такое диво, тогда чудо – птица будет ваша! Пусть удача сопутствует тебе, мудрая не по годам доблестная дева!
Задание дано, вызов принят.
Увидав, что более ничего интересного не будет, толпа зевак начала расходится. Они собирались небольшими шумными кучками, направляясь к воротам, решив разбрестись по харчевням, где за столом можно весело обсудить новости и дождаться следующего утра, когда можно будет узреть невиданное чудо – полет куриного яйца, как перелетной птицы.
Храбрецы, также не стали стоять столбами на месте, они немало удивленные обещанием своей подруги, окружив Рысь, пошли на постоялый двор.
- Ты чародейка? – с уважением спросил ее Чарли.
- О нет, я не чародейка и не колдунья, - произнесла в ответ девица. – Я всего лишь ведаю немного, могу лечить от хвори да кости, если требуется вправлять, умею порчу снять, но чары наводить мне не по силам.
- А как же без чародейства ты сможешь, завтра показать Актимиру парящее яйцо? – удивился Хасан.
- И в самом деле, как? – поддержал его Ульф. – Ведь только могучим колдунам такое дело по силам?
- Мне в этом деле Макошь подсобит да Велес длань помощи протянет, - ответила Рысь, лукаво, улыбаясь.
- Что ж, как говорят, отдадим свои судьбы в руки богов, - со вздохом произнес Ульф. Он не очень - то верил, что завтра деве удастся выполнить задуманное.
- А у нас еще говорят – на богов надейся, да сам не плошай! – весело произнес Лис. Он то, как раз всецело верил в свою подругу, как и остальные коловраты. Еще не было случая, чтоб она не сделала того, что обещала. Вот и сейчас, ежели Рысь сказала, что научит куриное яйцо парить, значит так и будет.
- Так же у нас говорят – утро вечера мудренее. А завтра поглядим – увидим, как яйца учат кур летать, - добавил Чоботок.
Вскоре воины покинули ворота Тур – града и добрались до постоялого двора. Там они перекусили, а после каждый из них занялся своими делами. Нурманы, как положено после славного похода, вначале разделили меж всеми добытое добро, которое находилось на телегах, после сели за стол и начали пить заморское вино да набивать брюхо снедью. Хоть они и знали, что чудо птицу им уже не удастся заполучить и можно с чистой совестью садиться на драккар, северяне решили остаться еще на денек, чтоб поглядеть, как Рысь выполнит последнее задание.
Персы и бритты, получив свою долю, направились в светелки отдыхать, после ратных дел. Они тоже решили слегка задержаться, ведь такое чудо, как парящее в воздухе яйцо, им лицезреть еще не приходилось, как же такое можно пропустить.
Коловраты, так же не стали засиживаться за столом, предпочтя тихий отдых шумному застолью. Но не все. Рысь и Филин решили сходить посетить местное капище, коловрат, чтоб принести обещанный дар Стрибогу да Яриле, а дева, чтоб ублажить Велеса да Макошь, взывая к их помощи в завтрашнем испытании.
По дороге они заскочили в торговые ряды. Там Рысь купила курицу, чьей кровью решила окропить уста покровителя всего зверья, а также кувшин хмельного меда, мешочек ржи для подношения Матери – земли. Филин взял там заморского вина, чтоб веселее в небесах жилось могучему отцу ветров, прихватил пышных пирогов, чтоб было чем сытно закусить ясноликому светиле.
Покончив с подбором даров, они минули городские посады, прошли постройки мастерового, пересекли журчащий ручей, который протекал по березовой роще, там еще кузня находилась и стали подниматься на высокий холм, там издали виднелось искомое капище.
Филин и Рысь влились в многолюдный поток, который неторопливо тек в сторону высокого тына, украшенного черепами различного зверья, по хорошо утоптанной дороге. Каждый, кто направлялся в святилище, шел не с пустыми руками, они несли подношения, надеясь, что боги услышат их и выполнят просьбу. Одни из них желали здоровья себе и близким, другие хотели попутного ветра для торговых судов, третьи, чтоб вовремя дождь пошел, четвертые, чтоб побогаче была добыча на охоте, пятые желали удачливого похода да победы в предстоящей битве. Сколько было в толпе люду, столько и было желаний. Их не смущало, что просьб слишком много. Они знали, боги всех услышат и все сделают как нужно, ведь как можно не выполнить желание своих правнуков, а в этом им подсобят мудрые волхвы.
Вот и само капище. Вначале коловрат и его подруга минул могучего истукана, занимающего центральное место, это был Сварог – создатель всего мира и прадед славного люда, потом прошли мимо Даждьбога – бога небес, мимо Белобога – воплощения справедливости. Они добрались до второго круга, там как раз и находились Велес, Макошь, Стрибог да Ярило, между Ладой и Триглавой.
Филин направился к одним деревянным истуканам, Рысь пошла к другим.
Девица остановилась возле Макоши, положила возле ее ног подношение, при этом произнеся свою просьбу вслух, далее, задерживаться возле Матери - земли не стала, перешла к Велесу. Возле покровителя всего зверья Рысь срубила курице голову и ее кровью окропила деревянные губы истукана. Повторно высказав свою просьбу теперь покровителю всего зверья, она хотела уходить, как со спины услышала чей - то старческий голос:
- Кто ты, краса – девица? Почто я тебя раньше не примечал в обители богов?
- Из Киев – града я прибыла вместе со своими товарищами, - ответила Рысь, повернувшись на голос. Она узрела, что перед ней стоял старый волхв, который общался накоротке с самим Велесом.
- Ага, вот про кого молва идет по всему граду! – проявил удивление старец. – Вот кто, значит, вершит великие подвиги, спасая наш град от разных бед. Вот значит, кто пришел в Тур – град, пройти до конца все испытания и лишить нашего правителя забавной чудо – птицы! Давно пора, а то вся эта суета с испытаниями, что проходят каждый год, многих изрядно утомили. Наслышан так же я про последнюю волю Актимира. И как же ты желаешь выполнить то, что лишь богам под силу? Как сможешь ты заставить куриное яйцо парить, как птицу в чистом небе?
- Вот потому я и пришла сюда, чтоб помощь в трудном деле просить у Макоши да Велеса. Но как в народе говорят – на богов надейся да сам не плошай. Так что и сама я кое - что умею, в том мой наставник Белояр подмог, когда слегка своею мудростью сумел со мною поделиться, - ответила ему Рысь.
- Белояр? – волхв удивлено приподнял правую бровь.
- А ты что, знакомство с ним имел? – спросил его подоспевший Филин.
- Ага, а вот и спутник твой явился, не запылился, - усмехнулся старец.
- Так что, имел ты знакомство с нашим наставником? – повторил свой вопрос коловрат.
- Пришлось мне с ним иметь знакомство, - ответил волхв, - давно, то было, когда еще с Ягой ваш мудрый наставник повстречался на моем пути.
- Так ты и Ягу знаешь? – удивились Рысь с Филином.
- О да, знакомство и с Ягой пришлось мне поиметь, - ответил волхв с задумчивым видом. – Неужто и вам пришлось с ней повстречаться? Ведь про нее ни слуху, ни духу уж много лет не разносится по миру, словно сгинула она давно незнамо где.
- Не сгинула та мудрая старушка, - успокоил его Филин, - она нам в одном деле весьма сильно помогла.
- И где же она? Как поживает? Все еще бодра, аль под гнетом лет лежит на лавке, да ждет, когда к ней ледяная Мара в гости пожалует? – оживился волхв.
Пришлось Рыси с Филином рассказать старцу, о своих приключениях в Кощеевой волости.
- А что между Ягой и Белояром было? – после сокращенного повествования Рысь задала вопрос, который уже давно ее интересовал.
- Было время, когда ваш мудрый наставник еще не был волхвом. Тогда судьбинушка свела их вместе, его и Ягу, которая была всего лишь простой ведуньей, - ответил старец, - тогда им пришлось пережить несколько приключений, в одном из которых, Белояр спас Ягу от неминуемой гибели.
- От какой погибели? – сразу заинтересовался Филин.
- Как прибудете в Киев – град, так сами поспрошайте своего наставника, а я не вправе чужие тайны раскрывать, и так уж слишком много лишнего сболтнул, - ответил волхв, потом добавил, - Белояру передайте поклон от Ярозита. Он еще должен помнить про меня, во всяком случае, я на то надеюсь.
- И тебе волхв не кашлять, - произнес Филин.
Но старец его не слышал, он уже успел удалиться. Да и коловрат с Рысь больше не стали задерживаться в капище. Они направились в сторону постоялого двора.
Девица шла рядом с верным другом и думала о превратности судьбы. Ей всегда казалось, что Белояр с младенческих лет ступил на тернистую дорогу, посвятив себя постижению мудрости и служению Сварогу. Что он с малолетства находился на капище под присмотром своих старших наставников, которые учили его всему тому, что сами знали. И вот теперь, узнав, что Белояр был кем - то другим и только после стал волхвом, такие вести слегка привели в смятение девицу. Сразу начали проситься наружу вопросы, которые пока некому было задать. Когда же им выдается случай вернуться в Киев – град, тогда она непременно начнет пытать наставника своего, кем он был, от чего спас Ягу, да еще чего многого, о чем ей так давно хотелось знать. Вот только возникает вопрос, станет, отвечать Белояр на всю ту пытку аль просто усмехнется как всегда и переведет весь разговор в привычную для него шутку? А пока нужно отдохнуть, потому что поутру, когда еще не встало солнце, ей предстоит подготовить все, что нужно для полета куриного яйца.

***

На следующее день, когда ночные сумерки еще не успели исчезнуть под настойчивым напором солнечных лучей, когда еще на небе виднелась щербатая луна, когда еще петухи в первый раз не прокричали призыв Яриле, Рысь покинула теплую постель. Она одетая лишь в нательную тонкую поневу вышла с постоялого двора.
Девица минула городские посады, которые еще спали крепким сном, прошла мимо жилья мастерового люда и вышла в открытое поле, где начал садиться предутренний туман, отставляя на былинках травы хрустальные капельки росы. Стоя там, на безлюдном просторе, с раскинутыми в сторону руками, взывая к Макоши и Велесу, Рысь невольно вспомнила один давний разговор.
Произошел разговор в ту пору, когда они только что попали под опеку Светогора и Белояра.
Завел их седовласый старец в дремучий лес, туда, где деревья своими макушками упираются прямо в небо, где густые кустарники стоят неприступным тыном, где вечную тень не может побеспокоить яркий свет солнечных лучей, потому там постоянно пахнет прелою опавшею листвой и грибами. А кругом раздается скрип сухих ветвей, потревоженных ветром, шорох невидимого взору зверья, да редкие выкрики лесных птиц.
Вывел Белояр своих учеников, которых недавно набрал, на светлую поляну, усадил на мягкий травяной ковер, сам же расположился на низком широком пне и начал разговор с вопроса:
- Что вы зрите, мои неразумные чадо?
- Деревья, - ответил Георгий, тогда он еще не дорос до Лиса.
- Траву, - ответил Найденыш, тогда он еще не был Чоботком.
- Букашек неразумных, - ответил Третьяк, тогда его еще не кликали Филином.
- Щебечущих пташек, - ответила Братислава, тогда она еще не достойна была называться Рысью.
- Все что вы зрите, - терпеливо выслушав ответы, продолжил Белояр, - все это порождение Матушки – земли, она прародитель всего живого, даже вас, мои неразумные чадо. Мы еще ее называем Макошью. Она, как любящая мать, строго следит за дитятками, лелеет их, одаряет лаской и любовью. Про это надобно постоянно помнить и не забывать, да ответной любовью ее одарять. Только тогда навеки останется наша Светлая - Русь крепкой своим духом волостью, которую не по силам любому, даже самому сильному, супротивнику сокрушить, потому что сама Мать сыра земля дарит, нам Русам, неимоверную силушку да несокрушимую храбрость. Поэтому, любой из нас готов голову сложить, за нее не жалея. Но так будет только до тех пор, пока эта любовь взаимна. Стоит нам забыть про наставления предков, про нашу добрую прародительницу и сразу раздор случится на Светлой – Руси, который только на руку хитрому ворогу. Тот придет к нам и посеет разор, воспользовавшись удобным моментом, погубит Матушку сыру землю, а нас изничтожит, аль превратит в своих рабов. Вняли вы мне, неразумные чадо?
- Вняли! – хором ответили трое мальцов да одна девчушка.
- Что вы слышите? – вопрошал Белояр, удовлетворенный ответом.
- Шелест листвы, - ответил Георгий.
- Журчание ручейка, - ответил Найденыш.
- Стрекот кузнечиков, - ответил Третьяк.
- Дуновение ветерка, - ответила Братислава.
- Это так она с нами пытается разговаривать, научить нас мудрости и оградить от непоправимых ошибок. Ведь все, что мы видим, это малая частица самой Матушки сыры земли – леса, поля, ими она дышит, ручьи, ключи да полноводные реки, это ее кровь, сама же земля, это ее плоть. Букашки да зверье, являются ее очами, трава да деревья – ее ушами, а ветер ее устами. Вот какова Матушка сыра земля. А то, что мы ее не слышим, сие случилось из - за того, что разучились мы по неразумности своей это делать. Она же многому могла бы нас научить. Вот смотрите.
Белояр залез рукой в котомку, достал оттуда куриное яйцо.
- Что это? – вопрошал он.
- Яйцо, - хором ответили ученики.
- А теперь? – вопрошал Белояр, закрыв яйцо ладонью.
- Яйцо, - повторили дети.
- Неужто, - усмехнулся старец и открыл ладонь. Там посреди разбитой скорлупы сидел желтенький цыпленок.
- Ух, ты! – восторженно выдохнули ученики.
- Как так вышло? – вопрошал Белояр, погладив пальцем непрерывно пищавшего цыпленка.
- Чародейство! – уверено ответили дети.
- Хе, хе, чародейство, - скрипуче засмеялся старец, потом отрицательно покачав головой, продолжил говорить, - это Макошь мне на ушко нашептала, какое треба вынуть яйцо из гнезда наседки, то, которое уже должно было бы вылупиться. Я же просто слегка подтолкнул своим внутренним душевным теплом, ускорил появление на белый свет цыпленка. Чары же здесь не причем.
Вот и теперь Макошь нашептала на ушко Рыси, что треба делать.
Еще вчера вечером она вытащила из гнезда наседки яйцо, сделала в нем маленькие едва заметные дырочки, одно на вершине, другое на толстом заду, через них вытянула наружу все, что находилось внутри, потом пустую скорлупку положила на печь, чтоб хорошенько просушить. А теперь Рыси предстояло наполнить внутренность яйца утреней росой. Этим она и занялась.
Девица достала заранее приготовленную соломинку, начала ей, капелька за капелькой собирать росу с травяных былинок. Эту утренею влагу Рысь осторожно вливала в пустую полость яйца.
Такое дело кропотливое да нудное, требует точности да верности руки, так что немало времени минуло, прежде чем девица завершила его.
Но вот яйцо наполнено на четверть. Рысь осторожно залепила дырочки воском, завернула его в тряпицу. Все, теперь можно возвращаться на постоялый двор, да поторопиться, пока Ярило не показало свой ясный лик.
Обратный путь Рысь проделала, наблюдая, как во дворах домов начали появляться жители Тур – града. Они вставали еще затемно, потому что дел у них было невпроворот, накормить птиц, напоить коров, натопить печь, да приготовить нехитрую снедь, чтоб поутру не приступать к основной работе на пустое брюхо и все это надо успеть сделать до восхода солнца.
А вот и постоялый двор. Там Рысь уже ждали все ее друзья, сидя за столом и наворачивая за обе щеки яичницу, поджаренную на сале. Они, молча, посмотрели на нее, взором спрашивая, мол, ну что, справила дело? Девица в ответ мотнула утвердительно головой и помчалась наверх, чтоб одеться там подобающе для встречи с Актимиром. Вскоре она спустилась вниз. Трапезничать Рысь не стала, а в окружении остальных воинов направилась прямиком к городским воротам.
Стоило им выйти на улицу, как толпа назойливых зевак обступила храбрецов со всех сторон. С восторженными криками да задорными песнями, которые в утренней тишине разносились на всю округу, они не отставали ни на шаг от воинов, спешащих на подворье князя.
Городские ворота по такому случаю были уже открыты, так распорядился Актимир. Так что коловратам вместе со своими спутниками не пришлось ждать восхода солнца, в такое время их открывают в обыденные дни, они минули распахнутые двери, попали внутрь града. Храбрецы прошли уже знакомой дорогой и влились шумной толпой на подворье князя Тур – града. Туда подоспели они вовремя, Ярило вот, вот должно было появиться на горизонте.
Актимир их уже поджидал, восседая в высоком кресле. Он с любопытством глянул на Рысь и произнес:
- Ты готова диво - дивное прилюдно выказать?
- Готова, - ответила девица.
Толпа зевак, доселе шумевшая на подворье, разом замолкла. Она начала с нетерпением ждать, что же им покажет незнакомка.
Рысь посмотрела на небо, которое начало окрашиваться в багровые тона. Пора, решила девица. Она покинула толпу друзей, вышла на середку двора, развернула тряпицу, вынула из нее яйцо и положила его на открытую ладонь. Теперь осталось только ждать.
Вот и солнышко появилось на небе. Его лучи осветили княжье подворье, наполняя утренний воздух теплом. В этот момент Рысь подняла руку вверх.
И тут все кто находился на подворье, увидели, как солнечные лучи, проникнув через скорлупу, наполнили яйцо чародейским светом. Вначале оно едва заметно поблескивало, как затухающие угли, но с каждым мгновением разгоралось все ярче и ярче, пока не стало напоминать маленький огненный шар.
Толпа удивлено ахнула.
Яйцо, наполненное ярким светом, медленно начало подниматься в небо над ладонью Рыси. Правда, это чудо продолжалось не слишком долго. Вот яйцо немного повисело в воздухе, потом потускнело, обрело свой прежний цвет и упало на открытую ладонь девицы.
Рысь посмотрела на правителя Тур - града, который замер в кресле от изумления, еще бы, такого чуда ему не приходилось зреть, потом произнесла:
- Я выполнила твою волю, князь, теперь, слово за тобой.
Актимир до сих пор сидел неподвижно, словно не слыша ее слов, но вот он вышел из оцепенения, посмотрел в очи девице и сказал в ответ:
- Не зря у люда говорят – век живи, век дивись. Удалось тебе, мудрая не по годам доблестная дева, в изумление мне ввести. До последнего не верилось, что кому то под силу будет выполнить последнюю мою волю. Но это тебе удалось! Ты свершила невозможное – заставила яйцо парить, как перелетную птицу! Об этом чуде молва пойдет от града к граду, славя подвиг, сей, по всему белу свету. Слава тебе, мудрая не по годам доблестная девица!
- Слава! Слава! – взревела восторженная толпа.
Актимир успокоил зевак поднятой рукой и продолжил:
- Я помню о своем обещании и выполняю его. Вот чудо – птица! – он указал пальцем на золотого соловья. – Она ваша!
- Слава Актимиру! Слава мудрому правителю Тур – града! – взревела толпа зевак.
Под эти шумные выкрики к чудо птице подошли шестеро крепких княжьих гридней. Они подняли золотого соловья с постамента, спустили с высокой лестницы и поставили его возле ног победителей состязания.


Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:43
СообщениеГлава тридцатая.
Третье испытание.

Груженые телеги, отправленные под охраной своих товарищей, коловраты, Ульф, Джон и Хасан нагнали к полудню, возле Тур – града. Те их встретили радостными выкриками, когда узрели, что все целы, да еще и чудо – гусли добыли. Дальнейший путь они проделали все вместе.
На постоялый двор воины решили не заезжать, а сразу направились к воротам. За ними увязалась ликующая толпа зевак. Они лезли обниматься, целоваться, предлагали выпить хмельной браги, которую нурманы не преминули с удовольствием употребить. Пришлось зевак слегка шугануть, чтоб не мешали продвижению вперед, а потом к прибывшим воинам присоединились княжьи гридни. Эти церемониться с праздным людом не стали, выставили перед собой длинные рогатины и таким ощетинившимся ежом расчищали дорогу от докучных зевак до самих палат местного правителя.
Актимир храбрецов уже ждал, восседая в кресле. Увидав кавалькаду, состоящую из испытуемых, его гридней и ликующей толпы праздного люда, князь встал, поднял руку, стараясь привлечь к себе внимание. Зеваки узрели этот жест, поняли его правильно, поэтому замолчали, стали с нетерпением ждать, речи хозяина Тур – града.
Убедившись, что все его молчаливому требованию вняли, Актимир обратился к прибывшим храбрецам:
- Вы добыли чудо – гусли?
- Да, князь, добыли! – ответил Чоботок. Он кивком головы указал Лису, чтоб тот поднес правителю дар.
На сей раз бояре, стоящие на высокой лестнице, не спешили перенять чудо – гусли у пришлых воинов, они помнили о зуботычинах полученных в прошлый раз и это остановило их пламенный порыв угодить своему князю.
Лис мягкой поступью взбежал вверх, достал из котомки чудо – гусли, передал вожделенный музыкальный инструмент Актимиру. Князь бережно взял их в руки, ласково погладил, положив на колени, потом поднял взор и вопрошал, обращаясь к воинам:
- Где вам удалось найти эти славные чудо – гусли?
- Боярин Ежим перенял чудо - гусли у твоих гонцов с помощью вот этих татей, - держа ответ, Чоботок указал кивком головы на повязанных разбойников.
Актимир нахмурил лик, услыхав такую новость. Он подозвал к себе ближников, когда же те резво подскочили к нему, что - то прошептал им на ушко. Бояре, выслушав наставления князя, сразу удалились прочь, прихватив с собой отряд вооруженных гридней. Проходя мимо груженых телег, они увели с собой плененных разбойников.
Проводив их взглядом, правитель Тур – града отдал холопу гусли, величественно поднялся с кресла и произнес:
- Слава храбрецам, которые дважды сумели не щадя живота своего послужить нашему доброму граду! Первый раз они избавили Тур – град от лютого зверя Каркаладила, который учинял разор в моей волости! Второй раз им удалось пресечь на корню козни неверного боярина, который вознамерился поднять смуту, да избавить округу от лиходеев, которые творили разор на торной дороге! Слава доблестным воинам!
- Слава! Слава! – поддержала его ликующая толпа праздного люда.
Слегка дав послабление толпе, чтоб зеваки выпустили на волю свои внутренние бушующие чувства, Актимир поднял руку.
Праздный люд вскоре заметил этот жест и сразу замолчал.
Установив тишину на своем подворье, князь сел в кресло. Он посмотрел на храбрецов и продолжил говорить:
- Вчера я целый день любовался чудо Аленьким – цветком, находясь в тишине да покое, под звуки гусель да тихие напевы певцов. Он ласкал своей неповторимой красотой мой взор, заставляя застлать мои старческие очи слезами восторга и радости, а внутри моей плоти, поднять уже забытое щемящее, трепещущее чувство нежности. Своим же чарующим ароматом, этот дивный дар лесов, наводил умиротворение в моей душе, заставляя навевать степенные думы о бытие нашем славном, о долгих летах прожитых мной, о тех делах, что мне пришлось вершить с рождения – до самых седых волос.
Так просидел я, любуясь Аленьким – цветочком, до крика вечерних петухов. И тут одна чудная думка посетила голову мою. Подумал я, так, невзначай, а кто же первым появился в нашем славном мире – яйцо аль курица? Ежели яйцо, то кто его сумел снести, а ежели все ж курица, то, как она, минуя скорлупы, явилась в нашем мире? А если все-таки яйцо, неужто ему пришлось учить летать наседку? И эти думы докучали меня всю ночь, до самого утра не давали сомкнуть очей, свербели в голове, как назойливые мухи.
Тогда то и пришла мне мысль одна, которую я молвить вам желаю. Тот, кто из вас, до завтрашнего дня сумеет показать, как яйцо летает, тот получит мою чудо – птицу в дар и это есть вам третье испытание!
Услышав, какое последнее испытание назначил Актимир, весь праздный люд ахнул от удивления. Ведь, где это видано, чтоб яйца летали по воздуху, аки птицы перелетные! Нет, такого не может быть, такое просто невыполнимо!
А что же храбрецы?
Пришлые воины стояли, понурив свои буйные головушки. Им стало ясно, как белый день, что с последним, третьим испытанием, они ни в жизнь не справятся. Более всех сокрушались коловраты, ведь, не выполнив волю Актимира, они не добудут камень Верлиль, за которым их послал Белояр, а это значит, что ученики подведут своего наставника, им придется вернуться домой с пустыми руками, покрыв головы несмываемым позором. И только Рысь смотрела прямо на князя Актимира. Она собралась с духом и громко произнесла:
- Завтра, на утреней заре, когда прекрасный лик Ярила покажется пред нами, увидишь ты, князь Актимир, как хрупкое яйцо парит аки птица!
- Ах! Ох! – выдохнула удивленная толпа зевак. Таких слов они никак не ожидали услышать.
- Что ж, пусть будет посему! – воскликнул не меньше изумленный правитель Тур – града. – Завтра поутру, я жду вас, и если тебе удастся показать прилюдно такое диво, тогда чудо – птица будет ваша! Пусть удача сопутствует тебе, мудрая не по годам доблестная дева!
Задание дано, вызов принят.
Увидав, что более ничего интересного не будет, толпа зевак начала расходится. Они собирались небольшими шумными кучками, направляясь к воротам, решив разбрестись по харчевням, где за столом можно весело обсудить новости и дождаться следующего утра, когда можно будет узреть невиданное чудо – полет куриного яйца, как перелетной птицы.
Храбрецы, также не стали стоять столбами на месте, они немало удивленные обещанием своей подруги, окружив Рысь, пошли на постоялый двор.
- Ты чародейка? – с уважением спросил ее Чарли.
- О нет, я не чародейка и не колдунья, - произнесла в ответ девица. – Я всего лишь ведаю немного, могу лечить от хвори да кости, если требуется вправлять, умею порчу снять, но чары наводить мне не по силам.
- А как же без чародейства ты сможешь, завтра показать Актимиру парящее яйцо? – удивился Хасан.
- И в самом деле, как? – поддержал его Ульф. – Ведь только могучим колдунам такое дело по силам?
- Мне в этом деле Макошь подсобит да Велес длань помощи протянет, - ответила Рысь, лукаво, улыбаясь.
- Что ж, как говорят, отдадим свои судьбы в руки богов, - со вздохом произнес Ульф. Он не очень - то верил, что завтра деве удастся выполнить задуманное.
- А у нас еще говорят – на богов надейся, да сам не плошай! – весело произнес Лис. Он то, как раз всецело верил в свою подругу, как и остальные коловраты. Еще не было случая, чтоб она не сделала того, что обещала. Вот и сейчас, ежели Рысь сказала, что научит куриное яйцо парить, значит так и будет.
- Так же у нас говорят – утро вечера мудренее. А завтра поглядим – увидим, как яйца учат кур летать, - добавил Чоботок.
Вскоре воины покинули ворота Тур – града и добрались до постоялого двора. Там они перекусили, а после каждый из них занялся своими делами. Нурманы, как положено после славного похода, вначале разделили меж всеми добытое добро, которое находилось на телегах, после сели за стол и начали пить заморское вино да набивать брюхо снедью. Хоть они и знали, что чудо птицу им уже не удастся заполучить и можно с чистой совестью садиться на драккар, северяне решили остаться еще на денек, чтоб поглядеть, как Рысь выполнит последнее задание.
Персы и бритты, получив свою долю, направились в светелки отдыхать, после ратных дел. Они тоже решили слегка задержаться, ведь такое чудо, как парящее в воздухе яйцо, им лицезреть еще не приходилось, как же такое можно пропустить.
Коловраты, так же не стали засиживаться за столом, предпочтя тихий отдых шумному застолью. Но не все. Рысь и Филин решили сходить посетить местное капище, коловрат, чтоб принести обещанный дар Стрибогу да Яриле, а дева, чтоб ублажить Велеса да Макошь, взывая к их помощи в завтрашнем испытании.
По дороге они заскочили в торговые ряды. Там Рысь купила курицу, чьей кровью решила окропить уста покровителя всего зверья, а также кувшин хмельного меда, мешочек ржи для подношения Матери – земли. Филин взял там заморского вина, чтоб веселее в небесах жилось могучему отцу ветров, прихватил пышных пирогов, чтоб было чем сытно закусить ясноликому светиле.
Покончив с подбором даров, они минули городские посады, прошли постройки мастерового, пересекли журчащий ручей, который протекал по березовой роще, там еще кузня находилась и стали подниматься на высокий холм, там издали виднелось искомое капище.
Филин и Рысь влились в многолюдный поток, который неторопливо тек в сторону высокого тына, украшенного черепами различного зверья, по хорошо утоптанной дороге. Каждый, кто направлялся в святилище, шел не с пустыми руками, они несли подношения, надеясь, что боги услышат их и выполнят просьбу. Одни из них желали здоровья себе и близким, другие хотели попутного ветра для торговых судов, третьи, чтоб вовремя дождь пошел, четвертые, чтоб побогаче была добыча на охоте, пятые желали удачливого похода да победы в предстоящей битве. Сколько было в толпе люду, столько и было желаний. Их не смущало, что просьб слишком много. Они знали, боги всех услышат и все сделают как нужно, ведь как можно не выполнить желание своих правнуков, а в этом им подсобят мудрые волхвы.
Вот и само капище. Вначале коловрат и его подруга минул могучего истукана, занимающего центральное место, это был Сварог – создатель всего мира и прадед славного люда, потом прошли мимо Даждьбога – бога небес, мимо Белобога – воплощения справедливости. Они добрались до второго круга, там как раз и находились Велес, Макошь, Стрибог да Ярило, между Ладой и Триглавой.
Филин направился к одним деревянным истуканам, Рысь пошла к другим.
Девица остановилась возле Макоши, положила возле ее ног подношение, при этом произнеся свою просьбу вслух, далее, задерживаться возле Матери - земли не стала, перешла к Велесу. Возле покровителя всего зверья Рысь срубила курице голову и ее кровью окропила деревянные губы истукана. Повторно высказав свою просьбу теперь покровителю всего зверья, она хотела уходить, как со спины услышала чей - то старческий голос:
- Кто ты, краса – девица? Почто я тебя раньше не примечал в обители богов?
- Из Киев – града я прибыла вместе со своими товарищами, - ответила Рысь, повернувшись на голос. Она узрела, что перед ней стоял старый волхв, который общался накоротке с самим Велесом.
- Ага, вот про кого молва идет по всему граду! – проявил удивление старец. – Вот кто, значит, вершит великие подвиги, спасая наш град от разных бед. Вот значит, кто пришел в Тур – град, пройти до конца все испытания и лишить нашего правителя забавной чудо – птицы! Давно пора, а то вся эта суета с испытаниями, что проходят каждый год, многих изрядно утомили. Наслышан так же я про последнюю волю Актимира. И как же ты желаешь выполнить то, что лишь богам под силу? Как сможешь ты заставить куриное яйцо парить, как птицу в чистом небе?
- Вот потому я и пришла сюда, чтоб помощь в трудном деле просить у Макоши да Велеса. Но как в народе говорят – на богов надейся да сам не плошай. Так что и сама я кое - что умею, в том мой наставник Белояр подмог, когда слегка своею мудростью сумел со мною поделиться, - ответила ему Рысь.
- Белояр? – волхв удивлено приподнял правую бровь.
- А ты что, знакомство с ним имел? – спросил его подоспевший Филин.
- Ага, а вот и спутник твой явился, не запылился, - усмехнулся старец.
- Так что, имел ты знакомство с нашим наставником? – повторил свой вопрос коловрат.
- Пришлось мне с ним иметь знакомство, - ответил волхв, - давно, то было, когда еще с Ягой ваш мудрый наставник повстречался на моем пути.
- Так ты и Ягу знаешь? – удивились Рысь с Филином.
- О да, знакомство и с Ягой пришлось мне поиметь, - ответил волхв с задумчивым видом. – Неужто и вам пришлось с ней повстречаться? Ведь про нее ни слуху, ни духу уж много лет не разносится по миру, словно сгинула она давно незнамо где.
- Не сгинула та мудрая старушка, - успокоил его Филин, - она нам в одном деле весьма сильно помогла.
- И где же она? Как поживает? Все еще бодра, аль под гнетом лет лежит на лавке, да ждет, когда к ней ледяная Мара в гости пожалует? – оживился волхв.
Пришлось Рыси с Филином рассказать старцу, о своих приключениях в Кощеевой волости.
- А что между Ягой и Белояром было? – после сокращенного повествования Рысь задала вопрос, который уже давно ее интересовал.
- Было время, когда ваш мудрый наставник еще не был волхвом. Тогда судьбинушка свела их вместе, его и Ягу, которая была всего лишь простой ведуньей, - ответил старец, - тогда им пришлось пережить несколько приключений, в одном из которых, Белояр спас Ягу от неминуемой гибели.
- От какой погибели? – сразу заинтересовался Филин.
- Как прибудете в Киев – град, так сами поспрошайте своего наставника, а я не вправе чужие тайны раскрывать, и так уж слишком много лишнего сболтнул, - ответил волхв, потом добавил, - Белояру передайте поклон от Ярозита. Он еще должен помнить про меня, во всяком случае, я на то надеюсь.
- И тебе волхв не кашлять, - произнес Филин.
Но старец его не слышал, он уже успел удалиться. Да и коловрат с Рысь больше не стали задерживаться в капище. Они направились в сторону постоялого двора.
Девица шла рядом с верным другом и думала о превратности судьбы. Ей всегда казалось, что Белояр с младенческих лет ступил на тернистую дорогу, посвятив себя постижению мудрости и служению Сварогу. Что он с малолетства находился на капище под присмотром своих старших наставников, которые учили его всему тому, что сами знали. И вот теперь, узнав, что Белояр был кем - то другим и только после стал волхвом, такие вести слегка привели в смятение девицу. Сразу начали проситься наружу вопросы, которые пока некому было задать. Когда же им выдается случай вернуться в Киев – град, тогда она непременно начнет пытать наставника своего, кем он был, от чего спас Ягу, да еще чего многого, о чем ей так давно хотелось знать. Вот только возникает вопрос, станет, отвечать Белояр на всю ту пытку аль просто усмехнется как всегда и переведет весь разговор в привычную для него шутку? А пока нужно отдохнуть, потому что поутру, когда еще не встало солнце, ей предстоит подготовить все, что нужно для полета куриного яйца.

***

На следующее день, когда ночные сумерки еще не успели исчезнуть под настойчивым напором солнечных лучей, когда еще на небе виднелась щербатая луна, когда еще петухи в первый раз не прокричали призыв Яриле, Рысь покинула теплую постель. Она одетая лишь в нательную тонкую поневу вышла с постоялого двора.
Девица минула городские посады, которые еще спали крепким сном, прошла мимо жилья мастерового люда и вышла в открытое поле, где начал садиться предутренний туман, отставляя на былинках травы хрустальные капельки росы. Стоя там, на безлюдном просторе, с раскинутыми в сторону руками, взывая к Макоши и Велесу, Рысь невольно вспомнила один давний разговор.
Произошел разговор в ту пору, когда они только что попали под опеку Светогора и Белояра.
Завел их седовласый старец в дремучий лес, туда, где деревья своими макушками упираются прямо в небо, где густые кустарники стоят неприступным тыном, где вечную тень не может побеспокоить яркий свет солнечных лучей, потому там постоянно пахнет прелою опавшею листвой и грибами. А кругом раздается скрип сухих ветвей, потревоженных ветром, шорох невидимого взору зверья, да редкие выкрики лесных птиц.
Вывел Белояр своих учеников, которых недавно набрал, на светлую поляну, усадил на мягкий травяной ковер, сам же расположился на низком широком пне и начал разговор с вопроса:
- Что вы зрите, мои неразумные чадо?
- Деревья, - ответил Георгий, тогда он еще не дорос до Лиса.
- Траву, - ответил Найденыш, тогда он еще не был Чоботком.
- Букашек неразумных, - ответил Третьяк, тогда его еще не кликали Филином.
- Щебечущих пташек, - ответила Братислава, тогда она еще не достойна была называться Рысью.
- Все что вы зрите, - терпеливо выслушав ответы, продолжил Белояр, - все это порождение Матушки – земли, она прародитель всего живого, даже вас, мои неразумные чадо. Мы еще ее называем Макошью. Она, как любящая мать, строго следит за дитятками, лелеет их, одаряет лаской и любовью. Про это надобно постоянно помнить и не забывать, да ответной любовью ее одарять. Только тогда навеки останется наша Светлая - Русь крепкой своим духом волостью, которую не по силам любому, даже самому сильному, супротивнику сокрушить, потому что сама Мать сыра земля дарит, нам Русам, неимоверную силушку да несокрушимую храбрость. Поэтому, любой из нас готов голову сложить, за нее не жалея. Но так будет только до тех пор, пока эта любовь взаимна. Стоит нам забыть про наставления предков, про нашу добрую прародительницу и сразу раздор случится на Светлой – Руси, который только на руку хитрому ворогу. Тот придет к нам и посеет разор, воспользовавшись удобным моментом, погубит Матушку сыру землю, а нас изничтожит, аль превратит в своих рабов. Вняли вы мне, неразумные чадо?
- Вняли! – хором ответили трое мальцов да одна девчушка.
- Что вы слышите? – вопрошал Белояр, удовлетворенный ответом.
- Шелест листвы, - ответил Георгий.
- Журчание ручейка, - ответил Найденыш.
- Стрекот кузнечиков, - ответил Третьяк.
- Дуновение ветерка, - ответила Братислава.
- Это так она с нами пытается разговаривать, научить нас мудрости и оградить от непоправимых ошибок. Ведь все, что мы видим, это малая частица самой Матушки сыры земли – леса, поля, ими она дышит, ручьи, ключи да полноводные реки, это ее кровь, сама же земля, это ее плоть. Букашки да зверье, являются ее очами, трава да деревья – ее ушами, а ветер ее устами. Вот какова Матушка сыра земля. А то, что мы ее не слышим, сие случилось из - за того, что разучились мы по неразумности своей это делать. Она же многому могла бы нас научить. Вот смотрите.
Белояр залез рукой в котомку, достал оттуда куриное яйцо.
- Что это? – вопрошал он.
- Яйцо, - хором ответили ученики.
- А теперь? – вопрошал Белояр, закрыв яйцо ладонью.
- Яйцо, - повторили дети.
- Неужто, - усмехнулся старец и открыл ладонь. Там посреди разбитой скорлупы сидел желтенький цыпленок.
- Ух, ты! – восторженно выдохнули ученики.
- Как так вышло? – вопрошал Белояр, погладив пальцем непрерывно пищавшего цыпленка.
- Чародейство! – уверено ответили дети.
- Хе, хе, чародейство, - скрипуче засмеялся старец, потом отрицательно покачав головой, продолжил говорить, - это Макошь мне на ушко нашептала, какое треба вынуть яйцо из гнезда наседки, то, которое уже должно было бы вылупиться. Я же просто слегка подтолкнул своим внутренним душевным теплом, ускорил появление на белый свет цыпленка. Чары же здесь не причем.
Вот и теперь Макошь нашептала на ушко Рыси, что треба делать.
Еще вчера вечером она вытащила из гнезда наседки яйцо, сделала в нем маленькие едва заметные дырочки, одно на вершине, другое на толстом заду, через них вытянула наружу все, что находилось внутри, потом пустую скорлупку положила на печь, чтоб хорошенько просушить. А теперь Рыси предстояло наполнить внутренность яйца утреней росой. Этим она и занялась.
Девица достала заранее приготовленную соломинку, начала ей, капелька за капелькой собирать росу с травяных былинок. Эту утренею влагу Рысь осторожно вливала в пустую полость яйца.
Такое дело кропотливое да нудное, требует точности да верности руки, так что немало времени минуло, прежде чем девица завершила его.
Но вот яйцо наполнено на четверть. Рысь осторожно залепила дырочки воском, завернула его в тряпицу. Все, теперь можно возвращаться на постоялый двор, да поторопиться, пока Ярило не показало свой ясный лик.
Обратный путь Рысь проделала, наблюдая, как во дворах домов начали появляться жители Тур – града. Они вставали еще затемно, потому что дел у них было невпроворот, накормить птиц, напоить коров, натопить печь, да приготовить нехитрую снедь, чтоб поутру не приступать к основной работе на пустое брюхо и все это надо успеть сделать до восхода солнца.
А вот и постоялый двор. Там Рысь уже ждали все ее друзья, сидя за столом и наворачивая за обе щеки яичницу, поджаренную на сале. Они, молча, посмотрели на нее, взором спрашивая, мол, ну что, справила дело? Девица в ответ мотнула утвердительно головой и помчалась наверх, чтоб одеться там подобающе для встречи с Актимиром. Вскоре она спустилась вниз. Трапезничать Рысь не стала, а в окружении остальных воинов направилась прямиком к городским воротам.
Стоило им выйти на улицу, как толпа назойливых зевак обступила храбрецов со всех сторон. С восторженными криками да задорными песнями, которые в утренней тишине разносились на всю округу, они не отставали ни на шаг от воинов, спешащих на подворье князя.
Городские ворота по такому случаю были уже открыты, так распорядился Актимир. Так что коловратам вместе со своими спутниками не пришлось ждать восхода солнца, в такое время их открывают в обыденные дни, они минули распахнутые двери, попали внутрь града. Храбрецы прошли уже знакомой дорогой и влились шумной толпой на подворье князя Тур – града. Туда подоспели они вовремя, Ярило вот, вот должно было появиться на горизонте.
Актимир их уже поджидал, восседая в высоком кресле. Он с любопытством глянул на Рысь и произнес:
- Ты готова диво - дивное прилюдно выказать?
- Готова, - ответила девица.
Толпа зевак, доселе шумевшая на подворье, разом замолкла. Она начала с нетерпением ждать, что же им покажет незнакомка.
Рысь посмотрела на небо, которое начало окрашиваться в багровые тона. Пора, решила девица. Она покинула толпу друзей, вышла на середку двора, развернула тряпицу, вынула из нее яйцо и положила его на открытую ладонь. Теперь осталось только ждать.
Вот и солнышко появилось на небе. Его лучи осветили княжье подворье, наполняя утренний воздух теплом. В этот момент Рысь подняла руку вверх.
И тут все кто находился на подворье, увидели, как солнечные лучи, проникнув через скорлупу, наполнили яйцо чародейским светом. Вначале оно едва заметно поблескивало, как затухающие угли, но с каждым мгновением разгоралось все ярче и ярче, пока не стало напоминать маленький огненный шар.
Толпа удивлено ахнула.
Яйцо, наполненное ярким светом, медленно начало подниматься в небо над ладонью Рыси. Правда, это чудо продолжалось не слишком долго. Вот яйцо немного повисело в воздухе, потом потускнело, обрело свой прежний цвет и упало на открытую ладонь девицы.
Рысь посмотрела на правителя Тур - града, который замер в кресле от изумления, еще бы, такого чуда ему не приходилось зреть, потом произнесла:
- Я выполнила твою волю, князь, теперь, слово за тобой.
Актимир до сих пор сидел неподвижно, словно не слыша ее слов, но вот он вышел из оцепенения, посмотрел в очи девице и сказал в ответ:
- Не зря у люда говорят – век живи, век дивись. Удалось тебе, мудрая не по годам доблестная дева, в изумление мне ввести. До последнего не верилось, что кому то под силу будет выполнить последнюю мою волю. Но это тебе удалось! Ты свершила невозможное – заставила яйцо парить, как перелетную птицу! Об этом чуде молва пойдет от града к граду, славя подвиг, сей, по всему белу свету. Слава тебе, мудрая не по годам доблестная девица!
- Слава! Слава! – взревела восторженная толпа.
Актимир успокоил зевак поднятой рукой и продолжил:
- Я помню о своем обещании и выполняю его. Вот чудо – птица! – он указал пальцем на золотого соловья. – Она ваша!
- Слава Актимиру! Слава мудрому правителю Тур – града! – взревела толпа зевак.
Под эти шумные выкрики к чудо птице подошли шестеро крепких княжьих гридней. Они подняли золотого соловья с постамента, спустили с высокой лестницы и поставили его возле ног победителей состязания.


Автор -
Дата добавления - в
sermolotkovДата: Суббота, 06.08.2011, 19:44 | Сообщение # 35
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 255
Награды: 2
Репутация: 12
Статус: Offline
Эпилог.

- И что теперь мы буде делать с этим чудом? – вопрошал Филин, глядя на старшого. – Неужто потащим с собой до самого Киев – града?
- А что, не бросать же такое добро, - произнес Лис, шествуя рядом с телегой, на которую был погружен золотой соловей. Они медленно продвигались в сторону постоялого двора.
- Да мы с такой обузой до лютых морозов до Киев – града не доберемся! – воскликнул Филин.
- А почто нам до Киева его переть, - пожал плечами Лис, - довезем соловья до Мурома, а там, такому гостинцу Ставр будет весьма рад. Верно, Рысь? Знатное получится у тебя приданное!
- Тьфу, на тебя, словоблуд! – сплюнула в ответ его подруга.
- Мы, друже, по - другому поступим, - наконец подал голос Чоботок.
- Как? – сразу заинтересовались все.
- Сейчас узрите, - усмехнулся старшой.
Они как раз въезжали в ворота постоялого двора. Оказавшись внутри, Чоботок остановил телегу, залез на нее с длинным ножом в руке, приноровился и вытащил из глазницы чудо – птицы камень Верлиль, тот самый, за которым их послал Белояр.
- Остальное же пусть делят меж собой наши товарищи, без которых нам бы туго пришлось во время прошедших испытаний. Так будет по правде, - произнес Чоботок, держа в руке заветный камень.
- Верно, так будет по правде, - согласились с ним остальные коловраты.
Персы, нурманы и бритты, бурно выразили свою благодарность. Они не ожидали такой щедрости от своих новых друзей.
Теперь, когда поручение Белояра было выполнено, больше ничего не держало коловратов в Тур – граде. Они собрали свои нехитрые пожитки, прихватили с собой снеди да положенную долю с разбойничьего обоза, сели на лошадей и больше не задерживаясь на постоялом дворе, отправились в обратный путь.
Хасан так же не стал сиднем сидеть в Тур – граде. Он взял себе на память о невероятных приключениях второй камень из глазницы золотого соловья и в сопровождении своих верных слуг, стал держать путь в сторону далекого дома.
Так что нурманам и бриттам осталось самое ценное, а именно - чудо птица, правда, без горящих при солнечном свете очей. Но и этому они оказались несказанно рады. Теперь нужно было решить, что делать с золотым соловьем, везти с собой, поделив поровну, аль сразу же продать его целиком, а уж потом разделить меж собой вырученные деньги. После недолгих споров они пришли к решению, что лучше целиком чудо – птицу загрузить на драккар, добраться до ближайшего града и там продать чудо невиданное, ведь в других краях за нее можно выручить намного больше, чем в Тур – граде. Но прежде им захотелось еще раз насладиться пением соловья.
Ульф взял в руки загогулину, вложил ее в отверстие, которое находилось в боку чудо – птицы, повернул ее несколько раз. Все стали с нетерпением ждать, когда же соловей подаст свой чарующий голос. Но тот упорно молчал, не хотел он усладить своим пением новых хозяев.
- Ба, неужто сломался? – разочаровано произнес Ульф и стукнул кулаком по боку соловья.
Раздался звон. Когда он затих, послышался из нутра птицы тонкий детский голосок:
- Дяденька, выпусти меня!
- Чу, а это что за диво! – изумился Ульф. – Неужто, соловей еще и по людски молвить умеет?
Остальные присутствующие так же подивились такому чуду.
- Дяденька, богами тебя молю, выпусти меня отсюда! – вновь раздался голос.
- Э нет, здесь что - то не то, - произнес Джон и стал внимательно рассматривать чудо – птицу со всех боков.
Вот ему показался странным, какой - то маленький рычажок, а рядом с крыльями бритт разглядел едва различимую щель. Долго не думая, Джон потянул за рычажок, и перед всеми открылась небольшая дверца, из которой стремглав выскочил малец. Он побежал к ближайшему углу и там стал справлять малую нужду.
- Вот тебе на! – только и сумели выдохнуть все от удивления.
Малец, сделав свое дело, огляделся.
- Где я? – произнес он, не понимая, где находится. – А где хоромы князя Актимира?
- Малец, подь сюда! – позвал его Ульф.
Отрок подошел, с любопытством рассматривая нурманов и бриттов.
- Ты как там оказался? – задал вопрос Ульф, кивая головой в сторону злотого соловья.
- Так служба там у меня, - ответил малец.
- Служба? – переспросил нурман, не понимая, о чем ему говорят.
- Ну да, служба, - повторил отрок после чего пояснил, - там, внутри соловья я каждый день сижу и жду, когда повернут загогулину. Тогда, по этому сигналу, я начинаю выводить трели тоненьким берестяным лоскутком.
- Вот так князь, вот так шельмец! – воскликнул Ульф. – Дурит всем голову своим чудом!
Остальные согласились с ним.
- Так князю Актимиру про то неведомо, - сказал малец.
Все с удивлением приподняли брови и молча, уставились на отрока, выжидая объяснения.
- Приезжие торговцы, которые всучили золотого соловья нашему князю, решили сорвать с него куш поболее, вот они и исхитрились, сделали тайную дверцу, через которую можно залезть внутрь птицы и выводить трели за нее, - начал пояснять малец. - Ведь, ежели всучить просто золотого соловья – это одно, а ежели он будет петь красиво – это совсем другое. За такое чудо любой правитель немало звонкой монеты может отсыпать. Так и произошло. А про тайну, как поет соловей, знали только купцы пришлые, да мой дядя, потому что за птицу приходилось выводить трели мне. За то, он получил немало денег. Вот и вчера я как положено службу вел, да под вечер прикорнул немного внутри соловья, а дядя разбудить меня, да вытащить наружу, запамятовал. Вот такие дела. А почему птица не на подворье князя, а здесь на постоялом дворе.
- Так она нам по уговору теперь досталась, - ответил Ульф, дивясь хитрости купцов. – Мы ее сейчас погрузим на драккар и повезем в другой град на продажу.
- Дяденька, отпустите меня домой! – взмолился малец, услышав такую новость. – Не хочу я в другой град, мне и здесь неплохо!
Отрок боялся, что пришлые воины прихватят его с собой, чтоб он продолжал сидеть внутри птицы и выводить трели, ведь так намного дороже можно продать соловья. Зря боялся. Воины отпустили мальца восвояси, сами же прихватили свои пожитки вместе с золотым соловьем, да долю от разбойничьего обоза и направились в сторону драккара, на котором, решили плыть все вместе.
 
СообщениеЭпилог.

- И что теперь мы буде делать с этим чудом? – вопрошал Филин, глядя на старшого. – Неужто потащим с собой до самого Киев – града?
- А что, не бросать же такое добро, - произнес Лис, шествуя рядом с телегой, на которую был погружен золотой соловей. Они медленно продвигались в сторону постоялого двора.
- Да мы с такой обузой до лютых морозов до Киев – града не доберемся! – воскликнул Филин.
- А почто нам до Киева его переть, - пожал плечами Лис, - довезем соловья до Мурома, а там, такому гостинцу Ставр будет весьма рад. Верно, Рысь? Знатное получится у тебя приданное!
- Тьфу, на тебя, словоблуд! – сплюнула в ответ его подруга.
- Мы, друже, по - другому поступим, - наконец подал голос Чоботок.
- Как? – сразу заинтересовались все.
- Сейчас узрите, - усмехнулся старшой.
Они как раз въезжали в ворота постоялого двора. Оказавшись внутри, Чоботок остановил телегу, залез на нее с длинным ножом в руке, приноровился и вытащил из глазницы чудо – птицы камень Верлиль, тот самый, за которым их послал Белояр.
- Остальное же пусть делят меж собой наши товарищи, без которых нам бы туго пришлось во время прошедших испытаний. Так будет по правде, - произнес Чоботок, держа в руке заветный камень.
- Верно, так будет по правде, - согласились с ним остальные коловраты.
Персы, нурманы и бритты, бурно выразили свою благодарность. Они не ожидали такой щедрости от своих новых друзей.
Теперь, когда поручение Белояра было выполнено, больше ничего не держало коловратов в Тур – граде. Они собрали свои нехитрые пожитки, прихватили с собой снеди да положенную долю с разбойничьего обоза, сели на лошадей и больше не задерживаясь на постоялом дворе, отправились в обратный путь.
Хасан так же не стал сиднем сидеть в Тур – граде. Он взял себе на память о невероятных приключениях второй камень из глазницы золотого соловья и в сопровождении своих верных слуг, стал держать путь в сторону далекого дома.
Так что нурманам и бриттам осталось самое ценное, а именно - чудо птица, правда, без горящих при солнечном свете очей. Но и этому они оказались несказанно рады. Теперь нужно было решить, что делать с золотым соловьем, везти с собой, поделив поровну, аль сразу же продать его целиком, а уж потом разделить меж собой вырученные деньги. После недолгих споров они пришли к решению, что лучше целиком чудо – птицу загрузить на драккар, добраться до ближайшего града и там продать чудо невиданное, ведь в других краях за нее можно выручить намного больше, чем в Тур – граде. Но прежде им захотелось еще раз насладиться пением соловья.
Ульф взял в руки загогулину, вложил ее в отверстие, которое находилось в боку чудо – птицы, повернул ее несколько раз. Все стали с нетерпением ждать, когда же соловей подаст свой чарующий голос. Но тот упорно молчал, не хотел он усладить своим пением новых хозяев.
- Ба, неужто сломался? – разочаровано произнес Ульф и стукнул кулаком по боку соловья.
Раздался звон. Когда он затих, послышался из нутра птицы тонкий детский голосок:
- Дяденька, выпусти меня!
- Чу, а это что за диво! – изумился Ульф. – Неужто, соловей еще и по людски молвить умеет?
Остальные присутствующие так же подивились такому чуду.
- Дяденька, богами тебя молю, выпусти меня отсюда! – вновь раздался голос.
- Э нет, здесь что - то не то, - произнес Джон и стал внимательно рассматривать чудо – птицу со всех боков.
Вот ему показался странным, какой - то маленький рычажок, а рядом с крыльями бритт разглядел едва различимую щель. Долго не думая, Джон потянул за рычажок, и перед всеми открылась небольшая дверца, из которой стремглав выскочил малец. Он побежал к ближайшему углу и там стал справлять малую нужду.
- Вот тебе на! – только и сумели выдохнуть все от удивления.
Малец, сделав свое дело, огляделся.
- Где я? – произнес он, не понимая, где находится. – А где хоромы князя Актимира?
- Малец, подь сюда! – позвал его Ульф.
Отрок подошел, с любопытством рассматривая нурманов и бриттов.
- Ты как там оказался? – задал вопрос Ульф, кивая головой в сторону злотого соловья.
- Так служба там у меня, - ответил малец.
- Служба? – переспросил нурман, не понимая, о чем ему говорят.
- Ну да, служба, - повторил отрок после чего пояснил, - там, внутри соловья я каждый день сижу и жду, когда повернут загогулину. Тогда, по этому сигналу, я начинаю выводить трели тоненьким берестяным лоскутком.
- Вот так князь, вот так шельмец! – воскликнул Ульф. – Дурит всем голову своим чудом!
Остальные согласились с ним.
- Так князю Актимиру про то неведомо, - сказал малец.
Все с удивлением приподняли брови и молча, уставились на отрока, выжидая объяснения.
- Приезжие торговцы, которые всучили золотого соловья нашему князю, решили сорвать с него куш поболее, вот они и исхитрились, сделали тайную дверцу, через которую можно залезть внутрь птицы и выводить трели за нее, - начал пояснять малец. - Ведь, ежели всучить просто золотого соловья – это одно, а ежели он будет петь красиво – это совсем другое. За такое чудо любой правитель немало звонкой монеты может отсыпать. Так и произошло. А про тайну, как поет соловей, знали только купцы пришлые, да мой дядя, потому что за птицу приходилось выводить трели мне. За то, он получил немало денег. Вот и вчера я как положено службу вел, да под вечер прикорнул немного внутри соловья, а дядя разбудить меня, да вытащить наружу, запамятовал. Вот такие дела. А почему птица не на подворье князя, а здесь на постоялом дворе.
- Так она нам по уговору теперь досталась, - ответил Ульф, дивясь хитрости купцов. – Мы ее сейчас погрузим на драккар и повезем в другой град на продажу.
- Дяденька, отпустите меня домой! – взмолился малец, услышав такую новость. – Не хочу я в другой град, мне и здесь неплохо!
Отрок боялся, что пришлые воины прихватят его с собой, чтоб он продолжал сидеть внутри птицы и выводить трели, ведь так намного дороже можно продать соловья. Зря боялся. Воины отпустили мальца восвояси, сами же прихватили свои пожитки вместе с золотым соловьем, да долю от разбойничьего обоза и направились в сторону драккара, на котором, решили плыть все вместе.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:44
СообщениеЭпилог.

- И что теперь мы буде делать с этим чудом? – вопрошал Филин, глядя на старшого. – Неужто потащим с собой до самого Киев – града?
- А что, не бросать же такое добро, - произнес Лис, шествуя рядом с телегой, на которую был погружен золотой соловей. Они медленно продвигались в сторону постоялого двора.
- Да мы с такой обузой до лютых морозов до Киев – града не доберемся! – воскликнул Филин.
- А почто нам до Киева его переть, - пожал плечами Лис, - довезем соловья до Мурома, а там, такому гостинцу Ставр будет весьма рад. Верно, Рысь? Знатное получится у тебя приданное!
- Тьфу, на тебя, словоблуд! – сплюнула в ответ его подруга.
- Мы, друже, по - другому поступим, - наконец подал голос Чоботок.
- Как? – сразу заинтересовались все.
- Сейчас узрите, - усмехнулся старшой.
Они как раз въезжали в ворота постоялого двора. Оказавшись внутри, Чоботок остановил телегу, залез на нее с длинным ножом в руке, приноровился и вытащил из глазницы чудо – птицы камень Верлиль, тот самый, за которым их послал Белояр.
- Остальное же пусть делят меж собой наши товарищи, без которых нам бы туго пришлось во время прошедших испытаний. Так будет по правде, - произнес Чоботок, держа в руке заветный камень.
- Верно, так будет по правде, - согласились с ним остальные коловраты.
Персы, нурманы и бритты, бурно выразили свою благодарность. Они не ожидали такой щедрости от своих новых друзей.
Теперь, когда поручение Белояра было выполнено, больше ничего не держало коловратов в Тур – граде. Они собрали свои нехитрые пожитки, прихватили с собой снеди да положенную долю с разбойничьего обоза, сели на лошадей и больше не задерживаясь на постоялом дворе, отправились в обратный путь.
Хасан так же не стал сиднем сидеть в Тур – граде. Он взял себе на память о невероятных приключениях второй камень из глазницы золотого соловья и в сопровождении своих верных слуг, стал держать путь в сторону далекого дома.
Так что нурманам и бриттам осталось самое ценное, а именно - чудо птица, правда, без горящих при солнечном свете очей. Но и этому они оказались несказанно рады. Теперь нужно было решить, что делать с золотым соловьем, везти с собой, поделив поровну, аль сразу же продать его целиком, а уж потом разделить меж собой вырученные деньги. После недолгих споров они пришли к решению, что лучше целиком чудо – птицу загрузить на драккар, добраться до ближайшего града и там продать чудо невиданное, ведь в других краях за нее можно выручить намного больше, чем в Тур – граде. Но прежде им захотелось еще раз насладиться пением соловья.
Ульф взял в руки загогулину, вложил ее в отверстие, которое находилось в боку чудо – птицы, повернул ее несколько раз. Все стали с нетерпением ждать, когда же соловей подаст свой чарующий голос. Но тот упорно молчал, не хотел он усладить своим пением новых хозяев.
- Ба, неужто сломался? – разочаровано произнес Ульф и стукнул кулаком по боку соловья.
Раздался звон. Когда он затих, послышался из нутра птицы тонкий детский голосок:
- Дяденька, выпусти меня!
- Чу, а это что за диво! – изумился Ульф. – Неужто, соловей еще и по людски молвить умеет?
Остальные присутствующие так же подивились такому чуду.
- Дяденька, богами тебя молю, выпусти меня отсюда! – вновь раздался голос.
- Э нет, здесь что - то не то, - произнес Джон и стал внимательно рассматривать чудо – птицу со всех боков.
Вот ему показался странным, какой - то маленький рычажок, а рядом с крыльями бритт разглядел едва различимую щель. Долго не думая, Джон потянул за рычажок, и перед всеми открылась небольшая дверца, из которой стремглав выскочил малец. Он побежал к ближайшему углу и там стал справлять малую нужду.
- Вот тебе на! – только и сумели выдохнуть все от удивления.
Малец, сделав свое дело, огляделся.
- Где я? – произнес он, не понимая, где находится. – А где хоромы князя Актимира?
- Малец, подь сюда! – позвал его Ульф.
Отрок подошел, с любопытством рассматривая нурманов и бриттов.
- Ты как там оказался? – задал вопрос Ульф, кивая головой в сторону злотого соловья.
- Так служба там у меня, - ответил малец.
- Служба? – переспросил нурман, не понимая, о чем ему говорят.
- Ну да, служба, - повторил отрок после чего пояснил, - там, внутри соловья я каждый день сижу и жду, когда повернут загогулину. Тогда, по этому сигналу, я начинаю выводить трели тоненьким берестяным лоскутком.
- Вот так князь, вот так шельмец! – воскликнул Ульф. – Дурит всем голову своим чудом!
Остальные согласились с ним.
- Так князю Актимиру про то неведомо, - сказал малец.
Все с удивлением приподняли брови и молча, уставились на отрока, выжидая объяснения.
- Приезжие торговцы, которые всучили золотого соловья нашему князю, решили сорвать с него куш поболее, вот они и исхитрились, сделали тайную дверцу, через которую можно залезть внутрь птицы и выводить трели за нее, - начал пояснять малец. - Ведь, ежели всучить просто золотого соловья – это одно, а ежели он будет петь красиво – это совсем другое. За такое чудо любой правитель немало звонкой монеты может отсыпать. Так и произошло. А про тайну, как поет соловей, знали только купцы пришлые, да мой дядя, потому что за птицу приходилось выводить трели мне. За то, он получил немало денег. Вот и вчера я как положено службу вел, да под вечер прикорнул немного внутри соловья, а дядя разбудить меня, да вытащить наружу, запамятовал. Вот такие дела. А почему птица не на подворье князя, а здесь на постоялом дворе.
- Так она нам по уговору теперь досталась, - ответил Ульф, дивясь хитрости купцов. – Мы ее сейчас погрузим на драккар и повезем в другой град на продажу.
- Дяденька, отпустите меня домой! – взмолился малец, услышав такую новость. – Не хочу я в другой град, мне и здесь неплохо!
Отрок боялся, что пришлые воины прихватят его с собой, чтоб он продолжал сидеть внутри птицы и выводить трели, ведь так намного дороже можно продать соловья. Зря боялся. Воины отпустили мальца восвояси, сами же прихватили свои пожитки вместе с золотым соловьем, да долю от разбойничьего обоза и направились в сторону драккара, на котором, решили плыть все вместе.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:44
sermolotkovДата: Суббота, 06.08.2011, 19:46 | Сообщение # 36
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 255
Награды: 2
Репутация: 12
Статус: Offline
В общем, вот так я немного повеселился.
 
СообщениеВ общем, вот так я немного повеселился.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:46
СообщениеВ общем, вот так я немного повеселился.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 19:46
ФеликсДата: Суббота, 06.08.2011, 20:01 | Сообщение # 37
Старейшина
Группа: Шаман
Сообщений: 5136
Награды: 53
Репутация: 314
Статус: Offline
sermolotkov, Вам придётся дать нам немного времени - объём уж больно велик).
 
Сообщениеsermolotkov, Вам придётся дать нам немного времени - объём уж больно велик).

Автор - Феликс
Дата добавления - 06.08.2011 в 20:01
Сообщениеsermolotkov, Вам придётся дать нам немного времени - объём уж больно велик).

Автор - Феликс
Дата добавления - 06.08.2011 в 20:01
СамираДата: Суббота, 06.08.2011, 20:10 | Сообщение # 38
Душа Острова
Группа: Шаман
Сообщений: 10275
Награды: 110
Репутация: 346
Статус: Offline
sermolotkov, я начала читать - осилила три главы и заболели глаза. Но интересно, и поэтому, надеюсь, что постепенно прочитаю. blush

Титул - Лирическая маска года
Титул - Юморист Бойкое перо
 
Сообщениеsermolotkov, я начала читать - осилила три главы и заболели глаза. Но интересно, и поэтому, надеюсь, что постепенно прочитаю. blush

Автор - Самира
Дата добавления - 06.08.2011 в 20:10
Сообщениеsermolotkov, я начала читать - осилила три главы и заболели глаза. Но интересно, и поэтому, надеюсь, что постепенно прочитаю. blush

Автор - Самира
Дата добавления - 06.08.2011 в 20:10
АнаитДата: Суббота, 06.08.2011, 21:25 | Сообщение # 39
Долгожитель
Группа: Зам. вождя
Сообщений: 7628
Награды: 65
Репутация: 309
Статус: Offline
А уже пять глав одолела. Но да, с монитора читать тяжело, поэтому придется меня подождать. Но я честно читаю! Не думайте, что нет, просто лето же, и времени мало...


Моя страница, велкам!
Мой дневник
 
СообщениеА уже пять глав одолела. Но да, с монитора читать тяжело, поэтому придется меня подождать. Но я честно читаю! Не думайте, что нет, просто лето же, и времени мало...

Автор - Анаит
Дата добавления - 06.08.2011 в 21:25
СообщениеА уже пять глав одолела. Но да, с монитора читать тяжело, поэтому придется меня подождать. Но я честно читаю! Не думайте, что нет, просто лето же, и времени мало...

Автор - Анаит
Дата добавления - 06.08.2011 в 21:25
sermolotkovДата: Суббота, 06.08.2011, 23:29 | Сообщение # 40
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 255
Награды: 2
Репутация: 12
Статус: Offline
У самого времени мало: работа, дача, дети, всем надо заниматься.
 
СообщениеУ самого времени мало: работа, дача, дети, всем надо заниматься.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 23:29
СообщениеУ самого времени мало: работа, дача, дети, всем надо заниматься.

Автор - sermolotkov
Дата добавления - 06.08.2011 в 23:29
Форум » Проза » Ваше творчество - раздел для ознакомления » Коловраты. (Фентези. Былина. Юмор.)
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Поиск:
Загрузка...

Посетители дня
Посетители:
Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS
Приветствую Вас Гость | RSS Главная | Коловраты. - Страница 3 - Форум | Регистрация | Вход
Конструктор сайтов - uCoz
Для добавления необходима авторизация
Остров © 2022 Конструктор сайтов - uCoz