фетиш - Форум  
Приветствуем Вас Гость | RSS Главная | фетиш - Форум | Регистрация | Вход

[ Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Анаит, Самира 
Форум » Проза » Ваше творчество - раздел для ознакомления » фетиш
фетиш
еремейДата: Воскресенье, 06.03.2016, 19:21 | Сообщение # 1
Поселенец
Группа: Островитянин
Сообщений: 148
Награды: 0
Репутация: 30
Статус: Offline
Повезло фетишистам, у которых фетиш – дерьмо. Много дерьма на наших губернских улицах. Почитай, давно не было таких урожайных годов.
Хорошо живётся и некрофилам. Разрыта могилка, открыт гробик – а в нём симпатичный покойник. Он ведь ни слова в ответ. Важно лишь: свежий зарой или нет.
Зоофилы счастливы тоже. Коза или кошка отказать не умеют, поэтому всегда согласные. Взять хоть курицу. Раздел её – то есть обтрепал ей перья – и вот уже тащи в кусты.
Неплохо, говорят, педофилам. Они нежно относятся к маленьким детям. Любят ох крепко, и зацеловывают чуть не до смерти. Дитё потом забыть их не может.
Это я, конечно же, ёрничаю от одиночества. Мне господь дал великую силу не сломаться от своих сатанинских страстей, которые в тюремной клетке, в квартирном бетонном клоповнике, сжирают человека в тысячу раз более чем на людях. И я теперь, кажется, понимаю любого – есть он каков. И вам расскажу.

У фетишистов очень интересная жизнь, заполненная необычайными приключениями. Это только кажется со стороны – что вот мол болван, женские трусы собирает. А для него фетиш – большая опасная охота, вроде африканского сафари с буйволами, носорогами, львами.
Иной мужик приходит с работы, и сразу к телевизору с пивком да таранькой, чтобы животик себе нагуливать. А извращенец с работы не просто приходит домой: он долго крадётся – хоть мелкий и неопасный, но всё-таки хищный зверёк, который иногда из трусости может и укусить, если его спугнуть; он идёт тёмными дворами, пригибаясь к земле и примечая на бельевых верёвках своё божество, золочёное в свете вечерних фонарей, своё великое идолище, прославляемое в слёзных мольбах – трусы, чулки и бюстгалтеры.
Но путь к этому языческому капищу усеян не прекрасными розами, а шипами-тревогами. Потому что вокруг него то и дело проносятся быстроногие обереги с синими мигалками на башке – и угрожают, страшат, ужасают язычника принести его в жертву на алтарь общественного правосудия – потому что не так он верует, по-другому молится, и вообще преступно живёт на сём белом свете.
Среди идолопоклонников, проклинаемых верховной религией любви, встречаются и иные общины.
Вот например, зоофилы. Их жизнь тоже очень любопытна с высоты познаний человека человеком, и все теологичные любовные споры разбиваются об неколебимую скалу животных страстей – которые можно излечить только усекновением головы и других важных членов. Если мужик полюбил курицу, козу или кошку – то как перевести его чарующее внимание на нормальную женщину, когда в мыслях и мечтах его только красный прекрасный гребень, острые костяные рожки, и хвостик, мило виляющий ему при встрече. Какими драгоценными мощами и реликвиями можно обольстить взрослого мужика, который случайно выкопал из застарелого праха, отмыл-отскоблил, и потом свято уверовал первобытному животному идолу.
Вот он ползёт по зелёной тропе сочного луга, прижимаясь ко всякой травинке и кустику. В левой руке его длинный кукан со вкусной приманкой; в правой ожерелье любви – тяжёлый покорный ошейник, который он навесит своей невесте, белой-пребелой в шерстяной венчальной фате, стучащей копытцами по зелёному лугу; звонко трындит серебряный колокольчик, вызванивая для кого-то божию радость, а кому сатанинскую дурь.
Ещё по земле тихонько передвигается племя некрофилов, познавая таинства любви через мёртвую плоть. Дело почти всегда происходит ночью – и это одно из самых странных племён.
Кто такой некрофил? человек, который знакомится с другим человеком только после его смерти, когда все другие с ним уже попрощались, отплакали. Душа мертвеца сидит на кладбище, под верхней перекладиной креста, и горюет что родичи разошлись так быстро, что мало было сказано добрых слов – как будто и не жил он с ними в единой семье, а просто пробежался рядом по дистанции судьбы, оставив после себя лишь фотокарточки в альбоме, старые ботинки, и пальтишко на вешалке.
Плачет мертвец, стенает о невозвратности тлена в человеческий образ; и вдруг слышит средь ночной тишины крадущиеся шаги – это житель, жилец, живой ещё – но что ему надо с лопатой?
Любви. Некрофил нежно, боясь ободрать острым заступом, выкапывает покойника из удушающей земли – и начинает его ласкать, обнимая целуя. Сопревший гниющий вонючий уже не верит своим глазам: - как же так? значит, ты любил меня, обожал до припадков, до смерти?! и так долго молчал, дожидаясь любви угасания, жизни самой – какая же ты подколодная тварь после этого. – Душа бьётся в истерике, некрофил в эйфории, а луна со стыдом прячет всеведущие очи за тёмными тучами.
Но самая добросердечная секта на свете – педофильская. Наверное, эти люди в детстве очень хотели стать учителями, мечтали о школе – только вот по разным дурацким причинам и обстоятельствам не смогли получить нужного образования. Поэтому они с особенным нетерпением каждый год ждут не каких-либо светских или церковных праздников – а детского 1-ого сентября. Им нравится лицезреть маленьких улыбчивых девочек в фартучках, с разноцветными бантами и в белых носочках, и чуть посерьёзнее мальчиков, на которых так невинно смотрятся тёмные туфельки и костюмки навырост.
Нет, педофилы не исчадия ада: они просто боятся общаться со взрослыми, которые гребуют ими – может быть, так и в малолетстве ими брезговали мамка с отцом, недодав грудного молока, фруктов, даже краюхи хлеба, и конечно же нежности-ласки. Только дети их всегда понимают, принимая в свои бойкие игры, угощая конфетами – и поэтому педофилы отвечают им сторицей, крепкой любовью до муки, и даже до смерти. Как однажды с экрана один говорил, задушивший детишек пяток, сидя в клетке и из каждого железного квадратика показывая сразу два своих остекленевших глаза: - А за что вы меня проклинаете? ведь я просто так сильно люблю их, и в порыве страстей не могу сдержать свои чувства - такую святую любовь дал мне бог с богородицей.

Интересен наш мир – но не телами, а душами. Много разных непонятных тварей на свет произвёл господь. Скоро люди средь них совсем потеряются. Вот так сидишь где-нито в кафе, обедаешь с булкой и молочным коктейлем. А вокруг они в костюмах иль юбках – жуют, притворяются. И парфюмами пахнут, не тленью.
 
СообщениеПовезло фетишистам, у которых фетиш – дерьмо. Много дерьма на наших губернских улицах. Почитай, давно не было таких урожайных годов.
Хорошо живётся и некрофилам. Разрыта могилка, открыт гробик – а в нём симпатичный покойник. Он ведь ни слова в ответ. Важно лишь: свежий зарой или нет.
Зоофилы счастливы тоже. Коза или кошка отказать не умеют, поэтому всегда согласные. Взять хоть курицу. Раздел её – то есть обтрепал ей перья – и вот уже тащи в кусты.
Неплохо, говорят, педофилам. Они нежно относятся к маленьким детям. Любят ох крепко, и зацеловывают чуть не до смерти. Дитё потом забыть их не может.
Это я, конечно же, ёрничаю от одиночества. Мне господь дал великую силу не сломаться от своих сатанинских страстей, которые в тюремной клетке, в квартирном бетонном клоповнике, сжирают человека в тысячу раз более чем на людях. И я теперь, кажется, понимаю любого – есть он каков. И вам расскажу.

У фетишистов очень интересная жизнь, заполненная необычайными приключениями. Это только кажется со стороны – что вот мол болван, женские трусы собирает. А для него фетиш – большая опасная охота, вроде африканского сафари с буйволами, носорогами, львами.
Иной мужик приходит с работы, и сразу к телевизору с пивком да таранькой, чтобы животик себе нагуливать. А извращенец с работы не просто приходит домой: он долго крадётся – хоть мелкий и неопасный, но всё-таки хищный зверёк, который иногда из трусости может и укусить, если его спугнуть; он идёт тёмными дворами, пригибаясь к земле и примечая на бельевых верёвках своё божество, золочёное в свете вечерних фонарей, своё великое идолище, прославляемое в слёзных мольбах – трусы, чулки и бюстгалтеры.
Но путь к этому языческому капищу усеян не прекрасными розами, а шипами-тревогами. Потому что вокруг него то и дело проносятся быстроногие обереги с синими мигалками на башке – и угрожают, страшат, ужасают язычника принести его в жертву на алтарь общественного правосудия – потому что не так он верует, по-другому молится, и вообще преступно живёт на сём белом свете.
Среди идолопоклонников, проклинаемых верховной религией любви, встречаются и иные общины.
Вот например, зоофилы. Их жизнь тоже очень любопытна с высоты познаний человека человеком, и все теологичные любовные споры разбиваются об неколебимую скалу животных страстей – которые можно излечить только усекновением головы и других важных членов. Если мужик полюбил курицу, козу или кошку – то как перевести его чарующее внимание на нормальную женщину, когда в мыслях и мечтах его только красный прекрасный гребень, острые костяные рожки, и хвостик, мило виляющий ему при встрече. Какими драгоценными мощами и реликвиями можно обольстить взрослого мужика, который случайно выкопал из застарелого праха, отмыл-отскоблил, и потом свято уверовал первобытному животному идолу.
Вот он ползёт по зелёной тропе сочного луга, прижимаясь ко всякой травинке и кустику. В левой руке его длинный кукан со вкусной приманкой; в правой ожерелье любви – тяжёлый покорный ошейник, который он навесит своей невесте, белой-пребелой в шерстяной венчальной фате, стучащей копытцами по зелёному лугу; звонко трындит серебряный колокольчик, вызванивая для кого-то божию радость, а кому сатанинскую дурь.
Ещё по земле тихонько передвигается племя некрофилов, познавая таинства любви через мёртвую плоть. Дело почти всегда происходит ночью – и это одно из самых странных племён.
Кто такой некрофил? человек, который знакомится с другим человеком только после его смерти, когда все другие с ним уже попрощались, отплакали. Душа мертвеца сидит на кладбище, под верхней перекладиной креста, и горюет что родичи разошлись так быстро, что мало было сказано добрых слов – как будто и не жил он с ними в единой семье, а просто пробежался рядом по дистанции судьбы, оставив после себя лишь фотокарточки в альбоме, старые ботинки, и пальтишко на вешалке.
Плачет мертвец, стенает о невозвратности тлена в человеческий образ; и вдруг слышит средь ночной тишины крадущиеся шаги – это житель, жилец, живой ещё – но что ему надо с лопатой?
Любви. Некрофил нежно, боясь ободрать острым заступом, выкапывает покойника из удушающей земли – и начинает его ласкать, обнимая целуя. Сопревший гниющий вонючий уже не верит своим глазам: - как же так? значит, ты любил меня, обожал до припадков, до смерти?! и так долго молчал, дожидаясь любви угасания, жизни самой – какая же ты подколодная тварь после этого. – Душа бьётся в истерике, некрофил в эйфории, а луна со стыдом прячет всеведущие очи за тёмными тучами.
Но самая добросердечная секта на свете – педофильская. Наверное, эти люди в детстве очень хотели стать учителями, мечтали о школе – только вот по разным дурацким причинам и обстоятельствам не смогли получить нужного образования. Поэтому они с особенным нетерпением каждый год ждут не каких-либо светских или церковных праздников – а детского 1-ого сентября. Им нравится лицезреть маленьких улыбчивых девочек в фартучках, с разноцветными бантами и в белых носочках, и чуть посерьёзнее мальчиков, на которых так невинно смотрятся тёмные туфельки и костюмки навырост.
Нет, педофилы не исчадия ада: они просто боятся общаться со взрослыми, которые гребуют ими – может быть, так и в малолетстве ими брезговали мамка с отцом, недодав грудного молока, фруктов, даже краюхи хлеба, и конечно же нежности-ласки. Только дети их всегда понимают, принимая в свои бойкие игры, угощая конфетами – и поэтому педофилы отвечают им сторицей, крепкой любовью до муки, и даже до смерти. Как однажды с экрана один говорил, задушивший детишек пяток, сидя в клетке и из каждого железного квадратика показывая сразу два своих остекленевших глаза: - А за что вы меня проклинаете? ведь я просто так сильно люблю их, и в порыве страстей не могу сдержать свои чувства - такую святую любовь дал мне бог с богородицей.

Интересен наш мир – но не телами, а душами. Много разных непонятных тварей на свет произвёл господь. Скоро люди средь них совсем потеряются. Вот так сидишь где-нито в кафе, обедаешь с булкой и молочным коктейлем. А вокруг они в костюмах иль юбках – жуют, притворяются. И парфюмами пахнут, не тленью.

Автор - еремей
Дата добавления - 06.03.2016 в 19:21
СообщениеПовезло фетишистам, у которых фетиш – дерьмо. Много дерьма на наших губернских улицах. Почитай, давно не было таких урожайных годов.
Хорошо живётся и некрофилам. Разрыта могилка, открыт гробик – а в нём симпатичный покойник. Он ведь ни слова в ответ. Важно лишь: свежий зарой или нет.
Зоофилы счастливы тоже. Коза или кошка отказать не умеют, поэтому всегда согласные. Взять хоть курицу. Раздел её – то есть обтрепал ей перья – и вот уже тащи в кусты.
Неплохо, говорят, педофилам. Они нежно относятся к маленьким детям. Любят ох крепко, и зацеловывают чуть не до смерти. Дитё потом забыть их не может.
Это я, конечно же, ёрничаю от одиночества. Мне господь дал великую силу не сломаться от своих сатанинских страстей, которые в тюремной клетке, в квартирном бетонном клоповнике, сжирают человека в тысячу раз более чем на людях. И я теперь, кажется, понимаю любого – есть он каков. И вам расскажу.

У фетишистов очень интересная жизнь, заполненная необычайными приключениями. Это только кажется со стороны – что вот мол болван, женские трусы собирает. А для него фетиш – большая опасная охота, вроде африканского сафари с буйволами, носорогами, львами.
Иной мужик приходит с работы, и сразу к телевизору с пивком да таранькой, чтобы животик себе нагуливать. А извращенец с работы не просто приходит домой: он долго крадётся – хоть мелкий и неопасный, но всё-таки хищный зверёк, который иногда из трусости может и укусить, если его спугнуть; он идёт тёмными дворами, пригибаясь к земле и примечая на бельевых верёвках своё божество, золочёное в свете вечерних фонарей, своё великое идолище, прославляемое в слёзных мольбах – трусы, чулки и бюстгалтеры.
Но путь к этому языческому капищу усеян не прекрасными розами, а шипами-тревогами. Потому что вокруг него то и дело проносятся быстроногие обереги с синими мигалками на башке – и угрожают, страшат, ужасают язычника принести его в жертву на алтарь общественного правосудия – потому что не так он верует, по-другому молится, и вообще преступно живёт на сём белом свете.
Среди идолопоклонников, проклинаемых верховной религией любви, встречаются и иные общины.
Вот например, зоофилы. Их жизнь тоже очень любопытна с высоты познаний человека человеком, и все теологичные любовные споры разбиваются об неколебимую скалу животных страстей – которые можно излечить только усекновением головы и других важных членов. Если мужик полюбил курицу, козу или кошку – то как перевести его чарующее внимание на нормальную женщину, когда в мыслях и мечтах его только красный прекрасный гребень, острые костяные рожки, и хвостик, мило виляющий ему при встрече. Какими драгоценными мощами и реликвиями можно обольстить взрослого мужика, который случайно выкопал из застарелого праха, отмыл-отскоблил, и потом свято уверовал первобытному животному идолу.
Вот он ползёт по зелёной тропе сочного луга, прижимаясь ко всякой травинке и кустику. В левой руке его длинный кукан со вкусной приманкой; в правой ожерелье любви – тяжёлый покорный ошейник, который он навесит своей невесте, белой-пребелой в шерстяной венчальной фате, стучащей копытцами по зелёному лугу; звонко трындит серебряный колокольчик, вызванивая для кого-то божию радость, а кому сатанинскую дурь.
Ещё по земле тихонько передвигается племя некрофилов, познавая таинства любви через мёртвую плоть. Дело почти всегда происходит ночью – и это одно из самых странных племён.
Кто такой некрофил? человек, который знакомится с другим человеком только после его смерти, когда все другие с ним уже попрощались, отплакали. Душа мертвеца сидит на кладбище, под верхней перекладиной креста, и горюет что родичи разошлись так быстро, что мало было сказано добрых слов – как будто и не жил он с ними в единой семье, а просто пробежался рядом по дистанции судьбы, оставив после себя лишь фотокарточки в альбоме, старые ботинки, и пальтишко на вешалке.
Плачет мертвец, стенает о невозвратности тлена в человеческий образ; и вдруг слышит средь ночной тишины крадущиеся шаги – это житель, жилец, живой ещё – но что ему надо с лопатой?
Любви. Некрофил нежно, боясь ободрать острым заступом, выкапывает покойника из удушающей земли – и начинает его ласкать, обнимая целуя. Сопревший гниющий вонючий уже не верит своим глазам: - как же так? значит, ты любил меня, обожал до припадков, до смерти?! и так долго молчал, дожидаясь любви угасания, жизни самой – какая же ты подколодная тварь после этого. – Душа бьётся в истерике, некрофил в эйфории, а луна со стыдом прячет всеведущие очи за тёмными тучами.
Но самая добросердечная секта на свете – педофильская. Наверное, эти люди в детстве очень хотели стать учителями, мечтали о школе – только вот по разным дурацким причинам и обстоятельствам не смогли получить нужного образования. Поэтому они с особенным нетерпением каждый год ждут не каких-либо светских или церковных праздников – а детского 1-ого сентября. Им нравится лицезреть маленьких улыбчивых девочек в фартучках, с разноцветными бантами и в белых носочках, и чуть посерьёзнее мальчиков, на которых так невинно смотрятся тёмные туфельки и костюмки навырост.
Нет, педофилы не исчадия ада: они просто боятся общаться со взрослыми, которые гребуют ими – может быть, так и в малолетстве ими брезговали мамка с отцом, недодав грудного молока, фруктов, даже краюхи хлеба, и конечно же нежности-ласки. Только дети их всегда понимают, принимая в свои бойкие игры, угощая конфетами – и поэтому педофилы отвечают им сторицей, крепкой любовью до муки, и даже до смерти. Как однажды с экрана один говорил, задушивший детишек пяток, сидя в клетке и из каждого железного квадратика показывая сразу два своих остекленевших глаза: - А за что вы меня проклинаете? ведь я просто так сильно люблю их, и в порыве страстей не могу сдержать свои чувства - такую святую любовь дал мне бог с богородицей.

Интересен наш мир – но не телами, а душами. Много разных непонятных тварей на свет произвёл господь. Скоро люди средь них совсем потеряются. Вот так сидишь где-нито в кафе, обедаешь с булкой и молочным коктейлем. А вокруг они в костюмах иль юбках – жуют, притворяются. И парфюмами пахнут, не тленью.

Автор - еремей
Дата добавления - 06.03.2016 в 19:21
Форум » Проза » Ваше творчество - раздел для ознакомления » фетиш
Страница 1 из 11
Поиск:
Загрузка...

Посетители дня
Посетители:
Последние сообщения · Островитяне · Правила форума · Поиск · RSS
Приветствую Вас Гость | RSS Главная | фетиш - Форум | Регистрация | Вход
Конструктор сайтов - uCoz
Для добавления необходима авторизация
Остров © 2017 Конструктор сайтов - uCoz