крысятник - Форум  
Приветствуем Вас Гость | RSS Главная | крысятник - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Анаит, Самира 
Форум » Проза » Ваше творчество - раздел для ознакомления » крысятник
крысятник
еремейДата: Понедельник, 12.09.2016, 13:12 | Сообщение # 1
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 148
Награды: 0
Репутация: 30
Статус: Offline
рассказ Крысятник
Я устал – отработав, отпахав сегодня на монтаже. Стройка это ведь не фунт изюма, а тяжёлый мешок цемента, кувалда и лом. Как всегда учил меня мой кровный дедушка Пимен: - мы, мужики, должны впрягаться в планету как лошади и тащить её за собой – а иначе она станет стоймя на своей оси и боле не завертится, солнца не будет, и наши бабы с детишками досмерти замёрзнут.
Вздохнув от напруги трудового дня – но не мученически, а радостно, мужикасто – я попнулся к почтовому ящику. Интересно, что там сегодня? Да как обычно: визитки, рекламки, подмётные письма каких-то религиозных сектантов. А это что такое? разноцветье обложек, и флагов, и лиц – прямо солнечная радуга, от которой год за годом рябит в глазах и сводит желудок до заворота кишок.
- Уважаемый Юрий! Приглашаем вас на избирательный участок, чтобы выразить ваше личное мнение о нас. – И за этой бледной чернильной бумажкой два десятка буклетов с обещаньями, клятвами, и даже обетами на крови. Клянутся мамой и папой, клянутся детьми, волей, железным зубом и соседским поросёнком. На этих буклетах лица у всех кандидатов откормленные – а в защёчных мешках, наверное, джипы, коттеджи, сундуки с барахлишком. Спросишь откуда – скажут, что заработали тяжким трудом. А потащи их на божий суд, справедливый – так сразу признаются, что всё это добрецо они подленько нахомячили в закромах родины. И среди сих предвыборных сусликов да хомячков надо сердцем выбрать настоящего человека, кто никогда не соврёт, не предаст, и пожертвует за великую народную мечту не только свой кошелёк – но и жизнь, коль придётся.
Знаете, властители и депутаты, в чём сейчас дело с народом? Вера в нас кончилась, или уже на исходе. Вы так долго обманывали людей, обещая златые горы, что уже просто противно верить брехунам, выпрыгивающим из одной предвыборной матрёшки. Вы все на одно лицо – румяное, жирное, с бегающими по сторонам быстрыми глазками. Где урвать, откатить, иль смошенничать? – полыхают ваши азартные очи, и костёр жизни в них загорается только при виде денег. Но тут же он тухнет, когда надо исполнять свои клятвы – потому что наказы избирателей велики как Сизифов камень, и тащить его в гору тяжко, мучительно, руки и ноги отваливаются, сердце сбоит. Куда легче после выборов хрюшкой валяться на пленуме, мечтая о сладенькой должности.
Мы тоже в вас виноваты. Я вот как рабочий мужик понимаю, что и семейное счастье, и денежное благополучие, и мощь любимого Отечества достигаются великим трудом, потом да кровью. А всё равно, смотря по телевизору новости, почему-то жду, что этот самый пресловутый ВВП родины вдруг в одночасье подымется до невиданных высот, и мы заживём как толстопузые захребетники Америки. Что рубль сегодня станет мировой валютой, и нефть зашкалит за двухсотку; а завтра прилетят инопланетяне и скажут:
- Юрка Сотников, ты мощен и мудр, становись верховным правителем нашей вселенной! – И такие мысли, я уверен, у каждого кто надеется верит мечтает. Потому что без сладостной грёзы жить страшно – а с грёзой обман.
Вот на этом обмане, политики, мы с вами и попадаемся. Мы, народ, притворяемся будто верим вам на каждые выборы. Вы притворяетесь, будто тоже верите, что мы верим вам. И эта брехня может быть бесконечной, пока кто-нибудь из верховных властителей не скажет настоящую правду. Вот недавно премьер – которого я почти не уважаю, мальчонка в коротких штанишках – но вдруг смужестился и сказал: - вы держитесь, хоть и нет денег. – Все смеются над ним, и в соцсетях и на улице, а он хоть и понемножку, но становится мужичком – брешет меньше, и сразу как будто подрос в моих глазах.
Помню, как маленьким пацанёнком я просил у батьки купить мне дорогую игрушечную саблю. Мы шли с ним по Красной площади нашего города, и через каждый шаг я падал на землю, бился об неё головой, и рыдал, что – хочу! хочу! хочу! – не понимая, или просто не желая понимать как трудно достаются деньги моему батьке, высотному монтажнику. А он тащил меня за руку молча – к тому светлому семейному будущему, которое уже сам себе напророчил, рассказал о нём мамке, и вот теперь своей волей втемяшивал в голову мне.
Такому мужику я бы поверил сейчас, если б он предстал на трибуне. Мне ведь не нужно благих обманов в предвыборных письмах счастья: русский человек терпелив и все муки снесёт ради настоящей высокой цели, коль с ним поступают по правде, и справедливости. Вы только открыто, чиновники-депутаты, скажите сю правду, которую так долго таите в государственном сундуке под охраной прикормленной армии и карманной полиции. Зачем вам нужен народ и отечество? только ли для того, чтоб мы кормили вас до отвала деньгами, услугами и комфортом – или действительно за душой у вас есть великая цель? Что-то не верится: уж больно мелки ваши души, и серы как мышиная шёрстка.
Я вот часто думаю о себе: а поменялись бы у меня принципы жизни, если бы я в одночасье вдруг стал облечённым чиновником? Ведь люди утверждают, что именно свита делает человека, и талантливого творца гадостное окружение превращает в пугливого низкого кабальника. Но сам себе отвечаю – нет – я никогда уже не стану продажной сволочью, не буду шакалить под чьим-то вельможным хвостом. Потому что за двадцать лет работы на стройке во мне родилась, и окрепла, и возмужала сначала махонькая – словно кощеево яйцо – а потом огромная как бессмертие совесть. Я уже знаю своих Мишку, Сашку, Володьку – до портянок под сапогами; знаю чем живут работяги с соседних строек, что у них на обед и какие гроши бренчат в их карманах. Мне ясны и понятны чаяния пенсионеров, безработных, и даже бомжей на помойках – потому что живу с ними рядом, и питаюсь, образно говоря, с той же уличной кухни.
А чиновники-депутаты нашего прекрасного города обитают в далёких охраняемых посёлках, которые в народе весело обзываются долинами нищих – там они тихонько, под кроватью, чтобы не дай бог не увидели-не услышали люди, хрумкают своими дорогими деликатесами и пересчитывают золотые денюжки. Могут ли в таких запертых казематных душах поселиться когда-нибудь совесть и милосердие? Вряд ли. Для этого надо, чтоб они хотя бы три годика – а ещё лучше лет десять – поработали рядом с нашими трудовыми душами, взяв в руки кувалду, лопату и отбойный молоток, вымучив сердце и тело стахановским потом, праведной кровью. Вот тогда они перестанут крысятничать, воруя из народного кармана и обманывая своих товарищей.
Вы спросите – Юрка Сотников, да неужели ты веришь хоть чуточку в эти сопливые грёзы? – А я отвечу вам – чуточку верю, потому что должна быть надежда, иначе просто заворачивайся в белую простыню и ползи своим ходом на кладбище, всё равно лучшей жизни не будет.
Поэтому вот и стою у почтового ящика, перебирая ногами как конь, которого пригласили голосовать за жокея. Знаю, конечно, что любой из них будет плёткой стегать, чтобы шибче бежал, недокармливать, в угаре запоев и оргий забывая меня – но может, хоть кто-нибудь помягче ударит да в ясли положит побольше овса. Ах, если бы я, рабочий коняга, мог заглянуть в душу любому из этих жокеев – а не гадать по лощёным фото, карамельно прилизанным в городской типографии. Вдруг среди них действительно есть порядошный человек, которого ещё не укатали до равнодушной немощи предвыборные заезды, который как и я, и мои товарищи, надеется изменить судьбу к лучшему, наконец-то разбеременев её многолетние затяжные роды долгожданной радостью светлого будущего.
Честно скажу – я больше всего верю в себя, а не в плюшевых игрушечных депутатиков-солдатиков. Очень жалею, что затянул на своей шее удавку рабочей профессии – вместо того, чтоб повязать на неё пёстрый и дорогой галстук высшего образования. Но и очень не жалею – потому что став монтажником, я приобрёл силу и нрав настоящего мужика, а в душе моей поселилась совесть, и достоинство. Сам бы сейчас пошёл в депутаты – и не за барышами, а за человеческой правдой – да ума не хватает.
Поэтому и скажу вам, русские мужики да бабы всех русских национальностей, религий, любовей и свобод – учитесь сами управлять своим Отечеством. Пока оно окончательно не превратилось в государство, полицейский острог казнокрадов и дармоедов, которые так сладенько себе сосут рог изобилия под охраной армии да жандармов: в то же время понукая нас с вами под вывозку – а ну, народ, давай шибче вези своих благодетелей к счастью!
 
Сообщениерассказ Крысятник
Я устал – отработав, отпахав сегодня на монтаже. Стройка это ведь не фунт изюма, а тяжёлый мешок цемента, кувалда и лом. Как всегда учил меня мой кровный дедушка Пимен: - мы, мужики, должны впрягаться в планету как лошади и тащить её за собой – а иначе она станет стоймя на своей оси и боле не завертится, солнца не будет, и наши бабы с детишками досмерти замёрзнут.
Вздохнув от напруги трудового дня – но не мученически, а радостно, мужикасто – я попнулся к почтовому ящику. Интересно, что там сегодня? Да как обычно: визитки, рекламки, подмётные письма каких-то религиозных сектантов. А это что такое? разноцветье обложек, и флагов, и лиц – прямо солнечная радуга, от которой год за годом рябит в глазах и сводит желудок до заворота кишок.
- Уважаемый Юрий! Приглашаем вас на избирательный участок, чтобы выразить ваше личное мнение о нас. – И за этой бледной чернильной бумажкой два десятка буклетов с обещаньями, клятвами, и даже обетами на крови. Клянутся мамой и папой, клянутся детьми, волей, железным зубом и соседским поросёнком. На этих буклетах лица у всех кандидатов откормленные – а в защёчных мешках, наверное, джипы, коттеджи, сундуки с барахлишком. Спросишь откуда – скажут, что заработали тяжким трудом. А потащи их на божий суд, справедливый – так сразу признаются, что всё это добрецо они подленько нахомячили в закромах родины. И среди сих предвыборных сусликов да хомячков надо сердцем выбрать настоящего человека, кто никогда не соврёт, не предаст, и пожертвует за великую народную мечту не только свой кошелёк – но и жизнь, коль придётся.
Знаете, властители и депутаты, в чём сейчас дело с народом? Вера в нас кончилась, или уже на исходе. Вы так долго обманывали людей, обещая златые горы, что уже просто противно верить брехунам, выпрыгивающим из одной предвыборной матрёшки. Вы все на одно лицо – румяное, жирное, с бегающими по сторонам быстрыми глазками. Где урвать, откатить, иль смошенничать? – полыхают ваши азартные очи, и костёр жизни в них загорается только при виде денег. Но тут же он тухнет, когда надо исполнять свои клятвы – потому что наказы избирателей велики как Сизифов камень, и тащить его в гору тяжко, мучительно, руки и ноги отваливаются, сердце сбоит. Куда легче после выборов хрюшкой валяться на пленуме, мечтая о сладенькой должности.
Мы тоже в вас виноваты. Я вот как рабочий мужик понимаю, что и семейное счастье, и денежное благополучие, и мощь любимого Отечества достигаются великим трудом, потом да кровью. А всё равно, смотря по телевизору новости, почему-то жду, что этот самый пресловутый ВВП родины вдруг в одночасье подымется до невиданных высот, и мы заживём как толстопузые захребетники Америки. Что рубль сегодня станет мировой валютой, и нефть зашкалит за двухсотку; а завтра прилетят инопланетяне и скажут:
- Юрка Сотников, ты мощен и мудр, становись верховным правителем нашей вселенной! – И такие мысли, я уверен, у каждого кто надеется верит мечтает. Потому что без сладостной грёзы жить страшно – а с грёзой обман.
Вот на этом обмане, политики, мы с вами и попадаемся. Мы, народ, притворяемся будто верим вам на каждые выборы. Вы притворяетесь, будто тоже верите, что мы верим вам. И эта брехня может быть бесконечной, пока кто-нибудь из верховных властителей не скажет настоящую правду. Вот недавно премьер – которого я почти не уважаю, мальчонка в коротких штанишках – но вдруг смужестился и сказал: - вы держитесь, хоть и нет денег. – Все смеются над ним, и в соцсетях и на улице, а он хоть и понемножку, но становится мужичком – брешет меньше, и сразу как будто подрос в моих глазах.
Помню, как маленьким пацанёнком я просил у батьки купить мне дорогую игрушечную саблю. Мы шли с ним по Красной площади нашего города, и через каждый шаг я падал на землю, бился об неё головой, и рыдал, что – хочу! хочу! хочу! – не понимая, или просто не желая понимать как трудно достаются деньги моему батьке, высотному монтажнику. А он тащил меня за руку молча – к тому светлому семейному будущему, которое уже сам себе напророчил, рассказал о нём мамке, и вот теперь своей волей втемяшивал в голову мне.
Такому мужику я бы поверил сейчас, если б он предстал на трибуне. Мне ведь не нужно благих обманов в предвыборных письмах счастья: русский человек терпелив и все муки снесёт ради настоящей высокой цели, коль с ним поступают по правде, и справедливости. Вы только открыто, чиновники-депутаты, скажите сю правду, которую так долго таите в государственном сундуке под охраной прикормленной армии и карманной полиции. Зачем вам нужен народ и отечество? только ли для того, чтоб мы кормили вас до отвала деньгами, услугами и комфортом – или действительно за душой у вас есть великая цель? Что-то не верится: уж больно мелки ваши души, и серы как мышиная шёрстка.
Я вот часто думаю о себе: а поменялись бы у меня принципы жизни, если бы я в одночасье вдруг стал облечённым чиновником? Ведь люди утверждают, что именно свита делает человека, и талантливого творца гадостное окружение превращает в пугливого низкого кабальника. Но сам себе отвечаю – нет – я никогда уже не стану продажной сволочью, не буду шакалить под чьим-то вельможным хвостом. Потому что за двадцать лет работы на стройке во мне родилась, и окрепла, и возмужала сначала махонькая – словно кощеево яйцо – а потом огромная как бессмертие совесть. Я уже знаю своих Мишку, Сашку, Володьку – до портянок под сапогами; знаю чем живут работяги с соседних строек, что у них на обед и какие гроши бренчат в их карманах. Мне ясны и понятны чаяния пенсионеров, безработных, и даже бомжей на помойках – потому что живу с ними рядом, и питаюсь, образно говоря, с той же уличной кухни.
А чиновники-депутаты нашего прекрасного города обитают в далёких охраняемых посёлках, которые в народе весело обзываются долинами нищих – там они тихонько, под кроватью, чтобы не дай бог не увидели-не услышали люди, хрумкают своими дорогими деликатесами и пересчитывают золотые денюжки. Могут ли в таких запертых казематных душах поселиться когда-нибудь совесть и милосердие? Вряд ли. Для этого надо, чтоб они хотя бы три годика – а ещё лучше лет десять – поработали рядом с нашими трудовыми душами, взяв в руки кувалду, лопату и отбойный молоток, вымучив сердце и тело стахановским потом, праведной кровью. Вот тогда они перестанут крысятничать, воруя из народного кармана и обманывая своих товарищей.
Вы спросите – Юрка Сотников, да неужели ты веришь хоть чуточку в эти сопливые грёзы? – А я отвечу вам – чуточку верю, потому что должна быть надежда, иначе просто заворачивайся в белую простыню и ползи своим ходом на кладбище, всё равно лучшей жизни не будет.
Поэтому вот и стою у почтового ящика, перебирая ногами как конь, которого пригласили голосовать за жокея. Знаю, конечно, что любой из них будет плёткой стегать, чтобы шибче бежал, недокармливать, в угаре запоев и оргий забывая меня – но может, хоть кто-нибудь помягче ударит да в ясли положит побольше овса. Ах, если бы я, рабочий коняга, мог заглянуть в душу любому из этих жокеев – а не гадать по лощёным фото, карамельно прилизанным в городской типографии. Вдруг среди них действительно есть порядошный человек, которого ещё не укатали до равнодушной немощи предвыборные заезды, который как и я, и мои товарищи, надеется изменить судьбу к лучшему, наконец-то разбеременев её многолетние затяжные роды долгожданной радостью светлого будущего.
Честно скажу – я больше всего верю в себя, а не в плюшевых игрушечных депутатиков-солдатиков. Очень жалею, что затянул на своей шее удавку рабочей профессии – вместо того, чтоб повязать на неё пёстрый и дорогой галстук высшего образования. Но и очень не жалею – потому что став монтажником, я приобрёл силу и нрав настоящего мужика, а в душе моей поселилась совесть, и достоинство. Сам бы сейчас пошёл в депутаты – и не за барышами, а за человеческой правдой – да ума не хватает.
Поэтому и скажу вам, русские мужики да бабы всех русских национальностей, религий, любовей и свобод – учитесь сами управлять своим Отечеством. Пока оно окончательно не превратилось в государство, полицейский острог казнокрадов и дармоедов, которые так сладенько себе сосут рог изобилия под охраной армии да жандармов: в то же время понукая нас с вами под вывозку – а ну, народ, давай шибче вези своих благодетелей к счастью!

Автор - еремей
Дата добавления - 12.09.2016 в 13:12
Сообщениерассказ Крысятник
Я устал – отработав, отпахав сегодня на монтаже. Стройка это ведь не фунт изюма, а тяжёлый мешок цемента, кувалда и лом. Как всегда учил меня мой кровный дедушка Пимен: - мы, мужики, должны впрягаться в планету как лошади и тащить её за собой – а иначе она станет стоймя на своей оси и боле не завертится, солнца не будет, и наши бабы с детишками досмерти замёрзнут.
Вздохнув от напруги трудового дня – но не мученически, а радостно, мужикасто – я попнулся к почтовому ящику. Интересно, что там сегодня? Да как обычно: визитки, рекламки, подмётные письма каких-то религиозных сектантов. А это что такое? разноцветье обложек, и флагов, и лиц – прямо солнечная радуга, от которой год за годом рябит в глазах и сводит желудок до заворота кишок.
- Уважаемый Юрий! Приглашаем вас на избирательный участок, чтобы выразить ваше личное мнение о нас. – И за этой бледной чернильной бумажкой два десятка буклетов с обещаньями, клятвами, и даже обетами на крови. Клянутся мамой и папой, клянутся детьми, волей, железным зубом и соседским поросёнком. На этих буклетах лица у всех кандидатов откормленные – а в защёчных мешках, наверное, джипы, коттеджи, сундуки с барахлишком. Спросишь откуда – скажут, что заработали тяжким трудом. А потащи их на божий суд, справедливый – так сразу признаются, что всё это добрецо они подленько нахомячили в закромах родины. И среди сих предвыборных сусликов да хомячков надо сердцем выбрать настоящего человека, кто никогда не соврёт, не предаст, и пожертвует за великую народную мечту не только свой кошелёк – но и жизнь, коль придётся.
Знаете, властители и депутаты, в чём сейчас дело с народом? Вера в нас кончилась, или уже на исходе. Вы так долго обманывали людей, обещая златые горы, что уже просто противно верить брехунам, выпрыгивающим из одной предвыборной матрёшки. Вы все на одно лицо – румяное, жирное, с бегающими по сторонам быстрыми глазками. Где урвать, откатить, иль смошенничать? – полыхают ваши азартные очи, и костёр жизни в них загорается только при виде денег. Но тут же он тухнет, когда надо исполнять свои клятвы – потому что наказы избирателей велики как Сизифов камень, и тащить его в гору тяжко, мучительно, руки и ноги отваливаются, сердце сбоит. Куда легче после выборов хрюшкой валяться на пленуме, мечтая о сладенькой должности.
Мы тоже в вас виноваты. Я вот как рабочий мужик понимаю, что и семейное счастье, и денежное благополучие, и мощь любимого Отечества достигаются великим трудом, потом да кровью. А всё равно, смотря по телевизору новости, почему-то жду, что этот самый пресловутый ВВП родины вдруг в одночасье подымется до невиданных высот, и мы заживём как толстопузые захребетники Америки. Что рубль сегодня станет мировой валютой, и нефть зашкалит за двухсотку; а завтра прилетят инопланетяне и скажут:
- Юрка Сотников, ты мощен и мудр, становись верховным правителем нашей вселенной! – И такие мысли, я уверен, у каждого кто надеется верит мечтает. Потому что без сладостной грёзы жить страшно – а с грёзой обман.
Вот на этом обмане, политики, мы с вами и попадаемся. Мы, народ, притворяемся будто верим вам на каждые выборы. Вы притворяетесь, будто тоже верите, что мы верим вам. И эта брехня может быть бесконечной, пока кто-нибудь из верховных властителей не скажет настоящую правду. Вот недавно премьер – которого я почти не уважаю, мальчонка в коротких штанишках – но вдруг смужестился и сказал: - вы держитесь, хоть и нет денег. – Все смеются над ним, и в соцсетях и на улице, а он хоть и понемножку, но становится мужичком – брешет меньше, и сразу как будто подрос в моих глазах.
Помню, как маленьким пацанёнком я просил у батьки купить мне дорогую игрушечную саблю. Мы шли с ним по Красной площади нашего города, и через каждый шаг я падал на землю, бился об неё головой, и рыдал, что – хочу! хочу! хочу! – не понимая, или просто не желая понимать как трудно достаются деньги моему батьке, высотному монтажнику. А он тащил меня за руку молча – к тому светлому семейному будущему, которое уже сам себе напророчил, рассказал о нём мамке, и вот теперь своей волей втемяшивал в голову мне.
Такому мужику я бы поверил сейчас, если б он предстал на трибуне. Мне ведь не нужно благих обманов в предвыборных письмах счастья: русский человек терпелив и все муки снесёт ради настоящей высокой цели, коль с ним поступают по правде, и справедливости. Вы только открыто, чиновники-депутаты, скажите сю правду, которую так долго таите в государственном сундуке под охраной прикормленной армии и карманной полиции. Зачем вам нужен народ и отечество? только ли для того, чтоб мы кормили вас до отвала деньгами, услугами и комфортом – или действительно за душой у вас есть великая цель? Что-то не верится: уж больно мелки ваши души, и серы как мышиная шёрстка.
Я вот часто думаю о себе: а поменялись бы у меня принципы жизни, если бы я в одночасье вдруг стал облечённым чиновником? Ведь люди утверждают, что именно свита делает человека, и талантливого творца гадостное окружение превращает в пугливого низкого кабальника. Но сам себе отвечаю – нет – я никогда уже не стану продажной сволочью, не буду шакалить под чьим-то вельможным хвостом. Потому что за двадцать лет работы на стройке во мне родилась, и окрепла, и возмужала сначала махонькая – словно кощеево яйцо – а потом огромная как бессмертие совесть. Я уже знаю своих Мишку, Сашку, Володьку – до портянок под сапогами; знаю чем живут работяги с соседних строек, что у них на обед и какие гроши бренчат в их карманах. Мне ясны и понятны чаяния пенсионеров, безработных, и даже бомжей на помойках – потому что живу с ними рядом, и питаюсь, образно говоря, с той же уличной кухни.
А чиновники-депутаты нашего прекрасного города обитают в далёких охраняемых посёлках, которые в народе весело обзываются долинами нищих – там они тихонько, под кроватью, чтобы не дай бог не увидели-не услышали люди, хрумкают своими дорогими деликатесами и пересчитывают золотые денюжки. Могут ли в таких запертых казематных душах поселиться когда-нибудь совесть и милосердие? Вряд ли. Для этого надо, чтоб они хотя бы три годика – а ещё лучше лет десять – поработали рядом с нашими трудовыми душами, взяв в руки кувалду, лопату и отбойный молоток, вымучив сердце и тело стахановским потом, праведной кровью. Вот тогда они перестанут крысятничать, воруя из народного кармана и обманывая своих товарищей.
Вы спросите – Юрка Сотников, да неужели ты веришь хоть чуточку в эти сопливые грёзы? – А я отвечу вам – чуточку верю, потому что должна быть надежда, иначе просто заворачивайся в белую простыню и ползи своим ходом на кладбище, всё равно лучшей жизни не будет.
Поэтому вот и стою у почтового ящика, перебирая ногами как конь, которого пригласили голосовать за жокея. Знаю, конечно, что любой из них будет плёткой стегать, чтобы шибче бежал, недокармливать, в угаре запоев и оргий забывая меня – но может, хоть кто-нибудь помягче ударит да в ясли положит побольше овса. Ах, если бы я, рабочий коняга, мог заглянуть в душу любому из этих жокеев – а не гадать по лощёным фото, карамельно прилизанным в городской типографии. Вдруг среди них действительно есть порядошный человек, которого ещё не укатали до равнодушной немощи предвыборные заезды, который как и я, и мои товарищи, надеется изменить судьбу к лучшему, наконец-то разбеременев её многолетние затяжные роды долгожданной радостью светлого будущего.
Честно скажу – я больше всего верю в себя, а не в плюшевых игрушечных депутатиков-солдатиков. Очень жалею, что затянул на своей шее удавку рабочей профессии – вместо того, чтоб повязать на неё пёстрый и дорогой галстук высшего образования. Но и очень не жалею – потому что став монтажником, я приобрёл силу и нрав настоящего мужика, а в душе моей поселилась совесть, и достоинство. Сам бы сейчас пошёл в депутаты – и не за барышами, а за человеческой правдой – да ума не хватает.
Поэтому и скажу вам, русские мужики да бабы всех русских национальностей, религий, любовей и свобод – учитесь сами управлять своим Отечеством. Пока оно окончательно не превратилось в государство, полицейский острог казнокрадов и дармоедов, которые так сладенько себе сосут рог изобилия под охраной армии да жандармов: в то же время понукая нас с вами под вывозку – а ну, народ, давай шибче вези своих благодетелей к счастью!

Автор - еремей
Дата добавления - 12.09.2016 в 13:12
Форум » Проза » Ваше творчество - раздел для ознакомления » крысятник
Страница 1 из 11
Поиск:
Загрузка...

Посетители дня
Посетители:
Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS
Приветствую Вас Гость | RSS Главная | крысятник - Форум | Регистрация | Вход
Конструктор сайтов - uCoz
Для добавления необходима авторизация
Остров © 2017 Конструктор сайтов - uCoz